Р берне психолог: Бернс Р.. Публикации

Профессиональная Я-концепция педагога

Профессиональная Я-концепция педагога.

1. Понятие Я-концепции

2. Профессиональная   Я-концепция педагога

                            1. Понятие Я-концепции

Понятие «Я-концепция» родилось в 1950-е годы в русле   гуманистической психологии, представители которой (А. Маслоу, К. Роджерс),   рассматривали целостность человеческого Я как  важнейший  фактор поведения и развития личности.

Как научное понятие Я-концепция вошло в обиход специальных исследований сравнительно недавно, может быть потому в литературе, как отечественной, так и зарубежной, нет  единой его трактовки.

Роберт Бернс, (один из ведущих английских ученых в области психологии)    так определяет это понятие:

«Я-концепция» — это совокупность всех представлений человека о самом себе, сопряженная с их оценкой.

 Описательную составляющую Я-концепции часто называют образом «Я»  или картиной «Я».

Составляющую, связанную с отношением к себе  или к отдельным своим качествам, называют самооценкой

или принятием себя.

Часто термин используют в качестве синонима к «самосознанию». Но  Я-концепция  —  понятие менее нейтральное, т.к. включает в себя оценочный аспект. 

Структура Я-концепции    (Роберт Бернс)

1. Реальное Я— представление человека о себе,   каков он на самом деле, в настоящее время (как  воспринимает свое тело, внешность, способности, черты характера, роли, свой актуальный статус и т.д.)  

2. Зеркальное (социальное) Я представления индивида о том, как его видят другие. Зеркальное Я выполняет важную функцию самокоррекции притязаний человека и его представлений о себе. Суждения, действия, жесты других людей, относящиеся к личности, выступают для него в качестве основного источника данных о самом себе. Этот механизм обратной связи помогает удерживать  Я-реальное в адекватных пределах.

3. Идеальное Я

— это представление личности о себе в соответствии с желаниями (каким бы я хотел быть ).

Конечно, реальная и идеальная Я-концепции не только могут не совпадать: в большинстве случаев они обязательно различаются.

Расхождение между реальной и идеальной Я-концепцией может приводить как к негативным, так и к позитивным последствиям:

Ø Может составлять одно из важнейших условий саморазвития личности,  ее самосовершенствования.

Ø Может стать источником серьезных внутриличностных конфликтов, может  привести  к депрессии,  в связи с недостижимостью идеала (если  они оторваны от реальности, а человек этого не понимает). Помочь человеку отказаться от неосуществимых устремлений,   чрезмерно оторванным от реальности,  должны специалисты (педагоги, психологи, психотерапевты)

Кроме  трех основных составляющих, предложенных Р.Бернсом, многие авторы выделяют еще одну, которая играет особую роль.

4.   Конструктивное Я  (Я в будущем).

Главное отличие конструктивного Я-проекта от идеального Я заключается в том, что он   имеет   действенные   мотивы,  которые   соответствуют признаку “стремлюсь”.     В  

Я-конструктивное  входят  те элементы, которые личность принимает и ставит для себя как достижимую реальность.

Помимо рассмотренной модели (структуры)  Я-концепции в литературе  можно также встретить следующие подходы:

        К. Роджерс

   К. Левин,

З. Фрейд

У. Джемс

Ш.Самюэль

М. Розенберг

Ø Я-реальное

Ø Я-идеальное

ü материальное Я

ü социальное  Я

§  образ тела

§  социальное Я

§  когнитивное Я

§  самооценка

·  настоящее Я

·  динамическое Я

·  фактическое Я

·  вероятное Я

Позиции человека

в различных социальных группах

Временная точка зрения

на себя

·  «Я» как представитель определенной профессиональной группы;

·  «Я» как член семьи;

·  «Я» как член определенных общественных организаций и т.д.

§  «прошлое Я» – каким я был      раньше;

§  «настоящее Я» – какой я сейчас;

§  «будущее Я» — каким я вижу себя в будущем.

Когнитивный компонент

Оценочный компонент

Поведенческий компонент

представления индивида о самом себе, набор характеристик, которыми,

 как ему кажется, он обладает; (представлена в сознании  в виде социальных ролей и статусов).

как индивид оценивает эти характеристики, как к ним относится

как человек в действительности поступает (кем бы человек себя ни считал, он не может игнорировать то, как он на самом деле себя ведёт, что ему на самом  деле удаётся.

Все эти различные аспекты «Я»- феномена  составляют в личности единое целое.

Интересной моделью Я-концепции является теория Томаса Харисса,  изложенная в книге  «Я — о`кей, ты — о`кей» (из жанра «Психология для всех»). Т. Харрис  — писатель, журналист, автор известной книги «Молчание ягнят».  

Концепция  включает 4 установки жизни:

модель

Отношение к себе

Отношение

 к другим

Характеристика человека

I

+

+

Позиция человека, уверенного в себе, реально смотрящего на мир. Ему свойственен оптимизм доброжелательность.

II

+

Самоуверенный, м.б. эгоистичный человек, свысока смотрящий на окружающих.

III

-*

+

Позиция человека, не уверенного в себе, зависимого от мнения других.

IV

-*

Человек недоволен жизнью, пессимист, м.б. даже с элементами агрессивности.

*Негативное отношении е к себе не означает «плохо все», а складывается из конкретных выводов: « я не могу, я ничего из себя не представляю,  я этого

Сущность самооценки и ее соотношение с Я-концепцией Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 14. ПСИХОЛОГИЯ. 2011. № 1

Л. В. Бороздина

СУЩНОСТЬ САМООЦЕНКИ И ЕЕ СООТНОШЕНИЕ С Я-КОНЦЕПЦИЕЙ

Анализируется соотношение самооценки с Я-концепцией. Как показано, самооценка не имеет самостоятельного статуса в структуре Я-концепции, совмещаясь с самоотношением, образом Я либо концепцией Я в целом, что ведет к фактической потере важнейшего психического образования. Уточняется определение самооценки, рассматриваемой в качестве специальной функции самосознания, состоящей в установлении субъектом собственной значимости и несводимой к образу Я или самоотношению. Приводится аргументация предлагаемой теоретической схемы.

Ключевые слова: Я-концепция, самооценка, образ Я, самоотношение.

It is impossible to give English variant of the abstract because English language does not have exact analogy of the Russian notion «самооценка».

В течение нескольких последних десятилетий проблема самооценки является одной из интенсивно разрабатываемых, особенно в зарубежной психологии. По справедливому замечанию О.Н. Молчановой (2006), весьма впечатляющим следствием активного освоения указанной проблемы служит то, что в западной культуре сформировалось стойкое восприятие самооценки как важнейшего психологического ресурса человека, его достояния. Люди стремятся к достижению высокой оценки себя подобно тому, как они стремятся к хорошему здоровью, благосостоянию и свободе мысли (Emler, 2001). Однако вопреки пристальному интересу к самооценке в западной литературе сохраняется поразительная концептуальная путаница. Прежде всего, отсутствует четкое, исчерпывающе адекватное определение феномена (Mruk, 1999). Пытаясь найти подходящий термин, отражающий суть явления, английские авторы Л. Уэлс и Дж. Марвелл (Wells, Marwell, 1976) перебирают множество различных понятий из области психологии «Я» («взгляд на себя», «доверие к себе», «осознание себя», «удовлетворенность собой» и т.д.), занимающих половину страницы книги среднего формата, и объединяют эту массу термином “self-esteem” как наиболее общим, включающим все смысловые оттенки приведенных ими понятий. Но английское “self-esteem” обозначает не оценку себя человеком, а его уважение к себе, чувство собственного достоинства, т.е. самоотношение, о чем уже упоминалось ранее (Бороздина, 1992, 2008).

Бороздина Лидия Васильевна — докт. психол. наук, профессор кафедры общей психологии ф-та психологии МГУ. E-mail: [email protected]

54

Однако термин “self-esteem” закрепляется и не только в англоязычной литературе. Швейцарский психоаналитик юнгианской школы М. Якоби утверждает, что «самооценка относится к достоинству и ценности, приписываемым себе человеком. В немецком языке это слово (Selbstwertgefuhl) означает чувство (Gefuhl) ценности (Wert), которое мы испытываем в отношении самого себя (Selbst). «Слово “оценка” происходит от латинского “aestimare”, означающего оценивание, которое я делаю в отношении собственной значимости» (Якоби, 2001, с. 50). В этом этимологическом пояснении присутствуют два важных момента: сведение самооценки человека к чувству, устойчивому эмоциональному переживанию по поводу себя, т.е. редукция одного феномена (самооценки) к другому (самоотношению), а кроме того, соединение в одном концепте смысла двух явлений: установления субъектом своей ценности и аффективной реакции на полученный результат в виде уважения к себе, самоприятия или самоотвержения при отрицательном исходе процесса самооценивания.

В современной психологии изучение самооценки вводится в рамки более широкой конструкции, именуемой Я-концепцией. Хотя такое словосочетание отнюдь не выступает неологизмом. Им пользовался еще Ф. Хоппе (Hoppe, 1930) в качестве синонима уровня Я, к сожалению, не дав определения ни тому, ни другому. Я-концепция стала весьма распространенным клише в зарубежной психологической литературе, находя применение также и в отечественной. У нас эта концепция хорошо известна в изложении английского психолога и педагога Р. Бернса (1986). Автор приводит общее (точнее, обобщенное) определение Я-концепции и описание ее структуры: «Я-концепция — это совокупность всех представлений индивида о себе, сопряженная с их оценкой. Описательную составляющую Я-концепции часто называют образом Я или картиной Я. Составляющую, связанную с отношением к себе или к отдельным своим качествам, называют самооценкой или принятием себя» (Бернс, 1986, с. 30—31).

Далее автор описывает структуру Я-концепции, выделяя и обозначая ее элементы.

«1. Образ Я — представление индивида о самом себе.

2. Самооценка — аффективная оценка этого представления, которая может обладать различной интенсивностью, поскольку конкретные черты образа Я могут вызывать более или менее сильные эмоции, связанные с их принятием или осуждением.

3. Потенциальная поведенческая реакция — те конкретные действия, которые могут быть вызваны образом Я и самооценкой.

Когнитивная составляющая Я-концепции. Представления индивида о самом себе, как правило, кажутся ему убедительными независимо от того, основываются ли они на объективном знании или субъективном мнении, являются ли они истинными или ложными. Конкретные способы самовосприятия, ведущего к формированию образа Я могут быть самыми разнообразными <…>.

55

Описывая … самих себя, мы в словах пытаемся выразить основные характеристики нашего привычного самовосприятия … к ним относятся любые атрибутивные, ролевые, статусные, психологические характеристики индивида, описание его имущества, жизненных целей и т.п. Все они входят в образ Я с различным удельным весом — одни представляются индивиду более значимыми, другие — менее … Такого рода самоописания — это способ охарактеризовать неповторимость каждой личности через сочетания ее отдельных черт.

Оценочная составляющаяЯ-концепции. <…> Я-концепция — это не только констатация, описание черт своей личности, но и вся совокупность их оценочных характеристик и связанных с ними переживаний <…>. Аффективная составляющая … существует в силу того, что когнитивная составляющая не воспринимается человеком безразлично, а пробуждает в нем оценки и эмоции, интенсивность которых зависит от контекста и от самого когнитивного содержания. <…> Источником оценочных значений различных представлений индивида о себе является его социокультурное окружение., социальные реакции на какие-то его [индивида] проявления и самонаблюдения.

На мой взгляд, термины «образ Я» или «картина Я», которые нередко употребляются в литературе как синонимы Я-концепции, недостаточно передают динамический, оценочный, эмоциональный характер представлений индивида о себе. Я предпочитаю употреблять их для обозначения лишь первой, статической, когнитивной составляющей Я-концепции, чтобы подчеркнуть наличие второй, оценочной составляющей <.> самооценка — это личностное суждение о собственной ценности, <…> самооценка отражает степень развития у индивида чувства самоуважения, ощущения собственной ценности и позитивного отношения ко всему тому, что входит в сферу его Я. Поэтому низкая самооценка предполагает неприятие себя, самоотрицание, негативное отношение к своей личности. <…>

Всякая попытка себя охарактеризовать содержит оценочный элемент, определяемый общепризнанными нормами, критериями и целями, представлениями об уровнях достижений, моральными принципами, правилами поведения и т. д. <…>

Важную роль в ее [самооценки] формировании играет сопоставление образа реального Я с образом идеального Я, т.е. с представлением о том, каким человек хотел бы быть. <…> Кто достигает в реальности характеристик, определяющих для него идеальный образ Я, тот должен иметь высокую самооценку. Если же человек ощущает разрыв между этими характеристиками и реальностью своих достижений, его самооценка, по всей вероятности, будет низкой. <…> Мы можем с уверенностью фиксировать в Я-концепции не только ее когнитивную составляющую, но и эмоционально-оценочную и потенциальную поведенческую (выделено мной. — Л.Б.). <…>

Как следует из такого определения, позитивную Я-концепцию можно приравнять к позитивному отношению к себе, к самоуважению, принятию себя, ощущению собственной ценности; синонимами негативной Я-концепции становятся в этом случае негативное отношение к себе, неприятие себя, ощущение своей неполноценности. <…>

Поведенческая составляющая Я-концепции. Тот факт, что люди не всегда ведут себя в соответствии со своими убеждениями, хорошо известен. Нередко прямое, непосредственное выражение установки в поведении модифицируется или вовсе сдерживается в силу его социальной неприемлемости, нравственных

56

сомнений индивида или его страха перед возможными последствиями. <…> Особенность Я-концепции … заключается в том, что ее [объектом] … является сам носитель. Благодаря этой самонаправленности все эмоции и оценки, связанные с образом Я, являются очень сильными и устойчивыми. Не придавать значения отношению к себе другого человека достаточно просто; для этого существует богатый арсенал средств психологической защиты. Но если речь идет об отношении к самому себе, то простые вербальные манипуляции здесь могут оказаться бессильными. <…> Человек, уставший от повседневных дел, может взять отпуск, сменить работу, уехать в другой город или каким-то иным способом изменить ситуацию. Но может ли он убежать от самого себя?

Значение Я-концепции. <…> Я-концепция играет, по существу, троякую роль: она способствует достижению внутренней согласованности личности, определяет интерпретацию опыта и является источником ожиданий» (Бернс, 1986, с. 30-39).

В изложении Бернса, как видим, Я-концепция — это все представления человека о себе, сопровождающиеся их оценкой. Разбираемая конструкция имеет три структурных элемента: когнитивный, оценочный и поведенческий. Первый составляет образ Я, отражающий содержание представлений субъекта о себе. Второй компонент, который Бернс склонен называть самооценкой, чаще и привычно именуется эмоционально-ценностным самоотношением (Rosenberg, 1965; Wylie, 1974—1979; и мн. др.). Третий элемент конструкции, с некоторой осторожностью обозначаемый автором как потенциально поведенческий и довольно скупо им раскрываемый, обычно характеризуется в качестве полноправной подструктуры, презентирующей действия и поступки людей, продуцируемые когнитивной и эмоционально-ценностной составляющими, и, в частности, проявляющийся в речи, высказываниях индивида о себе.

Понятие Я-концепции было создано в 1950-х гг. в русле гуманистической психологии, сторонники которой (К. Роджерс, А. Маслоу) в противовес бихевиористам и фрейдистам стремились к освещению целостного человеческого «Я», мыслимого фундаментальным фактором поведения и личностного развития (Прихожан, 2008). При рассмотрении этого понятия в настоящем виде как особого теоретического построения возникает ощущение синкретизма, внутренней непоследовательности и очевидного несовпадения названия и содержания.

Слово «концепция» (лат. conceptio) в буквальном смысле означает понимание. Его лексическая формулировка гласит: «определенный способ понимания, трактовки каких-либо явлений» (Большой., 2002, с. 568). Следовательно, Я-концепция — не что иное, как самопонимание индивидуума. Его самопознание, постижение собственной сущности — процесс когнитивный, итог которого должен оцениваться в категориях точности, адекватности достигнутого результата истинным свойствам носителя. Но Бернс, делая оговорку о том, что любое суждение человека о себе всегда субъективно, пристрастно, прибегает к оценке итога

57

в ином строе категорий, в континууме «позитивно-негативно», что прямо обусловливается соответствующим самоотношением индивида, т.е. возникает посредством уже не познавательных, а эмоциональных процессов — аффективных состояний различной интенсивности, константных чувств, которые субъект испытывает к себе, и т.п. Таким образом, когнитивный по своей природе феномен понимания себя человеком оказывается не только зависимым, но и абсолютно детерминированным другими психическими функциями — комплексом эмоциональных переживаний относительно себя. Как это может происходить и из чего складывается в логике обсуждаемой теоретической схемы самопонимание человека?

Прежде всего, самопонимание человека складывается из представлений о себе в целом и об отдельных присущих ему чертах, качествах, свойствах и т.д., т.е. из всего того, что входит в первый компонент конструкции. Но этим формирование Я-концепции не ограничивается. Бернс постоянно повторяет, что любое самоописание человека, любое его высказывание о себе имеет оценочный оттенок, поскольку когнитивная составляющая не воспринимается индивидом безразлично, а пробуждает в нем эти оценки. Значит, в Я-концепцию с необходимостью вносится самооценка, которую автор интерпретирует как «личностное суждение о собственной ценности». Строго говоря, имплицитно оценка себя уже заложена или номинативно присутствует во втором элементе структуры — эмоционально-ценностном самоотношении, которое Бернс и называет самооценкой. Однако автор обращает внимание не столько на личностное самооценочное суждение, сколько на его аффективный эффект, служащий реакцией индивида на степень его значимости, установленную самооценкой. А это приводит либо к переживанию гордости за себя, самоуважению, обретению или усилению собственного достоинства, в результате чего возникает самоприятие, либо к чувству стыда, переживанию своей малоценности, самоуничижению и самонеприятию вплоть до отвержения себя. Далее именно по характеристикам самоотношения квалифицируется Я-концепция в целом как положительная или отрицательная (Бернс, 1986, с. 37).

Вполне очевидно, что здесь мы опять встречаемся, с одной стороны, со смещением самооценки на самоотношение, с другой — с соединением в одном понятии, будь то самооценка или этимологически более правильное эмоционально-ценностное самоотношение, смысла двух разных феноменов: определения человеком своей значимости и аффективного реагирования на результат.

Самооценка в тексте Бернса выполняет роль исключительно важного образования, но ему не находится специального места в Я-концепции, автономного статуса в ней самооценка не имеет. Это положение одинаково во всех изложениях анализируемой конструкции, и в нем состоит ее ущербность как теоретической схемы. Не будучи самостоятельной,

58

самооценка чаще всего отождествляется с эмоционально-ценностным самоотношением (Бернс, 1986; Coopersmith, 1967; Wylie, 1974—1979; и др.), реже — с образом Я (Врихт, 1982), когда, обрисовывая его, испытуемые проводят оценку себя по различным качествам, либо со всей Я-концепцией на том основании, что в пользу разведения когнитивного и оценочного элементов общей конструкции отсутствует достаточное количество аргументов теоретического или эмпирического порядка. В конечном итоге самооценку и самоотношение увязывают в некий единый конструкт, что уже выглядит совершенно неправомерной операцией, а соединение этого конструкта с представлениями субъекта о себе создает указанное выше впечатление синкретизма, слабой структурной расчлененности Я-концепции, ее нестрогости в качестве теоретической схемы, усиливаемое включением в названный неоправданный интеграл еще и поведенческого компонента. Бесспорно, на самопостижение индивидуума серьезнейшее влияние оказывает характер его переживаний, касающихся собственной ценности, из коих субъект извлекает те или иные выводы, как и из своих деяний. Но понимание — это не эмоция и не поведение, хотя первая может быть причиной формирования конкретного типа Я-концепции, а второе — его непосредственным следствием. Однако причины и следствия какого-либо феномена невозможно вводить в сам феномен как его составляющие. Понимание себя человеком, по определению предполагая когнитивный процесс, не способно осуществляться, а тем более сводиться к аффектам и чувствам или поведенческим актам — набору инородных явлений, поэтому разработанная конструкция и порождает ощущение алогичности, невыдержанности строения, терминологической путанности и отмеченной выше рассогласованности наименования теоретической модели и ее содержания. Неудивительно, что в западной литературе термин «Я-концепция» далеко не редко употребляется только применительно к образу Я, на что сетует Бернс (1986).

Казалось бы, можно упростить задачу анализа, констатировав отсутствие в английском языке точного аналога нашему понятию «самооценка» и, следовательно, признав, что указанная концептуальная нечеткость, размытость не кроется в рассуждениях исследователей, а коренится в строе языка. Но это только видимое упрощение, поскольку теоретико-методологичсекая проблема превращается в сугубо лингвистическую. Однако целесообразно ли подобное в данном случае, даже если означенная проблема исходно действительно является лингвистической? Ведь изменение ее ранга не служит решению обсуждавшегося выше вопроса, а, напротив, сохраняет status quo.

В отечественной психологии исходным для анализа самооценки служит постулат, в соответствии с которым она функционирует как часть самосознания — явления совершенно иного масштаба и наполнения в сравнении с рассмотренной концепцией. При всей аксиоматичности

59

постулата он кажется слишком общим, задающим лишь ракурс анализа. Необходимо найти формы связи самосознания и самооценки, установить ее место в его структуре, а также провести соположение образа Я, отношения субъекта к себе с его оценкой себя. Отсутствие автономности последней в Я-концепции, идентификация самооценки с отдельными элементами общей конструкции или с ней в целом помимо понятийной неясности создает положение, при котором самооценка как независимый предмет исследования полностью исчезает, и мы приходим к потере важнейшего личностного образования, роль которого в жизни человека без преувеличения трудно переоценить. Однако ситуация подобной потери или невольно совершающегося изъятия не оправданна ни теоретически, ни эмпирически.

Обобщая опыт К. Роджерса и других авторов, преимущественно психотерапевтов, Бернс указывает на особую роль в формировании самооценки сопоставления реального и идеального Я. При достижении в реальности характеристик идеального Я человек обретает высокую самооценку, при разрыве — низкую. Таким образом, индикатором уровня индивидуальной оценки себя становится дистанция между названными позициями. Но интервал между реальной и идеальной самооценкой — лишь относительная мера, отражающая их сближение или отдаление, но не абсолютную высоту. При изучении возрастных изменений самооценки (Бороздина, Молчанова, 2001) выяснилось, что в поздней юности (18—19 лет) и I зрелости (21/22—35 лет) названный разрыв довольно велик (коэффициент корреляции в Q-технике равен 0.46, что указывает только на умеренную связь двух позиций и, следовательно, на вектор снижения реальной самооценки). Однако у наших испытуемых она не была таковой. Ее усредненный профиль располагался в верхней части среднего сектора графических шкал (в методике Дембо—Рубинштейн). Более того, несмотря на приведенный ранг коэффициента корреляции, в этой возрастной категории вообще не получено сколько-нибудь серьезного падения кривых самооценки, а нижний полуинтервал во всем наборе шкал не служил «рабочей зоной». Таким образом, при значительном разрыве между реальной и идеальной самооценкой вследствие подъема последней, во-первых, не обнаружено понижения актуальной оценки себя испытуемыми, во-вторых, она не сопровождается широким репертуаром отрицательных эмоций, хотя обследуемые полностью отдают себе отчет о высоте своей самооценочной позиции, но расценивают ее как старт в подъеме, намериваясь в будущем изменить положение в сторону идеальной самооценки, выступающей ведущим элементом регуляции поведения. У пожилых и престарелых анализируемый разрыв заметно сокращается, пределом чего служат эпизоды полного слияния двух самооценочных отметок на шкалах. По логике авторов, в этом случае надо ожидать высокой локализации самооценки, но совмещение позиций происходит по

60

обыкновению в нижнем секторе шкал из-за плавного, но неуклонного возрастного спада обоих профилей самооценки.

Полученные эмпирические данные резко обостряют проблему самооценки, ее сущности, развития, способов диагностики, но, главное, ее места в структуре самосознания. В отношении последнего необходимо особо подчеркнуть, что самооценка — это специальная функция самосознания, не сводимая ни к одному из названных выше элементов — образу Я или самоотношению. Образ Я фиксирует знание индивидуума о себе, будучи комплексом сведений данного человека о нем самом. Такие сведения могут носить форму перцептивных или мнемических представлений, либо глубоко осмысленных и обобщенных суждений субъекта о себе, поэтому для образа Я адекватен вопрос: «Что Я имею, чем обладаю?» Самооценка же отражает присутствие критической позиции индивида по отношению к тому, чем он обладает. Но это не просто констатация наличного потенциала, в чем, безусловно, правы многие исследователи (Бернс, 1986; Якоби, 2001 и др.), а именно его оценка с точки зрения определенной системы ценностей, т.е. установление субъектом собственной значимости. И поэтому самооценка отвечает на вопрос: не что Я имею, а чего это стоит, какова ценность моего потенциала, а следовательно, меня?

По итогам проводимой самооценки формируется то или иное отношение к себе, позитивное либо негативное с чертами отрицания, неприятия. Понятно, что знание о себе служит необходимым материалом для самооценки, которая в свою очередь способна прямо задать модус самоотношения либо существенно повлиять на него. На этот момент обращает внимание И.И. Чеснокова (1982), говоря, что с содержательной стороной самооценки связано возникновение и развитие таких качеств, как самоуважение, совесть, гордость, тщеславие, честолюбие и т.п. В более общей и точной форме ту же мысль высказывает И.С. Кон (1984): самоуважение есть производное от процесса самооценивания.

Таким образом, самооценка как таковая автономно чрезвычайно важный, если не ключевой элемент самосознания, который в значительной мере может детерминировать личностный комфорт или дискомфорт, выраженный в степени самоприятия субъекта, его удовлетворенности собой. Кроме того, самооценка служит источником пополнения знаний человека о себе, но знаний особых, прошедших, если можно так сказать, ценностную экспертизу, в силу чего имеющих более высокий порядок.

Для аргументации развиваемого положения существует по крайней мере два рода фактов: разновременность «созревания», т.е. начала действия отдельных элементов самосознания, и нетождественность их параметров.

В 1970-х гг. были получены данные о наличии образа себя у детей полуторагодовалого возраста, что выявлялось путем самоузнавания

61

малышей в зеркале. Методы, нацеленные на невербальную фиксацию самоузнавания, первоначально появились и вошли в экспериментальную практику зоопсихологии и далее использовались в исследовании раннего детского развития. Дж. Гэллап (Gallup, 1977) ставил красной краской пятно на лбу шимпанзе во время сна животных и к моменту их просыпания помещал перед ними зеркало. Обезьяны тут же начинали ощупывать отметину, пытаться ее стереть, а это доказывало, что они узнавали себя, стараясь устранить «ненормативное включение». Эксперименты, подобные опытам Гэллапа, проводились с детьми, находящимися на доречевой стадии развития. Тест на самоузнавание (Lewis, Brooks, 1974) выполнялся с испытуемыми в возрасте от 16 до 22 месяцев. Мать незаметно наносила губной помадой красное пятнышко на нос ребенка, делая вид, что вытирает ему лицо. И если ребенок тянулся рукой не к изображению в зеркале, а к собственному носу, самоузнавание считалось состоявшимся. В этом исследовании 16-месячные участники эксперимента не ощупывали своего носа, но все 22-месячные дети это делали. Найденный результат согласуется с более поздними данными, согласно которым узнавание себя впервые возникает у детей в возрасте 18 месяцев и становится обычным к 20 месяцам (Бернс, 1986).

Совершенно ясно, что ребенок в полтора года и уж конечно младший дошкольник имеют образ себя, но второй обладает также и известным отношением к себе, являющимся транслированным и усвоенным отношением к ребенку других, главным образом взрослых. Однако дошкольник не способен выполнить функцию самооценки, в лучшем случае он актуализирует оценочную позицию окружающих применительно к себе. Это причина, по которой в школе К. Левина уровень притязаний ребенка 2—3 лет назывался рудиментарным: ребенок может выдвинуть цель и даже совершить действие по ее реализации, но он не в состоянии оценить достигнутый результат, т.е. осуществить самооценку исполненной акции. Этот факт имеет довольно широкое распространение, не ограничиваясь пределами одной психологической школы. Недавние отечественные исследования свидетельствуют о несформированности самооценки у детей и более позднего возраста. Такие данные получены, например, в экспериментах В.Г. Щур (1982), а также С.Г. Якобсон и Т.И. Фещенко (1997), где детей просили провести самооценку с помощью методики «лесенка»: испытуемым предъявлялась нарисованная лестница из 11 ступеней с пояснением, что внизу помещаются плохие дети, на 6-й ступени — средние, наверху — хорошие. Как оказалось, практически все обследуемые 6—7 лет ставили себя на крайнюю верхнюю ступеньку, демонстрируя неспособность выполнить задачу самооценки в предложенном диапазоне, т.е. соотнести свои качества с данной шкалой ценностей. Самооценка — рациональное и довольно позднее образование, ее появление издавна датируется подростковым возрастом, что подтверждено опытами Е.И. Савонько (1972),

62

где был убедительно показан момент перехода ребенка в его поведении с внешней оценки на самооценку (13 лет). По последним данным (Бороздина, Пукинска, 2009), самооценка имеется уже у 10-летних детей, справляющихся с методикой Дембо—Рубинштейн, оказывающихся в состоянии не только заполнить графические шкалы, но так или иначе обосновать проставленные позиции.

Второй ряд доказательств состоит в несовпадении уровней самоотношения и самооценки. Подобные сведения не столь малочисленны, и они имеются как в зарубежной, так и в отечественной экспериментальной психологии. По нашим материалам (Бороздина, Молчанова, 2001), при исследовании самооценки в период взрослости и особенно старости часто регистрируется расхождение высотных параметров самооценки (в методике Дембо—Рубинштейн) и индекса самоотношения (по технике Розенберга). В частности, обнаруживается, что в старости сниженный профиль оценки себя нередко сопутствует среднему или высокому баллу самоотношения. Человек в возрасте 75—90 лет, если он психически сохранен (а речь идет именно о таком контингенте, который отбирался с участием психиатра, психолога и терапевта), признает и даже подчеркивает ухудшение своей памяти, внимания, замедление и снижение продуктивности мышления. Но отношение к себе при этом у него может оставаться прежним или даже повышаться. Такой человек проявляет явные признаки самооберегания, иногда открыто жалея себя и расценивая происходящее с ним по формуле: «Это не я, а со мной». Феномен несовпадения уровней самооценки и самоотношения встречается на этапах I—II зрелости (21/22—55/60 лет) и у пожилых (56/61—74 года), т.е. вообще в течение всего периода взрослости (Бороздина, Молчанова, 2001). И факт рассогласования этих уровней свидетельствует об очевидной нетождественности обсуждаемых личностных конструктов, особенно если учесть, что приведенный результат фиксирован на стадии взрослости и даже зрелости, т.е. в тех фазах жизни человека, когда его самооценка и самоотношение безусловно сформированы.

Не следует думать, однако, что представленные данные противоречат интерпретации производности отношения субъекта к себе от его самооценки. Чаще всего именно так и бывает, но не исключительно так. Могут иметь место и описанные отступления от этого общего правила, что отмечается в литературе. Анализируя методы измерения «обобщенной» самооценки, Р. Уайли пишет, что принцип простого суммирования частных позиций, применяемый при построении диагностических процедур для тестирования «глобальной» самооценки, является не чем иным, как проявлением теоретического невежества; должны быть предприняты шаги для учета значимости отдельных позиций и их вкладов в «обобщенную» самооценку, но «этого пока не сделано» (Wylie, 1974—1979, p. 48). Другие авторы утверждают, что «глобальная» самооценка, полученная сложением частных, и са-

63

моуважение — разные образования, за которыми надо искать неодинаковое психологическое содержание (Hoge, McCarthy, 1984). В целом результаты экспериментов заставляют исследователей усомниться в очевидности концептуализации и соответствующей ей диагностики самоуважения (self-esteem) как самооценки, интегрированной из отдельных компонентов.

Но даже если будет разработана в высшей степени надежная процедура получения «обобщенной» самооценки, вряд ли она сможет изоморфно презентировать самоотношение именно потому, что то и другое — нетождественные феномены.

Самооценка по какому-либо качеству, согласно Р. Уайли, основывается преимущественно на сопоставлении субъектом своих достижений с успехами окружающих, т.е. на так называемом социальном сравнении. Самоприятие же является не столько оценкой, сколько стилем отношения к себе, общей жизненной установкой, формирующейся в процессе «онтогенеза, а также путем сознательных усилий» (Wylie, 1974—1979, p. 52). Самооценивание и симпатию к себе можно рассматривать как достаточно независимые друг от друга. То, что люди чувствуют по отношению к себе, вовсе не обязательно определяется тем, насколько хорошими они считают себя. Человек способен любить себя, даже если его самооценка низка по каким-то важным качествам, и, наоборот, он может испытывать к себе антипатию при наличии у него высокой самооценки (там же). Следует только удивляться, насколько эти гипотетические рассуждения подтверждаются в упомянутой выше серии экспериментов по возрастной самооценке (Бороздина, Молчанова, 2001).

Итак, три образования — образ Я, самооценка и отношение к себе — не следует смешивать. Это разные элементы самосознания. Несомненно, что в онтологии представленные элементы слиты, особенно на стадии взрослости, ставшего самосознания. Разделить их можно только в анализе, но это необходимо, чтобы уяснить природу и сущность самооценки, выделив ее предмет, несводимый к другим.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Бернс Р. Развитие Я-концепции и воспитание. М., 1986.

Бороздина Л.В. Что такое самооценка // Психол. журн. 1992. № 4.

Бороздина Л.В. Самооценка в структуре самосознания // Факторы риска психосоматических заболеваний: Учеб. пособие. М., 2008.

Бороздина Л.В., Молчанова О.Н. Самооценка в разных возрастных группах: от подростков до престарелых. М., 2001.

Бороздина Л.В., Пукинска О.В. Манифестация «триады риска» в онтогенезе и социальный интеллект // Мат-лы VI Междунар. конф. «Психолого-педагогические проблемы одаренности: теория и практика» (Иркутск, 11—13 сентября 2009 г.). Иркутск, 2009.

64

Врихт Р. Образ Я как подструктура личности // Проблемы психологии личности М., 1982.

Кон И.С. В поисках себя. Личность и ее самосознание. М., 1984.

Молчанова О.Н. Самооценка: стабильность или изменчивость? // Психология. Журн. ВШЭ. 2006. № 2.

Прихожан А.М. Я-концепция // Большой психологический словарь. М., 2008. С. 778-779.

Савонько Е.И. Возрастные особенности соотношения ориентации на самооценку и на оценку другими людьми // Изучение мотивации поведения детей и подростков / Под ред. Л.И. Божович, Л.В. Благонадежиной. М., 1972. С. 81-111.

Чеснокова И.И. Самосознание, саморегуляция, самодетерминация личности // Проблемы психологии личности / Под ред. Е.В. Шороховой. М., 1982.

Щур В.Г. Методика изучения представления ребенка об отношении к нему других людей // Психология личности. М., 1982.

Якоби М. Стыд и истоки самоуважения. М., 2001.

Якобсон С.Г., Фещенко Т.И. Формирование Я-потенциального положительного как метод регуляции поведения дошкольников // Вопр. психологии. 1997. № 3.

Coopersmith S. The antecedents of self-esteem. San Francisco, 1967.

Emler N. Self-esteem: The costs and consequences of low self-worth. York, 2001. Gallup G. Self-recognition in primates // Amer. Psychologist. 1977. Vol. 32. P. 329-338. Hoge D, McCarthy J. Influence of individual and group identity salience in the global self-esteem of youth // J. Pers. and Soc. Psychol. 1984. Vol. 47. N 3.

Hoppe F. Erfolg und Miszerfolg // Psychol. Forsch. 1930. Bd 14. S. 1-62.

Lewis M, Brooks J. Self, other and fear // The origins of fear / Ed. by M. Lewis, L. Rosenblum. N.J., 1974.

Mruk C. Self-esteem: Research, theory and practice. N.Y., 1999.

Rosenberg M. Society and adolescent self-image. N.Y., 1965.

Wells L.E., Marwell G. Self-esteem. It’s conceptualization and measurement. L.,

1976.

Wylie R.C. The self-concept. Lincoln, NB, 1974-1979.

5 ВМУ, психология, № 1

Роль Я-концепции в формировании целостной личности

Семинар-практикум «Роль Я-концепции в формировании

целостной личности»

План

Вступительное слово, приветствие.

Цели, задачи.

Упражнение «Треугольник ожиданий»

Притча о самооценке: Цветок по имени «Личность»

 Информационное сообщение. Понятие и структура «Я-концепции». Роль Я-концепции в жизни личности

Практическая часть. Упражнение «Представьте, что вы книга»

Упражнение «Карта моей души»

 Упражнение «Я – это я, и я это другой!

 Упражнение «Ролевая гимнастика»

  Упражнение «Подарок»

Упражнение «Если бы я была…»»

 Упражнение «Рисунок Я»

 «Я горжусь»

 Подведение итогов. Вопросы для обсуждения

Цель: осознание важности позитивного принятия своего «Я», прояснение «Я-концепции», развитие самораскрытия, самопознания

Задачи:

представление о понятии «Я-концепция»

осознание «образа Я»

повышение уровня самопознания

осознание глубину и значимость работы саморазвития для формирования устойчивой позитивной Я-концепции

Ход семинара

Что значит «Я»? Я бывают разные!

Психолог. Тема сегодняшнего семинара-практикума «Роль Я-концепции в формировании целостной личности». В названии темы существует такой термин, как «целостная личность», поэтому я предлагаю с него и начать.

В словаре Ожегова ЛИЧНОСТЬ, -и, ж. Человек как носитель каких-н. свойств, лицо.

ЦЕЛОСТНОСТЬ, -и, ж. Нераздельность, единство.

Русский философ Н.А. Бердяев писал: «Личность – есть целостность и единство, обладающее безусловной и вечной ценностью». 

Однажды, когда был серый, дождливый день, мальчик по имени Пэт не мог найти себе места и крутился вокруг своего отца, мешая последнему готовиться к докладу. Когда же терпение его отца подошло к концу, он вытащил из кучи один из старых журналов, вырвал из него большой красочный лист с картой мира, разорвал его на множество мелких кусочков и вручил их своему сыну со словами: «Пэт, собери из этих кусочков снова карту, а я за это дам тебе денег на мороженое». Казалось, что даже для взрослого человека, это будет  работа не на 5 минут, тем более для маленького Пэта. Какого же было удивление отца, когда сын постучался в его комнату с выполненным заданием уже через 10 минут. – Как тебе удалось так быстро справиться с заданием? – спросил отец. – Это не было совсем сложно, – ответил Пэт. «Просто на другой стороне карты, был большой рисунок человека. Я просто перевернул все кусочки с картой наоборот, собрал изображение человека, и перевернув снова лист получил правильно собранную карту мира. Я подумал, что если человек целый, то и мир будет целым». Отец улыбнулся и передал сыну деньги на мороженое. «Если человек целостный, то и мир будет целостный», – размышлял отец, понимая, что название доклада у него определённо есть.

Упражнение «Треугольник ожиданий»

Цель: дать возможность участникам сформулировать свои ожидания от семинара.

Участникам семинара раздаются треугольники, на которых необходимо в каждой вершине написать:

  • чего я жду от себя;

  • чего я жду от группы;

  • чего я жду от ведущего.

Затем каждый читает, что он написал и прикрепляет свой треугольник на стену.

Притча о самооценке. Цветок по имени «ЛИЧНОСТЬ»

В одном саду, среди множества прекрасных и разных растений, вдруг вырос ЦВЕТОК. Настолько он был нежный и ароматный, что его можно было почувствовать издалека. Он пытался быть любезным и знакомиться со всеми там живущими, но ему были там не рады, и никто не мог понять, откуда он появился.

Деревья возмущались, что это их территория. Кусты и другие сорта цветов спорили и твердили, что нет, это их место, поскольку они первыми были здесь посажены. И в том саду от споров разгорелся такой шум и крик, что ЦВЕТОК, опустил свою головку, и говорил про себя: «Куда я попал? Зачем я здесь? Для чего? Меня здесь никто не любит и не ждал моего появления? Что я здесь делаю?»

От горя и неприятия, он почувствовал, что становится меньше и меньше, как зло и ненависть покрывают его своей тенью. От сияния его красоты почти ничего не осталось, и все вокруг него стало таким «великим».

Ему стало страшно. Да так страшно, что даже приятный аромат терял свое благоухание. За этим садом следил мудрый садовник. Он знал, что и где находится, когда и как было все посажено. Прогуливаясь по этому саду и восхищаясь его красотой, вдруг заметил маленькое растение. Да, именно того ЦВЕТОЧКА, и не мог понять, что за род, и откуда он появился среди всего этого благолепия?

Он почесал свой затылок и сказал: «Да-а-а, такого еще не видал, но мне интересно, каким он станет?» И взялся всерьез за его ухаживания. Каждый день садовник поливал ЦВЕТОЧЕК и очищал его и оберегал от окружающих сорняков, которые пытались его задушить, говорил с ним и, настолько в него влюбился, что другие растения начали этому ЦВЕТКУ завидовать.

А что могли они ЕМУ делать? Ничего, потому что ЦВЕТОК был под защитой «хозяина» этого сада.

Прошло некоторое время, и этот ЦВЕТОК вырос во всей своей красе. Стал крепким и красивым, его благоухание наполнило сад необычайно-чудесным ароматом, и настолько он стал прелестным, что другие садовники удивлялись этому чудесному творению.

Садовник, увидев результат свой работы и оценивая свой вклад, сказал: «Я верил, что именно таким ты будешь! Какой же ты необычно красив и великолепен! От тебя разведу больше саженцев, и пусть этот сад наполнится этим чудесным творением!»

Так и случилось. ЦВЕТОК уже был не один. От него развели и других, по своему роду и подобию. Он почувствовал себя нужным не только для своих, но и для чужих, которые стали теперь ему близки.

Имя этого цветочка «ЛИЧНОСТЬ».

Информационное сообщение. Понятие Я-концепции

Психолог Р. Бернс рассматривает Я-концепцию как совокупность установок, направленных на  себя, представлений индивида о себе.

К. Роджерс считал: «Я-концепция» складывается из представлений о собственных характеристиках и способностях индивида, представлений о возможностях его взаимодействия с другими людьми и с окружающим миром, ценностных представлений, связанных с объектами и действиями, и представлений о целях или идеях, которые могут иметь позитивную или негативную направленность».

Дж. Стейнс: «Я-концепция – существующая в сознании индивида система представлений, образов и оценок, относящихся к самому индивиду. Она включает оценочные представления, возникающие в результате реакций индивида на самого себя, а также представления о том, как он выглядит в глазах других людей; на основе последних формируются и представления о том, каким он хотел бы быть и как он должен себя вести».

Структура Я-концепции

Выделяют три составляющих в структуре «Я»: когнитивную, эмоциональную и поведенческую.

  • Когнитивный компонент – Образ Я – представление человека о себе: об интеллекте, теле, способностях, чертах характера;

  • Эмоционально-оценочный  – субъективное отношение человека к самому себе, оценка различной интенсивности, принятие или осуждение своих качеств, самооценка, самоуважение;

  • Поведенческий – действия, вызванные Я-образом и самооценкой, стремление индивида повысить свою значимость.

Я-концепция вместе с самооценкой, входят в структуру самосознания.

Образ Я человека включает в себя

  • реальное-Я – представления индивида о себе, соответствующие реальности;

  • идеальное-Я – каким он хотел бы быть, идеал человека;

  • зеркальное-Я – каким видят его другие, что о нем думают;

  • фантастическое-Я – представление индивида о возможном образе себя при  благоприятном стечении обстоятельств.

Роль Я-концепции в жизни личности

Я-концепция играет, по существу, тройственную роль в жизни личности: она способствует достижению внутренней согласованности личности, определяет интерпретацию ее опыта и является источником ожиданий.

Первой, важнейшей функцией Я-концепции является обеспечение внутренней согласованности личности, относительной устойчивости ее поведения. Если новый опыт, полученный индивидом, согласуется с существующими представлениями о себе, он легко ассимилируется, входит в Я-концепцию. Если же новый опыт не вписывается в существующие представления о себе, противоречит уже имеющейся Я-концепции, то срабатывают механизмы психологической защиты, которые помогают личности тенденциозно интерпретировать травмирующий опыт либо отрицать его. Это позволяет удерживать Я-концепцию в уравновешенном состоянии, даже если реальные факты ставят ее под угрозу. Это стремление защитить Я-концепцию, оградить ее от разрушающих воздействий является, по мнению Бернса, одним из основополагающих мотивов всякого нормального поведения.

Вторая функция Я-концепции заключается в том, что она определяет характер интерпретации индивидом его опыта. Я-концепция действует как своего рода внутренний фильтр, который определяет характер восприятия человеком любой ситуации. Проходя сквозь этот фильтр, ситуация осмысливается, получает значение, соответствующее представлениям человека о себе.

Третья функция Я-концепции заключается в том, что она определяет также и ожидания индивида, т.е. представления о том, что должно произойти. Люди, уверенные в собственной значимости, ожидают, что и другие будут относиться к ним так же и, наоборот, люди, сомневающиеся в собственной ценности, считают, что они никому не могут нравиться, и начинают избегать всяких социальных контактов.

Таким образом, развитие личности, ее деятельность и поведение находятся под существенным влиянием Я-концепции.

Практическая часть

Упражнение «Представьте, что вы – книга»

Цель:  развитие навыков самоанализа, помощь преодоления внутренних барьеров.

Давайте ответим на вопросы и посмотрим, сколько интересных и необычных «книг» есть в нашей «библиотеке»

  Представьте, что каждый из присутствующих – книга. У вас есть возможность подумать несколько минут, чтобы ответить на следующие вопросы.

— Какой заголовок наиболее подойдёт этой книге?

— Какая обложка у книги? Что изображено на ней?

— С чего начинается повествование? Какие первые строчки вашей книги?

— Какой жанр этого произведения? Это комедия? Драма? Детектив? Фантастика? Репортаж с места событий? Как вы чувствуете себя с этим жанром?

— Много ли в книге глав? Назовите некоторые из них?

— Есть ли в этой книге главы, которые вам тяжело читать?

— Есть ли страницы, которые вам хочется переписать заново? Вычеркнуть из книги?

— В чьи руки вам бы хотелось передать эту книгу? Кто может быть её читатель?

— Что скажет человек, прочтя эту книгу?

А теперь попробуйте сочинить сказку о себе. Это должна быть сказка волшебная или современная, страшная или забавная, романтическая или мужественная про вашу жизнь.

Обсуждение:

-Что вы думаете о книгах, представленных сегодня?

— Что объединяет все представленные сегодня книги?

Упражнение «Карта моей души»

Цель: формирование «Я-концепции», более глубокого отношения друг к другу.

Участникам предлагается нарисовать карту своей души, представив ее произвольным образом, например, в виде земного шара, материка, острова или чего-то еще. Необходимо дать названия объектам, находящимся на карте.

Обсуждение. Как Вы можете назвать свою работу?

Какие чувства Вы испытывали во время рисования?

Какая часть рисунка на Ваш взгляд вызывает наиболее приятные чувства? Можно ли считать эту часть рисунка самой ресурсной?

С какой сферой Вашей жизни можно соотнести Ваш рисунок?

Если бы Ваш рисунок мог говорить, как Вы чувствуете, чтобы он Вам сказал?

Чтобы Вы ему ответили?

Упражнение «Я – это я, и я это другой!

Цель: проработка элементов, формирующих «Я-образ»; принятие себя.

Материалы: листы бумаги А; фломастеры, ручки

Каждый из вас в ходе жизни создал себе какие-то представления о собственной индивидуальности. Говоря, что каждый человек неповторим, уникален, какие составляющие личности мы имеем ввиду? Ведь у большинства из нас один нос, две руки, две ноги, глаза, волосы, лицо, губы. Каждый умеет радоваться, нам знаком страх и гнев, мы когда-то не умели ходить, читать, писать. Сейчас каждый научился этому. Мы пользуемся более или менее сходными благами цивилизации. Среди нас нет крепостников и крепостных, королев и пажей. Каждый стремится найти себе применение в жизни, мы озабочены поиском спутника, созданием семьи, вопросами работы, карьеры, здоровья, жилья.

Это упражнение поможет каждому сформулировать компоненты, которые делают Вашу личность уникальной, неповторимой, особенной, неповторимой, особенной, единственной во всем мире!

Тогда положите перед собой первый лист. В верху листа крупно напишите свое имя и фамилию.

А теперь в течении 30 секунд, стараясь не задумываться, сохраняя спонтанность, напишите десять ответов на вопрос «КТО Я?»

Справились? Замечательно. Вы выполнили первый этап упражнения. Теперь подумайте о самом авторитетном для вас, самом любимом и важном именно для вас, самом любимом и важном для вас человека в вашей семье! Нашли такого? То, что я попрошу вас сделать – взять новый лист и написать десять ответов на вопрос «Кто вы?», так чтобы записанные предложения являлись предполагаемыми ответами вашего любимого и уважаемого человека о вас. О том, как ОН ВАС ВОСПРИНИМАЕТ.

Сейчас найдите в памяти человека, который авторитетен в сфере вашей работы, профессиональной деятельности. Задайте ему вопрос «Кто я?» и запишите десять ответов, в которых он даст оценку тому, кто вы в его представлении. Его ответы запишите, пожалуйста, на листе под номером три.

Последний этап. Наверняка у вас есть лучший друг или подруга. Любимый человек. Дорогой и надежный товарищ. Представьте, что теперь к нему вы обращаетесь с вопросом: «Кто я?» Что он отвечает вам? Запишите десять его ответов на ваш вопрос. У вас должен быть заполнен лист номер четыре.

Обсуждение.

Посмотрите на четыре листа, которые вы заполнили.

Какие мысли и чувства посещают вас в конце упражнения?

Что вы думаете о задании, о себе, о людях к которым решили обратиться?

Найдите в четырех листах те ответы, которые повторяются. Посмотрите, ведь перед вами основополагающие элементы конструктора вашего «Я», вашей личности.

Упражнение «Ролевая гимнастика»

Цель: осознание важности принятия своего Я

Материал: лист А4, заполненный эмоциональными проявлениями

Каждый участник получает лист бумаги с заданием проговорить слово Я, используя различную интонацию – громко, тихо, утвердительно, с любовью, с грустью, со злостью, с удивлением, доброжелательно.

Обсуждение. Что вы чувствовали, выполняя это упражнение?

Упражнение «Подарок»

Каждый член группы продолжает предложение «Я подарок для себя самого, так как я…» и «Я подарок для других, так как я…»

Упражнение «Если бы я была»

Цель: осознать свои достоинства, свою неповторимость

Если бы я была животным, я была бы ________ , потому что…

Если бы я была птицей, я была бы ___________ , потому что…

Если бы я была насекомым, я была бы ________, потому что…

Если бы я была цветком, я была бы ___________, потому, что…

Если бы я была деревом, я была бы __________ , потому что…

Если бы я была мебелью, я была бы __________, потому что…

Если бы я была музыкальным инструментом, я была бы _____, потому что…

Если бы я была зданием, я была бы ___________, потому что…

Если бы я была автомобилем, я была бы ______ , потому что….

Если бы я была улицей, я была бы____________ , потому что…

Если бы я была иностранным государством, я была бы ______, потому что…

Если бы я была игрой, я была бы ____________ , потому что…

Если бы я была телевизионной программой, я была бы ______, потому что…

Если бы я была пищей, я была бы ____________, потому что…

Если бы я была частью речи, я была бы _______, потому что…

Если бы я была цветом, я была бы ___________ , потому что…

Упражнение «Рисунок Я»

Цель: помочь участникам выстраивать адекватную самооценку.

Каждый член группы на листе, разделенном на три части изображает себя: Я-реальное (такими как, вы есть), Я-идеальное (такими какими хотели бы быть), Я-зеркальное (такими какими вас видят другие люди).

Обсуждение. Чем отличается идеальный образ от реального? Как формируют Я-концепцию мнение других людей? Какие функции выполняет каждый из элементов Я-концепции?

Я горжусь!

В повседневной жизни всем нам не часто предоставляется возможность сказать о каком-либо своём достижении, умении и т.п. Поделитесь тем, чем вы горды в своей жизни. Продолжите предложение «Я горжусь тем, что (как)…»

Подведение итогов.

Вопросы для обсуждения:

Что же делать, чтобы достичь гармонии в своей душе?

— Как помочь воспитанникам расти гармоничной личностью, самореализоваться и самоутвердиться в этой жизни?

— Получили ли вы полезные знания на данном семинаре, пригодятся ли они вам в вашей работе?

Литература

  1. Бернс Р. Развитие Я-концепции и воспитание /Пер. с англ. – М.: Прогресс, 1986 – 422 с.

  2. Карпов А.В., Общая психология М.: Изд-во Гардарики, 2005. – 232 с.

  3. Кипнис М. Большая книга лучших игр и упражнений для любого тренинга.- М.: Изд-во АСТ, 2017– 637 с.

  4. Николенко Л.А. На пути к личности. Псков, 2000. –108 с.

Ресурсы Internet

  1. Фестиваль ART Praktik [Электронный ресурс]

  2. Авидон И., Гончукова О. 100 разминок, которые украсят ваш тренинг. Режим доступа: http://figym.kz/uploads/100razm.pdf

СПЕЦИФИКА САМООЦЕНКИ ПОДРОСТКОВ-ПРАВОНАРУШИТЕЛЕЙ — Психологу — Дошкольное образование

СПЕЦИФИКА САМООЦЕНКИ ПОДРОСТКОВ-ПРАВОНАРУШИТЕЛЕЙ

Перед психологами, изучающими проблему детской и подростковой преступности, в первую очередь, стоит задача раскрытия и описания механизмов возникновения девиантного, в том числе, и делинквентного поведения.

Формирование личности, возможность ее изменения раскрывает взаимосвязь внешних и внутренних условий. По мере развития личности возрастает значение ее внутренних условий, которые сами становятся существенным фактором развития, т.е. личность становится субъектом собственного развития. Ключом к пониманию взаимодетерминации внутреннего и внешнего (объективного и субъективного) в генезисе преступного поведения служит положение С.Л. Рубинштейна (2000) о том, что внешние влияния действуют через внутренние условия, которые, в свою очередь, сформировались под воздействием предшествующих влияний. Одно из специфических психологических образований личности — самооценка, становится важным регулятором поведения, устанавливая равновесие между внешним и внутренним, или, другими словами, между состоянием личности и формами поведения человека.

Нарушения в структуре, функционировании самооценки служат серьезными препятствиями для нормального развития субъекта, придают нежелательную направленность активности личности. Поэтому изучение специфики развития самооценки у несовершеннолетних правонарушителей крайне актуально в настоящее время.

В психологической науке (О.А.Белобрыкина, Р.Бернс, В.И.Слободчиков и др.) рассматривают самооценку как компонент самосознания, включающий в себя оценку личностью самой себя, своих возможностей, качеств и места среди других людей. К неадекватным типам самооценки относят завышенную и заниженную самооценку личности. Завышенная самооценка, по мнению В.И.Слободчикова и Е.И.Исаева, «может привести к тому, что человек будет переоценивать себя в ситуациях, которые не дают для этого повода. В результате он нередко сталкивается с противодействиями окружающих, отвергающих его претензии, озлобляется, проявляет подозрительность, мнительность или нарочитое высокомерие, агрессию и, в конце концов, может утратить необходимые межличностные контакты, замкнуться» [14, с.219]. Заниженная же самооценка, как отмечают ряд авторов, может свидетельствовать о неуверенности в себе, отказе от инициативы, безразличия, самообвинения и тревожности [2; 8; 11; 13].

Как показывают результаты психологических исследований, в реальности встречаются два типа низких самооценок: низкая самооценка в сочетании с низким уровнем притязания (тотально низкая самооценка), и сочетание низкой самооценки с высоким уровнем притязания [1; 12; 15]. В первом случае человек склонен преувеличивать свои недостатки, а, соответственно, достижения расценивать как заслугу других людей или относить их к случайным причинам (например, рассматривать как результат «простого везения»). Второй случай таит в себе гораздо большую внутреннюю конфликтность. Столкновение очень высоких притязаний с низкой самооценкой может давать очень острые эмоциональные реакции. В психологии это понятие получило название «аффект неадекватности» рассматриваемое как устойчивое отрицательное эмоциональное состояние, возникающее в связи с неуспехом в деятельности и характеризующееся либо игнорированием самого факта неуспеха, либо нежелание признать себя виновником [13; 15]. Аффект неадекватности возникает в условиях, когда у субъекта имеется потребность сохранить неправильно сложившуюся у него завышенную самооценку или завышенный уровень притязаний. Детям с аффектом неадекватности свойственны, по мнению Л.С.Славиной (2002), обидчивость, недоверчивость, подозрительность, агрессивное поведение, негативизм. По данным ряда авторов (В.И.Слободчиков, М. Раттер, Ю.А. Клейберг, Л.С. Славина и др.), одной из главных причин формирования неадекватных самооценок являются оценки и отношение родителей к ребенку. Результаты исследования, проведенные О.А.Белобрыкиной (2001), позволили ей сформулировать вывод о том, что социально значимое окружение ребенка не в полной мере обеспечивает удовлетворение потребностей, имеющих значение в становлении адекватной самооценки в дошкольный период детства. И, соответственно со сформировавшейся, искаженной самооценкой, ребенок осуществляет дальнейший путь своего развития.

Что же касается функций самооценки, то она является системообразующим ядром личности и во многом определяет жизненные позиции человека, уровень его притязаний, всю систему оценок, влияет на формирование стиля поведения и жизнедеятельность человека [1; 8; 12].

Анализ психологической литературы показал наличие прямо противоположных мнений относительно сущности самооценки. Одни авторы (А.В. Петровский, Р. Бернс) рассматривают ее как причину каких бы то ни было изменений субъекта, другие (В.И. Слободчиков, Е.И. Исаев), наоборот, в качестве следствия этих изменений. Эти, на первый взгляд, противоречивые мнения, с точки зрения генетического подхода, «взаимодополняют друг друга и позволяют говорить о сложном двустороннем влиянии» механизма самооценки [4, с.151]. Согласно генетическому подходу, самооценка личности, формируясь в ходе деятельности и общения, по мере своего развития становится фактором, определяющим общение и деятельность. Подобное двустороннее влияние в определенных случаях способствует возникновению, так называемых, положительных или отрицательных «функциональных кругов», когда успех или неуспех в деятельности создает соответствующую (позитивную или негативную) самооценку, которая, в свою очередь, способствует или препятствует результативности деятельности.

Самооценка напрямую связана с особенностями протекания социальной адаптации личности. Несмотря на всю противоречивость современных данных о несовершеннолетних правонарушителях, практически общепризнанными являются представления о роли самооценки в возникновении асоциального поведения подростка.

По мнению ряда авторов, несовершеннолетним правонарушителям свойственны завышенные оценки своих свойств и преувеличение своих возможностей [цит., по 7]. Преобладание завышенных самооценок выявлено и у взрослых преступников [10]. Исследователи (И.Б.Михайловская, Г.В.Вершинина, Ю.А.Клейберг) считают, что неадекватная, в частности, «завышенная самооценка, связанная с социальной дезадаптацией личности, создает достаточно широкую зону конфликтных ситуаций и при определенных условиях способствует проявлению делинквентного поведения» [7, с. 12]. Вместе с тем имеется и другая точка зрения, так же основанная на экспериментальных данных, утверждающая, что «уровень самооценки у несовершеннолетних правонарушителей ниже, чем у правопослушных подростков» [4, с. 8]. Таким образом, материалы исследований, представленные в литературных источниках, позволяли выявить явное противоречие во взглядах на специфику самооценки подростков-правонарушителей.

Чаще всего внешняя оценка неизменно ниже самооценки подростка (даже если последняя достаточно адекватна) – в этом, считают Ю.А.Клейберг и М.Раттер, заключается пусковой механизм делинквентности, толчок к асоциальному поведению личности подростка. Потребность в уважении, признании является одной из важнейших потребностей личности. В условиях, когда самооценка подростка не находит опоры в социуме, когда его поведение оценивается другими исключительно негативно, когда потребность в (само) уважении остается нереализованной, — возникает глубокое ощущение личностного дискомфорта. Личность не в состоянии выносить его бесконечно долго, что, собственно, и толкает подростка на поиск выхода из сложившейся ситуации с целью найти адекватную опору в социальном пространстве. Одним из самых распространенных путей решения этой проблемы является переход подростка в группу, в которой характеристика его личности окружающими адекватна самооценке или даже превосходит ее. В такой среде подростка ценят, что приводит к удовлетворению потребности в уважении, а, следовательно, и к состоянию комфорта от принадлежности к группе. Самооценка подростка, таким образом, наконец, получает адекватную опору в пространстве внешних социальных оценок личности. Американский психолог Г.Каплан высказывает предположение, о том, что именно низкая самооценка является одним из факторов, определяющих переориентацию подростка на асоциальный путь развития [цит. по 8]. Подтверждением этому явились данные автора о «положительных корреляциях между низкой самооценкой и последующим усвоением подростком девиантных реакций, а также между предшествующим девиантным типом поведения и последующим повышением уровня самооценки» [4, с. 165]. Здесь в качестве причины может выступать как социально–, так и материально благополучная среда. При этом когда у подростка не сформирована или не оформлена система моральных норм, имеются отклонения в развитии, наблюдаются частые конфликты со взрослыми, даже при условии, что он воспитывается в благополучной атмосфере, ребенок вполне может пуститься на «поиски приключений» и обретя поддержку в неблагополучной среде, начать следовать ее законам и нормам.

Противоречивость научных данных о специфике самооценки несовершеннолетних правонарушителей явилась основанием для развертывания эмпирического исследования в данном направлении. К исследованию привлечено 60 подростков мужского и женского пола в возрасте 11-14 лет, 30 из которых состоят на учете в инспекции по делам несовершеннолетних г.Новосибирска, другие 30 – не состоят на учете.

Самооценка подростков изучалась с помощью методик Шварцландера (уровень притязаний) и методики исследования самоотношения С.Р.Пантилеева [1; 10]. Кроме того, использовались методы анализа социального анамнеза. Для сопоставления данных, полученных в контрольной и экспериментальной группах, использовался tкритерий Стьюдента [9].

Анализ данных показал, что большинству подростков-правонарушителей свойственен низкий уровень притязаний, свидетельствующий о склонности этой группы детей выбирать слишком легкие простые цели, что, очевидно, может объясняться либо заниженной самооценкой, либо «социальной хитростью», когда наряду с высокой самооценкой и самоуважением, субъект избегает социальной активности и трудных целей, и дел. По результатам методики исследования самоотношения С.Р.Пантилеева у делинквентных подростков выявлено преобладание высоких оценок по шкалам: отраженное самоотношение – среднее арифметическое равно 6,9. Данный фактор отражает представление субъекта о том, что его личность, характер и деятельность способны вызывать у других уважение и одобрение. Важно подчеркнуть, что речь идет не о действительном отношении других людей, а о предвосхищаемом, т.е. о самоотношении самого субъекта; самоценность — 8,27, что свидетельствует об ощущении ценности собственной личности и , одновременно, предполагаемой ценности своего «Я» для других; самопринятие — 8,57, свидетельствующее о одобрении своих желаний и планов, симпатии к себе; сапопривязанность — 8,07, показатель указывающий на общий положительный фон отношения к себе; внутренняя конфликтность — 6,46 указывает на наличие внутренних конфликтов, сомнений; самообвинение — 6,43 ( в данный фактор вошли пункты связанные с самообвинением).

Статистический анализ данных показал наличие статистически значимых различий в уровне показателей между группами несовершеннолетних правонарушителей и правопослушных подростков по всем выше перечисленным факторам.

Таким образом, опираясь на дифференциацию частной самооценки, предложенную О.А.Белобрыкиной (2001), самооценку, свойственную несовершеннолетним правонарушителям можно охарактеризовать как конфликтную.

В рамках эмпирического исследования был осуществлен анализ жизненного пути несовершеннолетних правонарушителей до момента попадания их в закрытые специальные учебные заведения. Социальный анамнез несовершеннолетних правонарушителей показал, что большинство правонарушителей (94%) росли и воспитывались в неблагополучных семьях, в которых один или оба родители пьянствовали, были осуждены или вели аморальный образ жизни и т.п. В школе большинство обследованных правонарушителей отставали в учебе, занимали изолированное положение в коллективе класса (86%), что послужило толчком к игнорированию образовательного пространства и отказу от обучения. Беседа с испытуемыми показала, что 82% будущих правонарушителей не участвовали в жизни класса и школы, всячески избегали общественных поручений. В ответ на негативное отношение к ним со стороны учителей и одноклассников эти подростки стремились вели себя вызывающе: прибегали к грубости, вступали в открытые конфликты как с другими учениками, так и с учителями, пропускали много уроков и т.п. В то же время они окунулись в активный поиск друзей за пределами школы, чаще всего среди более старших асоциальных подростков.

В целом полученные нами данные совпадают с результатами других исследований [4; 5; 6; 7]. Вместе с тем, полученные результаты дают основание для объяснения причин возникновения у многих несовершеннолетних правонарушителей конфликтной самооценки. На наш взгляд, специфика самооценки у данной категории подростков выступает результатом длительного накопления опыта неудач, негативных реакций, осуждений и отвержений со стороны значимого микросоциума и, прежде всего, окружающих взрослых, задающих перспективу, в том числе и социального развития ребенка.

Подводя итог, отметим, что в качестве профилактических мерами по предупреждению возникновения асоциального поведения, могут, на мой взгляд, выступать следующие направления работы с детьми, вступающими в подростковый возраст:

  • тщательное изучение и учет при организации различных видов деятельности особенностей индивидуально-личностного развития «трудновоспитуемых школьников»;

  • изучение социального статуса «трудных детей» в коллективе класса и работа по предупреждению аутсайдерства;

  • вовлечение трудных школьников в общественно полезную работу с обязательным учетом их интересов и склонностей для повышения вероятности положительных результатов;

  • систематическое одобрение положительных проявлений трудных школьников и опора в работе с ними на их положительные качества;

  • использование специальных практических занятий для развития положительной самооценки «трудных» школьников.

Литература:

  1. Белобрыкина О.А. Влияние социального окружения на развитие старших дошкольников //Вопросы психологии. 2001, № 4. – С. 31- 38.

  2. Бернс Р. Развитие Я-концепции и воспитание – М. Прогресс, 1986. – 422 с.

  3. Васильев В.Л. Юридическая психология – СПб.: Питер Ком, 1998. – 656 с.

  4. Воспитание трудного ребенка: Дети с девиантным поведением /Под ред. Рожкова М.И. – М.: Владос, 2001. – 240 с.

  5. Дубинин Н.П. и др. Генетика, поведение, ответственность – М.: Политиздат, 1989. – 351 с.

  6. Клейберг Ю.А. Психология девиантного поведения. М.: ТУ Сфера, 2001. – 160с.

  7. Михайловская И.Б., Вершинина Г.В. Трудные ступени: профилактика антиобщественного поведения. – М.: Просвещение, 1990. – 143 с.

  8. Пантилеев С. Р. Методика исследования самоотношения- М.: Смысл, 1993. – 32с.

  9. Петровский А.В., Брушлинский А.В., Зинченко В.П. Общая психология. – М.: Просвещение, 1986. – 464 с.

  10. Практикум по общей, экспериментальной и прикладной психологии /Под ред. А.А. Крылова, С.А. Маничева. – СПб.: Питер, 2000. – 560 с.

  11. Раттер М. Помощь трудным детям. – СПб: Питер, 2000. – 162 с.

  12. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. – СПб: Питер, 2000. – 720 с.

  13. Славина Л.С. Трудные дети. – М.: МОДЭК, 2002. – 432 с.

  14. Слободчиков В.И., Исаев Е.И. Основы психологической антропологии. Психология человека: Введение в психологию субъективности. – М.: Школа-пресс, 1995. – 384 с.

  15. Столяренко Л.Д. Основы психологии – Ростов н/Д.: Феникс, 1997. – 736 с.

Транзакционный анализ

Транзакционный анализ , разработанный психиатром Эриком Берном, представляет собой форму современной психологии, которая исследует отношения и взаимодействия человека. Берн черпал вдохновение из теорий личности Зигмунда Фрейда, объединив их со своими собственными наблюдениями за человеческим взаимодействием, чтобы развить транзакционный анализ. В терапии транзакционный анализ может использоваться для изучения взаимодействий и коммуникаций с целью установления и укрепления идеи о том, что каждый человек ценен и обладает способностью к позитивным изменениям и личностному росту.

Разработка транзакционного анализа

Доктор Эрик Берн разработал транзакционный анализ в последних 1950-х годах, используя «транзакцию» для описания фундаментальной единицы социального общения, а «транзакционный анализ» — это исследование социальных взаимодействий между людьми. На него оказали влияние такие современники, как Рене Шпиц, Эрик Эриксон, Пол Федерн, Эдоардо Вайс, а также Фрейд и Уайлдер Пенфилд, канадские нейрохирурги.

Вдохновленный теорией личности Фрейда — в первую очередь его верой в то, что человеческая психика многогранна и что различные компоненты взаимодействуют, порождая различные эмоции, отношения и сложное поведение, — и новаторскими экспериментами Пенфилда, включающими стимуляцию определенных областей мозга электрическими токами, Берн разработал подход, который он охарактеризовал как неофрейдистский, так и экстрафрейдистский.

Понимая необходимость опираться на философские концепции, введенные Фрейдом на основе наблюдаемых данных, Берн разработал свои собственные наблюдаемые эго-состояния Родителя, Взрослого и Ребенка, следуя предложению Фрейда о существовании Ид (эмоциональный и иррациональный компонент), Эго (рациональный компонент). ) и Суперэго (моральный компонент) как разные и ненаблюдаемые фракции личности.

Берн также обратил особое внимание на сложности человеческого общения. Он подчеркнул тот факт, что мимика, жесты, язык тела и тон могут быть расценены получателем как более важные, чем любые произнесенные слова.В своей книге «Игры, в которые играют люди» он отметил, что люди иногда могут передавать сообщения, основанные на скрытых мотивах.

Как и Фрейд, Берн утверждал, что каждый человек обладает тремя состояниями эго. Однако его эго-состояния — Родитель, Взрослый и Ребенок — напрямую не соответствуют Ид, Эго и Суперэго Фрейда. Напротив, эти состояния представляют собой внутреннюю модель индивида, состоящую из родителей, взрослых и детей. Человек может взять на себя любую из этих ролей в транзакциях с другим человеком или во внутреннем разговоре.Эти роли не связаны напрямую с их типичными английскими определениями, но могут быть описаны следующим образом:

Родитель состоит из записей внешних событий, наблюдаемых и переживаемых ребенком от рождения до приблизительно первых пяти лет жизни. Эти записи не фильтруются и не анализируются ребенком; они просто принимаются без вопросов. Многие из этих внешних событий могут вовлекать родителей или других взрослых индивида в роли родительских звеньев, что побудило Берн называть это эго-состояние «Родитель».”Примеры внешних событий, зарегистрированных в этом состоянии:

  • Не играть спичками.
  • Не забудьте сказать «пожалуйста» и «спасибо».
  • Не разговаривайте с незнакомцами.

Ребенок представляет собой все записи мозга внутренних событий (чувств или эмоций), которые напрямую связаны с внешними событиями, наблюдаемыми ребенком в течение первых пяти лет жизни. Примеры событий, записанных в этом состоянии, могут включать:

  • Я чувствую себя счастливым, когда мама меня обнимает.
  • Отцовский ночной фильм был очень пугающим.
  • Мне грустно, когда мама грустит.

Взрослый , конечное эго-состояние, это период, в течение которого ребенок развивает способность воспринимать и понимать ситуации, отличные от наблюдаемых (Родитель) или ощущаемых (Ребенок). Взрослый служит центром обработки данных, который использует информацию из всех трех состояний эго для принятия решения. Одна из важных ролей Взрослого — проверка данных, хранящихся в Родителе:

.
  • Я вижу, что дом Сьюзи сгорел.Мама была права — мне нельзя играть со спичками.

Коммуникация с использованием транзакционной аналитической теории

Любое указание (речь, жесты или другие невербальные сигналы), подтверждающее присутствие другого человека, называется транзакционным стимулом. Все транзакции инициируются с помощью транзакционного стимула. Когда два человека встречаются друг с другом и получатель реагирует способом, связанным с транзакционным стимулом, этот человек выполняет транзакционный ответ.Ключ к успешному общению между людьми, как правило, заключается в том, чтобы определить, какое эго-состояние (в говорящем) инициировало транзакционный стимул, а какое эго-состояние (в получателе) обеспечило транзакционный ответ.

Из-за типичной рациональной и разумной природы Взрослого Берн считает, что самые легкие и простые транзакции происходят между эго-состояниями Взрослого, но транзакции могут происходить между любым из трех эго-состояний. В дополнительной транзакции ответ транзакции от получателя направляется в состояние эго-отправителя в говорящем.Например, если Взрослый в говорящем посылает транзакционный стимул Дочернему в приемнике, тогда транзакция будет дополнительной, если Дочерний в приемнике затем отправит транзакционный ответ Взрослому в говорящем. По словам Берна, общение будет продолжено, если транзакции будут дополнять друг друга.

Перекрестная транзакция происходит, когда эго-состояние, которое не получило транзакционный стимул, отправляет транзакционный ответ. Перекрещенные транзакции могут привести к сбоям в общении, что иногда может сопровождаться конфликтом.Например, состояние Взрослого человека может посылать транзакционный стимул Взрослому другого человека с вопросом: «Ты видел мое пальто?» Но Ребенок во втором человеке может вместо этого послать транзакционный ответ Родителю в первом человеке, ответив: «Ты всегда винишь меня во всем!»

Общение считается не только важным аспектом повседневной жизни, но и неотъемлемой частью человеческого бытия. Даже новорожденные проявляют потребность в признании и признании.Исследования, проведенные Spitz, показали, что младенцы, которых меньше обнимали, трогали и трогали, с большей вероятностью столкнулись с физическими и эмоциональными проблемами. Берн описал эту врожденную потребность в социальном признании как голод по признанию, определяя фундаментальную единицу социального действия или признания как удар.

С точки зрения Берна, дети, пострадавшие в исследованиях Шпица, демонстрировали физический и эмоциональный дефицит из-за отсутствия инсультов. Берн применил эту теорию к взрослым, предполагая, что мужчины и женщины также испытывают жажду признания и потребность в ударах.Однако в то время как младенцы могут желать инсультов, которые в основном являются физическими, взрослый может удовлетворяться другими формами узнавания, такими как кивки, подмигивания или улыбки.

Хотя удары могут быть как положительными, так и отрицательными, Берн предположил, что лучше получить отрицательный удар, чем вообще не нанести удар. Например, когда один человек приглашает другого на свидание и получает категорический отказ, этот человек может счесть отказ менее вредным, чем полное отсутствие подтверждения.

Трансактный анализ в терапии

Цель транзактного анализа — помочь индивиду в терапии обрести и сохранить автономию за счет укрепления состояния Взрослого.Обычно индивидуум и терапевт заключают договор, в котором излагается желаемый результат, которого они хотят достичь в терапии. Это может способствовать тому, что человек, проходящий терапию, берет на себя личную ответственность за события, происходящие во время лечения. Затем человек обычно становится более способным полагаться на свое Взрослое эго-состояния для выявления и изучения различных мыслей, поведения и эмоций, которые могут препятствовать его способности к процветанию.

Атмосфера, поддерживающая транзакционный анализ, — это атмосфера комфорта, безопасности и уважения.Когда между терапевтом и человеком, обращающимся за лечением, устанавливаются позитивные отношения, это часто служит моделью для последующих отношений, которые развиваются за пределами терапевтической сферы. Аналитики, практикующие эту форму терапии, обычно используют широкий спектр инструментов, собранных из многих дисциплин, включая психодинамическую, когнитивно-поведенческую и реляционную терапию.

Кто может извлечь выгоду из транзакционного анализа?

Транзакционный анализ часто применяется в медицине, коммуникациях, образовании и управлении бизнесом, а также в терапии.Популярность этого метода привлекла родителей, специалистов, социальных работников и других людей, которые стремятся достичь максимального личного развития. Транзакционный анализ считается одним из эффективных методов улучшения отношений с собой и с другими.

Исследования показывают, что транзакционный анализ, часто используемый консультантами и клиницистами для решения проблем, с которыми в настоящее время сталкивается человек, проходящий лечение, может быть эффективным инструментом в лечении эмоциональных проблем и проблем в отношениях, которые могут возникнуть в результате хронических проблем со здоровьем.

Транзакционный анализ широко используется в образовательной сфере, и этот метод может служить средством, с помощью которого образовательные принципы и философия могут быть включены в повседневную жизнь студентов. Этот вид терапии можно назначать детям и взрослым любого возраста, независимо от социальных обстоятельств.

Как стать сертифицированным транзакционным аналитиком

Чтобы получить квалификацию сертифицированного транзакционного аналитика (CTA), люди должны сначала пройти курс транзакционного анализа 101, а затем:

  • Обратитесь к спонсору, который имеет квалификацию в той же области технической помощи, чтобы надлежащим образом подготовиться к сертификации.Международный совет по сертификации выступает в качестве третьей стороны контракта.
  • Журнал часов обучения (600 часов контакта с наставником), супервизии (150 часов супервизии при профессиональном применении ТА в полевых условиях) и приложений (750 часов времени контакта с клиентом в профессиональной сфере). Дополнительные 500 часов могут быть потрачены в любой области, в результате чего общее количество требуемых часов достигнет 2000.
  • Сдать письменный экзамен (до 24 000 слов).
  • Сдать устный экзамен.

Каталожные номера:

  1. Беннет, Р. (1999). Подход транзакционного анализа к категоризации корпоративного маркетингового поведения. Журнал управления маркетингом , 15, 265-289.
  2. Ключевые концепции транзакционного анализа. (нет данных). Получено с https://itaaworld.org/key-concepts-transactional-analysis
  3. .
  4. Маклеод, Дж. (2013). Процесс и результат в плюралистическом транзакционном анализе консультирования для долгосрочных состояний здоровья: серия случаев. Консультации и психотерапевтические исследования , 13 (1), 32-43.
  5. Квалификация в ТА. (нет данных). Получено с https://itaaworld.org/qualifying-ta
  6. .
  7. Транзакционный анализ. (нет данных). Получено с http://www.ericberne.com/transactional-analysis
  8. .

Что такое теория транзактного анализа?

Транзакционный анализ оказал огромное влияние на мою жизнь. Это изменило то, как я думаю о себе и о том, как я отношусь к другим.

В этом посте я изложу основные идеи теории транзакционного анализа (ТА).Моя цель — сделать это таким образом, чтобы каждый мог понять, или, говоря словами Эрика Берна, создателя ТА, это должно быть «понятно 8-летнему ребенку, фермеру с Среднего Запада и M.I.T. профессор.»

TA сильно вырос с тех пор, как Берн основал его, но я собираюсь начать с рассмотрения корней его теории. В следующих статьях я буду обсуждать каждую область более подробно, и здесь все будет просто.

Первоначальная теория Берна началась с основных столпов эго-состояний, собственно транзакционного анализа, штрихов, структурирования времени, игр и сценария.Если это уже звучит немного сложно, давайте рассмотрим их по очереди.

Эго-состояния

Берн заявил, что состояние эго — это способ познания мира. Это способ понять, как мы относимся к себе и другим. Есть три состояния эго: Родитель, Взрослый и Ребенок. Когда я пишу о состоянии эго, я буду использовать это слово с большой буквы, когда говорю о реальном взрослом, ребенке или родителе, я буду использовать строчные буквы. Наше мышление, чувства и поведение, когда мы находимся в каждом состоянии эго, будут последовательными.

Родительское эго-состояние

Когда мы находимся в состоянии родительского эго, мы думаем, чувствуем и ведем себя так же, как наши настоящие родители или опекуны, когда мы были детьми. Это похоже на то, как если бы кто-то нажал кнопку «Воспроизвести» на записи, и мы без вопросов воспроизводим то, что видели.

Взрослое эго-состояние

Состояние эго Взрослого имеет дело с реальностью здесь и сейчас. Это центр обработки и он важен, потому что это единственное состояние эго, не связанное с прошлым. Если бы я спросил вас, как приготовить омлет, вы, вероятно, ответили бы мне из своего Взрослого эго-состояния.

Детское эго-состояние

Детское эго-состояние воспроизводит мысли, чувства и поведение, которые мы испытывали в детстве. Это состояние эго, от волнения, которое мы испытываем на Рождество, до страха, что нас бросят, уходит корнями в прошлое.

Вы можете сразу увидеть, что из трех состояний эго, в которых мы могли бы находиться, два из них уходят корнями в прошлое. Это может означать проблемы в наших отношениях и является одной из причин, почему в ТА-психотерапии проводится большая работа по обновлению эго-состояния Взрослого с помощью новой информации и оспариванию идей Ребенка или Родителя, которые есть у клиента, которые, как он ошибочно полагают, исходят из состояния Эго Взрослого.Эта работа известна как «обеззараживание взрослого».

Я также должен упомянуть, что приведенное выше описание состояний эго довольно упрощено. Сейчас есть много разных способов думать о модели состояния эго, и в следующих статьях я исследую некоторые из них.

ходов

Штрих — это «единица распознавания». Берн сказал, что все мы отчаянно ждем ударов от других, и многое из того, что мы делаем, мы делаем только для того, чтобы их гладили. Ударом может быть кивок головы, рукопожатие, «привет» или «чучело».Все это подтверждает существование другого человека.

Есть разные способы получить инсульт. Штрихи могут быть положительными («привет») или отрицательными («напичкаться»), условными («когда ты покупаешь мне подарки, я думаю, ты такой добрый») или безусловным («ты глупый»). Единственное, что хуже отрицательного инсульта, — это отсутствие инсульта вообще — все мы отчаянно нуждаемся в том, чтобы быть замеченными другими.

В следующем сообщении в блоге я более подробно расскажу о штрихах и экономии гребков, предложенных Клодом Штайнером, потому что его идеи очень интересны и заслуживают понимания.

Правильный анализ транзакций — как мы общаемся.

Транзакция — это обмен штрихами. Берн придумал три способа сделать это и дал нам несколько правил, которые помогут нам понять, что происходит, когда мы используем каждый метод.

Дополнительные сделки.

Дополнительная транзакция — это транзакция, в которой человек A говорит что-то из одного эго-состояния, что вызывает ответ от человека B из дополнительного эго-состояния. Например, если человек A говорит: «Я думаю, тебе нужно пойти и умыться» из состояния родительского эго, он приглашает человека B ответить из своего детского состояния эго и выполнить что-то вроде: «Хорошо, я пойду, сделаю это». Теперь».

Точно так же разговор может быть от взрослого к взрослому

Человек A «Хорошая погода для времени года»

Человек B «Да, хорошо, чтобы немного загореть»

или ребенок от родителя

Человек А «Ой! Я порезался »

Человек B «О боже, подойди сюда и дай мне его убрать».

Существуют и другие комбинации, такие как «Ребенок — потомок» и «Родитель — родитель» и т. Д., Но важно понимать, что, пока транзакции остаются дополнительными, разговор может продолжаться бесконечно.Если вы хотите научиться светской беседе, это легко, просто отреагируйте на это из состояния эго, с которым человек, с которым вы разговариваете, приглашает вас прийти, и вы можете болтать вечно!

Перекрещенные транзакции

В перекрестной транзакции ответ на стимул исходит от эго-состояния, отличного от того, которое было приглашено. Например, когда человек А говорит: «Иди умой свое грязное лицо», человек Б отвечает: «Не будь таким грубым!». Здесь человек A приглашает ответ в состоянии эго ребенка и получает ответ состояния эго Родителя и, вероятно, в результате будет немного сбит с толку!

Берн говорит, что при пересечении транзакций разговор прекращается до тех пор, пока одна из сторон не изменит эго-состояние.Это отличный способ завершить разговор, если вас не устраивает то, как он идет, — просто помните о потенциальном ущербе, который это может нанести отношениям между вами и человеком, с которым вы переходите.

Последующие транзакции

Берн говорит, что мы можем общаться на двух уровнях. Есть социальное сообщение — то, что мы говорим, и психологическое сообщение — то, что мы имеем в виду. Иногда эти две вещи не совпадают. Сарказм — отличный тому пример. Когда мы саркастичны, то, что мы говорим, противоположно тому, что мы имеем в виду.Человек, с которым мы саркастичны, улавливает психологическое сообщение, а не социальное. Когда это происходит, транзакция считается скрытой.

Так почему важно понимать эти три способа общения? В ТА-терапии терапевта будет интересовать, из какого эго-состояния исходит клиент и откуда терапевту предлагается ответить, это один из способов узнать, что на самом деле происходит между двумя людьми, и с осознанием часто приходит просветление и изменение.Положительные изменения — цель психотерапии.

Временное структурирование

Берн сказал, что все мы ненавидим скучать и так сильно хотим поглаживать, что испытываем психологический голод по структурированию своего времени. Хотя мы стремимся к близости, мы боимся уязвимости, которую она создает для нас. Следующие методы структурирования времени увеличивают уровень близости и снижают уровень эмоциональной безопасности:

Снятие — Мы держимся подальше от других, без риска, но без ударов.

Ритуалы — Мы подтверждаем присутствие других лиц с помощью таких транзакций, как:

A: «привет, как дела?»

B: «Хорошо, спасибо, как дела?»

Вот пример типичного приветствия (по крайней мере, в Великобритании), нас на самом деле не интересует, каков другой человек, мы просто говорим «Я вижу тебя» друг другу. Риск быть отвергнутым очень низок, как и стоимость полученных штрихов.

Действия — выполнение дел может принести нам радость и признание.Транзакции, как правило, безопасны, обычно от взрослого к взрослому, поэтому мы можем давать и получать удары среднего уровня, не делая себя слишком уязвимыми.

Pastiming — Когда мы развлекаемся, мы говорим о безопасных предметах, правила которых известны обеим сторонам. Такие разговоры можно услышать на вечеринке или в пабе. Ценность штрихов увеличивается, как и риск уязвимости. Иногда перевожу свое преимущество на следующий уровень структурирования времени — игры.

Игры — определяются Берном как «совокупность скрытых транзакций, повторяющихся по своей природе, с четко определенной психологической отдачей.»(Берн, 1971).

Итак, игры предполагают, что мы говорим одно и делаем другое в попытке достичь близости, но в результате усиливается негативное представление о себе. Берн написал формулу того, как это происходит, и назвал ее формулой G:

.

C + G = R> S> X> P

Открывающая афиша (C), приглашение человека A человеку B в игру, должна уловить уловку человека B (G). Когда B отвечает (R), игра начинается. Когда B находится на крючке, человек A может нажать на переключатель (S), что приведет человека B в полное замешательство или перекрестие (X).Как только произошло скрещивание, обе стороны могут потребовать выплаты (P).

Давайте рассмотрим пример того, как это может выглядеть в повседневной жизни.

Боб и Мэри — пара. Боб любит играть в «Да, но», а любимая игра Мэри — «Я только пытаюсь тебе помочь». Вводный аферист Боба жалуется, что ненавидит свою работу (С). Это зацепляет Мэри потребность сделать все правильно для людей (G), и она начинает предлагать вещи, которые Боб мог бы сделать, чтобы решить проблему (R). Через некоторое время и несколько попыток, когда Боб отверг все предложения Мэри, Боб нажимает выключатель (S) и говорит Мэри, что она совсем не помогает.Мэри смущена (X) и требует выплаты (P), что для нее является знакомым ощущением, что она неадекватна. Боб тоже требует своей платы — знакомого чувства разочарования из-за того, что никто не может помочь ему с его проблемами. Таким образом, игра завершена, и хотя оба хотят близости, ни один из них не добился ее.

Близость — это открытые и честные отношения, не требующие никакой игры. Оба человека дают и получают свободно, ни в коем случае не эксплуатируя друг друга. Это то, чего мы все хотим, и это наиболее опасно для нас, поскольку мы больше всего рискуем пострадать.

Скрипт

Скрипт — центральная часть теории транзакционного анализа. Сценарий можно рассматривать как четко определенный образ действий, который мы выбираем в детстве. Теория утверждает, что мы воспринимаем мир и принимаем решения о том, какими нам нужно быть, чтобы выжить в нем. Мы можем принимать решения на протяжении всей жизни, даже если принимали их в раннем возрасте. Примером этого может быть решение, которое многие мальчики в самом начале жизни приняли, что плакать и демонстрировать эмоции небезопасно.Это подтверждается фигурами родителей и другими опекунами. В результате многим мужчинам трудно понять свои эмоции во взрослом возрасте.

Основное убеждение транзакционного анализа состоит в том, что мы приняли решение в первую очередь, поэтому у нас есть возможность изменить его . Всегда есть надежда, что мы сможем сделать что-то по-другому, как только наш сценарий станет известен.

Итак, это самые основы теории транзактного анализа. В течение следующих нескольких недель я буду расширять эти идеи, поэтому подпишитесь на RSS-канал выше, если не хотите пропустить выпуск.

Читать книги

Если вас интересует ТА, то следующие книги станут отличным введением (партнерские ссылки):

TA сегодня: новое введение в транзакционный анализ, написанное Яном Стюартом и Ванном Джоинсом — это стандартный «учебник» ТА, и его легко понять.

Цитата в моей статье выше взята из книги Эрика Берна «Что вы скажете после того, как поздороваетесь». (1971). В основном это книга по сценарию, хотя Берн вводит свою теорию ТА в начале книги.Берн нелегко читать, он имеет тенденцию блуждать повсюду, поэтому пробуйте эту книгу только в том случае, если вы большой поклонник ТА.

Если вы хотите узнать больше об играх, прочтите книгу Берна «Игры, в которые играют люди: психология человеческих отношений». Опять же, в этой книге присутствует не простое прочтение, а проблески гениальности.

% PDF-1.3 % 1 0 объект > эндобдж 3 0 obj > эндобдж 2 0 obj > эндобдж 4 0 obj > эндобдж 5 0 obj > эндобдж 6 0 obj > эндобдж 7 0 объект > эндобдж 8 0 объект > эндобдж 9 0 объект > эндобдж 10 0 obj > эндобдж 11 0 объект > эндобдж 12 0 объект > эндобдж 13 0 объект > эндобдж 14 0 объект > эндобдж 15 0 объект > эндобдж 16 0 объект > / XObject> >> / Аннотации [96 0 R 97 0 R 98 0 R] / Родитель 6 0 R / MediaBox [0 0 595 842] >> эндобдж 17 0 объект > эндобдж 18 0 объект > эндобдж 19 0 объект > эндобдж 20 0 объект > эндобдж 21 0 объект > эндобдж 22 0 объект > эндобдж 23 0 объект > эндобдж 24 0 объект > эндобдж 25 0 объект > эндобдж 26 0 объект > эндобдж 27 0 объект > эндобдж 28 0 объект > эндобдж 29 0 объект > эндобдж 30 0 объект > эндобдж 31 0 объект > эндобдж 32 0 объект > эндобдж 33 0 объект > эндобдж 34 0 объект > эндобдж 35 0 объект > эндобдж 36 0 объект > эндобдж 37 0 объект > эндобдж 38 0 объект > эндобдж 39 0 объект > эндобдж 40 0 объект > эндобдж 41 0 объект > эндобдж 42 0 объект > эндобдж 43 0 объект > эндобдж 44 0 объект > эндобдж 45 0 объект > эндобдж 46 0 объект > эндобдж 47 0 объект > эндобдж 48 0 объект > эндобдж 49 0 объект > эндобдж 50 0 объект > эндобдж 51 0 объект > эндобдж 52 0 объект > эндобдж 53 0 объект > эндобдж 54 0 объект > эндобдж 55 0 объект > эндобдж 56 0 объект > эндобдж 57 0 объект > эндобдж 58 0 объект > эндобдж 59 0 объект > эндобдж 60 0 объект > эндобдж 61 0 объект > эндобдж 62 0 объект > эндобдж 63 0 объект > эндобдж 64 0 объект > эндобдж 65 0 объект > эндобдж 66 0 объект > эндобдж 67 0 объект > эндобдж 68 0 объект > эндобдж 69 0 объект > эндобдж 70 0 объект > эндобдж 71 0 объект > эндобдж 72 0 объект > эндобдж 73 0 объект > эндобдж 74 0 объект > эндобдж 75 0 объект > эндобдж 76 0 объект > эндобдж 77 0 объект > эндобдж 78 0 объект > эндобдж 79 0 объект > эндобдж 80 0 объект > эндобдж 81 0 объект > эндобдж 82 0 объект > эндобдж 83 0 объект > эндобдж 84 0 объект > эндобдж 85 0 объект > эндобдж 86 0 объект > эндобдж 87 0 объект > эндобдж 88 0 объект > эндобдж 89 0 объект > эндобдж 90 0 объект > эндобдж 91 0 объект > эндобдж 92 0 объект > транслировать xWnF% zH

Анализ транзакций — Часть II (Игры, в которые мы играем)

ходов

Эрик Берн определил инсульт как «фундаментальную единицу социального действия». Штрих — это единица распознавания, когда один человек узнает другого человека. Удар может быть физическим, вербальным или невербальным, например, рукопожатием, комплиментом или кивком головы. Это также может быть «Привет», «Уходи!» или снисходительно махнув рукой. Все это подтверждает существование другого человека.

Берн представил идею штрихов в транзактном анализе, основываясь на работе Рене Шпица, исследователя, который проделал новаторскую работу в области детского развития.Шпиц заметил, что младенцы, лишенные объятий, прикосновений и манипуляций (другими словами, не получавших никаких физических ударов), чаще испытывали эмоциональные и физические трудности.

Берн взял наблюдения Шпица за этими младенцами и разработал теории о потребностях взрослых при инсультах. Берн предположил, что взрослые действительно нуждаются в физическом контакте, как и младенцы, но научились заменять физическую стимуляцию другими типами распознавания. Таким образом, в то время как младенец нуждается в объятиях, взрослый жаждет улыбки, подмигивания, жеста руки или какой-либо другой формы признания.Берн определил это требование взрослых к получению инсультов термином «голод по признанию » или «голод по инсульту» . Он сказал, что мы все отчаянно ищем ударов от других и что многое из того, что мы делаем, мы делаем для того, чтобы нас гладили.

Понимание того, как люди наносят и получают как положительные, так и отрицательные поглаживания, а также изменение нездоровой модели поглаживания являются важными аспектами ТА.

Типы ударов

В мире существует большое разнообразие потребностей и стилей инсульта — это результат различий в достатке, культуре и методах воспитания — но все это можно разделить на две большие категории инсультов: положительных инсульта, и отрицательных. ударов .Это может быть условно или безусловное .

Как упоминалось выше, одним из основных факторов, который нами движет, является потребность в штрихах (распознавании). Идеал для нас — постоянно получать положительные штрихи, но позитивное признание не всегда возможно, поэтому нам приходится выбирать между получением негативных штрихов (негативное распознавание) или отсутствием мазков вообще.

Берн считал, что любой удар (положительный или отрицательный) лучше, чем его отсутствие. Например, если вы выходите из дома и видите своего соседа, вы, скорее всего, улыбнетесь и скажете: «Привет.Скорее всего, ваш сосед ответит «привет». Это пример положительного удара. Ваш сосед тоже ничего не мог сказать, а просто хмурился. Это пример отрицательного штриха. Любой случай лучше, чем вообще не поглаживать, как, например, когда сосед полностью игнорирует вас.

Получение некоторого признания более привлекательно, чем игнорирование и ощущение, будто нас вообще не видят, поэтому ребенок, который не получает достаточно положительных ударов, разовьет поведение, которое, по крайней мере, привлечет отрицательные удары.Все лучше, чем ничего!

Что касается штрихов « условных » и « безусловных », Берн заявил, что безусловные штрихи связаны с тем, что вы есть (штрихи для бытия), тогда как условные штрихи связаны с тем, что вы делаете (штрихи для выполнения). Ниже приведены несколько примеров различных типов ударов:

Положительные штрихи (комплименты) Отрицательные штрихи (оскорбления)
Безусловный
(Кто вы есть / Бытие)

«Я люблю тебя.
«Ты мне нравишься».
«Ты замечательный!»

«Ненавижу тебя».
«Ты мне не нравишься».
«Ты идиот!»

При условии
(Что вы делаете / делаете)

«Ты мне нравишься, когда ты улыбаешься».
«Мне нравится твое пальто».
«Ты хорошо выглядишь!»
«Отлично сдал экзамен».
«Вы проделали отличную работу!»

«Ты мне не нравишься, когда ты саркастичен.
«У тебя грязная одежда».
«Ты действительно глуп, что тебя уволили!»
«Ваша работа неприемлема!»

Конечно, штрихи можно дополнительно классифицировать несколькими способами, проводя различие между:

  • вербальные и невербальные штрихи,
  • физические или психологические удары
  • внутренние (удары от себя, как при самовосхвалении и других способах самостимуляции) и внешние (удары, которые мы получаем от других).

Когда дело доходит до инсультов, также важно понимать следующие понятия:

Инсультные фильтры

Люди часто имеют фильтр штрихов — мысленный фильтр, который постоянно действует бессознательно. Этот фильтр позволяет только некоторым штрихам достигать человека, искажая или полностью блокируя другие. Они допускают только удары, которые, по их мнению, им позволено впускать. Например, если нам всегда говорили, что мы умные, а наш брат — творческий, то мы, скорее всего, примем удары как умные, но не за творческий подход.Точно так же мы можем позволить себе получать удары за то, что они сообразительны, но не допускать ударов за то, что они хорошо выглядят.

Если девушка считает себя умной, но (ложно) считает себя некрасивой, фильтр пропускает умственные удары, но блокирует или искажает любые положительные удары, относящиеся к ее красоте.

Комментарий, такой как «Я вижу, у вас есть новое пальто», также может быть изменен на положительный или отрицательный штрих в зависимости от фильтра приемника.Например, когда человек говорит себе: «Ему нравится мое пальто», это положительный удар. Когда человек говорит себе: «Ему не нравится мое пальто», это становится отрицательным ударом.

Что важно в ударных фильтрах, так это то, что каждый человек поддерживает свою собственную внутреннюю жизненную позицию , используя этот фильтр. [Примечание: вы можете узнать больше о жизненных позициях в статье «Транзакционный анализ — Часть III»]

Обводной профиль

Когда дело доходит до нанесения и получения поглаживания, большинство из нас использует серию повторяющихся бессознательных паттернов — никогда не задумываясь о том, что мы делаем.Поскольку штрихи фундаментально (прямо или косвенно) участвуют во всем, что мы делаем, может оказаться большим подспорьем осознание того, что известно как наш «профиль поглаживания».

Профиль поглаживания помогает определить, как человек наносит и принимает поглаживания по четырем категориям:

  • Подача ударов в норме
  • Сказать «нет»
  • Принятие мазков в порядке
  • Просить об инсультах — нормально

Профиль принимает форму таблицы, которую необходимо заполнить (см. Ниже), и заставляет задуматься о том, как мы даем и принимаем мазки.Это может быть эффективным терапевтическим инструментом, поскольку затем человек может решить, хочет ли он изменить какую-либо часть своего профиля поглаживания. Например, человек может решить перестать сбрасывать со счетов положительные инсульты и попросить больше. Профиль также может помочь людям понять свой паттерн. Человек может не понимать, почему он получает столько негативных ударов. Профиль может помочь им осознать, что они постоянно просят об этих негативных ударах на бессознательном уровне. Это может быть связано с тем, что эти виды ударов им знакомы и они знают, как реагировать, тогда как получение положительных ударов заставляет их чувствовать себя крайне неудобно.(Конечно, это могло быть и по ряду других причин).

Может быть, некоторые люди заполняют таблицу и понимают, что им трудно наносить удары. Осознав это, они могут предпринять небольшое сознательное усилие, чтобы постепенно предлагать больше гребков.

Завершение профиля вашего инсульта

1. Используя приведенную ниже таблицу, оцените себя в каждой из четырех категорий профиля относительно того, как часто вы делаете эти вещи. Помните, что любая «сделка» (обмен) между двумя людьми представляет собой инсульт.

2. Посмотрите на общую картину. Если вы набрали слишком низкую или слишком высокую оценку в одном разделе и вас это не устраивает, подумайте, как вы хотите измениться и в каком направлении, а затем поэкспериментируйте с этим. Например, если вы думаете, что получаете недостаточно положительных отзывов, вы можете поэкспериментировать, попросив об этом в следующий раз, когда почувствуете, что вам нужно (больше) признания. Например, если вы только что получили комплимент по поводу своего уровня работы, вы можете поделиться им с другом. Таким образом, вы можете сказать: «Я был так доволен сегодня — мой босс сказал мне, что у него никогда не было такого подробного отчета, и он очень впечатлен моей работой.Разве это не здорово? »

Цель состоит в том, чтобы развить области, в которых у вас есть отрицательная оценка, а не сокращать области, в которых у вас есть положительная оценка.

(Обратите внимание, что вы найдете эту таблицу на моем веб-сайте в разделе «Плакаты и рабочие листы». Вы можете скачать ее здесь).

Положительные штрихи

Как часто вы бываете :

Дать положительный отзыв другим? Отказаться от положительных ударов, которые другие ожидают от вас? Принять положительные удары? Спросите у других положительные штрихи?
Обычно
Всегда
Часто
Часто
Редко
Почти никогда
Отрицательные штрихи

Как часто вы бываете :

Давать отрицательные черты другим? Отказаться от отрицательных мазков? Принять отрицательные штрихи? Спросить других (даже косвенно) об отрицательных чертах?
Обычно
Всегда
Часто
Часто
Редко
Почти никогда

Последствия инсульта

Важно осознавать потребность каждого человека в ударах. и — удары для каждого из нас.В большинстве случаев мы даже не думаем об этом, но когда мы кого-то приветствуем, когда незнакомец улыбается нам, когда кто-то слегка двигает своим стулом в ресторане, чтобы мы могли пройти, это означает, что нас узнают. Каждый раз, когда кто-то делает что-нибудь, чтобы узнать другого, этот человек предлагает инсульт. Большую часть времени между людьми происходит несколько ударов взад и вперед одновременно.

В каком-то смысле потребность в ударах — это то же самое, что потребность в признании того, что мы существуем.Философский вопрос о дереве, падающем в лесу, где никто не слышит шума, является актуальным. Если никто не слышит шума, действительно ли он существовал? Если человека не гладят, реально ли он существует?

Для некоторых вопрос звучит устрашающе, и, учитывая, как его корни начинают расти с момента рождения (или, согласно некоторым теориям, даже раньше), когда выживание младенца зависит от признания его существования, легко понять, почему наш голод до инсульта — такая мощная движущая сила.

Интересно отметить, что, хотя многие люди считают смертный приговор наихудшим видом наказания, это не так. Одиночное заключение есть. Многочисленные исследования документально подтвердили негативные последствия одиночного заключения для заключенных. Если заключенные не страдают психическими заболеваниями при поступлении в изолятор, к моменту их освобождения их психическое здоровье находится под серьезным нарушением. Однако это не относится к приговоренным к смертной казни.

Наша потребность в признании жизненно важна для нашего выживания.

Игры

Берн определил определенные социально дисфункциональные модели поведения как «игры». По словам Берна, игры — это «набор скрытых транзакций, повторяющихся по своей природе, с четко определенной психологической отдачей». Эти повторяющиеся коварные операции в основном предназначены для получения ударов, но вместо этого они усиливают негативные чувства и самооценку и маскируют прямое выражение мыслей и эмоций.

В своей книге « Игр, в которую играют люди », которая добилась большого успеха в начале 1960-х годов, Берн описывает серию игр и дал им мгновенно узнаваемые названия:

  • «Почему бы тебе, да, но»
  • «Теперь у меня есть ты, сука»
  • «Я только пытаюсь тебе помочь».

В играх мы говорим одно, а делаем другое, пытаясь достичь близости, но в результате усиливается негативное представление о себе. Берн написал формулу того, как это происходит, и назвал ее формулой G: C + G = R> S> X> P

.

C на + G immick = R esponse> (затем может тянуть) S witch> (что вызывает) X Crossup> (тогда оба могут потребовать свои) P ayoff

Разыгрывается следующим образом:

  • Открывающая афиша (C), приглашение человека A человеку B в игру, должна уловить уловку человека B (G).
  • Когда B отвечает (R), игра начинается.
  • Когда B находится на крючке, человек A может нажать на выключатель (S), что приведет к полному замешательству человека B или перекрестку (X).
  • После того, как произошло скрещивание, обе стороны могут потребовать свой выигрыш (P).

Рассмотрим на примере, как это может выглядеть в повседневной жизни.

Боб и Мэри — пара. Боб любит играть в «Да, но», а любимая игра Мэри — «Я только пытаюсь тебе помочь».

Вводный аферист Боба жалуется на то, что он ненавидит свою работу (С).Это зацепляет Мэри потребность сделать все правильно для людей (G), и она начинает предлагать вещи, которые Боб мог бы сделать, чтобы решить проблему (R). Через некоторое время и несколько попыток, когда Боб отверг все предложения Мэри, Боб нажимает выключатель (S) и говорит Мэри, что она совсем не помогает. Мэри смущена (X) и требует выплаты (P), что для нее является знакомым ощущением, что она неадекватна. Боб тоже требует своей платы — знакомого чувства разочарования из-за того, что никто не может помочь ему с его проблемами.Таким образом, игра завершена, и хотя оба хотят близости, ни один из них не добился этого.

Близость — это открытые и честные отношения, не требующие никакой игры. Оба человека дают и получают свободно, ни в коем случае не эксплуатируя друг друга. Это то, чего мы все хотим, но в то же время то, что кажется нам наиболее опасным, поскольку мы больше всего рискуем пострадать.

Мы также играем во многие игры между этими позициями, и есть ритуалы от простых приветствий до целых разговоров (например, о погоде).Мы даже можем занять разную позицию для разных событий. Они часто «предварительно записаны» как сценариев , которые мы просто проигрываем. Они дают нам чувство контроля и идентичности и убеждают нас, что в мире все еще хорошо. Другие игры могут быть негативными и разрушительными, и мы играем в них скорее из-за привычки и зависимости, чем из конструктивного удовольствия.

Хотите узнать больше?

Эта статья входит в серию из трех частей, посвященных транзакционному анализу. Статья «Транзакционный анализ — Часть I (Маски, которые мы носим)» предшествует «Транзактному анализу — Часть III (Сценарии, которым мы следуем)».

Полезные ссылки

Эрик Берн, (1964), Игры, в которые играют люди: Психология человеческих отношений , Balantine Books

Эрик Берн, (1972), Что вы скажете после того, как поздороваетесь? : Психология человеческой судьбы

Томас Харрис, (1996), Я в порядке — ты в порядке , Avon books

Примечание:
Профиль поглаживания был впервые разработан Джимом Маккенной и описан в журнале Transactional Analysis Journal, октябрь 1974 г.ИНСУЛЬТНАЯ ЭКОНОМИКА: В книге «Сценарии, которые живут люди» (1974)

Концепция таблицы обводных профилей, первоначально представленная Джимом МакКенной; перерисовано Робом ван Толом; небольшие изменения внешнего вида от Psychology Muffins; Небольшие изменения по порядку от Клэр Ньютон.

Эта статья входит в серию из трех частей, посвященных транзакционному анализу. Статья «Транзакционный анализ — Часть I (Маски, которые мы носим)» предшествует «Транзактному анализу — Часть III (Сценарии, которым мы следуем)».

Формула G Берна

Объяснения> Поведение > Игры> Berne’s Formula G

Назначение | Игра | Обсуждение | И что?

Чтобы чувствовать себя хорошо (хотя в конечном итоге им становится плохо).

Игра ведется по формуле:

C + G = R -> S -> X -> P

Подставляя слова вместо букв, получаем:

Con + Gimmick равно Response, ведущему к Switch, ведущему к Crossup, оканчивающийся на Payoff

В игре это дает стартовую пару:

  • Con : A приглашает B присоединиться к игре, которая кажется стоящей, но имеет неспроста.
  • Уловка : У B есть слабость или потребность, которая заставляет их реагировать на Против.

Это приводит к последовательности:

  • Ответ : B отвечает на приглашение A.
  • Переключатель : А внезапно переключается, делая какие-то переключатели.
  • Crossup (X): Наступил период неразберихи.
  • Выплата : Окончательный результат — оба имеют отрицательный результат. эмоции.

Пример Берна:

  • Con : Пациент спрашивает терапевта, поправится ли ему.
  • Уловка : Терапевт не хочет, чтобы пациент верил, что он может не поправляйся.
  • Ответ : Терапевт говорит: «Конечно, будешь».
  • Switch : Пациент настроен враждебно, говоря: «Что заставляет вас думать? ты знаешь все?’
  • Crossup : Психотерапевт потерял равновесие. Пациент чувствует контроля.
  • Выплата : Терапевт чувствует себя глупо из-за того, что его обманул пациент.Пациент разочарован тем, что терапевт не может им помочь.

Обсуждение

Эта игра вполне может быть основана на потребности в чувстве контроль, где Con — установка, а Переключить управление захватами с помощью замешательство и удивление. В настройки терапевта-пациента, где у пациента есть проблемы с контролем, подчиняющиеся терапевт может усугубить ситуацию, поэтому они прибегают к таким играм, чтобы показать, что они все еще контролируют, даже если это мешает вылечить то, что они ищут.

Во многих играх Формула G может быть внутренним шаблоном, особенно там, где является основной проблемой, и обман используется, чтобы взять на себя ответственность или сделать сюрприз ‘gotcha’ на другом человеке.

игр Формулы G могут проходить в рамках одного разговора (как указано выше) и заставлять разыгрываться в течение недель, месяцев или даже лет.

Следите за тем, как люди получают контроль, изменяя свое взаимодействие с вами. Ты вы можете заметить это, когда вы смущены или удивлены тем, что они говорят или делают.Когда если вы видите, как это происходит, вы можете сознательно отказаться от участия в игре. Вы также можете оспорить это или изменить ход событий.

См. Также

транзакционный анализ, Уловки уверенности, Принцип путаницы, Принцип сюрприза

Эрик Берн, (1964), Игр, в которые играют люди: Психология человека Отношения , Balantine Books

Интеллектуальное наследие терапии пересмотра решения — Обзор психологии СМИ

Памела Рутледж, доктор философии Директор, Исследовательский центр психологии СМИ

РЕФЕРАТ

Терапия повторного принятия решения — это название, которое Боб и Мэри Голдинг дали терапевтическому подходу, который они разработали в 1960-х годах.Их работа во многом основана на теории психотерапии Эрика Берна «Трансактный анализ». Трансактный анализ — это прямой и мощный психотерапевтический подход, который объединяет элементы богатой истории психоанализа и бихевиоризма, сохраняя при этом твердую привязку к гуманистическим и экзистенциальным традициям. В этой статье будут обсуждаться философские основы и вклад теории, которые сформировали формирование транзактного анализа, а также последующие теоретические и философские вклады и модификации, которые повлияли и продолжают влиять на терапию пересмотра решений сегодня.

Рутледж, П. (1999/2019) Интеллектуальное наследие теории пересмотра. Обзор психологии СМИ. об. 13 (2)

Памела Рутледж, доктор философии, MBA , является директором Исследовательского центра психологии СМИ (MPRC) факультета аспирантуры Филдинга и членом консультативного совета программы сертификации социальных сетей и интернет-маркетинга UC Irvine Extension. Исследователь, спикер, автор и консультант, доктор Рутледж дает оценки и рекомендации отдельным лицам и организациям, опираясь на разнообразный опыт в области коммуникаций и дизайна, бизнес-стратегии и психологии.Доктор Рутледж специализируется на приложениях для социальных сетей и трансмедийных повествованиях, применяемых для развития бренда. Она опубликовала как академические, так и популярные работы и является экспертом в понимании человеческого и социального измерения средств массовой информации и технологий. С ней можно связаться через www.pamelarutledge.com.

В поисках ответов

С самых ранних записанных мыслей люди искали объяснение существования, а также мотивации и смысла поведения. Уже c.500 г. до н.э. греческий философ Гераклит признал интроспекцию методом исследования, постулировал параллелизм структуры между операциями разума, выраженными в мысли и языке, и действиями реальности, которые разум улавливает, и боролся с концепцией человеческого «я» или « душа ‘как самопознание и самораспространение. В том же веке Сиддхартха Гаутама Будда «искал ответы на вопрос о личности и значении человека с помощью медитации и Четырех благородных истин, в которых нет « я ».»(Хондерич, 1995; Кенни, 1994)

По мере того, как исследования науки, философии, искусства, литературы и истории развивались на протяжении веков, теоретики продолжают постулировать множество разнообразных объяснений человеческого поведения в вечном поиске «истины». Время и технологии принесли меньше ответов и больше возможностей. Современная история психологии демонстрирует преобладание различных теоретических подходов к пониманию человеческого поведения.

Каждая школа или система направляет психологическое исследование поведения таким образом, чтобы способствовать получению знаний в соответствии с ее собственными целями и предположениями.Шесть классических систем психологии сформировали направления, принятые в психологии на рубеже веков, заложив основу для трех основных школ мысли, которые мы признаем сегодня: психоаналитической, когнитивно-поведенческой и гуманистико-экзистенциальной (Hunt, 1993; Marx). И Cronan-Hillix, 1987).

Психоаналитическая теория

Зигмунду Фрейду приписывают проведение первого значительного исследования своей психопатологии и психопатологии других людей с целью построения модели общего функционирования личности.Его модель, основанная на его знаниях в области естественных наук — неврологии, физиологии, философии, психологии и эволюции, — рассматривает биологические инстинкты, называемые побуждениями, как основу условий жизни человека. (Фрейд, 1996; Гей, 1989; Миллер, 1991). Подход влечения рассматривает людей как находящихся под значительным влиянием бессознательной мотивации, конфликтов между импульсами и запретами, защитных механизмов и опыта раннего детства (Corey, 1996). Раскопки бессознательного, которые Фрейд назвал «психоанализом», требует длительного процесса анализа внутренних конфликтов, уходящих корнями в прошлое.Психоаналитическая терапия в понимании Фрейда — это процесс реструктуризации личности (Гей, 1989; Митчелл и Блэк, 1995; Монте, 1994; Паттерсон и Уоткинс, 1996).

Мысль Фрейда была сформирована немецкой философской школой 90–257– века, основанной Фихте и Шеллингом и наиболее заметно представленной Шопенгауэром и Гегелем (Mitchell & Black, 1995; Rendon, 1996). Фундаментальный вопрос философской традиции Гегеля заключался в том, как «я» овладевает своим знанием; как сознательное я как субъективная сущность может построить объективный мир и наделить его порядком пространства, времени и причинности (Honderich, 1995; Kenny, 1994).Фихте описывал самопознание как «интуицию» самого себя. Самость была не объектом, а актом познания, который он назвал принципом идентичности. Согласно Фихте, постулирование себя — это также постулирование не-я, предполагая, что знать, что было, значит знать, чем вы не являетесь (Bateman & Holmes, 1995; Honderich, 1995; Kenny, 1994; Miller, 1991).

Книга

Гегеля, Феноменология разума, , которую иногда называют планом современного психоанализа, утверждает, что глубинная реальность человека — это дух, который отправляется в путь самопознания посредством диалектических шагов к Абсолюту. или знание себя.Диалектическое путешествие субъективного духа — это путешествие вовне, внутрь объекта и к другому, период отчуждения, разрушения и восстановления до тех пор, пока дух не сможет вернуться к себе в самореализованной форме. В гегелевской теории самоопределение в значительной степени проистекает из разрешения борьбы между аппетитами и самостью путем наделения смысла внешними объектами и различения тех, которые приносят пользу, и тех, которые не приносят пользы.

Вдохновение для многих идей Фрейда существует в гегелевской мысли.Некоторые из этих идей, хотя и не были включены Фрейдом, пересматриваются более поздними теоретиками объектных отношений, межличностных и экзистенциальных теорий. В рамках гегелевской традиции Фрейд также стремился к созданию макросистемной теории в своем развитии психоанализа (Monte, 1994). Следовательно, влияние психоанализа было глубоким. Это не только преобразовало сферу психологии и отделило психиатрию от строго эмпирических наук, но и вселило оптимизм в отношении широкой доступности лекарства от эмоциональных и психических заболеваний (Rendon, 1996).Теории Фрейда были стимулированы тем, что он наблюдал и проверял в своих клинических усилиях, но его личные отношения, а также исторический, социальный и интеллектуальный контекст того времени также сыграли значительную роль в их формировании (Atwood & Stolorow, 1993; Foster, Moskowitz, И Хавьер, 1996).

Неявные в психоаналитической теории предположения о работе человеческого разума и поведения. Фрейд был строгим детерминистом. Он считал, что любое поведение имеет биологическую основу, что чувства, действия, мысли не возникают случайно или случайно.Фрейд видел в ассоциациях, воспоминаниях, фантазиях и сновидениях ключи к бессознательному конфликту. Интерпретации бессознательных конфликтов и сопротивлений пациента позволяют понять происхождение и природу конфликтов и связанных с ними тревог. Целью психоанализа является раскрытие значения этих ключей, чтобы обеспечить понимание того, что через повторяющийся опыт психоаналитического графика и эмоционально сильную реакцию переноса пациент постепенно () преодолевает свои трудности и формирует более адаптивные эмоциональные модели поведения и перестройка личности (Eagle, 1984; Patterson & Watkins, 1996).

Ключом к психоаналитическому опыту является неосуждающее эмпатическое внимание, которое способствует желанию пациента сотрудничать и процессу переноса. Если удовлетворение переноса не решено, пациент может непосредственно переживать и понимать конфликты, лежащие в основе его или ее проблем (Eagle, 1984).

В течение многих лет доминирующее влияние в области психотерапии оказывал психоанализ как в Соединенных Штатах, так и в Европе (Bergin & Garfield, 1994).Фрейд оставался выдающейся фигурой в области психоанализа до своей смерти в 1939 году, сопротивляясь значительным изменениям своей теории или техники. У Фрейда было и остается много последователей. Некоторые, такие как Адлер, Юнг, Хартманн, Хорни, Кляйн и Салливан, отошли от Фрейда и разработали свои собственные подходы к психоаналитической теории (Nye, 1996; Patterson & Watkins, 1996). При сохранении некоторых центральных особенностей фрейдистского психоанализа, таких как подавленные конфликты, бессознательная мотивация и ранний жизненный опыт, были включены новые акценты и разработаны новые процедуры (Bergin & Garfield, 1994).Эти модификации расширили и обогатили психоаналитическую теорию. Влияние окружающей среды и межличностных и первичных отношений на развитие личности привело к новым выводам в области психоаналитической теории: психологии эго, теории объектных отношений, индивидуальной психологии, психологии самости и межличностной психологии (Bateman & Holmes, 1995). ; Mishne, 1993; Mitchell & Black, 1995). Влияние психоанализа не ограничивалось теоретиками, работа которых оставалась совместимой с его фундаментальными предпосылками; его далеко идущие последствия существенно повлияли на многих новаторов и теоретиков во многих школах мысли и дисциплинах.

Соединенные Штаты, основанные на духе первопроходцев, восприняли исследования Фрейдом внутренних границ более тепло, чем континент (Cushman, 1995; Mishne, 1993; Mitchell & Black, 1995). Кушман (1995) отмечает, что после визита Фрейда в 1909 году «в течение шести лет … психоанализ затмил все другие психотерапевтические методы в национальных журналах (стр. 38)». Кушман, среди прочих (ср. Foster, 1996; Moskowitz, 1996; Rendon, 1996; Roland, 1996), размышляет об американском влечении к теории Фрейда и концепции эго в психологии.Он отмечает, что Демос (1981) видел соответствие между фрейдистской теорией Эдипа и имплицитно оптимистической американской идеологией, которая характеризовала мужской успех как превосходство отца; другие считали использование психотерапии подтверждением озабоченности американцев самостью и панацеей от растущего отчуждения человека в обществе. Кушман (1995) утверждает, что между американским видением себя и путем американской психологии было взаимовлияние, и что каждый из них оставил свой след на другом.

Бихевиоризм

Второй теоретический подход, бихевиоризм, находился под сильным влиянием философии логического позитивизма и вырос из желания сделать психологию более уважаемой с научной точки зрения (Bergin & Garfield, 1994).

Интеллектуальные корни теории поведения уходят в интеллектуальный и культурный климат эпохи Просвещения и упор на разум и научное изучение мира природы. С семнадцатого до девятнадцатого веков британские эмпирики упорно подчеркивали четыре основных принципа: (а) знание приходит из опыта, а не самоанализа или вдохновения; (b) научные процедуры должны основываться на наблюдении, а не на мнении или интуиции; (c) ум ребенка — это чистый лист (tabula rasa), и, следовательно, взрослая психическая жизнь — это запись и раскрытие предыдущей истории человека; и (г) модель сознания состоит в том, что все мысли могут быть разбиты на основные элементы, которые связаны посредством естественных законов, таких как непрерывность, сходство, контраст, частота и новизна (Kimble, 1985; цитируется по Fishman & Franks, 1995). ).

На поведенческую терапию повлияла классическая обусловленность Павлова 1920-х годов. Джон Уотсон твердо поставил акцент бихевиоризма в Соединенных Штатах на эмпирическую основу, заявив, что интроспекция и бессознательные мотивы не имеют отношения к пониманию сложных человеческих действий. Бихевиористы считали, что только наблюдаемые события будут способствовать созданию описательной науки о поведении, опираясь на ее терминологию и избегая использования частных, менталистических терминов (Робинсон, 1995).Акцент в теории поведения делается на «внешней» модели, которая фокусируется на концепциях и процедурах, в первую очередь внешних по отношению к человеку, таких как экологические последствия, подкрепление, моделирование, экономика токена, социальное обучение и влияние поведения. Неявное предположение об изменении поведения во внешней модели состоит в том, что человеческая природа пластична и не фиксируется, как это концептуализировано внутренней моделью, включающей разум, чувства, генетику и биологические функции (O’Donohue, 1995).

Психология, традиционно считавшаяся наукой о разуме, была преобразована в науку о поведении; он должен был включать только наблюдаемую деятельность организма (Honderich, 1995).Бихевиорист Джон Уотсон в статье, представленной в 1913 году, объявил о своем неприятии ментальных вещей, заявив, что «психология, с точки зрения бихевиористов, является чисто объективной отраслью естествознания. Его теоретическая цель — предсказание и контроль поведения ». (Монте, 1994, с. 27), но бихевиоризм наиболее заметно проявил себя в 1950-х годах. Термин «поведенческая терапия» был введен, чтобы противопоставить преобладающему фрейдистскому, психодинамическому стандарту (Айзенк, 1995) и обозначить влияние и значение бихевиоризма как научной революции.

В 1950-х годах наблюдался быстрый рост признания и популярности поведенческой терапии. Б. Ф. Скиннер, находясь под влиянием работ Уотсона и Торндайка, продолжал развивать методы инструментальной или оперантной обусловленности (Glass & Arnkoff, 1995; Nye, 1996). Скиннер был широко признан экспертом и поборником бихевиоризма. Он видел в этом средство построения общества. Более широкая повестка дня Скиннера в области поведенческой теории очевидна в его книгах Walden Two и Beyond Freedom and Dignity, , которые оказали огромное влияние на институциональные и социальные реформы (Робинсон, 1995)

В некоторых глазах теория поведения была современной преемницей психоанализа; для других это была просто интересная альтернатива (Monte, 1994).Акцент в области психологии на контрасте между акцентом на обучении эмоциональному инсайту во фрейдистской психотерапии и павловским угасанием и устранением обусловленности поведенческой терапии вызвал серьезные споры и исследования. В 1952 году Ханс Айзенк опубликовал обзор 24 исследований эффективности психотерапии и пришел к выводу, что не только существуют доказательства, подтверждающие эффективность психотерапии, но и что психоанализ менее эффективен, чем отсутствие терапии вообще (Bergin & Garfield, 1994; Bernstein). & Warner, 1993; Айзенк, 1995).Это побудило сторонников психотерапии и психоаналитической теории к ответным исследованиям и опровержениям. Эта пограничная стычка привела к желаемым результатам в виде увеличения количества и качества исследований по психотерапии и повышения осведомленности о необходимости ответственности даже в неточной науке (Bergin & Garfield, 1994; Bernstein & Warner, 1993). Это стало особенно важным в последнее десятилетие с появлением контроля над расходами и проблем управляемого медицинского обслуживания.

Работа психологов теории когнитивного и социального обучения, таких как Бек, Келли и Бандура, способствовала интеграции когнитивных методов с поведенческими техниками. Однако появление когнитивно-поведенческих вмешательств также разделило сферу поведенческой терапии. Среди бихевиористов существуют разногласия относительно того, действительно ли когнитивная работа является новой, и среди радикальных бихевиористов относительно того, действительно ли это наука. Социальный бихевиоризм имеет некоторую надежду на урегулирование разногласий.Анализ социального бихевиоризма тесно связывает взаимодействие между аффектом, поведением и познанием с основными принципами обучения. Эта связь может позволить преодолеть раскол между когнитивной и поведенческой терапией, создав теоретическую основу для когнитивно-поведенческой терапии. Эйферт (1987) считает, что социальный бихевиоризм, подкрепленный обширными исследованиями, дает лучшее представление об основных механизмах, лежащих в основе когнитивно-поведенческих и вербальных методов психотерапии.

На заре когнитивной терапии значительный упор был сделан на примат когнитивных функций над эмоциональными реакциями (Roth & Fonagy, 1996). Однако в настоящее время как динамические, так и когнитивные теоретики признают, что разделение этих двух режимов функционирования является чрезмерным упрощением, имеющим небольшую эвристическую ценность.

Башня из слоновой кости против жизни в окопах

Психология с самого начала изобиловала идеологическими конфликтами. Хотя дуализм разума и тела может быть одним из самых известных, существует заметный конфликт между ученым и практиком, или между клинической и экспериментальной аренами.В то время как общественное восприятие психологии — это пациент, проходящий консультирование или терапию, история психологии имеет тенденцию сосредотачиваться на истории психологических экспериментов (Benjamin Jr, 1997). Многие представители поколения основоположников психологии интересовались тем, как здоровый дух работает вместо психопатологии. Бенджамин младший (1997) утверждает, что акцент на нормальности частично проистекает из веры в то, что понимание нормальных людей — это путь к пониманию разума.Кроме того, психическое заболевание, вплоть до воздействия работ Фрейда, рассматривалось как имеющее органическую основу и являлось исключительной областью медицины. Клиническая психология — это прикладная область, и многие считают ее лежащей вне области научной психологии.

В начале 1900-х годов Лайтнер Уитмер, которому приписывают имя «клиническая психология», создал первые психологические клиники, обслуживающие детей, которым ранее не уделялось должного внимания и детей из неблагополучных семей. За исключением лечения детей, законное право заниматься психотерапией было ограничено лицензированными специалистами с медицинской подготовкой.(Хамфрис, 1996)

К 1920-м годам психологи изо всех сил пытались осмыслить влияние социальной среды, разрабатывая теории о унаследованных способностях человека; пытается примирить когнитивные навыки и понимание интрапсихических механизмов в связи с появлением психоанализа. С ростом популярности психоанализа психологи также пытались определить и оправдать свое место на академической арене и в медицинском истеблишменте (Cushman, 1995). Однако между 1930 и 1939 годами применение клинической психологии расширилось, и небольшое число людей начали практиковать психотерапию, нарушив монополию психиатрии (Humphreys, 1996).

Период после Второй мировой войны характеризовался беспрецедентным спросом и поддержкой психологии, особенно клинической психологии (Vandenbos, Cummings, & DeLeon, 1995). За последние пятьдесят лет психология возглавила исследования и практику психотерапевтических методов лечения и профилактики (Vandenbos et al., 1995). К концу Второй мировой войны психологи рассматривали психотерапию как законную часть своей профессиональной роли, уступающую только оценке (Vandenbos et al., 1995).Вирджиния Сатир считала, что Вторая мировая война также сыграла важную роль в развитии более непосредственных и краткосрочных методов лечения в гуманистически-экзистенциальных традициях. Эти новые методы лечения нацелены непосредственно на человека с целью восстановления здорового функционирования. Она пишет:

«… мир был возмущен непостижимыми человеческими зверствами, совершаемыми одной группой против другой. Энергия каждого мужчины и женщины была необходима для того, чтобы остановить это бедствие … это означало, что, когда обслуживающий персонал был психологически травмирован, его нужно было как можно скорее вернуть к работе.(Goulding & Goulding, 1979, стр. Xiii)

Гуманистико-экзистенциальные теории

Третья основная теоретическая перспектива, гуманизм и экзистенциализм, возникла как реакция на бихевиоризм, теорию Фрейда и социальный климат середины двадцатого века (Maslow, 1971). Воплощая широкий спектр точек зрения — клиентоориентированную терапию, гештальт, транзактную и экзистенциальную теорию — гуманистически-экзистенциальные подходы делают упор на потенциал роста клиента и способность терапевта быть эмпатически чувствительным к чувствам клиента. (Бергин и Гарфилд, 1994; Монте, 1994; Най, 1996).

Влияние Гегеля часто было столь же важным для его оппонентов, как и для его последователей. На позициях экзистенциальных философов, таких как Киркегор и Сартр, экзистенциализм возник в сознательном антагонизме гегелевской мысли. Отказ от систем, упор на человеческую временность, упор на самостоятельность и ответственность, а также упор на сочетание субъективной и объективной реальности в достижении понимания были основами экзистенциалистской мысли (Rice & Greenberg, 1995; Van Doren, 1992). .Leahey (1994) предполагает, что нити гуманизма — ценить эмоциональные чувства, доверять интуиции и сомневаться в авторитете разума — восходят через романтиков и христианских мистиков ко временам циников и скептиков эллинистической эпохи. Многие из экзистенциальных теоретиков изначально были психиатрами, получившими образование в качестве психоаналитиков, но чувствовали, что личность в том виде, в каком он существовал, не признается и не рассматривается в психодинамических подходах. В частности, европейские теоретики, которые, как правило, были более знакомы с трудами Ницше, Киркегора, Сартра и других, ответили своими теоретическими подходами на растущее чувство отчуждения и беспокойства в мире из-за угрозы ядерной войны и массовых культурных ценностей. изменение.

Как психотерапевтическая школа мысли, гуманистический экзистенциализм имел свои непосредственные корни в ценностях экзистенциализма, гуманизма и освободительных движений 1960-х годов. Это также была реакция против господствующих дисциплин: безличного, формализованного, иерархического, элитарного психоаналитического истеблишмента и чрезмерно научной, холодной, отстраненной школы бихевиоризма. Отвергая социальный консерватизм, присущий гипертрофированной ценности личности, гуманистически-экзистенциальное движение в психологии приняло конфигурацию личности после Второй мировой войны как субъективную, изолированную и анти-традиционную (Rice & Greenberg, 1995).

В 1962 году Абрахам Маслоу ввел термин «психология третьей силы», чтобы различать эту группировку, которая не была фундаментально проинформирована ни психоаналитическими, ни поведенческими школами (Rice & Greenberg, 1995). Хотя еще в 1900 году Джейкоб Морено разработал и использовал методы психодрамы и, возможно, был первым психиатром, который поставил пациента на центральную ответственную роль в его собственной жизненной драме (Clarkson, 1992).

Есть четыре основные темы, общие для всех подходов гуманистической психотерапии (Tageson, 1982; цитируется Rice & Greenberg, 1995).

1) Самым фундаментальным аспектом гуманистической терапии является приверженность феноменологическому подходу. Это центральное предположение, что способность человека к рефлексивному сознанию ведет к достижению самоопределения и свободы. Феноменологический взгляд ценит и ценит индивидуальное восприятие реальности и считает, что познание реальности человека необходимо для понимания его поведения.

2) Вторая общая тема основана на вере в то, что люди стремятся к личностному росту или «самоактуализации» и развитию, а не к стабильности (Маслоу, 1968).Человек использует свою интерпретацию непосредственного настоящего и видение своего будущего, а не только прошлого, при принятии решений. Тэджсон (1982) считает, что склонность к самоактуализации — это больше, чем биологическая тенденция; он проистекает из врожденных тенденций организма к актуализации, которые трансформируются сознанием и получают направление с помощью концепции «я» и ее поиска смысла.

3) Третья важная тема — это вера в способность человека к самоопределению.Выбор и воля находятся в центре внимания. Развитие способности человека рассуждать и выбирать, был ли этот процесс облегчен или заблокирован, является ключевой проблемой для здорового функционирования человека 5Nye, 1996 # 7].

4) Четвертая тема — это концепция личностно-центрированности (Tageson, 1982; цитируется: Rice & Greenberg, 1995). Личностно-центрированность — это искренняя забота и настоящее уважение к каждому человеку, вовлеченному в процесс. Субъективный опыт — способность понимать клиента из его собственного контекста — имеет ключевое значение для гуманизма и концепции гуманистических терапевтических отношений.

В соответствии с уважением к личности и субъективной природе индивидуальной реальности, гуманистически-экзистенциальная терапия имеет тенденцию быть менее структурированной и включает в себя широкий спектр техник (Bergin & Garfield, 1994). Следовательно, гуманистически-экзистенциальная психотерапия имеет несколько выдающихся теоретиков и подходов. Авраам Маслоу и Карл Роджерс — два самых известных теоретика, связанных с гуманистически-экзистенциальной школой, которые работали и писали одновременно с Эриком Берном.Их работа, если не напрямую повлияла на развитие ТА, оказала огромное влияние на время и слишком важна, чтобы не упомянуть ее вкратце.

Абрахам Маслоу — один из самых известных теоретиков из-за его теорий о «иерархии потребностей» человека и моделях актуализации (Монте, 1994). Приверженный творчеству и искусству, Маслоу изучал жизнь творческих людей и пришел к выводу, что они движимы потребностями, которые оставались безмолвными и нереализованными в большей части человечества (Leahey, 1994).Маслоу описал творческих людей, которых он изучал, как самореализующихся. В отличие от людей, которые работают, чтобы удовлетворить только самые основные потребности в пище, жилье и безопасности, те люди, которые используют свои творческие способности и получают от них удовлетворение, служат примером интерпретации самореализации Маслоу. Маслоу продолжил разработку теории иерархии потребностей как средства оценки потенциального развития актуализации личности (Maslow, 1971). Маслоу искал способы вывести людей из комфортной, но душной психологической колеи и побудить их полностью реализовать свой человеческий потенциал (Leahey, 1994).

Клиентоцентрированная терапия в первую очередь связана с ее создателем Карлом Роджерсом и является одним из наиболее распространенных гуманистически-экзистенциальных психотерапевтических подходов (Rice & Greenberg, 1995). Роджерс, недовольный существующими подходами к психотерапии, начал экспериментировать со своими идеями. Роджерс находился под влиянием нейропсихолога Курта Гольдштейна, наблюдавшего реорганизацию методов функционирования у солдат с черепно-мозговой травмой. Наблюдения Голдштейна подтвердили концепцию Роджерса об основной мотивации к росту и целостности, актуализирующей тенденции у людей (Rice & Greenberg, 1995).Студенты-богословы Чикагского университета ознакомили Роджерса с трудами Мартина Бубера. Взгляд Бубера на отношения «Я-Ты» как на лечебный эффект, выраженный в эффектах Роджерса, которые он наблюдал во время сеансов терапии. Уважение к личности, поддержка и признание прав и способности человека принимать решения и изменения, а также признание внутренней ценности человека являются центральными чертами подхода Роджерса. В соответствии с Маслоу, Роджерс также исследовал методы продвижения людей к более полному потенциалу путем создания согласованности между собой и опытом (Leahey, 1994).

Транзакционный анализ

Эрик Берн изначально был психиатром и психоаналитиком. Он подчеркнул интерактивный аспект общения на практике и назвал свою психотерапевтическую терапию «Трансактным анализом» (ТА). Берн рассматривал ТА как расширение глубокого внимания психоанализа с его исключительным вниманием к интрапсихическим феноменам. Трансактный анализ объединяет интрапсихическую динамику с межличностным поведением в рамках гуманистической / экзистенциальной системы ценностей (Clarkson, 1992).Берн внес значительный вклад в психологию двадцатого века, который часто упускается из виду, однако упоминания о «ребенке» в каждом из нас имеют далеко идущие последствия в популярных и академических кругах. Кларксон предполагает, что многие термины ТА появляются непризнанными в современной гештальт- и психоаналитической литературе (Clarkson, 1992).

Когда Берн порвал с психоанализом, он продолжал писать для психиатрических журналов, но использовал новый словарный запас, который он разрабатывал для ТА. В 1962 году Берн опубликовал игр, в которые играют люди (Берн, 1964), и, хотя он был предназначен для профессиональной аудитории, он стал бестселлером на массовом рынке.Термины TA, такие как игры , ударов и ОК . проникли в повседневные разговоры как с пониманием их смысла, так и без него. Во многих отношениях внимание, вызванное широкой популярностью и дурной славой работ Берна, умаляло признание или понимание глубины теоретических достижений Берна

Стюарт (1992) считает, что главным достижением Берна было «построение теории, которая была бы психодинамической по своей концепции, но могла бы быть проверена непосредственно на реальных наблюдениях. (стр. 17, курсив автора.) Берн взял концепции, которые другие авторы описали абстрактно, и операционализировал их, чтобы их можно было идентифицировать путем наблюдения на месте.

Берн опирался на свое понимание интрапсихических сил, действующих в человеке, из своего опыта в психоанализе. Самая фундаментальная идея ТА — это структурная модель эго-состояний, которую Берн адаптировал из работ Федерна, Фейрберна и Вайсса. На него повлияла реальность и постоянство эго-состояний, описанных Федерном, который постулировал эго-состояния как части эго-единицы, оказывающие значительное влияние на решения, непроизвольное поведение и психопатологию (Clarkson, 1992).Берн считал, что каждая категория эго-состояний, которую он назвал Родителем, Взрослым и Ребенком, проявляется в отдельном наборе поведения. Таким образом, нововведение Берна заключалось в том, чтобы предположить, что изменения в эго-состояниях могут быть последовательно связаны с наблюдаемыми изменениями в поведении.

Берн заимствовал идеи переноса и контрпереноса от Фрейда, но описал наблюдаемые паттерны коммуникации — транзакции, — которые указали бы, когда и произошли ли они (Стюарт, 1992).Кларксон (1992) отмечает, что Берн заявлял о своем увлечении принуждением к повторению — термином, который Фрейд использовал для иллюстрации того, что Фрейд считал врожденной тенденцией возвращаться к более ранним условиям (Freud, 1996). Берн превратил эту идею в игры, — взаимодействия между людьми, которые следуют предсказуемым, повторяющимся и наблюдаемым последовательностям.

Сценарий жизни , ставший одной из центральных метафор его работ, был теоретической конструкцией. По словам Берна, каждый человек очень рано вырабатывает жизненный план, который он воплощает в жизнь компульсивным образом.Берн считал, что жизненный сценарий развивается очень рано под влиянием родителей (Berne, 1964; Stewart, 1992). Как экзистенциалист, Берн работал над тем, чтобы оправдать свободу воли ребенка в выборе собственного сценария независимо от того, как давление родителей или факторы окружающей среды формировали обстоятельства выбора вопреки детерминизму и отсутствию автономного самостоятельного выбора, подразумеваемого концепцией ребенка. имплантированный предсознательный и довербальный план. Берн указал несколько способов обнаружения ключей — оценки путем наблюдения, разыгрывает ли человек сценарий в любой данный момент.Игра в игры — ключ к разгадке; поза, голос и дыхание также могут служить подсказками (Steiner, 1974).

Несмотря на вклад психоаналитического мышления, ТА в основе своей является гуманистической / экзистенциальной психотерапией из-за ее особого акцента на человеческой деятельности и автономии. ТА ставит клиента в центр терапевтического процесса; Ответственность терапевта состоит в том, чтобы подтвердить способность и способность пациента узнавать о терапевтическом процессе и «демистифицировать» этот процесс, чтобы клиент пришел к осознанию того, как прошлое искажает отношения «здесь и сейчас».

Терапия повторного принятия решения

В книге «Изменение жизни с помощью терапии пересмотра решений» Мэри Голдинг написала:

Между 1965 и 1970 годами Фриц Перлз, Вирджиния Сатир, Эрик Берн, Боб Гулдинг и я жили в часе езды от другого. Мы были случайными сотрудниками, конкурентами, старыми, медленными методами психотерапии и психоанализа … Мы были в восторге от нашего собственного творчества. Каждый из нас хотел найти самый лучший метод лечения для большинства людей.

… В течение этого периода нашей дружбы с Эриком, Фрицем и Вирджинией мы с Бобом разрабатывали нашу собственную терапию, смесь теории ТА [транзактного анализа] Эрика с гештальт-работой Фрица и совместной семейной терапии Вирджинии, а также нашу собственную теорию и техники. (1979, стр. Xi)

Как Мэри отмечает выше, модель терапии пересмотра объединяет идеи и методы Эрика Берна, Фрица Перлза и Вирджинии Сатир. Семья Гулдингов взяла на вооружение основы теории ТА в своей работе.В чем они наиболее резко отличались от Берна, так это в том, что они акцентировали внимание на ранних решениях, которые принимает человек, которые поддерживают его жизненный сценарий. По мнению Гулдингса, этой проницательности было недостаточно, чтобы добиться изменений. Включение процесса изменения потребовало пересмотра раннего решения таким образом, чтобы это вызвало чувство и чувства, которые изначально сопровождали это решение. Они считали, что это наиболее эффективно достигается путем поощрения клиента найти и посетить раннюю сцену. Пересмотр решений часто делается на фоне ранней сцены.Ранние решения основаны на сценах из детства клиента; неважно, имели ли место сцены на самом деле или это убеждения клиента. (Goulding & Goulding, 1979).

Воспроизведение ранней сцены затрагивает эмоциональную память. Память ассоциативна, она связана с убегающими образами и фрагментами идей, которые психологически связаны. Воспоминания не возникают на пустом месте. Они генерируются, когда адаптационный опыт функционально согласуется с текущим событием. Большинство событий, с которыми взрослые сталкиваются каждый день, не новы, за исключением некоторых деталей.Каждый опыт может возобновить борьбу прошлого, которая так и не была разрешена. Связь зависит от гештальт-переживания эмоций и смысла. «Событие, вызывающее эмоции, такое как неудача, происходит и вызывает как аффективное состояние, так и набор соответствующих познаний … Познания, произведенные событием, затем непосредственно инициируют или семантически сигнализируют о других элементах долговременной памяти…» ( Rholes, Riskind, and Lane, 1987; цитируется по Lazarus, 1994, p. 307). Согласно Лазарусу, эмоциональная память всегда запускается основной темой отношений в настоящем, которая функционально связана с темой в памяти.Эмоции влияют на память и обучение (LeDoux, 1996; Sapolsky, 1998). Психоаналитическая теория вытеснения, гипотеза о вспышках памяти и закон Йеркса-Додсона (взаимодействие между сложностью задачи и возбуждением) свидетельствуют об интенсивности эмпирической памяти с повышенной эмоцией. Делая акцент на «здесь и сейчас» и выражении чувств, Gouldings нашли много полезных техник и идей от Фрица Перлза, которые поддержали их акцент на повторном вовлечении эмоций в раннюю сцену.

Хотя теория психотерапии Фрица Перлза является категорически гуманистической, ее называют гештальт-подходом. Гештальт-терапию часто путают с гештальт-психологией (Hunt, 1993). Гештальт-психология — это теория психологии; гештальт-терапия — это подход к психотерапии, основанный на ключевых концепциях гештальт-психологии, а также на идеях глубинной психологии и экзистенциализма. Гештальт-терапия, разработанная Фрицем Перлз в сотрудничестве с Лаурой Перлз, представляет собой интеграцию основных концепций гештальт-психологии, экзистенциальных трудов Бубера и Тиллиха и работ психоаналитиков Вильгельма Райха, Карен Хорни и Отто Ранка (Райс и Гринберг). , 1995).

Гештальт-терапия делает упор на осознание тела, непосредственный опыт, важность встречи и использование активных экспериментов. В отличие от теплоты и понимания, лежащих в основе клиентоориентированного подхода Роджерса, подход Перлза придает большое значение стимулированию опыта во время сеанса и поэтому может быть конфронтационным и / или директивным (Perls, 1988). Хорошо известная гештальт-техника, работа в двух или двух стульях, усиливает процесс повторного решения, выявляя проблему и усиливая у клиента чувство личной автономии (Lennox, 1997).

Вирджиния Сатир представляет собой эмпирический и высоко индивидуализированный метод, который подчеркивает систему или модели поведения в отношениях (Guerin & Dhabot, 1995). Сатир постоянно демонстрировал силу групповой поддержки роста и изменений, а также арену, на которой можно было бы исследовать транзакции.

В 1959 году Сатир организовал, возможно, первую официальную программу обучения семейной терапии. Герин и Шабо (1995) отмечают, что хотя Сатир не сосредотачивалась на теории, в ее работе есть фундаментальные предпосылки, основанные на гуманистической мысли и групповых стандартах Курта Левина (Розенбаум, Лакин и Робак, 1995).Сатир говорит о семье как о сбалансированной системе и стремится понять, какую цену каждый член семьи платит за поддержание этого баланса. Симптомы воспринимаются как препятствия на пути роста, которые поддерживают равновесие. Она подчеркивает, что здоровые семьи порождают индивидуальный рост, основанный на положительной самооценке, ясных и честных моделях общения и гибких правилах, по которым члены семьи взаимодействуют друг с другом. Она поощряет открытые семейные связи с обществом (Allen, 1994; Mikesell, Lusterman, & McDaniel, 1995).

Основы терапии пересмотра

Есть три фундаментальных предположения, которые основывают терапию пересмотра решения. Во-первых, люди входят в мир здоровыми и целостными. При соответствующем влиянии окружающей среды и взаимодействии они будут расти и процветать.

Во-вторых, когда человек переживает события или взаимодействия, вызывающие стресс, он или она, независимо от его или ее возраста, примет решение или построит представление о том, как лучше всего справиться. Именно эти решения могут привести к проблемному поведению.Решение, которое было успешно адаптировано в контексте детства, может не поддерживать потребности и желания взрослой жизни. Фактически, поведение, которое сыграло полезную роль в детстве, может стать неприятным и обреченным на провал (Goulding, 1997).

В-третьих, терапия повторного решения предполагает, что человек может ставить цели, воспроизводить критические ранние сцены и восстанавливать сознательный контроль над своей жизнью (Goulding & Goulding, 1979).

Модель пересмотра можно резюмировать следующими характеристиками (Lennox, 1997):

  1. Терапевтический союз с клиентом
  2. Совместная разработка терапевтом и клиентом цели лечения, называемая контрактом
  3. Акцент на силе и ответственности клиента посредством противодействия попыткам клиента обмануть себя
  4. Выявление негативного мышления и контрпродуктивного поведения
  5. Разъяснение межличностных и интрапсихических игр, поддерживающих симптомы
  6. Исследование решений в раннем детстве, чтобы заново испытать чувства, распознать родительские послания и узнать о детских сценариях
  7. Разрешение тупиковых ситуаций посредством пересмотра решений, повторного воспитания детей и усиления эго-состояния
  8. Закрепление нового и более здорового поведения и мыслей клиента

Как отметила Сатир, терапия пересмотра решения возникла из стремления быть эффективной и действенной.В терапии повторного решения главный вопрос: «Какие решения в раннем детстве создают проблемы сегодня?» хотя Боб Гулдинг в начале каждого сеанса формулировал это так: «Что бы вы хотели изменить в себе сегодня?» (Goulding & Goulding, 1979).

Для Гоулдингов пересмотр представляет собой начало. Человек обнаруживает свою способность быть независимым и переживает себя с энтузиазмом и энергией, глядя на мир, готовый практиковать изменения и готовый наслаждаться непрерывностью процесса.Лихи (1994) пишет:

К 1968 году движение хиппи и связанное с ним движение протеста против войны во Вьетнаме было на пике. Приближалась эпоха Водолея, эпоха скептицизма и цинизма … В психологии психологи-гуманисты воевали с культурой интеллекта, поддерживая и вдохновляя хиппи и их политическое крыло, йиппи, в то время как когнитивные психологи требовали Кунианская революция против Халла, Спенса и Скиннера. Но было ли в 1960-х годах что-то большее, чем звук и ярость? Нет.(стр. 314)

Люди, у которых была возможность пройти терапию пересмотра решений, и которые испытали и переживают волнение и глубокую природу того, что значит изменить свою жизнь, скорее всего, не согласятся.

Заключение

Разделение на разные школы мысли в первую очередь наводит на размышления. Отдельные практикующие врачи часто не придерживаются строго единой ориентации, а опытные клиницисты часто интегрируют различные подходы с позиций своей концептуальной модели.Мэри Гулдинг заявила, что терапевтическая задача состоит не в том, чтобы оценить достоверность детской сцены и найти «истину»; это помочь клиенту «оправиться от прошлого, реального и воображаемого, и перейти к полноценной жизни». (Гулдинг, 1997, стр. 87)

Все основные концептуальные подходы к психотерапии основаны на системе теоретических допущений и ценностей в контексте социального, политического и исторического климата. Каждая теория психологии представляет собой манифест о том, что значит быть человеком в мире.Каждая теория основана на отдельном наборе представлений о человеческом состоянии и отношениях человека с его или ее миром. Мишель пишет, что теория личности занимается не только индивидуальными различиями, но и «основными процессами адаптации, посредством которых люди взаимодействуют с условиями своей жизни» (Mischel, 1993, стр. 6; цитируется по Ehrenreich, 1997).

Интернализованные предположения и ценности о себе, других, агентстве, целях и контексте окрашивают перспективу как клиницистов.Они влияют на мнение врачей о своих клиентах, патологии, терапевтических методах и целях. Часть процесса для «терапевта как исследователя» — это постоянная проверка и сомнение в каждом предположении. Этот процесс никогда не прекращается. В той мере, в какой то, что люди читают, видят или слышат, бросает вызов их убеждениям и реальности, у них есть возможность расти, а именно этого Боб и Мэри Гулдинг хотели бы, чтобы они делали.

Список литературы

Аллен, Д. М. (1994). Семейно-системный подход к индивидуальной психотерапии . Нортвейл, Нью-Джерси: Джейсон Аронсон, Inc.

Этвуд, Г. Э., и Столоров, Р. Д. (1993). Лица в облаке . (2-е изд.). Нортвейл, Нью-Джерси: Джейсон Аронсон Inc.

Бейтман А. и Холмс Дж. (1995). Введение в психоанализ . Лондон: Рутледж.

Бенджамин-младший, Л. Т. (ред.). (1997). История психологии: первоисточники и современные исследования . Бостон, Массачусетс: Макгроу-Хилл.

Бергин А. Э. и Гарфилд С. Л. (1994). Справочник по психотерапии и изменению поведения . (4-е изд.). Нью-Йорк: Джон Уайли и сыновья.

Берн, Э. (1964). Игры, в которые играют люди: Основное руководство по транзакционному анализу . Нью-Йорк: Ballantine Books.

Бернштейн А. и Уорнер Г. М. (1993). Введение в современный психоанализ . Нью-Йорк: Джейсон Аронсон, Inc.

Брайман А. и Берджесс Р. Г. (ред.). (1994). Анализ качественных данных . Нью-Йорк: Рутледж.

Кларксон П. (1992). Трансактная аналитическая психотерапия: комплексный подход . Нью-Йорк: Тависток / Рутледж.

Кори, Г. (1996). Индивидуальный подход к консультированию и психотерапии . Пасифик Гроув, Калифорния: Издательство Brooks / Cole Publishing Company.

Кушман П. (1995). Психотерапия до 1992 года: исторически сложившаяся интерпретация. В Д.К. Фридхейме (ред.), История психотерапии: век перемен, (стр.21-64). Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Орел. (1984). Последние разработки в психоанализе . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.

Эренрайх, Дж. Х. (1997). Теория личности: случай интеллектуальной и социальной изоляции? Журнал личности, 13 (1), 33-44.

Айзенк, М. К., Марк Т. (1995). Когнитивная психология . (Третье изд.). Хоув, Восточный Сассекс: Lawrence Earlbaum Associates, Inc. Ltd.

Фишман, Д.Б. и Фрэнкс К. М. (1995). Эволюция и дифференциация в поведенческой терапии: теоретический и эпистемологический обзор. В Д. К. Фридхейме (ред.), История психотерапии: век перемен, (стр. 159–196). Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Фостер Р. П. (1996). Что такое мультикультурная перспектива психоанализа? В R. P. Foster, Moskowitz, Michael & Javier, Rafael Art. (Ред.), Достижение границ культуры и класса (стр.3-20). Нортвейл, Нью-Джерси: Джейсон Аронсон, Inc.

Фостер, Р. П., Московиц, М., и Хавьер, Р. А. (ред.). (1996). Преодолевая границы культуры и класса . Нортвейл, Нью-Джерси: Джейсон Аронсон, Inc.

Фрейд, С. (1996). Вводные лекции по психоанализу . Нью-Йорк: W. W. Norton & Company.

Гей П. (Ред.). (1989). Читатель Фрейда . Нью-Йорк: W.W. Norton & Company, Inc.

Гласс, К. Р., и Арнкофф, Д.Б. (1995). Поведенческая терапия. В Д. К. Фридхейме (ред.), История психотерапии: век перемен, (стр. 587-628). Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Гулдинг М. М. (1997). Детские сцены в терапии пересмотра. В C. Lennox (Ed.), Redecision Therapy (стр. 87-94). Нортвейл, Нью-Джерси: Джейсон Аронсон.

Гулдинг, М. М., и Гоулдинг, Р. Л. (1979). Изменение жизни с помощью терапии пересмотра . Нью-Йорк: Grove Press.

Герен, П.Дж., Младший, и Дхабот, Д. Р. (1995). Развитие теории семейных систем. В Д. К. Фридхейме (ред.), История психотерапии: век перемен, (стр. 225–260). Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Хондерих, Т. (Ред.). (1995). Оксфордский компаньон философии . Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.

Хамфрис, К. (1996). Клинические психологи как психотерапевты. Американский психолог, 51 (3), 190–197.

Хант, М.(1993). История психологии . Нью-Йорк: Даблдей.

Кенни, А. (1994). Оксфордская история западной философии . Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.

Лазарус Р. (1994). Прошлое и настоящее в эмоциях. В П. Экман и Р. Дж. Дэвидсон (ред.), Природа эмоции: фундаментальные вопросы (стр. 306-312). Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

Лихи, Т. Х. (1994). История современной психологии . (Второе издание изд.). Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Prentice Hall.

Леду Дж. (1996). Эмоциональный мозг . Нью-Йорк: Пробный камень.

Леннокс, К. Э. (Ред.). (1997). Терапия повторного принятия решений . Нортвейл, Нью-Джерси: Джейсон Аронсон.

Маркс, М. Х., & Кронан-Хилликс, В. А. (1987). Системы и теории в психологии . Нью-Йорк: McGraw-Hill, Inc.

Маслоу, А. Х. (1968). К психологии бытия . Нью-Йорк: Ван Ностранд Рейнхольд.

Маслоу, А.Х. (1971). Дальние границы человеческой природы . Нью-Йорк: Пингвин Аркана.

Mikesell, r. Х., Лустерман, Д.-Д., и МакДэниел, С.Х. (ред.). (1995). Интегрирующая семейная терапия: Справочник по семейной психологии и теории систем . Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Миллер Л. (1991). Мозг Фрейда . Нью-Йорк: Гилфорд Пресс.

Мишне, Дж. М. (1993). Эволюция и применение клинической теории: перспективы четырех психологии .Нью-Йорк: Свободная пресса.

Митчелл, С. А., и Блэк, М. Дж. (1995). Фрейд и не только: история современной психоаналитической мысли . Нью-Йорк: Основные книги.

Монте, К. Ф. (1994). Под маской: Введение в теории личности . (5-е изд.). Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон.

Московиц, М. (1996). Социальная совесть психоанализа. В R. P. Foster, Moskowitz, Michael & Javier, Rafael Art. (Ред.), Достижение границ культуры и класса (стр.3-20). Нортвейл, Нью-Джерси: Джейсон Аронсон, Inc.

Най Р. Д. (1996). Три психологии: перспективы Фрейда, Скиннера и Роджерса . Пасифик Гроув, Калифорния: Издательство Брукс / Коул.

О’Донохью, В. К., Леонард. (1995). Теории поведенческой терапии: изучение изменения поведения . Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Паттерсон, К. Х. и Уоткинс, К. Э. младший (1996). Теории психотерапии . Нью-Йорк: издатели колледжа ХарперКоллинз.

Перлз, Ф. (1988). Гештальт-терапия Дословно . Хайленд, Нью-Йорк: Гештальт-журнал.

Рендон, М. (1996). Психоанализ в историко-экономической перспективе. В R. P. Foster, Moskowitz, Michael & Javier, Rafael Art. (Ред.), Достижение границ культуры и класса (стр. 3-20). Нортвейл, Нью-Джерси: Джейсон Аронсон, Inc.

Райс, Л., и Гринберг, Л. С. (1995). Гуманистические подходы к психотерапии. В Д. К. Фридхейме (Ред.), История психотерапии: век перемен (стр. 197-224). Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Робинсон, Д. Н. (1995). Интеллектуальная история психологии . (3-е изд.). Мэдисон, Висконсин: Мэдисонский университет Press.

Роланд А. (1996). Насколько универсально психоаналитическое «Я»? В R. P. Foster, Moskowitz, Michael & Javier, Rafael Art. (Ред.), Достижение границ культуры и класса (стр. 3-20). Нортвейл, Нью-Джерси: Джейсон Аронсон, Inc.

Розенбаум М., Лакин М. и Робак Х. Б. (1995). Психотерапия в группах. В Д. К. Фридхейме (ред.), История психотерапии: век перемен, (стр. 695-724). Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Рот А. и Фонаги П. (1996). Что для кого работает? Критический обзор исследований психотерапии . Нью-Йорк: Гилфорд Пресс.

Сапольский Р. М. (1998). Почему у зебр не появляются язвы: обновленное руководство по стрессу, связанным со стрессом заболеваниям и борьбе с ними .Нью-Йорк: В. Х. Фриман и компания.

Штайнер, К. (1974). Сценарии, в которых живут люди: транзакционный анализ сценариев жизни . Нью-Йорк: Grove Books.

Стюарт И. (1992). Эрик Берн . Лондон: Sage Publications, Inc.

Ван Дорен, К. (1992). История знаний . Нью-Йорк: Ballantine Books.

Ванденбос, Г. Р., Каммингс, Н. А., и ДеЛеон, П. Х. (1995). Век психотерапии: влияние экономики и окружающей среды.В Д. К. Фридхейме (ред.), История психотерапии: век перемен, (стр. 65-102). Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация

.

.

(PDF) Принципы транзакционного анализа

ПРИНЦИПЫ

OF

ТРАНЗАКЦИОННЫЙ АНАЛИЗ

конкретная игра, как они считают нужным, так что они больше не

, вынуждаемые потребностями

,

Ребенок или

Ребенок Родитель должен начать это или согласиться с этим.

Поскольку разочарование в игре приводит к более или менее серьезному состоянию

, которое в транзакционном анализе

называется «отчаянием». Пациенты продолжат в группе

, если они смогут сыграть в свои

игр,

и

будут уходить, если они не могут. В последнем случае,

, это проблема терапевта, если другие пациенты

позволят ему, чтобы помочь новому пациенту перенести разочарование

, пока прерванная игра

может быть проанализирована

.

Другие распространенные игры: «Как я —

ing», «Uproar», «Alcoholic», «PTA». «Разве это не Aw-

ful?»

и «Schlemiel» Schlemiel предлагает убедительную, но опасную возможность увидеть, что произойдет, если

игра будет разбита. В этой игре один

, который «это», ломает вещи, проливает их и делает

разного рода беспорядков, и каждый раз говорит: «Я»

извините. Это оставляет неопытного человека

в затруднительном положении. беспомощное положение.Если

искушенный человек

говорит:

«Вы можете разбивать вещи и проливать все, что хотите,

, но, пожалуйста, не говорите« Мне очень жаль! », Игра

разбита и лежащая в основе враждебность

шлемиель, вероятно,

к

сильно выйдет на первый план.

На самом деле, разрушение этой игры — хороший способ

нажить врага. Возможно, в этот момент многие из

вы думаете о Стивене Поттере, но игры

, описанные здесь, более серьезны; и некоторые из них

, такие как «Алкоголик», со всеми его сложными правилами

, опубликованными различными спасательными организациями,

играются навсегда.

«Алкоголик» сложен, потому что в его полной форме

требует четырех игроков: преследователя,

спасателя, манекена или пэтси и того, кто

«оно». Тот факт, что люди, играющие в определенную игру

, потенциально могут играть любую из ролей в этой игре

, объясняет успех Анонимных Алкоголиков.

Эта организация лечит людей от пьянства,

, но не лечит их от игры в игру

«Алкоголик».Что происходит, так это то, что участник

переключается на роль спасателя в этой конкретной игре

вместо того, чтобы играть того, кто «он». Известно, что

, если возникает нехватка людей

для спасения, те, кто был «вылечен», скорее всего, вернутся к

, что на языке анализа игр

означает, что они снова переключаются на свое оригинал

ролей «оно» в алкогольной игре.

Игры обычно представляют собой сегменты более крупных,

более сложных наборов транзакций, называемых сценариями.

Сценарий — это попытка повторить в производной форме

, а не драму переноса, часто разбитую на действия,

точно так же, как театральные сценарии, которые интуитивно являются художественными производными этих первичных драм

детства. С функциональной точки зрения сценарий представляет собой сложный набор

транзакций, по своей природе повторяющихся, но не обязательно повторяющихся

, поскольку для полного выполнения

может потребоваться весь срок службы. Распространенный трагический сценарий

основан на спасительной фантазии женщины

, которая выходит замуж за одного алкоголика за другим.

Нарушение такого сценария приводит к отчаянию.

Так как магическое излечение мужа-алкоголика

, которое требует сценарий, не ожидается, результат развода

и женщина пытается снова. к большому счастью, если другие в составе

будут хорошо выбраны и удовлетворительно сыграют свои роли. Здесь нет времени углубляться в технические приемы анализа скриптов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *