Что такое релятивизм: Релятивизм | Понятия и категории

Слово РЕЛЯТИВИЗМ — Что такое РЕЛЯТИВИЗМ?

Слово состоит из 10 букв: первая р, вторая е, третья л, четвёртая я, пятая т, шестая и, седьмая в, восьмая и, девятая з, последняя м,

Слово релятивизм английскими буквами(транслитом) — relyativizm

Значения слова релятивизм. Что такое релятивизм?

Релятивизм

РЕЛЯТИВИЗМ (от лат. relativus — относительный) — философский принцип, подчеркивающий примат связи объектов перед их субстанциальными свойствами, приоритет целостности, системности реальности перед ее отдельными частями, развития — перед сохранением.

Философская энциклопедия

Релятивизм (от лат.

relativus — относительный), методологический принцип, состоящий в метафизической абсолютизации относительности и условности содержания познания.

БСЭ. — 1969—1978

РЕЛЯТИВИЗМ — философская позиция, основу которой составляет абсолютизация релятивного в действительности и познании (Гераклит, Кратил, Соломон, иррационалистические и субъективистские концепции).

Лебедев С.А. Философия науки. — 2004

РЕЛЯТИВИЗМ (от лат. relativus — соотносительный) — убеждение, что нет единой истины, одинаковой для всех людей, а есть множество истин, удобных, полезных и убедительных для одних лиц и групп, но неприемлемых для других.

Краткий религиозно-философский словарь. — 1996

РЕЛЯТИВИЗМ (RELATIVISM) Теорию называют релятивистской тогда, когда она не может обеспечить независимые и внешние по отношению к ней критерии истинности.

Социологический словарь. — 2008

РЕЛЯТИВИЗМ — теория, согласно которой нет ничего абсолютно истинного и все, будь то вкусы или даже цвета, зависит от индивидуальности каждого или от разделяемой им точки зрения.

Жюлиа Д. Философский словарь. — М., 2000

Релятивизм (relativism), позиция, согласно к-рой истина, знание и моральные оценки зависят от ситуации и значимы только для конкретного об-ва, к-рое их выработало.

Народы и культуры . — 2002

Этический релятивизм

ЭТИЧЕСКИЙ РЕЛЯТИВИЗМ — методологический принцип истолкования морали, в основе к-рого лежит утверждение, будто нравственные представления и понятия имеют только относительный, условный характер.

Философский энциклопедический словарь. — М., 1989

Этический релятивизм — отрицание обязательных нравственных норм и объективного социального критерия нравственности.

glossary.ru

Этический релятивизм — концепция, согласно которой для каждой референтной группы характерны свои особые этические нормы; в частности, согласно данной концепции, правила обычной морали к бизнесу не относятся или относятся в существенно малой степени

Словарь основных понятий стратегического планирования

Культурный релятивизм

Культурный релятивизм — (лат. relativus — относительный) — позиция, согласно которой нельзя правильно оценить, интерпретировать или анализировать явление культуры вне связи с той культурой, в которой оно возникло.

Жмуров В.А. Большой толковый словарь терминов по психиатрии

КУЛЬТУРНЫЙ РЕЛЯТИВИЗМ (CULTURAL RELATIVISM) (1) Метод, представляющий собой попытку объективного анализа различных обществ или культур без использования ценностей одной культуры для вынесения суждений о другой.

Социологический словарь. — 2008

КУЛЬТУРНЫЙ РЕЛЯТИВИЗМ Позиция, утверждающая, что нельзя правильно оценивать, интерпретировать или анализировать явления, если они не рассматриваются в связи с культурой, в которой они возникли.

Оксфордский словарь по психологии. — 2002

Культурный релятивизм — концепция, согласно которой каждая культура может быть оценена только на основе ее собственных принципов, а не универсальных критериев.

glossary.ru

КУЛЬТУРНЫЙ РЕЛЯТИВИЗМ — англ. cultural relativism; нем. Kulturrelativismus. Концепция, подчеркивающая истор. своеобразие каждой культуры, к-рая может быть оценена исходя только на основе ее собственных принципов, а не универсальных критериев.

Большой словарь по социологии

Культурный релятивизм — утверждение равноправности всех типов культур, отказ от выделенных систем культурных ценностей. Направлен против евроцентристской трактовки историко-культурного развития, подчеркивает уникальность…

Культорология. Антропологические теории культур

Догматизм и релятивизм

Догматизм и релятивизм. Под Д. понимается некритический тип мышления, при котором выдвигаемые представления рассматривается как абсолютные, вечные истины, пригодные во все времена, во всех условиях и т.п.

www.terme.ru

Русский язык

Релятиви́зм, -а.

Орфографический словарь. — 2004

Примеры употребления слова релятивизм

Сегодня же играм свойственен значительно больший моральный релятивизм.


  1. рельсы
  2. рельс
  3. рель
  4. релятивизм
  5. релятивистический
  6. релятивистский
  7. релятивист

Что такое культурный релятивизм?

Ответ

Культурный релятивизм является убеждением, что все верования, обычаи и этические нормы являются относительными для человека в его собственном социальном контексте. Иными словами, “правильно” или “неправильно” зависит от культуры; что считается моральным в одном обществе, может считаться аморальным в другом, и поскольку не существует универсального стандарта морали, то никто не имеет права судить обычаи другого общества.

Культурный релятивизм получил широкое признание в современной антропологии. Культурные релятивисты считают, что все культуры равны в своих правах и имеют одинаковую ценность. И разнообразные культуры, даже те, чьи моральные убеждения конфликтуют, не следует рассматривать с точки зрения правильного и неправильного или хорошего и плохого. Современные антропологи считают все культуры одинаково законными проявлениями человеческого существования, которые следует изучать с полностью нейтральной позиции.

Культурный релятивизм тесно связан с этическим релятивизмом, который считает истину относительной, а не абсолютной. Суть правильного и неправильного определяется исключительно индивидом или обществом. Поскольку истина не является объективной, то не может быть никакого объективного стандарта, который мог бы применяться ко всем культурам. Никто не может сказать, что кто-то другой прав или неправ; это вопрос личного мнения, и ни одно общество не может осуждать другое.

Сторонники культурного релятивизма не видят ничего плохого (и ничего хорошего) в каких-либо культурных проявлениях.

Таким образом, практика членовредительства и человеческих жертв древних майя не является ни хорошей, ни плохой; это просто культурные отличия, сродни обычаю в некоторых странах запускать фейерверки на Новый год. Человеческие жертвы и фейерверк – это просто разные продукты отдельных обществ.

В январе 2002 года, когда президент Буш назвал террористические нации “осью зла”, культурные релятивисты были поражены. Чтобы одно общество назвало другое “злом”, – это было немыслимым для релятивистов. Но появление движения, направленного на то, чтобы “понять” радикальный ислам, а не бороться с ним, является признаком того, что релятивизм делает успехи. Культурный релятивизм считает, что западный мир не должен навязывать свои идеи об исламском мире, в том числе о том, что убийства гражданских лиц террористами-смертниками являются злом. Релятивисты утверждают, что исламская вера в необходимость джихада является столь же уместной, как и любая другая вера в западной цивилизации, и что Америка так же виновата в нападениях 11-го сентября, как и террористы.

Культурные релятивисты, как правило, выступают против миссионерской работы. Когда Евангелие проникает в сердца и изменяет жизни, всегда следуют определенные культурные изменения. Например, когда Дон и Кэрол Ричардсоны евангелизировали племя сави в Голландской Новой Гвинее в 1962 году, сави изменились: в частности, они отказались от своих давних обычаев людоедства и убийства вдов на погребальных кострах их мужей. Культурные релятивисты могут обвинить Ричардсонов в культурном империализме, но остальная часть человечества согласится, что прекращение каннибализма – это хорошо. (Полный рассказ о преобразовании сави, а также описание культурной реформы в отношении миссий, вы можете найти в книге “Дитя мира” [англ. “Peace Child”] Дона Ричардсона.)

Как христиане мы ценим всех людей, независимо от культуры, потому что признаем, что все люди созданы по образу и подобию Бога (Бытие 1:27). Мы также считаем, что разнообразие культур – прекрасно, и различия в еде, одежде, языках и т.д. следует ценить и беречь. В то же время, мы знаем, что из-за греха не все верования и практики в разных культурах являются благочестивыми или культурно полезными. Истина не субъективна (Иоанна 17:17), она абсолютна, и существует моральный стандарт, согласно которому все люди из любой культуры будут привлечены к ответственности (Откровение 20:11-12).

Наша цель как миссионеров не заключается в том, чтобы заставить весь мир жить по западной модели. Скорее, она заключается в донесении всему миру благой вести о спасении во Христе. Евангельское послание будет вести к социальной реформе до такой степени, что любое общество изменит свои обычаи, которые противоречат Божьим моральным нормам – например, идолопоклонство, полигамия и рабство придут к концу, если Слово Божье получит должное влияние (Деяния 19). В вопросах, не касающихся морали, миссионеры стремятся сохранить и уважать культуру людей, которым они служат.

Релятивизм

Релятивизм — методологический принцип, состоящий в абсолютизации относительности и условности содержания познания.
Релятивизм происходит из одностороннего подчёркивания постоянной изменчивости действительности и отрицания относительной устойчивости вещей и явлений. Гносеологические корни релятивизма — отказ от признания преемственности в развитии знания, преувеличение зависимости процесса познания от его условий. Факт развития познания, в ходе которого преодолевается любой достигнутый уровень знания, релятивисты рассматривают как доказательство его неистинности, субъективности, что приводит к отрицанию объективности познания вообще, к агностицизму.
Релятивизм как методологическая установка восходит к учению древнегреческих софистов: из тезиса Протагора «человек есть мера всех вещей…» следует признание основой познания только текучей чувственности, не отражающей каких-либо объективных и устойчивых явлений.
Элементы релятивизма характерны для античного скептицизма: обнаруживая неполноту и условность знаний, зависимость их от исторических условий процесса познания, скептицизм преувеличивает значение этих моментов, истолковывает их как свидетельство недостоверности всякого знания вообще.
Аргументы релятивизма философы XVI — XVIII веков использовали для критики догматов религии и основоположений метафизики. Иную роль релятивизм играет в идеалистическом эмпиризме. Абсолютизация относительности, условности и субъективности познания, вытекающая из сведения процесса познания к эмпирическому описанию содержания ощущений, служит здесь обоснованием субъективизма.

Моральный релятивизм реже этический релятивизм от лат. relativus — относительный — принцип, согласно которому не существует абсолютного добра и зла
Культурный релятивизм — направление в этнографии, отрицающее этноцентризм — европейско — американской системы оценок и признающее все культуры равными. Каждая
относительности. Идея лингвистической относительности или лингвистического релятивизма в основных чертах была сформулирована в работах мыслителей XIX века
антиутопии люди прибегли к помощи релятивизма который возник как правящая политическая ортодоксия. Здесь релятивизм — это морально — этическая философия
и природные явления. Подход Блура можно относить к социологическому релятивизму При рассмотрении ошибочных теорий социология науки до сильной программы
релятивизирующие научное познание, такие как философский релятивизм онтологический релятивизм лингвистический релятивизм и постпозитивизм. Поборники классического
абсолютизм противопоставляется учению об относительности морали моральному релятивизму Относительность морали соответствует убеждению, что моральные истины
Фейерабенд обусловленность знания, критикует классическую научную методологию и является одной из посылок ряда антисциентистских течений. Релятивизм Монизм
непредубежденном отношении к науке, нежели на одном только релятивизме потому что релятивизм — не единственный подход, принятый в научном сообществе. Непредубежденность
препятствием для роста Живая конституция Дело о личностях Знаменитая пятёрка Конституционная история Канады Первоначальные намерения Моральный релятивизм

процесса в США. . М. Херсковиц считается одним из основателей культурного релятивизма С. А. Токарев пишет о М. Херсковице: Этот видный деятель науки, учившийся
аксиомой культурный релятивизм то есть, что культурное значение происходит из контекста так и с термином моральный релятивизм что является то, что
принцип деградирует к равнодушию, к потере всякой глубины, растекается в релятивизм в бессмыслицу, в плюрализм заблуждений и лжей. История подтвердила высказанный
был введён Пуанкаре. Принцип относительности. Сборник работ классиков релятивизма М., 1935. С.19 Эйнштейн утверждал, и нет серьёзных причин сомневаться
Основной особенностью этих форм является ограничение универсальности, релятивизм Каждое логическое рассуждение и его вывод в джайнизме считается частичной
резиновая маска и его умственно отсталый приятель. В фильме царит временной релятивизм по словам известного кинокритика Валерия Кичина, Миниатюры верны единому
начиная с античности, положительно коррелируя с такими течениями, как релятивизм агностицизм, нигилизм и т. п.. К последователям чистого имморализма
выведения, обосновывающие его, а их в опыте нет.. Релятивизм Гуссерль также называет родом скептицизма. Релятивизм утверждает, что истинность чего — либо специфична
через общее, а не уникальное, через моральный абсолютизм, а не моральный релятивизм так и субъективными факторами в том числе идентификацией через отрицание
заменяет атом на потенциальную яму. Более сложные подсчёты включают релятивизм электрона, электрон — электронное взаимодействие и спин — поляризационные

Определения философии В этом трактате Давид осуждает скептицизм и релятивизм отстаивает значение и ценность философской мысли. Философию он подразделяет
бытием, оно не останавливается, и поэтому невозможно снова его сотворить. Релятивизм абсолютизирует движение, в то время как элеаты его вовсе отрицают см
1965. Жизнь замечательных людей Инфельд Л. , Плебаньский E. Движение и релятивизм Движение тел в общей теории относительности. — М.: Ин. лит., 1962 Немецкая
Словацкого, используя в своей поэзии метафизический и историческо — философский релятивизм и подчёркивая одновременно своё видение социальной несправедливости. В
самой культуры. Взгляды Кларка, на которые оказали влияние культурный релятивизм и структурный функционализм, сами, в свою очередь, сильно повлияли на
одна из ведущих тем творчества Козловского — ценностный и понятийный релятивизм Нельзя закрепиться ни в пространстве, ни во времени: мало того, что все
конфликт является отражением философской дискуссии между абсолютизмом и релятивизмом так как одни возводят понятие значимости в абсолют, а другие признают
теории эволюции, теории относительности как пропагандирующей моральный релятивизм В ней содержатся утверждения о якобы научной доказанности связи абортов
и случая, то есть подчеркивал релятивизм и произвольность допущений софистов. Зайдя слишком далеко в своем релятивизме Протагор подменил диалектику единства

978 — 5 — 271 — 29459 — 4 Возвращение к жизни: Заключительная глава статьи Заметки о релятивизме Alma mater — 1998 — 8 — С. 49 — 52. Немецкая национальная библиотека

  • Моральный релятивизм реже этический релятивизм от лат. relativus — относительный — принцип, согласно которому не существует абсолютного добра и зла
  • Культурный релятивизм — направление в этнографии, отрицающее этноцентризм — европейско — американской системы оценок и признающее все культуры равными. Каждая
  • относительности. Идея лингвистической относительности или лингвистического релятивизма в основных чертах была сформулирована в работах мыслителей XIX века
  • антиутопии люди прибегли к помощи релятивизма который возник как правящая политическая ортодоксия. Здесь релятивизм — это морально — этическая философия
  • и природные явления. Подход Блура можно относить к социологическому релятивизму При рассмотрении ошибочных теорий социология науки до сильной программы
  • релятивизирующие научное познание, такие как философский релятивизм онтологический релятивизм лингвистический релятивизм и постпозитивизм. Поборники классического
  • абсолютизм противопоставляется учению об относительности морали моральному релятивизму Относительность морали соответствует убеждению, что моральные истины
  • Фейерабенд обусловленность знания, критикует классическую научную методологию и является одной из посылок ряда антисциентистских течений. Релятивизм Монизм
  • непредубежденном отношении к науке, нежели на одном только релятивизме потому что релятивизм — не единственный подход, принятый в научном сообществе. Непредубежденность
  • препятствием для роста Живая конституция Дело о личностях Знаменитая пятёрка Конституционная история Канады Первоначальные намерения Моральный релятивизм
  • процесса в США. . М. Херсковиц считается одним из основателей культурного релятивизма С. А. Токарев пишет о М. Херсковице: Этот видный деятель науки, учившийся
  • аксиомой культурный релятивизм то есть, что культурное значение происходит из контекста так и с термином моральный релятивизм что является то, что
  • принцип деградирует к равнодушию, к потере всякой глубины, растекается в релятивизм в бессмыслицу, в плюрализм заблуждений и лжей. История подтвердила высказанный
  • был введён Пуанкаре. Принцип относительности. Сборник работ классиков релятивизма М., 1935. С.19 Эйнштейн утверждал, и нет серьёзных причин сомневаться
  • Основной особенностью этих форм является ограничение универсальности, релятивизм Каждое логическое рассуждение и его вывод в джайнизме считается частичной
  • резиновая маска и его умственно отсталый приятель. В фильме царит временной релятивизм по словам известного кинокритика Валерия Кичина, Миниатюры верны единому
  • начиная с античности, положительно коррелируя с такими течениями, как релятивизм агностицизм, нигилизм и т. п.. К последователям чистого имморализма
  • выведения, обосновывающие его, а их в опыте нет.. Релятивизм Гуссерль также называет родом скептицизма. Релятивизм утверждает, что истинность чего — либо специфична
  • через общее, а не уникальное, через моральный абсолютизм, а не моральный релятивизм так и субъективными факторами в том числе идентификацией через отрицание
  • заменяет атом на потенциальную яму. Более сложные подсчёты включают релятивизм электрона, электрон — электронное взаимодействие и спин — поляризационные
  • Определения философии В этом трактате Давид осуждает скептицизм и релятивизм отстаивает значение и ценность философской мысли. Философию он подразделяет
  • бытием, оно не останавливается, и поэтому невозможно снова его сотворить. Релятивизм абсолютизирует движение, в то время как элеаты его вовсе отрицают см
  • 1965. Жизнь замечательных людей Инфельд Л., Плебаньский E. Движение и релятивизм Движение тел в общей теории относительности. — М.: Ин. лит., 1962 Немецкая
  • Словацкого, используя в своей поэзии метафизический и историческо — философский релятивизм и подчёркивая одновременно своё видение социальной несправедливости. В
  • самой культуры. Взгляды Кларка, на которые оказали влияние культурный релятивизм и структурный функционализм, сами, в свою очередь, сильно повлияли на
  • одна из ведущих тем творчества Козловского — ценностный и понятийный релятивизм Нельзя закрепиться ни в пространстве, ни во времени: мало того, что все
  • конфликт является отражением философской дискуссии между абсолютизмом и релятивизмом так как одни возводят понятие значимости в абсолют, а другие признают
  • теории эволюции, теории относительности как пропагандирующей моральный релятивизм В ней содержатся утверждения о якобы научной доказанности связи абортов
  • и случая, то есть подчеркивал релятивизм и произвольность допущений софистов. Зайдя слишком далеко в своем релятивизме Протагор подменил диалектику единства
  • 978 — 5 — 271 — 29459 — 4 Возвращение к жизни: Заключительная глава статьи Заметки о релятивизме Alma mater — 1998 — 8 — С. 49 — 52. Немецкая национальная библиотека

Методология Релятивизм: релятивизм пример, социальный релятивизм, релятивизм простым языком, релятивизм антоним, этический релятивизм, когнитивный релятивизм это, релятивизм в физике, релятивизм философский словарь

Релятивизма Альтернативная наука.

Релятивистский 1 характеризующийся релятивизмом 2 связанный с теорией Методологический принцип, согласно которому все наши знания. § 2. Эпистемологический релятивизм неотъемлемое свойство. Метафизический релятивизм, признававший существование вещей и их В этой методологии экспериментальная процедура стала выступать как. Теоретическая физика — Методология. А, м. В философии: методологическая позиция, сторонники к рой, абсолютизируя относительность и условность всех наших знаний, считают.

Материализм и релятивизм Критика методологии современной.

Релятивизм, концептуальная схема, несоизмеримость, язык, семантика, истина, ра ние в методологии радикальной интерпретации в эпистемологии. Идеи релятивизма в исследовании процесса формирования. В процессе контактов с представителями других культур люди встречаются, совершают какие то действия и поступки, обмениваются взглядами и. Релятивизм как болезнь современной философии. Лекторский В. Релятивизм от лат. relativus – относительный – методологический принцип, состоящий в метафизической абсолютизации. Т. Н. Рейзвих, Д. В. Шмонин О магистерской программе Теология. Этический релятивизм методологический принцип истолкования морали, в основе к рого лежит утверждение, будто нравственные пре ставления и.

К вопросу о новизне и эвристическом потенциале доксологии как.

Релятивизм от лат. relativus относительный, методологический принцип, состоящий в метафизической абсолютизации относительности и. Релятивизм как эпистемологическая проблема – тема научной. Оценка релятивизма, индивидуализма, и нравственного компромисса: имеют важное методологическое и практическое значение для нравственного. Министерство образования и науки Российской Федерации. Книга посвящена актуальным методологическим и методическим во уравнение движения релятивистской частицы материальной точки.

О компаративном анализе, междисциплинарности и.

22 ноя 2007 Культурный релятивизм как теоретическая и методологическая основа МКК. Основные методологические подходы и методы изучения. МОСКОВСКИЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ. Материализм и релятивизм. Критика методологии современной теоретической физики. Приведен философский анализ состояния современной. ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ ТРЕНИНГА Тренинг в организации. Понятие релятивизма. Релятивизм от лат. relativus относительный представляет собой методологический принцип, состоящий в метафизической. Материализм и релятивизм. Критика методологии Ozon. Направления релятивизма. Школы и фигуры культурного релятивизма Ф. Боас, А. Кребер, М. Херсковиц. Методология исследований.

Методологический анархизм Гуманитарная энциклопедия.

В истории религии сложились некоторые методологические принципы. Эволюционизм и релятивизм Методология истории религии. St Petersburg Center for the History of Ideas Mikeshina L.A. Релятивизм, психологизм, историзм в социогум познании и проблема Методология исследования, условия понимания в разных науках, с точки зрения. Экономическая методология и постмодернизм Болдырев. Г93 8070 кх2 19500 93. Ацюковский, Владимир Акимович. Материализм и релятивизм критика методологии соврем. теорет. физики В.А. Ацюковский. Релятивизм, психологизм, историзм в социогум познании и. История и методология теологии управление и принципы организации работы в вузе современное образование, ценности и моральный релятивизм. Релятивизм Знания сила. Релятивизм этический лат. relaiivus относительный методологический принцип истолкования природы нравственности, лежащий в основе.

Релятивизм Философия в алфавите.

Интеллектуальный и моральный релятивизм вот главная болезнь истины то есть эпистемологический или методологический вопрос с вопросом о. Онтологический релятивизм и методологический номинализм. ББК, 15.1. УДК, 165. Авторский знак, М 22. Автор, Мамчур Елена Аркадьевна. Заглавие, Объективность науки и релятивизм. Подзаголовок, К дискуссиям. Культурный релятивизм как теоретическая и методологическая. Достоинства и недостатки книги Ацюковский В. А. Материализм и релятивизм. Критика методологии современной теоретической физики в отзывах. М.М. Басимов Методы социологических исследований1. На книгу И.Г. Бакланова Принцип релятивизма в метрологии принцип интерпретации методологический принцип убеждение и т.п. Релятивизм Психологос. Тсмnоралыюсть и философия абсолютного релятивизма. М.: ЛЕНАНД ологических точек зрения, всех методологических подходов, делающее их.

Посмотреть портфолио.

Появляется научная методология – как концептуализация множества путей и релятивизм, системно структурный подход, синергетику и аутопоэзис. Методология релятивизм, метафизика и диалектика. Методологических подходов, предполагающих взаимопроник новение методов релятивистскую, зарождается в психологической науке в конце. Релятивизм и операционализм: Признание относительности. РЕЛЯТИВИЗМ от лат. relativus относительный, методология, принцип, состоящий в метафизич. абсолютизации относительности и условности.

Концепция демократии в контексте чистого учения о праве к 40.

Очевидно, что релятивизм, долгие годы пребывавший на обочине гносеологических и методологических исследований и олицетворявший. Материализм и релятивизм. Критика методологии My google — wiki.info. В статье рассматриваются возможности применения идей релятивизма к существующих в настоящее время идей и методологических подходов. Методологический релятивизм английский перевод google — wiki.info. О трех видах релятивизма Г. Д. Левин Вопросы философии. Автор анализирует внутреннее содержание и методологические особенности. Реферат на тему Принципы сравнительного анализа Docsity. Текст научной статьи на тему СОВРЕМЕННЫЙ РЕЛЯТИВИЗМ В отличие от методологического сомнения Декарта, сомнение скептика не.

Методология постнекрассической психологии и подготовка.

Релятивизм как направление мысли и ярко выраженное. но при этом профессиональная методология не делается мировоззрением,. Этический релятивизм Цифровая библиотека по философии. Релятивизм, плюрализм, критицизм эпистемологический анализ: монография электронная книга для чтения онлайн и в мобильном приложении ЭБС. Элементы релятивистской механики МФТИ. Анализируя проблему эпистемологического релятивизма в вносит вклад в разработку методологии для осмысления закономерного и. Ацюковский В. А. Материализм и релятивизм. Критика. Релятивизм как болезнь современной философии Отв. ред. позиций рассматриваются теоретические и методологические вопросы.

Критическая и релятивистская мысль в современной онтологии.

Релятивизм как эпистемологическая проблема Текст научной статьи по гносеологических и методологических исследований и олицетворявший. Релятивизм Понятия и категории. Универсализм и культурный релятивизм в контексте диссертаций по специальности Теория политики, история и методология политической науки,. Понятие и основные направления релятивизма, Понятие. В философии науки и методологии широко обсуждается проблема релятивизма, от решения которой зависят надежность и истинность знания. Релятивизм Краткий Философский Словарь Онлайн словари. Ключевые слова: софистика, софизмы, мораль, античный релятивизм, софистические приёмы. Античный релятивизм стал методологическим.

СОВРЕМЕННЫЙ РЕЛЯТИВИЗМ тема научной статьи по.

18 дек 2004 Социология Методология социологии методологии как радикального позитивизма, так и радикального релятивизма, возникшего. Что такое релятивизм? Семен Николаев Проза.ру. Логические основанияэпистемологической критики релятивизма Вестн. Том. гос. ун та. Философия. Социология. Политология. 2016. Галухин А.В. Научная статья Критика Дональдом Дэвидсоном. Дисциплине Методологические основы психологии разработаны в. познания, причинность, проблема, рационализм, реализм, релятивизм. Материализм и релятивизм. Критика методологии LiveLib. Интерпретация марксизма в духе релятивизма Неотделимое от стало методологической основой всей буржуазной общественной науки, в том.

Научный релятивизм и методологический анархизм П.

Экономическая методология и постмодернизм. Автор показывает, что свойственные постмодернистам релятивистские представления о науке. Научная рациональность в эпоху аксиологического релятивизма. Философско методологическая концепция, сторонники которой исходят из В том, что касается познания, релятивизм ведет к скептицизму в сфере. Выпуски Известия ВГПУ. Общее представление о методологии науки методология психологии, теория подходах прагматизм, инструментализм, фаллибилизм, релятивизм,. Релятивизм это Что такое Релятивизм?. Авторы пытаются осмыслить феномен релятивизма, получившего большое распространение в История и методология естественных наук: Учебник.

Релятивизм | Философский словарь

(этический) (лат. relaiivus – относительный) – методологический принцип истолкования природы нравственности, лежащий…

(этический) (лат. relaiivus – относительный) – методологический принцип истолкования природы нравственности, лежащий в основе мн. домарксистских и совр. буржуазных этических теорий; выражается в том, что моральным понятиям и представлениям придается крайне относительный, изменчивый и условный характер. Релятивисты видят лишь то, что нравственные принципы, понятия добра и зла различны у разных народов, социальных групп и отдельных людей, определенным образом связаны с интересами, убеждениями и склонностями людей, ограничены в своем значении условиями места и времени. Но за этим многообразием и изменчивостью моральных представлений релятивисты не усматривают ничего общего и закономерного, т. к. сам характер социальной обусловленности морали и тем более содержание определяющих ее общественно-исторических законов остаются не понятыми ими. Поэтому в конечном итоге Р. приводит к субъективизму в толковании нравственных понятий и суждений, к отрицанию в них к. -л. объективного содержания. Этический Р. часто выражал в себе стремление определенных социальных групп подорвать или ниспровергнуть господствующие формы нравственности, к-рым придавался абсолютный и догматический смысл (Абсолютизм). В истории этических учений релятивистское воззрение на мораль получает развитие уже в рабовладельческом об-ве. Софисты, указывая на противоположность нравственных представлений у разных народов (то, что считается добродетелью у одних, осуждается как порок у др.), подчеркивали относительность добра и зла (добро есть то, что полезно тем или иным людям). В Р. софистов выразилось стремление развенчать абсолютные моральные установки, узаконенные многовековыми традициями прошлого. Подобное отношение к моральным принципам проявилось также у академиков -поздних последователей Платона, к-рые в своем этическом учении отразили идейный кризис рабовладельческого об-ва. В новое время идеи этического Р. развивали Гоббс и Мандевиль, к-рые пытались подорвать основы религиозно-догматической нравственности феодализма, опровергнуть представление о ее абсолютном характере и божественном происхождении. При этом религиозно-идеалистическому пониманию морали они противопоставили наивно-материалистическое ее истолкование: источник нравственности в интересах и склонностях людей, в их представлениях о полезном и вредном, а также в потребностях государственного устройства. Подчеркивая относительный характер моральных представлений, Мандевиль уделяет особое внимание критике учения о врожденных нравственных чувствах, распространенного в то время (Нравственного чувства теории). Крайние формы этического Р., сочетающегося с полным отрицанием к.-л. объективных оснований нравственности, получают широкое распространение в совр. буржуазной философии морали. Наиболее характерна в этом отношении эмотивистская теория (Неопозитивизм). Ее сторонники считают, что моральные суждения не имеют никакого объективного содержания, а выражают лишь субъективные установки тех, кто их высказывает. Отсюда делается вывод, что моральные суждения нельзя считать ни истинными, ни ложными и что не следует даже ставить вопрос об их обоснованности и правомерности: каждый человек имеет право придерживаться тех принципов, к-рые ему предпочтительны, и любая т. зр. в морали одинаково оправданна. Такая форма этического Р. является теоретическим обоснованием морального нигилизма и ведет к полной беспринципности. Будучи реакцией на догматизм официальной буржуазной идеологии и морали, релятивистская т, зр. вместе с тем делает невозможной выработку четкой моральной позиции. Провозглашая принцип безусловной терпимости в морали, эмотнвисты тем самым (хотят они этого или нет) теоретически оправдывают всякое социальное зло.

Что такое релятивизм простыми словами. Основные направления релятивизма

(лат. relativus — относительный) — философская концепция, утверждающая относительность, условность и субъективность человеческого…

(лат. relativus — относительный) — философская концепция, утверждающая относительность, условность и субъективность человеческого познания. Признавая относительность знаний, Р. отрицает объективность познания, считает, что в наших знаниях не отражается объективный мир. Такая т. зр. ярко выражена уже в философии Горгия, хотя у него Р. имел положительное значение для развития диалектики. В целом же Р. характерен для агностических и субъективно-идеалистических систем. Он был, напр., одним из гносеологических источников физического идеализма. Диалектический материализм признает относительность познания лишь в том смысле, что каждая историческая ступень познания ограничена данным уровнем развития производительных сил и уровнем науки, а не в смысле отрицания объективной истины. В совр. западной философии Р. проявляется в отрицании объективных исторических законов (Абсолютная и относительная истина).

Релятивизм

философско-методологическая концепция, сторонники которой исходят из того, что “все в мире относительно”, абсолютизируют…

философско-методологическая концепция, сторонники которой исходят из того, что “все в мире относительно”, абсолютизируют изменчивость действительности и наших знаний о ней, преувеличивают относительность и условность последних. Это теория, согласно которой нет ничего абсолютно истинного и все, будь то вкусы или даже цвета, зависит от индивидуальности каждого или от разделяемой им точки зрения. Принцип релятивизма был сформулирован еще в античности Протагором: «Человек есть мера всех вещей». Это значит, что истинным или ложным все оказывается лишь по отношению к нам. В том, что касается познания, релятивизм ведет к скептицизму; в сфере морали он порождает конформизм; в религии – толерантность.

Релятивизм

(от лат. relativus – соотносительный) – убеждение, что нет единой истины, одинаковой для всех людей, а есть множество…

(от лат. relativus – соотносительный) – убеждение, что нет единой истины, одинаковой для всех людей, а есть множество истин, удобных, полезных и убедительных для одних лиц и групп, но неприемлемых для других. Каждая из таких “истин” соотносима с желаниями, культурной, национальной и социальной принадлежностью человека или группы, с эпохой, расой и пр. Релятивизм близок к скептицизму и нередко отождествляется с нравственной и религиозной индифферентностью. Основной контраргумент: релятивизм сам обусловлен определенными вкусами, желаниями, субкультурой и всем прочим в жизни его сторонников и легко может быть оставлен как не обязательный для всех. В религиозной мысли релятивизм проявляется, напр., в требовании устранять теологические предпосылки из понимания ключевых событий Священной истории и описывающих их текстов или же в утверждениях, что Воплощение и другие акты вмешательства свыше следует трактовать как способы понимания событий, а не сами события.

Релятивизм

(этический) (лат. relaiivus – относительный) – методологический принцип истолкования природы нравственности, лежащий…

(этический) (лат. relaiivus – относительный) – методологический принцип истолкования природы нравственности, лежащий в основе мн. домарксистских и совр. буржуазных этических теорий; выражается в том, что моральным понятиям и представлениям придается крайне относительный, изменчивый и условный характер. Релятивисты видят лишь то, что нравственные принципы, понятия добра и зла различны у разных народов, социальных групп и отдельных людей, определенным образом связаны с интересами, убеждениями и склонностями людей, ограничены в своем значении условиями места и времени. Но за этим многообразием и изменчивостью моральных представлений релятивисты не усматривают ничего общего и закономерного, т. к. сам характер социальной обусловленности морали и тем более содержание определяющих ее общественно-исторических законов остаются не понятыми ими. Поэтому в конечном итоге Р. приводит к субъективизму в толковании нравственных понятий и суждений, к отрицанию в них к.-л. объективного содержания. Этический Р. часто выражал в себе стремление определенных социальных групп подорвать или ниспровергнуть господствующие формы нравственности, к-рым придавался абсолютный и догматический смысл (Абсолютизм). В истории этических учений релятивистское воззрение на мораль получает развитие уже в рабовладельческом об-ве. Софисты, указывая на противоположность нравственных представлений у разных народов (то, что считается добродетелью у одних, осуждается как порок у др.), подчеркивали относительность добра и зла (добро есть то, что полезно тем или иным людям). В Р. софистов выразилось стремление развенчать абсолютные моральные установки, узаконенные многовековыми традициями прошлого. Подобное отношение к моральным принципам проявилось также у академиков -поздних последователей Платона, к-рые в своем этическом учении отразили идейный кризис рабовладельческого об-ва. В новое время идеи этического Р. развивали Гоббс и Мандевиль, к-рые пытались подорвать основы религиозно-догматической нравственности феодализма, опровергнуть представление о ее абсолютном характере и божественном происхождении. При этом религиозно-идеалистическому пониманию морали они противопоставили наивно-материалистическое ее истолкование: источник нравственности в интересах и склонностях людей, в их представлениях о полезном и вредном, а также в потребностях государственного устройства. Подчеркивая относительный характер моральных представлений, Мандевиль уделяет особое внимание критике учения о врожденных нравственных чувствах, распространенного в то время (Нравственного чувства теории). Крайние формы этического Р., сочетающегося с полным отрицанием к.-л. объективных оснований нравственности, получают широкое распространение в совр. буржуазной философии морали. Наиболее характерна в этом отношении эмотивистская теория (Неопозитивизм). Ее сторонники считают, что моральные суждения не имеют никакого объективного содержания, а выражают лишь субъективные установки тех, кто их высказывает. Отсюда делается вывод, что моральные суждения нельзя считать ни истинными, ни ложными и что не следует даже ставить вопрос об их обоснованности и правомерности: каждый человек имеет право придерживаться тех принципов, к-рые ему предпочтительны, и любая т. зр. в морали одинаково оправданна. Такая форма этического Р. является теоретическим обоснованием морального нигилизма и ведет к полной беспринципности. Будучи реакцией на догматизм официальной буржуазной идеологии и морали, релятивистская т, зр. вместе с тем делает невозможной выработку четкой моральной позиции. Провозглашая принцип безусловной терпимости в морали, эмотнвисты тем самым (хотят они этого или нет) теоретически оправдывают всякое социальное зло.

Релятивизм

Принцип интерпретации мировоззренческих, культурных, познавательных систем, подчеркивающий моменты их исторической…

Принцип интерпретации мировоззренческих, культурных, познавательных систем, подчеркивающий моменты их исторической изменчивости, ситуативной обусловленности, их замкнутости и несоизмеримости друг с другом. Р. обычно связан с историцизмом и социологизмом, с представлениями о существовании охватывающих и несоизмеримых мировоззрений, “концептуальных каркасов”, структурирующих мышление людей определенных эпох и культур.

Релятивизм

(лат. “relativo”, “относительный”) – представление об относительности, неабсолютности какого-то явления.

1) Релятивизм — (от лат. relativus — соотносительный) — убеждение, что нет единой истины, одинаковой для всех людей, а есть множество истин, удобных, полезных и убедительных для одних лиц и групп, но неприемлемых для других. Каждая из таких «истин» соотносима с желаниями, культурной, национальной и социальной принадлежностью человека или группы, с эпохой, расой и пр. Релятивизм близок к скептицизму и нередко отождествляется с нравственной и религиозной индифферентностью. Основной контраргумент: релятивизм сам обусловлен определенными вкусами, желаниями, субкультурой и всем прочим в жизни его сторонников и легко может быть оставлен как не обязательный для всех. В религиозной мысли релятивизм проявляется, напр., в требовании устранять теологические предпосылки из понимания ключевых событий Священной истории и описывающих их текстов или же в утверждениях, что Воплощение и другие акты вмешательства свыше следует трактовать как способы понимания событий, а не сами события.

2) Релятивизм — — принцип интерпретации мировоззренческих, культурных, познавательных систем, подчеркивающий моменты их исторической изменчивости, ситуативной обусловленности, их замкнутости и несоизмеримости друг с другом. Р. обычно связан с историцизмом и социологизмом, с представлениями о существовании охватывающих и несоизмеримых мировоззрений, «концептуальных каркасов», структурирующих мышление людей определенных эпох и культур.

3) Релятивизм — философско-методологическая концепция, сторонники которой исходят из того, что «все в мире относительно», абсолютизируют изменчивость действительности и наших знаний о ней, преувеличивают относительность и условность последних. Это теория, согласно которой нет ничего абсолютно истинного и все, будь то вкусы или даже цвета, зависит от индивидуальности каждого или от разделяемой им точки зрения. Принцип релятивизма был сформулирован еще в античности Протагором: « Человек есть мера всех вещей». Это значит, что истинным или ложным все оказывается лишь по отношению к нам. В том, что касается познания, релятивизм ведет к скептицизму; в сфере морали он порождает конформизм; в религии – толерантность.

4) Релятивизм — (этический) (лат. relaiivus — относительный) — методологический принцип истолкования природы нравственности, лежащий в основе мн. домарксистских и совр. буржуазных этических теорий; выражается в том, что моральным понятиям и представлениям придается крайне относительный, изменчивый и условный характер. Релятивисты видят лишь то, что нравственные принципы, понятия добра и зла различны у разных народов, социальных групп и отдельных людей, определенным образом связаны с интересами, убеждениями и склонностями людей, ограничены в своем значении условиями места и времени. Но за этим многообразием и изменчивостью моральных представлений релятивисты не усматривают ничего общего и закономерного, т. к. сам характер социальной обусловленности морали и тем более содержание определяющих ее общественно-исторических законов остаются не понятыми ими. Поэтому в конечном итоге Р. приводит к субъективизму в толковании нравственных понятий и суждений, к отрицанию в них к.-л. объективного содержания. Этический Р. часто выражал в себе стремление определенных социальных групп подорвать или ниспровергнуть господствующие формы нравственности, к-рым придавался абсолютный и догматический смысл (Абсолютизм). В истории этических учений релятивистское воззрение на мораль получает развитие уже в рабовладельческом об-ве. Софисты, указывая на противоположность нравственных представлений у разных народов (то, что считается добродетелью у одних, осуждается как порок у др.), подчеркивали относительность добра и зла (добро есть то, что полезно тем или иным людям). В Р. софистов выразилось стремление развенчать абсолютные моральные установки, узаконенные многовековыми традициями прошлого. Подобное отношение к моральным принципам проявилось также у академиков -поздних последователей Платона, к-рые в своем этическом учении отразили идейный кризис рабовладельческого об-ва. В новое время идеи этического Р. развивали Гоббс и Мандевиль, к-рые пытались подорвать основы религиозно-догматической нравственности феодализма, опровергнуть представление о ее абсолютном характере и божественном происхождении. При этом религиозно-идеалистическому пониманию морали они противопоставили наивно-материалистическое ее истолкование: источник нравственности в интересах и склонностях людей, в их представлениях о полезном и вредном, а также в потребностях государственного устройства. Подчеркивая относительный характер моральных представлений, Мандевиль уделяет особое внимание критике учения о врожденных нравственных чувствах, распространенного в то время (Нравственного чувства теории). Крайние формы этического Р., сочетающегося с полным отрицанием к.-л. объективных оснований нравственности, получают широкое распространение в совр. буржуазной философии морали. Наиболее характерна в этом отношении эмотивистская теория (Неопозитивизм). Ее сторонники считают, что моральные суждения не имеют никакого объективного содержания, а выражают лишь субъективные установки тех, кто их высказывает. Отсюда делается вывод, что моральные суждения нельзя считать ни истинными, ни ложными и что не следует даже ставить вопрос об их обоснованности и правомерности: каждый человек имеет право придерживаться тех принципов, к-рые ему предпочтительны, и любая т. зр. в морали одинаково оправданна. Такая форма этического Р. является теоретическим обоснованием морального нигилизма и ведет к полной беспринципности. Будучи реакцией на догматизм официальной буржуазной идеологии и морали, релятивистская т, зр. вместе с тем делает невозможной выработку четкой моральной позиции. Провозглашая принцип безусловной терпимости в морали, эмотнвисты тем самым (хотят они этого или нет) теоретически оправдывают всякое социальное зло.

5) Релятивизм — (лат. «relativo», «относительный») — представление об относительности, неабсолютности какого-то явления.

6) Релятивизм — (от лат. relativus относительный) — 1) то же самое, что реляционализм; 2) философская, гносеологическая точка зрения, впервые отчетливо представленная софистом Горгием, согласно которой все знания рассматриваются лишь как относительно правильные, ибо они обусловливаются положением, которое в зависимости от обстоятельств занимает познающий, особенно в зависимости от своего индивидуального телесно-душевного состояния. Для этического релятивизма, который в своей крайней форме уничтожает все нравственные мерила, различие между добром и злом становится относительным. В философии культуры и философии истории релятивизм исповедуется довольно часто, ибо в их распоряжении нет математически точного мерила. Физическая теория относительности не имеет ничего общего с релятивизмом в вышеуказанном смысле.

7) Релятивизм — (лат. relativus — относительный) — философская концепция, утверждающая относительность, условность и субъективность человеческого познания. Признавая относительность знаний, Р. отрицает объективность познания, считает, что в наших знаниях не отражается объективный мир. Такая т. зр. ярко выражена уже в философии Горгия, хотя у него Р. имел положительное значение для развития диалектики. В целом же Р. характерен для агностических и субъективно-идеалистических систем. Он был, напр., одним из гносеологических источников физического идеализма. Диалектический материализм признает относительность познания лишь в том смысле, что каждая историческая ступень познания ограничена данным уровнем развития производительных сил и уровнем науки, а не в смысле отрицания объективной истины. В совр. западной философии Р. проявляется в отрицании объективных исторических законов (Абсолютная и относительная истина).

Релятивизм

(от лат. relativus — соотносительный) — убеждение, что нет единой истины, одинаковой для всех людей, а есть множество истин, удобных, полезных и убедительных для одних лиц и групп, но неприемлемых для других. Каждая из таких «истин» соотносима с желаниями, культурной, национальной и социальной принадлежностью человека или группы, с эпохой, расой и пр. Релятивизм близок к скептицизму и нередко отождествляется с нравственной и религиозной индифферентностью. Основной контраргумент: релятивизм сам обусловлен определенными вкусами, желаниями, субкультурой и всем прочим в жизни его сторонников и легко может быть оставлен как не обязательный для всех. В религиозной мысли релятивизм проявляется, напр., в требовании устранять теологические предпосылки из понимания ключевых событий Священной истории и описывающих их текстов или же в утверждениях, что Воплощение и другие акты вмешательства свыше следует трактовать как способы понимания событий, а не сами события.

Принцип интерпретации мировоззренческих, культурных, познавательных систем, подчеркивающий моменты их исторической изменчивости, ситуативной обусловленности, их замкнутости и несоизмеримости друг с другом. Р. обычно связан с историцизмом и социологизмом, с представлениями о существовании охватывающих и несоизмеримых мировоззрений, «концептуальных каркасов», структурирующих мышление людей определенных эпох и культур.

философско-методологическая концепция, сторонники которой исходят из того, что «все в мире относительно», абсолютизируют изменчивость действительности и наших знаний о ней, преувеличивают относительность и условность последних. Это теория, согласно которой нет ничего абсолютно истинного и все, будь то вкусы или даже цвета, зависит от индивидуальности каждого или от разделяемой им точки зрения. Принцип релятивизма был сформулирован еще в античности Протагором: « Человек есть мера всех вещей». Это значит, что истинным или ложным все оказывается лишь по отношению к нам. В том, что касается познания, релятивизм ведет к скептицизму; в сфере морали он порождает конформизм; в религии – толерантность.

(этический) (лат. relaiivus — относительный) — методологический принцип истолкования природы нравственности, лежащий в основе мн. домарксистских и совр. буржуазных этических теорий; выражается в том, что моральным понятиям и представлениям придается крайне относительный, изменчивый и условный характер. Релятивисты видят лишь то, что нравственные принципы, понятия добра и зла различны у разных народов, социальных групп и отдельных людей, определенным образом связаны с интересами, убеждениями и склонностями людей, ограничены в своем значении условиями места и времени. Но за этим многообразием и изменчивостью моральных представлений релятивисты не усматривают ничего общего и закономерного, т. к. сам характер социальной обусловленности морали и тем более содержание определяющих ее общественно-исторических законов остаются не понятыми ими. Поэтому в конечном итоге Р. приводит к субъективизму в толковании нравственных понятий и суждений, к отрицанию в них к.-л. объективного содержания. Этический Р. часто выражал в себе стремление определенных социальных групп подорвать или ниспровергнуть господствующие формы нравственности, к-рым придавался абсолютный и догматический смысл (Абсолютизм). В истории этических учений релятивистское воззрение на мораль получает развитие уже в рабовладельческом об-ве. Софисты, указывая на противоположность нравственных представлений у разных народов (то, что считается добродетелью у одних, осуждается как порок у др.), подчеркивали относительность добра и зла (добро есть то, что полезно тем или иным людям). В Р. софистов выразилось стремление развенчать абсолютные моральные установки, узаконенные многовековыми традициями прошлого. Подобное отношение к моральным принципам проявилось также у академиков -поздних последователей Платона, к-рые в своем этическом учении отразили идейный кризис рабовладельческого об-ва. В новое время идеи этического Р. развивали Гоббс и Мандевиль, к-рые пытались подорвать основы религиозно-догматической нравственности феодализма, опровергнуть представление о ее абсолютном характере и божественном происхождении. При этом религиозно-идеалистическому пониманию морали они противопоставили наивно-материалистическое ее истолкование: источник нравственности в интересах и склонностях людей, в их представлениях о полезном и вредном, а также в потребностях государственного устройства. Подчеркивая относительный характер моральных представлений, Мандевиль уделяет особое внимание критике учения о врожденных нравственных чувствах, распространенного в то время (Нравственного чувства теории). Крайние формы этического Р., сочетающегося с полным отрицанием к.-л. объективных оснований нравственности, получают широкое распространение в совр. буржуазной философии морали. Наиболее характерна в этом отношении эмотивистская теория (Неопозитивизм). Ее сторонники считают, что моральные суждения не имеют никакого объективного содержания, а выражают лишь субъективные установки тех, кто их высказывает. Отсюда делается вывод, что моральные суждения нельзя считать ни истинными, ни ложными и что не следует даже ставить вопрос об их обоснованности и правомерности: каждый человек имеет право придерживаться тех принципов, к-рые ему предпочтительны, и любая т. зр. в морали одинаково оправданна. Такая форма этического Р. является теоретическим обоснованием морального нигилизма и ведет к полной беспринципности. Будучи реакцией на догматизм официальной буржуазной идеологии и морали, релятивистская т, зр. вместе с тем делает невозможной выработку четкой моральной позиции. Провозглашая принцип безусловной терпимости в морали, эмотнвисты тем самым (хотят они этого или нет) теоретически оправдывают всякое социальное зло.

(лат. «relativo», «относительный») — представление об относительности, неабсолютности какого-то явления.

(от лат. relativus относительный) — 1) то же самое, что реляционализм; 2) философская, гносеологическая точка зрения, впервые отчетливо представленная софистом Горгием, согласно которой все знания рассматриваются лишь как относительно правильные, ибо они обусловливаются положением, которое в зависимости от обстоятельств занимает познающий, особенно в зависимости от своего индивидуального телесно-душевного состояния. Для этического релятивизма, который в своей крайней форме уничтожает все нравственные мерила, различие между добром и злом становится относительным. В философии культуры и философии истории релятивизм исповедуется довольно часто, ибо в их распоряжении нет математически точного мерила. Физическая теория относительности не имеет ничего общего с релятивизмом в вышеуказанном смысле.

(лат. relativus — относительный) — философская концепция, утверждающая относительность, условность и субъективность человеческого познания. Признавая относительность знаний, Р. отрицает объективность познания, считает, что в наших знаниях не отражается объективный мир. Такая т. зр. ярко выражена уже в философии Горгия, хотя у него Р. имел положительное значение для развития диалектики. В целом же Р. характерен для агностических и субъективно-идеалистических систем. Он был, напр., одним из гносеологических источников физического идеализма. Диалектический материализм признает относительность познания лишь в том смысле, что каждая историческая ступень познания ограничена данным уровнем развития производительных сил и уровнем науки, а не в смысле отрицания объективной истины. В совр. западной философии Р. проявляется в отрицании объективных исторических законов (Абсолютная и относительная истина).

1.4.2 Релятивизм

Релятивизм — методологический принцип, состоящий в метафизической абсолютизации относительности и условности содержания познания.

Релятивизм проистекает из одностороннего подчёркивания постоянной изменчивости действительности и отрицания относительной устойчивости вещей и явлений. Гносеологические корни релятивизма — отказ от признания преемственности в развитии знания, преувеличение зависимости процесса познания от его условий (например, от биологических потребностей субъекта, его психического состояния или наличных логических форм и теоретических средств). Факт развития познания, в ходе которого преодолевается любой достигнутый уровень знания, релятивисты рассматривают как доказательство его неистинности, субъективности, что приводит к отрицанию объективности познания вообще, к агностицизму.

Релятивизм как методологическая установка восходит к учению древнегреческих софистов: из тезиса Протагора «человек есть мера всех вещей…» следует признание основой познания только текучей чувственности, не отражающей каких-либо объективных и устойчивых явлений.

Элементы релятивизма характерны для античного скептицизма: обнаруживая неполноту и условность знаний, зависимость их от исторических условий процесса познания, скептицизм преувеличивает значение этих моментов, истолковывает их как свидетельство недостоверности всякого знания вообще.

Аргументы релятивизма философы XVI-XVIII веков (Эразм Роттердамский, М. Монтень, П. Бейль) использовали для критики догматов религии и основоположений метафизики. Иную роль релятивизм играет в идеалистическом эмпиризме (Дж. Беркли, Д. Юм; махизм, прагматизм, неопозитивизм). Абсолютизация относительности, условности и субъективности познания, вытекающая из сведения процесса познания к эмпирическому описанию содержания ощущений, служит здесь обоснованием субъективизма.

Определённое влияние релятивизм приобрёл на рубеже XIX и XX веках в связи с философским осмыслением революции в физике. Опираясь на метафизическую теорию познания, игнорируя принцип историзма при анализе изменения научных знаний, некоторые учёные и философы говорили об абсолютной относительности знаний (Э. Мах, Й. Петцольдт), о полной их условности (Ж. А. Пуанкаре).

В различных отраслях человеческих знаний термин приобретает своё осмысление (этический релятивизм, лингвистический релятивизм, физический релятивизм и т.п.).

1.4.3 Догматизм

Догматизм — способ мышления, оперирующий догмами (неизменными положениями) и опирающийся на них.

Для догматизма характерны некритичность (отсутствие критики и сомнений), схематизм (односторонность, невнимание к конкретным обстоятельствам и условиям) и консерватизм мышления (неспособность воспринимать новую информацию), слепая вера в авторитеты, неспособность к творчеству.

Проблема догматизма является одной из существенных проблем, одолевающих человечество. Миллионы догматиков, не способных совершенно самостоятельно мыслить, но считающих себя умными, заполоняют и замусоривают своими высказываниями информационное пространство. Ум, в представлении этих людей, отнюдь не способность думать, отнюдь не умение рассуждать и делать логические выводы. Ум, в их понимании, определяется очень просто — ты умён, если ты знаешь определённые догмы — некие положения, которые являются абсолютно правильными. А раз ты знаешь абсолютно правильные положения, то ты, безусловно, умный, а тот, кто их не знает, либо «не понимает», что они правильные, либо дурак. Впрочем, объяснить, почему данные положения являются правильными, догматики не могут. В лучшем случае они могут попытаться «обосновать» их с помощью уловок. Поэтому, для того, чтобы «понять» правильность догм, с их точки зрения, нужно сделать некое непонятное внутреннее усилие, мысленно поднатужиться и придёт оно, «понимание» правильности догмы. При этом, т. к. фактической причиной, побуждающей человека называть правильной ту или иную догму, являются его эмоции, привычные ему оценки, то разубедить догматика в правильности или абсолютности догмы при помощи какой угодно рациональной аргументации практически невозможно. К сожалению, в современном обществе, где неразумность является нормой, нет никаких гарантий от того, что догматики не проникнут куда угодно — в органы управления, в СМИ, в систему образования в науку, где будут распространять догмы и догматический метод, преподнося его в качестве официально правильного, естественного и единственно возможного.

Для правильного понимания состояния современной науки и путей ее развития необходимо преодолеть односторонность как догматизма, так и релятивизма. Догматизм не способен рассматривать положения науки, например, математики и, в частности, системы аксиом как результаты, которые могут подлежать дальнейшему исправлению и совершенствованию. Релятивизм же не видит за частой сменой научных теорий и подходов к их разработке того, что все они являются, по словам В. И. Ленина, “крупицами абсолютной истины”, что прогресс в развитии научных теорий и методов позволяет все более адекватно отражать многообразие отношений объективной действительности.

Длительностью и последовательностью существования материальных образований в их соотношении с другими материальными образованиями. Принципиально важным является ответ на вопрос о том, в каком отношении пространство и время находятся к материи. По этому вопросу в философии существуют 2 точки зрения. Первую из них обычно называют субстанциональной концепцией пространства и времени. В…

Рассмотрении учения Платона о знании необходимости, прежде всего надо иметь в виду, что вопрос о знании отнюдь не ставится у Платона ни как отдельная, изолированная, ни как основная проблема философии. Такое значение гносеологическая проблема получила только начиная с XVII в. и только в некоторых учениях и направлениях философии. Учение Платона о познании неотделимо от его учения о бытии, от его…

От построения Космоса научной мыслью…» Все это свидетельствует о том, что к философским утверждениям понятие истины неприменимо. Это была представлена аргументация автора статьи «Философия как личный опыт». Посмеем выразить не согласие как с методом избранным им для анализа самого феномена истины, так и специфических особенностей ее как истины философской. Думается была проведена чисто…

Поиск тех вопросов, в решении которых имеет место совпадение или близость позиций. Этот принцип применим и для отношений религиозного и не­религиозного мировоззрений. 3. Сущность философии по Георгу Зиммелю Рассматривая сущность философии Зиммель начинает с учения Экхарта, – «это абсолютная включенность всех вещей в Боге. Поскольку все вещи составляют одну сущность, единичная вещь сама по…

В различных отраслях человеческих знаний термин релятивизм приобретает своё осмысление (этический релятивизм, лингвистический релятивизм, физический релятивизм и т.п.).

Принцип физического релятивизма в рамках специальной и общей теории относительности и квантовой механики имеет весьма опосредованное отношение к философии релятивизма. Будучи элементом физической теории, данный принцип состоит в переосмыслении понятий классической механики (времени, пространства, массы и пр.). При этом в рамках некоторых интерпретаций современной физики имеет место неправомерное отождествление понятия «наблюдателя» (введено А. Эйнштейном) с введением «субъективного элемента» в сферу физических взаимодействий, а принципа неопределенности В. Гейзенберга — с субъективно-идеалистическим представлением о зависимости реальности от познающего субъекта.

Социально-культурный релятивизм есть акцентирование моментов своеобразия и исторической изменчивости социальных систем (общественных, культурных, языковых), их ситуативной обусловленности, замкнутости и несоизмеримости друг с другом. Данный тип релятивизма обычно восходит к отрицанию линейного развития культуры, к представлению о существовании несоизмеримых форм жизни и мировоззрений, структурирующих мышление людей определенных эпох и культур (Н.Я. Данилевский, О. Шпенглер).

К данному типу релятивизма примыкает гносеологический релятивизм, отвергающий абсолютный характер философских категорий, научных законов, чувственных представлений, кумулятивное развитие знания. Его сторонники подчеркивают нагруженность эмпирических данных теоретическими интерпретациями, зависимость теоретических терминов от включенности в теоретические схемы, обусловленность теорий мировоззренческими системами и социальными конвенциями, функциональную и содержательную зависимость знания и сознания от деятельности и общения, прерывность и неравномерность познавательного процесса.

Моральный релятивизм отрицает абсолютный характер, то есть всеобщность и принудительность морали, подчеркивая условность и ситуативность моральных норм. При этом утрачивается специфика морали как движения от сущего к должному, и мораль подчиняется, как правило, субъективным пристрастиям или общественной целесообразности (крайние варианты гедонизма и утилитаризма, граничащие с аморализмом).

Понятие философского релятивизма есть прямой результат философского спора: оно возникло как форма критической оценки сторонников вышеуказанных типов релятивизма со стороны их оппонентов. Релятивизм разделяет основные принципы историзма, социологизма и функционализма, противоположные позициям субстанциализма и фундаментализма .

Релятивизм метафизический (онтологический) по сути является утверждением, что вещи и их свойства существуют только в отношениях к другому (обычно под ним понимается дух, воспринимающий субъект). Крайним выражением такой точки зрения является, например, позиция Беркли: «То, что говорится о безусловном существовании немыслящих вещей без какого-либо отношения к их воспринимаемости, для меня совершенно непонятно… невозможно, чтобы они имели какое-либо существование вне духов или воспринимающих их мыслящих вещей».

Релятивизм гносеологический представляет собой концепции, объединяемые принципом: все наши знания относительны, они обладают значимостью лишь для определенной точки зрения, а поэтому необъективны. Такой принцип обосновывается по-разному. В философии эмпиризма релятивизм с логической неизбежностью вытекает из признания индивидуального опыта единственным источником знания: если различные индивиды устроены по-разному, обладают различным опытом, то и их знания об одном и том же различны. Первым представителем этой точки зрения в истории философии был, по-видимому, Протагор, утверждавший, что человек есть мера всех вещей. Другой предпосылкой для принятия принципа релятивизма в гносеологии является апелляция к тому, что познаваемая нами действительность находится в постоянном изменении, поэтому наши знания всегда относительны в том смысле, что истинны только в данный момент. В такой точке зрения, во-первых, не учитывается относительная устойчивость вещей и явлений, которая и делает возможным их познание, а во-вторых, вопрос о соответствии наших представлений объекту подменяется вопросом о неизменности этих представлений. Иногда обоснованием релятивизма служит ссылка на то бесспорное обстоятельство, что объект не может быть познан сразу весь и целиком, что поэтому знания о нем со временем изменяются и иногда довольно радикально. Здесь смешивается вопрос об объективности наших знаний с вопросом об их полноте, то есть объективным считается лишь окончательное, абсолютное знание, но поскольку таковое невозможно, факт изменения знаний рассматривается как доказательство их неистинности .

Этноцентризм препятствует научному исследованию культуры. Нельзя понять поведение других народов, если интерпретировать его в контексте собственных ценностей, убеждений и мотивов. Вместо этого необходимо рассматривать их поведение в свете присущих им ценностей, убеждений и мотивов. При таком подходе, который носит название «культурный релятивизм», поведение народа рассматривается с точки зрения его собственной культуры. В противовес этноцентризму культурный релятивизм разделяет свободный от оценочных суждений или нейтральный подход, предложенный М. Вебером

Средневековье породило еще и эстетический релятивизм. Его можно обнаружить у одного из тех мыслителей XIII века, которые зависели от арабов, в частности у Вителона. В своих эстетических выводах он шел за Альгазеном. Оба интересовались прекрасным главным образом с психологической точки зрения: как человек реагирует на прекрасное? Однако прекрасное они трактовали как свойство вещи не менее объективное, чем форма и величина. Все, что нам известно, известно из опыта, а опыт нам демонстрирует вещи прекрасные и отвратительные. Альгазен не спрашивал, безошибочен ли здесь человеческий опыт. Зато Вителон, обойдя своего учителя, поставил этот вопрос. И вынужден был на него ответить отрицательно. Одни цвета — писал он — нравятся маврам, а другие — скандинавам. Особенно это зависит от привычек, которые формируют предрасположенность человека, а «кто какой обладает предрасположенностью (proprius mos), такой и оценкой прекрасного» .

Вителон пришел к релятивизму, а не к субъективизму; различные люди по разному рассуждают о прекрасном, но различия происходят не только от субъективности прекрасного, но также от того, что одни рассуждают правильно, а другие ошибочно.

В эстетике имеют место и другие, подобные споры, в частности такой: если вещь прекрасна для одного, то является ли она таковой для всех, или же может быть прекрасна для одних, и отвратительна для других? Здесь предметом спора является уже не субъективизм, но эстетический релятивизм. Когда Платон утверждает, что вещи прекрасны «сами по себе», то он отрицает эстетический субъективизм, а когда утверждает, что они прекрасны «всегда», то отрицает релятивизм. А когда Юм к процитированному суждению добавляет, что «что каждый ум наблюдает различное прекрасное», то соединяет с субъективизмом релятивизм. Однако соединение этих двух взглядов не является необходимым: история эстетики знает субъективизм без релятивизма и релятивизм без субъективизма .

Релятивизм в эстетике может быть связан с отрицанием общечеловеческого содержания в истинных произведениях искусства, отрицанием преемственности между различными направлениями искусства. В СССР такой релятивизм был характерен для Пролеткульта, Лефа и т.д. .

Как философская концепция релятивизм стал особенно модным на рубеже 19 и 20 вв., когда физики и философы, придерживающиеся старых, наивно-материалистических представлений о веществе (которое отождествлялось с материей), о массе и т.д., столкнулись с новыми физическими теориями; их правильное философское осмысление требовало иных, диалектико-материалистических представлений, с точки зрения которых наши знания относительны не в смысле отрицания объективной истины, а в смысле исторической условности приближения их к этой истине. Неумение же или нежелание стать на эту точку зрения приводило к утверждениям об абсолютной относительности знаний, о полной их условности .

В настоящее время «система» является определенного рода представлением объекта, когда оно только «проекция», «модель» и т.д., совпадающее с оригиналом только в «определенном отношении», то иногда считается, что все зависит от того, в какой системе объект рассматривать, какую выбрать «систему отсчета». Иначе говоря, иметь объективную картину действительности, оказывается, вообще нельзя. А если можно, то только как результат некоторой интеграции, суммирования возможно большего числа «проекций» и «моделей». Привилегированной системы нет, как нет привилегированной системы отсчета, — вот конечный вывод подобного рода рассуждений. А это и есть «системный» релятивизм. Он основан на том, что мы не можем, как иногда утверждают, и в определенных пределах правильно утверждают, сравнивать непосредственно некоторую систему и саму реальность, для этого мы должны встать в некоторую «третью» позицию. А для этого мы должны построить более широкую систему теоретических представлений, в которой оказались бы сравнимыми первая система и сама реальность. Но для того чтобы эта третья система могла нам служить надежным критерием для сравнения первой системы с реальностью, она сама должна быть сопоставлена с этой реальностью, а для этого должна быть построена четвертая система и так далее до бесконечности .

В качестве следствия жизнефилософского начинания экзистенциализма возник всеобщий релятивизм, грозивший полностью упразднить окончательную безусловность в философии. Недаром философия жизни с особой предрасположенностью соединялась с историческим сознанием, исходившим из разнообразия любых жизненных проявлений у разных народов в разные времена. Жизнь, этот «Сфинкс», в ходе истории постоянно изменяется, и вместе с ней изменяются любые человеческие воззрения и оценки. Нигде тут не должно полагаться чего-то устойчивого.

Здесь нет надобности прослеживать, насколько этот релятивизм укоренен в существе философии жизни, насколько он может быть преодолен посредством более глубокого осмысления ее основ. В любом случае, он имел место как фактическая разработка и определил то положение, исходя из которого понимают выступление экзистенциальной философии. Последняя, в отличие от возникшего таким образом релятивистского растворения и распада, вновь попыталась добыть прочную опору, нечто абсолютное и безусловное, что находилось бы по ту сторону любой возможной изменчивости.

Подобная задача неизбежно возникала внутри философского развития уже из разработок философии жизни и исторического сознания. Однако в том духовном положение что господствовало в Германии по окончании Первой мировой войны, она должна была ощущаться тем более настоятельной и привлекать к себе также и широкие круги общественного сознания. В то время, когда всем прочным порядкам угрожал распад и все обычно считающиеся нерушимыми ценности оказывались сомнительными, то есть тогда, когда релятивизм отныне перестал быть уделом одинокого мышления и начал разлагать объективные жизненные порядки, неминуемо должна была пробудиться потребность в окончательной, безусловной опоре, которая была бы неподвластна стихии этого всеобщего распада. Поскольку же человек разочаровался в любой объективной вере и для него всё стало сомнительным, поскольку все содержательные смыслы жизни были поставлены изменчивостью под вопрос, остался лишь возврат к собственному внутреннему, чтобы здесь, в окончательное предшествующей всем содержательным установкам глуби, добыть ту опору, которая более не принадлежала бы объективному миропорядку. Это предельное, глубинное ядро человека обозначают заимствованным у Кьеркегора понятием существования .

Наличие устойчивых культурных особенностей, «информационного кода», определяющего образ мыслей, чувствования и поведения людей, легло в основу другой концепции философии истории — исторического релятивизма. Не существует общих, одинаковых для всех народов закономерностей. Каждая человеческая общность уникальна. Единая ткань исторического процесса решительно разрывается немецким философом, сторонником «философии жизни» О. Шпенглером (1880-1936). Каждая социальная целостность, «культура» в его терминологии, является уникальным организмом, который расцветает, подобно полевому цветку, на строго ограниченной местности, к которой он остается привязанным навеки. Каждая культура имеет свою душу — некое первоначало, из которого развертывается все богатство конкретных социальных явлений. Душа уникальна, следовательно, скудная линейная схема истории, считал Шпенглер, должна быть заменена на другую историческую реальность, где разнообразие превалирует над единством .

Гносеологические установки Шпенглера, на которых он строит свою историософскую концепцию — это, прежде всего, крайний субъективизм и релятивизм, воинствующий антиинтеллектуализм. Как и для всей философии жизни, исходным понятием для Шпенглера выступает «жизнь». В отличие от Дильтея она отнюдь не сводится к духовной жизни, но включает, как и у Бергсона, сильнейшую биологическую, точнее виталистическую, тенденцию. Шпенглер принимает, правда без подробных объяснений, некое творческое жизненное начало, сходное с жизненным порывом Бергсона, но без присущего тому религиозного оттенка. В этом начале он видит наиболее глубокую основу и исток всей культурной жизни человечества .

Теория познания Шпенглера представляет собой крайнюю форму релятивизма и скептицизма. Для него принципиально не существует знания об объективном мире, а следовательно, и объективной истины. Согласно Шпенглеру, поэтому для подлинного мыслителя нет абсолютно правильных или абсолютно неправильных точек зрения. Все относительно, все изменчиво, все преходяще .

Концепция немецкого философа-экзистенциалиста К. Ясперса (1883-1969) представляет собой еще одну своеобразную попытку разрешения противоречий между идеями исторического прогресса и исторической самобытности — прогрессизма и релятивизма. С его точки зрения, история человечества начинается с доисторической, единой для всех стадии, на которой отсутствует историческое самосознание. На следующей стадии, стадии древних культур, таких, как Египет и Вавилон, происходит разобщение человеческих сообществ, исторический процесс приобретает локальный характер. Наконец, в I тысячелетии до нашей эры, примерно между 800-200 годами до н.э. возникает так называемая осевая эпоха, когда одновременно в Китае, Индии, Персии, Палестине, Древней Греции возникает движение, которое формирует современный тип человека. В осевую эпоху возникают мировые религии, философия, возникает рационально-рефлексивное отношение человека к миру, формируются способности к предельно широким обобщениям. Локальность человеческих сообществ разрушается перед лицом «последних» вопросов бытия. В этот период возникает «философская вера», предполагающая необходимость в нашей жизни прорыва к трансцендентному (запредельному). Философская вера — это своего рода «ученое незнание», осознание ограниченности рациональных методов познания при решении «предельных» вопросов и осознание необходимости постановки этих вопросов. «Ось» связи земного мира с миром Абсолюта, вечности, возникнув однажды, не исчезает. Человек постоянно в той или иной форме соизмеряет себя с Вечностью, а тем самым осуществляет стремление к единству разрозненных исторических событий. На четвертой стадии, в «век науки и техники», это стремление к интеграции человеческих усилий в движении к Абсолюту подкрепляется научными достижениями. Однако процесс этот противоречив и не завершен, история «открыта» .

Фактически, тезис субъективизма неоднократно соединялся с тезисами релятивизма, плюрализма, иррационализма или скептицизма, которые являются результатом схожей минималистской позиции разума, хотя логически они субъективизм не имплицируют, и сами из него не следуют. Отсюда возникла разнородность позиций: субъективизм с релятивизмом и без релятивизма, релятивизм без субъективизма, субъективизм соединенный с плюрализмом или без него и т.д. Схожим образом и объективизм по мере разворачивания истории соединялся с другими теориями, выросшими на фоне максималистской позиции разума .

В философии естественных наук релятивизм нашел свою гносеологическую опору в ныне широко известной концепции несоизмеримости. Авторы этой концепции — Н.Р. Хансон (это он первый ввел в оборот термин «переключение гештальта» и сформулировал представление о сменах теоретических взглядов на мир как о переключениях гештальта), Т. Кун и П. Фейерабенд .

РЕЛЯТИВИЗМ (лат. relativus — относительный) — признание относительности оценок и критериев оценки социальной реальности, идей, знаний, отсутствия абсолютных стандартов качества, критериев истинности.

Райзберг Б.А. Современный социоэкономический словарь. М., 2012, с. 438.

Релятивизм (Ильичёв, 1983)

РЕЛЯТИВИЗМ (от лат. relativus — относительный), методология, принцип, состоящий в метафизической абсолютизации относительности и условности содержания познания. Релятивизм проистекает из одностороннего подчёркивания постоянной изменчивости действительности и отрицания относительной устойчивости вещей и явлений. Гносеологические корни релятивизма — отказ от признания преемственности в развитии знания, преувеличение зависимости процесса познания от его условий (например, от биологических потребностей субъекта, его психического состояния или наличных логических форм и теоретических средств).

Релятивизм (НФЭ, 2010)

РЕЛЯТИВИЗМ (от лат. relativus – относительный) – философский принцип, подчеркивающий примат связи объектов перед их субстанциальными свойствами, приоритет целостности, системности реальности перед ее отдельными частями, развития – перед сохранением. Формулировка принципа релятивизма, как недостоверности и относительности всякого знания, впервые встречается у древнегреческих софистов Протагора и Горгия, позднее – в античном скептицизме, а также в скептицизме Нового времени и в английском эмпиризме.

Релятивизм (Лопухов, 2013)

РЕЛЯТИВИЗМ — философская точка зрения и методологический принцип, согласно которому все знания, все этические, эстетические и религиозные ценности рассматриваются как относительные, ограниченные во времени и пространстве и сравнимые с другими аналогичными, альтернативными ценностями. Относительность каких-либо достижений в различных областях культуры обуславливается преходящими конкретно-историческими условиями, в которых создавались ценности, а также психофизическим состоянием индивидов, их воспринимающих и использующих.

Релятивизм (Кириленко, Шевцов, 2010)

РЕЛЯТИВИЗМ (лат. relativus — относительный) — признание относительности, условности, ограниченности человеческой деятельности в качестве основной ее характеристики. Понятие относительности, условности, обусловленности противопоставляется в Р. абсолютному, необусловленному. Р. выступает в различных формах. Он может быть «онтологическим»: мир изменчив, в нем нет ничего устойчивого, всё связано со всем, всё меняется относительно предыдущего этапа (софисты, античные скептики, отчасти современный прагматизм).

Релятивизм (Конт-Спонвиль, 2012)

РЕЛЯТИВИЗМ (RELATIVISME). Учение, утверждающее невозможность абсолютного учения. В широком смысле слова это, конечно, не более чем трюизм. Разве конечный разум способен получить абсолютный доступ к , если абсолют есть бесконечный разум или вообще не есть разум? Подлинный смысл понятие релятивизма обретает только в специальном значении, выступающем в двух основных формах. Действительно, необходимо различать, с одной стороны, эпистемический, или , релятивизм и, с другой стороны, этический, или нормативный, релятивизм. Обе эти формы могут выступать как слитые воедино (например, у Монтеня), так и разделенные (например, у Спинозы — вторая форма, у Канта — первая)…

КУЛЬТУРНЫЙ РЕЛЯТИВИЗМ • Большая российская энциклопедия

  • В книжной версии

    Том 16. Москва, 2010, стр. 322

  • Скопировать библиографическую ссылку:


Авторы: А. А. Белик

КУЛЬТУ́РНЫЙ РЕЛЯТИВИ́ЗМ, ме­то­до­ло­гич. прин­цип куль­тур­ной ан­тро­по­ло­гии, пред­по­ла­гаю­щий от­каз от оце­ноч­но­го под­хо­да при срав­нит. ана­ли­зе куль­тур и ори­ен­ти­рую­щий ис­сле­до­ва­те­ля на по­ни­ма­ние цен­но­стей иных куль­тур, на «вжи­ва­ние» в мир «дру­гих». Прин­цип К. р. в раз­вёр­ну­той фор­ме был сфор­му­ли­ро­ван Ф. У. Боа­сом (во мно­гом под влия­ни­ем «фи­ло­со­фии жиз­ни» В. Диль­тея) в ра­бо­те «Ан­тро­по­ло­гия и со­вре­мен­ная жизнь» (1928). С этой точ­ки зре­ния на­уч. ис­сле­до­ва­ние воз­мож­но ­при ус­ло­вии вхо­ж­де­ния в изу­чае­мую куль­ту­ру, по­ни­ма­ния её на ос­но­ве её собств. цен­но­стей, что пред­по­ла­га­ет от­каз от рас­про­стра­нён­ных в ев­роп. куль­ту­ре оце­нок. Ана­ло­гич­ную по­зи­цию за­ни­мал Б. К. Ма­ли­нов­ский, при­зы­вав­ший в ра­бо­тах 1920–1930-х гг. брит. ко­ло­ни­аль­ную ад­ми­ни­ст­ра­цию со­хра­нять тра­ди­ции и осу­ще­ст­в­лять кос­вен­ное управ­ле­ние в тра­диц. об­ще­ст­вах. Зна­чит. вклад в раз­ви­тие К. р. вне­сла Р. Бе­не­дикт, от­стаи­вав­шая идею от­но­си­тель­но­сти «нор­мы» при срав­нит. ана­ли­зе тра­диц. куль­тур в кн. «Мо­де­ли куль­ту­ры» (1934). Наи­боль­шее зна­че­ние К. р. имел для М. Дж. Хер­ско­вица. В тео­ре­тич. ра­бо­те «Куль­тур­ная ан­тро­по­ло­гия» (1955) он рас­смат­ри­ва­ет К. р. как ме­то­до­ло­гию по­зна­ния иных куль­тур, тра­диц. об­ще­ст­ва, со­глас­но ко­то­рой не­об­хо­ди­мо по­нять куль­ту­ру из­нут­ри, в све­те её собств. пред­став­ле­ний. Кро­ме ме­то­до­ло­ги­че­ско­го, Хер­ско­виц вы­де­ля­ет фи­лос. ас­пект К. р., ви­дя его в от­ка­зе от ли­ней­ных схем и при­зна­нии мно­же­ст­вен­но­сти пу­тей куль­тур­но­го раз­ви­тия, воз­мож­но­сти цик­лич. из­ме­не­ний, в т. ч. воз­вра­та к бо­лее ран­ним фор­мам. Ос­нов­ной итог при­ме­не­ния К. р. – при­зна­ние рав­но­прав­ны­ми куль­тур­ных цен­но­стей разл. на­ро­дов, са­мо­стоя­тель­но­сти и пол­но­цен­но­сти ка­ж­дой куль­ту­ры, прин­ци­пи­аль­ный от­каз от эт­но­цен­триз­ма и ев­ро­цен­триз­ма в тео­рии и прак­тич. дея­тель­но­сти. Прин­цип К. р. име­ет так­же и по­ли­тич. зна­че­ние для оп­ре­де­ле­ния по­зи­ции по от­но­ше­нию к тра­диц. куль­ту­рам – тен­ден­ции ли­бо к их со­хра­не­нию (вплоть до изо­ля­ции), ли­бо к ин­те­гра­ции в совр. об­ще­ст­во. В мед. ан­тро­по­ло­гии, транс­куль­тур­ной пси­хи­ат­рии и био­ло­гии че­ло­ве­ка К. р. спо­соб­ст­ву­ет от­ка­зу от аб­со­лют­ных, еди­ных для всех на­ро­дов мо­де­лей «нор­маль­но­го функ­цио­ни­ро­ва­ния», стре­мясь к боль­шей де­та­ли­за­ции и диф­фе­рен­циа­ции осо­бен­но­стей осу­ще­ст­в­ле­ния внут­ри­ор­га­ни­че­ских и эт­но­куль­тур­ных про­цес­сов.

Штраус, Гадамер и проблема релятивизма

Консервативный теоретик политики Поль Готфрид вызвал новую волну интереса к работам такого спорного автора, как Лео Штраус, в своей новой книге: «Лео Штраус и консервативное движение в Америке: опыт критической оценки».

Готфрид, который достаточно критично отзывался о Штраусе буквально во всех своих работах, отмечает, что читателей больше всего привлекает у Штрауса его критика «релятивизма». Такая линия рассуждений, «критика релятивизма», весьма популярна в современной неоконсервативной политической риторике и часто недооценивается теми, кто пытается развивать герменевтический подход к таким предметам, как политика, теология или культура в целом. Те же, кто привержены гуманизму Воплощения, должны быть осторожнее с подобной манерой мыслить.

Что такое релятивизм? Почему Штраус и другие деятели, ассоциирующиеся с неоконсервативным движением в Северной Америке, так его недолюбливают? Прежде всего, релятивизм — теоретическая позиция, согласно которой любое понятие об истине полностью определяется контингентными историческими факторами. Таким образом, отрицается притязание истины на универсальную легитимацию. Классические примеры этих контингентных факторов — излюбленные постмодернистским дискурсом «раса», «класс» и «гендер». В последовательном релятивизме ничто не может быть истинным, то есть соответствующим реальности в каком-то однозначном или прямом смысле; слово «истина» просто означает набор исторических обстоятельств, произведших определенные речевые акты.

В своей потрясающей переписке с великим философом-герменевтом Г.-Г. Гадамером Штраус высказывает следующие мысли:

«Я уверен, ты не можешь не признать, что существует фундаментальное различие между твоей постисторической герменевтикой и традиционной преисторической герменевтикой… Я не могу принять теорию герменевтики, которая не будет еще более определенно, чем твоя герменевтика, подчеркивать служебное значение интерпретации. Иначе говоря, мне нужна герменевтика, направленная на понимание мысли другого в том смысле, который он в нее вкладывал».

В противоположность гадамеровскому акценту на «горизонте обстоятельств» читателя как конститутивном элементе значения, Штраус видит первейшую задачу герменевтики в исследовании «мысли другого в том смысле, который он в нее вкладывал» — иначе говоря, «авторской интенции». Штраус настаивает на том, что субстанциальная часть (issue) интерпретации — объективное содержание (content) ее значения, а никак не читательское субъективное отношение к тексту.

Если опираться на гуманистическую перспективу, Штраус — и не он один — имеет все основания бороться с абсолютным релятивизмом. Если такие предметы, как истина и значение, — всего лишь частные проявления различных «горизонтов ожидания» интерпретатора, очень трудно наделять какое-либо прочтение силой убеждения. На самом деле, «истинное для меня» ничуть не более убедительно, чем «истинное для тебя», и поэтому ни малейших побуждений продолжать диалог уже нет. К счастью, более внимательное прочтение Гадамера создает альтернативу столь опасному предположению.

Вслед за другим отцом-основателем современной герменевтики, Мартином Хайдеггером, Гадамер проблематизирует модерные метафоры «субъективного интерпретатора», противопоставляемого «объективной реальности». В такой картине деятельность оказалась бы забытой и бесцветной: изолированные индивиды исследовали бы некоторое количество статических вещей, размещенных в мире. В противоположность данной схеме работы интерпретации Гадамер подчеркивал, что люди уже вовлечены в мир, который они толкуют. Значение — не то, что интерпретатор или субъект познания может расположить в пространстве и времени и овладеть им, но, скорее, способ бытия в мире. Как замечает Гадамер в своей классической книге «Истина и метод»: «Сознающий уже вовлечен в событие, в котором значение утверждает себя». Как пишет Дженс Циммерман в работе «Гуманизм и религия»:

«Историчность для Гадамера — ни в коем случае не “историцизм” или релятивизм. Хотя Гадамер и отвергает основополагающие вещи, отсылающие в конце концов к божественной Мысли, его столь же яростный отказ принять номинализм демонстрирует, что он учит о связи-участии в средостении между универсальным и частным. Вопреки историцизму Гадамер утверждает, что исторический пафос герменевтики должен быть понят как сближающее ее с “преисторической герменевтикой”. Современная герменевтика разделяет с преисторической герменевтикой по крайней мере сущностную структуру “применения правил”. Применение правил, как мы уже видим, знаменует экзистенциальное и аффективное вовлечение интерпретатора в ситуацию, с необходимостью вызываемое активной и ориентированной на действие природой любого действительного вопроса, поставленного во взаимодействии с традицией».

Такой ответ христианского гуманиста на вопрос о релятивизме — не просто возвращение к преисторическим, замкнутым категориям смысла, существующего решительно в стороне от деятельности интерпретаторов в мире, — таковы «идеи» Платона. Напротив, как сказал Бонхёффер в своей легендарной «Этике», «мир относителен по отношению ко Христу». Если это так, то истина и значение — два разных способа уподобления Христу. Такая рабочая схема позволяет избежать тупика релятивизма, не способного разобраться, где «моя», а где «твоя» истина, и способствует объединению теории и практики в динамической реальности актуального бытия в мире, в противоположность отвлеченному мышлению.

Знать истину — быть в истине, быть в истине — быть как Христос.

Источник: The Humanist Lens

Моральный релятивизм (Стэнфордская энциклопедия философии)

Хотя моральный релятивизм не стал важной темой в философии. или где-либо еще до двадцатого века, он имеет древнее происхождение. В классический греческий мир, как историк Геродот, так и софист Протагор, казалось, поддерживал некоторую форму релятивизма ( последний привлек внимание Платона в Theaetetus ). Следует также отметить, что древнекитайский философ-даос Чжуанцзы выдвинул необъективистскую точку зрения, которая иногда интерпретируется как разновидность релятивизма.

Среди древнегреческих философов нравственное разнообразие было широко распространено. признаны, но более распространенной необъективистской реакцией была моральная скептицизм, мнение об отсутствии морального знания (позиция пирронский скептик Секст Эмпирик), а не моральный релятивизм, точка зрения, что моральная истина или оправдание относятся к культура или общество. Этот образец продолжался на протяжении большей части история западной философии. Конечно, были случайные обсуждение моральных разногласий — например, у Мишеля де Монтень Очерки или в диалоге Дэвида Юма прилагается к Запрос об основах нравственности .Эти дискуссии касались моральной объективности, но морального релятивизма как тезис, явно отличающийся от морального скептицизма, обычно не было в фокусе. До двадцатого века философы-моралисты обычно не чувствовал себя обязанным защищать позицию по моральным релятивизм.

Тем не менее, возросшее понимание морального разнообразия (особенно между западными и незападными культурами) со стороны европейцев в Современная эпоха является важным предшественником современной озабоченности с моральным релятивизмом.В это время преобладающим видом среди Европейцы и их колониальные потомки считали, что их моральные ценности выше моральных ценностей других культур. Мало кто думал, что все морально значения имели равную или относительную достоверность, или что-то в этом роде. В Главный импульс для такой позиции исходил от культурной антропологии. Антропологи были очарованы разнообразием культур, и они провели подробные эмпирические исследования их, особенно «Примитивные», незападные. С начала антропологи приняли предположение о европейском или западном превосходство.Но это предположение начало оспариваться в двадцатого века, особенно некоторыми социологами в США Состояния. Раннее несогласие исходило от социолога Уильяма Грэма. Самнер, предложивший версию морального релятивизма в своей работе 1906 г. Народные пути . Но самый влиятельный вызов возник из-за антрополог Франц Боас. Он и его ученики — в в частности, Рут Бенедикт, Мелвилл Дж. Херсковиц и Маргарет Мид — четко сформулированные влиятельные формы морали релятивизм в первой половине ХХ века.В 1947 г. повод для обсуждения в Организации Объединенных Наций универсальных прав человека, Американская антропологическая ассоциация выступила с заявлением, в котором объявила что моральные ценности соотносятся с культурами и что нет способа показывая, что ценности одной культуры лучше, чем ценности Другой. Антропологи никогда не были единодушны в утверждении этого, а в последнее время защита прав человека со стороны некоторых антропологи смягчили релятивистскую ориентацию дисциплина. Тем не менее, известные антропологи, такие как Ричард А.Шведер и покойный Клиффорд Гирц защищали релятивистскую позиции за последние годы.

Важным ранним мостом от антропологии к философии был основанный Эдвардом Вестермарком (1906–18 и 1932), социальный ученый, написавший антропологические и философские труды, защищающие формы эмпирического, а также метаэтического морального релятивизма. в во второй половине 20-го века философы-моралисты начали посвящать значительное внимание к моральному релятивизму и некоторые — в первую очередь Ричард Б.Брандт (1954) и Джон Лэдд (1957) — вполне серьезно эмпирические усилия антропологии понять морали разных культур, до такой степени сами эмпирические исследования (предвосхищение недавнего акцента по экспериментальной философии, которая будет обсуждаться в раздел 3). В последние несколько десятилетий все больше внимания уделяется морального релятивизма, и сейчас существует огромная литература по предмет (библиография ниже очень ограничена). Большинство из них дискуссии находятся в области «чистых метаэтика », но не все.Например, существует значительная работа над моральным релятивизмом в связи с правами человека (Доннелли 2013, часть 2 и Окин 1998), политическая философия (Accetti 2015, Билграми 2011 и Лонг 2004) и феминистской философии (Код 1995 и Khader 2019). Есть также обсуждения морального релятивизма в прикладные области, такие как медицинская этика (Earp, 2016).

В общем, термин «релятивизм» относится ко многим различным идеи. Например, в антропологии это иногда означает, среди прочего вещи, довольно бесспорное мнение, что антропологи должны стремятся быть беспристрастными и непредвзятыми в своих эмпирических исследованиях.Однако в моральной философии «релятивизм» обычно понимается предложить эмпирическую, метаэтическую или нормативную позицию. В эмпирическая позиция обычно:

Описательный моральный релятивизм ( DMR ). Что касается эмпирический факт, существуют глубокие и широко распространенные моральные разногласия в разных обществах, и эти разногласия гораздо больше значительнее, чем какие бы то ни было соглашения.

Иногда подчеркивается моральное разнообразие, а не строгие правила. несогласие. DMR часто считается созданным антропологией и другими эмпирическими дисциплинами. Однако это не так. бесспорно: как эмпирические, так и философские возражения был поднят против него. Следовательно, это один из центральных пунктов дискуссии.

Метаэтическая позиция обычно касается истины или оправдания. моральных суждений, и было дано несколько иное определения. Метаэтические релятивисты обычно полагают, что многие фундаментальные моральные разногласия не могут быть разрешены рационально, и На этом основании они утверждают, что моральным суждениям недостает морального авторитета или нормативная сила, которую моральные объективисты обычно утверждают суждения могут иметь.Следовательно, метаэтический релятивизм отчасти отрицательный тезис, бросающий вызов утверждениям моральных объективистов. Тем не менее, он часто включает и положительный тезис, а именно, что моральные суждения, тем не менее, имеют моральный авторитет или нормативную силу, не абсолютно или универсально (как утверждают объективисты), но относительный для некоторой группы людей, такой как общество или культура. Этот момент обычно делается в отношении истины или оправдания (или того и другого), и следующее определение будет полезным ориентиром:

Метаэтический моральный релятивизм ( MMR ).Правда или ложность моральных суждений или их оправдание не является абсолютным или универсален, но связан с традициями, убеждениями или практики группы лиц.

Что касается ценности истины, это означает, что моральное суждение, такое как «Многоженство — это неправильно с моральной точки зрения» может быть верным по отношению к одному общество, но ложное по отношению к другому. Это не правда или ложь, попросту говоря. Точно так же в отношении оправдания это суждение может быть оправдано в одном обществе, но не в другом.Взятый в С одной стороны, этот последний пункт бесспорен: люди в одном обществе у них могут быть другие доказательства, чем у людей в другое общество. Но у сторонников MMR обычно что-то есть. сильнее и провокационнее: стандарты оправдание в двух обществах может отличаться друг от друга и что нет рациональной основы для разрешения этих разногласий. Этот вот почему оправдание моральных суждений скорее относительное, чем абсолютный.

В последние годы появилось множество различных формулировки релятивизма (обсуждение некоторых из них см. Fricker 2013, Krausz 2011 и López de Sa 2011).это важно отметить несколько различий, которые могут быть сделаны при формулировании различные метаэтические релятивистские позиции. Во-первых, различие иногда проводится между содержательным релятивизмом, представлением о том, что предложения может иметь разное содержание (значение) в разных фреймворках, и релятивизм истины, точка зрения, что предложения имеют одинаковое содержание в разные структуры, но их истинностная ценность может различаться в этих рамок (для обсуждения этого различия с точки зрения моральных релятивизм, см. Prinz 2007: 180–3).В последующих обсуждениях Обычно предполагается истинный релятивизм. Во-вторых, иногда говорят что истинность или оправдание моральных суждений может относиться к как отдельное лицо, так и группа лиц. В этой статье, последнее будет принято, как в определении MMR , если иное не отмечено. В-третьих, то, что является истиной или оправданием. родственником могут быть лица, выносящие моральные суждения, или лица о ком выносятся суждения. Иногда их называют релятивизм оценщика и агента соответственно.Релятивизм оценщика предполагает, что мы делаем или должны выносить моральные суждения на основе наших собственные стандарты, в то время как агентный релятивизм подразумевает, что соответствующие стандарты — это те люди, которых мы судим (конечно, в некоторых случаи могут совпадать). Релятивизм оценщика является более распространенным положение, и обычно в ходе обсуждения предполагается, что следует. Наконец, MMR может быть предложено как лучшее объяснение. того, во что люди уже верят, или это может быть выдвинуто как позиция люди должны принять, независимо от того, во что они сейчас верят.Там будет повод обсудить оба утверждения ниже, хотя последнее наверное, более распространенный.

Метаэтические моральные релятивистские позиции обычно противопоставляются моральный объективизм. Скажем так, моральный объективизм утверждает, что моральные суждения обычно истинны или ложны в абсолютном или универсальное чувство, что некоторые из них верны, и что люди иногда оправданы в принятии истинных моральных суждений (и отказе от ложных единицы) на основании доказательств, доступных любому разумному и хорошо информированный человек.Есть разные способы бросить вызов моральным объективизм. Моральный скептицизм говорит, что мы никогда не оправдываемся в принятие или отклонение моральных суждений. Другие взгляды — по-разному называется моральным некогнитивизмом, экспрессивизмом, антиреализмом, нигилизмом, и т. д. — утверждают, что моральные суждения не имеют истинной ценности, по крайней мере за пределы истинности, подразумеваемой минималистским утверждением, что для утверждения что S истинно — это просто утверждение S (связанное мнение, ошибка теория утверждает, что моральные суждения всегда ложны). MMR — это часто отличают от всех этих взглядов: вместо того, чтобы отрицать истинность или оправдание, он утверждает их относительные формы.Однако метаэтические моральные релятивистские взгляды иногда рассматриваются как связаны с позициями, в которых говорится, что моральные суждения не имеют истинной ценности, поскольку релятивистские взгляды утверждают, что моральным суждениям недостает истинностное значение в абсолютном или универсальном смысле. Это иногда просто вопрос терминологии, но не всегда. Если сказано, что моральным суждениям недостает истинной ценности (за пределами требований минимализма), тогда не может быть относительной истинностной ценности в том смысле, что моральная релятивисты обычно намереваются (хотя можно утверждать, что существует в смысле, в котором еще могло быть оправдание).Как будет видно ниже обсуждается связь между MMR и некогнитивистские или экспрессивистские позиции.

Большинство аргументов в пользу MMR основаны на DMR и утверждение о том, что неправдоподобно предполагать фундаментальные моральные разногласия всегда можно разрешить рационально (для обзоров эти аргументы см. в Plakias 2020 и Seipel 2020b). Иногда бывает сказал, что некоторые моральные разногласия безупречны, что означает, что ни партия совершила ошибку (см. Kölbel 2004).Например, Харман (1996), Принц (2007) и Вонг (1984 и 2006) все подчеркивали важность моральных разногласий при отстаивании MMR , и такие аргументы будут более подробно рассмотрены в последующих разделы. Однако некоторые аргументы в пользу MMR имеют довольно другой подход, и здесь следует отметить два из них.

Во-первых, MMR может быть защищено в результате общего релятивистский тезис о том, что правда или оправдание всего суждения не являются абсолютными или универсальными, но относятся к некоторой группе человек.Например, эта общая позиция может быть сохранена в отношении основание, что каждое общество имеет свою концептуальную основу и что концептуальные рамки несоизмеримы друг с другом. Следовательно, мы может говорить об истине или оправдании только в относительных терминах (см. обсуждение несоизмеримости в архивной версии лета 2015 г. записи на релятивизм (раздел 4.2)). Можно подумать, что эта позиция недостаток в том, что это может быть только выдвинуто как истинное или оправданное относительно некоторой концептуальной основы (обычно предполагается, что это наша собственная структура), и многие считают ее неправдоподобной в отношении здравым суждениям и суждениям в естественных науках.Однако это один путь к MMR . Но большинство сторонников MMR сосредоточить внимание на отличительных чертах морали и отвергнуть общий релятивизм. На самом деле они часто противопоставляют мораль и науку. в отношении вопросов истины и оправдания. Например, Харман (2000b), Принц (2007) и Вонг (1996 и 2006) все ассоциируют моральные релятивизм с натурализмом, позиция, которая обычно предполагает объективность естественных наук.

Во-вторых, метаэтическая моральная релятивистская позиция может быть защищена акцентирование внимания на других аспектах морали, кроме разногласий.Например, Рован (2011 и 2013) утверждал, что релятивизм лучше понимается не как ответ на несогласие, а как ответ на альтернативные концептуальные схемы, изображающие разные миры, нормативно изолированы друг от друга. В связи с этим носители истины в одном мире логически не связаны с носителей истины в ином мире (так что не может быть строгих несогласие), и все же невозможно охватить оба мира (так что они альтернативы). Рован утверждает, что в моральной сфере, но не в области естественных наук, могут быть разные миры в этом смысле.Следовательно, моральное суждение может быть верным для обитатель одного мира, но не обитатель другого. An значение этой точки зрения, по ее словам, состоит в том, что обучение и преподавание в разных моральных мирах может быть невозможно.

В частично аналогичной точке зрения Веллеман (2015) утверждал, что на основании этнографических и исторических данных, что разные сообщества создавать доступные типы действий по-разному. Более того, причины для действия всегда зависят от точки зрения конкретного сообщества, поскольку они возникают из стремления к взаимному интерпретируемость, необходимая для социальной жизни внутри сообщества.Следовательно, нет никаких перспективных причин. Не может быть прямое несогласие между этими сообществами, потому что они не имеют общих наборов типов действий. Тем не менее общины могут обращаются к основным темам морали, но несовместимыми способами их разные точки зрения. Таким образом, мораль может иметь только местные срок действия.

И Рован, и Веллеман подчеркивают моральное разнообразие, а не моральное разнообразие. несогласие. Они утверждают, что разногласия не могут быть рационально решено, но нет никаких оснований для доказательства этого, среди различных несовместимых альтернатив одна рационально превосходит Другой.

Кроме того, стоит отметить, что MMR иногда оправдано существенным обращением к особому анализу моральных суждений в сочетании с утверждением о моральных несогласие. Например, Принц (2007) утверждает, что то, что он называет «Моральный сентиментализм» подразумевает форму MMR один раз мы признаем моральные разногласия. Согласно моральному сентиментализму, действие является морально правильным (неправильным) тогда и только тогда, когда некоторый наблюдатель действие имеет чувство одобрения (неодобрения) по отношению к нему.Принц защищает эту позицию на основе метаэтического аргумента. что это наиболее правдоподобный отчет в свете эмпирических исследований связывание моральных суждений и эмоций. Поскольку у людей часто бывает противоречивые мнения об одном и том же действии, суждение в форме «Действие X правильно» может быть верным (если выражено лицом, одобряющим X ), и ‘ X — это неверно »также может быть правдой (если высказано человеком, который не одобряет X ). С этой точки зрения истинность такого морального суждения относятся к настроениям людей, которые их выносят.Моральный сентиментализм — важнейшая черта этого аргумента, и многие философы будут отрицать, что моральная правота и неправота зависят от наши настроения таким образом. Но большинство аргументов в пользу MMR являются не основанный на моральном сентиментализме.

В другом примере Харман (2000a) утверждает, что моральное суждение, которое человек должен сделать X («внутреннее суждение») подразумевает, что у человека есть мотивирующие причины сделать X , и что у человека могут быть такие причины только в том случае, если он или она неявно заключил соглашение с другими о том, что делать.Следовательно, моральные суждения такого рода действительны только для групп лица, заключившие такие соглашения. Действие может быть правильным родственником к одному соглашению и неверно по отношению к другому (это объединяет агент и оценочный релятивизм, поскольку Харман предполагает, что человек вынесение приговора и лицо, которому оно адресовано являются обеими сторонами соглашения).

Релятивизм Хармана представлен как тезис о логической форме, но релятивистский подтекст возникает только потому, что предполагается, что соответствующие мотивирующие причины не универсальны и, вероятно, возникло из соглашения, которое заключили некоторые, но не все люди.В это чувство, моральное несогласие — важная черта аргумент. Но основное внимание уделяется интерналистской идее, что внутреннее суждения подразумевают мотивирующие причины, причины, которые не указаны просто будучи рациональным, но требуя определенных желаний или намерений что человек может иметь или не иметь. Интернационализм в этом смысле спорная точка зрения, и многие сказали бы, что моральное суждение может применяться человеку, независимо от того, мотивирован ли этот человек следовать за ним (см. раздел «Психология: моральная мотивация» в вход на моральная эпистемология).Однако интернализм не является стандартной чертой большинства аргументов в пользу моральный релятивизм, и на самом деле некоторые релятивисты критически относятся к интернализм (например, см. Wong 2006: ch. 7)

Стоит отметить, что интернализм — это одно из проявлений более общая точка зрения, подчеркивающая направленность действий моральные суждения. Хотя Харман и другие (например, Dreier 1990 и 2006) утверждали, что форма морального релятивизма обеспечивает лучшее объяснение интернализма, более распространенным аргументом было то, что руководящий характер моральных суждений лучше всего объясняется некогнитивистское или экспрессивистское объяснение, согласно которому моральные суждениям недостает истинностной ценности (по крайней мере, за пределами требований минимализма).Фактически, некоторые утверждали, что экспрессивистская позиция избегает и превосходит моральный релятивизм, потому что он объясняет руководящий характер моральных суждений без принятия проблемы, с которыми, как считается, связан моральный релятивизм (например, см. Blackburn 1998: ch. 9 и 1999 г., а также Хорган и Тиммонс 2006 г.). От напротив, другие придерживались таких позиций, как некогнитивизм и экспрессивизм привержены форме морального релятивизм (например, см. Bloomfield 2003, Foot 2002b и Шафер-Ландау 2003: глава 1).Для оценки этой дискуссии см. Miller 2011, и за обсуждение некогнитивизма и связанных с ним позиции, см. запись на моральный когнитивизм vs. некогнитивизм.

Наконец, термин «моральный релятивизм» иногда связано с нормативной позицией относительно того, как мы должны думать о лицах, с которыми мы не согласны морально, или вести себя по отношению к ним. Обычно позиция формулируется в терминах толерантности. В в частности, говорится, что мы не должны вмешиваться в действия людей, основанных на моральных суждениях, которые мы отвергаем, когда разногласия нет или не могут быть разрешены рационально.Это мысль особенно применительно к отношениям между нашим обществом и теми, кто общества, с которыми у нас есть существенные моральные разногласия. С толерантность в таком понимании — это нормативный тезис о том, что мы нравственно следует делать, это лучше всего рассматривать, а не как форму морального релятивизма как таковой , но как тезис, который часто считался подразумевается релятивистскими позициями, такими как DMR и MMR . Несмотря на популярность этой мысли, большинство философов верят в нее. ошибается.Главный вопрос — какие философские отношения, если любой, находится между моральным релятивизмом и терпимостью.

В оставшейся части этой записи будет обсуждаться DMR , утверждение что маловероятно, что фундаментальные моральные разногласия могут быть рационально решены, аргументы и возражения против MMR , смешанные позиции, сочетающие моральный релятивизм и моральный объективизм, и взаимосвязь между моральным релятивизмом и терпимостью. Но сначала необходимо некоторое рассмотрение недавних вкладов экспериментальная философия к этим дискуссиям.

Экспериментальная философия — это подход к философии, который явно опирается на экспериментальные знания, установленные наукой, для решения философские вопросы (см. запись на экспериментальная моральная философия). Есть три важных способа, которыми экспериментальная философия сыграл важную роль в дискуссиях о моральном релятивизме. Эти касаются степени морального разногласия или моральных разногласий. разнообразие среди людей (то есть немецких рупий ), степень, в которой народная мораль привержена объективистам или релятивистам понимание моральных суждений (то есть взглядов обычных людей в отношении MMR ), и степень принятия моральный релятивизм влияет на моральные установки, такие как терпимость (т. е. каким образом взгляды на MMR причинно влияют на то, или нет людей толерантного отношения).

Первый из них имеет долгую историю дискуссий о моральных релятивизм и фактически может считаться одним из самых ранних примеров экспериментальной моральной философии. Как было видно в секция 1, более века работы антропологов и других социальных ученые внесли свой вклад в развитие мысли о моральных релятивизм, оба стремясь предоставить эмпирические доказательства для обширные межкультурные разногласия и различия в морали, и предлагая идею, что моральные кодексы верны только в отношении культура как лучшее объяснение этого.То есть эти ученые предоставили эмпирические основания для принятия DMR , и они предположили, что некоторая форма MMR является разумной вывод из этих данных (хотя эти позиции не всегда четко различаются). Что еще более важно, работа, цитируемая в секция 1 Брандтом (1954) и Лэддом (1957), включая оба эмпирических исследования моральных ценностей коренных американцев и философские размышления о значении этих исследований по сравнению с моральным релятивизмом, являются яркими примерами морального философы, занимающиеся эмпирическими исследованиями в поддержку философских цели.Их эмпирическая работа не сразу вдохновила других философов проводить аналогичные исследования. Экспериментальная философия в в этом смысле — эксперименты или другие эмпирические исследования, проведенные философы — не стали заметными до почти полувека позже. В наши дни философы иногда проводят эксперименты, чтобы исследовать степень морального разногласия (например, см. исследование западных и восточноазиатских ценностей, цитируемое Дорис и Плакиас 2008 г.). Что было гораздо более распространенным в последние десятилетия, так это цитирование философами эмпирических исследований антропологами установить факты о моральных разногласиях или разнообразии (например, см. Prinz 2007, Velleman 2015 и Wong 1984 и 2006).Был возобновление интереса к этике со стороны некоторых антропологов в последние несколько лет (см. Klenk 2019 и Laidlaw 2017), но это еще не привлекла большое внимание философов. Подробнее об этих проблемы в Раздел 4.

Вторая проблема: насколько обычные люди принимают некоторые форма морального объективизма или какая-то форма MMR (или какая-то другая необъективистская позиция), была предметом значительных экспериментальные исследования последних лет. Это исследование иногда проводились психологами (или другими учеными), иногда философов, и все чаще они оба работают вместе (ибо обзоры этой литературы см. в Pölzler and Wright 2019 и Саркисян 2016).В прошлом философы с самыми разными метаэтические обязательства иногда утверждали, что в повседневной моральной Практики люди неявно предполагают, что моральный объективизм в некоторых смысл правильный (например, см. Blackburn 1984: 180 и Jackson 1998: 137). Напротив, иногда некоторые философы утверждали что у обычных людей иногда есть отношения, которые противоречат объективизм. Например, Вонг утверждал, что в некоторых моральных разногласия люди допускают, что человек с противоречивыми моральными решение является разумным при принятии решения в той мере, в какой эти люди не уверены, что их собственная позиция однозначно верна — что он называет «моральной амбивалентностью» (см. Wong 2006: ch.1). Так кто прав, философы, утверждающие, что обычные люди принимают форма объективизма (народный моральный объективизм) или философы, которые думают что обычные люди хотя бы иногда принимают что-то более близкое MMR (народный моральный релятивизм)?

Недавние эмпирические исследования показывают, что обе позиции могут иметь некоторые заслуга: метаэтические взгляды обычных людей довольно сложны. А общий метод измерения того, являются ли люди объективистами или релятивистов о моральном утверждении — значит представить им разногласия между двумя сторонами относительно заявления и спросите их, может ли быть правильным не более одной стороны.Ответ, который только одно может быть правильным указывает на приверженность объективизму, в то время как ответ, который может быть более чем одним, предполагает приверженность релятивизм (или какая-то необъективистская позиция). Несколько исследований использование этой и связанных методологий предоставило доказательства что, хотя многие люди являются объективистами в отношении морали, значительный число — не объективисты (например, см. Nichols 2004). Более того, некоторые исследования показали интересные корреляции с этими различия. Например, быть в соревновании, а не в совместное взаимодействие и вера в карающего Бога соотносятся с более объективистской интуицией (см. Fisher et al.2017 и Саркисян и Фелан 2019), а открытость опыту и альтернативные возможности более распространены среди тех, у кого необъективистские интуиции (см. Feltz and Cokely 2008, Goodwin и Дарли 2010). Кроме того, некоторые исследования показывают, что быть причинно-следственными связями, а также корреляциями. Например, желание наказать порождает объективистскую интуицию (см. Роуз и Николс в ближайшее время).

Другие исследования показали разные виды сложности. Люди более вероятно, что они будут объективистами в отношении некоторых моральных вопросов (например, ограбление), чем они касаются других моральных проблем (например, абортов).Эти различия также имеют корреляции, которые частично могут быть пояснительное: отношение к проблеме как объективной коррелирует с силой веры и восприятия консенсуса по этому вопросу (см. Goodwin и Дарли 2008 и 2010; ср. Айярс и Николс 2020). Более того, люди более склонны быть объективистами в отношении одних вопросов, чем другие, даже когда им разрешено определять для себя, какие проблемы считаются как моральные проблемы (см. Райт и др., 2013).

Наконец, более вероятно, что люди дают объективистский ответы, когда они думают, что стороны в моральном разногласии разделяют ту же культуру, чем когда думают, что несогласные партии принадлежат к совершенно другой культуре.Это может означать, что многие из тех, кто дает объективистские ответы, молчаливо предполагают своего рода объективность при условии, что несогласные стороны иметь общую моральную основу, но не в обстоятельствах, в которых это разные моральные рамки (см. Саркисян и др., 2011).

Короче говоря, эмпирическая работа о народных метаэтических воззрениях предполагает что существует значительное разнообразие в степени, в которой обстоятельства, при которых люди выражают моральные объективистские взгляды или моральные необъективистские взгляды, такие как MMR .Это может быть принято чтобы указать, что некоторые люди являются объективистами, а некоторые нет. Но это может также использоваться, чтобы показать, что некоторые люди «метаэтические плюралисты »: они объективисты в некоторых моральных вопросах, но они относятся к релятивистам по другим моральным вопросам (см. Pölzler 2017, Райт 2018 и Райт, Гранджин и МакУайт 2013). То есть, возможно, некоторые люди неявно отрицают распространенное предположение среди философов, что все моральные убеждения должны быть одинаковыми метаэтический анализ.

Могут возникнуть различные вопросы о ценности и значении это экспериментальная работа.В последние годы важным вопросом в психология — это степень, в которой экспериментальные результаты могут быть тиражируется. Утверждалось, что скорость репликации в экспериментальная философия сравнительно высока (см. Cova et al. 2018) и некоторые исследования принятия людьми морального объективность была воспроизведена (например, см. Wright 2018). Другой вопрос: достаточно ли выборки этих исследований? разнообразны, чтобы свидетельствовать о метаэтических обязательствах всех человеческих существа. И снова были опасения, что психология изучает были нерепрезентативными (например, потому что они слишком сильно полагались по студентам бакалавриата в США).Однако на по крайней мере, некоторые исследования, касающиеся моральной объективности, включали более разнообразная группа субъектов (например, Beebe et al. 2015 и Саркисян и др. 2011). Другой вопрос, к чему насколько эти исследования действительно измеряют принятие морального объективизма или моральный релятивизм. Многие исследования посвящены моральному объективизму и это может оставить неясными взгляды людей на такую ​​позицию, как MMR (Поскольку существует множество позиций, отвергающих объективизм). Однако некоторые исследования были посвящены именно моральному релятивизму. (например, Саркисян и др.2011).

В любом случае некоторые философы могут задаться вопросом о философском Актуальность данного экспериментального исследования. Один ответ заключается в том, что это могло влияют на критерии успеха в метаэтике. Например, это иногда высказывается мнение, что большинство людей являются моральными объективистами, а чем моральные релятивисты, и что метаэтическая позиция, такая как моральная реализм завоевывает доверие, потому что соответствует народной морали так понял (см. Smith 1991). Только что процитированные исследования и другие похоже, оспаривает фактическую предпосылку этого метаэтического критерия (см. Sarkissian 2017), и утверждалось, что лучшие интерпретация эмпирических данных заключается в том, что многие люди принимают форму релятивизма (см. Биби в печати).Другой ответ: некоторые сложности, выявленной в этих исследованиях, может привести философов к рассмотреть более серьезно философскую жизнеспособность плюралистов или смешанная метаэтическая позиция, согласно которой, например, моральная объективизм в некоторых отношениях верен, но MMR верен в других отношениях (в этой связи см. Gill 2008 и Синнотт-Армстронг 2009). Подробнее по этому вопросу в Раздел 7. В любом случае растет признание важности интерпретация значения экспериментальных доказательств для осторожная метаэтика (см. Bush and Moss 2020, Hopster 2019 и Пёльцлер и Райт 2020).

Последняя область, в которой экспериментальная философия внесла свой вклад в обсуждение морального релятивизма относится к отношениям между релятивизм и моральные установки, такие как терпимость. Иногда бывает утверждал, что некоторые формы морального релятивизма дают основание для терпимость (см. раздел 8). Но будут ли моральные релятивисты более терпимыми, чем моральные? объективисты? Некоторые недавние психологические исследования показывают, что ответ может быть «да». Есть некоторая корреляция между принятие морального релятивизма и бытия более толерантный (Collier-Spruel et al.2019), а там есть некоторая корреляция между рассмотрением моральной проблемы как объективной и быть менее терпимым (Wright et al. 2008 и 2014), хотя также ясно, что другие факторы имеют отношение к тому, поведение терпимое или нетерпимое.

Поскольку эти исследования предполагают некоторую корреляцию между принятием морального релятивизма и терпимостью, это может быть считается неудивительным результатом для тех, кто утверждал, что моральный релятивизм обеспечивает рациональную основу терпимости.Конечно, психологические отношения не показывают, что существует логическая отношение. Но некоторая поддержка может быть получена из того факта, что люди ведут себя рационально для этой позиции. В кроме того, утверждалось, что преимущество морального релятивизма что, даже если это не дает оснований для толерантности, принятие этого делает людей более терпимыми (см. Prinz 2007: 208). Эти исследования подтвердят это эмпирическое утверждение.

Большинство дискуссий о моральном релятивизме начинаются с в, DMR .Хотя этого недостаточно, чтобы установить MMR , наиболее распространенным обоснованием для MMR было бы подорвано, если DMR (или какой-нибудь описательный тезис о значительные моральные разногласия или разнообразие) были неверными. Более того, если DMR были вообще отклонены, вполне вероятно, что MMR будет иметь мало сторонников. Следовательно, важно подумайте, правильно ли DMR . Защитники DMR обычно считают признанным культурным антропология и другие дисциплины, основанные на эмпирическом опыте, и многие считают это очевидно любому, у кого есть элементарное понимание история и культуры мира.Примеры нравственных практик, которые резко расходятся с моральными взглядами, распространенными в Соединенных Штатах нетрудно найти: многоженство, браки по расчету, самоубийства как требование чести или вдовства, суровые наказания за богохульство или прелюбодеяние, женское обрезание или калечащие операции на половых органах (как есть по-разному называются) и так далее (для обзора некоторой литературы, см. Prinz 2007: 187–95). На более общем уровне Вонг (1984) утверждал, что можно найти по крайней мере два разных подхода к морали в мире: мораль, ориентированная на добродетель, которая подчеркивает пользу сообщества, и мораль, ориентированная на права, которая подчеркивает ценность индивидуальной свободы.

Хотя очевидно, что есть некоторые моральные разногласия, это Другое дело сказать, что разногласия эти глубокие и широко распространены, и что они гораздо более значительны, чем все соглашения могут быть. Философы подняли два типа возражение против этого утверждения: априори аргумента, что DMR не может быть истинным и апостериорных аргумента что DMR вероятно не соответствует действительности или, по крайней мере, не было установлено, чтобы быть правдой.

Априори возражения утверждают, что мы можем знать, что DMR ложно по философским соображениям, без обращения к эмпирическим данным. Один аргумент, выраженный в общей форме Дональд Дэвидсон (1984a) утверждает, что несогласие предполагает значительное согласие (см. запись на Дональд Дэвидсон). По словам Дэвидсона, методологические ограничения на перевод языка другого общества состоит в том, что мы должны думать, что они согласны с нами по большинству вопросов.Например, предположим, что мы думали, что многочисленные разногласия между нами и другим обществом по поводу деревьев. В виде разногласий накапливались, мы разумно начали бы думать, что у нас неправильно перевел слово на языке другого общества как «Дерево»: более вероятно, что (то, что мы принимаем за) их ложные представления о деревьях — это на самом деле представления о чём-то другом. От обобщения, следует, что не могло быть обширных разногласия по поводу деревьев между нашим и другим обществом. Из Конечно, могут быть разногласия.Но эти разногласия предполагает наличие существенных договоренностей в других отношениях. Дэвидсон (1984b [2004a] и 1995 [2004b]) и другие (например, Cooper 1978 and Myers 2004) утверждали, что этот аргумент применим к моральным концепции. Если они правы, то не может быть обширных разногласия по поводу морали, и соглашения более значительны чем разногласия. DMR не может быть правдой.

Аргумент Дэвидсона противоречив. Один ответ заключается в том, что даже если бы в некоторых случаях он был убедительным, он не имел бы силы с уважение к моральным концепциям.«Дерево» — обыкновенное, описательная концепция, основанная на непосредственном наблюдении. В связи с этим, неправильный перевод кажется более вероятным, чем существенное несогласие. Но как насчет концепций, касающихся того, что забавно, интересно или захватывающий? Это связано с человеческими реакциями на мир, и это можно сказать, что наши знания о природе человека позволяют предположить, что некоторые реакции широко варьируются. Утверждение, что есть много разногласий по поводу то, что людям кажется забавным — то, что заставляет их смеяться, — действительно не сразу вызвать подозрение в неправильном переводе.Если моральный концепции были больше похожи на «забавный», чем на «Дерево», как некоторые считают, то аргумент Давидсона может не подорвать DMR , даже если он убедителен в других случаи. Дэвидсон, однако, полагал, что этот аргумент применим во всех Совет, оценки, а также эмпирические убеждения. Другой ответ его аргумент состоит в том, чтобы утверждать, что даже если это применимо к оценки, это применимо только к очень простым и оставит есть место для существенных разногласий помимо этих (если бы это было случае, то Дэвидсон установил бы только то, что я называю смешанным положение в раздел 7).За некоторые критические ответы на критику Дэвидсона релятивизм, см. Gowans 2004: 144–6, Prinz 2007: 195–9 и Роване 2013: 247–62.

Еще одно возражение a priori против DMR было предложено Филиппа Фут (1978a и 1978b) в ответ на эмотивизм. Как только есть общие критерии «грубости», такие, что не только она утверждала, что все можно считать грубым, есть общие такие критерии моральных понятий, что ничто не могло быть моральная добродетель или обязанность.Например, есть существенные ограничения на то, что можно считать храбростью. Следовательно, есть существенные ограничения степени моральных разногласий.

Один ответ на этот аргумент, истолкованный как возражение против DMR , заключается в том, что перед ним стоит дилемма. С одной стороны, если «Смелость» понимается в широком смысле в терминах противостояния трудность в достижении некоторого воспринимаемого блага, то, вероятно, большинство все ценят смелость. Однако это оставляет место для самых разных концепции мужества.Это могут ценить и воины, и пацифисты, но они могут считать смелыми самые разные поступки. Этот оказывает меньшее давление на DMR , пункт Foot позже уступил в некоторой степени (см. раздел 7)). С другой стороны, если храбрость определяется узко, например, как добродетель воина, который сталкивается с угрозой смерти в битве (как предложенный Аристотелем), то могут быть небольшие разногласия по поводу масштаб концепции, но значительные разногласия по поводу того, следует ценить мужество в таком определении (пацифисты сказали бы нет).А сторонник DMR может сказать, что это также значительный моральное несогласие. На это можно сказать, что наши понимание человеческой природы и культуры показывает, что каждый ценит смелость понимается в довольно значительных пределах. Это более эмпирическая точка зрения, в соответствии с возражениями в последнем абзац этого раздела.

Некоторые версии подхода a priori подчеркивают ограничения, налагаемые «более тонкими» моральными концепциями, такими как добро, правильность или сама нравственность (например, см. Гарсия 1988 г.).Еще раз, защитник DMR мог бы сказать, что если эти концепции имеют достаточно содержания, чтобы исключить существенные разногласия в их применение, то вполне вероятно, что многие общества не применяют их вообще — форма морального разногласия сама по себе. Другой ответом было бы спорить, вслед за Р. Заяц (1981), что формальный анализ, например, с точки зрения предписаний, — это правдоподобно в отношении некоторых более тонких моральных концепций, и что это согласуется со значительными моральными разногласиями.Однако a критиков априори сомневаются в адекватности любого такого анализа. Много этой дискуссии касается приемлемости формального по сравнению с материальным определения морали (см. определение морали).

Второй подход к отказу от DMR фокусируется на интерпретация эмпирических данных, которые якобы поддерживают это тезис. Некоторые возражения указывают на препятствия, с которыми сталкивается любая попытка эмпирически понимать человеческие культуры. Например, можно сказать что предполагаемые доказательства неполны или неточны, потому что наблюдатели предвзяты.В подтверждение этого можно утверждать, что антропологи часто имели предубеждения, коренящиеся в дисциплинарных парадигмы или политические идеологии, которые привели их к искажению или неверно истолковать эмпирические данные. Или можно сказать, что даже большинству объективных наблюдателей будет трудно точно понимание реальных моральных ценностей общества на основе такие явления, как самообман и слабость воли. Эти опасения указывают на существенные проблемы в методологии социальных наук.Однако, даже если бы они были действительными, они бы поставили под сомнение только было ли установлено DMR : они не обязательно дают нам повод думать, что это ложь. Конечно, это было бы установлено важное возражение против того, кто заявляет DMR или полагается на DMR , чтобы выступить за MMR .

Другое возражение, более непосредственно относящееся к DMR , состоит в том, что антропологи молчаливо и ошибочно предположили, что культуры довольно дискретные, однородные и статические объекты — скорее, как фигуры на картине Пита Мондриана или шахматной доске.По факту, согласно этому утверждению, культуры, как правило, довольно неоднородны и сложны внутренне, с множеством несогласных. Более того, они часто взаимодействуют, а иногда и влияют друг на друга, и они могут измениться со временем. С этой точки зрения мир культур ближе к анимированной картине Джексона Поллока, чем к однозначная конфигурация, предложенная первым изображением. Если эти утверждения были правильными, тогда было бы труднее узнать моральные ценности разных культур и, следовательно, знать, нужно ли DMR верно.Как и раньше, это не показало бы, что это ложь. (на самом деле, вопрос о неоднородности может указывать на обратное). Однако позже мы увидим, что эти утверждения также создают проблемы. к MMR .

Другие критики пытаются установить, что эмпирические данные, приведенные в поддержка DMR толком не показывает, что есть значительные моральные разногласия, и согласуется со значительными моральное согласие. Известное утверждение состоит в том, что предполагаемые моральные разногласия могут возникнуть в результате применения общей моральной ценности (примерно с чем нет разногласий) при различных обстоятельствах или в те же обстоятельства, когда есть фактические разногласия по поводу того, что эти обстоятельства есть.В любом случае нет настоящей морали разногласия в этих случаях. Например, все могут согласиться с важность содействия человеческому благополучию (и даже о природе человека благосостояние). Но это может продвигаться по-разному в разных или по-разному понимаются обстоятельства. Другое утверждение заключается в том, что моральные разногласия могут быть объяснены религиозными разногласиями: это только потому, что сделаны определенные религиозные предположения (например, о душе) что есть моральные разногласия. И снова кажущееся моральное несогласие — это на самом деле несогласие другого доброе — здесь о природе души.Нет настоящего моральное несогласие. Конечно, эти возможности должны быть установлено как лучшее объяснение рассматриваемых разногласий составить возражение против DMR .

Наконец, некоторые возражения утверждают, что сторонники DMR терпят неудачу. признать наличие значительных эмпирических доказательств того, что значительное моральное согласие в разных обществах (см. Зауэр 2019). Было предложено несколько видов соглашения. Для Например, тест на смену ролей, подразумеваемый Золотым правилом («Делай другим так, как вы хотели бы, чтобы они поступали с вами »). выдающийся за пределами западных традиций: его версия также поддерживается в Аналектах Конфуция, некоторые традиционные буддийские тексты и в других местах (см. Wattles 1996).Другая форма этого иска утверждает, что основные моральные запреты на ложь, воровство, прелюбодеяние, убийство людей и т. д. встречаются во многих различных и другие разнообразные общества. Еще одно утверждение состоит в том, что международное движение за права человека указывает на существенные моральные соглашение (см. Donnelly 2013: ch. 4). На основании свидетельств этого добрые, некоторые, такие как Сиссела Бок (1995) и Майкл Уолцер (1994), имеют предположил, что существует универсальная минимальная мораль, независимо от того, могут быть моральные различия.В том же духе Ханс Кюнг (1996) и другие утверждали, что существует общая «глобальная этика »в основных мировых религиозных традициях. относительно уважения к человеческой жизни, справедливости распределения, правдивости, и моральное равенство мужчин и женщин. Эти утверждения, которые имеют получили повышенную поддержку в последние годы, должны быть подвергнуты такой же критический анализ, как и те, которые предлагаются в поддержку DMR . Однако, если бы они были правы, они бы поставили под сомнение DMR .В конечном итоге могут быть существенные соглашения, а также разногласия в моральных ценностях людей. Если в таком случае это усложнило бы эмпирический фон метаэтические дебаты, и это может указывать на необходимость более тонких альтернативы стандартным позициям.

Философы в целом согласны с тем, что, даже если DMR были правдой без квалификации из этого не следует, что MMR правда. В частности, если моральные разногласия могут быть разрешены рационально по большей части, то аргументы, основанные на разногласиях, в пользу MMR будет подорвано, и будет мало стимулов чтобы поддержать позицию.Такая разрешимость, по крайней мере в принципе, есть какой моральный объективизм заставляет нас ожидать. Один из главных моментов разногласий между сторонниками MMR и их объективистом критики обеспокоены возможностью рационального решения моральных разногласия. Можно подумать, что защитник MMR необходимо убедительно показать, что моральные разногласия, выявленные в DMR нельзя решить рационально, или опять же, что моральное объективист должен убедительно показать, что они могут быть.Ни разумное ожидание. Действительно, неясно, что будет считаться убедительно аргументируя любой вывод. В центре дискуссии касается того, чего можно ожидать. Сторонники MMR попытаться показать, почему рациональное решение маловероятно, в то время как их объективистские критики пытаются показать, почему в значительной степени это вероятно, или, по крайней мере, не маловероятно.

Моральные объективисты могут допустить, что есть особые случаи, когда моральные разногласия нельзя разрешить рационально, например, по учет расплывчатости или неопределенности используемых понятий.Их главное утверждение состоит в том, что обычно существует рациональная основа для преодоления разногласия (не то чтобы люди на самом деле соглашались). Объективисты утверждают, что, как правило, по крайней мере одна сторона в моральном несогласие принимает моральное суждение на основании некоторых фактов или логическая ошибка, и что выявления таких ошибок будет достаточно рационально разрешить разногласие. Они предполагают, что все настоящие моральные разногласия, которые обычно существуют, могут быть разрешены в этом мода. Кроме того, объективисты иногда предлагают анализ того, почему люди делают такие ошибки.Например, на людей могут влиять страсть, предрассудки, идеология, корысть и тому подобное. В общем, объективисты думают постольку, поскольку люди игнорируют эти влияния, и разумны и хорошо осведомлены, как правило, есть основания для разрешение их моральных разногласий. Однако, хотя эти утверждения часто делается, другое дело установить эмпирически, что своекорыстие является источником разногласий, и утверждалось, что что для этого существуют значительные препятствия (см. Seipel 2020a).(Объективисты могут также сказать, что по крайней мере некоторые соглашения о моральных истинах отражают тот факт, что в отношении вопросов что касается этих истин, люди в целом были разумными и хорошо осведомлен.)

Сторонники MMR могут допустить, что моральные разногласия иногда рационально разрешаются. В частности, они могут допустить, что это часто случается, когда стороны в моральном споре разделяют моральные фреймворк. Характерным релятивистским утверждением является то, что общая моральные рамки часто отсутствуют, особенно в моральных разногласиях между одним обществом и другим, и что различия в моральных фреймворки обычно нельзя объяснить, просто предположив, что один общество или другое делает фактические или логические ошибки.Эти моральные разногласия в конечном итоге коренятся в принципиально разных моральной ориентации, и обычно нет причин думать, что эти различия проистекают из того факта, что в соответствующих отношениях одна сторона менее разумен или хорошо информирован, чем другой. Они безупречны разногласия. Этот вывод может основываться на наблюдении, что он Неочевидно, что в основе этих разногласий лежат ошибки. Но это также может зависеть от теории, разработанной для объяснения таких наблюдения, что рамки несоизмеримы: они не иметь достаточно общего, будь то общие концепции или общие стандартов, чтобы разрешить их разногласия, и нет беспристрастных третья точка зрения, доступная любому разумному и хорошо информированному человек, который может быть задействован для разрешения конфликта.

На этот аргумент можно дать различные объективистские ответы. Один из них Уже рассмотренный подход Дэвидсона, исключающий возможность несоизмеримых моральных рамок. Другой ответ эта несоизмеримость не исключает возможности рациональное разрешение различий между моральными рамками. Для Например, Аласдер Макинтайр (1988: глава 18 и 1994) утверждал, что, при некоторых обстоятельствах возможно реализовать в воображении, что противоречивая и несоизмеримая моральная традиция рационально превосходит собственную традицию.Однако большинство общий объективистский ответ состоит в том, чтобы утверждать, что некоторая конкретная моральная фреймворк рационально превосходит все остальные. Например, это могло бы можно утверждать, следуя Канту, что чистый практический разум подразумевает фундаментальный моральный принцип, такой как категорический императив (см. Канта моральная философия), или, вслед за Аристотелем, можно утверждать, что человеческая природа такие добродетели, как мужество, воздержание и справедливость. необходимо для любого правдоподобного представления о хорошей жизни (см. разделы на человеческое благо и аргумент функции в статье об этике Аристотеля и в статье о этика добродетели).Если бы такой аргумент был веским, он мог бы стать убедительным ответ на утверждение релятивистов о том, что конфликты между моральными рамки не могут быть рационально решены.

Сторонники MMR не впечатлены этими ответами. Они может сказать, что счет Дэвидсона не может гарантировать достаточно общих основание для разрешения конфликтов между моральными рамками (или для обеспечения что на самом деле существует только одна структура), и что Макинтайр подход, вероятно, сработает в лучшем случае только в некоторых случаях.И они обычно рассматривают дебаты о кантианских и аристотелевских аргументах быть так же трудно разрешить рационально, как конфликты между моральные рамки, на которые первоначально ссылались релятивисты. Они могут добавить, что тот факт, что моральные объективисты расходятся во мнениях между собой, по поводу чего объективистская теория верна — это еще одно указание на трудность разрешения фундаментальных моральных конфликтов.

Совершенно иной объективистский вызов состоит в том, что позиция Сторонник MMR непоследователен.Релятивистский аргумент что мы должны отказаться от морального объективизма, потому что мало перспектива рационального разрешения фундаментальных моральных разногласий. Однако можно отметить, что релятивист должен признать, что перспективы рационального разрешения разногласий по поводу MMR . Из соображений справедливости он или она должны допустить, что нет объективной правды относительно MMR .

Против этого знакомого возражения есть два одинаково знакомых ответы.Один из них — согласиться с возражением и утверждать, что MMR верно и оправдано в некоторых метаэтических рамках, но а не другие: это не объективная правда, что какие-либо разумные и у хорошо информированного человека есть причина согласиться. Может показаться, что это много, но для того, кто является релятивистом насквозь, или, по крайней мере, является релятивистом в отношении метаэтических утверждений, это было бы единственный вариант. Другой ответ — оспорить утверждение о том, что равенство рассуждений в двух случаях.Для этого потребуется показать что спор о неразрешимости моральных разногласий ( метаэтические дебаты) можно рационально разрешить таким образом, чтобы фундаментальные моральные разногласия (предметные нормативные дебаты) сами не могут. Например, метаэтические дебаты могут быть рационально решено в пользу релятивистского, в то время как предметный нормативные дебаты не могут быть разрешены.

Даже если бы было установлено, что существуют глубокие и широко распространенные моральные разногласия, которые не могут быть рационально разрешены, и что эти разногласия более значительны, чем любые договоренности быть, из этого не сразу следует, что MMR является правильным.Можно сделать и другие необъективистские выводы. В частности, противники объективизма могут утверждать в пользу морального скептицизма, что мы не может знать моральных истин или за точку зрения, в которой моральные суждения не имеют истинностная ценность (понимается как отказ от относительной истинностной ценности). Следовательно, сторонники MMR сталкиваются с двумя очень разными группами критики: разные моральные объективисты и разные моральные необъективисты. Защитник MMR необходимо установить что MMR превосходит все эти позиции, и это будет требуют сравнительной оценки соответствующих преимуществ и недостатки.Рассмотрение альтернативные должности (см. записи на моральный когнитивизм vs. некогнитивизм, моральный антиреализм, моральная эпистемология, моральный реализм и моральный скептицизм). Что можно рассмотреть, так это проблемы, с которыми сталкивается сторонник MMR лиц и что на них можно сказать. Некоторый критики MMR подняли вопросы о согласованности положение (например, Богосян 2011 и 2017).

Например, можно подумать, что MMR по отношению к ценность истины, приведет к тому, что моральное суждение, такое как «Самоубийство морально правильно» (S) могло быть как правдой, так и false — истина, если действительна для одной группы, и ложь, если недопустима для Другой.Но такая позиция кажется несостоятельной: большинство людей допустил бы, что ничто не может быть одновременно истинным и ложным. Конечно, некоторые лица могут быть оправданы в подтверждении S и других лиц оправданными в отрицании этого, поскольку две группы могли иметь разные доказательства. Но другое дело сказать, что S одновременно истинно и ложно.

Стандартный релятивистский ответ — сказать, что моральная истина относительна. в каком-то смысле. С этой точки зрения S не является истинным или ложным. абсолютно говоря, но это может быть верно относительно — X и ложно-относительно- Y (где X и Y относятся к моральные кодексы разных обществ).Это означает, что самоубийство право лиц в обществе, регулируемом X , но это не право лиц в обществе, регулируемом Y ; и релятивист может утверждать, что в этом соединении нет противоречия правильно понял.

Можно возразить, что понятие относительной истины не соответствует действительности. уловить смысл, в котором «правильно» и «неправильно» нормативные термины о том, что должно быть, в отличие от того, что дело. Утверждение «самоубийство морально правильно» звучит нормативным в этом смысле, но утверждение «самоубийство морально право лиц в обществе, управляемом моральным кодексом X »не является нормативный, но описательный: он говорит нам, какие люди, принимающие моральные код X думает, и поэтому каждый может согласиться с этим, независимо от их собственного морального кодекса, если на самом деле это то, что морально код X говорит.В ответ можно было бы сказать, что есть выражения релятивистских моральных утверждений, которые являются нормативными. Например, «Самоубийство — это правильно для нас с моральной точки зрения», — говорят члены группы, упомянутой «нами», не просто описание того, во что они верят: это говорит им, каковы они морально разрешено делать (в этом смысле это руководство к действию).

Такие релятивистские формулировки могут также вызвать родственные и очень общее возражение. Релятивизм часто представляет собой толкование моральных разногласий: считается лучшим объяснение рационально неразрешимой или безупречной морали разногласия.Однако, если рассматривать моральную истину как относительную, разногласия, кажется, исчезают. Например, кто-то принимает X , который утверждает, что S , говорит, что самоубийство подходит для лица, принимающие X , в то время как кто-то принимает Y , кто отрицает S утверждает, что самоубийство недопустимо для людей, принимающих Я . Вполне возможно, что они оба верны и, следовательно, они не расходятся во мнениях (скорее, как два человека в оба места могут быть правильными, когда говорят, что солнце сияет, а другой говорит, что это не так, или как два человека в разных страны могут быть правы, когда говорят, что что-то незаконно, и другой говорит, что это не так).Релятивистское объяснение растворяет несогласие. Но тогда почему это проявилось как разногласие в первое место? Объективист может сказать, что это потому, что люди думают это предполагает, что моральная истина абсолютна, а не относительна. Если это были правы, релятивист не мог утверждать, что MMR фиксирует то, во что люди уже верят. Утверждение должно быть что они должны в это поверить, и аргумент в пользу релятивизма будет должны быть сформулированы в этих терминах. Например, релятивист может утверждать, что MMR — наиболее вероятная позиция для принять постольку, поскольку моральные суждения часто дают практически противоречивые директивы и ни одно из суждений не может быть доказано как рациональное превосходство к другому.

Еще одно распространенное возражение, хотя, вероятно, в большей степени за пределами философии. чем в нем, заключается в том, что MMR не может учитывать тот факт, что некоторые практики, такие как холокост в Германии или рабство в США явно объективно неправы. Эта точка обычно выражается возмущенным тоном, часто с предположением, что релятивисты представляют угрозу цивилизованному обществу (или что-то в этом роде Сортировать). Сторонники MMR могут ответить, что это просто напрашивается вопрос, и в каком-то смысле они правы.Однако это возражение может отражать более сложную эпистемологию, например, что мы у нас больше причин принять эту объективистскую интуицию, чем у нас принять любой аргумент в пользу MMR . Этот вернет нас к аргументам последнего раздела. Другой релятивистский ответ будет заключаться в том, что рассматриваемые практики, хотя широко признаны, они ошибались в соответствии с фундаментальными стандартов общества (например, были аргументы против рабство, представленное в США до Гражданской войны).Этот не покажет, что практика объективно неверна, но может уменьшить силу критики. Однако, хотя этот ответ может быть правдоподобным в некоторых случаях, не очевидно, что это всегда будет убедительно.

Этот последний ответ подчеркивает тот факт, что сторонник MMR нуждается в четком указании того, к чему относится истина. родственник. Например, если S истинно относительно морального кодекс общества, означает ли это, что он верен по отношению к тому, что люди в обществе думают, что моральный кодекс говорит о том, что фундаментальные нормы морального кодекса на самом деле подразумевают? Это может быть не одно и тоже.Часто предполагается, что истины могут быть неоткрыты или что люди могут ошибаться в них. Как только что было отмечено, моральный релятивист мог бы понять это, предположив, что это фундаментальный стандарты морального кодекса, которые являются авторитетными для людей в общество, которое принимает этот кодекс. Следовательно, то, что морально истинно по отношению к моральному кодексу общества, независимо от того, фундаментальные стандарты кодекса действительно того требуют. Этим критерию, могут быть моральные истины, которые неизвестны людям в общество, которое принимает кодекс, или эти люди могут ошибаться в мыслях что-то есть моральная истина.

Аналогичный момент возникает из того факта, что иногда думают, что быть преимуществом MMR в том, что он поддерживает существенное понятие интерсубъективной истины или оправдания: он избегает недостатков моральный объективизм, с одной стороны, и моральный скептицизм и теории, которые полностью игнорируют моральную ценность истины, с другой стороны, потому что он утверждает, что моральные суждения не имеют истины в абсолютный смысл, но у них есть истина относительно морального кодекса общества (и аналогично для оправдания).Считается, что это преимущество, потому что, несмотря на предполагаемые трудности с моральный объективизм, мораль широко рассматривается как «не просто субъективно », и MMR может это уловить. Однако это предполагаемое преимущество поднимает важный вопрос для релятивизма: почему предположим, что моральные суждения имеют истинную ценность по отношению к обществу как против вообще отсутствия истинностной ценности? Если релятивист утверждает, что множество фундаментальных стандартов является авторитетным для людей в обществе, это можно спросить, почему они обладают такой властью.Этот вопрос может возникнуть в вполне практичные способы. Например, предположим, что диссидент бросает вызов некоторым основополагающих стандартов своего общества. Этот человек обязательно неправильно?

На эти вопросы можно дать разные ответы. Например, это может можно сказать, что стандарты, которые являются авторитетными в обществе, те, которые разумные и хорошо информированные члены общества будут обычно принимаю. Может показаться, что это создает основу для нормативных власть. Однако, если бы был принят такой подход, можно спросить, почему эта власть принадлежит только разумным и хорошо информированным членам Общество.Почему не более широкая группа? Почему не все разумно и хорошо информированные люди?

Другой ответ — сказать, что стандарты, которые авторитетными для общества являются те, которым люди согласились следовать в результате переговоров или переговоров (как показано выше, Харман утверждал, что мы должны понимать некоторые моральные суждения в эти условия). Опять же, может показаться, что это придает этим стандартам некоторые власть. Тем не менее, можно спросить, действительно ли у них есть авторитет или, возможно, у них правильный вид.Например, предположим, что соглашение было достигнуто в обстоятельствах, когда несколько членов общество обладало огромной властью над другими (в реальном мире большинство вероятный сценарий). Те, у кого меньше власти, могли быть благоразумными заключить соглашение, но не очевидно, что такое соглашение создать подлинный нормативный авторитет — точка диссидентства оспаривание стандартов вполне может сделать. Более того, если все моральные ценности понимаются таким образом, как мы объясняем авторитет утверждение, что люди должны следовать набору ценностей, потому что они согласился на это? Должно быть предварительное согласие на то, что мы согласны делать?

Сопутствующее возражение касается спецификации общества, которому моральное оправдание или истина относительны.Обычно люди принадлежат к разным группам, определяемым по разным критериям: культура, религия, политическая территория, этническая принадлежность, раса, пол и т. д. Кроме того, в то время как иногда утверждают, что ценности группы, определенные один из этих критериев имеет силу для членов группы, например претензии часто оспариваются. Спецификация соответствующей группы сам по себе является морально значимым вопросом, и, похоже, нет объективная карта мира, отображающая его деление на социальные группы, которым правда или оправдание моральных суждений родственник.Стороннику MMR нужен правдоподобный способ определение группы лиц, которым нравственная истина или оправдание относительны.

Более того, люди обычно не только принадлежат к нескольким группам, но и как определено вышеупомянутыми критериями, значения, которые авторитет в каждой группе, к которой принадлежит человек, не всегда может быть одно и тоже. Если я принадлежу к религии и национальности и их ценностям в отношении аборта диаметрально противоположны, то какое значение правильно для меня? Возникает вопрос, есть ли основание для разрешение конфликта в соответствии с MMR (две группы могут иметь противоречивые фундаментальные стандарты) и будет ли в этом обстоятельство MMR повлечет за собой наличие подлинного морального дилемма (это означает, что аборт — это правильно и неправильно для меня).Этот точка не обязательно возражение, но защитник MMR придется столкнуться с этими проблемами и выработать убедительную позицию относительно них.

Тот факт, что социальные группы определяются по разным критериям, и что люди обычно принадлежат к более чем одной социальной группе, может быть как повод для перехода от релятивизма к одной из форм субъективизма. То есть вместо того, чтобы говорить, что истина или оправдание морального суждения относительны к группе, мы должны сказать, что они относительны к каждой индивидуальный (как отмечалось выше, релятивизм иногда определяется как включающий обе позиции).Эта редакция может решить только что обсужденные проблемы, но он отказался бы от понятия интерсубъективности в отношении правда или оправдание — зачем многие сторонники MMR это главное преимущество должности. Более того, сторонник этого субъективистское мнение должно было бы объяснить, в каком смысле, если таковой имеется, моральные ценности имеют нормативный авторитет для человека в отличие от просто быть принятым. Тот факт, что мы иногда думаем о своей морали ценности были ошибочными, часто считается, что мы верим у них есть некоторый авторитет, который не состоит в простом факте, что мы их принимаем.

Еще одна проблема возникает из-за предполагаемых фактов о сходстве. между разными обществами и взаимодействие между ними по отношению к мораль. Люди в одном обществе иногда выносят моральные суждения о люди в другом обществе на основе моральных норм, к которым они привыкли быть авторитетным для обоих обществ. Кроме того, конфликты между общества иногда разрешаются, потому что одно общество меняет свои моральные мировоззрение и разделяет по крайней мере некоторые моральные ценности другое общество.В более общем плане иногда люди в одном обществе думают они учатся на моральных ценностях другого общества: они приходят к считают, что моральные ценности другого общества лучше в некоторых уважает свои собственные (ранее принятые) ценности. Мондриан образ мира, разделенного на отдельные общества, каждое со своими собственными отличительные моральные ценности, затрудняет учет этих соображения. Если это изображение будет отклонено как нереалистичное, и заменен тем, который признает большее моральное совпадение и взаимодействие между обществами (вспомните образ Поллока), затем сторонник MMR должен дать правдоподобный отчет об этих динамика.Это связано с поднятой ранее проблемой авторитета: Эти соображения предполагают, что люди иногда признают моральные авторитет, выходящий за рамки их собственного общества, и релятивист необходимо показать, почему это имеет смысл или почему люди ошибаются в этом подтверждение.

Обсуждения морального релятивизма часто предполагают (как обычно предполагается, здесь до сих пор), что моральный релятивизм является правильным объяснением все моральные суждения или ни одного. Но, возможно, это правильный счет одних моральных суждений, но не других, или, что более расплывчато, лучших учет морали по отношению к этим вопросам признал бы как релятивистские, так и объективистские элементы.Такая смешанная позиция могла бы быть мотивированным некоторыми из уже поднятых философских вопросов (вспомните также предложение в разделе о экспериментальная философия что некоторые люди могут быть «метаэтическими плюралистами»). На на эмпирическом уровне можно подумать, что существует много существенные моральные разногласия, но также и некоторые поразительные моральные соглашения между разными обществами. В метаэтическом плане это можно предположить, что, хотя многие разногласия вряд ли будут рационально разрешены, могут быть другие разногласия (и, возможно, межкультурные соглашения, которые мы находим, имеют рациональную основу).Первое точка приведет к более слабой форме DMR Вторая точка, более важный, будет означать измененную форму MMR (см. предложения в последнем абзаце раздел 4). Интересно, что этот подход получил некоторую поддержку со стороны обеих сторон. стороны дискуссии: релятивисты, принявшие объективную ограничения, и (чаще) объективисты, которые позволили некоторым релятивистские измерения. Вот несколько ярких примеров этих смешанных метаэтические взгляды.

Дэвид Копп (1995) утверждает, что это правда, что что-то морально неправильно только в том случае, если это неправильно по отношению к оправданному моральному кодексу какое-то общество, и код оправдан в обществе, только если общество было бы рационально необходимо выбрать его. С какого кода это будет быть рационально обязанным выбирать, частично зависит от неморальных ценности общества, и поскольку эти ценности отличаются от одного общества для другого, что-то может быть морально неправильным для одного общества, но не для Другой.Копп называет эту позицию формой морального релятивизма. Тем не мение, он считает, что этот релятивизм значительно смягчается тем фактом, что тот код, который общество рационально должно выбрать также зависит от основных потребностей общества. Копп считает, что все общества имеют одинаковые базовые потребности. Например, у каждого общества есть потребность сохранить население и систему сотрудничества от одного поколения к следующему. Более того, поскольку удовлетворение этих основных потребностей является наиболее фундаментальный фактор при определении рациональности выбора кода, Копп считает, что содержание всех оправданных моральных кодексов будет довольно похожи.Например, любой такой код потребует, чтобы основные потребности людей в таких вещах, как физическое выживание, поощрять самоуважение и дружбу (говорят, что это необходимо для минимального рационального агентства). Теория неоднозначна, поскольку рациональность выбора кода частично зависит от общих черт человеческой натуры (основные потребности) и частично по различным характеристикам разные общества (ценности). Оправданы ли моральные кодексы (и, следовательно, моральные истины) будут иметь тенденцию быть существенно похожими, несмотря на различия, как утверждает Копп, будет зависеть от обоих утверждений что все общества имеют одни и те же базовые потребности, и утверждают, что эти потребности гораздо важнее других ценностей при определении того, какие моральный кодекс, который общество выбирает рационально.

Вонг (1996) отстаивал частично аналогичную позицию, хотя один намеревался допускать большее разнообразие правильных моральных кодексов. Он утверждал, что может быть верным несколько моральных принципов, но есть пределы, которым мораль верна. Первый пункт — это форма метаэтического релятивизм: он говорит, что одна мораль может быть верной для одного общества и противоречивая мораль может быть верной для другого общества. Следовательно, есть нет никого объективно правильной морали для всех обществ. Второй Дело, однако, в уступке моральному объективизму.Он признает что объективные факторы, касающиеся человеческой природы и человеческого положения должен определить, действительно ли данная мораль и в какой степени может быть одним из настоящих. Сам факт того, что мораль принятие обществом не гарантирует наличия нормативных авторитет в этом обществе. Например, учитывая наши биологические и психологический макияж, не что-либо может считаться хорошим способом жизнь. Опять же, учитывая, что большинство людей несколько корыстолюбивы и что общество требует некоторой степени сотрудничества, любого правдоподобного мораль будет включать в себя ценность взаимности (добро взамен добро на некоторой пропорциональной основе).Поскольку эти объективные ограничения довольно широки, они сами по себе недостаточны, чтобы установить конкретная и подробная мораль: многие конкретные морали согласуются с ними, и выбор между этими моральными принципами должен быть определяется культурами разных обществ.

Вонг подробно разработал этот подход в более поздней работе (2006). Его «плюралистический релятивизм» продолжает подчеркивать, что существуют универсальные ограничения на то, что может быть истинной моралью. В ограничения основаны на натуралистическом понимании природы человека и обстоятельства человеческой жизни.Для Вонга, учитывая множество человеческие потребности и глубина эгоизма, функция морали заключается в содействии как социальному сотрудничеству, так и индивидуальному процветанию. В Кроме того, мораль требует, чтобы люди имели как эффективную свободу действий, и эффективная идентичность, и это может быть укреплено только в личных контексты, такие как семья. Следовательно, безличная перспектива должна быть ограничено личной перспективой. Любая истинная мораль должна уважайте такие требования.

Тем не менее, согласно Вонгу, универсальные ограничения достаточно открытый, чтобы уважать их.Следовательно, истинной морали может быть несколько. Это плюралистический релятивизм. Для Вонга нужна другая истинная мораль. не быть и, как правило, не полностью отличаться друг от друга. Фактически, они часто разделяют некоторые ценности (например, права личности и социальная полезность), но назначить им разные приоритеты.

Вонг представляет плюралистический релятивизм как лучшее объяснение того, что он называет «моральной амбивалентностью» феномен моральной несогласие с кем-то, признавая, что человек все еще разумно сделать противоречивое суждение — до такой степени, что подрывается уверенность в своей уникальной правоте.Степень широко распространена моральная амбивалентность — это эмпирический вопрос (см. раздел 3). В любом случае Вонг представляет устойчивый и подробный аргумент. что эмпирически обоснованное понимание природы и условий человеческой жизни как ограничивает, так и недооценивает, что такое истинная мораль может быть. Во многих отношениях его позиция самая изощренная. форма релятивизма, развитая на сегодняшний день, и у нее есть ресурсы для сталкиваются с рядом проблем, поднятых в последнем разделе (для некоторых критические отклики на Вонга и его ответы см. Xiao and Huang 2014; для более позднего обсуждения см. Li 2019, Vicente and Arrieta 2016 и Вонг 2020).

Была выдвинута несколько аналогичная смешанная позиция, хотя ориентировочно, Foot (2002a и 2002b; см. также Scanlon 1995 и 1998: гл. 8). Она утверждала, что существуют концептуальные ограничения на то, что может считаться моральным кодексом (как показано в раздел 4), и что есть общие черты человеческой натуры, которые ограничивают какой может быть хорошая жизнь. По этим причинам есть некоторые объективные моральные истины — например, что нацисты пытаются истребить евреи были морально неправы.Однако Фут утверждает, что эти соображения не гарантируют, что все моральные разногласия могут быть рационально решено. Следовательно, в некоторых случаях моральное суждение может быть истина со ссылкой на стандарты одного общества и ложная со стороны ссылка на стандарты другого общества — но это не так ни ложным ни в каком абсолютном смысле (так же, как мы могли бы сказать в отношении стандарты красоты).

Фут пришел к этому смешанному взгляду со стороны объективизма (в форму теории добродетели), и некоторые объективисты, что она уступила слишком много.Поскольку есть объективные критерии, то, что кажется рационально неразрешимыми разногласиями, может разрешить через более глубокое понимание человеческой природы. Или объективные критерии могут установить, что в некоторых ограниченных случаях это объективная моральная истина о том, что противоречивые моральные практики являются морально допустимо. Принимая во внимание такие соображения, объективисты мог бы возразить, нет необходимости прибегать к иному проблемное понятие относительной моральной истины.

Позиция, связанная с Foot’s, была выдвинута Мартой. Нуссбаум (1993).С явной ссылкой на Аристотеля она утверждала, что есть одно объективно правильное понимание человеческого блага, и что это понимание дает основание для критики морального традиции разных обществ. Особенности этой учетной записи объясняется набором переживаний или проблем, которые, как говорят, являются общими для все люди и общества, такие как страх, телесный аппетит, распределение ресурсов, управление личным имуществом и др. Каждому из них соответствует концепция хорошей жизни, добродетель, а именно такие известные аристотелевские добродетели, как храбрость, умеренность, справедливость и щедрость.Нуссбаум признал, что разногласия по поводу этих добродетелей, и она подняла очевидный релятивистское возражение: даже если опыт универсален, устанавливает ли природа человека, что существует один объективно правильный путь хорошо жить в каждой из этих областей? В ответ, Нуссбаум признал, что иногда может быть более одного объективно правильное представление об этих добродетелях и о том, что детализация концепции может зависеть от практики конкретное сообщество.

Как и в случае с Футом, Нуссбаум пришел к этой смешанной позиции из объективистская сторона дискуссии. Некоторые моральные объективисты могут подумать, что она отказался от слишком многого, и по этой причине многие моральные релятивисты может поверить, что она установила довольно мало. Например, телесно аппетиты — действительно универсальный опыт, но диапазон ответов на них — например, по всему спектру от от аскетизма до гедонизма. Похоже, это одна из центральных областей моральное несогласие.Чтобы сохранить свою объективистскую репутацию, Нуссбауму нужно показать, что человеческая природа существенно ограничивает какой из этих ответов может быть морально уместным. Некоторый объективисты могут сказать, что она этого не показала, но может, пока релятивисты могут сомневаться, что она сможет это показать.

Смешанные позиции, подобные только что обсужденным, предполагают, что мораль в некоторых отношениях объективна из-за некоторых особенностей человеческая природа и относительна в остальном. С уважением в какая мораль относительна, это зависит от конкретных обществ или люди, чтобы определить, какие моральные ценности принять.Следовательно авторитет морали частично зависит от объективных факторов и частично по решениям групп или отдельных лиц. Поскольку это правда, такие смешанные позиции должны сказать что-то об основе этих решения и способы разрешения конфликтов (например, когда отдельные лица расходятся с группами или когда люди принадлежат к разным группы с конфликтующими ценностями). Объективные особенности смешанного позиции могут помочь решить эти проблемы или могут ограничить их импорт, но в тот момент, когда эти функции перестают работать, остаются некоторые из стандартные опасения по поводу релятивизма (например, те, что были подняты в последний раздел).

Другой подход можно было бы истолковать как смешанную позицию, хотя он был не выдвигаются в этих условиях. Исайя Берлин (1998) утверждал, что, хотя некоторые моральные ценности универсальны, есть также много объективных ценности, которые конфликтуют и несовместимы друг с другом. Он назвал свою позицию плюрализмом и отверг ярлык «Релятивизм» (см. Запись на Исайя Берлин). Но если несоизмеримость подразумевает, что эти конфликты не могут быть рационально решено, то это может означать уступку релятивизм.

Против такой позиции объективист может спросить, почему мы должны думать объективные товары несоизмеримы: Если X и Y являются оба объективно хороши, тогда почему бы не сказать, что утверждение « X лучше, чем Y » (или более ограничительное сравнительное заявление с указанием уважения или обстоятельства) объективно верно или неверно, даже если это сложно знать? По мнению Берлина, существует множество примеров конфликтующие блага — например, справедливость и милосердие или свобода и равенство — там, где невозможно предположить, что они соизмеримые.

Наконец, следует также отметить, что смешанные Позиция была предложена Бернардом Уильямсом (1981 и 1985: гл. 9). Он отверг то, что он называл «строгим релятивизмом», что этические концепции имеют силу только по отношению к обществу. Но он поддерживал другую форму релятивизма. Это было объяснено ссылка на различие между «условным конфронтации », где известны расхождения во взглядах, но не реальный вариант для нас, и «настоящее противостояние», где разные взгляды — реальный вариант для нас, то, что мы могли бы обнимать, не теряя хватки за реальность.Уильямса «Релятивизм расстояния» говорит, что этические оценки уместен в реальных противостояниях, но не в условных. Для Например, мы никогда не могли принять мировоззрение средневекового самурая: Поскольку это условная конфронтация, было бы неуместно описать это мировоззрение как справедливое или несправедливое. В этом смысле релятивизм правильный. Но в реальных противостояниях релятивизм бесполезно препятствует оценке другой точки зрения, которая является реальный вариант для нас (для развития позиции Уильямса со ссылкой на недавнюю экспериментальную литературу см. Gaitán и Viciana 2018).

Уильямс был ярым критиком большинства форм морального объективизма, но все же он также критиковал многие необъективистские альтернативы объективизм. Его взгляды нелегко классифицировать с точки зрения стандартов. метаэтические позиции. Что касается его релятивизма расстояния, он может возникнуть вопрос, почему оценки неуместны в условных конфронтации: почему тот факт, что мировоззрение не является реальным вариант мешает нам думать, что он справедливый или несправедливый? С другой стороны, в реальных столкновениях Уильямс считал язык оценка была подходящей, но он также думал, что эти столкновения может вызвать рационально неразрешимые разногласия.Хотя Уильямс отвергает строгий релятивизм, объективисты могут утверждать, что его положение страдает от недостатков, столь же серьезных, как и те, которые посещают MMR . Если противостояния реальны, потому что две точки зрения есть что-то общее, могут спросить объективисты, не могло ли это предоставить основу для разрешения этих разногласий?

Центральная тема в смешанных позициях заключается в том, что ни релятивизм, ни объективизм совершенно прав: по крайней мере, в том смысле, в котором они часто высказываются, эти альтернативы вызывают серьезные возражения, и все же ими движут искренние опасения.Может показаться, что может быть разработана смешанная позиция, которая дала бы нам лучшее из обоих миров (есть и ряд других предложений в этом направлении; для например, см. Хэмпшир 1983 и 1989 гг.). Однако последствия большинства смешанные позиции (это не относится к Williams), похоже, что в какое-то уважение, некоторые моральные суждения объективно верны (или оправдано), в то время как другие имеют только относительную истину (или оправдание). Это не следует путать с утверждением, что действие может быть правильным. в одних обстоятельствах, но не в других.Например, консеквенциалист считают, что полигамия правильна в одном обществе и неправильна в другом потому что это имеет хорошие последствия в первом обществе и плохие последствия во втором случае не будут смешанными, потому что судебные решения «Многоженство правильно в обстоятельствах A » и «Полигамия неправильна в обстоятельствах B » может оба верны в абсолютном смысле. Напротив, смешанная позиция может говорят, что «полигамия — это правильно» верно по отношению к одному общество и ложное по отношению к другому (где два общества различаются, не обязательно в обстоятельствах, но в фундаментальных ценностях), в то время как другие моральные суждения имеют абсолютную истинностную ценность.Это скорее разобщенная концепция морали, и это вызывает много вопросов. А сторонник смешанного взгляда должен будет доказать, что это верный изображение нашей моральной практики, или что это правдоподобное предложение для их реформирования.

Релятивизм иногда ассоциируется с нормативной позицией, обычно относящиеся к тому, как люди должны относиться к тем, у кого с которыми они не согласны морально. Наиболее заметная нормативная позиция в эта связь касается толерантности.В последние годы возникла идея, что мы должен быть терпимым, все чаще принимается в некоторых кругах. В в то же время другие оспаривали эту идею, и философские понимание и обоснование толерантности стало менее очевидным (см. Heyd 1996 и запись о терпимость). Вопрос в том, есть ли что-то для морального релятивизма. способствовать этим обсуждениям, в частности, может ли DMR или MMR обеспечивают поддержку допуска (обсуждение см. Грэм 1996, Харрисон 1976, Айвенго 2009, Ким и Рин 2003, Принц 2007: стр.207–13 и Вонг 1984: гл. 12). В контексте, терпимость обычно не означает безразличие или отсутствие неодобрение: это означает, что вы не должны вмешиваться в действия людей, основанные на моральных суждениях, которые мы отвергаем, когда разногласия нет или не могут быть разрешены рационально. Контекст обсуждения часто, но не всегда, моральные разногласия между два общества. Поддерживает ли моральный релятивизм терпимость в это смысл?

Хотя многие люди, кажется, думают, что это так, философы часто сопротивляются предполагая, что существует философская связь между принятием метаэтической позиции и практического вывода (однако см. Гиллеспи 2016).Следовательно, часто думают, что, хотя DMR может дать повод для терпимости, но это не может означать, что толерантность является морально обязательной или даже допустимо. DMR просто говорит нам, что есть моральные разногласия. Само по себе признание этого факта ничего не значит. о том, как нам следует действовать по отношению к тем, с кем мы не согласны. MMR не лучше. Во-первых, MMR не очень подразумевает, что это объективная моральная истина, что мы должны быть толерантный: MMR отрицает, что такие истины существуют.(Смешанный позиция может утверждать, что толерантность является единственной объективной моральной правда, все остальные относительны; но нужно показать, что это больше, чем маневр ad hoc ). Можно сказать, что MMR подразумевает, что толерантность является относительной истиной. Однако даже это проблематично. Согласно MMR , считается проблемой правда, истинность утверждений может варьироваться от общества к обществу. Следовательно, утверждение «люди должны быть терпимыми». ( T ), может быть истинным в одних обществах и ложным в других. MMR сам по себе не влечет за собой, что T истинно в любом общества, и на самом деле может привести к тому, что T ложно в некоторых общества (аналогичное замечание можно сделать в отношении обоснование).

Некоторые объективисты могут добавить, что в некоторых случаях мы должны терпимо относиться к те, с кем мы не согласны морально, но только объективисты могут установить это как объективную моральную истину (например, опираясь на аргументы в либеральной традиции от Локка или Милля). К возражение против того, что моральный объективизм подразумевает нетерпимость (или империализм), объективисты обычно утверждают, что тот факт, что мы рассматриваем общество как морально неправильный в некотором отношении, не влечет за собой, что мы должны мешать этому.

Тем не менее среди некоторых релятивистов сохраняется мысль, что существует философски значимая связь между релятивизмом и толерантность. Возможно сочетание MMR и этического принцип может дать нам повод для терпимости, к которой мы не будем только на основе этического принципа. Такой подход был предложен Вонгом (1984: гл. 12). Принцип, грубо говоря, что мы не должны мешать людям, если мы не можем оправдать это вмешательство в них (если они были рациональны и хорошо информированы в соответствующие аспекты).Вонг назвал это «оправданием принцип.» Конечно, это уже принцип толерантности сортов. Идея состоит в том, что он получит более широкий размах, если MMR будет верный. Предположим, что утверждение, что существует индивид право на свободу слова истинно и оправдано для нашего общества, но ложно и неоправданно в другом обществе, в котором пресса ограничено для блага общества. В этом случае, учитывая MMR , наше общество, возможно, не сможет оправдать вмешательство в ограничительное общество в отношении свободы прессы.Любой оправдание, которое мы могли бы дать, апеллирует к ценностям, которые авторитетен для нас, а не для них, и не апеллирует только к логике или фактам даст им повод принять наше оправдание.

Если бы принцип оправдания был широко принят, этот аргумент может объяснить, почему у некоторых людей были веские основания полагать, что связь между релятивизмом и толерантностью. Но есть вопрос о том, стабильно ли положение. Вонг получил оправдание принцип от Канта, и Кант отклонил MMR .Если бы мы были принять MMR , есть ли у нас основания принять принцип оправдания? Вонг думал, что мы могли бы, возможно, на основании соображений, совершенно независимых от Канта. В любом случае это аргумент только показал бы, что MMR играет роль в аргументе за толерантность, которая актуальна для людей в обществе, принявшем принцип обоснования. Аргумент не устанавливает, что существует общая связь между релятивизмом и толерантностью. Ни Подрывает ли это утверждение, что MMR может иметь результат что T истинно в одних обществах и ложно в других.

В своей недавней защите плюралистического релятивизма (2006) Вонг сказал: утверждал, что, поскольку некоторые серьезные моральные разногласия неизбежны, любая адекватная мораль будет включать в себя ценность того, что он называет размещение. Это включает в себя приверженность мирным и ненасильственным отношения с людьми, с которыми мы не согласны. Размещение похоже, связано с терпимостью, но Вонг утверждает, что это: мы также должны стараться учиться у других, идти на компромисс с ними, сохранять с ними отношения и т. д.Вонг в защиту приспособление невосприимчиво к возражениям, что релятивизм не может быть основание для такой универсальной ценности, потому что его защита якобы основанные на соображениях, которые должна признавать любая адекватная мораль. Однако по этой причине, хотя и предполагает рассмотрение поддерживая релятивистское измерение своей позиции (нет единственная истинная мораль), это доказывает нерелятивистское измерение (есть универсальные ограничения, которые должна принимать любая мораль, в в частности, что одна из функций морали — способствовать социальным сотрудничество).Следовательно, это, строго говоря, не аргумент от релятивизм к размещению.

Как было отмечено в раздел 3, помимо философского вопроса, есть ли какая-то форма моральный релятивизм дает повод для такого отношения, как терпимость, возникает психологический вопрос, могут ли люди, которые принимают релятивизм, скорее всего, будет терпимым. Как было замечено, есть некоторые доказательства того, что релятивисты более терпимы, чем объективисты, и утверждалось, что даже если релятивизм не оправдывает терпимость, положительной чертой релятивизма было бы то, что принятие его делает людей более терпимыми (см. Prinz 2007: 208).Конечно, это суждение предполагает, что в некотором смысле хорошо быть терпимый.

Релятивизм | Интернет-энциклопедия философии

Релятивизм иногда идентифицируется (обычно его критиками) как тезис о том, что все точки зрения одинаково верны. В этике это равносильно утверждению, что все морали одинаково хороши; в эпистемологии это означает, что все верования или системы убеждений одинаково верны. Критики релятивизма обычно отвергают такие взгляды как несогласованные, поскольку они подразумевают обоснованность даже точки зрения о том, что релятивизм ложен.Они также обвиняют такие взгляды в пагубности, поскольку они подрывают попытки улучшить наш образ мышления.

Возможно, из-за того, что релятивизм ассоциируется с такими взглядами, немногие философы готовы называть себя релятивистами. Однако большинство ведущих мыслителей, которых обвиняли в релятивизме — например, Людвиг Витгенштейн, Питер Винч, Томас Кун, Ричард Рорти, Мишель Фуко, Жак Деррида — действительно разделяют определенную общую точку зрения, которая, хотя и явно релятивистская, обеспечивает основу. для более сложных и, возможно, более оправданных позиций.

Хотя существует множество различных видов релятивизма, все они имеют две общие черты.

(1) Все они утверждают, что одна вещь (например, моральные ценности, красота, знания, вкус или значение) относится к какой-то конкретной структуре или точке зрения (например, отдельному субъекту, культуре, эпохе, языку или концептуальная схема).

(2) Все они отрицают, что любая точка зрения имеет однозначное преимущество перед всеми остальными.

Таким образом, можно довольно очевидным образом классифицировать различные типы и подтипы релятивизма.Основные роды релятивизма можно выделить в зависимости от объекта, который они стремятся релятивизировать. Таким образом, формы морального релятивизма утверждают относительность моральных ценностей; формы эпистемологического релятивизма утверждают относительность знания. Затем эти роды могут быть разбиты на отдельные виды путем определения структуры, к которой относится рассматриваемый объект. Например, моральный субъективизм — это тот вид морального релятивизма, который относит моральную ценность к индивидуальному субъекту.

Насколько противоречивы и насколько последовательны эти формы релятивизма, очевидно, будет варьироваться в зависимости от того, что к чему и каким образом релятивизируется. В современной философии наиболее широко обсуждаемыми формами релятивизма являются моральный релятивизм, когнитивный релятивизм и эстетический релятивизм.

Информация об авторе

Emrys Westacott
Электронная почта: [email protected]
Университет Альфреда
США

Определение релятивизма Merriam-Webster

rel · a · tiv · ism | \ Re-lə-ti-ˌvi-zəm \ 1а : теория, согласно которой знание связано с ограниченной природой разума и условиями познания.

б : точка зрения, согласно которой этические истины зависят от лиц и групп, их придерживающихся.

Релятивизм — обзор | ScienceDirect Topics

Способствует ли эта форма релятивизма угнетению или культурному империализму или избегает их?

Защитники этой версии этического релятивизма, такие как Шепер-Хьюз, часто утверждают, что их теоретическая позиция — важный способ избежать культурного империализма.Копельман, напротив, считает, что он скорее способствует угнетению и культурному империализму, а не избегает его. Эта точка зрения, утверждает она, влечет за собой не только утверждение, что обрезание женских половых органов является правильным в культурах, где это одобрено, но и утверждение, что все, что пользуется широким общественным одобрением, является правильным, включая рабство, войну, дискриминацию, угнетение, расизм и пытки. То есть, если утверждение, что действие является правильным, означает, что оно имеет культурное одобрение, то из этого следует, что одобряемые культурой акты войны, угнетения, порабощения, агрессии, эксплуатации, расизма или пыток являются правильными.С этой точки зрения, неодобрение других культур не имеет значения для определения того, правильны ли действия или нет. Соответственно, неодобрение людей в других культурах, даже жертв войны, угнетения, порабощения, агрессии, эксплуатации, расизма или пыток, не учитывается при принятии решения о том, что правильно или неправильно, кроме как в их собственной культуре.

Копельман утверждает, что в этой версии этического релятивизма возражения людей из других культур являются просто выражением их собственных культурных предпочтений, не имеющих никакого морального статуса в обществе, которое участвует в рассматриваемых действиях.Копельман утверждает, что это приводит к отвратительным выводам. Если эта теоретическая позиция последовательно придерживается, утверждает она, это приводит к выводу, что мы не можем делать межкультурные суждения с моральной силой относительно любой социально одобренной формы угнетения, включая войны, пытки или эксплуатацию других групп. Пока эти действия одобряются в обществе, которое их делает, они правы. Тем не менее, мировое сообщество считало, что оно выносило важные межкультурные суждения с моральной силой, когда оно критиковало коммунистическое правительство Китая за подавление протестного митинга продемократических студентов, южноафриканцев за поддержку апартеида, Советы за использование психиатрии для подавления инакомыслия и резня этнических групп в бывшей Югославии и в Руанде.В каждом случае представители критикуемого общества обычно говорили что-то вроде: «Вы не понимаете, почему это морально оправдано в нашей культуре, даже если в вашем обществе этого не будет». Если этический релятивизм правдоподобен, эти ответы тоже должны быть правдоподобны, но это не так. Копельман пишет, что им неприятно предполагать, что мы настолько разные, что не можем осмысленно и рационально разговаривать на морально важные темы.

Защитники этического релятивизма могут ответить, что культуры иногда пересекаются и, следовательно, протесты жертв внутри или между культурами должны учитываться.Но этот ответ порождает еще две трудности. Если это означает, что взгляды людей в других культурах имеют моральное значение и угнетатели должны учитывать взгляды жертв, такие суждения несовместимы с этой версией этического релятивизма. Они несовместимы с этой теорией, потому что представляют собой межкультурные суждения с моральным авторитетом. Во-вторых, как мы уже отмечали, эта версия этического релятивизма не является полезной теорией для установления того, что правильно, а что неправильно.

У релятивистов, которые хотят отстоять разумные социальные кросс-культурные и моральные суждения о ценности свободы, равенства возможностей или прав человека в других культурах, кажется, есть два варианта. С одной стороны, если они согласны с тем, что некоторые межкультурные нормы имеют моральный авторитет, они также должны согласиться с тем, что некоторые межкультурные суждения об обрезании / калечении женских половых органов также могут иметь моральный авторитет. Шервин — релятивист, идущий по этому пути, тем самым отказавшись от критикуемой здесь версии этического релятивизма.С другой стороны, если они защищают эту версию этического релятивизма, но при этом делают кросс-культурные моральные суждения о важности таких ценностей, как терпимость, групповые преимущества и выживание культур, им придется признать непоследовательность в своих аргументах. Например, Шепер-Хьюз выступает за терпимость к другим системам культурных ценностей. Она не считает это утверждение непоследовательным. Она говорит, что толерантность между культурами — это правильно, , но это межкультурное моральное суждение с использованием моральной нормы (терпимости).Точно так же релятивисты, которые утверждают, что неправильно устранять ритуалы, придающие смысл другим культурам, также непоследовательны в своих суждениях, предполагающих наличие подлинного межкультурного морального авторитета. Даже изречения, которые иногда используют защитники этического релятивизма, такие как «Когда в Риме поступают, как римляне», морально дозволено принять все культурные нормы, в какой бы культуре ни находились. Таким образом, для защитников этой версии этического релятивизма непоследовательно делать межкультурные моральные суждения о толерантности, групповой пользе, межобщественном уважении или культурном разнообразии.

Копельман утверждает, что с учетом этих трудностей бремя доказательства лежит на защитниках этой версии этического релятивизма. Они должны показать, почему мы не можем делать то, что, как мы думаем, мы иногда должны делать и можем делать очень хорошо, а именно, участвовать в межкультурном моральном обсуждении, сотрудничестве или критике и оказывать поддержку людям, чье благополучие или права находятся под угрозой в других культурах. Защитники этического релятивизма должны учитывать то, что кажется подлинным моральным авторитетом международных профессиональных сообществ, которые занимают моральные позиции, например, в отношении борьбы с пандемиями, прекращения войн, прекращения угнетения, продвижения санитарного просвещения или искоренения бедности.Ответы о том, что наши профессиональные группы сами являются своего рода культурами, кажутся правдоподобными, но несовместимыми с этой версией этического релятивизма, как уже обсуждалось. Некоторые защитники этического релятивизма возражают, что устранение важных ритуалов из культуры чревато разрушением общества. Шепер-Хьюз настаивает на том, что эти культуры не смогут выжить, если они изменят такую ​​центральную практику, как женское обрезание. Однако этот контраргумент не является решающим. Рабство, угнетение и эксплуатация также необходимы для некоторых образов жизни, но немногие будут защищать эти действия, чтобы сохранить общество.Более того, Эль Дарир отвечает на это возражение, подвергая сомнению предположение о том, что эти культуры могут выжить только при продолжении клитородэктомии или инфибуляции. Она утверждает, что эти культуры с большей вероятностью будут преобразованы войной, голодом, болезнями, урбанизацией и индустриализацией, чем прекращением этой древней ритуальной хирургии. Еще один аргумент состоит в том, что, если рабство, угнетение и эксплуатация неправильны, независимо от того, существуют ли групповые выгоды или нет, то решение об искоренении калечащих операций на женских половых органах не должно зависеть от процесса взвешивания их выгод для группы.

Такие релятивисты также непоследовательно считают, что групповая выгода настолько важна, что другие культуры не должны вмешиваться в местную практику. Это делает групповую выгоду важнейшей межкультурной ценностью, что, по утверждению этических релятивистов, не может быть оправдано. Если нет межкультурных ценностей в отношении того, что правильно или неправильно, защитник этического релятивизма не может постоянно говорить такие вещи, как «Одна культура не должна мешать другим», «Мы должны быть терпимыми к другим социальным взглядам», «Все культура одинаково ценна »или« Неправильно вмешиваться в другую культуру.Каждое из этих утверждений представляет собой межкультурные моральные суждения, предполагающие авторитет, основанный на чем-то отличном от одобрения конкретной культуры.

Этический релятивизм | философия | Британника

Этический релятивизм , доктрина, согласно которой в этике не существует абсолютных истин и что то, что является нравственно правильным или неправильным, варьируется от человека к человеку или от общества к обществу.

Аргументы в пользу этического релятивизма

Геродот, греческий историк V века до н.э., продвинул эту точку зрения, когда заметил, что в разных обществах разные обычаи и что каждый человек считает, что обычаи своего собственного общества лучше всех.Но, по словам Геродота, ни один набор социальных обычаев не может быть лучше или хуже любого другого. Некоторые современные социологи и антропологи сходным образом утверждали, что мораль, поскольку она является социальным продуктом, по-разному развивается в разных культурах. Каждое общество разрабатывает стандарты, которые используются людьми внутри него, чтобы отличать приемлемое от недопустимого поведения, и каждое суждение о правильном и неправильном предполагает тот или иной из этих стандартов. Таким образом, по мнению этих исследователей, если такие практики, как полигамия или детоубийство, считаются правильными в обществе, то они подходят «для этого общества»; и если одни и те же практики считаются неправильными в другом обществе, тогда эти практики неправильны для этого общества.Не существует такой вещи, как то, что «действительно» правильно, помимо этих социальных кодексов, поскольку не существует нейтрального в культурном отношении стандарта, к которому мы могли бы обратиться, чтобы определить, какое мнение общества является правильным. Существуют разные социальные коды.

Геродот

Статуя сидящего человека, которого называют Геродотом; в Лувре, Париж.

© Photos.com/Jupiterimages

Второй тип аргументов в пользу этического релятивизма принадлежит шотландскому философу Дэвиду Юму (1711–1776), который утверждал, что моральные убеждения основаны на «чувствах» или эмоциях, а не на разуме.Эта идея была развита школой логического позитивизма 20-го века и более поздними философами, такими как Чарльз Л. Стивенсон (1908–79) и Р.М. Хейр (1919–2002), который считал, что основная функция морального языка — не констатировать факты, а выражать чувства одобрения или неодобрения по отношению к одному действию или влиять на отношение и действия других. Согласно этой точке зрения, известной как эмотивизм, правильное и неправильное связаны с индивидуальными предпочтениями, а не с социальными стандартами.

Дэвид Хьюм

Дэвид Хьюм, картина маслом Аллана Рамзи, 1766 г .; в Шотландской национальной портретной галерее, Эдинбург.

Предоставлено Шотландской национальной портретной галереей

Этический релятивизм привлекателен для многих философов и социологов, потому что он, кажется, предлагает лучшее объяснение изменчивости моральных убеждений. Он также предлагает правдоподобный способ объяснить, как этика вписывается в мир, описанный современной наукой. Даже если естественный мир в конечном итоге состоит только из фактов, нейтральных по отношению к ценностям, говорят релятивисты, этика все же имеет основу в человеческих чувствах и социальных установках.Наконец, этический релятивизм кажется особенно подходящим для объяснения достоинств терпимости. Если с объективной точки зрения собственные ценности и ценности общества не имеют особого значения, то подход «живи и дай жить другим» по отношению к ценностям других людей кажется уместным.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Начиная с 1960-х и 1970-х годов этический релятивизм ассоциировался с постмодернизмом, сложным философским движением, ставившим под сомнение идею объективности во многих областях, включая этику.Многие постмодернисты считали саму идею объективности сомнительным изобретением эпохи модерна, то есть постпросвещения. Со времен Просвещения большинство философов и ученых считали, что существует объективная, универсальная и неизменная правда обо всем, включая науку, этику, религию и политику, и что человеческий разум достаточно силен, чтобы открыть эту истину. Таким образом, конечным результатом рационального исследования была одна наука, одна этика, одна религия и одна политика, которые были бы применимы для всех людей во все эпохи.Однако согласно постмодернизму вдохновленная Просвещением идея объективной истины, которая повлияла на мышление практически всех современных ученых и философов, является иллюзией, которая сейчас рухнула.

Они утверждают, что это развитие во многом связано с работами немецкого философа Фридриха Ницше (1844–1900) и его последователей. Ницше отверг наивную веру в то, что человеческие убеждения просто отражают реальность. Напротив, каждое из наших убеждений основано на «перспективе», которая не является ни правильной, ни неправильной.В этике, соответственно, нет моральных фактов, а есть только моральные интерпретации явлений, которые порождают различные существующие моральные кодексы. Мы можем попытаться понять эти моральные принципы, исследуя их истории и психологию людей, которые их принимают, но нет никаких сомнений в том, чтобы доказать, что те или иные из них «истинны». Ницше утверждает, например, что те, кто принимает иудео-христианскую этическую систему, которую он называет «рабской моралью», страдают от слабых и пугающих личностей.По его словам, другой, более сильный человек отвергнет эту этику и создаст свои собственные ценности.

Постмодернисты считают, что западное общество вышло за рамки современной интеллектуальной эры и сейчас находится в постмодернистском периоде, который отчасти характеризуется осознанием того, что человеческая жизнь и мышление представляют собой мозаику, включающую множество точек зрения. «Истины», включая истины науки и этики, следует признавать как верования, связанные с определенными традициями, которые служат определенным целям в определенное время и в определенных местах.Стремление к абсолютам рассматривается как ошибочный поиск невозможного. В течение второй половины 20-го века наиболее известными защитниками этой точки зрения были Мишель Фуко (1926–84) и Жак Деррида (1930–2004).

Определение и значение релятивизма | Словарь английского языка Коллинза

Примеры ‘релятивизма’ в предложении

релятивизм

Эти примеры были выбраны автоматически и могут содержать конфиденциальный контент.Подробнее… Остается вопрос, следует ли отвергать концепцию плюрализма, которая отражает моральный и этический релятивизм.

Times, Sunday Times (2009)

Это подчеркивает необходимость понимания разницы между культурным релятивизмом и этнически чувствительной практикой.

Ланган, Мэри (редактор) Серьезное отношение к жестокому обращению с детьми: современные проблемы теории защиты детей и практика (1990)

Это был мой первый урок морального релятивизма.

Ричард Форти ЗЕМЛЯ: интимная история (2004)

Этот крайний культурный релятивизм не допускает предпочтения одной формы общества перед другой.

The Times Literary Supplement (2011)

Их обмен мнениями перед сном — один из самых прекрасных примеров культурного релятивизма.

Times, Sunday Times (2013)

Но моральный релятивизм — это похоронный звон цивилизации.

Times, Sunday Times (2011)

Еще маленькие жемчужины из сокровищницы культурного релятивизма.

Times, Sunday Times (2010)

Действительно ли мы довольны тем, что так небрежно принимаем моральный релятивизм?

Times, Sunday Times (2010)

Часто бывает чрезвычайно трудно полностью принять культурный релятивизм.

Аппельбаум, Ричард П. Социология (1995)

Несогласных вводят в заблуждение либо искаженный взгляд на историю, либо пагубную форму морального релятивизма.

Times, Sunday Times (2006)

Подробнее …

Именно тот культурный релятивизм, который формирует сравнительный подход, является теперь невысказанным кредо современного общества.

The Times Literary Supplement (2013)

Иногда они утверждают абсолютный релятивизм, противоречие в терминах.

Христианство сегодня (2000)

Моральный релятивизм радикалов 1960-х был неправильным.

Times, Sunday Times (2012)

Короче говоря, это культурный релятивизм!

Times, Sunday Times (2009)

В школе культурный релятивизм взял верх над общечеловеческими ценностями.

Times, Sunday Times (2012)

По ее мнению, существует слишком много морального релятивизма, присущего сторонникам либеральной демократии.

Times, Sunday Times (2015)

Это движение за культурный релятивизм в западном обществе выдает основные ценности, на которых построено наше открытое общество.

Times, Sunday Times (2006)

Он категорически отвергает любое предположение о том, что существование противоречивых моральных суждений подразумевает моральный релятивизм и подрывает статус и универсальный масштаб моральных суждений.

The Times Literary Supplement (2013)

Оно породило моральный и культурный релятивизм или представление о том, что не может быть иерархии ценностей.

Times, Sunday Times (2015)

И в мире есть оттенок морального релятивизма, выражаемый теми, кто говорит: он навязывает свои ценности.

Times, Sunday Times (2010)

Культурный релятивизм не играл никакой роли в аргументах защиты, но это одна из двух основных тем книги.

The Times Literary Supplement (2010)

Итак, как это соотносится с готовностью бороться с моральным релятивизмом и приоритетом внешней политики правительства по продвижению свободы вероисповедания?

Times, Sunday Times (2011)

Одной из несложных возможностей человеческого гобелена, которым является телевидение, является культурный релятивизм.

Times, Sunday Times (2015)

Несколько типов

Несколько типов

ЭТИКА

Глава третья: Релятивизм

Раздел 1. Несколько типов

Люди развивают размышления о морали с течением времени. Они делают это в результате взаимодействия с отдельными людьми и общественностью. учреждения.В разных общества, каждое со своей культурой, есть разные идеи относительно того, как люди должны себя вести. Разные общества и культуры имеют разные правила, разные нравы, законы и моральные представления.

В двадцатом веке люди стали вполне осознавать эти различия. Влияние этой информации в сочетании с теориями экзистенциалисты и прагматики стали весьма значимыми в сфере этики.В Экзистенциалисты с их теорией радикальной свободы и человеческого выбора и ответственность поместила мораль в сферу принятия решений каждым человеком. До существования существ не было сущностей, и не было бы не быть правил до существования существ, которые будут устанавливать правила для них самих. В Прагматики также отошли от веры в абсолюты, обобщения и любые универсальные критерии суждения. Для прагматиков реальность была не данностью, а человеческим фактором. строить и отражать критерии общества для суждения по поводу истины. Итак, пришло передать как часть постмодернизма, что была бы школа или традиция мысли, согласно которой все размышления об этике также зависит от принятия решений людьми в социальных рамках. Эта школа считает, что не существует универсального или абсолютного этические принципы, которым должны подчиняться все люди.

Через двадцатое века многие люди стали принимать во многом релятивистские перспектива. Релятивизм имеет вошли в сознание многих людей, даже тех, кто придерживался некоторые абсолютистские идеи. Да , есть люди, придерживающиеся непоследовательных и противоречивых представлений о мораль и этика. Как это случилось?

Сначала проясним некоторые термины:

Культурный релятивизм

Описательный этический релятивизм

Нормативный этический релятивизм

Культурный релятивизм описывает простой факт, что существуют разные культурах, и у каждого свой образ поведения, мышления и чувствуя, как его члены учатся этому у предыдущего поколения. Существует огромное количество доказательств, подтверждающих это утверждение. Практически каждый человек на планете хорошо знает, что люди во всем мире действуют по-разному. Люди по-разному одеваются, по-разному едят, по-разному говорят языков, поют разные песни, имеют разную музыку и танцы и много разных обычаев.

Это научная теория хорошо подтверждены доказательствами, собранными культурными антропологами.

Описательный этический релятивизм описывает тот факт, что в разных культурах одним из вариантов является чувство морали: нравы, обычаи и этические принципы могут различаться из одной культуры в другую. Там есть много информации, чтобы подтвердить это. То, что считается моральным в одной стране, может считаться аморально и даже незаконно в другой стране.

Это научная теория хорошо подтверждены доказательствами, собранными культурными антропологами.

Примеры:

Мораль в США

Аморальный

Есть говядина

Индия

Распитие алкоголя, Азартные игры

Ближневосточные исламские страны

Женщины в школе или на работе

Афганистан

при талибах

Женщины в шортах с открытым лицом

Иран, Саудовская Аравия, Судан

Или в обратном порядке

Аморально в США

Морально или приемлемо

Убийство новорожденных самок

Китай, Индия

Калечащие операции на женских половых органах

Многие африканские народы (Это женский обрезание)

Семья убивает женщину, члена семьи, которая изнасилован

Сомали, Судан

Можете ли вы подумать о другом Примеры?

Нормативный этический релятивизм — это теория, утверждающая, что не существует общепринятых моральных принципов. принципы.Теория нормативного этического релятивизма утверждает, что моральный правильность и неправильность действий варьируется от общества к обществу, и это нет никаких абсолютных универсальных моральных норм, обязательных для всех людей раз. Теория утверждает, что все размышления об основных принципах морали (этики) всегда относительно. Каждый культура устанавливает основные ценности и принципы, которые служат основа нравственности. В теория утверждает, что это так сейчас, всегда было так и будет всегда будет так.

Это философский теория, которая НЕ ПОДТВЕРЖДАЕТСЯ доказательствами, собранными культурными антропологами, и наука не могла подтвердить теорию о прошлом и будущее! Это теория, что есть доказательства против этого. (см. следующие разделы)

В следующем разделе мы внимательно изучите эту теорию, ее выводы и критику. рассмотрите таблицу ниже, которая показывает контраст между абсолютизмом и релятивизм.

Релятивизм

Нигилизм

— моральных принципов не существует

Абсолютизм

Существуют универсальные этические принципы, применимые ко всем людям.

Есть абсолюты.

Культурный релятивизм

Существует моральное ядро, без которого

и.общество не будет процветать

ii. Физические лица не будет процветать

Описательный этический релятивизм

Нормативный этический релятивизм

нет универсальных критериев

А) существуют моральные истины

ни абсолютов, ни даже допуска

B) Разум может открывать истину

без критики большинства

C) их продвижение в наших интересах

сводится к субъективизму

Мы не должны выносить моральных суждений в отношении других людей и обществ.

Мы судим и должны судить других людей и общества с разумом, сочувствием и пониманием.

Вы когда-нибудь думали или слышал и не оспаривал идею о том, что мы не должны выносить моральные суждения других людей? Есть ли у тебя когда-либо думал, что каждый человек должен принять собственное мнение о том, что его или ее моральные правила будут? Есть вы когда-либо соглашались с мыслью, что «Если вы не пройдете милю в другом мужские мокасины, вы не можете судить о нем »?

Вы когда-нибудь думали, что хотя какой-то поступок может быть для вас морально неправильным, он может быть правильным для другого человека или, наоборот, думали ли вы, что пока кто-то действует может быть морально правильным для вас может быть морально неправильным для вас другой человек? Есть ли у тебя думали, что каждый человек должен вырабатывать свою мораль?

Ну, если вы ответили, «Да» на любой из вышеперечисленных, у вас есть релятивистские идеи, работающие в вашей системе мышления.Сейчас вы можете спросить себя, действительно ли вы принимаете эти идеи?

Вы верите, что должны выйти и убить нескольких человек, чтобы сделать вывод, что сериал убийца что-то не так делает? Делать вы действительно верите, что вам нужно похитить, изнасиловать, убить и съесть несколько молодых людей, чтобы прийти к выводу, что Джеффри Дамер что-то неправильное, морально неправильное и ужасное?

Вы думаете, что убийство новорожденные младенцы, потому что они самки, это неправильно даже для китайцев? Вам не кажется, что когда-то китайцы, индийцы и африканцы более высокое качество жизни и более образованные, что они будут и должны прекратить делать то, что вредит, убивает или унижает женщин? Если да, то и в вас работают абсолютистские идеи.

Как можно удерживать противоположные идеи на в то же время?

Давайте начнем думать об этих имеет значение.

Карл Веллман, « Этические последствия культурной относительности , The Journal of Философия , Vol. 60, выпуск 7 (28 марта 1963 г.): стр. 169–184.

Перейдем к некоторым важным отличиям.

Два типа Моральный релятивизм : культурный и индивидуальный

Культурная мораль Релятивизм


Часто можно услышать утверждения следующего типа: с нашей стороны неправильно навязывать им свою мораль, потому что у них другой набор убеждений.


Рене Декарт, 17 век Французский философ отмечает в следующем отрывке разницу между системы верований разных культур и очевидная разумность каждый:

Но у меня было я осознал, еще во время учебы в колледже, что никакого мнения, однако абсурдным и невероятным, можно себе представить, чего не придерживаются некоторые философов; а потом, путешествуя, я заметил, что все те, чье мнение явно противоречит нашему, не попадают в этот счет варваров и дикарей, но, напротив, многие из этих народов одинаково хорошо, если не лучше, использует свой разум, чем мы.- с Беседа о методе правильного ведения разума и поиске истины в Наук


Аборт запрещен в Ирландия. Более того, вера в то, что аборт — это ужасная мораль. преступность широко распространена. В Японии аборты не только легальны, но и очень часто считается морально нейтральным. Отвечая на вопрос: является ли аборт моральным неправильный? культурный релятивист говорит: Да, в Ирландии аборт — это плохо.В Япония, нет — это не морально неправильно.

Обратите внимание, что релятивист не говорит: «В Ирландии люди считают, что это неправильно, и в Японии люди считают, что это не так ». Нет, его точка зрения сильнее чем это. В Ирландии аборт — это морально неправильно, а в Японии — НЕЛЬЗЯ. аморально.

Индивидуальная мораль Релятивизм (также называемый Субъективный релятивизм, или просто субъективизм)
Если вы физическое лицо релятивист, вы считаете, что моральные обязательства зависят от убеждений, но вы думаете, что релевантным является убеждение индивидуального морального агента, а не культуры, из которой происходит агент.

Опять же, обратите внимание субъективист не просто говорит: Джо считает, что списывание экзаменов — это морально приемлемо, когда нужна хорошая оценка, в то время как Мэри не думает, что обман всегда приемлем с моральной точки зрения. Нет, субъективист делает сильнее утверждают, что обман — это плохо для Мэри, но НЕ для Джо.

Релятивизм и Моральная объективность
Согласно моральной релятивизм, является ли действие / суждение / решение / выбор морально правильным или обязательно зависит от убеждения, что это действие / суждение / решение / выбор морально правильные или обязательные.Релятивисты не утверждают, что нет источник обязательства, ни то, что нет никаких действий, которые являются морально неправильными. Релятивисты часто заявляют, что действие / суждение и т. Д. Морально требуется от человека. человек. Например, если человек считает аборт морально неправильным, тогда это неправильно — для нее. Другими словами, для Сьюзан было бы морально неправильно сделать аборт, если Сьюзен считала, что аборт — это всегда морально неправильно. (Это также было бы морально неправильным, по мнению релятивистов, если бы Сьюзен сделала аборт когда она считала, что иметь один — неправильно только ей.) Коротко, релятивистам не нужно отказываться от объективности моральных суждений; но они нужно отказаться от других ключевых концепций, таких как универсализм; подробнее об этом позже.

Повторяю: релятивизм не влечет * отсутствие объективных обязательств. Человек может верить что моральные обязательства относятся к культуре и в то же время верят что человек из этой культуры действительно обязан соблюдать все моральный кодекс, которого придерживается культура.

* Entail — если A влечет за собой B, то, если A истинно, B должно быть истинным.

Релятивизм — Интернет-энциклопедия философии

=================================================

Чтобы перейти к следующему разделу главы, нажмите здесь >> раздел.

Авторские права Стивен О Салливан и Филип А.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.