Психическое развитие взрослого человека: Особенности развития личности в период ранней взрослости — Современные проблемы психологии личности: теория и практика …

Психическое развитие детей раннего возраста

К периоду раннего возраста относятся дети от года до трех лет. Ребенок растет, развивается.  Психическое развитие ребенка раннего возраста имеет свои особенности. Основными чертами характера этих деток являются  правдивость, искренность, открытость, эмоциональность. Малыш просто не умеет скрывать свои чувства, открыто выражает свое положительное или отрицательное отношение к чему-либо или к кому-либо. Настроение меняется быстро и часто, чувства, переживаемые ребенком противоречивы, непоследовательны и неустойчивы. Ребенок тонко чувствует эмоциональное состояние окружающих его людей. Ему свойственен  «эффект заражения», если рядом ребенок смеется, то и он будет смеяться, если кто-то начал изображать лошадку, то и этот ребенок будет делать то же самое.

 В раннем возрасте у ребенка возникает наглядно-действенное мышление и речь. Эти функции считаются важнейшими новообразованиями раннего возраста. У ребенка формируется активная речь, помогает этому процессу совместная деятельность с окружающими взрослыми. Другой стороной процесса становления речи является понимание смысла обращенной к малышу речи. Родителям или другим взрослым, окружающим ребенка в этот период, необходимо поощрять и стимулировать высказывания малыша. Не выполнять желания ребенка, показанные жестом, а ласково побуждать малыша заявить о своем желании. При этом ничего насильно происходить не должно. Речь на данном этапе становится  средством знакомства малыша с внешним миром, и как возможность для взрослого регулировать поведение малыша, направлять его деятельность.

            Еще в младенческом возрасте малыш научился некоторым манипуляциям с предметами, действиям, которые показали ему взрослые. Эти усвоенные манипуляции ребенок научился переносить на новые предметы, и даже самостоятельно освоил некоторые удачные действия. Переход малыша от младенческого возраста к возрасту раннего детства знаменуется возникновением  к миру предметов нового отношения. Теперь предметы для ребенка это уже не просто объекты, которыми можно манипулировать, но и вещи, которые имеют различные назначения, а также определенный способ употребления. И малышу становится интересно овладевать навыками действий с предметами, где взрослому человеку отводится роль помощника и наставника. Взрослые помогают малышу разобраться и усвоить назначение каждого предмета. Овладевая предметной деятельностью, малыш стремится узнать, для чего служит конкретный предмет и как его можно использовать. Для того, что бы деятельность с предметами развивала ребенка, нельзя перегружать окружающее пространство большим количеством игрушек.

 Психическое развитие ребенка раннего возраста в этот период различает 2 вида действий: соотносящиеся действия и орудийные действия. Цель соотносящихся действий состоит в установлении пространственных взаимоотношений между предметами: сборка матрешек или складывание пирамидки из колец. Орудийные действия, которые малыш постигает под руководством взрослого человека, помогают малышу понять принцип воздействия одного предмета на другой. Взрослый показывает малышу как лопаткой можно копать песок, как пить из чашки, как пользоваться карандашом и так далее. За второй год жизни малыши постигают большинство предметных действий. При этом с развитием деятельности малыши развиваются и интеллектуально. Предметные действия ребенка наиболее полно отображают степень обучения и развитие малыша в этот период.

 Ближе к трем годам у малыша зарождаются другие виды деятельности. Малыш учится играть, постигает продуктивные виды деятельности, то есть, учится рисовать, лепить и конструировать. Психическое развитие ребенка раннего возраста предполагает усвоение предметной игры, когда малыш умело использует в игре разные предметы, и постепенный его переход к сюжетно-отобразительной игре. При этом малыш воспроизводит в своих играх наблюдения за окружающим миром. Чаще воспроизводятся действия, наблюдаемые у конкретного взрослого, в основном, одного из родителей. При этом он соглашается, когда слышит: «Ты делаешь это, как мама и как папа». Все этапы развития дают предпосылки сюжетно-ролевых игр ребенка, когда он переименовывает предметы, отождествляет себя со взрослыми в игре, и может называть себя другим именем.

 Значение при развитии психики малыша имеет и формирование сенсорики. Особенно в первые годы жизни она довольно сильно влияет на мышление и умственное развитие малыша. И если сначала представления о цвете и форме предметов у детишек связаны с каким-либо предметом, например мячик – круглый или трава – зеленая, то постепенно знания обобщаются, превращаясь в обобщенные эталоны, формы, цвета или размера.

 Особенности психического развития ребенка раннего возраста таковы, что, он уже к  2-3 годам способен различать до восьми цветов — красный, желтый, зеленый, фиолетовый, черный, белый, оранжевый. Также ребенок способен отличать несколько геометрических фигур — прямоугольник, квадрат, круг, овал, треугольник.

 К концу периода раннего возраста начинается постепенная сепарация ребенка от матери. Родителям важно осознавать, что их дитя это самостоятельная личность,  уважать и считаться с собственным ребенком. Необходимо давать определенную самостоятельность малышу и право выбора, заботясь при этом о безопасности малыша. При мудром поведении родителей кризис трех лет пройдет довольно мягко.

 В этом возрастном периоде малыш познает мир при помощи метода проб и ошибок, отсюда такая любовь к разбиранию игрушек, ругать ребенка за это не следует.

 Для психического развития  ребенка раннего возраста характерна непроизвольность восприятия, внимания и памяти. Поэтому родителям надо учитывать, что сразу, моментально ребенок не может перестать что-то делать, или произвести сразу несколько действий. Для сохранения спокойствия, ощущения безопасности и уверенности малыша, одним из условий является соблюдение режима дня, то есть четкая ритмичность, повторяемость и систематичность жизни ребенка.

  Список литературы.

1. Кулагина И.Ю. Возрастная психология. (Развитие ребенка от рождения до 17 лет). – М.,1996.

2. Мухина В.С. Возрастная психология: феноменология развития, детство, отрочество. – М., 1997.

3. Немов Р.С. Психология: Учеб. для студентов высш. пед. учеб. заведений: В 3 кн. – М., 1994. – Кн.2.

4. Хрестоматия по детской психологии / Под ред. Г.В. Бурменской. – М., 1996.

5. Шаповаленко И.В. Возрастная психология (Психология развития и возрастная психология). — М.: Гардарики, 2005.

 

Чем определяется психическое развитие человека?

Периодизация психического развития — ключевой вопрос психологии развития и психологической науки в целом. Упорядочение имеющихся фактов и закономерностей психических явлений и процессов предполагает открытие всеобщих законов психики, ее становления в фило- и онтогенезе.

В науке широко известна периодизация химических элементов Д. И. Менделеева, которая отражает универсальный закон естествознания. Периодизация Д.И. Менделеева не только упорядочила знания о химических элементах на основе универсального закона, но и прогнозировала открытие новых, в то время еще не описанных элементов, с предполагаемыми характеристиками. Этот пример иллюстрирует то значение, которое играет периодизация в науке. Вероятно, периодизации отражают степень зрелости той или иной науки. Психология как относительно молодая наука ищет пути решения проблемы периодизации психического развития. Однако непротиворечивого общего решения этого фундаментального вопроса еще нет. Рассмотрим вопросы и проблемы периодизации психического развития, а также варианты их решения.

Развитие человека представляет непрерывную динамику изменений. Эти изменения особенно очевидны при сравнении младенца, школьника, взрослого человека и старика. Развитие человека от момента образования зародыша будущей жизни до его смерти называется онтогенезом (от греч. онто — сущее + генез — развитие). Термин «онтогенез» был введен немецким биологом Э. Геккелем. Много веков существует загадка появления сознания, эмоциональных переживаний, творческих взлетов, сложного внутреннего мира у человека, который при рождении так хрупок, беспомощен и лишен возможности заявить о своих переживаниях и нуждах.

Психология всегда рассматривала проблему психического развития как одну из центральных. Ответ на вопрос, как возникает психика, что определяет ее развитие, определяет и  теоретический, и практический фундамент психологии.

Еще в русле философских концепций высказывались противоположные взгляды на природу психики, в которых противопоставлялись биологические и социальные, врожденные и приобретенные, внутренние й внешние причины становления психики.

Современная психология развития отказалась от подхода к природе развития психики в терминах «или биологическое, или средовое (социальное, культурное)» в пользу понимания важности и того и другого факторов в психическом развитии. Современная психология рассматривает и изучает взаимодействие биологических (генетических) и социокультурных (средовых) факторов как неразрывных звеньев процесса психического развития. Однако перед психологией стоит задача раскрыть представления о единстве генетических и средовых факторов в психическом развитии человека.

Генетические и средовые факторы в психическом развитии человека. Новая область психологии — психогенетика — интенсивно изучает этот вопрос. Ею уже получены существенные данные о роли генетических и средовых факторов в развитии интеллекта человека, некоторых заболеваниях (например, алкоголизм, аутизм), ведутся интенсивные исследования в области развития темперамента и личности человека.

Психогенетика сравнивает развитие людей с одинаковым набором генов, как у однояйцевых близнецов (монозиготных — МЗ) и сходным только наполовину, как у разнояйцевых (дизиготных — ДЗ) близнецов. Другим методом исследования является сопоставление приемных детей с их биологическими родителями и усыновителями.

Два вопроса психологии развития адресованы генетическим исследованиям: изменяется ли наследуемость в процессе развития и как генетические факторы распределены на разных возрастных отрезках? Когда оцениваются эффекты наследуемости, важным является представление о том, возрастает ли роль наследственности в процессе жизненного цикла либо она становится менее значительна. Большинство людей и даже специалистов, профессионально занимающихся проблемой развития, ответят, что роль наследственности в жизни человека уменьшается с возрастом. Кажется, что жизненные события, образование, работа и другой опыт аккумулируются в течение жизни. Это предполагает, что окружающая среда, особенности образа жизни оказывают возрастающее влияние на фенотипические различия, что с необходимостью ведет к уменьшению роли наследуемости. Наследуемость большинству людей представляется раз и навсегда заданной, а генетические эффекты неизменными от начала жизни до ее конца.

Данные, полученные в исследованиях генетики поведения, дают прямо противоположные ответы на сформулированные выше вопросы. Важность генетических факторов возрастает в течение жизни, особенно для общей когнитивной способности. Например, лонгитюдное исследование (прослеживающее развитие одних и тех же людей на протяжении определенного времени) приемных детей в Колорадском проекте (Colorado Adoption Project) представило данные об общей когнитивной способности (интеллекте) в диапазоне от младенчества до подросткового возраста. Корреляции между биологическими родителями и их родными детьми, которые живут от них отдельно, увеличиваются на 0,18 — у младенцев, 0,20 — у 10-летних детей и 0,30 — у подростков. Корреляции между приемными родителями и приемными детьми равнялись 0. Данные означают, что фамильная среда не так важна для общей когнитивной способности.

Различие между МЗ и ДЗ увеличивалось особенно сильно во взрослом возрасте. Значение наследуемости МЗ близнецов, выросших раздельно, оценивалось на уровне 75 % по сумме пяти исследований. Недавнее изучение близнецов, выросших вместе и врозь, в возрасте 60 лет, в рамках шведского проекта (Swedish Adoption-Twin Study of Ageing), показало наследуемость на уровне 80 %. Это означает, что различия между людьми по интеллектуальному развитию на 80 % обусловлены действием генов.

Другим важнейшим фактом для понимания природы психического развития являются данные об уменьшении значения общей среды в развитии. Мировая литература по близнецам указывает, что общая среда становится незначительной для интеллекта во взрослом возрасте, тогда как ее вклад в индивидуальные различия в детстве оценивается на уровне 25 %.

Ответ на второй вопрос «Постоянна ли величина генетического влияния в процессе развития?» анализируется в области психогенетики при помощи лонгитюдных исследований. Психогенетические исследования показали, что влияние генетических и средовых факторов неравномерно представлено как в различных аспектах психического развития, так и по своей интенсивности в течение жизни человека. Так, можно выделить два важных переходных периода генетических влияний в развитии интеллекта: это переход от младенчества к раннему детству и от раннего детства к младшему школьному возрасту. Во всех теориях когнитивного развития эти периоды считаются важнейшими.

Данные психологии развития и психогенетики указывают на то, что генетические и средовые факторы определяют становление человека. Большой вклад наследственности в интеллектуальное развитие является результатом того, что активизированы все генетические программы, тогда как незначительность генетического влияния на раннем этапе развития интеллекта указывает на то, что для реализации потенциала человека среда (а значит, и возможности, и формы обучения, и родители, и общество) должна максимально способствовать реализации генетических возможностей ребенка.ар к изменению курса, и он попадет в более глубокую впадину, которую труднее преодолеть, чем мелкую. Эта метафора иллюстрирует тот факт, что существует естественный путь, по которому может пойти развитие. Существует также и разная чувствительность к влияниям среды. Ограничения развития обозначаются термином канализация (движете по строго ограниченному пути). Канализация является тем процессом, который гарантирует некоторые аспекты развития, например то, что мы имеем две руки и две ноги. Но и в этом случае могут быть сбои, что приводит к изменениям даже тех аспектов развития, которые кажутся нам универсальными и неизменными. Иногда дети рождаются с различными нарушениями, отсутствием конечностей, тогда процесс развития серьезно отклоняется. Промежутки между впадинами эпигенетического ландшафта могут быть представлены как критические точки в развитии, в которых процесс развития будет приобретать некоторые конкретные формы в зависимости от установленных факторов среды и времени. Переходы между соединяющимися впадинами могут отражать процесс развития между основными изменениями. Склон впадины показывает скорость процесса развития: неглубокие впадины отражают относительно устойчивые состояния, а крутые впадины отражают периоды быстрых изменений и переходы от одного способа организации к другому. При переходах влияния среды могут иметь более серьезные последствия, но те же самые события могут и не иметь последствий в других точках эпигенетического ландшафта. Метафора эпигенетического ландшафта иллюстрирует важный принцип развития. Он заключается в том, что один и тот же результат может быть достигнут разными путями. Этот принцип «завершающего равенства» объясняет, что развитие может быть более медленным или быстрым, может сопровождаться кризисами или более плавными переходами, так как у разных индивидов оно идет различными путями.

Системогенез как механизм непрерывности в генетико-средовом континууме. Преемственность, непрерывность развития обеспечивается разновременностью, гетерохронностью генезиса. Различные Длительность, скорость, темп развития разных систем создают необходимое адаптивное их объединение на разных уровнях становления в такую интеграцию, где высокоразвитые системы в сочетании с развивающимися порождают взаимодействие стабильных и динамических звеньев развития. Причем разновременность, гетерохронность наблюдается на биохимическом уровне, в общесоматическом, половом, функциональном, нервно-психическом развитии. В наибольшей степени разновременность выражена в психическом развитии человека. Не только отдельные функции, но даже их различные свойства и характеристики Могут находиться в разных фазах за счет неодинаковой скорости, темпов развития. Именно многообразие темпов создает чрезвычайно сложную, разнородную во временном отношении картину развития. Эта закономерность универсальна. П.К.Анохин определял гетерохронность как закономерность эмбриогенеза функциональных систем. В целом его концепция эмбриогенеза позволяет понять многие особенности эволюционного процесса, рассогласование в развитии разных сторон человеческой психики.

Идея гетерохронии разрабатывалась в биологии давно, начиная с Геккеля. Наиболее полная характеристика роли гетерохронии в жизни животных дается в работах А.Н. Северцова. Он указывал, что гетерохронии, появляющиеся в филогенезе, должны быть полезны и для эмбриона, и для взрослого человека. Нам представляется, что это положение справедливо для всех уровней развития человека.

Гетерохрония развития — первый принцип теории системогенеза П. К. Анохина, имеющей важнейшее значение для понимания механизмов эволюции поведения, психического развития человека.

Второй принцип системогенеза — консолидация функциональной системы. Он означает, что онтогенетическое созревание отдельных функциональных систем независимо от созревания целого органа связано с необходимостью их использования в первую очередь. Так, задолго до функциональной зрелости плечевой и туловищной мускулатуры мышца предплечья приобретает ведущее значение у эмбриона человека, что позволяет осуществлять спастическое удержание предмета сжатыми пальцами (хватательный рефлекс).

Третий принцип — минимальное обеспечение функциональной системы. Эта закономерность заключается в том, что функциональная система становится в какой-то степени полноценной задолго до того, как ее звенья получают окончательное оформление и дефинитивное состояние. Функциональная система благодаря этому приобретает приспособительную роль, благодаря чему она окончательно созревает.

Эти основополагающие принципы имеют значение для понимания механизмов адаптации, пластичности, континуальности поведения. Если окончательное созревание происходит при функциональном взаимодействии организма со средой, то понятно, что, говоря о процессах созревания, нельзя иметь в виду только внутренне детерминированный процесс. Это всегда взаимодействие заданного и данного в среде. Чем сложнее форма поведения, чем сложнее функция, тем дольше история становления, тем сложнее формы взаимодействия организма с внешним миром. Теория системогенеза вскрывает механизмы, принципы такого взаимодействия. В полной мере это относится и к психическому развитию человека. Принципы системогенеза: гетерохронии, консолидации, минимального обеспечения функций — дают ключ к пониманию высокой пластичности, преемственности в развитии человека, широких возможностей компенсации дефектов развития. Гетерохронное развитие, его конкретные проявления в отдельные периоды жизни оказываются связанными с общей стратегией становления человека как индивида.

На это обстоятельство указывал Б. Г. Ананьев. В гетерохронии различных систем человека он видел источники развития. Внутренние и внешние противоречия при взаимодействии индивида с миром и являются движущей силой развития. На различных этапах системогенеза происходит изменение «удельного веса» внутренних и внешних детерминант развития, что находит свое выражение в своеобразии становления уровней психического развития.

Однако обобщенные перспективные разработки системно-эволюционного подхода не дают ответов на конкретные вопросы: как, когда и какие внутренние и внешние факторы детерминируют развитие, как осуществляется многоуровневое и многокачественное взаимодействие? Некоторые данные могут быть получены при анализе сензитивных периодов развития.

Нормы нервно-психического развития — Официальный сайт ГКУЗ ДРС № 1 МЗ КК

Возраст Анализатор Проявление
10 дней Аз Удерживает в поле зрения движущийся предмет.
  Ас Вздрагивает и мигает при резком звуке.
18-20 дней Аз Удерживает в поле зрения неподвижный предмет.
  Ас Успокаивается при сильном звуке.
1 месяц Аз Сосредотачивает взгляд на неподвижном предмете, появляется плавное прослеживание движущихся предметов.
  Ас Прислушивается к звуку и голосу взрослого.
  Э Первая улыбка в ответ на разговор.
  До Лёжа на животе, пытается поднять голову.
  Ра Произносит отдельные звуки.
2 месяца Аз Длительное зрительное сосредоточение.
  Ас Ищущие повороты головы при длительном звуке.
  Э Быстро отвечает улыбкой на разговор взрослого.
  До Лёжа на животе, поднимает и некоторое время удерживает голову.
  Ра Повторно произносит отдельные звуки.
3 месяца Аз Зрительное сосредоточение в вертикальном положении, на лице говорящего с ним взрослого.
  Э Комплекс «оживления» в ответ на игрушки.
  До Лежит на животе, удерживая голову, опирается на предплечья. Высоко подняв голову, крепко упирается ногами при поддержке подмышками.
  Др Случайно наталкивается руками на игрушки, низко висящие над грудью.
4 месяца   Аз Узнаёт мать, радуется.
    Ас Находит глазами невидимый источник звука.
    Э Громко смеётся в ответ на общение.
    ДР Рассматривает, захватывает и раскачивает висящую игрушку.
    Ра Гулит.
    Н Придерживает грудь матери или бутылочку.
5 месяцев   Аз Отличает близких людей от чужих по внешнему виду (по-разному реагирует на лицо знакомого и незнакомого взрослого).
    Ас Узнаёт голос матери, различает строгую и ласковую интонацию обращенной речи.
    Э Радуется ребёнку, берёт у него из рук игрушку, гулит.
  Др Чётко берёт игрушку из рук взрослого, удерживает в руке игрушку.
  До Долго лежит на животе, подняв корпус и опираясь на ладони выпрямленных рук. Переворачивается со спины на живот.Ровно, устойчиво стоит при поддержке подмышки.
    Ра Подолгу певуче гулит.
    Н Ест с ложки полугустую и густую пишу.
6 месяцев   Ас По — разному реагирует на своё и чужое имя.
    ДР Уверенно берёт игрушки, находясь в любом положении, подолгу занимается с ними, перекладывает из одной руки в другую.
    До Переворачивается с живота на спину. Передвигается, переставляя руки или немного подползая.
    Ра Произносит отдельные слоги, начало лепета.
    Н Ест с ложки, снимает пищу губами.
7 месяцев   Др Игрушкой стучит, размахивает, перекладывает, бросает её и др.
    До Хорошо ползает (много, быстро, в разных направлениях).
    Рп На вопрос «где?» ищет и находит взглядом предмет, неоднократно называемый, постоянно находящийся в определённом месте.
    Ра Подолгу лепечет, произносит одни и те же слоги.
    Н Пьёт из чашки, которую держит взрослый.
8 месяцев Э Смотрит на действие другого ребёнка и смеётся или лепечет.
Др Игрушками занимается долго и разнообразно действует ими в зависимости от их свойств. Подражает действиям взрослого с игрушками (толкает, стучит, вынимает, и др.).
  До Сам садится, сидит и ложится. Придерживаясь руками за барьер, сам встаёт, стоит и опускается. Переступает боком, держась за барьер.
  Рп На вопрос «где?» находит несколько (2-3) предметов на постоянных местах. По слову взрослого выполняет разученные ранее действия (без показа), например, «ладушки», «дай ручку» и др.
  Ра громко, чётко, повторно произносит различные слоги.
  Н Ест корочку хлеба, которую сам держит в руке. Пьёт из чашки, которую держит взрослый.
9 месяцев Ас Плясовые движения под плясовую музыку.
  Э Догоняет ребенка, ползет ему на встречу. Подражает действиям, движениям другого ребёнка.
  ДР С предметами действует по — разному, в зависимости от их свойств (катает, вынимает, открывает, гремит, нажимает и другое).
До Переходит от одного предмета к другому, слегка придерживаясь за них рукой.
  Рп На вопрос «где?» находит взглядом несколько знакомых предметов в разных местах, независимо от их постоянного месторасположения. Знает своё имя — оборачивается на зов.
  Ра Подражает взрослому, повторяет за ним новые слоги, которые уже есть в его лепете.
  Н Хорошо пьёт из чашки, слегка придерживая её руками. Формируется навык опрятности (спокойно относится к высаживанию на горшок).
10 месяцев Э Действует рядом с ребенком или играет одной игрушкой с ним.
ДР Самостоятельно или по просьбе взрослого выполняет с игрушками различные действия.
  До Входит на невысокую поверхность или «горку», держась за перила и сходит с неё. Идет вперед с поддержкой за обе руки.
  Рп По просьбе «дай» находит и даёт знакомые предметы. При заигрывании с ним («прятки», «догоню-догоню») выполняет разученные действия и движения.
  Ра Подражает взрослому, повторяет за ним новые слоги, которых нет в его лепете.
  Н Закрепляются умения, приобретенные в 9 месяцев.
11 месяцев Э Радуется приходу детей. Избирательное отношение к детям.
  ДР Овладевает навыками и разученными действиями, выполняет их по просьбе взрослого.
  До Стоит самостоятельно. Делает первые самостоятельные шаги.
Рп По словесной инструкции выполняет различные действия, не подсказанные предметами /водит куклу/. Появляется первое общение в понимаемой речи, /по просьбе взрослого находит и даёт куклу, которую видит среди игрушек/.
  Ра Произносит первые слова — обозначения «ав-ав», «кис-кис», «дай».
  Н Умение и навыки закрепляются.
12 месяцев Аз Различает предметы по форме — кубик, кирпичик. Узнает на фотографии знакомых.
  Э Протягивает другому ребёнку и отдаёт игрушку, сопровождая её лепетом, смехом. Ищет игрушку, спрятанную другим ребёнком.
  Др Самостоятельно выполняет различные действия с игрушками. Переносит действия, разученные с одним предметом на другой.
До Ходит самостоятельно.
Рп Понимает названия предметов, имена взрослых, отдельные поручения. Понимает «нельзя».
  Ра Произносит 5-10 облегченных слов, легко подражает новым слогам.
  Н Самостоятельно пьёт из чашки.
1год 3 мес. С Играя, различает два разных по величине предмета, например, два куба.
  Др Умеет воспроизводить в игре разученные действия /кормит куклу, собирает пирамиду/.
  До Ходит длительно, меняет положение / присядет, наклонится/.
  Рп Значительно увеличился запас понимаемых слов.
  Ра Пользуется лепетом и облегченным словом / «дай», «мама», «никак», «бах»/.
  Н Самостоятельно ест густую кашу ложкой.
1год 6 мес. С Из предметов разной формы /3-4/ к предлагаемому образцу и слову, подбирает такой же формы, /например, к кубику — кубик/.
  Др Умеет воспроизводить часто наблюдаемые в жизни действия /причесывает, умывает куклу/.
  До Движения более координированные — перешагивает через препятствия приставным шагом, /, например, через папку, лежащую на полу/.
  Рп Находит по слову среди нескольких внешне сходных предметов два одинаковых по значению, но разных по цвету и величине.
  Ра В удивлении, радости или сильной заинтересованности называет предмет.
  Н Самостоятельно ест жидкую пищу ложкой.
1год 9 мес. С Играя, различает три разных по величине предмета (например, 3 куба).
  До Умеет ходить по поверхности шириной 15-20 см на высоте от пола 15-20 см.
  Др Строит «ворота», «скамейку», «домик».
  Ра Пользуется двухсловными предложениями.
  Рп Отвечает на вопросы взрослого при рассматривании сюжетных картинок.
  Н Умеет частично раздеваться с небольшой помощью, взрослого.
2 года С По предлагаемому образцу и просьбе взрослого находит предмет того же цвета.
  До Перешагивает через препятствие чередующимся шагом.
  Др В игре воспроизводит ряд логических связанных действий. Например, куклу, купает, вытирает.
  Ра Пользуется 2-3 словными предложениями при общении с взрослыми, употребляя прилагательные и местоимения.
Рп Понимает короткий рассказ о событиях, знакомых ребёнку из его личного опыта.
Н Умеет частично одевать одежду с небольшой помощью взрослого.
2 года 6 мес. С Подбирает по образцу разнообразные предметы четырёх цветов /красный, синий, жёлтый, зелёный/.
  До Перешагивает через палку или веревку, горизонтально приподнятую над полом на 20-28 см.
  Др В игре действует взаимосвязано, последовательно (кормит куклу, укладывает спать, гуляет).
  Ра Строит предложение из трех и более слов. Появляются вопросы где? куда?
  Н Самостоятельно одевается, но ещё не умеет застёгивать пуговицы и завязывать шнурки.
3 года С Называет 4 основных цвета.
  До Перешагивает через палку или веревку, горизонтально приподнятую над полом на 30-35 см.
  Игры В играх исполняет роль. Например: играя с куклой, говорит: мама, доктор.
  Ра Употребляет сложные предложения. Появляются вопросы почему? когда?
  Н Одевается самостоятельно с небольшой помощью взрослого, застёгивает пуговицы, завязывает шнурки.
4 года Мышление, речь. Умеет группировать предметы по классам: мебель, посуда, одежда, животные, птица и др.
  Моторика. Умеет подпрыгивать одновременно на двух ногах, на месте и продвигаясь вперёд. Всегда или иногда сам застёгивает пуговицы, завязывает шнурки.
  Внимание и память Внимателен, собран. Стихи, соответствующие возрасту, запоминает быстро, прочно или медленно, после многих повторений, но в целом успешно.
  Социальные контакты. Умеет играть с другими детьми и, соблюдая правила игры.
  Психика Без отклонений.
5 лет Мышление Умеет составить по картинке рассказ из нескольких предложений. Правильно отвечает на вопрос, как герой попал в данную ситуацию.
  Моторика Умеет прыгать на месте на одной ноге и подвигаться вперёд. Одевается и раздевается самостоятельно всегда или почти всегда.
  Внимание память Внимателен, собран. Стихи, соответствующие возрасту, запоминает быстро, прочно или медленно, после многих повторений, но в целом успешно.
  Социальные контакты. Умеет играть с другими детьми и, соблюдая правила игры.
  Психика Без отклонений.

§ 4. Стадии развития взрослого человека

Периодизаций возрастного развития довольно много. Наиболее детально разработанными и содержательными яв­ляются периодизации развития в детстве и отрочестве. Это не случайно. Первый этап в жизненном цикле человека -истоки, время становления и психических функций, и личностных образований; он очень значим в генетическом плане и хорошо изучен. В зрелости уже не будет качествен­ных изменений («метаморфоз») в развитии психологичес­ких процессов: взрослый человек имеет творческое мыш­ление, произвольную смысловую память, произвольное внимание, развитые формы речи, включая письменную, и т.д. Отдельные их показатели колеблются в том или ином диапазоне, но таких существенных сдвигов, как в дет­стве, в зрелости не наблюдается.

О личности детские психологи говорят, начиная с дош­кольного возраста. Формирование мотивационной сферы, самосознания, ценностных ориентации и др. прослежива­ется на протяжении младшего школьного и подросткового возрастов. По окончании отрочества начинается стабили­зация личностного развития, хотя в юности именно в этом плане могут происходить существенные изменения.

Таким образом, психическое развитие ребенка и под­ростка интенсивно и охватывает все сферы. Оно имеет об­щие закономерности, прежде всего потому, что условия жизни в это время однотипны. В семье, детском саду и школе осваиваются основные нормы поведения и отношений со взрослыми и сверстниками, наиболее важные виды дея­тельности — непосредственно-эмоциональное общение с матерью, манипулирование предметами, игра, учение.

Американские психологи рассматривают влияние на развитие личности трех типов факторов — нормативного возрастного, нормативного исторического и ненорматив­ного. Как видно на рис. 1.12, возрастные изменения в пси­хике для всех максимальны в детстве, минимальны в юности и зрелости; роль нормативного возрастного фактора не­сколько повышается в старости. Исторические условия (эко­номический подъем или спад, война, революция, полити­ческая стабильность и т.д.) отражаются на развитии лично­сти наиболее сильно в юности. Для детей, которые не виде­ли в своей жизни ничего другого, и для пожилых людей, мировоззренческие взгляды и ценности которых давно сло­жились и мало зависят от обстоятельств, этот фактор мало­значим. И наконец, неуклонно повышается с возрастом роль ненормативных факторов — индивидуальных условий жиз­ни, достижения или недостижения конкретным человеком поставленных целей, важнейших событий, таких, как обре­тение любви, рождение ребенка, утрата близкого человека, тяжелая болезнь и т.п.

Рис. 1.12. Роль нормативных и ненормативных факторов в раз­витии личности (по Г. Крайг):

——— — нормативные возрастные факторы;

─ ─ ─ — нормативные исторические факторы;

– ∙ – ∙ – — ненормативные факторы

В детстве и отрочестве развитие зависит от нормативных возрастных факторов и подчиняется общим закономернос­тям. Возрастные периоды вследствие этого имеют определен­ное содержание и достаточно четкие временные границы.

Возрастные периоды, приходящиеся на середину и ко­нец жизненного цикла, охарактеризовать труднее: с возра­стом увеличиваются индивидуально-типические различия. Развитие личности на каждом этапе зрелости зависит от жизненного замысла и его реализации, «дорог, которые мы выбираем». Менее определенными становятся, наряду с содержанием, и границы периодов. Анализируя развитие зрелой личности, следует исходить не столько из общих закономерностей, сколько из вариантов развития.

В то же время существуют периодизации развития взрос­лого человека. В них отражены представления, иногда совер­шенно различные, о целостном жизненном пути, решаемых задачах, переживаниях и кризисах. Возрастные рамки перио­дов чаще всего определяются следующим образом. Граница юности и молодости устанавливается около 20—23 лет, мо­лодости и зрелости — 28—30 лет, иногда ее отодвигают до 35 лет, граница зрелости и старости — примерно 60—70 лет. В некоторых периодизациях выделяется дряхлость. Последнюю границу жизни особенно трудно определить. По современ­ным статистическим данным, в развитых западных странах это 84 года у женщин и 77 лет у мужчин. Но индивидуальные различия настолько велики, что некоторые долгожители про­длевают последний возрастной период до 100 и более лет.

Наиболее известной и признанной в мировой психоло­гии является периодизация Э. Эриксона, охватывающая весь жизненный цикл. Она представлена в следующей главе.

Приведем в качестве примера две различные периодиза­ции развития зрелой личности Ш. Бюлер и Р. Гаулда, Д. Левинсона, Д. Вейланта.

Выделяя пять фаз жизненного цикла человека, Ш. Бю­лер делает акцент на зрелости — времени расцвета; после 50 лет начинается старение, окрашивающее жизнь в мрач­ные тона.

Возраст

Психологическое содержание возрастного периода

1.До 16-20 лет

2. От 16-20 до 25—30 лет

3. От 25-30 до 45—50 лет

4. От 45-50 до 65—70 лет

5. После 65-70 лет

Нет семьи, профессии, жизненного пути

Предварительное самоопределение, выбор супруга

Зрелость: собственная семья, призвание, постановка конкретных жизненных целей и самореализация

Стареющий человек переживает трудный возраст душевного кризиса. В конце периода нет ни самоопределения, ни постановки жизненных целей

Старый человек теряет социальные связи. Бесцельное существование, обращенность к прошлому, пассивное ожидание смерти, самозавершенность

Более оптимистична периодизация американских психо­логов Р. Гаулда, Д. Левинсона, Д. Вейланта. Во взрослой жиз­ни человека они подчеркивают два кризиса — 30 и 40 лет; в остальное время, в том числе и в старости, наступает душев­ное равновесие.

Возраст

Психологическое содержание возрастного периода

  1. 16—22 года

2. 23-28 лет

3. 29—32 года

4. 33-39 лет

5. 40—42 года

6. 43—50 лет

7. После 50 лет

Время взросления, стремление к самостоя­тельности, неопределенность. Уход из роди­тельского дома

Осознание себя как взрослого человека с его правами и обязанностями, сформированность представлений о своей будущей жизни, работе. Встреча со спутником жизни, заклю­чение брака

Переходный период: прежние представления о жизни оказываются не совсем верными. Иногда жизнь строится заново

«Буря и натиск», как бы возврат отрочества. Семейное счастье часто теряет свое очарова­ние, все силы вкладываются в работу, достигнутое кажется недостаточным

Взрыв в середине жизни: впечатление, что жизнь проходит зря, молодость утрачена

Новое равновесие. Привязанность к семье

Семейная жизнь, успехи детей — источник постоянного удовлетворения. Вопросы о смысле жизни, ценности сделанного

В отечественной психологии, по сравнению с западной, проблеме периодизации развития зрелой личности уделя­лось меньше внимания; интерес к ней повысился в после­днее время.

В периодизации В.Ф. Моргуна 10 этапов.

Возраст

Психологическое содержание возрастного периода

  1. Юность (18-23 года)

2. Молодость (24-30 лет)

3. Переход к расцвету (около 30 лет)

4. Расцвет (31 -40 лет)

5. Переход к зрелости

(около 40 лет)

6. Зрелость (40-55 лет)

7. Кризис 50-55 лет

8. Пожилой возраст

(55-75 лет)

9. Старческий возраст

(75-90 лет)

10. Долгожительство (свыше 90 лет)

Порог взрослой жизни; поиски своего места в обществе. Личностное и профессиональное самоопределение

Выработка индивидуальности, осознание нереальности юношеских мечтаний. Более конкретные представления о будущей жизни. Встреча с будущим супругом, брак, переход к «оседлости». Специализация в выбранной профессии

Кризис, если недостаточно благополучно прошла эпоха самоопределения

Время высокой работоспособности и отдачи. Человек, приобретая богатый жизненный опыт, становится полноценным специалистом и семьянином, впервые серьезно задумывается над вопросом: «Что остается людям?»

Кризис, возможность личностных сдвигов, если на предыдущем этапе не было целенаправленной работы по самосовершенствованию

Вершина жизненного пути личности. Достижение профессионального мастерства, положения в обществе, стремление передать свой опыт другим

Осознание возрастных перестроек, начала физиологического старения, что приводит или к пессимизму, или к изменению образа жизни, постановке новых целей

Продолжение творческой активности, передача накопленного жизненного опыта, общение

Психологическая перестройка в связи с уходом на пенсию смягчается сохранением широкого круга друзей, включением в посильные виды деятельности, выполнением функций бабушки или дедушки

Адаптация к новой ситуации благодаря использованию имеющегося опыта, включению многих приспособительных систем, в том числе на уровне личности

Более подробно содержательная сторона периодизаций развития зрелой личности представлена у А.В. Толстых и Г.С. Абрамовой. К положениям А.В. Толстых, не давшего жестких рамок возрастных периодов, мы будем обращать­ся в IIIразделе книги. Укажем возрастные границы по Г.С. Абрамовой.

Юность — 18—22 года

Взросление — 23—30 лет

Переходный возраст — 30—33 года

Зрелость — 36—50 лет

Пожилой возраст — 51—65 лет

Старость — старше 65 лет

Московский региональный социально-экономический институт (г. Видное)

Шифр специальности: 19.00.13 Психология развития, акмеология.

Формула специальности: Содержанием специальности 19.00.13 – «Психология развития, акмеология» в области психологических, педагогических наук является исследование процессов развития и формирования психики людей на разных ступенях их жизненного цикла (от пренатального периода, возраста новорожденности до зрелости, старения и старости). Это развитие протекает при тех или иных внешних и внутренних условиях (условиях среды, наследственности, накопленного опыта, целенаправленных или случайных воздействий и подобного). Поскольку специфически человеческое развитие и функционирование психики не происходит вне процессов общения и вне тех или иных организационных структур (начиная от детско-родительских отношений и кончая деловыми взаимодействиями в бригаде хирургов или в государственной службе), указанного рода социальные явления закономерно оказываются в зоне внимания исследователей. Один из аспектов данной специализации — изучение культурно-исторического развития психики, сравнительное изучение развития психики в разных культурах, развитие психики в антропогенезе и сравнительное изучение биологического и исторического развития психики. Психическое развитие в детстве вносит хотя и не очевидные, но очень существенные (иногда непоправимые) вклады в становление взрослого человека. А период взрослости явно значим для существования общества. В связи с этим концентрация сил на комплексном изучении именно взрослых (прежде всего, со стороны анализа условий их наивысших достижений в деятельности) имеет место в акмеологии (греч. «акме» — «цветущая сила», «вершина»). Если в исследовании преобладает констатирующий подход (установление фактов, закономерностей), оно может быть отнесено к психологическим наукам; если выражен нормативно-ценностный, проектировочный, формирующий подход, работа может быть отнесена к наукам педагогическим. Это различение является не строгим и отдается на усмотрение диссертационных советов. Объектом исследования и формирования в любом случае являются специфически человеческие особенности психической регуляции активности индивидуальных и групповых субъектов в зависимости от закономерного влияния разнообразных факторов на тех или иных стадиях соответствующего развития.

Область исследования:Общие направления акмеологии и традиционной психологии развития

  1. Методологический, историко-научный анализ понятий «развитие», «рост», «изменение», «созревание», «возраст» (биологический, хронологический, социальный, психологический и подобн), «норма и аномалия развития», «нормативное и девиантное (непутевое) развитие», «движущие силы и источники психического развития человека на разных ступенях жизненного цикла», «возрастные кризисы развития», «гетерохронность (неравномерность) развития», «развивающее образование» и других понятий, входящих в категориальный строй данной специализации (и употребляемых ниже).
  2. Историко-научный анализ фактов и понятий, характеризующих «детство», «юность», «молодость», «зрелость», «старость» и более детальные периоды этих составляющих жизненного цикла. Проблема соотношения биологической и социально-исторической обусловленности указанных явлений.
  3. Вопросы соотношения возрастного и функционального развития (в связи с разными деятельностями и на разных возрастных ступенях). Функциональное развитие — улучшение возможностей продуктивной деятельности за счет освоения (на данной возрастной ступени) новых форм опыта, умений, знаний.
  4. Стратегии и методы исследования развития индивидуальных и групповых субъектов активности, развития человека как индивида, личности, субъекта продуктивной деятельности в той или иной социально значимой области (включая изучение представителей разнотипных профессиональных общностей, кросс-культурные подходы и сравнительное изучение развития в норме и патологии).
  5. Своеобразие психики человека (как индивида, члена группы, личности, субъекта деятельности) на разных стадиях жизненного цикла. Качественное и количественное своеобразие общностей людей, организаций на разных ступенях их развития (прежде всего, в аспекте возникновения благоприятных или противодействующих условий для наивысших социально значимых достижений).
  6. Движущие силы, источники развития и пути формирования субъектов деятельности (индивидуальных и групповых, в частности управленческих команд).
  7. Развитие возможностей функционирования субъектов (индивидуальных и групповых) за счет усвоения ими общественного опыта, действий, образов, понятий. Профилактика, коррекция и оптимизация развития индивидуальных и групповых субъектов деятельности на основе возможностей научения, обучения, воспитания, специальных формирующих методик («техник», «технологий»). Направления психологии развития психики до периода взрослости.
  8. Вопросы оснований периодизации психического развития в онтогенезе человека, в становлении групповых субъектов деятельности.
  9. Особенности психического развития человека в пренатальном периоде и младенчестве (в связи с такими факторами, как изменение образа жизни, особенности мозга, высшей нервной деятельности, особенности социальной ситуации развития, формирование потребности в общении, развитие сенсорных процессов и движений, подготовительный период в развитии речи и т.п). Кризис новорожденного (проявления, учет его особенностей в обращении с детьми).
  10. Особенности психического развития человека в раннем возрасте (в связи с усложнением видов деятельности и форм общения, возникновением предметно-орудийной деятельности с ее стадиями; возникновением игры и ее своеобразием в данном возрасте; развитием социальных привязанностей, ранних форм наглядно-действенного мышления, эмоций и высших чувств, личности — проявлений образа Я и др). Кризис трех лет (причины, проявления, пути разрешения).
  11. Особенности психического развития человека в дошкольном возрасте (в связи с такими проявлениями и факторами, как общение со взрослыми и сверстниками, возникновение детского коллектива и его роль в развитии личности, тип семейного воспитания или отсутствие семьи, возникновение сюжетно-ролевой игры и других видов деятельности — изобразительной, конструктивной и др). Дальнейшее развитие мышления, речи, памяти, потребностей и мотивов (в частности новых социальных), личности в целом. Особенности самооценки, Я-концепции, полоролевой идентификации в этом возрасте. Условия усвоения дошкольником нравственных норм и особенности формирования нравственных чувств, этических эталонов и соответствующей самооценки. Условия и особенности развития у дошкольников представлений (знаний) о мире труда взрослых. Начальные проявления особенностей дошкольника как субъекта труда (способность выполнять полезные, продуктивные действия по обязательному заданию).
  12. Особенности психического развития человека в младшем школьном возрасте. Структура и закономерности формирования учебной деятельности. Формы совместной со сверстниками деятельности, их значение для психического развития. Адаптация ребенка к школе как освоение новой социальной ситуации.
  13. Причины школьной дезадаптации младших школьников и пути ее преодоления. Динамика отношения к учению на протяжении этого возраста. Место и значение других видов деятельности в психическом развитии (игра, спорт, занятия художественной деятельностью, посильные формы труда и подобное).
  14. Социальная жизнь младшего школьника (дружба, особенности общения со сверстниками и старшими; явления кооперации, соревнования, конфликтов в группах, индивидуальные и половые различия в общении со сверстниками)
  15. Возрастные возможности и особенности усвоения учебного материала в начальной школе. Обучение как источник умственного развития. Формирование основ научного мышления, восприятия, внимания, памяти, воображения. Осознание и произвольность познавательных процессов. Особенности развития речи в данном возрасте при разных вариантах обучения.
  16. Рефлексия, анализ, планирование действий как важные новообразования младшего школьного возраста. Развитие личности, особенности Я-концепции, самооценки младшего школьника. Развитие эмоционально-волевых процессов и качеств, особенности усвоения моральных норм, понятий, правил поведения.
  17. Особенности психического развития в подростковом возрасте. Половое созревание, гетерохронность физического и социального развития подростка.
  18. Развитие познавательных мотивов, процессов познания, избирательного отношения к учебным предметам у подростков. Значение других (внеучебных) видов деятельности для психического развития. Развитие формально-операционального интеллекта, все большей осознанности, произвольности познания.
  19. Формирование личности подростка. Преобразования телесного образа Я (возможность возникновения страхов в связи с неудовлетворительной оценкой своих телесных качеств — синдром дисморфофобии). Формирование направленности личности подростка. Развитие нравственных убеждений, моральных суждений. Обострение потребности в личностноориентированном общении, особенности развития чувств и воли подростка. Формирование характера.
  20. Значение и роль общественных, культурных установлений, общения со сверстниками и старшими в социализации подростка. Индивидуальные и половые различия в темпе и других особенностях психического развития подростков. Особенности дружбы подростков в связи с половыми различиями. Объединения подростков как своеобразное моделирование отношений взрослых членов общества. Чувство взрослости, специфическая форма самосознания подростка как важное новообразование данного возраста. Типы взаимоотношений подростков и взрослых. Особенности воспитательно-учебной работы с подростками.
  21. Типы акцентуаций характера в подростковом возрасте и их учет в работе с детьми. Психологические предпосылки перехода к возрасту юности.
  22. Особенности психического развития человека в юношеском возрасте. Формирование профессиональной направленности и процессы профессионального самоопределения как новообразования возраста юности. Психологические факторы и условия решения задачи проектирования профессионального жизненного пути (его «старта»), выбора профессии.
  23. Направленность на самовоспитание и самообразование, возрастание способности к саморегуляции. Развитие отвлеченного мышления в разных его проявлениях. Формирование индивидуального стиля мышления, умственной работы.
  24. Особенности общения и принадлежности к группе в возрасте юности. Значение и роль «молодежных субкультур» для психического развития. Любовь и дружба, мечты, идеалы в возрасте юности и их значение для психического развития. Сексуальное поведение и профилактика его нарушений.
  25. Развитие мировоззрения, морального сознания, правосознания, политических убеждений, общественных, эстетических норм. Причины девиантного, асоциального поведения и пути их предупреждения. Особенности воспитательно-учебной работы с девушками и юношами. Основные направления и проблемы акмеологии (как комплексной науки в условиях наивысших достижений взрослого человека в разных аспектах его жизни).
  26. Особенности психического развития человека в зрелом возрасте. Проблема критериев взрослости и ее периодов.
  27. Молодость как начальный период взрослости. Направленность на формирование устойчивой структуры жизни. Принятие социальной ответственности, прав и обязанностей, овладение профессией и начало профессиональной деятельности. Поиск и выбор спутника жизни, вступление в брак, формирование материнской, отцовской позиции, воспитание детей, формирование образа и стиля жизни, круга общения (психологические составляющие указанных процессов и обстоятельств на материале разнотипных жизненных путей).
  28. Проблема разработки и усвоения алгоритмов продуктивного решения профессиональных задач и путей овладения мастерством, профессиональной культурой (в разных профессиях и на разных ступенях взрослости).
  29. Переход к средней зрелости и возможность переживания кризиса, обусловленного расхождением сложившейся мечты с реально складывающимся образом жизни (примерно в 30 лет). Возможность переживания чувства утраты жизни, ограниченности времени жизни и т. п. Личностно-смысловая перестройка, изменение жизненных планов, образа жизни и другие тактики как возможные пути выхода из кризиса (на материале разнотипных профессионалов).
  30. Факторы расцвета творческой активности и профессиональной деятельности. Обострение потребности передачи своего опыта другим. Обострение потребности в значительных достижениях и социальном признании. Повышение чувствительности к общественным оценкам. Активное обдумывание, планирование и построение вариантов профессионального роста, продвижения (карьеры).
  31. Проблема достижения (в разных областях приложения сил) профессионализма как высшей ступени развития взрослого человека. Внешние и внутрисубъектные условия, факторы становления профессионального мастерства.
  32. Вопросы самопознания, саморегуляции, самосозидания человека как профессионала.
  33. Проблемы создания средств программно-целевого моделирования и прогнозирования профессиональной деятельности.
  34. Проблемы адаптации к периоду взрослости и создания диагностических и коррекционных методов, средств (в частности средств компьютеризованных), обеспечивающих оценку и совершенствование готовности индивидуальных, групповых субъектов к профессиональному обучению, профессиональной деятельности, а также обеспечивающие отслеживание процессов профессиональной адаптации и профессионального роста кадров.
  35. Проблема инвариантных психологических особенностей, характеризующих, с одной стороны, успешных профессионалов и неуспешных – с другой.
  36. Проблемы развивающих методов, стимулирующих самопознание, самокоррекцию профессионалов, их рефлексивную саморегуляцию, самоорганизацию, проявления творчества.
  37. Вопросы обеспечения интенсификации профессионального самостановления и саморазвития средствами деловых, имитационных, организационно-деятельностных игр (в разных профессиях и на разных ступенях взрослости).
  38. Проблема средств (в частности компьютеризованных), обеспечивающих раскрытие творческих возможностей, интенсификацию эвристического мышления и других ценных качеств, развитие профессиональной культуры.
  39. Анализ перехода к основной зрелости (около 40 лет) и возможных кризисов развития. (происходит изменение восприятия временной перспективы. Возникают признаки снижения физических возможностей, переживания утраты молодости. Перестраивается иерархия мотивов, идет смысловая перестройка coзнания. Возрастает потребность в продуктивном самовыражении. Возникают и другие новообразования психики. Идет приспособление к изменениям в организме).
  40. Особенности профессиональной, социальной активности в зрелом возрасте. Проблема одиночества и его следствий для психического развития. Проблема развития познавательных процессов в зрелом возрасте. Возможности обучения. Соотношение стабильности и изменений личности в зрелости. Проблемы и направления психологии, относящиеся к периоду старения и старости.
  41. Анализ возможного кризиса 50-55 лет в связи с изменением социальной ситуации и возрастными сдвигами в организме. Проблема биологических и социальных факторов старения. Историческая относительность представлений о старении и старости. Роль психологических факторов в процессе старения. Возрастные изменения психических функций и возможности их компенсации.
  42. Вопросы профилактики старения, принятия и освоения новых социальных ролей, адаптации к потере физических возможностей, подведения итогов жизни, развития личностной позиции в отношении ухода из жизни. Проблема участия в полезной деятельности , ее значение для сохранения жизнедеятельности, самоуважения, самостоятельности, обеспечения долголетия. Значение общественных интересов для формирования деятельной позиции в старости.
  43. Условия возникновения жизненной мудрости как личностного новообразования. Возможные исходы из кризиса между личностной интеграцией и тенденциями распада. Особенности общения и межличностных отношений в старости. Проблема одиночества; компенсаторные механизмы в период старения и старости. Проблема психологической помощи престарелым и безнадежно больным людям. Культурные традиции отношения к смерти и достойного ухода из жизни.
  44. Проблема соотношения и нежесткой связи, с одной стороны, календарного возраста и наивысших достижений человека в деятельности – с другой.
  45. Проблемы изучения и описания различных видов профессиональной деятельности (с включением в эти модели психологических составляющих — сведений о целях, мотивах, внешних и внутренних средствах действий и деятельности, а также характеристик условий и путей достижения совершенства в работе).
  46. Проблемы выработки новых стратегий смены профессий, непрерывного профессионального образования, внедрения психологических акмеологических знаний в практику.
  47. Теория и практика создания психологических, акмеологических служб, ориентированных на оптимизацию психического развития человека на разных стадиях этого процесса. Проблемы и направления, связанные с подготовкой специалистов в области психологии развития, акмеологии.
  48. Требования к специалистам. Проблема общих и специальных знаний, умений, навыков, личностных качеств, общих и специальных способностей, необходимых современному работнику.
  49. Вопросы обмена (взаимообогащения) опытом, аттестации и повышения квалификации соответствующих кадров, а также траекторий индивидуального профессионального и личностного развития специалистов, работающих в данной области.

Отрасли наук:

  • психологические науки,
  • педагогические науки.

кандидатского экзамена по специальности

19.00.13 — «Психология развития, акмеология» по педагогическим и психологическим наукам

Введение

Программа кандидатского экзамена по специальности 19.00.13 психология, развития, акмеология (психологические науки) направлена на проверку умений аспирантов и соискателей ученой степени кандидата наук обобщать и систематизировать накопленные современной психологией и смежными науками знания о психическом и профессиональном развитии человека, ориентироваться в различных подходах, теориях и методах психолого-акмеологического обеспечения диагностики, коррекции, активизации и консультирования тех аспектов развития, учет которых важен для оптимизации жизнедеятельности человека и, в особенности, его профессионально значимых качеств. Программа кандидатского экзамена по специальности 19.00.13 психология, развития, акмеология (педагогические науки) направлена на проверку знаний направленных на рассмотрение специфики развития во взаимосвязи с другими педагогическими дисциплинами и со смежными науками о человеке и обществе (в особенности, с психологией развития и акмеологией), анализ ее истории, предмета, методов, структуры и роли в научно-педагогическом обеспечении развития человека в образовательных системах, а также характеристика педагогики развития государственных служащих в профессиональном образовании с применением инновационных рефлексивно-игровых акмеолого-педагогических технологий.

  • 1. Введение в психологию развития
  • 1.1. Место психологии развития в системе психологических наук. Возможна ли научная психология, абстрагирующаяся от процессов развития? Развитие человеческой психики: специфика процессов развития по отношению к иным процессам (изменение, созревание) в живой и неживой природе. Специфика развития психики по сравнению с органическим развитием. Специфика психического развития человека по сравнению с психическим развитием животных.
  • 1.2. Проблемное поле исследований психического равзития человека. Функционально-генетические процессы и возрастное развитие. Развитие и процессы учения и обучения. Психология развития, возрастная психология, детская психология.
  • 1.3. Стратегии и методы исследования психического развития. Естествнно-научная и культурно-историческая парадигмы в исследовании психического развития. Нормативная и индивидуальная траектории психического развития. Взаимосвязь методов и теории в изучении психического развития человека. Основные направления теоретических и экспериментальных исследований в современной психологии развития. Прикладная психология развития: достижения и проблемы.
  • 1.4. Законномерности психического развития человека в онтогенезе, особенности психических процессов и личности на различных стадиях жизненного цикла от рождения и до завершения жизненного пути. Соротношение биологического, хронологического, социального и психологического возраста. Кризисы психического развития.
  • 1.5. Психология фукнционального развития. Понимание функционального развития как развития (спонтанного) психических функций (по Б.Г.Ананьеву) и трактовка категории «Функциональное развитие» как развития возможностей функционирования субъекта, приобретаемых за счет усвоения им конкретных форм общественного опыта и заключающегося в формировании новых для данного субъекта действий, образов и понятий (по А.В.Запорожцу). Фукцнионально-генетический подход, основанный на психологичсекой доктрине П.Я.Гальперина. Стратегия и тактика практического использования фукцнионально-генетического знания.
  • 2. Проблема условий и движущих сил психического развития в онтогенезе
  • 2.1.Проблема условий и движущих сил психического развития в зарубежной психологии
  • 2.1.1. Критика биогенетического подхода к закономерностям психического развития ребенка. Концепция рекапитуляции (Г.С.Холл, Д.Болдуин). Проблема связи исторического и индивидуального в развитии. Закон повторяемости форм развития. Критика теории рекапитуляции (Л.С.Выготский, С.Л.Рубинштейн).
  • 2.1.2. Факторный подход в понимании движущих сил психического развития в онтогенезе. Противоположность нативизма и эмпиризма в решении вопроса о роли наследственности и среды (опыта) в развитии ребенка. Теория преформизма. Биологическое созревание как процесс, детерминирующий последовательность и содержание стадий развития. Теория трех ступеней К.Бюлера. Нормативный подход к развитию психики ребенка. Закон затухания темпа психического развития (А.Гезелл, А.Бине, Л.Термен). Проблема психического развития ребенка в структурной психологии (Коффка). Современные варианты ьелоий биологического созревания (Н.Хомский, Д.Хебб). Проблема соотношения морфологического созревания и функции в зарубежной и отечественной психологии.
  • 2.1.3. Роль среды и научения в психическом развитии ребенка в эмпиризме. Понимание процесса развития как адаптации и приспособления организма к окружающей среде. Классический ассоцианизм (Д.Докк, Д.Гартли) о роли Среды и опыта в развитии. Теория “чистой доски”. Проблема развития поведения в бихевиоризме и необихевиоризме (Д.Уотсон, Э.Торндайк, К. Халл, Б.Скиннер). Законы научения и законы развития. Роль среды в психическом развитии. Эволюция теории социального научения и основные направления экспериментальных исследований (Н.Миллер, Д.Доллард, Р.Сирс, А.Бандура, Р.Уолтерс, Д.Гевирц, У.Бронфенбреннер).
  • 2.1.4. Теория конвергенции двух факторов в психическом развитии ребенка В.Штерна. Близнецовый метод в решении вопроса о роли наследственности и среды. Современное состояние проблемы соотношения наследственности и среды, биологического и социального в психике человека.
  • 2.1.5. Проблема движущих сил психического развития ребенка в психоанализе (З.Фрейд). Стадии психосексуального развития ребенка. Психоанализ детства (М.Клейн, А.Фрейд, Д.Винникотт, М.Малер). Защитные механизмы личности. Проблема развития личности в исследованиях А.Адлера, К.Г.Юнга, К.Хорни.
  • 2.1.6. Конструктивистский подход к пониманию психического развития ребенка. Концепция интеллектуального развития ребенка Ж.Пиаже. Клинический метод в ранних исследованиях Ж.Пиаже по изучению содержания и формы детской мысли. Характеристика стадий развития мышления ребенка в ранних работах Ж.Пиаже. Эгоцентрическая речь и эгоцентрическое мышление. Критика феномена эгоцентрической речи Л.С.Выготского. Гипотеза Л.С.Выготского о природе, генезисе и судьбе эгоцентрической речи. Современные исследования феномена эгоцентрической речи. Учение Э.Пиаже об эгоцентрической позиции ребенка. Развитие операционального интеллекта в концепции Пиаже. Стадии интеллектуального развития, их характеристика. Феномен сохранения. Социальные фаторы развития интеллекта. Роль социальных взаимодействия в развитии интеллекта (А.Перре-Клермон). Теоретическая и экспериментальная критика концепции Ж.Пиаже (Дж.Брунер, М.Дональдсон, Д.Б.Эльконин, П.Я.Гальперин, А.В.Запорожец, Л.Ф.Обухова).
  • 2.1.7. Социо-культурный подход в исследовании развития (У.Бронфенбреннер, М.Коул) Всевозрастной подход П.Балтеса. Концепция психического развития ребенка А.Валлона.
  • 2.1.8. Основные понятия и стадии психосоциального развития в эпигенетической концепции Э.Эриксона. Ритуализация как форма преодоления психосоциальных жизненных кризисов личности.
  • 2.2. Проблема движущих сил психического развития ребенка в отечественной психологии
  • 2.2.1. Концепция культурно-исторического равзития психики человека Л.С.Выготского. Учение о предмете и методе исследования развития. Понятие психологического возраста как единицы анализа развития. Психологические новообразования как особый тип строения личности и ее деятельности, впервые возникающие на данной стадии развития. Динамика психического равзития как чередование стабильных (литических — П.П.Блонский) и критических (кризисов) периодов развития. Возрастные кризисы, их характеристика и значение.
  • 2.2.2. Понятие высших психических функций. Специфика психического равзития человека в онтогенезе. Закон развития высших психических функций и его теоретическое значение. Роль среды в психическом развитии. Проблема обучения в развитии ребенка. Понятие “зоны ближайшего развития”, его теоретическое и практическое значение. Проблема сензитивных периодов. Учение о системном и смысловом строении сознания. Теоретическое и практическое значение культурно-исторической концепции Л.С.Выготского для возрастной психологии.
  • 2.2.3. Принцип социально-исторической обучсловленности психики человека. Понятие о “социальном наследовании” как специфически человеческой форме фиксации видового опыта. Проблема движущих сил психического развития ребенка в современной отечественной психологии. Роль осмысленной предметной деятельности в психическом развитии ребенка. Зависимость развития от содержания и структуры деятельности (А.Н.Леонтьев, С.Л.Рубинштейн). Понятие ведущей деятельности (А.Н.Леонтьев, Д.Б.Эльконин). Психическая деятельность как продукт интериоризации внешней предметной деятельности субъекта (А.Н.Леонтьев, П.Я.Гальперин, А.В.Запорожец). Понятие условий психического развития. Роль общения в психическом развитии ребенка. Проблема генезиса и равзития форм общения в онтогенезе (М.И.Лисина). Понятие источников психического развития. Связь содержания обучения и психического равзития (Д.Б.Эльконин, В.В.Давыдов). Проблемное обучение и развитие мышления ребенка. Теория планомерного формирования умственных действий и понятий П.Я.Гальперина. Типы учения, их связь с психическим развитием ребенка. Проблема соотношения обучения, созревания и равзития в современной психологии.
  • 3. Проблема периодизации психического развития в онтогенезе Проблема возраста и возрастной периодизации психического развития. Социально-исторический характер длительности детства, возникновения и последовательности отдельных периодов детства. Проблема акселерации (ускорения) психического развития. Амплификация психического развития, как наиболее полное использование потенциала развития каждой возрастной стадии (А.В.Запорожец). Прерывность — непрерывность характера психического развития в жизненном цикле человека. Проблема периодизации психического развития в трудах Л.С.Выготского. Значение кризисов в психическом развитии ребенка. Проблема периодизаии в зарубежной психологии (А.Гезелл, С.Холл, К.Бюлер, З.Фрейд, Э.Эриксон, А.Валлон, Ж.Пиаже). Задачи развития как основание построения периодизации психического развития в онтогенезе (Р.Хевигхерст). Проблема периодизации развития в зрелом возрасте (Д.Бромлей, Д.Левинсон, Э.Эриксон, Б. и Ф.Ньюмен). Проблема периодизации психического развития в трудах Д.Б.Эльконина. Закон периодичности развития. Современное состояние проблемы периодизации психического развития в отечественной психологии и ее перспективы.
  • 4. Факторы риска в психическом развитии ребенка Анализ основных источников факторов риска и механизмов их действия. Классификация видов факторов риска. Биологические, социальные и психологические факторы риска. Возрастной принцип анализа действия факторов риска. Факторы риска однократного и хронического действия. Механизмы противодействия факторам риска и факторы психологической устойчивости. Нормативные и отклоняющиеся условия развития. Уязвимость развивающихся систем на ранних этапах онтогенеза. Факторы риска, действующие в период формирования центральной нервной системы. Влияние ранней стимуляции и активного опыта на формирование фукцниональных систем, сензитивные и критические периоды развития. Факторы риска, связанные с низким социо-экономическим статусом семьи. Неправильное воспитание и нарушение детско-родительских отношений как фактор высокого риска развития личности ребенка. Роль личностных особенностей родителей. Современная онтогенетика поведения о роли генетических предпосылок в психическом развитиии ребенка и генетических факторах риска. Хроногенетический принцип. Тератология поведения и изучения вредных влияний среды на развивающиеся системы. Факторы риска и факторы психологической устойчивости на разных возрастных этапах онтогенеза.
  • 5. Психическое развитие ребенка в различные возрастные периоды
  • 5.1. Переход от пренатального к постнатальному детству. Физическое развитие в пренатальный период. Стадии развития. Генетические процессы. Чувствительность плода. Характер реагирования. Средовые воздействия в пренатальный период развития. Внешние воздействия, стимулирующие развитие. Проблема субъектности плода. Возможности научения. Особенности материнской позиции в пренатальный период развития ребенка. Зарождение эмоционального отношения к ребенку. Дискуссионные проблемы: есть ли психика у эмбриона. Возможно ли пренатальное воспитание и пр.
  • 5.2. Период новорожденности Реактивность новорожденного. Особенности материнской позиции. Возникновение материнской привязанности. Влияние индивидуальных особенностей ребенка на становление эмоциональному отношения к нему близкого взрослого. Безусловные и ранние условные рефлексы. Переход от новорожденности к младенчеству. Комплекс «оживления».
  • 5.3. Младенчество Социальная ситуация психического развития ребенка в младенческом возрасте. Ее динамика. Ведущий тип деятельности в младенческом возрасте и его развитие. Феномен госпитализма. Возникновение и развитие психических процессов у младенца. Формирование потребностив общении. Развитие сенсорных процессов и их связь с моторикой. Опережающее развитие ориентировочной деятельности. Возникновение акта хватания. Его значение для психического развития младенца. Развитие движений и поз. Подготовительные стадии в развитии речи. Возникновение интеллекта. Основные новообразвоания младенчества. Характеристика кризиса первого года жизни. Особенности автономной речи ребенка.
  • 5.4. Психология раннего возраста Социальная ситуация развития ребенка в раннем возрасте. Предметно-орудийная деятельность – ведущий тип деятельности в раннем возрасте. Логика развития предметных действий в раннем возрасте. Качественное отличие орудий человека и вспомогательных средств животных. Динамика совместной деятельности ребенка и взрослого по поводу предметов. Овладение речью как орудием совместной деятельности ребенка и взрослого по поводу предметов. Закономерности развития речи в раннем возрасте. Модели привязанности (М. Эйнсворт), условия формирования различных вариантов привязанности, их значение для психического развития ребенка. Эффекты сепарации ребенка от родителей и близких взрослых (Д. Боулби). Предпосылки возникновения сюжетно-ролевой игры. Общая характеристика психологических особенностей ребенка раннего возраста. Развитие восприятия, памяти, мышления в раннем возрасте. Возникновение стремления к самостоятельности. Характеристика кризиса трех лет.
  • 5.5. Психология дошкольного возраста Социальная ситуация развития ребенка в дошкольном возрасте. Особенности развития форм общения со взрослым (М. И. Лисина) и со сверстниками. Сюжетно-ролевая игра как ведущая деятельность дошкольного возраста. Теории детской игры. Социально-историческое происхождение, структура и функции игры. Основные закономерности развития игровой деятельности. Значение игры для психического развития ребенка. Другие виды деятельности дошкольника: изобразительная деятельность, восприятие сказки, элементарный труд и учение. Их роль в развитии психических процессов и лчиности ребенка. Развитие психических процессов у дошкольников. Развитие памяти, мышления и речи в дошкольном возрасте. Проблема сенсорного воспитания. Формирование умственных действий и понятий в дошкольном возрасте. Наглядно-образное мышление как основное новообразование дошкольного возраста. Развитие логическогт мышления. Овладение понятием «сохранения» как показатель перехода ребенка на конкретно-операциональную стадию развития интеллекта. Развитие функций и форм речи в дошкольном возрасте. Основные психологические новообразования, характеризующие границу дошкольного и малдшего школьного возраста: мировоззрение, самосознание, появление этических и эстетических оценок, соподчинение мотивов, возникновение произвольного поведения. Характеристика кризиса семи лет. Симптом потери непосредственности.
  • 5.6. Психология младшего школьного возраста Социальная ситуация развития ребенка в младшем школьном возрасте. Проблема психологической готовности к школьному обучению. Основные показатели психологической готовности ребенка к школе. Проблема адаптации ребенка к школе. Учебная деятельность как ведущая деятельность младшего школьника. Структура и общие закономерности формирования учебной деятельности (Д. Б. Эльконин). Диагностика сформированности учебной деятельности. Значение содержания и организации учебной деятельности для психического развития младшего школьника. Проблема обучения и психического развития в младшем школьном возрасте. Теория планомерного формирования умственных действий и понятий и ее значение для оптимизации учебной деятельности (П. Я. Гальперин). Основные психологические новообразования младшего школьного возраста. Учебная деятельность и развитие личности в младшем школьном возрасте. Проблема перехода от младшего школьного к подростковому возрасту.
  • 6. Психология подросткового возраста и юности
  • 6.1. Подростковый возраст Понятие взросления и его культурно-исторические аспекты. Проблема «кризиса» подросткового возраста в отечественной и зарубежной психологии. «Задачи развития» в подростковом возрасте как выражение биологических, психологических и социальных аспектов взросления. Социальная ситуация развития в подростковом возрасте как «источник» возникновения важнейших новообразований. Интеллектуальные и личностные новообразования подросткового возраста. Самосознание как важнейшее новообразование подростка. Основные стратегии решения задач развития в подростковом возрасте. Специфика защитных механизмов в подростковом возрасте. Подростковая группа как источник и условие возникновения важнейших новообразований подросткового возраста. Понятия «психическая телесность» и «Мы-сознание» подростка. Становление идентичности как важнейшее итоговое новообразование подросткового возраста. Модели индивидуальной и групповой психологической помощи подросткам при возникновении проблем взросления.
  • 6.2. Юношеский возраст Юность и юношество в исторической перспективе: рассмотрение этого возраста как социального явления, имеющего свою субкультуру (контркультуру). Юность – молодость зрелости или старость детства. Два периода эпохи юности – переход от смоопределения к самореализации. «Порог взрослой жизни» как социальная ситуация развития в юности. Два периода эпохи юности. Период личностного самоопределения через установление дружеских связей, поиск «alter ego», слияние своего «я» с «ты» в межличностном общении. Уход из родительского дома и ранние браки как способ самоутверждения и самопознания. Основные проблемы и новообразования в юношеском возрасте. Психосексуальное развитие и взаимоотношения юношей и девушек. Способы самовыражения и самоутверждения юношей и девушек во взрослой жизни. Проблема юношеского одиночества. Неформальные молодежные объединения. Специфика обучения в юношеском возрасте. Профессиональное самоопределение. Юношеский максимализм как причина суицидального поведения.
  • 7. Развитие в зрелых возрастах
  • 7.1. Молодость как начальный этап зрелости Установление интимности, личных близких связей с другим человеком – основная потребность зрелости. Роль в решении этой задачи любви и дружбы. Специфика самореализации в профессиональной деятельности. Основные проблемы данного возраста: поиск себя, выработка индивидуальности, окончательное осознание себя как взрослого человека со всеми правами и обязанностями, сознание обобщенного, нереалистического характера юношеских (подростковых) мечтаний, складывание более конкретного представления о будущей жизни, вступление в брак. Молодость как «время путешествий», переход от «кочевой» жизни к оседлой. Профессиональная деятельность – задача специализации в избранной профессии, приобретение мастрества, либо смена профессии, вуза и т.п.
  • 7.2. Период расцвета Переход к расцвету (около 30 лет) – период нормативного кризиса как расхождения между областью наличного и областью возможного, желаемого. Смена основ образа жизни. Личностная перестройка. Распад ранних браков, смена профессии как иллюзорные пути выхода из кризиса, взгляд на кризис с точки зрения «третьего рождения личности». Возможные пути бескризисного прохождения данного возрастного этапа. Расцвет (середина жизни) как «золотой возраст», «период бури и натиска», беспокойства, огромной работоспособности и отдачи, как бы возврат отрочества. Появление потребности отдачи опыта другим. Представление о причинах возникновения данной потребности. Переход к зрелости (около 40) как «взрыв в середине жизни», осознание утраты молодости, начало снижения уровня физических возможностей. Присущие данному периоду личностные сдвиги. Смена иерархии мотивов, сомнение в правильности прожитой жизни как центральная проблема данного периода. Возможные пути бескризисного прохождения данного возрастного этапа. Зрелость как вершина жизненного пути личности. Коллективное творчество как ведущая деятельность данного периода. Примирение с самим собой как один из путей выхода из жизненных противоречий. Источники удовлетворения в данном возрастном периоде: семейная жизнь, успехи детей и т.д. Стремление к общению как характерная черта данного периода. Одиночество в зрелом возрасте. Возможности обучения в зрелых возрастах. Осознание возрастных перестроек и изменение образа жизни зрелого человека. Кризис середины жизни, его психологический смысл.
  • 7.3. Поздняя зрелость Возрастно-психологическая специфика обучения в зрелых возрастах. Возрастные особенности познеавательных процессов в период поздней зрелости. Причины появления очередного нормативного кризиса 50 — 55 лет: изменение социальной ситуации развития и возрастная перестройки организма и др. Критика теорий зрелости как «психической окаменелости»
  • 8. Психология поздних возрастов Старость в истории человечества. Биологические и социальные критерии и факторы старения. Периодизация старения и роль личного фактора в процессе старения. Потребности в передаче накопленного опыта в коллективе, уважении и самоутверждении как продуктивные показатели возраста. Основные проблемы, социальная ситуация развития, ведущая деятельность в пожилом возрасте. Жизненная мудрость. Старость и одиночество. Применение принципа «компенсации дефекта» к специфике старения. Профилактика старения. Влияние истории жизненного пути на процесс старения. Проблема трудовой деятельности в старости, ее возможности и значение для сохранения нормальной жизнедеятельности и долголетия. Психологическая готовность к уходу на пенсию. Роль общественных интересов в формировании деятельной старости. Эмоциональная жизнь людей пожилого и старческого возраста. Система ценностей у престарелых людей и ее влияние на социальную адаптацию. Старики в семьях и домах-интернатах. Критика теории инволюции. Представление о геронтогенезе. Проблема долголетия и жизнеспособности. Факторы долголетия. Старость как социальная проблема.
  • 9. Акмеология.
  • 9.1. Научные предпосылки возникновения акмеологии. Социум как акмеологическое пространство бытия, развития, жизнедеятельности человека. Акмеологические противоречия современного социума. Человек – носитель универсальных ресурсов развития социума. Статусно-ролевые, ценностно-смысловые, универсально-духовные позиции человека в механизме функционирования и развития социума. Развивающие и разрушающие влияния общественных процессов, форм, нормативов, смыслов жизнедеятельности. Феномен рефлексии и рефлексивное управление. Человековедческая направленность управления социумом. Проблема разработки акмеологической экспертизы социума и создание акмеологических технологий его совершенствования. Целостный подход к субъектному потенциалу человека. Системно-методологический анализ типов развития: космогенез, системогенез, биогенез, филогенез, функционал-генез, онтогенез, социогенез, культурогенез, этногенез, нормогенез, патогенез, креативогенез, аутогенез и акмеология. Необходимость системы акмеологических знаний для научного обеспечения деятельности и оптимизации работы всех форм социальной жизни общества. Сущность понятия акмеологичности развития. Взрослость и зрелость как важнейшая ступень жизненного пути человека (человек как субъект познания, общения и труда. «Акме» человека и человеческие «акме» в разные возрастные периоды развития, на разных этапах его развития и профессионального становления. Области развития человека и их носители. Человеческая индивидуальность. Природосообразная видоспецифичность механизмов психического и психологического развития человека.
  • 9.2. О сущностных характеристиках «АКМЕ». Этапы становления акмеологии. Определение акмеологии. Предмет, объект, проблемное поле, главные цели и задачи акмеологии на современном этапе ее развития. Характеристики акмеологии как науки: фундаментальность, гуманистическая направленность, интегративный характер. Междисциплинарные связи акмеологии. Социальная сущность акмеологии, ее функции и роль в системе человекознания. Общие и конкретные методологические принципы акмеологии: детерминизма, гуманизма, развития, комплексности, системности, субъектности, потенциального и актуального, активности, единства личности и деятельности и другие. Методологические проблемы и задачи акмеологии. Естественно – научная, общественно – гуманитарная и технологическая оринтации акмеологии. Онтологический, гносеологический, аксиологический и методологический планы акмеологии.
  • 9.3. Система акмеологии как типа знания. Базовые категории и понятия акмеологии, их эволюция, связи с понятийным аппаратом других наук. Пять групп основных акмеологических категорий. Содержание базовых акмеологических категорий на современном этапе развития науки.
  • 9.4. Общее развитие человека и становление его духовной и профессиональной культуры. Человек как феномен, фактор, условие существования и развития цивилизации. Феномен распредмечивания культуры. Интеграция культуры, науки, образования как базовое условие развития и саморазвития конкретного человека, национальных культур, диалога культур и цивилизации. Понятие общекультурной компетентности. Феномены вызревания человека в культуре, воспроизводства культуры и порождения культуры. Процесс становления культурного человека, его критерии и базовые характеристики. Креативогенез и духовность. Развитие активности, творческого потенциала и духовности человека.
  • 9.5. Продуктивно развивающийся человек как главный объект акмеологии. Базовые детерминанты и закономерности, основные принципы и механизмы развития человека. Проблема соотношения общего, частного и единичного в развитии человека. Основные виды развития человека. Акмеологическая система координат развития, саморазвития, самоутверждения. Предпосылки и основы продуктивного развития человеческой индивидуальности. человеческой индивидуальности. Акмеологические пути и механизмы оптимизации, гармонизации и гуманизации процесса развития неповторимой человеческой индивидуальности. Акмеологические и психологические аспекты феноменологии развития взрослого человека как субъекта профессиональной деятельности. Личностно – профессиональное развитие человека и его оптимизация. Зрелое профессиональное отношение к деятельности и развитию. Акмеологическое пространство личностно – профессионального самоопределения и развития. Психолого-акмеологические основы, предпосылки, условия и механизмы самоактуализации, самореализации и саморазвития человека в профессии. Непрерывное самообразование и личностно – профессиональное развитие. Представление о психолого-акмеологической помощи, содействии, посредничестве человеку в личностно-профессиональном развитии.
  • 9.6. Профессионализм и психолого-акмеологическая компетентность. Виды и общие межпрофессиональные компоненты профессиональной компетентности. Акмеологические показатели профессионализма. Феномен духовного наполнения профессии у профессионала. Уровни, этапы, ступени профессионализма. Соотношение социализации и профессионализации в современной социокультурной ситуации. Архитектоника социума и современные требования к субъекту труда. Акмеологическая составляющая трудовой, профессиональной деятельности. Акмеологическое воздействие. Профессиональная и акмеологическая компетентность. Структура акмеологической компетентности.
  • 9.7. Научная специфика и стратегия акмеологического исследования. Концептуальность акмеологического исследования. Общие и особенное в характеристиках акмеологического знания. Теоретическое и практическое акмеологические знания. Стратегия акмеологических исследований. Экспериментальная акмеология.
  • 9.8. Акмеологические законы и закономерности. Виды акмеологических закономерностей, их общие характеристики, сходство с психологическими закономерностями и отличия. Акмеологические закономерности личностно – профессионального развития в различных профессиональных сферах. Законы акмеологии: личностно – профессионального развития; умножения личностного потенциала. Применение законов в акмеологической практике.
  • 9.9. Акмеологические методы. Отличительные особенности методов акмеологических исследований. Характеристика методов других наук, применяемых в акмеологических исследованиях. Метод сравнительного анализа высокопродуктивной и малопродуктивной деятельности. Акмеологический, акмеографический, акмеоцентрический подходы. Акмеологические критерии и показатели. Акмеологические описания, разработка акмеограмм. Системная методология в построении акмеологических описаний и моделей. Акмеологическая экспертиза.
  • 9.10. Акмеологические технологии. Категория «технология» в психологии и акмеологии. Отличительные особенности акмеологических технологий. Виды акмеологических технологий. Акмеологическое воздействие в акмеологических технологиях. Моделирование в акмеологии. Системные описания в процессе разработки акмеологических моделей. Виды акмеологических моделей. Особенности гуманитарно–технологического развития. Акметектоника. Акмеологические тренинги программно-целевой направленности. Игромоделирование как особый вид акмеологической технологии. Акмеологические тренинги и технологии в развитии профессионализма личности. Развивающие среды и образовательно-акмеологические технологии. Понятие развивающей среды и ее уровни. Прямой и побочный эффекты взаимодействий человека с действительностью. Психологические условия актуализации развивающего эффекта взаимодействий. Механизмы действия развивающей среды. Понятие образовательно-акмеологической технологии. Виды образовательно-акмеологических технологий. Основные психолого-акмеологические характеристики развивающих, предупреждающих и коррекционных методов воздействия на человека в соответствии с возрастом, родом занятий, образом жизни, особенностями среды обитания.
  • 9.11. Концептуальность акмеологических исследований и акмеологического знания. Научные предпосылки разработки акмеологических концепций. Содержание акмеологической концепции развития профессионала. Акмеологические концепции развития профессионализма личности и деятельности. Специальные акмеологические концепции.
  • 9.12. Акмеология как интегративная развивающая наука. Тенденции к дифференциации в акмеологии и интеграция акмеологического знания. Прикладная акмеология и ее характеристики. Основные направления прикладной акмеологии и их общие характеристики. Педагогическая акмеология. Военная акмеология. Управленческая акмеология. Акмеология деятельности в особых и экстремальных условиях. Медицинская акмеология. Юридическая акмеология. Юридическая акмеология. Другие направления прикладной акмеологии.
  • 9.13. Акмеолог как специалист и профессионал. Сферы научной и практической деятельности акмеолога. Статус акмеолога как специалиста в организации. Профессиограмма акмеолога. Этическая проблема профессиональной деятельности акмеолога. Профессионально – должностной рост акмеолога, профессиональная карьера.
  • 9.14. Научные основы акмеологической службы. Необходимость создания психолого-акмеологических служб в управленческих системах, ведомствах, на предприятиях и в организациях. Основные цели и функции. Структурная организация, принципы и особенности деятельности. Требования к специалистам – акмеологам в службе. Психолого – акмеологические службы в системах федерального и регионального управления, организациях.

Рекомендуемая основная литература

  • Абульханова-Славская К.А. Стратегия человеческой жизни. — М., 1991.
  • Акмеологические основы профессионального самосознания личности: Учебное пособие/ А.А. Деркач, О.В. Москаленко, В.А. Пятин, Е.В. Селезнева. Астрахань., 2000.
  • Акмеология /Под ред. Н.В. Кузьминой, А.М. Зимичева. – СПб.,1996-2000 гг.
  • Акмеология: Учебник./ Под общ. ред. А.А. Деркача. — М., 2002.
  • Ананьев Б.Г. О проблемах современного человекознания. — Л., 1977; М., 1995.
  • Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. – Л., 1969; СПб., 2001.
  • Ананьев Ю.В. Культура как интегратор социума. Монография. — Нижний Новгород, 1996.
  • Анисимов О.С. Акмеология и методология: проблемы психотехники и мыслетехники. – М., 1998.
  • Асмолов А.Г. Психология личности: Приницпы общепсихологического анаализа личности.- М., 2001
  • Бердяев. Н.Л. О назначении человека. — М., 1993.
  • Бернс Р. Развитие Я-концепции и воспитание. — М., 1976.
  • Бехтерев В.М. Мозг: структура, функции, патология, психика. Избранные труды в 2-х томах./ Под ред. Чучалина А.Г. – М, 1994.
  • Бодалев А.А. Вершина в развитии взрослого человека: характеристика и условия достижения.- М., 1998.
  • Бодалев А.А. Психология общения. Избранные психологические труды. 3-е изд., перераб. и допол. – М., Воронеж, 2002.
  • Божович Л. И. Проблемы формирования личности. — М., 1995.
  • Боулби Джон Привязанность. — М., 2003.
  • Бранский В.П. Социальная синергетика и теория наций (основы этнологической акмеологии). – СПб., 2000.
  • Бранский В.П., Пожарский С.Д. Социальная синергетика и акмеология.- СПб., 2002.
  • Венгер Л.А., Холмовская В.В. Диагностика умственного развития дошкольников. – М., 1978.
  • Вишнякова Н.Ф. Креативная акмеология. – Минск, 1998.
  • Возрастно-психологический подход в консультировании детей и подростков/ Г.В.Бурменская, Е.И.Захарова, О.А.Карабанова и др. — М., 2002.
  • Волков И.П. Спортивная психология и акмеология спорта. – СПб., 2001.
  • Воспитание как социокультурный феномен/ Под ред. Г.Н. Филонов – М., 2003.
  • Выготский Л. С. // Собр. соч.: В 6 т. М., 1983. Т.4
  • Выготский Л. С. Игра и ее роль в психическом развитии ребенка. // Вопросы психологии. 1966. № 6.
  • Выготский Л. С. История развития высших психических функций.// Собр. соч.: В 6 т. М., 1984. Т. 3. С. 6-58, 302 — 313.
  • Выготский Л. С.. Мышление и речь. // Собр. соч.: В 6 т. М., 1984. Т.2.
  • Выготский Л. С. Орудие и знак в развитии ребенка.// Собр. соч.: В 6 т. М., 1984. Т.6 С. 5-90
  • Выготский Л. С. Проблема возраста // Собр. соч.: В 6 т. М., 1984. Т.4. С. 244 – 268.
  • Галигузова Л.Н., Смирнова Е.О.Ступени общения. — М., 1992.
  • Гальперин П. Я. К вопросу об инстинктах у человека. // Вопросы психологии. 1976. № 1.
  • Гальперин П. Я. Метод «срезов» и метод поэтапного формирования в исследовании детского мышления.// Вопросы психологии. 1966. № 4.
  • Гальперин П. Я., Эльконин Д. Б., Запорожец А. В. К анализу теории Ж. Пиаже о развитии детского мышления. Послесловие к книге Д. Флейвелла «Генетическая психология Ж. Пиаже». — М., 1967.
  • Гальперин П.Я. Лекции по психологии. — М., 2002.
  • Годдфруа Ж. Что такое психология.// В 2 т. М., 1991. Т. 2 стр. 19 — 23, 34 — 38, 43 — 46, 50 — 53, 61.
  • Гусева А.С., Деркач А.А. Гуманитарно – технологическое развитие государственных служащих: теория, методология, практика. – М., 1998.
  • Гусева Н.Д. Акмеология профессиональной деятельности преподавателя высшей школы. – М., 2003.
  • Давыдов В. В. Проблемы развивающего обучения. — М., 1986.
  • Деркач А.А. Акмеологические основы развития профессионала. – М., 2004.
  • Деркач А.А. Акмеологические основы управленческой деятельности. — М., 2000.
  • Деркач А.А. Акмеология: личностное и профессиональное развитие человека. Кн. 1-5. — М., 2000-2002.
  • Деркач А.А. Методолого-прикладные основы акмеологических исследований. – М., 2000.
  • Деркач А.А., Зазыкин В.Г. Акмеология. Учебное пособие. – СПб., 2003.
  • Деркач А.А., Маркова А.К. Профессиограмма государственного служащего. – М., 1999.
  • Деркач А.А., Москаленко О.В., Селезнева Е.В. Акмеологическая культура будущего магистра: методология и технология развития: Моногр. – М., 2004.
  • Дети, лишенные родительского попечительства. Хрестоматия. / Под ред. В. С. Мухиной. — М., 1991.
  • Дональдсон М. Мыслительная деятельность детей. — М., 1985.
  • Дубровина И.В. Школьная психологическая служба. – М., 1991.
  • Егорова М.С. Психология индивидуальных различий. –М., 1997.
  • Жан Пиаже: теория, эксперимент, дискуссии. / Под ред. Л.Ф.Обуховой и Г.В.Бурменской. — М., 2001.
  • Запорожец А. В. Основные проблемы онтогенеза психики. Развитие восприятия и деятельность. К вопросу о генезисе, функции и структуре эмоциональных процессов у ребенка.// Избранные психологические труды.: В 2 т. — М., 1986. Т.1
  • Зимняя И.А. Педагогическая психология. – М., 2002.
  • Зинченко В.П., Моргунов Е.Б. Человек развивающийся. Очерки российской психологии.- М., 1994.
  • Ильин В.В., Пожарский С.Д. Философия и акмеология. – СПб., 2003.
  • Интеллект планеты как космический феномен./Сб. науч. тр. — Новосибирск, 1997.
  • К теории развития ребенка. С. 509 — 537.
  • Казначеев В. П. Введение в человековедение. — Новосибирск, 1997.
  • Капица С.П., Курдюмов С.П. Малинецкий Г.Г. Синергетика и прогнозы будущего. – М., 1997.
  • Карпова С. Н., Колобова И. Н. Особенности ориентировки на слово у детей. -М., 1978. С. 3 — 25, 42 — 62.
  • Кириченко А.В. Современные психологические технологии влияния на личность в профессиональных целях / Науч. ред. А.А. Деркач. – М., 2003.
  • Кле М. Психология подростка. Психосексуальное развитие. — М., 1991.
  • Климов Е.А. Введение в психологию труда. — М., 1998.
  • Коваль Н.А. Психология духовности личности. Монография. – Тамбов., 1996.
  • Кон И. С. Психология ранней юности. — М., 1989.
  • Кон И. С. Ребенок и общество. — М., 1988. Гл. 1.
  • Конюхов Н.И., Шаккум М.Л. Акмеология и тестология. – М., 1996.
  • Корсунцев И.Г. Рассказы по философии развития. — М., 1996.
  • Кравцова Е.Е. Психологические проблемы готовности детей к обучению в школе. — М., 1991.
  • Крайг Г. Психология развития. 7-е межд.издание. — СПб, 2000.
  • Краснова О.В., Лидерс А.Г. Социальная психология старости. – М., 2002.
  • Крейн У. Теории развития. Секреты формирования личности. 5-е междунар. изд-е. –СПб.,2002.
  • Кроник А.А., Головаха Е.И. Психологический возраст личности в трудах отечественных психологов./ Сост. Л.В.Куликов. — СПб., 2000.
  • Кузьмина – Гаршина Н.В. Предмет акмеологии. – СПб., 2002.
  • Кузьмина Н.В. Акмеологическая теория повышения качества подготовки специалистов образования. – М., 2001.
  • Кузьмина Н.В. Предмет акмеологии. – Шуя., 2002.
  • Кузьмина Н.В., Реан А.А. Профессионализм педагогической деятельности. – Рыбинск, 1993.
  • Кузьмина-Гаршина Н.В., Лунева Л.Ф. Акмеологическое исследование медико – биологического и поэтического творчества двух ученых – английского и российского. – Шуя, 2001.
  • Лабиринты одиночества. / Под ред. Н.Е.Покровского. — М., 1999.
  • Лангмейер Й., Матейчек З. Психическая депривация в детском возрасте. -Прага, 1985.
  • Ландрам Дж. Тридцать женщин, которые изменили мир. – Ростов-на-Дону, 1997.
  • Лаптев Л.Г. Акмеологические основы оптимальной управленческой деятельности командира полка. Монография. – М., 1994.
  • Леонтьев А. Н. Проблемы развития психики.- М., 1981.
  • Леонтьев А.Н. Системный анализ в психологии ХХ века. // Психологический журнал. № 4, 1991.
  • Леонтьев Д. А. Психология смысла. — М., 1999.
  • Лисина М. И. Проблемы онтогенеза общения. — М., 1986.
  • Лисина М.И. Общение, личность и психика ребенка. М. – Воронеж, 1997.
  • Лосев А.Ф. Философия. Мифология. Культура. — М., 1991.
  • Лотова И.П. Развитие профессиональной карьеры кадров государственной службы. Монография. – М., 2003.
  • Мамардашвили М.К. Эстетика мышления. – М., 2001.
  • Марищук В.Л. Акмеология: общая, спортивная, военная. – СПб., 2001.
  • Марков В.Н. Личностно-профессиональный потенциал управленца и его оценка. – М., 2001.
  • Маркова А.К. Психология профессионализма. — М., 1996.
  • Маслоу А. Мотивация и личность. — М., 1998.
  • Маслоу А. Психология бытия. — М., 1997.
  • Мещеряков Б., Мещерякова И. Введение в человекознание. — М., 1994.
  • Мид М. Культура и мир детства. — М., 1988.
  • Минюшев Ф. И. Социальная антропология. — М., 2000.
  • Митин А.И. Акмеолого – педагогические особенности информатизации профессионального обучения управленческих кадров (автоматизированные рабочие места).Монография. – М., 2003.
  • Михайлов Г.С.Принятие и реализация управленческих решений: акмеологическая концепция продуктивности. Монография. – М., 2003.
  • Моисеев Н. Н. Восхождение к разуму. — М., 1993.
  • Налимов В.В. На грани третьего тысячелетия: Что осмыслили мы, приближаясь к ХХI веку. – М., 1994.
  • Николис Дж. Динамика иерархических систем. Эволюционное представление. – М., 1989.
  • Обухова Л. Ф. Детская психология. — М., 1995.
  • Обухова Л. Ф. Концепция Ж. Пиаже: за и против. — М., 1981.
  • Обухова Л.Ф. Возрастная психология. — М., 1998.
  • Общая и прикладная акмеология /Под ред. А.А. Деркача. – М., 2001.
  • Основы военной акмеологии: Учеб. Пособие: В 2 ч./ Под ред. П.А. Корчемного, Л.Г. Лаптева, В.Г. Михайловского. – М., 1996.
  • Перелыгина Е.Б. Оптимизация процесса формирования имиджа как феномена интерсубъектного взаимодействия / Под ред. А.А. Деркача. Монография. – М., 2003.
  • Петров А.Н., Арепьев И.В. Четвертое измерение — духовный аспект. — М., 2001.
  • Петрусинский В.В. Автоматизированные системы интенсивного обучения. Монография. .– М., 1987.
  • Пиаже Ж. Психология интеллекта. // Избранные психологические труды. — М., 1994.
  • Пиаже Э. Речь и мышление ребенка. — М., 1932.
  • Подольский А.И. Становление познавательного действия: научная абстракция и реальность. — М., 1987.
  • Поливанова К.Н. Психологический анализ кризисов. — М., 1999.
  • Полозова Т.А. Духовно – личностное восприятие произведений искусства – вечный источник и предпосылка движения к вершине человеческого развития//Акмеология. – 2002. — №3.
  • Полозова Т.А. Современный взгляд на акмеологию и новая концепция курса «Психология развития, акмеология». // Акмеология. №2, 2003.
  • Понятие судьбы в контексте разных культур./Сб. науч. тр. — М.,1994.
  • Пригожин А.И. Организации: системы и люди. — М., 1983.
  • Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой.— М., 1986, 2001.
  • Принцип развития в психологии. / Под ред. Л. И. Анцыферовой. — М., 1978
  • Проблемы профессиональной социализации личности. – М., 1999.
  • Психическое развитие младших школьников./ Под ред. В. В. Давыдова. — М., 1990.
  • Психология и педагогика профессиональной деятельности кадров государственной службы: Учебное пособие./Под ред. А.А.Деркача. — М., 2001.
  • Психология творчества: общая, дифференциальная, прикладная. — М., 1990.
  • Психология Я-концепции. Хрестоматия: в 3-х частях. Часть 1: Методология, теория, структура. Часть 2: Возрастные особенности развития. Часть 3: Профессиональные особенности развития./ Сост. А.В. Иващенко, В.С. Агапов, И.В. Барышникова. – М., 2002.
  • Развитие познавательных способностей в процессе дошкольного воспитания. / Под ред. Л. А. Венгера. — М., 1986.
  • Развитие профессиональной и психологической культуры государственных служащих. – М., 2000.
  • Разумный В.А. Драматизм бытия, или обретение смысла. — М., 2000.
  • Райс Ф. Психология подросткового и юношеского возраста. — СПб., 2000.
  • Рассел Б. Человеческое познание: его сфера и границы. — Киев, 1997.
  • Реан А.А., Коломинский Я.Л. Социальная педагогическая психология. — СПб, 2000.
  • Роджерс Р. Взгляд на психотерапию. Становление человека. — М., 1994.
  • Романова И. Е. Досуг как общечеловеческий феномен. — Екатеринбург, 1995.
  • Росс Л., Нисбетт Р. Человек и ситуация. Перспективы социальной психологии. / Пер. с англ., под ред. Е.Н. Емельянова, В.С. Магуна. — М., 1999.
  • Рубинштейн С.Л. Человек и мир. — М., 1997. (Серия «Памятники психологической мысли»).
  • Салмина Н.Г. Знак и символ в обучении. — М., 1988.
  • Секач М.Ф. Саморегуляция психической устойчивости руководителя Монография. – М., 1998.
  • Селезнева Е.В. Развитие акмеологической культуры личности. – М., 2004.
  • Синягин Ю.В. Психологические механизмы формирования руководителем управленческой команды. Монография. – М., 2000.
  • Ситников А.П. Акмеологический тренинг программно-целевой направленности. Монография. – М., 1995.
  • Сластенин В.А. Педагогика: инновационная деятельность / Сластенин В.А., Подымова Л.С. – М., 1997.
  • Современные проблемы смысла жизни и акме./ Материалы VI-VII симпозиумов ПИ РАО. Под ред. А.А. Бодалева, В.Э. Чудновского и др. — Самара, 2002.
  • Солсо Р.Л. Когнитивная психология. — М., 1996.
  • Сорокин П. А. Социокультурная динамика и эволюционизм./ Американская социологическая мысль. — М. 1994.
  • Социо-логос. Социология. Антропология. Метафизика./Общество и сферы смысла. — М., 1991.
  • Степанов С.Ю. Психолого – акмеологические основы изучения и развития рефлексивной культуры госслужащих. Монография. – М., 1998.
  • Степанова Е.И. Психология взрослых — основа акмеологии. — СПб., 1995.
  • Степнова Л.А. Акмеологические методы диагностики и развития аутопсихологической компетентности государственных служащих. Монография. – М., 2000.
  • Судаков К. В. Теория функциональных систем. – М., 1995.
  • Толстов С.Н. Развитие творческой готовности организатора здравоохранения к профессиональной деятельности. Монография. – М., 2003.
  • Уилсон Р.А. Психология эмоций. — Киев, 1998.
  • Управление персоналом государственных служащих. – М., 2000.
  • Фейдимен Дж., Фрейгер Р. Личность и личностный рост. Вып. I — М., 1991.; Вып. 2. — М., 1992.
  • Фельдштейн Д.И. Психология развивающейся личности. – М., 1996.
  • Фельдштейн Д.И. Психология становления личности. — М., 1994.
  • Франкл В. Человек в поисках смысла. — М., 1990.
  • Хакен Г. Синергетика мозга. Синергетика и психология. Тексты. Вып.1. Методологические вопросы. – М., 1997.
  • Холл К.С., Линдсей Г. Теории личности. — М., 1997.
  • Хрестоматия по возрастной и педагогической психологии./ Под ред. И. И. Ильясова и В. Я Ляудис. — М., 1980.
  • Хрестоматия по возрастной психологии. Ч.1./Под ред. О.А.Карабановой, А.И.Подольского, Г.В.Бурменской. — М., 1999.
  • Хрестоматия по детской психологии./ Под ред Г. В. Бурменской. — М., 1996.
  • Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. СПб., 1997. Гл. 3. Гл. 4. С. 162 – 190. Гл. 5, 7, 8.
  • Цукерман Г.А. Виды общения в обучении. — Томск, 1993.
  • Цукерман Г.А., Мастеров Б.М. Психология саморазвития. — М., 1995.
  • Человек как субъект культуры. / Отв. ред. Э.В. Сайко. – М., 2002.
  • Чиалдини Р. Психология влияния. — М., 1998.
  • Шадриков В.Д. Проблема системогенеза профессиональной деятельности. — М., 1982.
  • Эльконин Д. Б. Избранные психологические труды. — М., 1989.
  • Эльконин Д. Б. Психология игры. — М., 1978.
  • Эриксон Э. Детство и общество. — СПб., 1996.
  • Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. — М., 1996.
  • Юдин Э.Г. Системный подход и принцип деятельности.— М., 1978.
  • Ядов В.А., Здравомыслов А.Г. Человек и его работа: социологическое исследование. — М., 1967.
  • Яшин Г.А. Труд как формообразующий фактор человеческой деятельности. — М., 1996.

Тема 10. Развитие человека в период молодости, зрелости

Тема 10. Развитие человека в период молодости, зрелости

 

1. Физическое и психическое развитие в молодости и зрелости.

2. Личностное развитие. Кризисы в период молодости, зрелости.

 

1. Физическое и психическое развитие в молодости и зрелости

 

Хронологические рамки (возрастные границы).  От 30 до 60‑70 лет.

Социальная ситуация на разных этапах этого возрастного периода различна. Социальная ситуация характеризуется в реализации себя, полного раскрытия потенциала в профессиональной деятельности и семейных отношениях. Принятие на себя  полноты ответственности. Все особенности социальной ситуации отражены в таблице.

Таблица 

23 – 30 лет

 

30 – 40 лет

40 – 50 (55) лет

1. Осознание себя в статусе, принятие социальной ответственности, прав и обязанностей.

2. Овладение профессией и начало профессиональной деятельности.

3. Поиск и выбор друга и вступление в брак, формирование отцовской и материнской позиции.

4. Воспитание детей.

5. Формирование образа, стиля жизни и круга общения.

1. Личностно-смысловая перестройка, коррекция жизненных планов и образа жизни.

2. Передача опыта другим, наставничество.

3. Реализация потребности в достижениях и социальном признании.

4. Самореализация в профессиональной.деятельности, построение карьеры.

1. Развитие и сохранение супружеских отношений.

2. Воспитание детей

3. Достижения в карьере.

4. Развитие форм и хобби.

5. Принятие и приспособление к изменениям организма.

6. Принятие ответственности за стареющих родителей.

 

Физическое развитие. В промежутке между 25-30 годами физическая сила, функционирование органов , скорость реакции, двигательные навыки и другие физические возможности достигают своего максимума.

После 30 лет они медленно и заметно идут на убыль. Но этот спад в промежутке от 30 до 50 происходит не так быстро как представляется большинству людей.

После 40 лет происходит снижение уровня функционирования по 6 важным показателям: скорость проведения нервного импульса; функция почек; функция сердечно-сосудистой системы; сила мышц; полезный объем легких; жизненная емкость легких.

Снижение физических навыков и возможностей  более заметно в критических ситуациях или в тех случаях, когда резко возрастает нагрузка на организм.

Менопауза у женщин наступает в возрасте от 48 до 51 года, может начаться раньше, а может и позже. Это означает прекращение менструаций и неспособности рожать. Эти изменения могут сопровождаться эмоциональными изменениями. Часто женщины чувствуют себя подавленными, менее женственными, т.к. их репродуктивная функция прекратилась.

У мужчин не происходит единичных, внезапных событий, сравнимых с менопаузой у женщин. Но у мужчин  происходят изменения, касающиеся их сексуальной активности.

Некоторые изменения обусловлены физиологическими факторами, в частности уровнем андрогенов, мужских половых гормонов.

Ведущая деятельность: Профессиональная деятельность; становление и развитие семейных отношений.

Познавательные функции на разных возрастных этапах имеют свои отличия (см. таблицу).

Таблица 

18 – 25 лет

 

30 – 40 лет

 

41 – 50 лет

 

51 – 55 лет

 

1. Усиленное развитие психических функций.

2. Характерны «оптимумы» внимания, памяти, мышления.

3. До 35 лет продолжается становление целостной функциональной основы интеллектуальной деятельности.

Наблюдается наибольшая восприимчивость социального и профессионального опыта.

В 26 — 29 лет внимание по своему развитию опережает память и мышление.

1. Высокое развитие внимания, памяти, мышления, которое снижается к 40 годам.

2. После 35 уменьшается возможность новообразований.

3. Наблюдается максимум творческой активности.

В 30-33 года наступает высокое развитие памяти, мышления и внимания.

1. Снижение уровневой оценки мышления.

2. Снижение уровня памяти и внимания.

1. Особое влияние на уровень развития мышления, качества внимания и памяти, особенно смысловой, влияют активные познавательные устремле

ния в профессиональной сфере.

 

 

Большое влияние на сохранность познавательных функций оказывают ценностные ориентации. Помимо сохранения происходит качественное преобразование структуры интеллекта. Доминирующее значение  занимает обобщение на словесном материале. Возможна новая стадия развития интеллекта – способность самому ставить проблемы.  Объем вербального запечатления долговременной памяти во многом остается неизменным до старости, но ослабляется способность запечатления, кратковременная память, скорость реакции.

Психическое развитие личности обусловливает семья. Наблюдается прогрессивное развитие, связанное со специализацией психических функций в процессе профессиональной деятельности.

 

2. Личностное развитие. Кризисы в период молодости, зрелости

 

Личностное развитие, по мнению Э. Эриксона, может проходить по 2 линиям развития:

  1. Нормальный ход развития – генеративность – развитие потребности и чувства сохранения рода.
  2. Неблагоприятное развитие – застой – существование для самого себя, обеднение межличностных отношений.

В период между 18 ‑ 50 годами максимально раскрываются возможности человека. При благополучном прохождении кризиса – самоутверждение в этическом и моральном плане и независимость от стандартов и мнений других людей.

Новообразования: Творческая продуктивность, понимаемая как интегральное образование: профессиональная продуктивность и вклад в развитие и утверждение жизни будущего поколения.

При появлении кризиса 40 лет можно говорить еще об одном новообразовании – Коррективах жизненного замысла и связанных с ними изменениях «Я — концепции».

Феномен «акме»; материнство/отцовство; новый уровень интеллектуального развития.

Кризисы данного периода:

По Р. Пекку существует 4 кризиса, которые человеку необходимо разрешить: развитие уважения и мудрости, которое должно сменить примат физической храбрости. Социализация социальных отношений должна сменить сексуализацию отношений. Сохранение эмоциональной гибкости, которая должна противостоять аффективному обеднению, связанная со смертью близких или с обособлением детей. Сохранение душевной гибкости и поиск новых форм поведения вместо старых привычек и психической ригидности.

Переход к средней Взрослости как нормативный кризис (около 30 лет) – вызван расхождением между идеальной моделью «мечты» образа жизни и реальностью.

В средней взрослости переход к зрелости как нормативный кризис (около 40 лет) ‑ связан с осознанием утраты молодости, началом снижения физических сил, переживанием «символической смерти» молодости. Помимо проблем с профессиональной деятельностью нередко возникает обострение семейных отношений.

Э. Эриксон считает, что кризис – это переломный момент, период с обостренной чувствительностью и повышенным потенциалом. Психическое развитие происходит в процессе прохождения через критические точки.

Э. Эриксон описал 3 ступени зрелости, на которых определил центральные вопросы развития: интимность (близость), альтернатива – уединение; производительность, при котором индивидуум становится творческой личностью; Цельность (объединение).

К 35-45 годам человек начинает всерьез задумываться о том, что время проходит, начинают посещать мысли о смерти.

Решение кризиса состоит в анализе своих целей и переоценке своих ресурсов; поиске нового смысла жизни.

Кризис середины жизни – кризис 40-летия. Признаки кризиса, разлада внутреннего мира – изменение отношения к тому, что раньше казалось важным, значительным, или, напротив, отталкивающим. Кризис идентичности выражается в переживании чувства нетождественности самому себе, того, что стал иным. Решение возможно на основе самоанализа необходимости найти себе и своему «Я» место в новых условиях, выработать соответствующую форму поведения и деятельности.

Выход из кризиса: переформулировка целей на более реалистичную точку зрения;  осознание ограниченности времени любого человека; довольствоваться тем, что есть; ограничиваться в планах на будущее; выработка новой Я – концепции; осознание ограниченности времени любого человека; довольствоваться тем, что есть; ограничиваться в планах на будущее; выработка новой Я – концепции.

 

Задание для самостоятельной работы

 

1. Дайте ответы на следующие вопросы:

а) Какие факторы содействуют или препятствуют достижению вершин профессионализма («акме»)?

б) В чем особенности кризисов развития в зрелом возрасте?

в) Побеседуйте с взрослым человеком на тему «Кто в его жизни повлиял на личностное и профессиональное самоопределение?»

2. Проанализируйте современные исследования по проблеме и напишите краткую аннотацию на статью, которая соответсвтует вашим интересам.

1. Бодалев А.А. О феномене «акме» и некоторых закономерностях его формирования и развития // Мир психологии. ‑ 1995 № 3. ‑ С. 113 – 119.

2. Бодалев А.А., Ганжин В.Т. Основные акмеологические закономерности человеческой жизни // Мир психологии. ‑ 1995 № 3.  ‑ С. 11-23.

3. Бодалев А.А., Ганжин В.Т., Деркач А.А. Человек и цивилизация в зеркале акмеологии (и «акме» как интегративная формула здоровья, самопознания, самоопределения и творческого самоутверждения человека) // Мир психологии. – 2000. ‑ № 1. ‑ С. 89 – 107.

4. Калашникова И.Н.  Отношение к себе в зрелом возрасте как психологическая проблема // Адукацыя i выхаванне. – 199. ‑ № 5-.6. ‑ С. 23.

5. Калашникова И.Н. Влияние типа личности на отношение к себе в зрелом возрасте // Адукацыя i выхаванне. – 2001. ‑ №9. ‑ С. 23.

6. Крупник Е.Л., Лебедева Е.Н. Психологическая устойчивость личностных конструктов в период взрослости // Психологический журнал. – 2000. ‑ №6. ‑ С. 12.

 

Список рекомендуемой литературы

1. Гамезо М.В., Герасимов В.С., Горелова Г.Г., Орлова Л.М. Возрастная психология. – М.: Издательский дом «Ноосфера», 1999.

2. Гейл Шихи. Возрастные кризисы. Ступени личностного роста. Издательство «Ювента». ‑ СПб., 1999.

3. Дарвиш О.Б. Возрастная психология. ‑ М., 2003.

4. Крайг Г. Психология развития. – СПб, 2003.

5. Кулагина И.Ю., Колюцкий В.Н. «Возрастная психология. Полный жизненный цикл развития». – М., 2001.

6. Шапаваленко И.В. Возрастная психология. ‑ М., 2004.

границ | К нейробиологии теории когнитивного развития взрослых

Введение

Область когнитивного развития была впервые разработана и в значительной степени разработана Жаном Пиаже в начале и середине 1900-х годов. Его подход к генетической эпистемологии или изучению происхождения знания занял конструктивистскую позицию, поскольку он сосредоточился на том, как дети использовали свои идеи и социальный опыт для конструирования своей реальности с течением времени. Он определил несколько стадий развития, из которых считалось, что последняя стадия завершится примерно на 25-м году жизни (Piaget, 1971).Однако многие взрослые продолжают свое когнитивное развитие после 20 лет, и в результате появилось несколько теорий, позволяющих лучше охарактеризовать стадии когнитивного развития взрослых (Fischer, 1980; Basseches, 1984; Wilber, 2006). Психолог Роберт Кеган разработал и эмпирически проверил одну из наиболее известных из этих теорий, получившую название теории когнитивного развития или CDT (Kegan, 1994; Kegan and Lahey, 2009).

CDT и другие теории развития рассматривают природу взрослого мышления, способ его развития и его значение в повседневной жизни.В результате применения этих теорий многочисленны и охватывают многие области, включая бизнес, образование, духовность и медицину. Прохождение описанных когнитивных стадий, которых в случае CDT пять, подразумевает достижение более высоких уровней когнитивного развития. Поступая таким образом, люди получают новые перспективы и диалектический образ мышления, что позволяет им подходить к двусмысленностям и конфликтам более конструктивно и альтруистично, как внутренне, так и во взаимодействии с другими.Подобным же образом можно предположить, что недостатки этих подходов и техник, или, другими словами, отсутствие продвижения через стадии развития, могут привести к более эгоцентричному и узкому мировоззрению, неспособности справиться с конфликтом, психологическому состоянию. дистресс, а в некоторых случаях возникновение психических заболеваний.

Несмотря на широкое распространение этих теорий и общность их идей, они в основном остались в сфере социальных наук, а именно психологии, социологии и образования.Однако для того, чтобы они проникли в нейробиологию, исследования этих концепций развития взрослых должны быть переведены с психологических методов на методы нейронной визуализации, нейрофизиологии и компьютерного нейронного моделирования. По сути, мы ставим вопрос: могут ли стадии когнитивного развития Кегана характеризоваться нейрофизиологическими состояниями и активностью нейронной сети, и можно ли использовать нейробиологические методы для выявления в них недостатков? Ответ на этот вопрос был бы первым шагом к поиску методов взаимодействия с этими системами мозга, как для помощи в декодировании основных процессов, так и в конечном итоге для попытки изменить патологическую нейронную активность с помощью нейропротезных устройств.

Хотя в настоящее время невозможно ответить на этот вопрос, поскольку до сих пор не проводились специальные исследования по визуализации или электрофизиологии, непосредственно нацеленные на теорию когнитивного развития взрослых, мы будем работать над созданием основы для изучения различных гипотез. Во-первых, используя предположение о том, что некоторые аспекты нейронного развития отражают и совпадают с когнитивным развитием (Gu et al., 2015), мы рассмотрим структурные изменения в областях мозга и связях в процессе перехода от подросткового возраста к взрослому.Далее мы представим CDT Кегана, используя гипотетический пример, чтобы лучше продемонстрировать его идеи, одновременно исследуя параллельные концепции критериев области исследования. Затем мы попытаемся получить нейробиологическое понимание CDT, исследуя связанные концепции обработки информации, связанной с самими собой, и теории разума. Наконец, мы рассмотрим, как математическое моделирование показывает многообещающие возможности для сбора и прогнозирования развивающихся нейронных сетей.

Изменения в структурных сетях мозга

Человеческое познание состоит из крупномасштабных сетей, которые состоят из областей мозга, которые функционально связаны в состоянии покоя и коллективно активны во время когнитивных задач (Dosenbach et al., 2007; Power et al., 2011). Эти сети мозга представляют собой совокупность нейронов или областей мозга и их связей, которые бывают двух основных типов: структурные и функциональные. Структурная связность влечет за собой физическую связь между различными областями мозга, а функциональная связность — это корреляция или согласованность информации между различными областями мозга во времени. Кроме того, считается, что структурная связность оказывает причинное влияние на функциональную связность (Betzel et al., 2014), в этих областях мозга требуется физическое соединение, прежде чем они смогут выполнять общую функцию.

В процессе развития от детства до подросткового возраста и, в конечном итоге, во взрослой жизни происходит множество изменений в организации структурной сети мозга. Продольные МРТ-исследования показали, что по мере взросления детей теменная и лобная кора истончаются, а височная кора утолщается. Также наблюдается увеличение общего количества нервных узлов и плотности белого вещества в детстве, что указывает на усиление связи, в то время как они остаются относительно стабильными в подростковом возрасте (Betzel et al., 2014). Более того, есть изменения в структурной связности в определенных областях мозга, что элегантно продемонстрировано с помощью теории графов. При анализе более 200 нормально растущих детей и подростков (Khundrakpam et al., 2013) первичная сенсомоторная связность снижалась с возрастом, в то время как паралимбическая и ассоциативная связность увеличивалась с возрастом. В частности, было обнаружено, что испытуемые в позднем детстве демонстрировали относительное снижение эффективности локальной связи, в то время как глобальная эффективность повышалась.Потенциально это может указывать на то, что существует временное окно пластичности мозга, возникающее в позднем детстве, которое может приспособиться к новым задачам развития, с которыми сталкиваются в подростковом возрасте.

В дополнение к структурным изменениям связности, существуют также функциональные изменения сетевой связности на протяжении развития до взрослого возраста, как описано в исследованиях визуализации и ЭЭГ (Anokhin et al., 2000). Исследования фМРТ показывают увеличение модульности сети и функциональной связанности в подростковом и юношеском возрасте (Marek et al., 2015) и снижается с возрастом (Betzel et al., 2014; Cao et al., 2014). Предполагается, что это, о чем свидетельствует снижение связности белого вещества, объясняет снижение когнитивных функций в более поздние годы (O’Sullivan et al., 2001). Также возможно, что «неправильное развитие» или недостатки и аномалии функциональной связи в детстве могут быть причиной нарушений развития и нейропсихологических состояний в более позднем возрасте (Di Martino et al., 2014). Например, есть предположение, что уменьшение дельта-колебаний в подростковом возрасте, измеренное с помощью ЭЭГ во время сна, может повлиять на созревание лобной коры и привести к возникновению шизофрении (Feinberg and Campbell, 2010).

Считается, что многие когнитивные процессы, аналогичные сетевым связям в процессе развития и связанные с ними, связаны с конкретными корковыми сетями. Наиболее часто изучаемые сети включают режим по умолчанию, внимание, заметность, когнитивный контроль, моторные и слуховые сети. В то время как первичные моторные и сенсорные системы демонстрируют высокую степень разделения и ограниченные связи с другими модулями, когнитивные сети высокого порядка имеют более тесную связь между модулями (Power et al., 2011).Как и следовало ожидать, эти когнитивные модули претерпевают значительные изменения в молодости (Power et al., 2010; Satterthwaite et al., 2013) и во взрослом возрасте (Fair et al., 2009; Kelly et al., 2009; Supekar et al., 2009; Тиан, Ма, 2017).

Сеть режима по умолчанию (в частности, задняя поясная извилина кора, медиальная префронтальная кора, предклинье, островок), как было показано, связана с прогрессивным уменьшением задних сетей внимания на протяжении всей взрослой жизни, с наиболее серьезным нарушением передних и задних, а также дальнодействующих связей. (Эндрюс-Ханна и др., 2007; Koch et al., 2010; Томази и Волков, 2012). Было высказано предположение, что снижение функциональной связности на протяжении всего старения (Damoiseaux et al., 2008) коррелирует со структурными сетевыми изменениями в сети режима по умолчанию (Liu et al., 2017). Хотя эти изменения могут быть вызваны упадком сети, структурные и функциональные изменения, в качестве альтернативы, могут быть вызваны повышением эффективности этих сетей. Однако неспособность подавить режим сети по умолчанию по мере того, как возраст индивидуума, была связана со снижением производительности при выполнении когнитивных задач (Persson et al., 2006; Damoiseaux et al., 2008). Одновременно с возрастом увеличивается лобная и теменная активность, что, как предполагается, является неспособностью перейти от стандартной сети к активной когнитивной обработке (Park and Reuter-Lorenz, 2009; Mowinckel et al., 2012). Это может свидетельствовать о том, что по мере взросления люди используют разные нейронные сети для решения когнитивных задач, таких как разрешение конфликтов (Salami et al., 2014).

Хотя некоторые когнитивные сети демонстрируют спад в более позднем взрослом возрасте, некоторые из них могут продолжать развиваться и расти, например, сети позитивных задач (Mowinckel et al., 2012). Сети когнитивного контроля и значимости также, как было показано с помощью фМРТ, продолжают увеличиваться во взрослом возрасте, в том смысле, что функциональные изменения в дорсальной передней поясной коре головного мозга, связанные с ошибочной регуляцией, увеличиваются в корреляции с увеличением возраста (Velanova et al., 2008). Кроме того, сети, связанные с теорией разума и самостоятельной обработкой, также связаны с развитием, что будет исследовано в следующих разделах. Но, прежде чем изучать эти концепции, мы представим и обсудим CDT, поскольку многие из его идей относятся и применяются к этим когнитивным процессам.

Теория когнитивного развития Кегана (CDT)

Теория Кегана объединяет две отдельные философии: конструктивизма и девелопментализма. Конструктивисты утверждают, что люди создают смысл через свой опыт, а не используют свой опыт для открытия заранее сконструированного значения. В противоположность этому, сторонники развития утверждают, что люди когнитивно прогрессируют и созревают в течение своей жизни. Поэтому сторонники конструктивного развития считают, что системы, которые люди используют для придания смысла своей жизни, со временем меняются и развиваются.Кеган (1994) добавляет, что этот рост возможен, когда человек способен размышлять о чем-то в новом свете и впоследствии понимать это по-другому, то есть взять что-то, что когда-то было Субъектом, и сделать это Объектом.

То, что является субъектом, включает эмоции, предположения, убеждения и другие способы, которыми люди создают смысл в своей жизни, скрытые в подсознании. В результате люди неосознанно формируются этими элементами и не могут объективировать их.Напротив, то, что является объектом, — это те элементы, которые в настоящее время доступны нашему сознательному разуму, и поэтому мы осознаем их, способны размышлять о них и способны контролировать их (Kegan, 1994; Solms, 2014). . Кеган считает, что перемещение элемента от субъекта к объекту, то есть объективизация чего-то, чему он был ранее подвержен, способствует когнитивному развитию, поскольку чем больше человек воспринимает как объект, тем больше он может ценить и понимать, и тем сложнее он в целом. мировоззрение.

По мере развития чьего-либо смыслообразования они также проходят через пять порядков мышления Кегана, последовательные стадии, которые указывают на сложность, с которой люди конструируют свою реальность (Кеган, 1994). Разные порядки ума представляют разные уровни когнитивного развития, и поэтому люди в разных категориях по-разному смотрят на мир и имеют дело с конфликтами и двусмысленностями. Хотя было описано пять порядков или стадий, важно отметить, что большинство взрослых людей живут на третьей стадии, некоторые в конечном итоге достигают четвертой стадии, и лишь горстка когда-либо достигает пятой и последней стадии (Kegan and Lahey, 2009). .Чтобы продемонстрировать эти умонастроения и их подход к разрешению конфликтов, мы сосредоточимся на этапах с третьего по пятый на примере политики, и исследуем, как гипотетический человек, принадлежащий к каждому складу ума конкретной политической партии, будет строить свою реальность и действовать. с идеями и людьми других политических партий.

Лица, находящиеся на третьей стадии когнитивного развития Кегана, обладают «социализированным умом» (Kegan and Lahey, 2009, стр. 17), что означает, что они формируют свою идентичность на основе руководящих принципов, присутствующих в их личной среде, принципов, определенных людьми и учреждениями, которых они в почете.В случае нашего гипотетического политического деятеля эта среда будет состоять из его конкретной политической партии и ее лидеров, а также личных знакомых, таких как семья и друзья, которые разделяют те же политические взгляды. Следовательно, этот человек третьего порядка будет строить свою политическую идентичность, чтобы соответствовать идеям, убеждениям и руководящим принципам, обозначенным этими людьми и партией. Он, вероятно, осудил бы другие политические взгляды как неправильные и вообще избегал бы межполитического диалога, кроме случаев, когда он был предпринят с целью склонить других к его собственным взглядам.

Политический человек четвертого уровня разума способен к тем же мыслительным процессам, что и человек третьего порядка, но в дополнение к этой способности он также обладает более сложным менталитетом по сравнению с его коллегой третьего порядка. Это потому, что она может «самовоспроизводиться» (Kegan and Lahey, 2009, стр. 17) своего собственного набора политических убеждений, а не полагаться на высшее учебное заведение, чтобы определить эти убеждения за нее. Это означает, что у нее есть политическая идентичность, отличная от партийной, и в результате она больше не находится в плену мнения этого учреждения, потому что эти мнения теперь стали ей возражать.Кто-то четвертого порядка, по определению, может отойти достаточно далеко от своего окружения, в данном случае от убеждений своего политического сообщества, чтобы создать личный авторитет, на основе которого можно принимать решения и оценивать утверждения (Kegan and Lahey, 2009, p. стр.17). В отличие от человека третьего порядка, она не будет чувствовать себя разорванной, столкнувшись с противоречиями, которые неизбежно возникнут при взаимодействии с членами других политических идеологий и их обсуждении.

Политик пятого уровня разума действует в рамках созданной им самим системы политических убеждений, сопоставимой с системой, развитой в четвертом порядке.Однако кардинальное отличие состоит в том, что теперь он может видеть пределы этой системы, в то время как его коллега четвертого порядка — нет. Точно так же сравнительный политик пятого порядка фильтрует учения, с которыми он сталкивается, изучая другие политические точки зрения, как он это делал в четвертом порядке, но теперь он может воспринимать сам фильтр как объект (Kegan and Lahey, 2009, стр. стр.19). Другими словами, он знает о своем фильтре, может рассматривать его отдельно от своей системы убеждений и в результате может оценить ограничения и ограничения, которые он накладывает на его систему в целом.Более того, точно так же, как он способен видеть пределы своей собственной системы, он также способен оценить пределы, присущие другим системам, в том числе тем, которые присутствуют в других политических партиях. Поступая таким образом, он формулирует «трансидеологический» (Кеган, 1994, стр. 315) взгляд на различные политические области, и вместо того, чтобы считать одну политическую точку зрения правильной, а другую — неправильной, он может получить более глубокое понимание. как затрат, так и выгод, связанных с соблюдением каждого из них.

Следовательно, по мере того, как индивид прогрессирует через различные порядки разума, концепции, которые когда-то были в подсознании, переходят в сознание, а это, в свою очередь, позволяет эволюционировать в том, как индивид воспринимает себя и свое отношение к другим. Хотя эта теория когнитивного развития взрослых не преследует цель охарактеризовать или описать болезненные состояния, разумно предположить, что отсутствие перехода от одной стадии к другой, или, другими словами, недостаток элементов, необходимых для перемещения различных восприятий и представлений от субъекта к объекту, может способствовать психологическому стрессу и потенциально психическому заболеванию.Эта гипотеза будет исследована с помощью концепций, изложенных в критериях области исследования.

CDT и критерии исследовательской области

Психиатрические расстройства традиционно классифицируются на основе кластеров симптомов и клинических фенотипов с использованием Диагностического и статистического руководства по психическим расстройствам. Однако инициатива, инициированная Национальными институтами здравоохранения, направлена ​​на включение нескольких методологий в психиатрическую нозологию, включая генетику, молекулярную биологию, физиологию, нейронные схемы и поведение.Критерии исследовательской области, или RDoC, представляют собой структуру, нацеленную на использование современных исследований для создания новой таксономии психических расстройств, и содержат пять основных областей: системы отрицательной валентности, системы положительной валентности, когнитивные системы, системы социальных процессов и возбуждение / модуляторные системы (Моррис, Катберт, 2012).

В рамках RDoC наиболее логично, что CDT относится к сфере социальных процессов. Как можно убедиться из приведенного выше примера политического человека с разным складом ума, CDT утверждает, что большая часть значения, которое мы придаем нашей реальности, зависит от нашего взаимодействия с другими, как в наших ближайших кругах семьи и друзей, так и в обществе. в целом.Следовательно, в рамках общих систем для области социальных процессов CDT будет лежать конкретно в подкатегориях восприятия себя и восприятия других . С этой целью RDoC служит формализованной структурой для интеграции психосоциальных аспектов развития и познания, в рамках которой можно проверять различные гипотезы и исследовать различные идеи.

Поскольку теория развития взрослых в настоящее время в основном относится к сфере психологии, скачок в нейробиологическую сферу с помощью визуализации и электрофизиологических данных должен осуществляться постепенно.Таким образом, мы рассмотрим две ключевые концепции, относящиеся к этим предполагаемым изменениям в развитии, которые уже имеют прочно установленную основу в нейробиологии: процессинг, связанный с самим собой, и теория разума.

Самостоятельная обработка

Осознанный опыт — большая часть того, что делает нас людьми, а изучение самосознания — важнейший компонент социальной когнитивной нейробиологии. За последние два десятилетия несколько исследований функциональной нейровизуализации были направлены на определение областей мозга, ответственных за самосознание и сознательный опыт.Кортикальные срединные структуры (CMS), включая вентральную и дорсальную медиальную префронтальную кору, а также переднюю и заднюю поясную кору, неоднократно демонстрировали участие во время задач самооценки (см. Метаанализ: Northoff et al., 2006). Эти задачи варьируются от простых, таких как распознавание собственного тела или частей тела (Thirioux et al., 2010), до более сложных, таких как вынесение суждений о своем внутреннем эмоциональном состоянии или способностях (Gusnard et al., 2001; Fossati et al. ., 2003; Schneider et al., 2008; Yaoi et al., 2009; Йошимура и др., 2009).

Изучение осознанности также важно учитывать, поскольку различные медитативные практики направлены на осознание себя. Медитация осознанности, которой существует множество различных типов, может привести к структурным изменениям в головном мозге, таким как увеличение толщины коры в таких областях, как префронтальная кора и островок (Lazar et al., 2005; Santarnecchi et al., 2014; Engen и др., 2017). Также было показано, что нейрофизиологические изменения, измеренные с помощью электроэнцефалографии, происходят по мере того, как медитирующие осознают себя, с отчетливыми различиями в профилях ЭЭГ в зависимости от опыта.Например, исследование практикующих Сатьянанда-йогу продемонстрировало, что у практикующих среднего уровня со средним опытом 4 года увеличивались низкочастотные колебания (тета и альфа) в правой верхней лобной, правой нижней лобной и правой передней височных долях, в то время как у продвинутых практикующих средний опыт 30 лет увеличил высокочастотные колебания (бета и гамма) в тех же регионах (Thomas et al., 2014).

Как утверждает Мушолт (2013a), важно различать сознательные переживания («быть самим собой») и осознавать себя, переживая сознательные переживания («осознавать себя самим»).В то время как первое может быть субъективным опытом, второе требует объективизации этого опыта. Используя терминологию CDT Кегана, быть «я» считается Субъектом, а осознание себя считается Объектом. Другими словами, хотя можно просто иметь подсознательное восприятие чего-либо, требуется более высокий уровень когнитивного развития, чтобы осознать самого себя, обладающего этим конкретным восприятием, или сделать Объект тем, что ранее было Субъектом. Возвращаясь к предыдущему политическому примеру, потребуется более высокий уровень когнитивного развития, чтобы привлечь внимание к тому, чтобы придерживаться определенной политической точки зрения, по сравнению с простым удержанием этой точки зрения и подчинением ей.

Исследования, посвященные различию между этими двумя концепциями, отсутствуют, главным образом потому, что феноменология, используемая при исследовании самосвязанной обработки, часто нечеткая (Legrand, 2007; Flores-González, 2008; Musholt, 2013b). Кроме того, упомянутые выше исследования требуют некоторой степени объективного осознания себя, чтобы испытуемые могли участвовать в выполнении заданий, что означает, что сами задания содержат элементы как субъективного, так и объективного самопознания и оценки.

Кроме того, поскольку психологические задачи, оценивающие самооценку, связаны с другими когнитивными процессами, такими как рассуждение и память, вполне вероятно, что структуры мозга и нейронные сети, участвующие в самооценке, являются общими для некоторых когнитивных методов.Фактически, Легран и Руби (2009) зашли так далеко, что предположили, что стандартные методы, нацеленные на себя, на самом деле неспецифичны, и любая нейронная активность, возникающая во время участия в задачах самооценки, может быть сведена просто к логической обработке и воспроизведению памяти. . Следовательно, для того, чтобы правильно оценить нейронную репрезентацию самосознания, будет важно разработать задачи, которые не только специфичны для обработки себя, но также пытаются различать компоненты Субъекта и Объекта в нем.Тем не менее, нейровизуализационные исследования в этой области привели к выводам, которые могут оказаться полезными при исследовании и лечении психических расстройств, таких как депрессия.

Последствия депрессии

Руминация — общая характеристика депрессивных расстройств, поскольку пациенты часто имеют повышенную тенденцию к самооценке, самооценке и самооценке. Однако природа этой обработки, связанной с самим собой, склонна к негативной эмоциональной обработке.При картировании с помощью нейровизуализации эти мысли локализуются в структурах передней части коры средней линии, таких как поясная извилина (Nejad et al., 2013; Wagner et al., 2015) и медиальная префронтальная кора (Lemogne et al., 2012; Li et al., 2017), причем эти области демонстрируют повышенную активность у пациентов с большим депрессивным расстройством. Кроме того, было показано, что введение однократной дозы антидепрессанта миртазапина ослабляет эту аномальную активность фМРТ в этих структурах (Komulainen et al., 2016), усиливая их важность в этом расстройстве.

В области нейромодуляции эти открытия частично привели к разработке терапии с направленной глубокой стимуляцией мозга (DBS), которая в настоящее время исследуется для лечения тяжелого большого депрессивного расстройства. Нацеливание на переднюю часть коры поясной извилины, особенно в субгенуальную поясную часть или зону Бродмана 25, показало многообещающие результаты в лечении пациентов, невосприимчивых к лекарствам (Mayberg et al., 2005).Хотя только часть пациентов реагирует на это лечение, дальнейшие исследования сетей самообработки могут пролить свет на механизмы DBS при депрессии, что еще больше расширит терапевтические возможности.

Теория разума

Обработка, связанная с самим собой, включает в себя субъективное владение ментальными состояниями и объективное осознание наличия этих состояний. Однако теория разума идет дальше, охватывая не только объективное осознание собственных ментальных состояний, но и понимание того, что другие обладают ментальными состояниями, которые могут отличаться от ваших собственных.Это чрезвычайно важно для нормального социального взаимодействия, поскольку понимание и прогнозирование поведения других людей являются важными компонентами эффективного общения (Happé, 2003).

Функциональные МРТ-исследования показали, что медиальная префронтальная кора и височно-теменное соединение являются важными областями мозга в теории разума. Эти области активны во время сложных взаимосвязанных ментальных концепций, таких как представление действий, желаний и систем убеждений другого человека, формулировка и оценка точек зрения других, а также торможение действий (McCleery et al., 2011; Gweon et al., 2012; Bowman et al., 2017). Кроме того, активность этих областей во время задач теории разума коррелирует с возрастом: вентральная медиальная префронтальная кора более активна у детей, дорсальная медиальная префронтальная кора более активна в подростковом возрасте, а височно-теменное соединение более активно у взрослых (Moriguchi et al. ., 2007; Blakemore, 2012; Sebastian et al., 2012; Vetter et al., 2014), что может указывать на компонент развития.

Кроме того, электроэнцефалография (ЭЭГ) использовалась для изучения связи между обработкой действий и теорией разума (Marshall and Meltzoff, 2011; Bowman et al., 2017). Было показано, что связанное с событием уменьшение амплитуды альфа-ритма (8–13 Гц) во время произвольных действий, называемое мю-десинхронизацией, коррелирует со степенью производства действия и внутренней репрезентацией этого действия. Bowman et al. (2017) показали, что при высокой степени десинхронизации мю присутствовала положительная корреляция между производством действия (т. Е. Произвольным движением руки), восприятием действия (отношение к опыту или умению производить действие) и теорией разума (социальное рассуждение). , что указывает на интегрированную базовую нейронную сеть.И наоборот, когда мю-десинхронизация была низкой, существовала отрицательная корреляция между действием и внутренним представлением, что можно объяснить отсутствием нейронной интеграции для этих конкретных действий. Следовательно, взаимосвязь между нейрофизиологическими изменениями во время этих действий и теорией разума, измеренная с помощью ЭЭГ кожи головы, по-видимому, охватывает нейронные сети.

Важно определить, являются ли нейронные сети и когнитивные механизмы, которые используются для приписывания мыслей и чувств другим, такими же, как те, которые используются для приписывания психических состояний себе (Happé, 2003).Для того, чтобы конкретная мысль или чувство было приписано себе или другому, сначала необходимо распознать как мысль или чувство, что означает, что оно должно быть перенесено от Субъекта к объекту. Как и ожидалось, здесь будут задействованы те же нейронные механизмы, что и при самостоятельной обработке, а именно CMS. Однако механизмы, участвующие в создании Объекта мыслей или чувств другого человека, могут лежать в зеркальных системах, где определенные области мозга становятся активными при наблюдении или имитации действий другого человека.Эти области, которые включают нижнюю лобную извилину и нижнюю теменную долю (Iacoboni and Dapretto, 2006), как у приматов, так и у людей, как было показано, становятся активными при наблюдении за психическим состоянием других людей (Gallese, 2007), потенциально за счет прямого картирования. целей и намерений другого по отношению к себе (Mahy et al., 2014). Понимание этих процессов может оказаться полезным при исследовании таких заболеваний, как аутизм, когда люди испытывают трудности с пониманием и предсказанием психического состояния других.

Последствия аутизма

Аутизм — это расстройство спектра, характеризующееся в основном недостатками в социальном взаимодействии и нарушением развития теории разума. Крупное исследование с помощью фМРТ, в котором сравнивались более 400 субъектов с аутизмом и нормальной контрольной группой, показало, что у аутичных людей снижена взаимосвязь между областями мозга, задействованными в теории разума (Cheng et al., 2015). В частности, была снижена взаимосвязь между областями обработки выражения лица, а именно средней височной извилиной и вентромедиальной префронтальной корой, и пространственными функциями, относящимися к окружающей среде, а именно предклинием и верхней теменной долей.Также были описаны нейрофизиологические корреляты, связывающие повторяющееся поведение с изменениями десинхронизации альфа-диапазона (8–12 Гц) (Keehn et al., 2017), и впоследствии были предприняты попытки соотнести эти физиологические изменения с различиями в обработке информации, познании. , и поведение (Бельмонте, 2017). Кроме того, транскраниальная стимуляция постоянным током левой дорсолатеральной префронтальной коры (Amatachaya et al., 2014, 2015; D’urso et al., 2015) и правой задней теменной коры (English et al., 2017) привели к улучшению клинических шкал тяжести аутизма, измеряющих функционирование, гиперактивность и несоблюдение. Это подтверждает теорию о том, что существует потенциально обратимая дисфункция в механизме, участвующем в понимании и вычислении психических состояний, хотя неясно, вызывает ли эта дисфункция симптомы аутизма, проявляется ли она в результате аутичного поведения или и того, и другого.

Одна из причин, по которой люди с аутизмом не могут понять свое собственное психическое состояние и состояние других людей, может заключаться в том, что им трудно объективировать свои эмоции и идеи.Другими словами, им «не хватает когнитивного механизма, чтобы представить свои мысли и чувства как мыслей и чувств». (Happé, 2003) Или, используя терминологию из CDT Кегана, им не хватает когнитивного механизма для перемещения своих мыслей и чувств от субъекта к объекту. Следовательно, исследование нейронных механизмов, лежащих в основе этих процессов, может оказаться полезным для разработки и оттачивания новых нейромодуляторных подходов к исследованию и лечению этого расстройства. Как мы увидим, компьютерное моделирование может помочь в этом исследовании, устраняя разрыв между психологическими наблюдениями и нейронными процессами.

Вычислительные модели когнитивного развития

Наблюдение за тем, что поведение может проходить явно прерывистые стадии во время развития, поднимает интересный вопрос, какие изменения в субстрате нейронной обработки ответственны за это явление. Вычислительное моделирование было ценным инструментом в этом отношении при изучении развития ребенка, поскольку оно позволяет моделировать поведенческие последствия конкретных модификаций «оборудования» нейронной обработки.«Таким образом, это может помочь преодолеть разрыв между психологическими наблюдениями и лежащей в основе нейробиологией.

Ранние вычислительные модели развития ребенка основывались на абстрактных представлениях, основанных на правилах. Хотя эти модели предоставили интересную информацию, нет прямого сопоставления между этими модельными структурами и обрабатывающими элементами в нервной ткани. Это в определенной степени изменилось с появлением моделей коннекционизма. Эти модели основаны на слоях модельных «нейронов», которые связаны друг с другом, чтобы разрешить возбуждающее или тормозящее влияние активности нейрона на активность других нейронов.Хотя следует с осторожностью рассматривать эти модельные «нейроны» как эквивалент отдельных нейронов в головном мозге, структура обработки достаточно похожа, чтобы можно было сделать некоторые выводы о нейронной обработке. Результаты нескольких исследований показывают, что стадии развития лучше всего объяснить, когда разрешены структурные изменения в сетевой модели (Westermann et al., 2006; Shultz, 2012, 2015). Обычно сеть начинается с определенной структуры (количество нейронов и их расположение на разных уровнях) и обучается выполнять конкретную задачу.Обучение означает изменение силы связей между нейронами таким образом, чтобы повышалась способность сети выполнять задачу, что соответствует процессу обучения в реальной жизни. Обучение продолжается до тех пор, пока сеть не достигнет стабильной, но все еще несовершенной производительности, после чего в сеть добавляются новые нейроны. Затем эти нейроны могут компенсировать определенные недостатки в работе сети. Интересно, что сеть обычно не может достичь такой же производительности, если она с самого начала состоит из одинакового общего числа нейронов, и в этом случае все нейроны участвуют в распределенном представлении общей проблемы, не будучи в состоянии предоставить конкретное улучшение производительности, которое является результатом добавления некоторых нейронов в более поздний момент времени.

Модели развития, основанные на теории динамического поля (DFT), однако, продемонстрировали, что стадии развития также можно наблюдать без необходимости изменять структуру модели в смысле добавления нейронов в более поздний момент времени (Schlesinger, 2012; Спенсер и др., 2012). Эти модели основаны на предположении, что некоторые параметры глобальной сети, в отличие от обусловленных обучением изменений силы отдельных связей, которые обсуждались ранее, изменяются в процессе разработки.Примерами такого изменения может быть регулировка общего уровня покоя динамического поля или общее увеличение силы локально возбуждающих взаимодействий и латеральных тормозных взаимодействий. Относительно небольшие изменения таких параметров могут привести к качественным различиям в динамике поля и, следовательно, к наблюдению за стадиями развития.

В то время как коннекционистское моделирование и ДПФ представляются принципиально разными подходами к моделированию, Thomas et al.(2009) утверждали, что, хотя они подчеркивают различные аспекты процесса развития, многие ключевые аспекты механизмов, которые приводят к стадиям развития, являются общими для них. Поэтому авторы поощряют конструктивную интеграцию различных подходов. Успех компьютерных моделей в объяснении наблюдений за когнитивным развитием детей предполагает, что аналогичные подходы к моделированию могут связывать когнитивное развитие взрослых с изменениями в нейронном субстрате.

Выводы и направления на будущее

Познание может развиваться в течение взрослой жизни.По мере того, как возникают более сложные идеи и выявляются различные восприятия, вновь открываемые концепции представляют новые способы решения конфликта и придания смысла повседневным взаимодействиям. Это возможно, привнеся осознание в умственные конструкции, которые ранее были в подсознании, или сделав Объект тем, что ранее было Субъектом.

CDT

Кегана обеспечивает прочную основу для изучения этих идей. Хотя это не единственная психологическая теория когнитивного развития взрослых, ее конструкции логичны, ее концепции широко применимы, и она была подтверждена в деловой и образовательной среде.Таким образом, он служит полезной моделью для разработки и проверки различных гипотез. Однако его психологическая основа затрудняет экстраполяцию этих идей на нейробиологические приложения, и поэтому мы должны опираться на родственные концепции, чтобы сделать скачок от социальных наук к наукам.

Полезные связанные концепции включают самооценку, внимательность и теорию разума. Хотя мы исследовали некоторые из фМРТ и электроэнцефалографических характеристик этих концепций, исследования инвазивных нейронных записей человека не обсуждались, поскольку они явно отсутствуют в литературе.Получение инвазивных нейронных данных человека, естественно, является инвазивным, поэтому мы предлагаем проводить эксперименты по записи и стимуляции нервных импульсов человека у людей, подвергающихся нейрохирургическим процедурам для других целей. Эти процедуры включают в себя внутричерепные электроды, имплантированные для диагностики эпилепсии, электроды для глубокой стимуляции мозга, имплантированные для лечения двигательных и психических расстройств, а также кортикальные электроды, используемые во время операций на мозге в сознании, чтобы помочь в резекции опухолей и эпилептических очагов.Например, пациенты с эпилепсией с имплантированными внутричерепными электродами для оценки приступов могут выполнять задачи теории разума или внимательности в больнице. Это не представляет дополнительного риска для пациента, но дает ценную информацию в виде потенциалов локального поля человека, записей отдельных единиц и влияния микро- и макростимуляции на выполнение задачи.

В то время как когнитивные нейробиологические концепции, такие как память, все чаще изучаются таким образом, в социальной когнитивной нейробиологии явно не хватает таких экспериментов.Отсутствие внутричерепных нейрофизиологических данных человека является значительным препятствием для разработки нейромодулирующих приложений и нейропротезных устройств, которые в конечном итоге могут взаимодействовать с нейронными механизмами, лежащими в основе этих когнитивных процессов развития. Мы предполагаем, что увеличение количества таких исследований приведет к созданию новых приложений для одобренных в настоящее время устройств, таких как глубокая стимуляция мозга и чувствительная нейростимуляция.

Эта гипотеза основана на аналогичном примере исторического исследования эмоций с использованием внутричерепной электрофизиологии человека.За счет использования внутричерепных записей в форме потенциалов локального поля или единичных записей, а также использования макростимуляции для имитации определенных чувств, в нескольких исследованиях была предпринята попытка сопоставить различные эмоции с конкретными областями и сетями мозга (подробный обзор см. В Guillory and Bujarski , 2014). Эти исследования частично заложили основу для создания аффективных вычислений, отрасли компьютерных наук, занимающейся изучением человеческих эмоций и их применением в носимых компьютерных устройствах и робототехнике (Picard, 1997; el Kaliouby et al., 2006). Социальные коммуникативные протезы обещают помочь аутичным людям понять сложные нюансы человеческих эмоций и впоследствии улучшить общение и социальное взаимодействие. Подобным образом мы показали, как компьютерное моделирование может дать представление о дискретных когнитивных стадиях развития и как эти выводы могут в конечном итоге помочь людям, страдающим от нарушений развития, психологических или психических расстройств.

Внутричерепные исследования несут определенные неотъемлемые ограничения, такие как использование пациентов с патологиями головного мозга, физическое ограничение участков записи и непредсказуемые эффекты стимуляции (David et al., 2010). Однако информация, полученная с помощью электродов, имплантированных в мозг бодрствующих людей, выполняющих психологические задачи, не имеет себе равных по пространственной и временной точности и поэтому служит мощным инструментом для понимания социальных когнитивных процессов. Например, с помощью фМРТ мы видели, что височно-теменное соединение имеет значение в теории психики. Понимание электрофизиологии этой области во время задач теории разума, а также аберраций во время патологических состояний может позволить разработать имплантируемый нейропротез, который регистрирует локальные потенциалы поля и подает импульс стимуляции в ответ на аномальные записи.Эти чувствительные устройства нейростимуляции уже одобрены FDA для лечения эпилепсии (Morrell and RNS System in Epilepsy Study Group, 2011), и поэтому эта технология может быть применена к когнитивным расстройствам, таким как аутизм, когда будет получено более глубокое понимание нейрофизиологии. .

Поскольку недостатки в когнитивном развитии взрослых были связаны с такими расстройствами, как аутизм и депрессия, мы увидели, что устранение разрыва между психологией развития, нейробиологией и моделированием имеет потенциальные последствия для клинической практики.Следовательно, поскольку методы нейромодуляции, такие как глубокая мозговая и транскраниальная стимуляция, продолжают развиваться, взаимодействие с этими системами может привести к появлению новых исследовательских методов и терапевтических стратегий у взрослых, страдающих нарушениями развития.

Авторские взносы

FG и JD концептуализировали идею; FG, DL, AG и JD подготовили рукопись и выполнили правки.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Список литературы

Аматачая, А., Аувичайапат, Н., Патджанасунторн, Н., Суфакунпиньо, К., Нгерням, Н., Ари-Уэа, Б. и др. (2014). Влияние анодной транскраниальной стимуляции постоянным током на аутизм: рандомизированное двойное слепое перекрестное исследование. Behav. Neurol. , 2014: 173073. DOI: 10.1155 / 2014/173073

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Аматачая, А., Дженсен, М. П., Патджанасунторн, Н., Аувичайапат, Н., Суфакунпиньо, К., Janjarasjitt, S., et al. (2015). Краткосрочные эффекты транскраниальной стимуляции постоянным током на электроэнцефалографию у детей с аутизмом: рандомизированное перекрестно контролируемое исследование. Behav. Neurol. 2015: 928631. DOI: 10.1155 / 2015/928631

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эндрюс-Ханна, Дж. Р., Снайдер, А. З., Винсент, Дж. Л., Люстиг, К., Хед, Д., Райхл, М. Э. и др. (2007). Нарушение крупномасштабных систем мозга при старении. Нейрон 56, 924–935. DOI: 10.1016 / j.neuron.2007.10.038

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Анохин А. П., Люценбергер В., Николаев А. и Бирбаумер Н. (2000). Сложность электрокорковой динамики у детей: аспекты развития. Dev. Psychobiol. 36, 9–22. DOI: 10.1002 / (SICI) 1098-2302 (200001) 36: 1 <9 :: AID-DEV2> 3.0.CO; 2-5

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Basseches, М.(1984). Диалектическое мышление и развитие взрослых (Публикации для развития теории и истории в психологии . Норвуд, Нью-Джерси: Ablex Publishing.

Google Scholar

Бельмонте, М. (2017). Обязательная обработка не относящихся к задаче стимулов: отличительный признак аутичного когнитивного стиля как в рамках диагноза, так и за его пределами. Biol. Психиатрия Cogn. Neurosci. Нейровизуализация 2, 461–463. DOI: 10.1016 / j.bpsc.2017.07.002

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бецель, Р.Ф., Бирдж, Л., Хе, Й., Гони, Дж., Цзуо, X. Н., и Спорнс, О. (2014). Изменения структурной и функциональной связности между сетями состояния покоя на протяжении всей жизни человека. Neuroimage 102 (Pt 2), 345–357. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2014.07.067

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Боуман, Л. К., Торп, С. Г., Кэннон, Э. Н., Фокс, Н. А. (2017). Механизмы действия для социального познания: поведенческие и нейронные корреляты развивающейся теории разума. Dev. Sci. 20: e12447. DOI: 10.1111 / desc.12447

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Цао, М., Ван, Дж. Х., Дай, З. Дж., Цао, X. Y., Цзян, Л. Л., Фань, Ф. М., и др. (2014). Топологическая организация функционального коннектома человеческого мозга на протяжении жизни. Dev. Cogn. Neurosci. 7, 76–93. DOI: 10.1016 / j.dcn.2013.11.004

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Cheng, W., Rolls, E.T., Гу, Х., Чжан, Дж., И Фэн, Дж. (2015). Аутизм: снижение связи между корковыми областями, участвующими в выражении лица, теории разума и самоощущении. Мозг 138 (Pt 5), 1382–1393. DOI: 10.1093 / brain / awv051

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Damoiseaux, J. S., Beckmann, C. F., Arigita, E. J., Barkhof, F., Scheltens, P., Stam, C. J., et al. (2008). Снижение активности мозга в состоянии покоя в «сети по умолчанию» при нормальном старении. Cereb.Cortex 18, 1856–1864. DOI: 10.1093 / cercor / bhm207

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Давид О., Бастин Дж., Шабардес С., Минотти Л. и Кахане П. (2010). Изучение сетевых механизмов с использованием внутричерепной стимуляции у больных эпилепсией. Фронт. Sys. Neurosci. 4: 148. DOI: 10.3389 / fnsys.2010.00148

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ди Мартино, А., Фэйр, Д. А., Келли, К., Саттертуэйт, Т.D., Castellanos, F.X., Thomason, M.E., et al. (2014). Распутывание ошибочно спаянного коннектома: перспектива развития. Нейрон 83, 1335–1353. DOI: 10.1016 / j.neuron.2014.08.050

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Dosenbach, N.U., Fair, D. A., Miezin, F. M., Cohen, A. L., Wenger, K. K., Dosenbach, R.A., et al. (2007). Четкие сети мозга для адаптивного и стабильного управления задачами у людей. Proc. Natl. Акад. Sci. США 104, 11073–11078.DOI: 10.1073 / pnas.0704320104

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дюрсо, Г., Бруззезе, Д., Ферруччи, Р., Приори, А., Паскотто, А., Галдеризи, С., и др. (2015). Транскраниальная стимуляция постоянным током при гиперактивности и несоблюдении правил при аутическом расстройстве. World J. Biol. Психиатрия 16, 361–366. DOI: 10.3109 / 15622975.2015.1014411

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

эль Калиуби, Р., Титерс, А.и Пикард Р. У. (2006). «Исследовательский социально-эмоциональный протез для расстройств аутистического спектра», в Int’l Workshop Wearable and Implantable Body Sensor Networks (Кембридж, Массачусетс) 3–4.

Google Scholar

Энген, Х. Г., Бернхард, Б. К., Скоттник, Л., Рикар, М., и Сингер, Т. (2017). Структурные изменения в социально-аффективных сетях: результаты мультимодальной МРТ у практикующих долгосрочную медитацию. Neuropsychologia. DOI: 10.1016 / j.neuropsychologia.2017.08.024. [Epub перед печатью].

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Инглиш, М. К. У., Китчинг, Э. С., Мейбери, М. Т., и Виссер, Т. А. В. (2017). Регулирование предвзятости внимания взрослых с аутичными чертами с помощью транскраниальной стимуляции постоянным током: пилотное исследование. Autism Res . DOI: 10.1002 / aur.1895. [Epub перед печатью].

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фэйр, Д. А., Коэн, А.Л., Пауэр, Дж. Д., Дозенбах, Н. У., Черч, Дж. А., Миезин, Ф. М. и др. (2009). Функциональные сети мозга развиваются от «локальной к распределенной» организации. PLoS Comput. Биол. 5: e1000381. DOI: 10.1371 / journal.pcbi.1000381

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фейнберг И., Кэмпбелл И. Г. (2010). Изменения ЭЭГ сна в подростковом возрасте: показатель фундаментальной перестройки мозга. Brain Cogn. 72, 56–65. DOI: 10.1016 / j.bandc.2009.09.008

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фишер, К.(1980). Теория когнитивного развития: контроль и построение иерархий навыков. Psychol. Ред. 87, 477–531.

Google Scholar

Флорес-Гонсалес, Л. М. (2008). Феноменологические взгляды на интерсубъективность: к переосмыслению сознания. Integr. Psychol. Behav. Sci. 42, 187–193. DOI: 10.1007 / s12124-007-9044-5

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фоссати, П., Хевенор, С.J., Graham, S.J., Grady, C., Keightley, M. L., Craik, F., et al. (2003). В поисках эмоционального «я»: исследование фМРТ с использованием положительных и отрицательных эмоциональных слов. г. J. Psychiatry 160, 1938–1945. DOI: 10.1176 / appi.ajp.160.11.1938

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Галлезе, В. (2007). До и после «теории разума»: воплощенная симуляция и нейронные корреляты социального познания. Philos. Пер. R. Soc. Лондон. B. Biol. Sci. 362, 659–669. DOI: 10.1098 / rstb.2006.2002

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гу, С., Саттертуэйт, Т. Д., Медалья, Дж. Д., Янг, М., Гур, Р. Э., Гур, Р. С. и др. (2015). Возникновение системных ролей в нормативном развитии нервной системы. Proc. Natl. Акад. Sci. США 112, 13681–13686. DOI: 10.1073 / pnas.1502829112

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гиллори, С.А., Буярски, К.А. (2014). Изучение эмоций с помощью инвазивных методов: обзор внутричерепной электрофизиологии человека за 60 лет. Скан 9, 1880–1889. DOI: 10.1093 / сканирование / nsu002

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гуснард Д. А., Акбудак Э., Шульман Г. Л. и Райхл М. Э. (2001). Медиальная префронтальная кора и референциальная психическая активность: отношение к режиму работы мозга по умолчанию. Proc. Natl. Акад. Sci. США 98, 4259–4264. DOI: 10.1073 / pnas.071043098

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гвеон, Х., Доделл-Федер, Д., Бедни, М., и Сакс, Р. (2012). Теория умственной деятельности у детей коррелирует с функциональной специализацией области мозга для размышления о мыслях. Child Dev. 83, 1853–1868. DOI: 10.1111 / j.1467-8624.2012.01829.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кин Б., Вестерфилд М., Мюллер Р. А. и Таунсенд Дж. (2017). Аутизм, внимание и альфа-колебания: электрофизиологическое исследование захвата внимания. Biol. Психиатрия Cogn. Neurosci. Нейровизуализация 2, 528–536. DOI: 10.1016 / j.bpsc.2017.06.006

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кеган Р. (1994). In Over Our Heads: Mental Requirements of Modern Life. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.

Google Scholar

Келли, А. М., Ди Мартино, А., Уддин, Л. К., Шехзад, З., Джи, Д. Г., Рейсс, П. Т. и др. (2009). Развитие функциональной связности передней поясной извилины с позднего детства до раннего взросления. Cereb. Cortex 19, 640–657. DOI: 10.1093 / cercor / bhn117

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Khundrakpam, B. S., Reid, A., Brauer, J., Carbonell, F., Lewis, J., Ameis, S., et al. (2013). Изменения в развитии структурных сетей мозга. Cereb. Cortex 23, 2072–2085. DOI: 10.1093 / cercor / bhs187

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кох, В., Тейпель, С., Мюллер, С., Buerger, K., Bokde, A. L., Hampel, H., et al. (2010). Влияние старения на сетевую активность в режиме по умолчанию в состоянии покоя. ФМРТ: имеет ли значение метод анализа? Neuroimage 51, 280–287. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2009.12.008

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Komulainen, E., Heikkilä, R., Meskanen, K., Raij, T. T., Nummenmaa, L., Lahti, J., et al. (2016). Однократная доза миртазапина ослабляет нейронные реакции на самореференциальную обработку. J. Psychopharmacol. (Оксфорд). 30, 23–32. DOI: 10.1177 / 0269881115616384

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Лазар, С. В., Керр, К. Э., Вассерман, Р. Х., Грей, Дж. Р., Грев, Д. Н., Тредуэй, М. Т. и др. (2005). Опыт медитации связан с увеличением толщины коркового слоя. Нейроотчет 16, 1893–1897. DOI: 10.1097 / 01.wnr.0000186598.66243.19

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Лемонь, К., Делаво, П., Фретон, М., Гионнет, С., и Фоссати, П. (2012). Медиальная префронтальная кора и личность при большой депрессии. J. Affect. Disord. 136, e1 – e11. DOI: 10.1016 / j.jad.2010.11.034

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Li, Y., Li, M., Wei, D., Kong, X., Du, X., Hou, X., et al. (2017). Самореференциальная обработка при униполярной депрессии: различные роли субрегионов медиальной префронтальной коры. Psychiatry Res. 263, 8–14.DOI: 10.1016 / j.pscychresns.2017.02.008

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Лю К., Яо С., Чен К., Чжан Дж., Яо Л., Ли К. и др. (2017). Структурная сеть мозга меняется на протяжении взрослой жизни. Фронт. Aging Neurosci. 9: 275. DOI: 10.3389 / fnagi.2017.00275

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Марек С., Хван К., Форан В., Холлквист М. Н. и Луна Б. (2015). Вклад сетевой организации и интеграции в развитие когнитивного контроля. PLoS Biol. 13: e1002328. DOI: 10.1371 / journal.pbio.1002328

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Маршалл П. Дж., Мельцов А. Н. (2011). Системы нейронного зеркального отображения: изучение мю-ритма ЭЭГ в младенчестве человека. Dev. Cogn. Neurosci. 1, 110–123. DOI: 10.1016 / j.dcn.2010.09.001

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Mayberg, H. S., Lozano, A. M., Voon, V., McNeely, H.E., Seminowicz, D., Hamani, C., et al. (2005). Глубокая стимуляция мозга при устойчивой к лечению депрессии. Нейрон 45, 651–660. DOI: 10.1016 / j.neuron.2005.02.014

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Макклири, Дж. П., Сёртиз, А. Д., Грэм, К. А., Ричардс, Дж. Э. и Апперли, И. А. (2011). Нейронный и когнитивный временной ход теории разума. J. Neurosci. 31, 12849–12854. DOI: 10.1523 / jneurosci.1392-11.2011

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Моригути, Ю., Ohnishi, T., Mori, T., Matsuda, H., and Komaki, G. (2007). Изменения активности мозга в нейронных субстратах теории разума в детстве и юности. Психиатрическая клиника. Neurosci. 61, 355–363. DOI: 10.1111 / j.1440-1819.2007.01687.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Morrell, M., and RNS System in Epilepsy Study Group (2011). Реагирующая корковая стимуляция для лечения трудноизлечимой парциальной эпилепсии. Неврология 77, 1295–1304.DOI: 10.1212 / WNL.0b013e3182302056

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Моррис, С. Э., и Катберт, Б. Н. (2012). Критерии области исследования: когнитивные системы, нейронные цепи и параметры поведения. Наберите. Clin. Neurosci. 14, 29–37.

PubMed Аннотация | Google Scholar

Мовинкель А. М., Эспесет Т. и Вестлай Л. Т. (2012). Сетевые эффекты возраста и движения объекта в сканере: исследование с помощью фМРТ в состоянии покоя с участием 238 здоровых взрослых. Neuroimage 63, 1364–1373. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2012.08.004

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мушолт, К. (2013b). Самосознание и неконцептуальное содержание. Philos. Stud. 1663, 649–672. DOI: 10.1007 / s11098-011-9837-8

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Неджад А. Б., Фоссати П. и Лемонь К. (2013). Самореференциальная обработка, размышление и кортикальные срединные структуры при большой депрессии. Фронт. Гм. Neurosci. 7: 666. DOI: 10.3389 / fnhum.2013.00666

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Northoff, G., Heinzel, A., de Greck, M., Bermpohl, F., Dobrowolny, H., and Panksepp, J. (2006). Самореферентная обработка в нашем мозгу — метаанализ визуализационных исследований самого себя. Neuroimage 31, 440–457. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2005.12.002

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

О’Салливан, М., Джонс, Д. К., Саммерс, П. Э., Моррис, Р. Г., Уильямс, С. С., и Маркус, Х. С. (2001). Доказательства коркового «разъединения» как механизма возрастного когнитивного снижения. Неврология 57, 632–638. DOI: 10.1212 / WNL.57.4.632

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Перссон, Дж., Ниберг, Л., Линд, Дж., Ларссон, А., Нильссон, Л. Г., Ингвар, М., и др. (2006). Структура-функция коррелирует со снижением когнитивных функций при старении. Cereb. Cortex 16, 907–915.DOI: 10.1093 / cercor / bhj036

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пиаже, Дж. (1971). Генетическая эпистемология. Нью-Йорк, Нью-Йорк: W W Norton & Co Inc.

Google Scholar

Пауэр, Дж. Д., Коэн, А. Л., Нельсон, С. М., Виг, Г. С., Барнс, К. А., Черч, Дж. А. и др. (2011). Функциональная сетевая организация человеческого мозга. Neuron 72, 665–678. DOI: 10.1016 / j.neuron.2011.09.006

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Салями, А., Рикманн, А., Фишер, Х., Бекман, Л. (2014). Многофакторный анализ возрастных различий функциональных сетей, поддерживающих разрешение конфликтов. Нейроизображение 86, 150–163. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2013.08.002

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Santarnecchi, E., D’Arista, S., Egiziano, E., Gardi, C., Petrosino, R., Vatti, G., et al. (2014). Взаимодействие между нейроанатомическими и психологическими изменениями после тренировки на основе внимательности. PLoS ONE 9: e108359. DOI: 10.1371 / journal.pone.0108359

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Саттертуэйт, Т. Д., Вольф, Д. Х., Рупарел, К., Эрус, Г., Эллиот, М. А., Эйкхофф, С. Б. и др. (2013). Неоднородное влияние движения на фундаментальные паттерны изменений функциональной связности в молодости. Neuroimage 83, 45–57. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2013.06.045

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шлезингер, М.М. Б. (2012). Прошлое, настоящее и будущее вычислительных моделей когнитивного развития. Cogn. Dev. 27, 326–348. DOI: 10.1016 / j.cogdev.2012.07.002

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Schneider, F., Bermpohl, F., Heinzel, A., Rotte, M., Walter, M., Tempelmann, C., et al. (2008). Мозг в состоянии покоя и наше «я»: самоотношение модулирует нейронную активность в состоянии покоя в структурах средней линии коры. Неврология 157, 120–131. DOI: 10.1016 / j.нейробиология.2008.08.014

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Себастьян, К. Л., Фонтейн, Н. М., Берд, Г., Блейкмор, С. Дж., Брито, С. А., МакКрори, Э. Дж. И др. (2012). Нейронная обработка, связанная с когнитивной и аффективной теорией разума у ​​подростков и взрослых. Soc. Cogn. Оказывать воздействие. Neurosci. 7, 53–63. DOI: 10.1093 / сканирование / nsr023

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шульц Т. (2012). Конструктивный нейросетевой подход к моделированию психологического развития. Cogn. Dev. 27, 383–400. DOI: 10.1016 / j.cogdev.2012.08.002

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шульц Т. (2015). «Коннекционистские модели развития», в Международной энциклопедии социальных и поведенческих наук , 2-е изд. . изд Дж. Райт (Амстердам: Elsevier), 1–8.

Тириу, Б., Мерсье, М. Р., Джорланд, Г., Бертос, А., и Бланк, О. (2010). Психические образы собственного местоположения во время спонтанных и активных взаимодействий между собой: исследование электрической нейровизуализации. J. Neurosci. 30, 7202–7214. DOI: 10.1523 / jneurosci.3403-09.2010

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Томас, Дж., Джеймисон, Г., и Коэн, М. (2014). Низкочастотные, а затем и высокочастотные колебания различных правых корковых сетей постепенно усиливаются среднесрочной и долгосрочной практикой медитации Сатьянанда-йоги. Фронт. Гм. Neurosci. 8: 197. DOI: 10.3389 / fnhum.2014.00197

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Томас, М.М., Макклелланд, Дж. Л., Ричардсон, Ф. М., Шапиро, А. К., и Боуман, Ф. (2009). «Динамический и коннекционистский подходы к развитию: к будущему взаимовыгодной совместной эволюции», в К единой теории развития , изд. Дж. Спенсер (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Oxford University Press), 337–353.

Google Scholar

Томази Д., Волков Н. Д. (2012). Старение и функциональные сети мозга. Мол. Психиатрия 17 , 471, 549–458. DOI: 10,1038 / мп.2011.81

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Веланова К., Уиллер М. Э. и Луна Б. (2008). Изменения созревания в передней поясной извилине и лобно-теменном рекрутинге поддерживают развитие обработки ошибок и тормозящего контроля. Cereb. Cortex 18, 2505–2522. DOI: 10.1093 / cercor / bhn012

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Веттер, Н. К., Вайгельт, С., Дёнель, К., Смолка, М. Н., и Клигель, М. (2014). Продолжающееся нейронное развитие аффективной теории разума в подростковом возрасте. Soc. Cogn. Оказывать воздействие. Neurosci. 9, 1022–1029. DOI: 10.1093 / сканирование / nst081

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Wagner, G., Schachtzabel, C., Peikert, G., and Bär, K.J. (2015). Нейронная основа аномальной обработки ссылок на себя и ее влияние на когнитивный контроль у пациентов с депрессией. Hum. Brain Mapp. 36, 2781–2794. DOI: 10.1002 / HBM.22807

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Вестерманн, Г.С.С., Шульц, Т.Р., и Марешаль, Д. (2006). Моделирование когнитивной нейробиологии развития. Trends Cogn. Sci. (Рег. Ред.). 10, 227–232. DOI: 10.1016 / j.tics.2006.03.009

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уилбер, К. (2006). Интегральная духовность. Бостон, Массачусетс: Публикации Шамбалы.

Google Scholar

Йошимура, С., Уэда, К., Судзуки, С., Онода, К., Окамото, Ю. и Ямаваки, С. (2009). Самореференционная обработка негативных стимулов в вентральной передней поясной извилине и правой миндалине. Brain Cogn. 69, 218–225. DOI: 10.1016 / j.bandc.2008.07.010

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

% PDF-1.4 % 73 0 объект > эндобдж xref 73 40 0000000015 00000 н. 0000001975 00000 н. 0000002106 00000 н. 0000002481 00000 н. 0000003067 00000 н. 0000003517 00000 н. 0000003891 00000 н. 0000004326 00000 н. 0000004706 00000 н. 0000004862 00000 н. 0000005003 00000 н. 0000005264 00000 н. 0000005538 00000 п. 0000005810 00000 н. 0000006236 00000 п. 0000006624 00000 н. 0000007221 00000 н. 0000007305 00000 н. 0000007411 00000 н. 0000012346 00000 п. 0000119430 00000 н. 0000350267 00000 н. 0000367715 00000 н. 0000372836 00000 н. 0000381996 00000 н. 0000385239 00000 п. 00003

00000 н. 00003 00000 н. 00003 00000 н. 0000395576 00000 н. 0000395684 00000 н. 0000396051 00000 н. 0000396077 00000 н. 0000396147 00000 н. 0000396227 00000 н. 0000396579 00000 п. 0000396886 00000 н. 0000397564 00000 н. 0000398076 00000 н. 0000398577 00000 н. трейлер ] >> startxref 0 %% EOF 74 0 объект > / Pages 71 0 R / StructTreeRoot 113 0 R / Type / Catalog / Viewer Настройки >>> эндобдж 75 0 объект > / Font> / ProcSet [/ PDF / Text / ImageC] / XObject >>> / StructParents 1 / TrimBox [0 0 612 792] / Type / Page >> эндобдж 76 0 объект > эндобдж 77 0 объект > эндобдж 78 0 объект > эндобдж 79 0 объект > эндобдж 80 0 объект > эндобдж 81 0 объект > эндобдж 82 0 объект > эндобдж 83 0 объект > эндобдж 84 0 объект > эндобдж 85 0 объект > эндобдж 86 0 объект > эндобдж 87 0 объект > эндобдж 88 0 объект > эндобдж 89 0 объект > эндобдж 90 0 объект > эндобдж 91 0 объект > ручей HWio__

Разум среднего возраста

Спросите тех, кто вступил в гуще среднего возраста, что они думают о своих умственных способностях, и вы, вероятно, услышите множество жалоб — их мозг работает не так быстро, как раньше, они отвлекают и рассеивают внимание. , и они никогда не могут вспомнить чье-либо имя.

Хотя некоторые из этих жалоб отражают реальное снижение функции мозга в наши средние годы, недостатки мозга среднего возраста, вероятно, были преувеличены неофициальными данными и даже некоторыми научными исследованиями.

Вопреки своей репутации более медленной и унылой версии юношеского мозга кажется, что ум среднего возраста не только сохраняет многие способности юности, но фактически приобретает некоторые новые. Похоже, что мозг взрослого человека способен хорошо адаптироваться к среднему возрасту, вбирая в себя десятилетия опыта и поведения.Исследования показывают, например, что ум людей среднего возраста более спокойный, менее невротичный и лучше справляется с социальными ситуациями. У некоторых людей среднего возраста даже улучшились когнитивные способности.

«Существует устойчивый потенциал для пластичности, реорганизации и сохранения способностей», — говорит когнитивный нейробиолог Патриция Рейтер-Лоренц, доктор философии из Мичиганского университета в Анн-Арборе.

У исследователей теперь есть беспрецедентное количество данных о старении мозга из Сиэтлского лонгитюдного исследования, которое отслеживало когнитивные способности тысяч взрослых за последние 50 лет.Эти результаты показывают, что взрослые среднего возраста лучше справляются с четырьмя из шести когнитивных тестов, чем те же люди в молодости, говорит руководитель исследования Шерри Уиллис, доктор философии из Вашингтонского университета в Сиэтле.

В то время как навыки запоминания и скорость восприятия начинают снижаться в молодом возрасте, вербальные способности, пространственное мышление, простые математические способности и навыки абстрактного мышления улучшаются в среднем возрасте.

Когнитивные навыки стареющего мозга также широко изучаются пилотами и авиадиспетчерами.Опять же, старые пилоты демонстрируют снижение скорости обработки и объема памяти, но их общая производительность, похоже, остается неизменной. В исследовании, опубликованном в журнале Neurology (том 68, № 9) в 2007 году, исследователи тестировали пилотов в возрасте от 40 до 69 лет, когда они выполняли упражнения на симуляторах полета. Старшим пилотам потребовалось больше времени, чтобы научиться пользоваться симуляторами, но они лучше, чем их младшие коллеги, добились своей цели: избежать столкновений.

Многие люди среднего возраста убеждены, что они просто не так умны и даже не так умны, как раньше, — говорит Уиллис.Но возможно, что это иллюзия, возникающая из-за аспектов познания, которые действительно страдают в среднем возрасте.

«У них может возникнуть ощущение, что они когнитивно медлительны, только потому, что они медленны в восприятии или медленны с психомоторными навыками», — говорит она, когда на самом деле их мозг выполняет большинство задач замечательно хорошо.

Изменение стратегии

Раньше исследователи полагали, что активность мозга замедляется с возрастом, поэтому более старый мозг в целом будет проявлять меньшую активность, чем более молодой.Но исследования функциональной нейровизуализации опровергли это предположение.

Например, психолог Шерил Грэди, доктор философии из Университета Торонто, и ее коллеги обнаружили, что пожилые люди используют больше своего мозга, чем молодые люди, для выполнения определенных задач. В исследовании, опубликованном в журнале Journal of Neuroscience (Vol. 3, No. 2) в 1994 году, Грэди сообщил, что выполнение задачи сопоставления лиц активирует в основном затылочные зрительные области у молодых людей, но пожилые люди также используют эти области. как префронтальная кора.(Обе группы взрослых одинаково хорошо справляются с этой задачей.)

Несколько групп, в том числе Grady’s, также обнаружили, что пожилые люди склонны использовать оба полушария мозга для задач, которые активируют только одно полушарие у молодых людей. По словам Рейтер-Лоренц, у молодых людей наблюдается аналогичная двусторонняя активность мозга, если задача достаточно сложна, но пожилые люди используют оба полушария с меньшими уровнями сложности.

Стратегия вроде работает. Согласно работе, опубликованной в Neuroimage (Vol.17, No. 3) в 2002 г., наиболее успешные пожилые люди чаще всего демонстрируют эту билатерализацию. Пожилые люди, которые продолжают использовать только одно полушарие, тоже не работают.

Рейтер-Лоренц считает эти изменения с возрастом обнадеживающими, поскольку они показывают, что мозг среднего возраста способен изменять свои действия для выполнения поставленной задачи. «Компенсация через одни мозговые механизмы может компенсировать потери других», — говорит она.

Грэди предупреждает, что многие исследования мозга людей среднего возраста являются предварительными, поскольку эта возрастная группа «мало изучена.Это определенно недостаточно изучено ». По словам Грэди, большинство исследований функциональной визуализации, например, обычно привлекают студентов и пенсионеров. Когнитивные характеристики людей среднего возраста часто просто экстраполируются с двух концов спектра.

Хотя линейный континуум может быть точным для многих характеристик, это не всегда может быть верным предположением. Например, собственная работа Грэди по активации мозга во время выполнения задач на память предполагает, что модель среднего возраста действительно находится между образцами молодого взрослого и пожилого человека.

Например, количество белого вещества в головном мозге, которое формирует связи между нервными клетками, кажется, увеличивается до 40-50 лет, а затем снова падает. «Это говорит о том, что есть некоторые изменения в развитии, которые достигают своего пика только где-то в среднем возрасте», — говорит Грэди.

Очки хотя бы розовые

Эмоции и социальные взаимодействия — даже личность — могут систематически изменяться по мере того, как люди достигают среднего возраста. Многие исследования показали, что с возрастом люди становятся спокойнее и менее невротичными.«Эмоциональные бури утихают, — говорит Рейтер-Лоренц.

Работа когнитивного психолога Мары Мазер, доктора философии из Университета Южной Калифорнии в Лос-Анджелесе, показала, что пожилые люди, как правило, больше сосредотачиваются на положительной информации и меньше на отрицательной, чем их молодые сверстники. В 2004 году она и ее коллеги сообщили в статье Psychological Science (том 15, № 4), что миндалевидное тело у пожилых людей в действительности меньше реагирует на негативные стимулы (например, неприятные картинки), чем у молодых людей.Начиная примерно с 40 лет, люди лучше запоминают положительные образы, чем отрицательные, и эта тенденция сохраняется как минимум до 80 лет.

Этот «эффект позитивности» еще сильнее проявляется у людей с исключительно хорошими когнитивными способностями, говорит Мазер, «так что это не похоже на то, что просто сопровождает снижение когнитивных способностей; кажется, это что-то активное ».

Эти результаты согласуются со многими самоотчетами людей среднего и старшего возраста, говорит Мазер.Пожилые люди считают эмоциональную стабильность и положительные эмоции более важными, чем молодые люди, и говорят, что они лучше справляются со своими эмоциями, чем в молодости.

Хотя научный анализ таких качеств, как суждение и мудрость, значительно сложнее, чем измерение скорости психомоторного движения или емкости памяти, некоторые исследователи пытаются именно это. Исследования, проведенные за последние несколько лет, показали, что люди среднего возраста гораздо более опытны во многих социальных взаимодействиях, таких как суждение об истинных намерениях других людей, чем те, кто моложе или старше.

И работа Дэвида Лэйбсона, доктора философии из Гарвардского университета, показала, что взрослые люди среднего возраста демонстрируют лучшее понимание экономики и принимают более правильные финансовые решения, чем молодые или пожилые люди. На самом деле, пиковое значение финансового суждения среднестатистического человека составляет 53,

.

Изменчивость и влияния

Одной из самых ярких черт ума людей среднего возраста может быть не какая-то одна особенность или способность, а скорее различия в когнитивных навыках, которые обнаруживаются в этой возрастной группе.Хотя различия в когнитивных способностях, очевидно, существуют среди людей в любом возрасте, эти различия, похоже, усиливаются в среднем возрасте.

Например, память и внимание часто страдают в среднем возрасте, но способности некоторых людей действительно улучшаются в среднем возрасте. В исследовании Уиллиса в Сиэтле способность большинства участников запоминать списки слов снизилась в среднем возрасте, но около 15 процентов справились с этой задачей лучше, чем в молодости.

«Если вы изучите широкий спектр способностей, вы начнете понимать, насколько сложным является когнитивный спад и сколько существует индивидуальных различий», — говорит Уиллис.

Эта вариация поведенческих характеристик также отражается на экспрессии генов, связанных с обучением и памятью. В исследовании, опубликованном в журнале « Nature » в 2004 году (том 429, № 6994), мозг взрослых в возрасте до 40 лет неизменно демонстрировал незначительные повреждения и высокий уровень экспрессии этих генов, в то время как мозг людей старше 73 лет демонстрировал множество повреждений. и низкая экспрессия генов. Но в группе среднего возраста результаты сильно различались. Некоторые мозги среднего возраста уже отключались, тогда как другие были неотличимы от мозга 30-летних.

«Это очень интересная и разнородная группа», — говорит Грэди.

Благодаря большему изучению среднего возраста в целом — особенно тех, кто, кажется, скользит по этим годам с сохранением или даже улучшением когнитивных способностей, — ученые надеются помочь гораздо большему количеству людей сохранить когнитивное здоровье до старости.

На данный момент исследования показывают, что сохранение впечатляющей когнитивной способности с возрастом происходит благодаря принятию определенных форм поведения, а также некоторой генетической удаче, говорит Уиллис.Например, исследователи определили несколько вариантов генов, которые являются факторами риска ранних проблем с памятью. Но люди, которые демонстрируют когнитивные улучшения в среднем возрасте, также, как правило, более физически, когнитивно и социально активны, чем те, у кого это не так.

«Вместо кризиса средний возраст следует рассматривать как время для новой формы самоинвестирования», — говорит Рейтер-Лоренц. «Это время жизни приносит так много новых возможностей инвестировать в свои собственные когнитивные и физические ресурсы, чтобы вы могли защитить себя от последствий старения.”


Мелисса Ли Филлипс — писатель из Сиэтла.

Переход от служб охраны психического здоровья детей и подростков к службам охраны психического здоровья взрослых с акцентом на прогрессирование диагноза

BJPsych Bull. 2018 окт; 42 (5): 188–192.

Энн Коллинз

1 Детская и семейная клиника Тонтег, Совет по здравоохранению Университета Квм Таф, Понтипридд, Уэльс

Антонио Муньос-Соломандо

1 Детская и семейная клиника Тонтег, Совет здоровья Университета Квм Таф, Уэйлсприд

1 Детская и семейная клиника Tonteg, Совет по здравоохранению Университета Cwm Taf, Понтипридд, Уэльс

Поступила в редакцию 9 августа 2017 г .; Пересмотрено 4 марта 2018 г .; Принята в печать 6 апреля 2018 г.

Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution (http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/), которая разрешает неограниченное повторное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе. при условии правильного цитирования оригинальной работы.

Реферат

Цели и метод

В этой статье исследуются психические расстройства при переходе людей от подросткового возраста к взрослой жизни. Данные были собраны из историй болезни пациентов, которые перешли из служб охраны психического здоровья детей и подростков в службы охраны психического здоровья взрослых в регионе Южного Уэльса.Были зарегистрированы демографические и клинические диагнозы в рамках обеих служб. Паттерны между расстройствами у подростков и взрослых, а также сопутствующие заболевания были исследованы с использованием критерия Пирсона χ 2 и точного критерия Фишера.

Результаты

Из 98 пациентов, которые перешли с одной службы на другую, у 74 были изменения в диагнозе. Всего было изменено 164 диагноза, при этом пациенты больше не соответствовали диагностическим критериям для 64 расстройств, и было диагностировано 100 новых расстройств.Коморбидность повышается в зрелом возрасте.

Клинические последствия

Диагнозы могут развиваться, особенно в подростковом и раннем взрослом возрасте. Поэтому регулярная переоценка имеет первостепенное значение для успешного лечения.

Декларация интересов

Нет.

Большинство психических расстройств выявляется в подростковом и раннем взрослом возрасте1. К 21 году более половины населения испытали хотя бы одно психическое расстройство2. с повышенным риском дальнейших трудностей во взрослом возрасте.4 , 5 Однако было обнаружено, что этот эффект ограничен, когда подростковые эпизоды непродолжительны, что подчеркивает необходимость быстрого и эффективного лечения.6 Несмотря на то, что во многих исследованиях подростковый период идентифицирован как период риска возникновения психических расстройств, Конечно, эти расстройства еще до конца не изучены. На сегодняшний день неясно, почему у некоторых людей развивается рецидив психического заболевания, тогда как у других психическое заболевание ограничивается подростковым периодом.

Модели диагностического перехода

По мере того, как люди с психическими расстройствами переходят из подросткового возраста во взрослую жизнь, их расстройства могут следовать по разным траекториям.В некоторых случаях они могут быть предшественниками другого заболевания во взрослом возрасте, демонстрируя гетеротипический паттерн4 , 5 , 7 , 8 В других случаях они могут оставаться диагностически стабильными и следовать гомотипическому паттерну.1 , 4 Возможно, что одновременно с развитием коморбидных расстройств будет проявляться как гетеротипический, так и гомотипический паттерн перехода, особенно потому, что они с большей вероятностью разовьются в подростковом и юношеском возрасте.9 , 10

Цели исследования

Данное исследование на клинической выборке направлено на изучение психических расстройств по мере перехода людей из подросткового возраста во взрослую жизнь в населении Южного Уэльса, Великобритания. Были изучены закономерности между расстройствами психического здоровья у подростков и взрослых, а также сопутствующими заболеваниями.

Метод

Данные были собраны в июле 2013 года. Клинические записи были изучены ретроспективно для всех пациентов, направленных в службы охраны психического здоровья взрослых (AMHS) в Совете здравоохранения Университета Квм-Таф в течение 5-летнего периода.

Критерии включения

Включенные участники были в возрасте 15–22 лет на момент направления и имели документально подтвержденный анамнез обращения в службы охраны психического здоровья детей и подростков (CAMHS) в течение 2-летнего периода до направления в службы для взрослых.

Критерии исключения

Люди были исключены из исследования по следующим причинам:

  • • отсутствие достаточного взаимодействия с CAMHS или AMHS для проведения полной оценки;
  • • Участие AMHS менее года;
  • • отсутствие документально подтвержденного диагноза от CAMHS или AMHS;
  • • Услуги CAMHS предоставляются другим советом по здравоохранению.

Сбор данных

Электронные банкноты AMHS были проанализированы. При необходимости использовалась бумажная документация CAMHS. Собранные данные включали:

  • • дата направления в AMHS;
  • • возраст на момент направления;
  • • географический район;
  • • диагноз задокументирован в выписке из CAMHS;
  • • диагноз, задокументированный в клинических заметках или переписке AMHS.

Диагнозы регистрировались в соответствии с клинической кодировкой, основанной на МКБ-10 (1992).У небольшого числа участников ( n = 17) клиницисты CAMHS не поставили официального диагноза по МКБ-10. Вместо этого была использована формулировка для описания презентации участника в то время. Для описания этих случаев использовался термин «эмоциональные трудности».

Некоторые расстройства сгруппированы по категориям. Гиперкинетическое расстройство, расстройство поведения и оппозиционно-вызывающее расстройство (ODD) были классифицированы вместе как внешние расстройства. Генерализованное тревожное расстройство, обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) и фобические расстройства были классифицированы вместе как тревожные расстройства.Различные формы злоупотребления психоактивными веществами были отнесены к категории психических и поведенческих расстройств, вызванных употреблением психоактивных веществ. Эти расстройства были сгруппированы таким образом из-за уровня сопутствующей патологии внутри категории. Диагноз расстройства поведения или ODD без сопутствующего гиперкинетического расстройства не ставился. Фобическое расстройство и ОКР не проявлялись как единичные тревожные расстройства. Те участники, которые злоупотребляли веществами, злоупотребляли как минимум двумя. Таким образом, мы не могли сделать выводы относительно перехода индивидуального диагноза для этих индивидуальных расстройств.Перечисление всех индивидуальных расстройств привело к множеству комбинаций внутри категорий, и было принято прагматическое решение сгруппировать расстройства.

Этическое разрешение

Данное исследование было поддержано отделом исследований и разработок Совета здравоохранения Университета Квм Таф, который отвечает за медицинские записи AMHS и CAMHS. Необходимость этического одобрения широко обсуждалась, но сочли ненужной по следующим причинам: мы доверяли сотрудникам и собирали данные на месте, первоначально в рамках аудита; метод сбора данных позволил обезличить идентифицируемую информацию в момент сбора; и данные, использованные в этом исследовании, были ограничены демографическими и диагностическими деталями.

Статистический анализ

χ Пирсона 2 -тест и точный критерий Фишера использовались для сравнения частот между двумя дискретными переменными. Все указанные значения P являются двусторонними. Статистическая значимость была установлена ​​на уровне 0,05, и анализ проводился с использованием статистического программного обеспечения SPSS версии 21 для Windows. Были рассчитаны стандартизованные остатки (S i ), где был обнаружен значимый результат.

Результаты

Всего за исследуемый период в AMHS было направлено 207 человек в возрасте 15–22 лет.иллюстрирует, как была создана окончательная выборка из 98 участников. Из 98 участников 60 были мужчинами (61,2%). Средний возраст составлял 18,1 года (стандартное отклонение 1,46) с возрастным диапазоном от 16 до 23 лет. В AMHS было три источника направлений: 60 участников (61%) были направлены своим терапевтом, 37 (38%) — CAMHS и 1 (1%) — командой AMHS по урегулированию кризисов. 42 участника (43%) были направлены в течение 1–12 месяцев с 1 июля 2012 г .; 19 (19%) были направлены в течение 13–24 месяцев; и 19 (19%) были направлены в течение 25–36 месяцев, 9 (9%) в течение 37–48 месяцев и 9 (9%) в течение 49–60 месяцев.

Блок-схема, иллюстрирующая процесс отбора для участия в исследовании.

Расстройства CAMHS были разделены на 13 диагностических категорий. Всего 65 участников (66%) имели единичный диагноз, 29 (30%) имели два диагноза и 4 (4%) имели три диагноза. В результате было поставлено 135 индивидуальных диагнозов. Наиболее распространенной диагностической категорией в CAMHS были внешние расстройства. Расстройства AMHS также были разделены на 13 диагностических категорий, 10 из которых присутствовали в выборке CAMHS.В общей сложности 46 участников (47%) имели единичный диагноз, 37 (38%) имели два диагноза, 14 (14%) имели три и 1 (1%) имели четыре диагноза. В результате было поставлено 166 индивидуальных диагнозов. Расстройства экстернализации оставались наиболее распространенным диагнозом. Частоты отдельных диагностических категорий подробно описаны в.

Таблица 1

Частоты отдельных диагностических категорий

(0)
Клинический код нарушений (коды МКБ-10) Частота CAMHS (%) Частота AMHS (%)
Биполярное аффективное расстройство F31) 2 (1) 5 (3)
Депрессия (F32) 19 (14) 30 (18)
Избирательный мутизм (F94) 1 (1) 0 (0)
Диссоциальное расстройство личности (F60.2) 0 (0) 8 (5)
Нервная анорексия (F50) 5 (4) 0 (0)
Эмоциональные трудности 17 (13) 17 (13) 17 (13)
Эмоционально нестабильное расстройство личности (F60.3) 0 (0) 12 (7)
Экстернализующее расстройство (F90–91) 57 (42) 38 (23) )
Нарушение обучаемости (F81.9) 1 (1) 1 (1)
Невротическое расстройство (F40–42) 14 (10) 23 (14)
Психическое и поведенческое расстройство, вызванное употреблением психоактивных веществ (F10–19) 5 (4) 25 (15)
Психическое расстройство, вызванное повреждением или дисфункцией головного мозга (F06) 0 (0) 1 (1)
Первазивное расстройство развития (F84) 8 (6) 7 (4)
Шизофрения (F20) 4 (3) 6 (4)
Острые и преходящие психотические расстройства (F23) 1 (1) 9 (7)
Тик F95) 1 (1) 1 (1)

Когда диагнозы участников CAMHS сравнивались с диагнозами AMHS, 164 изменения (среднее значение 1.65, с.д. 1.15). Из расстройств, диагностированных CAMHS, 64 больше не присутствовали после того, как участники были переведены в AMHS, и 100 новых расстройств были диагностированы в AMHS. Из 98 участников 23 (23%) не изменили свой диагноз.

Заболевания, диагностированные в CAMHS, были изучены ретроспективно, наблюдая, как эти случаи развивались диагностически в рамках AMHS. Гетеротипическая преемственность наблюдалась в трех категориях расстройств. Эти категории были CAMHS экстернализирующими расстройствами к диссоциальным расстройствам личности (DPP) ( P = 0.01), от расстройств пищевого поведения CAMHS до эмоционально нестабильных расстройств личности (EUPD) ( P = 0,01) и эмоциональных трудностей CAMHS до EUPD ( P = 0,01). Гомотипическая преемственность была очевидна для экстернализующих расстройств (χ 2 = 37,5, P <0,001), невротических расстройств (χ 2 = 6,04, P = 0,01), биполярного аффективного расстройства ( P <0,001), всеобъемлющее расстройство развития ( P <0,001), психическое и поведенческое расстройство, вызванное употреблением психоактивных веществ ( P = 0.01) и синдром Туретта ( P = 0,01). Некоторые расстройства демонстрировали обратную взаимосвязь, и, если они присутствовали в CAMHS, присутствие других расстройств в AMHS уменьшалось. Это имело место для следующих диагнозов: невротическое расстройство CAMHS и экстернализирующее расстройство AMHS (χ 2 = 5,47, P = 0,02), экстернализирующие расстройства CAMHS с обоими невротическими расстройствами AMHS (χ 2 = 5,02, P = 0,03) и EUPD (χ 2 = 8,07, P <0.001), а также депрессия CAMHS и экстернализующее расстройство AMHS (χ 2 = 6,08, P = 0,02).

В выборке AMHS было два новых случая шизофрении. Участникам был поставлен диагноз эмоциональных трудностей и экстернализирующего расстройства во время пребывания в рамках программы CAMHS. Из трех новых случаев биполярного аффективного расстройства одному участнику был поставлен диагноз экстернализирующего расстройства, а у двух — депрессия во время пребывания под CAMHS.

Обсуждение

В нашей выборке большинство участников испытали изменение диагноза между подростковым и взрослым возрастом.Целью этого исследования было изучить закономерности этого изменения. В общей сложности 59% участников выздоровели после постановки диагноза CAMHS, что указывает на эффективное лечение или развитие симптомов. После перехода на AMHS у 75% всех участников был поставлен новый диагноз. Это подчеркивает, что коморбидность и осложнения все еще развиваются.

Совет по здравоохранению университета Cwm Taf имеет согласованную политику перехода между CAMHS и AMHS. С 2011 года пациентов направляют из CAMHS, когда им исполняется 17 лет.5 лет. Затем ожидается переходный период с совместными клиническими проверками до достижения пациентом 18-летнего возраста. Предыдущие правила рекомендовали перевод в службы для взрослых в возрасте 16 лет или по окончании формального образования. Предыдущее исследование показало, что только 49% пациентов CAMHS, которые достигли возраста перехода на новую службу, успешно участвуют в программе AMHS.11 Если у этих людей в анамнезе были тяжелые психические заболевания, выписанные рецепты или предыдущие госпитализации, они с большей вероятностью перешли.В нашем исследовании участвуют люди, которые были оценены и диагностированы как CAMHS, так и AMHS. Поэтому в этом контексте трудно установить, является ли выборка репрезентативной, поскольку сопоставимые исследования в основном проводились на уровне совокупности. Это может объяснить, почему некоторые расстройства имеют обратную взаимосвязь, хотя исследования указывают на коморбидную взаимосвязь.8 , 10 , 12 В нашей выборке экстернализующие расстройства были более распространены, чем депрессия. Это возможное объяснение более высокой доли участников-мужчин в нашей выборке.13 Это важно, поскольку женщины имеют более высокий риск продолжения психических заболеваний в подростковом возрасте6 и с большей вероятностью разовьются коморбидные психические расстройства, чем мужчины14. Это было ожидаемым открытием, поскольку синдром дефицита внимания с гиперактивностью имеет приемлемую степень диагностической стабильности, сохраняющуюся во взрослом возрасте с показателями от 1,2 до 7 в популяции.3% .15 Невротические расстройства продолжались и во взрослой жизни. Это подтверждает исследования, показывающие, что подростковая депрессия и невротические расстройства демонстрируют умеренную преемственность во взрослом возрасте, рецидивирующую и ремиттирующую модель.4 , 16 Эта модель могла повлиять на то, почему невротические расстройства, но не депрессия, продемонстрировали гомотипическую преемственность в этом поперечном исследовании. . Гомотипическая преемственность была также очевидна для биполярного расстройства. Несмотря на то, что это небольшая выборка, результаты соответствуют исследованиям, показывающим, что биполярное расстройство является относительно стабильным диагностически.17 Гомотипическая преемственность также присутствовала при повсеместном нарушении развития. Этого следовало ожидать, так как это считается пожизненным диагнозом.

Все участники CAMHS с нервной анорексией выздоровели, и у 60% развился EUPD. DSM определяет пограничное расстройство личности (BPD) вместо EUPD. Поскольку EUPD и BPD сопоставимы, исследования обоих расстройств могут дать представление об их связи с расстройствами пищевого поведения. Расстройства пищевого поведения были зарегистрированы в историях людей с ПРЛ в количестве 54%, что сопоставимо с нашими данными.18 Сложность регуляции настроения, меньшая терпимость к стрессу и история эмоционального насилия в детстве — общие выводы для этих расстройств19 22 Выявление таких общих характеристик может быть ключом к пониманию того, какие расстройства прогрессируют, а какие разрешаются.

В популяции EUPD в AMHS шесть участников (50%) в детстве имели эмоциональные трудности. В МКБ-10 диагностические категории иногда разделяют детей и взрослых.Таким образом, можно утверждать, что следует учитывать гомотипическую преемственность, несмотря на изменение диагноза. Однако мы утверждаем, что наличие этих возрастных ограничений подчеркивает, что симптомы различаются на разных стадиях развития. Важно отметить, что нет одинаковых диагностических критериев расстройств, характерных для детей или взрослых, за исключением возрастных ограничений. По этой причине эмоциональные трудности CAMHS, прогрессирующие до AMHS EUPD, считались гетеротипическим переходом. Точно так же переход экстернализирующих расстройств в DPD считался гетеротипическим переходом.И это несмотря на частоту этого конкретного диагностического перехода23. ​​Исследования показали, что определенные черты характера делают переход к DPD более частым24. Эти черты включают постоянные проблемы с поведением и участие в более ориентированных на жертву и насильственных преступлениях. В нашей выборке 15% экстернализирующих расстройств CAMHS прогрессировали до DPD. У всех этих участников изначально было диагностировано расстройство поведения. Поскольку антисоциальное поведение достигает пика в подростковом возрасте, это можно считать идеальным временем для целевого вмешательства, особенно потому, что исследования показывают плохие результаты, когда антисоциальное поведение связано с расстройством поведения и злоупотреблением психоактивными веществами.25

Два случая подростковой депрессии переросли в биполярное расстройство. Биполярное расстройство обычно диагностируется в течение первых 5 лет после первого депрессивного эпизода. 26 , 27 Эти временные рамки подчеркивают диагностическое прогрессирование во время перехода к взрослой жизни. Продромальные синдромы, предшествующие шизофрении, также часто связаны с этой эпохой. Эти неспецифические изменения психического состояния человека часто считаются нормальным поведением или психическими расстройствами, такими как депрессия или тревога.28 Спорный вопрос о том, следует ли рассматривать эти подростковые диагнозы как показывающие гетеротипические изменения или их лучше охарактеризовать как продромальные синдромы. Хотя продромальные симптомы могут присутствовать в детстве у людей с шизофренией, также могут присутствовать диагностируемые проблемы с психическим здоровьем. Есть надежда, что дальнейшие исследования в этой области выиграют от включения в DSM-5 (2013) синдрома ослабленного психоза.

Это исследование выявило закономерности перехода расстройства по мере того, как люди переходят из подросткового возраста во взрослую жизнь.Перспектива психического заболевания с точки зрения развития предполагает, что эти расстройства развиваются из общих факторов уязвимости, проявляя разные симптомы на разных стадиях развития.1 , 4 Исследования также показали диагностические переходные пики в подростковом и раннем взрослом возрасте4 , 9 , 10 Будущие исследования, сфокусированные на подростковом и юношеском возрасте как на периодах формирования психического здоровья, могут способствовать раннему выявлению лиц, подверженных риску, и разработке целевых вмешательств.

Из-за размера выборки этого исследования существует предел того, насколько обобщаемы результаты для других групп психического здоровья. В этом исследовании также участвовали молодые люди, в среднем в возрасте 18 лет, и более половины из них перешли в течение 2 лет. Последующее наблюдение до середины двадцатых годов, возможно, лучше отражало диагностические изменения в период повышенного риска в раннем взрослом возрасте6 , 29 Предполагается, что стандарты практики среди профессионалов CAMHS были бы такими же, как и они. та же организация и использовала те же диагностические критерии, и то же самое предполагается для профессионалов AMHS.Однако при переходе от CAMHS к AMHS в это исследование могло быть внесено смещение. Услуги CAMHS были разработаны с использованием общей схемы оценки или подхода выбора и партнерства с упором на формулировку. Планы ухода и лечения с диагностической направленностью были более распространены в AMHS. В Уэльсе от обеих команд теперь требуется составить план ухода и лечения в соответствии с Частью 2 Меры по охране психического здоровья.30 Этот закон был принят в 2012 году, и одна из ключевых целей состоит в том, чтобы улучшить последовательность.Поскольку это исследование охватывает преимущественно более раннюю когорту, было бы интересно посмотреть, оказало ли законодательство желаемый эффект и не вызывает ли теперь предвзятость в диагнозе меньшую озабоченность. По нашему мнению, дальнейшие исследования выиграют от большего размера выборки, более продолжительного наблюдения и структурированных интервью, проводимых слепыми исследователями.

Об авторах

Энн Коллинз — специалист по психиатрической помощи детям и подросткам в детской и семейной клинике Тонтег, Совет по здравоохранению Университета Квм Таф, Понтипридд, Уэльс, Великобритания. Антонио Муньос-Соломандо — консультант психиатрической службы по охране психического здоровья детей и подростков в Центре семьи и ребенка Тонтег, Совет по здравоохранению Университета Квм Таф, Понтипридд, Уэльс, Великобритания.

Ссылки

1. Костелло Э. Дж., Коупленд В., Ангольд А. Тенденции психопатологии в подростковом возрасте: что меняется, когда дети становятся подростками, а подростки — взрослыми? J Детская психическая психиатрия 2011; 52: 1015–25. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 2.Костелло Э.Дж., Ангольд А., Бернс Б.Дж., Штангл Д.К., Твид Д.Л., Эрканли А. и др. Исследование молодежи в Грейт-Смоки-Маунтинс: цели, планы, методы и распространенность расстройств DSM-III-R. Arch Gen Psychiatry 1996; 53: 1129–36. [PubMed] [Google Scholar] 3. Silva PA. Междисциплинарное исследование здоровья и развития Данидина: 15-летнее лонгитюдное исследование. Педиатр Перинат Эпидемиол 1990; 4: 96–127. [Google Scholar] 4. Copeland WE, Adair CE, Smetanin P, Stiff D, Briante C, Colman I, et al. Диагностические переходы от детства к юности и ранней зрелости.J Детская психическая психиатрия 2013; 54: 791–9. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 5. Fichter MM, Kohlboeck G, Quadflieg N, Wyschkon A., Esser G. От детства до взрослого возраста: 18-летние продольные результаты и прогноз течения психических расстройств в обществе. Социальная психиатрия, психиатр, эпидемиол. 2009; 44: 792–803. [PubMed] [Google Scholar] 6. Паттон Г.К., Коффи С., Романюк Х., Маккиннон А., Карлин Дж. Б., Дегенхардт Л. и др. Прогноз общих психических расстройств у подростков: 14-летнее проспективное когортное исследование.Ланцет 2014; 383: 1404–11. [PubMed] [Google Scholar] 7. Вудворд Л., Фергюссон Д.М. Результаты жизненного цикла молодых людей с тревожными расстройствами в подростковом возрасте. J Am Acad Детская подростковая психиатрия 2001; 40: 1086–93. [PubMed] [Google Scholar] 8. Роу Р., Моган Б., Пиклз А., Костелло Э. Дж., Ангольд А. Взаимосвязь между оппозиционно-вызывающим расстройством DSM-IV и расстройством поведения: результаты исследования Грейт-Смоки-Маунтинс. J Детская психическая психиатрия 2002; 43: 365–73. [PubMed] [Google Scholar] 9. Форд Т., Гудман Р., Мельцер Х.Британское исследование психического здоровья детей и подростков, 1999 г .: распространенность расстройств DSM-IV. J Am Acad Детская подростковая психиатрия 2003; 42: 1203–11. [PubMed] [Google Scholar] 10. Klein RG, Mannuzza S, Olazagasti MA, Roizen E, Hutchison JA, Lashua EC, et al. Клинические и функциональные исходы синдрома дефицита внимания / гиперактивности у детей 33 года спустя. Общая психиатрия Arch 2012; 69: 1295–303. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 11. Сингх С.П., Пол М., Форд Т., Крамер Т., Уивер Т., Макларен С. и др.Процесс, результат и опыт перехода от детского психиатрического обслуживания к взрослому: многоперспективное исследование. Br J Психиатрия 2010; 197: 305–312. [PubMed] [Google Scholar] 12. Коннор Д.Ф., Эдвардс Дж., Флетчер К.Э., Бэрд Дж., Баркли Р.А., Стейнгард Р.Дж. Корреляты коморбидной психопатологии у детей с СДВГ. J Am Acad Детская подростковая психиатрия 2003; 42: 193–200. [PubMed] [Google Scholar] 13. Ramtekkar UP, Reiersen AM, Todorov AA, Todd RD. Половые и возрастные различия в симптомах и диагнозах синдрома дефицита внимания / гиперактивности: значение для DSM-V и МКБ-11.J Am Acad Детская подростковая психиатрия 2010; 49: 217–28.e1–3. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 14. Всемирная организация здравоохранения. Гендерные различия в психическом здоровье. Всемирная организация здравоохранения, 2014 г. [Google Scholar] 15. Файяд Дж., Де Грааф Р., Кесслер Р., Алонсо Дж., Ангермейер М., Демиттенар К. и др. Межнациональная распространенность и корреляты синдрома дефицита внимания с гиперактивностью у взрослых. Br J Психиатрия 2007; 190: 402–409. [PubMed] [Google Scholar] 16. Сталлард П., Бак Р. Предотвращение депрессии и повышение устойчивости: технико-экономическое обоснование когнитивно-поведенческого вмешательства в школе.Br J Психиатрия 2013; 202: s18–23. [PubMed] [Google Scholar] 17. Кессинг Л.В. Диагностическая стабильность при биполярном расстройстве в клинической практике по МКБ-10. J влияет на Disord 2005; 85: 293–9. [PubMed] [Google Scholar] 18. Zanarini MC, Reichman CA, Frankenburg FR, Reich DB, Fitzmaurice G. Течение расстройств пищевого поведения у пациентов с пограничным расстройством личности: последующее 10-летнее исследование. Int J Eat Disord 2010; 43: 226–32. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 19. Дойл ПМ. Изменчивость настроения и проявление симптомов у женщин с нервной булимией и сопутствующим пограничным расстройством личности.Кандидатская диссертация по клинической психологии, Северо-Западный университет, 2009 г. [Google Scholar] 20. Смит JM, Wonderlich SA, Heron KE, Sliwinski MJ, Crosby RD, Mitchell JE. Ежедневное и кратковременное настроение и стресс связаны с перееданием и рвотой у пациентов с нервной булимией в естественной среде. J Consult Clin Psychol 2007; 75: 629–38. [PubMed] [Google Scholar] 21. Anestis MD, Selby EA, Fink EL, Joiner TE. Многогранная роль терпимости к стрессу в нерегулируемом пищевом поведении. Int J Eat Disord 2007; 40: 718–26.[PubMed] [Google Scholar] 22. Вандерлих С.А., Столяр Т.Е., Кил П.К., Уильямсон Д.А., Кросби Р.Д. Диагностика расстройства пищевого поведения: эмпирические подходы к классификации. Am Psychol 2007; 62: 167–80. [PubMed] [Google Scholar] 23. Сильва П.А., Стэнтон В.Р. От ребенка к взрослому: междисциплинарное исследование здоровья и развития Данидина. Oxford University Press, 1996. [Google Scholar] 24. Гелхорн Х.Л., Сакаи Дж.Т., Прайс Р.К., Кроули Т.Дж. Критерии расстройства поведения DSM-IV как предикторы антисоциального расстройства личности. Комплексная психиатрия 2007; 48: 529–38.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 25. Olino TM, Сили-младший, Левинсон PM. Расстройство поведения и психосоциальные последствия в возрасте 30 лет: психопатология раннего взрослого как потенциальный посредник. J ненормальный детский психол 2010; 38: 1139–49. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 26. Akiskal HS, Master JD, Zeller PJ, Endicot J, Coryell W., Keller M, et al. Переход от «униполярного» к биполярному LL: 11-летнее проспективное исследование клинических и темпераментных предикторов у 559 пациентов. Arch Gen Psychiatry 1995; 52: 114–23.[PubMed] [Google Scholar] 27. Карбальо Дж. Дж., Муньос-Лоренцо Л., Бака-Гарсия Э. Непрерывность депрессивных расстройств с детства и подросткового возраста до взрослой жизни: натуралистическое исследование в общинных центрах психического здоровья. Компаньон по уходу за ЦНС Расстройство 2011; 13: PCC.11m01150. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 28. Розен Дж. Л., Миллер Т. Дж., Д’Андреа Дж. Т., МакГлашан Т.Х., Вудс ЮЗ. Коморбидные диагнозы у пациентов, соответствующих критериям продрома шизофрении. Schizophr Res 2006; 85: 124–31. [PubMed] [Google Scholar] 29.Шульце-Люттер Ф., Рурманн С., Бернинг Дж., Майер В., Клостеркоттер Дж. Основные симптомы и критерии сверхвысокого риска: развитие симптомов в начальном продромальном состоянии. Шизофр Бык 2010; 36: 182–91. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]

Молодежный опыт перехода от услуг по охране психического здоровья детей к услугам по охране психического здоровья взрослых: качественный тематический синтез | BMC Psychiatry

Описание включенных исследований

Мы идентифицировали в общей сложности 3273 реферата, в основном через электронные базы данных, шесть статей из которых были идентифицированы с помощью других поисковых стратегий (см.рис.1 для диаграммы ПРИЗМА) [32]. Восемнадцать (18) статей, представляющих четырнадцать наборов данных, соответствовали критериям включения (см. Таблицу 1). В трех статьях сообщалось о результатах исследования TRACK: Singh [33], Singh et al. [6] и Hovish et al. [24] Две другие пары статей также сообщили о результатах из тех же наборов данных: (1) Munson et al. [34] и Munson et al. [35]; и (2) Lindgren et al. [36] и Линдгрен [37]. С учетом множественных отчетов по наборам данных, по 18 включенным статьям был описан опыт 253 уникальных пользователей услуг.Исследования проводились в Великобритании, США и Швеции. Возраст участников варьировался от 16 до 27 лет, и они представляли как молодых мужчин, так и женщин с различными диагнозами.

Фиг.1 Таблица 1 Включенные статьи (18 статей, представляющих 14 исследований)

Оценка качества

Используя инструмент CASP, мы выявили проблемы с качеством включенных исследований (см. Таблицу 1 для оценок CASP).В целом, многие статьи получили более низкие оценки в области методологии. Статьи с более низким рейтингом были в основном из серой литературы [38,39,40] или тезисов конференций [33, 41] и имели ограниченное описание методологии. В других статьях с низким рейтингом методы выборки и набора персонала обычно основывались на удобной выборке [23, 34, 35, 39, 42], ограниченном участии теми, кого выбрали их поставщики услуг [24, 36, 38, 43,44,45], и / или не учитывали отношения между исследователями и участниками [6, 23, 24, 33, 36,37,39, 41, 43, 44, 46, 47].

Были выявлены и другие ограничения. Четыре исследования не определили границы перехода от CAMHS к AMHS, и время интервью с молодежью часто было неясным [23, 38, 41, 42], что не позволяло понять, насколько молодые люди подвергались воздействию AMHS. Кроме того, в исследованиях, в которых также изучались взгляды родителей, опекунов или профессионала, три исследования связывали взгляды родителей и молодежи вместе при обсуждении тем [6, 24, 44]. Чтобы этот тематический анализ соответствовал взглядам молодежи, в анализе использовались только результаты, указанные как исходящие от молодежи.

Тематические фокусы

В результате тематического синтеза возникли три тематических центра: (1) сложное взаимодействие множественных одновременных переходов (2) уравновешивание автономии и потребности в поддержке и (3) факторы, влияющие на молодежный опыт переходного периода.

Сложное взаимодействие множественных одновременных переходов

На пути к совершеннолетию молодые люди испытывают множественные переходы в различных сферах помимо перехода от CAMHS к AMHS, такие как изменение уровня родительского участия, жизненные события и т. Д. и участие общественных агентств.Для некоторых молодых людей эти изменения были серьезным препятствием для продолжения использования психиатрических услуг, как, например, описал молодой человек, опрошенный Сакаи и др .:

«Я даже не получала Medicaid, когда ушла из приемной семьи. Он у меня был, но мне его так и не отправили. У меня даже адреса не было. [43], стр. 6.

Напротив, для некоторых жизненные перемены, такие как становление родителями, были способом для молодых людей снова обратиться в службы психического здоровья, как описано в Munson et al.[35]:

«… и вскоре после того, как она родилась, я поговорил с врачом о послеродовой депрессии… Я такой:«… Я не хочу вставать с постели… Я не хочу ничего делать »… Он сказал:« Что ж, у вас может быть послеродовая депрессия », и именно тогда у меня возникли все мои психические проблемы в детстве, потому что он получил доступ к моей информации от моего старого врача … он такой:« Ну, вы знаете, что вам нужно принимать это лекарство … »» [ стр. 3].

По мере того, как молодежь готовилась к серьезным изменениям в жизни, некоторые выразили обеспокоенность по поводу того, что эти изменения частично совпадают с их переходом на психиатрическую помощь.Взаимодействие этих переходов заставило некоторых почувствовать себя более уязвимыми, особенно когда они почувствовали влияние уменьшающихся опор:

«Мне исполняется 18 примерно через 2 недели, и я хочу переехать и жить самостоятельно, но мне будет сложно, потому что, когда мне исполнится 18, поддержка, которая у меня есть, некоторые из них исчезнут. . . . . Мне, , придется самостоятельно решать свои проблемы и искать другую поддержку ». [23, с. 11].

Из-за этих одновременных переходов молодые люди также выразили желание получить практическую поддержку, чтобы помочь им достичь своих функциональных целей по мере их вступления во взрослую жизнь.

«Уйти из молодежной системы было бы лучше, если бы кто-то помог мне вернуться в школу… Кто-то помог мне достичь моих целей — получить университетскую степень» [39], стр. 19.

«Я бы хотел, чтобы у нас были группы, которые — когда мы сможем это сделать в реальном мире — мы не были бы так ошеломлены, знаете ли, имея дело с повседневными вещами, такими как оплата аренды, оплата счета за кабельное телевидение. , оплачивая счет за телефон… » [45], p3.

Уравновешивание автономии и потребности в поддержке

Многие молодые люди говорили о том, что, по их мнению, они не осведомлены о собственном диагнозе, доступных методах лечения, а также о рисках или преимуществах назначенных лекарств. Один молодой человек описал непонимание различных ролей поставщика медицинских услуг, участвующих в его уходе:

«Я имею в виду, что для меня важно только то, кто это, когда и где… Меня не волнует, какая у них профессия .»[42], стр. 5.

Взгляды молодежи на независимость и участие родителей варьировались в зависимости от населения, участвовавшего в первичном исследовании. Молодежь с расстройствами пищевого поведения приветствовала возможность получения индивидуальной помощи (а не на уровне семьи) во время перехода от CAMHS к AMHS [45]. Напротив, некоторые молодые люди с расстройствами аутистического спектра (РАС) в значительной степени не знали о процессе перехода и сообщали об отсутствии навыков и знаний о том, как самостоятельно управлять своим психическим здоровьем [42], при этом некоторые сомневались в уместности или важности знания большего [42]. ]:

«Они [врачи и мать] сказали, что я никогда не смогу взять на себя ответственность за большую часть происходящего.Так что они делают это за меня … Я вообще не разговариваю с врачами ». [p6].

Однако другие молодые люди с РАС увидели переход от CAMHS к AMHS как возможность собрать информацию о своих проблемах, чтобы начать самостоятельно заниматься своими аспектами своего медицинского обслуживания, как описано другим молодым человеком [42]:

«Я должен начать это делать. «Потому что в конечном итоге это будет моей проблемой. Я не собираюсь звонить родителям поздно ночью, неизвестно, где я буду, и спрашивать их о том, чтобы пойти или пойти к врачам и узнать, куда идти… » [p6].

Хотя независимость была общей темой для многих молодых людей, многие ценили постоянное участие в поддержке. Это особенно касалось молодежи, которая столкнулась с пробелами в предоставлении услуг или уменьшением объема официальной поддержки. Для этой молодежи родители, общественные организации и семейные врачи предоставили желанные строительные леса. Молодой человек, опрошенный Дживанджи и Крузич [23], описал важную роль своих родителей:

«Мои родители тоже очень сильно меня поддержали.Мне 19, поэтому я не могу получить поддержку, как когда мне было меньше 18 лет, поэтому моим родителям все еще приходилось оставаться там и помогать мне преодолевать все юридические проблемы и помогать мне в программах и группах поддержки. ” [стр. 11].

Факторы, влияющие на опыт молодежи в переходный период

Молодежь описала ряд факторов, которые повлияли на их опыт перехода от CAMHS к AMHS (см. Таблицу 2, где приведены краткие сведения о факторах, способствующих положительному опыту перехода). В предпереходный период молодежь подчеркивала важность отношений с персоналом и положительных качеств врача.В частности, потеря взаимоотношений с клиницистами и страх меньшей поддержки в AMHS характеризовали эмоциональный опыт молодых людей, как описано молодым человеком, опрошенным О’Лафлином [45]:

Таблица 2 Рекомендации для молодежи по положительному опыту обслуживания в переходный период: до , Пери- и постпереходные факторы

“- Я был, очень нервничал, и я был довольно, я полагаю, я очень волновался, что я не получу такой поддержки, потому что вы всегда думаете, что о детях заботятся лучше, чем о взрослых, тогда как когда вы находитесь вне дома услуги для взрослых, о которых вам тоже не позаботятся.” [p62].

Во время перехода молодежь чувствовала, что внезапное время перехода было произвольным, и некоторые ставили под сомнение необходимость перехода на службу. Молодые люди ценили переходы, которые происходили постепенно и адаптировались к их индивидуальным потребностям, в отличие от резких, негибких сроков перехода.

«Я не понимаю, какое отношение имеет возраст к тому, с кем вы встречаетесь и где вы их видите. Да, мы привыкли приходить сюда, но теперь нам нужно переодеться и уйти в другое место, так что это немного раздражает.” [44], p6.

«Я думаю, что это, возможно, следует больше оценивать на отдельном пациенте, а не просто« о, тебе еще нет 18, значит, ты в CAMHS ». Я думаю, что это, возможно, что-то, что нужно изменить … … потому что некоторые люди более зрелые, а некоторые люди менее зрелые ». [45], стр. 61.

«… постепенно, очень медленно, медленно я перешла к службам для взрослых, когда была готова… Думаю, это был хороший переход… Я не особо этого замечал. »[24, с. 4].

Молодые люди хотели участвовать в планировании перехода совместно с планами ухода, ориентированными на их жизненные цели. Индивидуальные планы, основанные на их уникальных потребностях и возможности совместной работы между CAMHS и AMHS, были положительно восприняты, как описал молодой человек, опрошенный Hovish et al. [24]:

«Мне сказали о переводе, и я встречусь с новым [ключевым сотрудником AMHS]… они объяснили, насколько все будет иначе…» [p4].

Оказавшись в AMHS, отсутствие информационной непрерывности или обмена информацией между службами охраны психического здоровья детей и взрослых было обременительным и заставляло молодежь повторять свой личный рассказ нескольким клиницистам.

Даже с такими же терапевтами, которых я видел, я видел около четырех или пяти, что мне всегда было трудно и все еще вызывает у вас доверие с кем-то, а затем они исчезают, и вам приходится начинать все сначала с простых вопросов. о том, когда это началось, как это произошло… и все такое » [45], с.77.

Некоторые молодые люди также выразили трудности с приспособлением к условиям ухода в AMHS:

«Меня никто не понял. Это было ужасно. Некоторое время я лежал в [частной] больнице и не мог получить то, что мне было нужно. Я был там одним из самых молодых ». [39], стр. 17.

«Когда я был в CAP, я встречался с X регулярно, но сейчас в GenP все складывается так: чем хуже вы себя чувствуете, тем больше у вас встреч, и чем лучше вы чувствуете, чем меньше у вас встреч, тем больше нерегулярностей.” [36], p5.

Взаимосвязь между неблагоприятным опытом детства и психическим благополучием взрослых: результаты национального обследования домашних хозяйств в Англии | BMC Public Health

  • 1.

    Felitti VJ, Anda RF, Nordenberg D, Williamson DF, Spitz AM, Edwards V, et al. Связь жестокого обращения в детстве и домашней дисфункции со многими основными причинами смерти взрослых. Исследование неблагоприятного детского опыта (ACE). Am J Prev Med. 1998. 14: 245–58.

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 2.

    Anda RF, Felitti VJ, Bremner JD, Walker JD, Whitfield C, Perry BD и др. Устойчивые последствия жестокого обращения и связанных с ним неблагоприятных переживаний в детстве. Совмещение данных нейробиологии и эпидемиологии. Eur Arch Psychiatry Clin Neurosci. 2006. 256: 174–86.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 3.

    Беллис М.А., Хьюз К., Лекенби Н., Джонс Л., Бабан А., Качаева М. и др. Неблагоприятный опыт детства и ассоциации с вредным для здоровья поведением у молодых людей: опросы в восьми странах Восточной Европы.Bull World Health Organ. 2014; 92: 641–55.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 4.

    Беллис М.А., Хьюз К., Лекенби Н., Перкинс К., Лоуи Х. Национальное обследование домашних хозяйств неблагоприятного опыта детства и его связи с устойчивостью к вредному для здоровья поведению в Англии. BMC Med. 2014; 12: 72.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 5.

    Беллис М.А., Хьюз К., Лекенби Н., Хардкасл К.А., Перкинс С., Лоуи Х. Измерение смертности и бремени болезней взрослых, связанных с неблагоприятным опытом детства в Англии: национальное исследование. J Общественное здравоохранение (Oxf). 2014; 37: 445–54.

    Артикул Google Scholar

  • 6.

    Brown DW, Anda RF, Tiemeier H, Felitti VJ, Edwards VJ, Croft JB, Giles WH. Неблагоприятные детские переживания и риск преждевременной смерти. Am J Prev Med.2009; 37: 389–96.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 7.

    Anda RF, Brown DW, Felitti VJ, Bremner JD, Dube SR, Giles WH. Неблагоприятные детские переживания и прописанные взрослым психотропные препараты. Am J Prev Med. 2007. 32: 389–94.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 8.

    Кларк С., Колдуэлл Т., Пауэр С., Стэнсфельд С.А. Сохраняется ли влияние невзгод детства на психопатологию на протяжении всей жизни? 45-летнее проспективное эпидемиологическое исследование.Ann Epidemiol. 2010. 20: 385–94.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 9.

    Коскенвуо К., Коскенвуо М. Неблагоприятные обстоятельства детства сильно предсказывают употребление психотропных препаратов во взрослом возрасте: популяционное когортное исследование с участием 24 284 финнов. J Epidemiol Community Health. 2015; 69: 354–60.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 10.

    Pirkola S, Isometsä E, Aro H, Kestilä L, Hämäläinen J, Veijola J, et al.Детские невзгоды как факторы риска психических расстройств у взрослых: результаты исследования Health 2000. Social Psychiatry Psychiatri Epidemiol. 2005; 40: 769–77.

    Артикул Google Scholar

  • 11.

    Варезе Ф., Смитс Ф., Друккер М., Ливерс Р., Латастер Т., Фихтбауэр В. и др. Детские невзгоды повышают риск психоза: метаанализ контрольных, проспективных и перекрестных когортных исследований. Шизофр Бык. 2012; 38: 661–71.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 12.

    Дэвис С.К., Мета Н., Мерфи О., Лилфорд-Уайлдман К. Годовой отчет главного врача за 2013 г., Приоритеты общественного психического здоровья: инвестирование в доказательства. Лондон: Министерство здравоохранения; 2014.

    Google Scholar

  • 13.

    Киз CL. Континуум психического здоровья: от томления к процветанию в жизни.J Health Soc Behav. 2002; 43: 207–22.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 14.

    Чида Ю., Степто А. Положительное психологическое благополучие и смертность: количественный обзор проспективных обсервационных исследований. Psychosom Med. 2008; 70: 741–56.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 15.

    Diener E, Chan MY. Счастливые люди живут дольше: субъективное благополучие способствует здоровью и долголетию.Appl Psychol: здоровье и благополучие. 2010; 3: 1–43.

    Google Scholar

  • 16.

    Департамент здравоохранения. Устранение разрыва: приоритеты для существенного изменения психического здоровья. Лондон: Министерство здравоохранения; 2014.

    Google Scholar

  • 17.

    Всемирная организация здравоохранения. План действий в области психического здоровья на 2013–2020 гг. Женева: Всемирная организация здравоохранения; 2013.

    Google Scholar

  • 18.

    Нуриус П.С., Логан-Грин П., Грин С. Неблагоприятные детские переживания (ACE) в рамках социальной неблагополучия: выделение уникального, кумулятивного и умеренного вклада в психическое здоровье взрослых. J Пред. Интерв. Сообщество. 2012; 40: 278–90.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 19.

    Беллис М.А., Лоуи Х., Лекенби Н., Хьюз К., Харрисон Д. Неблагоприятные детские переживания: ретроспективное исследование для определения их влияния на поведение взрослых в отношении здоровья и результаты для здоровья населения Великобритании.J Общественное здравоохранение (Oxf). 2013; 36: 81–91.

    Артикул Google Scholar

  • 20.

    Бейтс А. Методология, использованная для подготовки оценок численности населения небольших территорий УНС. Популярные тенденции. 2006; 12: 30–6.

    Google Scholar

  • 21.

    Департамент по делам сообществ и местного самоуправления. Английские индексы депривации. 2010. Лондон: https://www.gov.uk/government/statistics/english-indices-of-deprivation-2010.По состоянию на 18 августа 2015 г.

  • 22.

    Стюарт-Браун С., Теннант А., Теннант Р., Платт С., Паркинсон Дж., Вейх С. Внутренняя конструктивная валидность Уорикско-Эдинбургской шкалы психического благополучия (WEMWBS): a Rasch анализ с использованием данных Шотландского обследования населения по санитарному просвещению. Результаты здорового качества жизни. 2009; 7:15.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 23.

    Уолдрон С. Измерение субъективного благополучия в Великобритании.Ньюпорт: Управление национальной статистики; 2010.

    Google Scholar

  • 24.

    Байнум Л., Гриффин Т., Ридингс Д.Л., Винкооп К.С., Анда Р.Ф., Эдвардс В.Дж. и др. О неблагоприятных детских переживаниях, о которых сообщили взрослые — пять штатов, 2009 г. MMWR Morb Mortal Wkly Rep. 2010; 59: 1609–13.

    Google Scholar

  • 25.

    Управление национальной статистики. Оценки численности населения по этническим группам 2002–2009 гг.http://www.ons.gov.uk/ons/rel/peeg/population-estimates-by-ethnic-group—experimental-/current-estimates/population-de density—change-and-concentration-in-great -britain.pdf. По состоянию на 18 августа 2015 г.

  • 26.

    Скотт К.М., Фон Корфф М., Ангермейер М.С., Бенджет С., Брюффертс Р., де Джироламо Г. и др. Связь детских невзгод и ранних психических расстройств с хроническими физическими состояниями у взрослых. Arch Gen Psychiatry. 2011; 68: 838–44.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 27.

    Bruffaerts R, Demyttenaere K, Borges G, Haro JM, Chiu W.T., Hwang I, et al. Детские невзгоды как факторы риска возникновения и сохранения суицидального поведения. Br J Psychiatry. 2010; 197: 20–7.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 28.

    Kessler RC, McLaughln KA, Green JG, Gruber MJ, Sampson NA, Zaslavsky AM, et al. Детские невзгоды и психопатология взрослых в исследованиях ВОЗ в области психического здоровья.Br J Psychiatry. 2010; 197: 378–85.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 29.

    Проект «Форсайт интеллектуального капитала и благополучия». Ментальный капитал и благополучие: максимально использовать себя в 21 веке. Лондон: Государственное управление науки; 2008.

    Google Scholar

  • 30.

    Хупперт Ф.А. Новый подход к уменьшению расстройств и улучшению самочувствия.Psychol Sci. 2009; 4: 108–11.

    Google Scholar

  • 31.

    Шанфро Дж., Ллойд К., Байрон С., Робертс К., Крейг Р., Де Фео Д., Макманус С. Прогнозирование благополучия. Лондон: Социальные исследования NatCen; 2013.

    Google Scholar

  • 32.

    Акед Дж., Маркс Н., Кордон С., Томпсон С. Пять путей к благополучию: доказательства. Лондон: Фонд Новой экономики; 2008.

    Google Scholar

  • 33.

    Акед Дж., Томпсон С. Пять путей к благополучию: новые приложения, новые способы мышления. Лондон: новые экономические фонды и Конфедерация NHS; 2011.

    Google Scholar

  • 34.

    Danese A, McEwen BS. Неблагоприятные детские переживания, аллостатис, аллостатическая нагрузка и возрастные заболевания. Physiol Behav. 2012; 106: 29–39.

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 35.

    Riggs SA. Эмоциональное насилие в детстве и система привязанности на протяжении жизненного цикла: что говорят нам теории и исследования. J Aggress Maltreat Trauma. 2010; 19: 5–51.

    Артикул Google Scholar

  • 36.

    Currie J, Widom CS. Долгосрочные последствия жестокого обращения с детьми и отсутствия заботы для экономического благополучия взрослых. Детское жестокое обращение. 2010; 15: 111–20.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 37.

    Рид Дж., Бенталл РП. Детский опыт и психическое здоровье: теоретические, клинические и первичные профилактические значения. Br J Psychiatry. 2012; 200: 89–91.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 38.

    Беллис М.А., Хьюз К., Джонс А., Перкинс С., Макхейл П. Детское счастье и насилие: ретроспективное исследование их воздействия на благополучие взрослых. BMJ Open. 2013; 3: e003427.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 39.

    Стит С.М., Лю Т., Дэвис Л.К., Бойкин Е.Л., Олдер М.К., Харрис Дж. М. и др. Факторы риска жестокого обращения с детьми: метааналитический обзор литературы. Агрессивное агрессивное поведение. 2009; 14: 13–29.

    Артикул Google Scholar

  • 40.

    Cross-Disorder Group Консорциума психиатрической геномики. Идентификация локусов риска с общим воздействием на пять основных психических расстройств: полногеномный анализ. Ланцет. 2013; 381: 1371–9.

    Артикул PubMed Central Google Scholar

  • 41.

    Джозеф Дж. Почему у продавца (до сих пор) нет генов. В: Рид Дж., Диллон Дж., Редакторы. Модели безумия: психологические, социальные и биологические подходы к психозу. Хоув: Рутледж; 2013.

    Google Scholar

  • 42.

    Мэннинг К., Грегуар А. Влияние психического заболевания родителей на детей. Психиатрия. 2008; 8: 7–9.

    Артикул Google Scholar

  • 43.

    Рид Дж., Фосс Р., Московиц А., Перри Б.Возвращение к травмагенной модели психоза, связанной с развитием нервной системы. Нейропсихиатрия. 2014; 4: 65–79.

    Артикул Google Scholar

  • 44.

    Вайзерман AM. Эпигенетическое программирование стрессом в раннем возрасте: данные человеческих популяций. Dev Dyn. 2015; 244: 254–65.

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 45.

    Финкельор Д., Браун А. Травматическое воздействие сексуального насилия над детьми: концептуализация.Am J Orthopsych. 1985; 4: 530–41.

    Артикул Google Scholar

  • 46.

    Лалор К., МакЭлвейни Р. Сексуальное насилие над детьми, связи с более поздней сексуальной эксплуатацией / сексуальным поведением высокого риска и программами профилактики / лечения. Травма, насилие, насилие. 2010; 11: 159–77.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 47.

    Йонас С., Беббингтон П., Макманус С., Мельцер Х., Дженкинс Р., Койперс Э. и др.Сексуальное насилие и психические расстройства в Англии: результаты исследования психиатрической заболеваемости среди взрослых 2007 года. Psychol Med. 2011; 41: 709–19.

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 48.

    Моррелл С.Дж., Уорнер Р., Слэйд П., Диксон С., Уолтерс С., Палей Г. и др. Психологические вмешательства при послеродовой депрессии: кластерное рандомизированное исследование и экономическая оценка. Испытание PoNDER. Оценка медицинских технологий. 2009; 13:30.

    Артикул Google Scholar

  • 49.

    Сетхи Д., Беллис М.А., Хьюз К., Гилберт Р., Митис Ф, Галеа Г. Европейский доклад о предотвращении жестокого обращения с детьми. Копенгаген: Европейское региональное бюро Всемирной организации здравоохранения; 2013.

    Google Scholar

  • 50.

    Всемирная организация здравоохранения. Предупреждение насилия: доказательства. Женева: Всемирная организация здравоохранения; 2010.

    Google Scholar

  • 51.

    Каги Р., Регала Д.Перевод исследования неблагоприятного детского опыта (ACE) в государственную политику: прогресс и возможности в штате Вашингтон. J Пред. Интерв. Сообщество. 2012; 40: 271–7.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 52.

    Хепворт И., Макгоуэн Л. Спрашивают ли специалисты по психическому здоровью о сексуальном насилии в детстве во время плановой оценки психического здоровья в условиях острого психического здоровья? Обзор основной литературы. J Psychiatr Ment Health Nurs.2013; 20: 473–83.

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 53.

    Рид Дж., Бенталл Р.П., Фоссе Р. Пора отказаться от био-био-модели психоза: изучение эпигенетических и психологических механизмов, с помощью которых неблагоприятные жизненные события приводят к психотическим симптомам. Epidemiol Psichiatr Soc. 2009. 18: 299–310.

    PubMed Google Scholar

  • 54.

    Anda RF, Butchart A, Felitti VJ, Brown DW.Создание основы для глобального надзора за последствиями неблагоприятного опыта детства для общественного здравоохранения. Am J Prev Med. 2010; 39: 93–8.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 55.

    Хардт Дж., Раттер М. Достоверность ретроспективных отчетов взрослых о неблагоприятных переживаниях в детстве: обзор доказательств. J Детская психическая психиатрия. 2004. 45: 260–73.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 56.

    Perneger TV. Что не так с поправками Бонферрони. BMJ. 1998; 316: 1236–8.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 57.

    Логан-Грин П., Грин С., Нуриус П.С., Лонги Д. Отчетливый вклад неблагоприятного детского опыта и ресурсы устойчивости: когортный анализ физического и психического здоровья взрослых. Социальная работа здравоохранения. 2014; 53: 776–97.

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • Начало психического заболевания: первые признаки и симптомы у молодых людей

    Вы можете подумать, что когда вы закончите среднюю школу, вы закончите расти.Физически вы, вероятно, настолько высоки, насколько когда-либо вырастете, и с этого момента вы можете оставаться такими же в целом на протяжении большей части своей взрослой жизни.

    Собираетесь ли вы в колледж или выбираете свой собственный путь в мире, вы, вероятно, обретете большую независимость на этом этапе жизни, отойдя от родителей и начав заботиться о себе. Хотя вам еще предстоит многому научиться, вы, вероятно, чувствуете, что процесс разработки окончен.

    Однако мысленно, будучи молодым человеком, вы еще не достигли совершеннолетия.Молодые люди в возрасте от 18 до 29 лет все еще находятся на стадии когнитивного развития, и это одна из причин, почему психические заболевания могут проявляться в этот период жизни.

    Молодые люди в возрасте от 18 до 29 лет все еще находятся на стадии когнитивного развития.

    Развитие мозга молодых людей

    Большинство людей знакомо со стадией развития подросткового возраста. Независимость от того, что в первый раз больше полагается на сверстников, чем на родителей, тревога по поводу собственной идентичности, принадлежащей к социальной группе, а также запреты и неправильное принятие решений — легендарные составляющие подросткового возраста.

    Однако большинство людей не осознают, что эта фаза развития мозга не прекращается в возрасте 18 лет. Часть мозга, которая контролирует импульсы, планирует и организует поведение для достижения цели, будет продолжать развиваться до середины возраста. двадцатые годы. Для большинства людей в возрасте 18 лет этот процесс роста завершается только наполовину.

    В мозгу подростков действуют усиленные системы вознаграждения, которые также остаются активными несколько лет после их восемнадцатилетия. Эта повышенная чувствительность — это то, что побуждает подростков быть очень эмоциональными и невероятно чувствительными к давлению сверстников.На протяжении двадцати лет они продолжают искать новые потенциально приятные впечатления, не обращая внимания на риски.

    Изменения, происходящие в мозге в начале двадцатых годов, влияют на то, как синтезируются новый опыт и новые фрагменты информации. Этот рост мозга обычно совпадает с ослаблением родительского контроля и, возможно, со свободой посещения колледжа. Типы переживаний, как хорошие, так и плохие, с которыми сталкивается молодой взрослый, могут существенно повлиять на развитие мозга на этой стадии, потенциально проявляясь как психическое заболевание.

    Изменения, происходящие в мозге в начале двадцатых годов, влияют на то, как синтезируются новый опыт и новые фрагменты информации.

    Первые признаки психического заболевания у молодых людей

    Психическое заболевание включает в себя широкий спектр расстройств разной степени тяжести. Некоторые из них могут быть временной реакцией на кризис или другие переживания, а другие — хронические состояния. Психические заболевания имеют разные причины и пусковые механизмы. Стигма психических заболеваний в этой стране исчезает, поскольку все больше и больше людей обнаруживают, что они страдают каким-либо психическим заболеванием и что их жизнь можно улучшить с помощью лечения.

    Общие психические расстройства

    Психические заболевания обычно делятся на следующие категории:

    • Расстройства пищевого поведения (анорексия, булемия, переедание)
    • Расстройства личности (антисоциальные, паранойя, пограничное расстройство личности)
    • Наркомания (алкоголь, опиоиды, табак)
    • Расстройства настроения (большое депрессивное расстройство, бипимолярные расстройства)
    • Расстройства мышления (шизофрения, шизоаффективное расстройство, бред)
    • Тревожные расстройства (социальная тревога, фобии, генерализованная тревога)
    • Расстройства развития (расстройства аутистического спектра, СДВГ)

    Хотя некоторые из этих психических заболеваний могут проявляться и диагностироваться в в детстве многие не могут быть диагностированы до подросткового возраста или даже позже.Расстройства личности, например, не могут быть подтверждены до тех пор, пока личность не сформируется более полно. Зависимость обычно не развивается в детстве, потому что взрослые контролируют вещества, к которым имеют доступ дети. Расстройства пищевого поведения также имеют тенденцию развиваться в подростковом возрасте или позже, потому что именно тогда вы полностью контролируете свои пищевые привычки.

    Молодые люди находятся в особенно уязвимом периоде своего развития, что может объяснить, почему каждый пятый страдает психическим заболеванием.

    Молодые люди находятся в особенно уязвимом периоде своего развития, что может объяснить, почему каждый пятый страдает психическим заболеванием. Психические заболевания, которые обычно встречаются у молодых людей, включают:

    Молодые люди завершают переходный период в своем психическом состоянии, отмеченный обострением эмоций и потрясениями. Если добавить те изменения, которые они, вероятно, переживают в своей жизни одновременно, легко понять, почему психическое заболевание может проявляться именно в это время.

    В возрасте чуть больше двадцати лет большинство людей впервые покидают родительский дом, чтобы поступить в колледж или получить свою первую квартиру. Они испытывают все большее давление, чтобы добиться успеха в учебе, финансовом и социальном плане. Некоторые возвращаются домой после колледжа, а другие уходят от семей и систем поддержки, чтобы найти новую работу. Все эти перемены, хотя и волнующие, определенно вызывают стресс. При правильных условиях стресс может вызвать психическое заболевание.

    Психические заболевания у студентов колледжей

    College приносит с собой уникальный стресс.Есть академические проблемы, повышенная ответственность и новые условия жизни. Некоторым людям приходится справляться с такими трудностями. Доступ к наркотикам и алкоголю и их принятие — это часть социального опыта в колледже и новая социальная среда, к которой нужно приспособиться.

    Согласно недавнему отчету о проблемах с психическим здоровьем у студентов колледжей, более 20% студентов колледжей в 2013 году были диагностированы или лечились от психических заболеваний. Считается, что количество студентов колледжей, страдающих психическими заболеваниями, намного выше, поскольку около 40% из них не получают лечения.По крайней мере, 80% опрошенных студентов колледжей чувствовали себя перегруженными своими обязанностями, а у 50% из-за беспокойства им приходилось сталкиваться с трудностями в учебе.

    20% студентов колледжей в 2013 г. были диагностированы или лечились от психических заболеваний

    Директора консультационных центров университетского городка подтверждают, что среди студентов колледжей растет серьезная проблема с психическим здоровьем. Консультанты университетского городка предполагают, что количество студентов, которых они видят с тяжелыми психическими заболеваниями, заметно увеличивается с каждым годом.

    В недавнем опросе аспирантов одного калифорнийского университета 45% сообщили, что испытывают эмоциональные проблемы и проблемы, связанные со стрессом, достаточно серьезные, чтобы повлиять на их академическую работу. Ежегодный опрос, проводившийся на более широкой выборке по всей стране, показал, что 30% первокурсников колледжей часто чувствуют себя подавленными. Число первокурсниц колледжа, испытывающих это чувство, почти удвоилось с 1985 года.

    Исследования показывают, что в последние десятилетия количество сообщений о тревоге и депрессии среди студентов колледжей возросло.Почти треть студентов сообщают, что во время учебы в колледже испытывали тревожное или депрессивное расстройство. В 2013 году 27% студентов мужского пола и 33% студенток сообщили, что чувствовали себя настолько подавленными, что им было трудно работать.

    Данные, собранные о психических заболеваниях у студентов колледжей с 1980-х годов, показывают тенденцию к увеличению регистрируемых уровней стресса, тревожности и депрессии.

    Лечение симптомов психических заболеваний у молодых людей

    Если вы родитель, вы можете чувствовать себя беспомощным после того, как ваши дети переедут или уедут в институт.Вы больше не можете защитить их от многих опасностей в мире. Однако когда дело доходит до психического заболевания, вы можете многое изменить, распознавая признаки и зная, когда обращаться за помощью для вашего ребенка.

    Симптомы психических заболеваний у молодых людей включают:

    • Гнев
    • Злоупотребление психоактивными веществами
    • Изоляция или «одиночество»
    • Антисоциальное поведение
    • Бред
    • Спутанное мышление
    • перепады настроения
    • Галлюцинации Изменения в режиме сна — бодрствование всю ночь или сон весь день
    • Изменения аппетита или диеты
    • Импульсивное поведение — особенно с точки зрения путешествий, траты денег или сексуальных отношений

    Многие из этих признаков могут показаться нормальными. личности вашего подростка или молодого взрослого.Часто молодые люди демонстрируют такое поведение как естественную часть переходного процесса, через который проходит их мозг и жизнь. Но как родитель вы знаете своего ребенка лучше, чем кто-либо. Если вы заметили, что он или она проявляет необычное поведение, возможно, стоит поговорить об этом.

    Только квалифицированный поставщик медицинских услуг может точно диагностировать психическое заболевание, но вы сможете определить некоторые предупреждающие признаки и привлечь специалиста раньше, чем позже. Одна из проблем с обнаружением психической проблемы заключается в том, что человек, который ее испытывает, может вам не помочь.Они могут сами не замечать предупреждающих знаков или могут захотеть скрыть их, а не столкнуться с проблемой и обратиться за помощью.

    Игнорирование признаков психического заболевания — одно из худших вещей, которые вы можете сделать. Если ваш ребенок студенческого возраста демонстрирует необычное поведение, не стесняйтесь поговорить с ним об этом. Нет ничего постыдного в том, чтобы подозревать, что такое поведение может быть признаком психического заболевания. Получение профессионального совета успокоит ваши страхи и поможет разработать стратегию лечения, если таковая потребуется.

    Психическое заболевание у молодых людей часто можно вылечить более эффективно, если оно выявляется на ранней стадии. Под профессиональным руководством можно справиться с такими состояниями, как депрессия и тревога, вызванными повышенным стрессом в студенческой жизни. Но вам нужен профессионал, чтобы диагностировать состояние и подготовить стратегию лечения. Если есть более серьезное основное заболевание, специалист по психическому здоровью также может помочь вам справиться с этим.

    Варианты лечения психических заболеваний молодых людей

    Многие люди боятся, что от любого психического заболевания невозможно лечение, поэтому они пытаются скрыть симптомы и делать вид, что все в порядке.К сожалению, через СМИ распространяется много дезинформации о психических заболеваниях.

    На самом деле, психические заболевания можно лечить или лечить с помощью научно-обоснованных методов. Сочетание поведенческой терапии и лекарств может помочь людям с различными психическими расстройствами жить счастливой жизнью в качестве продуктивных членов общества. Вы, вероятно, понятия не имеете, кто из окружающих выздоравливает или живет с психическим заболеванием.

    Поскольку молодые люди все еще развивают части своего мозга, ранняя диагностика психических заболеваний и их эффективное лечение могут повысить шансы на хороший исход.Такие заболевания, как зависимость и депрессия, распространенные среди молодых людей, со временем могут усугубляться. Эти расстройства обычно не проходят сами по себе, когда начинаются. Нужна профессиональная помощь.

    Многие люди боятся, что от любого психического заболевания невозможно лечение, поэтому они пытаются скрыть симптомы и делать вид, что все в порядке. К сожалению, через СМИ распространяется много дезинформации о психических заболеваниях.

    На самом деле, психические заболевания можно лечить и лечить с помощью научно-обоснованных методов.Сочетание поведенческой терапии и лекарств может помочь людям с различными психическими расстройствами жить счастливой жизнью как продуктивные члены общества. Вы, вероятно, понятия не имеете, кто из окружающих выздоравливает или живет с психическим заболеванием.

    Поскольку молодые люди все еще развивают части своего мозга, ранняя диагностика психических заболеваний и их эффективное лечение могут повысить шансы на хороший исход. Такие заболевания, как зависимость и депрессия, распространенные среди молодых людей, со временем могут усугубляться.Эти расстройства обычно не проходят сами по себе с самого начала. Нужна профессиональная помощь.

    Вариантов лечения этих и других психических заболеваний сегодня больше, чем несколько десятилетий назад. Существует ряд методов лечения, которые можно использовать по отдельности или в комбинации для лечения всех видов психических заболеваний. Варианты лечения варьируются от амбулаторной терапии для людей, которые уже обладают некоторыми навыками для лечения своих симптомов, до стационарной госпитализации для людей, находящихся в кризисной ситуации.

    Вариант посередине — стационарное психиатрическое лечение. Обычно пребывание в психиатрическом стационаре или больнице неотложной помощи составляет всего несколько недель. После госпитализации лечение в стационаре — хороший вариант для молодых людей, которым все еще нужно время и поддержка, чтобы приспособиться к новым лекарствам, узнать о своих симптомах и отработать навыки, чтобы эффективно справляться со стрессом и жить самостоятельно. Молодой взрослый может участвовать в программе психиатрической помощи с проживанием от нескольких недель до нескольких месяцев.После лечения в стационаре молодые люди могут продолжать свою жизнь, поддерживая свое психическое здоровье с помощью амбулаторной терапии и ухода за собой.

    Некоторые программы стационарного лечения предлагают комплексный подход в дополнение к традиционному лечению и поведенческой терапии. Программа может не только решить ваши психиатрические проблемы с помощью традиционных медицинских подходов, но также может использовать диету, упражнения, отдых и искусство, чтобы охватить все аспекты вашей жизни. Целостный подход к лечению психических заболеваний дал лучшие результаты.

    В учреждении по уходу вы можете на время отойти от своей обычной жизни. Это дает вам шанс исцелиться и расти, пока вы не будете к этому готовы. Во многих случаях у молодых людей развиваются психические заболевания в результате их окружения. Вырвав их из этой среды, им будет легче выздороветь, а затем они изучают стратегии совладания, прежде чем вернуться к своей обычной жизни.

    В стационарном лечебном учреждении вы можете работать с профессионалами и другими людьми, которые борются с теми же типами проблем, что и вы.Приятно знать, что вы не единственный, кто в молодости заболел психическим заболеванием. Жизнь и консультации с другими на самом деле делают программу реабилитации сильнее, а дух товарищества людей, которые знают, через что вы проходите, очень поддерживает.

    Результаты лечения

    Большинство молодых людей с психическими заболеваниями могут научиться успешно справляться со своими симптомами и вести полноценную жизнь в своих общинах. Многие молодые люди с психическим заболеванием могут закончить колледж, устроиться на работу или внести свой вклад в дело, которое им небезразлично, через волонтерство.Эффективное лечение может помочь улучшить отношения молодых людей со своими родителями, братьями, сестрами и друзьями.

    Получить диагноз психического здоровья сложно, но это не значит, что вы должны отказаться от своих мечтаний или планов на будущее. При правильном лечении и поддержке молодые люди могут наслаждаться здоровым и счастливым будущим.

    Защита вашего здоровья в качестве лица, осуществляющего уход

    Когда кто-то из членов вашей семьи или близких людей страдает психическим заболеванием, это затрагивает всех.Иногда кажется, что психическое заболевание происходит не только с любимым человеком, но и с вами. Вы можете не только попытаться оказать ребенку необходимую ему помощь, но и почувствовать некоторую вину и стыд. Это может быть эмоционально подавляющим опытом.

    Независимо от того, является ли психическое заболевание, которое испытывает ваш студент колледжа, временным или хроническим, начальная фаза лечения, вероятно, будет дольше, чем вы хотите. Также важно проявить терпение и разработать стратегию, которая поможет вам справиться с ситуацией.

    Вот некоторые вещи, о которых следует помнить, оказывая поддержку молодому человеку с психическим заболеванием:

    • Создайте сеть поддержки для себя — Помните, что это тоже происходит с вами. Определите людей, на которых вы можете опереться, когда чувствуете себя подавленным. Найдите людей, которые переживают похожую ситуацию, и которые могут понять, что вы чувствуете. Не пытайтесь быть единственной опорой для своего ребенка. Вместо этого создайте команду.
    • Не игнорируйте предупреждающие знаки — Психическое заболевание обычно не проходит само по себе.Зависимость, депрессия или расстройства пищевого поведения — это не те фазы, которые ваш ребенок перерастет. Обратите внимание на предупреждающие знаки и задавайте вопросы. Поговорите с ребенком об их недавних изменениях в поведении. Используйте свою родительскую интуицию, чтобы понять, в беде они или нет.
    • Сделайте перерыв — Психическое заболевание может быть всепоглощающим. Внезапно вы замечаете, что каждый ваш разговор, даже большинство мыслей, которые у вас возникают, посвящены болезни и лечению. Важно каждый день выделять время на то, что не связано с психическим заболеванием.Сходите на прогулку, поучаствуйте в развлекательных мероприятиях или просто пообедайте с другом. Запланируйте перерыв для себя.
    • Проконсультируйтесь — Если вы поддерживаете человека, который борется с психическим заболеванием, вам нужно проконсультироваться самостоятельно. Быть лицом, оказывающим поддержку, может быть так же утомительно, как и быть больным. Найдите консультанта, который знаком с конкретной ситуацией, с которой вы имеете дело, и регулярно планируйте свои собственные занятия.
    • Разработайте стратегию борьбы с необычным поведением — Поймите свои ограничения в борьбе с психическим заболеванием.Как родитель вы можете предложить любовь и поддержку, но вы не можете решить проблему. Вы также не обученный консультант. Поработайте с психологом вашего ребенка, чтобы разработать стратегию, как справиться с его необычным поведением. Если она испытывает галлюцинации или проявляет импульсивное поведение, составьте план, как бороться с этим поведением, когда оно произойдет. Стратегия сделает такие ситуации менее стрессовыми для вас.

    Большинство родителей отмечают веху в преодолении «ужасных двоек» как победу.Затем наступают бунтарские подростковые годы со странными стрижками и странными друзьями. К тому времени, когда ваш ребенок заканчивает среднюю школу, вы считаете, что ваша работа в качестве родителя в основном завершена.

    Однако многие молодые люди нуждаются в постоянном попечении родителей на этом последнем этапе развития. Пока они принимают свои новые свободы и обязанности, следите за ними. Вы по-прежнему можете дать им необходимые рекомендации, чтобы помочь им распознать начало психического заболевания и справиться с ним.

    Чтобы узнать больше о вариантах лечения психических заболеваний в стационаре и узнать, как выглядит целостная философия выздоровления, свяжитесь со Skyland Trail сегодня.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *