Подеретесь как правильно: Страница не найдена

«Седьмой матч будет объявлен пресным, если Голубев не подерётся с Рябыкиным». Обзор хоккейной прессы

Отечественные спортивные издания живо откликнулись на результат шестого финального матча Кубка Гагарина в Восточной конференции между «Трактором» и «Ак Барсом» (3:2). Хоккейная пресса радуется за челябинцев, вернувшихся в серию в практически безнадёжной ситуации, активно критикует казанцев и даже прогнозирует лёгкую победу московского «Динамо» над любым из возможных соперников в главных матчах сезона. Спортивная редакция «БИЗНЕС Online» предлагает своим читателям традиционный дайджест материалов российских СМИ.

«АК БАРС», БОДРЕЕ!»

Илья Ельчанинов из Sports.ru в материале «Белый против Белого» обращает внимание на смелость хоккеистов челябинского «Трактора», которые, находясь в шаге от вылета из Кубка Гагарина, не побоялись сыграть в «открытую» против опытных «барсов»:

«Даже не отвлекаясь на построения, было видно, что «Трактор» не боится подключать защитников, обыгрывать и вообще ведет себя очень нахально.

Это плей-офф, это хоккей, тут выигрывают вратари и оборона, а они играют в атакующий хоккей. Анархия в КХЛ! А еще Ничушкин вышел в третьем звене и сыграл 15:12. Это его лучшее время в сезоне и это больше, чем был на льду Петри Контиола. Его звено организовало гол, Валера был часто бит, но это не мешало ему весело обыгрывать защитников, прокидывать мимо них шайбу, а одна очень опасная атака была прервана только сиреной. Но все эти повышения можно было затевать только ради одного ответа Белоусова: «Почему поменял местами Валерия Ничушкина и Антона Глинкина? Чтобы выиграть».

Кроме того, обозреватель Sports.ru ждёт от заключительной встречи финала Восточной конференции драки форварда хозяев Голубева и защитника гостей Рябыкина:

«Примерно по этой же причине Белов посадил звено Голубева на лавку в третьем периоде. Но седьмой матч будет объявлен пресным, если силовой форвард „Ак Барса“ не подерется с Рябыкиным. Ох, как же они друг друга бесят, как раздражают. Если Белов хочет оставить „Трактор“ без ведущего защитника — на льду нужно больше Голубева. Он даже гол забил. Но гол четвертого звена и шальная шайба за пять минут до конца — не то, за счет чего можно выиграть в финале конференции. „Ак Барс“, бодрее!»

АРЕНА «ТРАКТОР» КАК КЕГЕЛЬБАН

Автор Чемпионат.com Фарид Бектемиров в тексте под названием «Трактор-боулинг» проводит параллели серии «Ак Барс» — «Трактор» с одним видом спорта, который у большинства ассоциируется с пивом и хорошим проведением свободного времени:

«В хулиганском фильме «Заводила» с Биллом Мюрреем и Вуди Харрельсоном есть один примечательный момент. На турнире по боулингу бывший чемпион штата, а ныне — опустившийся неудачник в исполнении Харрельсона должен выбить все десять кеглей хотя бы двумя бросками. Первый он выполняет неплохо, но две крайние кегли остаются на месте.

Сбить их с одной попытки вроде бы нереально, однако после броска одна летит по замысловатой траектории и рикошетом от стенки сносит другую. Победу боулеру это всё равно не приносит, но эпизод показательный. Говорящий, что совершенно нерешаемых задач в спорте не бывает. Отыгрыш с 1−3 в серии у сверхопытного «Ак Барса» кажется таким же невероятным фокусом, однако «трактористы» теперь очень близки к его исполнению. До успеха остался всего один шаг. Как, впрочем, и «барсам», но те этот шаг не могут сделать уже почти неделю».

МОГУТ ЛИ ВСЁ РЕШИТЬ СУДЬИ?

А Олеся Усова на ALLHockey.ru критикует «Ак Барс» и опасается судейских «чудес» в решающем седьмом матче серии:

«Трактор» хорош тем, что все его звенья являются взаимозаменяемыми — не знаешь, кто выстрелит и в каком матче. Ждешь от Контиолы или Ничушкина, а забивает Попов или Глинкин. В Казани же вся вера в Морозова и Зарипова. Молчит второе, финско-обуховское звено: они много забросили «Салавату», а «Трактору» — всего одну шайбу. Да и казанские джокеры вроде Петрова или Дарзиньша безмолвствуют, что уж говорить про Жердева. И, видимо, силы казанские не беспредельны, и серия против «Салавата» должна была аукнуться, не зря же уфимцы столько кровушки у соседушек попили.

Челябинская «выскочка» и гроза авторитетов не собирается сдаваться на милость «искушенного кубкового бойца». КХЛ от этого только выиграла: всех ожидает сумасшедший решающий седьмой матч в Казани. Он и покажет, что важнее — челябинская «воля к победе» и честолюбивая молодежь или казанский опыт и спасительная сила Морозова-Зарипова. Как всегда, многое будет зависеть от вратарей, ведь Барулин и Гарнетт — главные действующие лица серии. Главное, конечно, чтобы ими не стали судьи.

«СОВЕТСКИЙ СПОРТ» НЕ СТАВИТ НА ВОСТОК

Виталий Славин из «Советского спорта» идёт дальше, прогнозирует любому из возможных чемпионов Востока фиаско в решающем финале Кубка Гагарина и «провожает на пенсию» нынешних лидеров «Ак Барса» в материала «Плюшевые барсики»:

«Интересно, поставит ли кто-нибудь из незаинтересованных болельщиков на соперника «Динамо» в финале Кубка Гагарина? Грустное впечатление оставил вчерашний челябинский матч. Впереди седьмая игра, а «барсы» уже еле двигаются. Не многим лучше выглядят «трактористы».

Показательная деталь: Зинэтула Билялетдинов научился в сборной обходиться без Морозова с Зариповым. У Валерия Белова в «Ак Барсе» это не получается. Кто вышел у гостей отыгрываться на последние 73 секунды? Морозов, Зарипов по краям и Терещенко вместо Капанена в центре. По мне так это приговор Казани. Точнее, ее селекционной политике. Сколько раз в приватных разговорах компетентные лица меня убеждали, что время морозовцев прошло! Однако в решающий момент они вновь и вновь оказываются незаменимыми. С огромным уважением отношусь к Валерию Геннадьевичу, но, если «Ак Барс» с 3−1 отдаст восточный финал, это будет поражение тренера».

Оценка текста

Бивол подерётся с Лениным на разогреве у Усика

https://static.news.ru/photo/1c7a42f4-e089-11e9-88fb-fa163e074e61_660.jpg Дмитрий Бивол Фото: instagram.
com/bivol_d

Стал известен соперник российского боксёра, чемпиона мира в полутяжёлом весе по версии WBA Дмитрия Бивола на турнире в Чикаго, который пройдёт 12 октября. Им стал 31-летний доминиканец Ленин Кастильо.


Я рад, что имя моего соперника на 12 октября подтверждено. Кастильо — сильный боксёр, он дрался с Маркусом Брауном, это был отличный бой, — приводит слова Бивола РИА Новости.

Для Бивола это будет шестая защита чемпионского титула, завоёванного в 2017 году. Его бой станет соглавным событием вечера бокса, на котором состоится дебют в тяжёлом весе украинца Александра Усика, чьим соперником станет знаменитый в прошлом кикбоксёр Тайрон Спонг.

Как сообщал News.ru, футболка Хабиба Нурмагомедова была продана на аукционе за $60 тысяч.

Хотите получать новости быстрее всех? Подписывайтесь на нас в Telegram

Прогулка с собакой: как правильно выгуливать собаку?

Прогулка (выгул) — самое радостное и долгожданное событие в жизни любой собаки. И не потому, что она спешит справить свои естественные надобности. На прогулке ее ждет приятное время в общении со своими соплеменниками, игры и, конечно, общение с хозяином.

Каждый владелец воспринимает прогулку с собакой по-своему. Для одних — это необходимость вывести собаку на пять минут. Для других — тяжкая повинность: собаку заводили ребенку, а выгуливать приходится родителям. Для третьих — повод встретиться с друзьями по двору и обсудить последние новости. А кто-то совмещает прогулку с походом в ближайший магазин.

Такие прогулки не идут на пользу собаке. Она предоставлена сама себе, не получает достаточного моциона и, что самое главное, общения. В прогулке для собаки основной смысл заключается в возможности побегать, поиграть, выплеснуть энергию и пообщаться.

У собак, особенно живущих в городских квартирах, не так много возможностей для моциона. А на прогулке во время игр и занятий собака получает положительные эмоции. Происходит выработка эндорфина — гормона радости, поэтому занятия с собакой на прогулке обычно более эффективны, чем занятия дома.

Прогулка — это еще и хорошая возможность улучшить контакт владельца со своей собакой. Отработка навыков в играх и занятиях, разучивание новых упражнений, исследование разных маршрутов — все это укрепляет связь владельца и собаки. В совместных прогулках собака и владелец изучают привычки друг друга, учатся понимать совместные сигналы и устанавливают собственный язык общения.

Благодаря интересным прогулкам и занятиям владелец становится для собаки гораздо важнее, чем соплеменники. Иными словами, собаке интереснее с владельцами, чем со стаей знакомых собак. Если это так, то воспитание идет в нужном направлении, у собаки выработаны правильные ориентиры и заинтересованность в общении с владельцем. При таком контакте научить собаку командам будет гораздо проще, так как она испытывает удовольствие от совместной работы, все ее внимание направлено на владельца и она готова воспринимать от него информацию.

Собираясь на прогулку, старайтесь не поддаваться распространенной привычке «компанейского гуляния», когда владельцы стоят на одном месте или неспешно прогуливаются по одному и тому же маршруту, ведя беседы. А собаки, предоставленные сами себе, бестолково носятся вокруг, пугая прохожих, исследуют «злачные места» или плетутся сзади, не реагируя на команды. Пользы от такой прогулки, опять же, никакой, а риск, что собака подберет что-нибудь на помойке, попадет под машину, подерется или собьет с ног ребенка, очень велик.

Гораздо полезнее и приятнее провести те же полчаса в активном общении, занятиях и играх со своей собакой, контролируя ее поведение и разучивая новые команды. Исследовать новые маршруты. Пройтись не только по парку, но и по улицам, что очень полезно для социализации собаки. А в качестве награды использовать не привычное лакомство, а поиграть и похвалить собаку. Смена рода деятельности, места и замена одного поощрения другим также очень полезна и на прогулке воспринимается гораздо лучше.

Немков подерется в Гран-при Bellator — Рамблер/спорт

Чемпион Bellator Вадим Немков выступит в Гран-при полутяжеловесов Bellator, где его уже поджидают грозные бойцы, которые ранее дрались в UFC.

Так получилось, что организация Bellator на время приостановила проведения турниров из-за коронавируса, но в апреле фанатов ждет много крутых поединков, в которых свое мастерство продемонстрируют российские спортсмены. Одним из них станет действующий чемпион промоушена в полутяжелом весе Вадим Немков. Он примет участие в мини-турнире, победитель которого станет богаче на миллион долларов.

В гран-при примут участие восемь лучших бойцов дивизиона, шестеро из которых очень успешно выступали в UFC. Вот как выглядят четвертьфинальные пары:

Райан Бейдер (США, 27-6) — Лиото Мачида (Бразилия, 26-10)Кори Андерсон (США, 14-5) — Довлетджаг Ягшимурадов (Туркмения, 18-5-1) 17 апреля. Bellator 257Вадим Немков (Россия, 12-2) — Фил Дэвис (США, 22-5)Энтони Джонсон (США, 22-6) — Йоэль Ромеро (Куба, 13-5)

Полуфиналы пройдут в июле, а финал — в октябре.

Шансы Немкова на победу

После объявления пар участников букмекеры назвали ожидаемого победителя. И им стал Немков. На втором месте — Йоэль Ромеро. Но все понимают, что букмекерские оценки — это лишь прогнозы, которые очень часто не сбываются. Котировки букмекеров

Вадим Немков — 2.8Йоэль Ромеро — 5.0Райан Бэйдер — 6.5Энтони Джонсон — 8.0Кори Андерсон — 11Довлетджан Ягшимурадов — 11Фил Дэвис — 17Лиото Мачида — 31

В четвертьфинале Вадим подерется с Филом Дэвисом, с которым он уже бился в Bellator в ноябре 2018 года. Схватка получилось равной с небольшим преимуществом российского бойца — тогда он победил раздельным решением судей.

После этого Дэвис одержал три победы кряду и вновь стал первым претендентом на чемпионский бой. Впрочем, Немков тоже ведь на месте не стоял. Он быстро прогрессировал, уничтожил Райана Бэйдера и стал чемпионом. И неудивительно, что в реванше с Филом он открылся явным фаворитом.

А что можно сказать о других участниках Гран-при? Они хоть все и дрались в UFC, но к предстоящим боям подходят не в лучших кондициях. Особенно это касается возможного соперника Немкова по полуфиналу. Йоэлю Ромеро уже 43 года, он явно будет уступать в скорости ученику Федора Емельяненко. Да и дрался он в UFC в другой весовой категории — в средней (до 84 килограммов).Энтони Джонсон всегда был грозным бойцом для любого топа UFC. Но что с ним сейчас, сказать сложно. После поражения от Даниэля Кормье в апреле 2017 года он неожиданно повесил перчатки на гвоздь. Нарастил мышечную массу и весил не менее 120 килограммов. Никто не ждал его возвращения, а он взял, да и сбросил все то, ради чего работал три года в качалке. Скорее всего, в предполагаемом бою с Немковым он также будет андердогом, но недооценивать его, конечно, нельзя.

В другой части сетки бывший чемпион Bellator Райан Бэйдер подерется с ветераном Лиото Мачидой, а Кори Андерсон сразится с дебютантом лиги из Туркмении Довлетжаном Ягшимурадовым. Бывший чемпион лиги АСА является темной лошадкой Гран-при. У него хороший уровень борьбы и он может удивить не только в поединке с Андерсоном, но и в следующих боях.

Каждый из представленных оппонентов под силу Немкову. Главное — не расслабляться. Победа в этом Гран-при сделает его сильнейшим полутяжеловесом в мире, а не только в Bellator.

Профиль: NewSore — Рецензия на фильм: Гипернормализация

Ну да, ребят, что-то делать совсем нечего. Холодная осень всё ближе подкрадывается ко мне, и каждой порции тёплого свободного воздуха я радуюсь сильнее, чем дезоморфинщики красивой новенькой дозе. Атмосферное давление сжимает мои виски, уши закладывает, в глазах мутнеет, но я надежды не теряю — я понимаю, что конец так или иначе будет приятным, безболезненным и нежным, как упасть в мягкую постельку после (глава последняя) долгого и утомительного путешествия. Но это уже лирика, поэтому просто здравствуйте, ребят, я вас всех так люблю, давайте в обнимашки и подерёмся подушками. Впрочем ладно, включайте своё старое радио, настройте самую лучшую частоту, не пропускайте самые честные и жизненные эфиры. Пррр, в общем, решил я одним сентябрьским вечером задокументировать своё состояние, выловил в этом океане из информационного потока такой фильм «Гипернормализация». Документальный фильм. Ну мне стало реально интересно, что это за гипернормализация такая. То есть это, когда что-то не просто нормально, а даже гипернормально? Я правильно понимаю? Ответить на такие непростые вопросы вызвался Адам Кёртис, умный мужчина, судя по всему, потенциальный соулмейт мой. Хоть я уже давно потерял веру, что кто-то сможет ответить хоть на один действительно важный вопрос, что хоть кто-то развеет морок над моим любопытством. Этот парень постарался, за это ему респект, похлопаем — остальное нюансы и тонкости. И вот я делюсь этим, никто не прочитает это, никто не услышит, но от того ещё приятнее, ещё ламповее — самый подходящий момент для моего плевка в вечность.

Пррр, самое смешное, что Адам со мной солидарен. Он тоже ничего не понимает. И политики, и все сильные мира сего, они устали, они тоже давно потеряны. Никакого плана нет, друзья, и не было с самого начала, просто каждый старается успокоить себя по-разному. Можно по домам, а можно… Дональд Трамп, а, Дональд, скажи, а что такое Вселенная? Дональд, а, Дональд, а есть ли Бог? А инопланетяне? Мистер Трамп, мне поставили плохую оценку в универе, что делать? Господин Президент, мой краш не обращает на меня внимания, девочка просто проходит мимо, как мне её к себе расположить? Господин Президент, я неудачник по жизни, полное ничтожество, у меня ничего не получается, вы мне поможете? У меня депрессия, ангедония и апатия, это вообще лечится? Вы посмотрите, как всё закручено, запутано и сложно-сложно-сложно. И кто за всё это в ответе? Пусть пока будут политики. Почему кругом одни неприятности? Откуда священные войны, терроризм, нищета и голод, ложь, лицемерие, страх, ненависть, бессмысленность, разрушенная любовь и мечты, рыдающая от собственной беспомощности рутина, болезни, безумие, кругом фальшь, а всё такое искреннее является лишь частью одного большого маркетингового хода, весёлые песни и смешные фильмы, которые скрывают за собой огромную пустоту, несчастные молодые люди, что, как хромые лошади, по выходным давят друг друга в клубах, эпидемии, массовая истерия и реки крови, которые в будущем затапливают целые города и страны? Этого так много, что перечислять можно бесконечно. Спасите, мне страшно!

Пррр, а мне даже чем-то нравится эта гипернормализация. Плевать, что там на самом деле, никто за тысячи лет так и не узнал, плевать, что там за кулисами, если так скучно на сцене, абсолютно не важно, кто прав, а кто — нет, без разницы, чьё лицо сейчас висит в кабинете, а чьё в моём смартфоне — главное, что всё у нас нормально, даже хорошо. Это не то, как богатеи на огромной и роскошной палубе яхты в какой-нибудь Анголе пируют, наблюдая и махая руками беднякам в их трущобах. Нет, к чёрту весь этот уродский бомонд, мы не такие, мы ни сверху, ни снизу, мы на периферии, сбоку, с краю, не от мира сего. А они всё протестуют! Вам кажется, что сейчас жарко? Гляньте, как оно было раньше. Арабская весна распалила немало горячих голов, все эти танцы, такие разные, такие смешные и жизнерадостные, они нас всех любят, они нас всех защитят. Давай мне руку, я тебя вытащу! Только верь мне, всё будет хорошо — нет, всё уже хорошо, глянь, какие красивые звёзды, какая музыка душевная, милое моё существо, дай накрою тебя тёплым пледом. Но кто-то всё не успокаивается — придумай цвет, и нарисуй себе революцию, мирную, естественно. Не люблю такое, но при коммунизме всё будет отлично, он наступит скоро — надо только подождать, там всё будет бесплатно, там всё будет в кайф, там наверное вообще не надо будет умирать.

Пррр, я всё понимаю, правда, ребят. Всем плохо, всем обидно, всем нужная какая-то цель, смысл жизни. Не грустите, а то мне тоже становится тоскливо. Давайте веселиться! Пррр, слушайте моё радио, потому что одна из самых страшных картин — это звонящий телефон, который никто не берёт, такого быть не должно. Поэтому, родная, оставайся со мной, я тебя спасу, согрею и напою самым тёплым и вкусным чаем. Со мной тебе уже не грозит абсолютно ничего, все миазмы этого мира обойдут нас стороной. Помнишь, как в нашем пионерском лагере? Ты была так красива! Само солнце указывала тебе дорогу, наше лучшее время останется с нами навеки, давай уйдём вместе с ним в бесконечность! Открываюсь, мы летим на НЛО, понимаешь, мне совсем не всё равно, просто, зая…наша планета уже недалеко, просто подожди немного.

Пррр, мой спич должен рано или поздно закончиться. Фильм «Гипернормализация» — хороший, наверное, Адам Кёртис — крутой, наверное. Смотрите, друзья, постигайте, узнавайте, образовывайтесь. Узнаете много новых имён и фактов. Но главное не волнуйтесь, всё будет хорошо! Хоть это и титанический труд — преодолеть стену, что когда-то перед тобой воздвигли, а не прятаться за ней, как за последней надеждой, потому что страшный враг рано или поздно появится, и не надо удивляться, если им окажется твой самый близкий товарищ. Ты никогда не узнаешь, какой выбор верный, пока не сделаешь его. Ах, всё это слишком сложно, чтобы думать об этом! Давайте просто расслабимся, и насладимся этой тихой и спокойной ночью. Я знаю, что меня понимают, я верю в это. Поэтому виват, тем, кто ещё сражается! Виват тем, кто ещё не сдался! Виват тем, кто будет со мной, с нами! Виват тем, кто кого-то любит! Виват, тем, кто ещё жив! Всем добра, всем счастья. Хм, как бы красиво закончить? Ой, сами думайте, что там будет дальше. Для меня всё уже слишком сложно…

Нурмагомедов в ноябре подерется с Фергюсоном, победитель встретится с Конором

Проводивший на днях семинар в Казани боец UFC Хабиб Нурмагомедов в ходе общения с любителями ММА и ответил на интересующие их вопросы.


«Когда следующий бой?». Это самый часто задаваемый мне вопрос. Бывает только бой закончился, выходишь в соцсети, а там уже десятки вопросов о том, когда следущий. На сегодняшний день мой следующий соперник — Тони Фергюсон, бой состоится в ноябре. Победитель будет драться с Конором МакГрегором.

О важности питания. Каким ты бензином зальёшь свою машину, так она и поедет. Поэтому очень важно правильно питаться. Я бы сказал, что правильное питание ни чем не уступает, например, психологической подготовке. Уделяю очень большое внимание еде и не только во время сгонки веса. Нового тут рассказать сложно — всё уже давно исследовано. Лучше питаться чаще, например, пять раз в день, через каждые 2-3 часа, но небольшими порциями и употреблять только здоровую пищу.

Об уличных драках и самообороне. Да, на улицах неспокойно и драться приходилось. Но отец меня всегда ставил на место. В последние пять-шесть лет ни в каких потасовках не приходилось участвовать. Когда вырос, узнал, что в Америке такой закон: если профессиональный боец принимает участие в уличной драке, то его удары равносильны применению холодного оружия. Но в Дагестане не редки такие случаи. Перед дракой один предупреждает другого, что является бойцом. А второй ему отвечает: «Так я тоже».

О бое МакГрегор — Мэйвезер. Это пиар, это понятно. Если честно, мне не сильно интересно чем этот бой завершится — у меня будет подготовка к собственному бою, свои цели, задачи и бои. Я, конечно, трансляцию буду смотреть, даже разберу для себя какие-то моменты на будущее, послежу за Конором. Но в целом, это будет шоу за очень большие деньги. Кстати, против Флойда мог бы выйти даже Криштиану Роналду. Почему дерётся Конор, а не он? Тоже было бы всем интересно как профессиональный боксёр будет избивать профессионального футболиста.

О UFC. Вижу, что 90 процентов, а то и около ста процентов болельщиков не до конца понимают, как устроена эта организация. Приведу пример со своим последним боем. Почему я бился с Джонсоном, а не с тем же Альваресом? Потому что ему скинули контракт, а он посмотрел и подумал: зачем ему тяжёлый бой с Хабибом за маленькие деньги, когда можно провести бой с МакГрегором за большие деньги.

Сейчас UFC мне предложили провести бой в октябре, но я сказал, что не хочу спешить, и буду готов в ноябре. И что происходит сейчас? Дэйна Уайт выступил с заявлением, что Гэйджи может выйти на бой с Тони, если у меня не получится. Таким образом они хотят меня заставить подписаться на бой с Фергюсоном в октябре. Это всё уловки UFC.

О спорте и возрасте. Вот мой папа сейчас говорит вам: здорово, если дети с шести лет занимаются гимнастикой, с девяти лет — играют в баскетбол, футбол, волейбол, в другие игровые виды спорта, с двенадцати лет они в каких-то единоборствах, с шестнадцати лет уже ставятся более серьёзные задачи. Но почему у меня всё было не так, папа? С самого рождения я на татами, а в девять лет боролся с медвежонком.

LastRound.ru

В UFC появился тяжеловес со статисткой 8 побед, 0 поражений. Почему вместо него Волков выберет бой с Нганну в России

Менеджер Александра Волкова Иван Банников комментирует для «Матч ТВ» бои четырех тяжеловесов из первой десятки рейтинга UFC и называет предполагаемую дату возвращения самого Волкова в бои.

Менеджер Александра Волкова Иван Банников комментирует для «Матч ТВ» бои четырех тяжеловесов из первой десятки рейтинга UFC и называет предполагаемую дату возвращения самого Волкова в бои.

  • 27 марта Фрэнсис Нганну (№ 1 рейтинга) подерется со Стипе Миочичем (чемпион)
  • Волков после победы в бою с Оверимом занимает 5-е место рейтинга тяжеловесов UFC
  • Деррик Льюис неожиданно нокаутировал Кертиса Блэйдса и занимает второе место
  • № 7 Сириль Ган (8-0) победил в пятираундовом бою № 4 Жаирзиньо Розенстрайка

— Несколько часов назад Розенстрайк и Ган провели поединок. Обсуждали его с Александром?

— Мы с Сашей говорили пять минут назад, он еще бой не смотрел, но я рассказал ему, как это выглядело в моих глазах. На мой взгляд, печальное зрелище было. Непонятно, что там делал Розенстрайк, чего он хотел и хотел ли чего-то вообще.

Перед боем мы созванивались с Александром, и он высказал такое мнение, что вообще не понимает, почему Розенстрайк так высоко в рейтинге: он не проходил по-настоящему серьезную проверку, а в бою с Оверимом не показал ничего, только лаки-панч в конце боя. 

Ган — молод, у него интересный стиль, но это не уровень топ-5 даже близко.

Фото: © Chris Unger / Contributor / UFC / Gettyimages.ru

— После боя Александра и Оверима мы созванивались, и вы говорили, что теперь просто надо дождаться, как подерутся остальные тяжеловесы. Четверо из шести подрались — стало ли для вас что-то яснее в тяжелом дивизионе?

— Теперь понятно, что Деррик Льюис действительно опасен. Если говорить про его удар и называть это везением, то, конечно, это не так. В спорте так часто везти не может: он действительно дерется, рассчитывая все свои силы на этот удар. Но в реванше он не выйдет из боя с Сашей из второго-третьего раунда. И он и не будет драться с Александром: мы еще до боя с Оверимом просили с ним реванш, но матчмейкеры UFC сказали, что с Волковым Льюис драться не будет ни за какие деньги.

Когда он нокаутировал Блэйдса (после боя Волков — Оверим. — «Матч ТВ»), я снова предложил сделать этот бой, но Льюис сказал, что хочет подраться с Оверимом, и стало понятно, насколько он хочет второй бой с Сашей.

Драться с Ганом? Ну, убьет его Саша — что это даст? Гану нужно что-то еще доказывать, потому что после такого невыразительного боя с Розенстрайком выходить на Волкова с двумя нокаутами во втором раунде — это не тот уровень.

Фото: © Douglas P. DeFelice / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

Нужно ждать, как подерутся Нганну и Миочич. Я сомневаюсь, что Джон Джонс согласится на бой за титул, если пояс возьмет Нганну. Думаю, тогда он скажет, что ему нужно еще время, чтобы выйти на пояс в тяжелом весе. А если выиграет Стипе. То, скорее всего, он подерется с Джонсом, а мы будем думать, с кем драться нам.

— Нет ощущения, что Ган с его фактурой и статусом непобежденного тяжеловеса — идеальный вариант, чтобы подраться в России, потому что отдавать России титульный бой в тяжелом весе выглядит слишком хорошо?

— Эти 8-0 никому не известны в Европе. Я даже посмотрел про него документальный фильм, и хотя мне нравится такой стиль, в котором он работает — на челноке, как в каратэ или кикбоксинге старой школы… Но в последнем бою он не показал завершающего удара, ни разу не потряс Розенстрайка, входит-выходит, набирает очки, я знаю, что с Александром такое не прокатит.

— Расставьте приоритеты из соперников Александра Волкова?

— Первый приоритет — это в случае победы Нганну в титульном бою подраться с ним за пояс. Повторюсь, очень сомневаюсь, что Джонс пойдет драться с Фрэнсисом Нганну в своем первом бою в тяжелом весе.

Если Стипе Миочич выиграет, мы будем просить Льюиса, если Льюис откажется, то там больше наверху никого нет, и тогда только Ган.

Фото: © Chris Unger / Contributor / UFC / Gettyimages. ru

— Вы действительно неделю назад снова просили еще один бой с Льюисом?

— Сразу после того, как бой Льюис — Блэйдс закончился, я снова написал, что мы готовы подраться с ним еще раз.

Мы искренне считаем, что сейчас важно правильно подойти к титулу. Та форма, в которой находится Александр, наверное, лучшая за все время. Мы смотрели на темных лошадок, опасных соперников, но теперь по-настоящему опасными для него выглядят Стипе Миочич и Фрэнсис Нганну. Миочич — один из величайших чемпионов в тяжелом весе, а Фрэнсис — это такое чудовище, которое имеет один страшный удар. Причем все те наши друзья, кто с ним спарринговал, говорят очень простую вещь: на спаррингах этого не чувствуется, он же не бьет в полную силу. Там открывается вся его корявость, и у всех возникает вопрос после спарринга с ним, что он делает в топ-2. А когда в бою он включает свою мясорубку, там появляются вопросы: пережил ты с ним первые минуты, первый раунд или нет.

— После последнего боя Льюиса стали ли вы его серьезнее воспринимать?

— В какой-то степени да. С одной стороны, всего его бои проходят примерно так: его долго бьют-бьют-бьют, а потом он все-таки попадает. Но давайте посмотрим правде в лицо, ему в бою против Блэйдса никто шанса не давал, но то, что случилось, говорит нам, насколько великим чемпионом был Кормье (Льюис поймал Блйэдса на апперкот и послал в глухой нокаут; 2,5 года назад Кормье задушил Деррика Льюиса. — «Матч ТВ»). Поэтому нужно понимать, что он опасен, но ровно настолько, насколько опасен любой панчер в любом виде спорта.

Фото: © Chris Unger / Contributor / UFC / Gettyimages.ru

— Если отталкиваться не от соперника, а от даты боя, когда бы вы хотели, чтобы Александр выступил?

— Мы говорили с Александром, он хочет наконец-то провести отпуск, потому что он давно не был в отпуске, а жил в режиме от лагеря к лагерю. Поэтому думаем, что он будет драться летом, это конец июня, июль, может быть, август (в данный момент Волков тренируется для потенциального боя летом. — «Матч ТВ»).

— И это может быть турнир в России?

— Конечно, мы говорили Андреем Громковским (президент UFC Russia. — «Матч ТВ»), если звезды сложатся хорошо для нас и выиграет Фрэнсис Нганну, то и российское UFC, и мы, будем просить Нганну и бой в Москве.

— Почему вы можете так ярко говорить про соперников Александра, а он предпочитает очень смешно шутить с болельщиками в комментариях в инстаграме, но не пишет подобного про своих оппонентов?

— Он начинает сейчас, и мы работаем над этим. Его нужно знать, Саша большой шутник, но стеснительный парень. Когда он не знал английский, он стеснялся своего английского. Сейчас он довольно смешно подколол Льюиса после его последнего боя. А так, его шутки с фанатами — часть его шарма, я думаю, многие заходят к нему в инстаграм, просто чтобы почитать его комментарии.

В остальном Саша как человек, воспитанный в советской инженерной школе, считает, что боец должен быть скромным, что должен больше доказывать своими боями, но я думаю, что в ближайшее время это изменится, и Саша начнет более активную медийную работу.

Читайте также:

Борьба за правых: консерваторы всегда спорили с каждым о том, кому принадлежат их традиции

В политическую эпоху, в которой живут американцы и европейцы, в настоящее время доминируют правые. Но что это за право? Сказать непросто. Ведь консерваторы воюют друг с другом. Не в первый раз они борются за то, кто отстаивает их традиции. С одной стороны, усталый, но еще не побитый, более старый, более либерально настроенный консерватизм, примирившийся с работой в политическом центре.С другой стороны, перед ним встают энергичные «жесткие» правые, странный, но мощный гибрид популистов, ориентированных на национальные интересы, и глобалистов, ориентированных на рынок. У жестких правых тоже есть чемпионы Франции и Германии, но их самые известные лица — Дональд Трамп в США и Борис Джонсон в Великобритании.

Как и в любой большой борьбе идей, каждая сторона утверждает, что представляет истинную веру, и осуждает другую как отступников. Центристы смотрят на крайне правых как на извращение, выдающее ярлык «консерватор».Крайне правые центристы — это измученный остаток, который перестал говорить от имени «народа» и вместо этого вероломно встал на сторону главного врага истинных правых, «либеральной элиты».

Красноречивые защитники прежнего консерватизма теперь содрогаются от захвата крайними правыми республиканской партии в Соединенных Штатах и ​​партии тори в Великобритании. Консервативный обозреватель Брет Стивенс недавно написал в New York Times , что «единственный способ, которым Республиканская партия может снова стать проводником консервативных идей, — это если Трамп будет побежден.Популисты и философские консерваторы иногда могут идти общей дорогой, но сейчас они идут в разных направлениях ». В таком же тревожном духе британский историк Макс Гастингс, консерватор по темпераменту, процитировал в лондонской газете Times суждение своего «мудрого старого друга»: «Мы никогда не должны позволять себе убаюкивать себя, думая, что происходящее происходит. нормальный; что он представляет собой обычный компромисс демократической политики. Это не. Это странно, ново и плохо… Джонсон и Каммингс [его ближайший помощник] правят по сценарию Трампа.”

Это заманчиво, особенно для тех, кто стремится смотреть на политику в более спокойной обстановке через более широкую линзу — например, политологов или политических философов — рассматривать такие конфликты как обычную фракционность, возможно, объем книги увеличился больше, чем мы привыкли. к. Или как перемешивание скользких и плохо определенных ярлыков — «консервативный», «либеральный», «крайне правый» — которые затемняют более глубокие социальные и политические модели. Еще одно отвлекающее внимание здесь — огромные персонажи самих Трампа и Джонсона.Как будто обезумевшие от их зрелищности, политические обозреватели могут слишком легко излишне персонализировать и забыть о том, что еще происходит с правыми политиками.

Хотя каждое из этих исправлений достаточно справедливо, очевидно, что в западной политике происходит что-то большое, что никто из нас полностью не понимает или не видит конца. Политология, политическая философия и политические комментарии необходимы для того, чтобы найти выход из нашего замешательства, но их недостаточно, даже вместе, без исторической точки зрения.Чтобы понять, что происходит справа, нам нужно вернуться на два шага назад, чтобы увидеть, откуда это произошло.

Первый шаг — преодолеть потрясения в западном обществе за последние 30–40 лет. Структурные изменения в обществе, новые культурные отношения, распад геополитических рамок после 1945 года и экономическая глобализация изменили старую политическую борьбу Запада между левыми и правыми. В интеллектуальном и электоральном плане традиционные левые 20-го века стремительно отступают. Поскольку сейчас правые занимают большую часть политического поля, основная борьба ведется внутри самих правых.

Второй исторический шаг назад — к корням самого консерватизма в противостоянии правых в XIX веке с либерализмом и демократией. Консерватизм зародился как движение сопротивления либеральному капитализму и народной демократии, двум неугомонным, неудержимым агентам перемен. Однако, защищая собственность и социальный порядок, консерваторы вскоре тактически согласились с обоими. Это право было настолько успешным, что постепенно поглотило и укротило своих первоначальных соперников.

Как ни странно это звучит, конечной наградой консерватизма за компромисс с либеральной демократией было господство либеральной демократии. В то же время консервативное стремление к стабильности и границам на фоне непрекращающихся потрясений капиталистической современности никогда не исчезало. Этот конфликт составляет историческую красную нить в моей истории политических правых Консерватизм: борьба за традицию . Рассказанный в четырех частях, начиная с начала 19 века, он связывает воедино партийно-политические и интеллектуальные истории о политических правых в четырех странах, которые составляют репрезентативное, но неисключительное ядро ​​либеральной демократии, — Франции, Великобритании, Германии и США.

В некотором смысле на первом этаже консерватизм говорит о всеобщем человеческом стремлении к повседневному порядку и стабильности — к тому, чтобы завтра было таким же, как сегодня. В то же время консерватизм не может не отстаивать капитализм, великий двигатель материального прогресса, который беспокойно переворачивает общество, жизнь и взгляды с ног на голову и постоянно изобретает новое будущее. То есть консерваторы всегда стояли перед двумя путями: обещая стабильность и потрясения, преемственность и разрушение. Напряженность, трудности, все, что делает консервативную историю интересной, возвращается к этому основному конфликту.Меняется содержание конфликта, но остается его определяющий характер.

Этот вывод сам по себе неутешителен. Сценарий правых действительно старый, но сейчас он разыгрывается в пугающих, незнакомых обстоятельствах. В преодолении напряженности, которая определяет его, право на протяжении всей истории увенчалось успехом, но также и катастрофой.


Эдмунд Фосетт работал в The Economist более трех десятилетий, являясь его главным корреспондентом в Вашингтоне, Париже, Берлине и Брюсселе, а также его европейским и литературным редактором.Его статьи были опубликованы в New York Times , Los Angeles Times , Guardian , New Statesman и Times Literary Supplement . Он является автором книги Либерализм: жизнь идеи (Принстон).

Как правильно драться | Психология сегодня

Вы и ваш партнер ходите рядом друг с другом, даже не сказав ни слова?

Во время ссоры некоторые пары молча относятся друг к другу, другие унижают своих партнеров, угрожают их отношениям и пытаются выиграть любой спор ценой причинения боли тому, кого они любят. Такое ядовитое поведение может разрушить отношения до точки невозврата. Если вы не сражаетесь честно, никто не выиграет и все пострадают. Пары должны научиться спорить по правильным причинам и правильным образом. Если вы решите не делать этого, вы рискуете испортить свои отношения и человека, которого любите. Вы оба должны научиться драться честно.

Спор без резкости работает, потому что он сводит к минимуму защитную реакцию и предполагаемую необходимость быть властным в дискуссии.И в этом суть: если вы позволите дискуссии перейти в спор, вы оба проиграете. Если вы помните, что первый, кто разозлится, оказывается проигравшим в данный момент, это поможет вам держать себя под контролем, а также позволит вам добраться до настоящих проблем, а не только ссориться, потому что вы оба пытаетесь обидеть друг друга. Если вы попали в эту ловушку, как можно скорее поймайте себя и начните заново. Когда двое любят друг друга, нет нужды в недоброжелательности.

Научиться правильно спорить также полезно для отношений, потому что это может помочь уладить проблемы навсегда. Как только наши партнеры узнают, что их услышали, процесс становится настолько мощным и прямым, что они могут почти сразу отказаться от своих обид. Если вы не чувствуете, что ваш партнер услышал то, что вам нужно было сказать, вы не сможете отпустить свои поврежденные эмоции. Это ключ к разрешению большинства ваших трудных моментов.

Такая динамика общения может помочь вам узнать друг о друге больше. Он срывает пелену страха высказать свои потребности и истинные чувства. Знание того, что вы можете озвучить то, что вас беспокоит, или даже поделиться своей глубочайшей печалью, позволит вам обоим понять, что ваш партнер не хочет причинять вам боль (или быть обиженным вами).Это поможет вам узнать друг друга на более глубоком и внимательном уровне. Выгоды — спасение отношений.

Пары, которые хотят сохранить позитивные отношения и участвовать в их постоянном развитии, не спорят неуважительно. Фактически, они избегают этого, как чумы. Они помнят, что обидные слова могут разбить сердце (и отношения). Когда вы знаете, что ваш партнер не пытается вас достать, у вас не будет необходимости защищать себя или избегать предполагаемой конфронтации.Вера в то, что ваш дискурс будет нетоксичным, действительно позволяет вам делиться своими мыслями на базовом уровне.

На самом деле, как только вы научитесь выражать свои чувства так, чтобы это не вредило вашей любви, вы быстро поймете, что это гораздо более удобный способ быть с другим человеком.

Сайт доктора Голдсмита

Facebook доктора Голдсмита

Твиты доктора Голдсмита

LinkedIn доктора Голдсмита

1964: The Fight For A Right

Смотрите прямо сейчас или настройтесь во вторник, сентябрь.29 января 2020 г., 21:00 на КПБС ТВ

Кредит: Рэндалл (Герберт) Летние фотографии Фридом, Библиотека и архив Маккейна, Университет Южного Миссисипи.

Вверху: местная жительница афроамериканки берет листовку, в то время как женщина-волонтер с европеоидной расы проверяет картотеку за столом у главного входа в Mt. Сионская баптистская церковь в Хаттисберге, штат Миссисипи, во время лета свободы в 1964 году. Большой знак на фасаде церкви гласил: «Помогите сделать Миссисипи частью Соединенного Королевства».S.A. » Поводом для этого стал массовый митинг в церкви в поддержку Демократической партии свободы Миссисипи.

К середине 20 века афроамериканцы Миссисипи пострадали от почти 75 лет рабства под другим именем — дискриминация Джима Кроу. В 1964 году в Миссисипи люди погибли, пытаясь заставить государство позволить афроамериканцам реализовать свое конституционное право голоса.

Несмотря на то, что 50-летие «Лета свободы» прошло, борьба за право голоса все еще актуальна.

Согласно NAACP, штаты недавно приняли большинство законов, ограничивающих участие избирателей, со времен Джима Кроу. Более того, эти законы лишают гражданских прав и других цветных людей, пожилых людей, бедных и инвалидов.

ФОТОГАЛЕРЕЯ

1964: Борьба за право

С историческими кадрами и интервью с архитекторами и волонтерами Freedom Summer, а также нынешними активистами, этот фильм использует штат Миссисипи для объяснения проблем голосования в Америке за последние 150 лет.

В связи с годовщиной принятия Закона об избирательных правах в 2015 году, а также с проведением президентских праймериз и всеобщих выборов, право голоса останется в центре внимания национальных дебатов.

С историческими кадрами и интервью с архитекторами и волонтерами Freedom Summer, а также с современными активистами, «1964: Битва за права» использует Миссисипи для объяснения проблем американского голосования за последние 150 лет.

Например, почему красные состояния имеют красный цвет?

1964: борьба за право

С историческими кадрами и интервью с архитекторами и волонтерами Freedom Summer, а также с современными активистами, «1964: Битва за права» использует штат Миссисипи для объяснения проблем американского голосования за последние 150 лет.Например, почему красные состояния красные?

Производство Общественного вещания Миссисипи. Распространяется Американским общественным телевидением.

ЛУЧШИЙ ПОДКАСТ

Новости Сан-Диего; когда хочешь и где хочешь. Узнайте местные истории о политике, образовании, здравоохранении, окружающей среде, границе и многом другом. Новые серии готовы по утрам в будние дни. Организатор — Аника Колберт, продюсер — KPBS, Сан-Диего, а также станции NPR и PBS Имперского графства.

Для просмотра PDF-документов загрузите Acrobat Reader.

Даже если Дональд Трамп потерпит поражение, левые должны приготовиться к борьбе с трампизмом

Форма надвигающегося переворота Дональда Трампа как никогда ясна. Судья Верховного суда Бретт Кавано телеграфировал об этом в своем постановлении на этой неделе по почте. Штат Висконсин требует, чтобы бюллетени доставлялись ко дню голосования, чтобы их можно было подсчитать; суд продлил срок на шесть дней, но Верховный суд оставил в силе первоначальные правила.

Кавано, консерватор, подобранный Трампом, опубликовал мнение, выходящее далеко за рамки юридической проблемы государства против судов. По его словам, большинство штатов хотят установить день выборов в качестве крайнего срока, чтобы «избежать хаоса и подозрений в нарушении правил, которые могут возникнуть, если тысячи открепительных удостоверений придут после дня выборов и потенциально могут повлиять на результаты выборов».

В условиях демократии, как указал несогласный либеральный судья, голосование по почте не «переворачивает» результат: оно помогает определить его.А в условиях демократии исполнительная власть не работает сверхурочно, чтобы закрыть почтовые ящики и сортировочные машины, необходимые людям для голосования. В условиях демократии людям, желающим проголосовать досрочно, не нужно стоять в очереди целый день.

Но подавление избирателей стало образом жизни для многих правых в США. Помимо обычных соперников, с которыми сталкиваются чернокожие и латиноамериканские избиратели у избирательных участков, есть признаки того, что Трамп направит «наблюдателей», вооруженных, где это возможно, для запугивания избирателей в этот день. Любые последующие инциденты еще больше сократят время голосования.

«Хаос и подозрения в неподобающем поведении», по сути, составляют суть плана Трампа на вечер 3 ноября. Вот почему он постоянно сомневается в законности голосования по почте. Теперь завершается заключительная часть стратегии: Трамп начал иллюзорно твитнуть о «красной волне», нарративе, с которым работают сайты дезинформации, как и их обычные усилители.

Сценарий дня выборов стал ясным: длинные очереди и инциденты на избирательных участках; споры по счету; юридические меры, направленные на то, чтобы объявить результаты без подсчета голосов по почте; и досрочное провозглашение победы Трампом — даже несмотря на фактические результаты, которые будут оспорены в суде.Поскольку большое количество его сторонников верят частично или полностью в теорию заговора QAnon, им не составит труда проглотить ложь о том, что «был всплеск Республиканской партии, но бюллетени были подделаны». Каждый спор будет рассматриваться в Верховном суде, и на этой неделе он складывается 6–3 в пользу консерваторов.

[См. Также: Дональд Трамп показал, как он планирует использовать ультраправое насилие, чтобы попытаться сохранить власть]

Если Трамп победит, это эффективный конец демократии в США.Если вы обнаружите это немыслимым, помните, что, хотя страна была конституционной республикой с 1776 года, по-настоящему она стала демократией только с 1965 года (как указывают политологи Стивен Левицки и Дэниел Зиблатт).

В марте того же года, на фоне уличных боев в Сельме, штат Алабама, президент Линдон Джонсон поспешно провозгласил закон об избирательных правах через Конгресс, объявив вне закона подавление избирателей, сделавшее Юг фактически однопартийным государством. За прошедшие годы Верховный суд отказался от своих положений, и чернокожие были лишены избирательных прав во многих отношениях, но именно право голоса, говорят Левицкий и Зиблатт, демократизировало республику.

Избрание Трампа и его решимость превратить США в «нелиберальную» демократию вызвали возмущение среди либеральных политических философов и ученых-юристов. Книга Левицкого и Зиблатта Как умирают демократии — одна из многочисленных попыток проанализировать проблему и предложить решения. Яши Мунка «Народ против демократии» и Тома Гинзбурга и Азиза Хука «Как спасти демократию » также оказали большое влияние.

Их распространенное мнение состоит в том, что демократический упадок США и других развитых стран — это дисфункция.Они видят в капитализме машину для создания либеральных демократий, поэтому где-то в машине должен быть сбой, который нужно исправить.

Предлагаемое Мунком решение — перераспределение богатства; защищать универсальные права и многоэтнические концепции гражданства; регулировать социальные сети и информировать людей о дезинформации; восстановить некоторые права государств перед лицом отменявших их неолиберальных договоров; и «умерить неравенство».

Профессора права Гинзбург и Хук отвергают идею серьезных конституционных изменений, предлагая вместо этого серию «субконституционных» поправок — подтолкнуть демократию к парламентской модели и сократить президентские полномочия, укрепить судебную систему и принять международные договоры по правам человека, чтобы связать власть исполнительный.

Левицкий и Зиблатт считают размывание «норм» источником разрушения. Нормой является для политиков звенеть кружками в загородном клубе, а для учреждений — терпеливо относиться к гражданам. По их словам, как только правящие партии начинают относиться к своим политическим оппонентам как к нелегитимным, норма взаимной терпимости улетучивается, и такие люди, как Трамп, могут начать подтасовывать игру. Их решение состоит в том, чтобы восстановить нормы поведения элиты в эпоху до Трампа: политики должны относиться к соперникам как к законным претендентам на власть и всегда недооценивать силу контролируемых ими институтов.

Столкнувшись с этим потоком либеральных предписаний по изменению поведения и конституции, остается вопрос: как? Перераспределить богатство? Каждый захват власти авторитарными националистами за последние пять лет был разработан специально для предотвращения перераспределения богатства. Доработки конституции на микроуровне? Авторитарные правые стали экспертами в манипулировании конституционным законом, чтобы укрепить свою власть: один из примеров — назначение Трампом более 200 судей правого толка; судебный «переворот» 2016 года, свергнувший Дилму Руссефф с поста президента Бразилии, еще один; Другой — полный запрет Польши на аборты.

[См. Также: Теория заговора QAnon абсурдна, но опасна. Политики должны противостоять этому]

Что касается возврата к нормам консенсуса и терпения, то они были «нормальными» только потому, что неолиберализм вытеснил партийную политику любого содержания, сведя ее в эпоху Блэра и Клинтона к выбору между разновидностями рыночной экономики. не основы.

Что поразительно в литературе о «защите демократии», исходящей от академических кругов и либеральной журналистики, так это то, что она не признает системных корней нынешнего кризиса.Трамп находится у власти, потому что неолиберальная модель капитализма потерпела неудачу, а социально прогрессивное крыло элиты не сумело придумать ей альтернативу. Они провели десять лет, нападая на левых, подавляя протестные движения и подавляя восстания меньшинств. Кризис неолиберальной экономической модели в 2008 году вызвал кризис идеологии и идентичности на Западе — то, что я назвал «кризисом неолиберального« я »», — и технологические и медиа-монополии поняли, что они могут заработать миллиарды, вооружившись гневом. создание волны ненависти и дезинформации, которая во время пандемии Covid-19 достигла апогея.

Также поражает отвращение либералов к борьбе. Гинзбург и Хук отвергают идею новой конституционной конвенции США, предпочитая вместо этого изменения в процессе отбора федеральных судей, проверки исполнительной власти и ужесточение избирательного законодательства. Левицкий и Зиблатт предостерегают от насильственного протеста. Между тем Маунк — бич всего популизма. Создается впечатление, что, зная, что либеральная демократия была создана в результате борьбы, эти авторы находят действительность борьбы слишком рискованной.Либерализм США в это время острого кризиса превратился в конвейер для хороших идей о том, что делать после того, как кризис уйдет.

Но в одном либералы правы. Левый популизм — если это было движение Берни Сандерса — пока что потерпел неудачу. Во всем западном мире антикапиталистические левые находятся в союзе с запутанным и ослабленным либерализмом и остатками социал-демократии в борьбе за защиту демократии от растущего авторитарного правого толка.

Это не должно вызывать удивления, поскольку это именно та ситуация, в которой мы были в последний раз, когда произошел финансовый крах, за которым последовал распад мирового порядка. Как и в 1930-е годы, перед левыми стоит задача стать наиболее эффективными защитниками демократии.

В дни после 3 ноября в США это, вероятно, будет означать выход на улицы — но таким образом, чтобы заглушить провокации ополченцев и головорезов в шляпах MAGA. Мятеж, устроенный для того, чтобы предотвратить пересчет голосов во Флориде после президентских выборов 2000 года, будет казаться детской вечеринкой по сравнению с тем, что готовит право.Установленные судом крайние сроки, плюс активисты-республиканцы, спешащие к дверям пунктов подсчета голосов, — это испытанный способ фальсификации результата.

Если благодаря решительным, решительным и мирным совместным действиям прогрессивное большинство американских избирателей сможет заставить Трампа отказаться от Белого дома, именно тогда левые должны настаивать на радикальных и немедленных конституционных изменениях. Восстановление баланса в Верховном суде за счет его расширения; демократизация коллегии выборщиков; и восстановление антиподавляющих принципов Закона об избирательных правах может дать США прививку от повторения президентства Трампа.

Но трампизм никуда не денется. Будет четырехлетняя кампания ультраправого сопротивления президентству Байдена. Верховенство закона, сильно подорванное при Трампе, окажется под угрозой со стороны ополченцев, кампаний ненависти в Интернете и крайне правых групп. Полицейские управления станут полем политической битвы, как это было в межвоенной Европе.

Американские левые должны вести эту борьбу, а не ту, которую они себе представляли во время кампаний «Оккупай» и Сандерса. Путь к левому правительству в США лежит через защиту явно нерадикальной администрации Джозефа Робинетт Байдена-младшего.

[См. Также: Чтобы спасти американскую демократию, демократы должны извлечь уроки из безжалостности республиканцев]

Чтобы бороться с правыми, нам нужно понять это лучше

Чтобы бороться с правыми, нам нужно понять это лучше

Слишком многие из нас слева относятся к правому как к монолиту — и это мешает нам эффективно сопротивляться.

Билл Флетчер-младший & squarf; 1 сентября 2016 г. На митинге Дональда Трампа, Даллас, Техас, 14 сентября 2015 г. (Жамель Боуи)

Это проявилось для меня на днях, когда я слушал радиоинтервью с Гленном Беком.С полным отвращением и неожиданными нюансами Бек атаковал Дональда Трампа и тем самым продемонстрировал вполне реальные различия, существующие внутри правых, различия, которые многие из нас, левых, почти игнорируют. Бек назвал Трампа поддельным консерватором; вместо этого, настаивал он, кандидат от республиканцев — популист, — социалист, и — националист. «Социалистическое» обвинение было неожиданным, но остальные были предсказуемыми. Однако больше всего меня заинтриговала критика Беком Трампа как человека, который якобы не верит в соблюдение Конституции.

Слишком многие из нас, слева, считают правое монолитом. Мы тратим мало времени на попытки различить различные правые течения, не говоря уже о различиях между неолиберализмом и правым популизмом. И наша неспособность сделать это мешает нашим усилиям дать отпор.

За последние полвека произошел очевидный сдвиг вправо среди политических институтов глобальных северных капиталистических государств. С глобальной реструктуризацией капитализма, начавшейся в конце 1960-х годов, и подъемом того, что стало известно как неолиберальная глобализация, произошла атака на прогрессивные движения и их достижения за предыдущие десятилетия.Приватизация, увольнение, снижение налогов для богатых, антирабочие наступательные действия и растущее ограничение демократических свобод привели к медленному стратегическому поражению глобального рабочего класса Севера. Подавление социальных движений, включая, помимо прочего, женское движение и движение за свободу чернокожих, идет рука об руку с усилением поляризации богатства не только между глобальным Севером и глобальным Югом, но и внутри каждого из них.

Чтобы победить рабочий класс глобального Севера, необходимо было сочетание активных репрессий и активной дезорганизации . Активная дезорганизация включала поощрение и терпимость к различным правым социальным движениям, которые агрессивно восставали против завоеваний своих прогрессивных коллег. Активные репрессии включали репрессии против левых в военном и военизированном стиле (в зависимости от страны), милитаризацию правоохранительных органов и рост различных форм превентивного заключения и внеконституционного тюремного заключения, а также ужесточение, пусть и тонких, ограничений. о параметрах «приемлемого» дискурса при демократическом капитализме (например, в дебатах на телевидении).В результате то, что считалось «левым», продолжало двигаться вправо. То, что консерваторам может сойти с рук описание бывшего президента Билла Клинтона как левого, показывает, как далеко мы зашли.

Это побудило нас принять как нормальный режим, который греко-французский марксист Никос Пуланцас назвал «авторитарным этатизмом» и который я бы назвал « неолиберальным авторитаризмом», примером которого является администрация Джорджа Буша в Соединенных Штатах. Этот режим — это больше, чем просто неоконсервативная внешняя политика, этот режим отмечен усилиями на уровне транснациональных элит по подавлению инакомыслия на глобальном Севере по мере того, как противоречия капитализма становятся все более очевидными, нанося ущерб экономике и окружающей среде.Это также связано с кризисом легитимности демократического капиталистического государства, поскольку это государство, похоже, все менее и менее способно выполнять свои обещания перед обществом.

В последние годы неудачи неолиберального авторитаризма вызвали вызовы как слева, так и справа, включая новую волну правого популизма. Хотя неолиберальный авторитаризм и правый популизм совпадают, их не следует путать. Правый популизм — это массовое движение , которое восстает против достижений и побед прогрессивных социальных движений.Это давняя, повторяющаяся черта политической традиции США, восходящая, по крайней мере, к Партии Незнайки 1850-х годов. Это иррационалист по своей ориентации, крайне расистский, женоненавистнический и ксенофобский. Я люблю описывать это как «восстание против будущего». Правый популизм основан на группах населения, которые боятся — глубоко боятся — будущего по множеству причин, не в последнюю очередь из-за изменения демографии.

Упомянутый мною иррационализм следует понимать как идеологическую конструкцию.Эта конструкция включает отрицание изменения климата, а также более широкое отрицание науки; попытка обратить вспять демографические изменения в США, чтобы защитить предполагаемую «белую республику»; и отказ признать упадок Соединенных Штатов в качестве глобального гегемона. Иными словами, правый популизм, будь то в Соединенных Штатах или где-либо еще, опирается на мифы, особенно мифы о происхождении, а не на реальность, пытаясь возбудить страхи у целевой группы населения. С одной стороны, этот иррационализм закрывает глаза на значительную часть белого населения, чтобы понять, каким образом капитализм действует против их интересов; с другой стороны, такая идеология не имела бы успеха, если бы не действительные расовые привилегии, обычно налагаемые на белых.

Хотя правый популизм не ограничен глобальным Севером — посмотрите на триумф нынешнего премьер-министра Индии Нарендры Моди и его последователей-индуистов-фундаменталистов — он получил новый импульс в Соединенных Штатах и ​​Европе с успехом Кампания Brexit и восхождение Дональда Трампа. Кампания Трампа представляет собой центральную черту правого популизма: реваншизм или политику мести социальных слоев, которые считают, что их ограбили. Например, после Первой мировой войны в Германии возник реваншизм в ответ на кажущуюся односторонность Версальского договора и требований, которые он предъявил Германии.Этот реваншизм составлял ключевую часть обращения нацистов.

В современных Соединенных Штатах реваншизм уходит корнями в ненадежные слои белого населения, которые считают, что их жизни рушатся и что так называемая американская мечта их подвела. Они правильно осознают, что капитализм меняется и терпят поражение, но при этом приписывают свою растущую незащищенность различным козлам отпущения — цветным иммигрантам, черным, евреям, ЛГБТ, «феминацистам» — а не природе самого капитализма. В отсутствие прогрессивных альтернатив и организаций, таких как профсоюзы, эти слои населения становятся очень восприимчивыми к иррационализму правого популизма, отчасти потому, что правый популизм придает своей привлекательности белоснежной американской мечте лексики (и организационной тактики) левых политических сил.

В то время как неолиберальные авторитаристы могут попытаться представить свои цели в юридических, «дальтониках», правые популисты более прямолинейны.И не только на их языке: они более радикальны и в своем анализе, причем неоконфедерации, такие как Дэвид Дьюк, являются одними из самых радикальных. Как мы видели во время президентской кампании 2016 года и как отметил Гленн Бек, правые популисты чувствуют себя менее ограниченными законностью и Конституцией США, чем большинство сил истеблишмента. Они готовы сделать все возможное, чтобы склонить экономическую чашу весов назад к тому, что они назвали бы законным — то есть белым — населением и вдали от иммигрантов, цветных людей и ЛГБТ, которых, как они утверждают, незаконно перекачивают. от выгод, которые должно приносить американское общество.

И неолиберальный авторитаризм, и правый популизм бросают серьезные вызовы прогрессивному движению и, в частности, левым. Как демонстрирует кампания Трампа, правый популизм в Соединенных Штатах проектирует белое националистическое видение будущего страны. Открытые неоконфедеративные и протофашистские группы рассматривают кампанию как благоприятную почву для вербовки своей работы. Хотя многие, если не большинство, из этих групп придерживаются экономической политики неолиберализма, они, как правило, расходятся по некоторым важным вопросам, таким как иммиграционная и торговая политика.

Однако отказ от консенсуса свободного рынка в торговле вряд ли превращает правый популизм в движение рабочего класса. Вместо справедливости он продвигает порядок; вместо демократии она продвигает авторитарного лидера, не скованного законом. Без преувеличений можно сказать, что правый популизм также навешивает угрозу гражданской войны в каждый политический спор. Последнее невозможно переоценить. У современного правого популизма США есть вооруженное крыло, и, как ясно показали несколько недавних противостояний с федеральным правительством, он не боится показывать свое лицо.

Последствия для левых очень серьезны. Правый популизм предлагает столь же убедительную, сколь иррациональную интерпретацию крушения жизни белых американцев. Его ответы просты и удовлетворительны. Он не всегда должен быть откровенно расистским, потому что он может обернуть свой расизм в экономические и социальные термины: есть группы населения, которые просто не могут быть поглощены, утверждают правые популисты, группы населения, которые исторически расходятся с американской мечтой.

Таким образом, у левых есть как оборонительные, так и наступательные задачи.Что касается защиты, она должна быть в авангарде построения широкого фронта для победы над политическими правыми во всех их проявлениях. Это, в частности, означает признание центральной роли восстановления рабочего движения, которое охватывает все сегменты рабочего класса и становится ареной, на которой мы можем отвратить белых рабочих от расизма, сексизма и ксенофобии. Конечно, такая задача непростая. Во-первых, это включает изменение масштабов и целей профсоюзов, а также создание новых организаций рабочего класса (включая, но не ограничиваясь, рабочие центры).Но это также означает создание широкого избирательного фронта, способного бросить вызов как неолибералам в Демократической партии, так и различным политическим правообладателям у урны для голосования. Это борьба за политические посты на всех уровнях правительства, и она должна основываться на платформе прогрессивных структурных реформ: здравоохранение с одним плательщиком; справедливый переход от ископаемого топлива; репарации афроамериканцам, коренным американцам и другим лицам, чья земля и рабочая сила были украдены; беспрепятственное право работников вступать в профсоюзы или организовывать их и участвовать в коллективной деятельности; и другая политика, которая бросает вызов логике капитализма, даже если они не способны ее опровергнуть.Это то, что философ-марксист Андре Горц назвал «нереформистскими реформами».

Именно в борьбе за такие радикальные реформы мы начинаем обращаться к нашей наступательной задаче: закладывать фундамент социализма. Экологический кризис, как и некоторые другие до него, на повседневной основе демонстрирует, что капитализм не имеет демократических и устойчивых ответов на угрозу полного цивилизационного коллапса. Хотя нам, безусловно, нужно бороться за структурные реформы в рамках демократического капитализма, и, в частности, бороться за последовательную демократию , от урны для голосования до рабочего места и клиники для абортов, мы также должны продолжать стимулировать миллионы людей, которые указали в опросе после опрос последних восьми лет, что они ищут общество, которое превосходит капитализм.

Это не утопическая задача. Речь идет о построении альтернативы капитализму, которая была бы демократической и зеленой, и нет недостатка в практических предложениях о том, как этого добиться. Однако этого можно добиться только в том случае, если мы будем работать над созданием социалистических организаций, которые выходят за рамки пропагандистских сект и группировок любимых товарищей, чтобы сформировать прогрессивную мажоритарную коалицию, способную завоевать власть. Настоящая социальная трансформация — это тяжелый труд. Но сейчас, более чем когда-либо, это необходимо сделать.


Билл Флетчер-младший — ведущий ток-шоу, писатель и активист. Его можно найти в Twitter, Facebook и на www.billfletcherjr.com.

Как бороться с правым популизмом. Мы можем бороться и побеждать, но для этого нужно… | Эндрю Дейси

Многие люди, привлеченные популизмом, долгое время чувствовали себя лишенными голоса

Первый шаг — вовлечься. Вы должны делать это непредвзято и с открытым сердцем. Задавайте вопросы и слушайте, что они вам говорят.Здесь нельзя осуждать. Начните с основных вопросов, таких как «почему вы проголосовали за Трампа» или «почему вы проголосовали за выход из ЕС?»

Вот сложная часть; вам нужно послушать их ответ. Позвольте человеку говорить; не перебивай. Многие люди, которых привлекает популизм, долгое время чувствовали себя лишенными голоса, и вы не можете отказать им в этом голосе, если хотите преодолеть разрыв.

Вы хотите, чтобы человек чувствовал себя в безопасности.

После того, как вы дадите ему возможность высказаться, задайте больше вопросов.Опять же, не пытайтесь опровергнуть их аргументы. Вы хотите, чтобы человек чувствовал себя защищенным и открытым, а не защищался.

Давайте использовать иммиграцию в качестве проблемы, которую поднял человек. Я мог бы быстро пойти на атаку и указать, что, как канадец, живущий в Великобритании, я иммигрант. На данный момент это неконструктивно. Хороший вопрос: «Что вас беспокоит в иммиграции?»

Отделите слои

Вы хотите понять эмоции, которые движут их верой.Не судите, продолжайте копать. Чтобы оторвать слои, потребуется много терпения и настойчивости.

Используя мой иммиграционный вопрос, возможно, они начинают говорить о работе. Теперь вы знаете, что речь идет не столько об иммигрантах, сколько о страхе потерять средства к существованию.

Вы должны признать их

Как только вы обнаружите эмоции, лежащие в основе их убеждений, вам необходимо признать их. Опять же, все дело в том, чтобы человек чувствовал себя в безопасности и понимал.Обычно эта эмоция исходит из истины.

Если человек видел последствия деиндустриализации, закрытия заводов, перемещения рабочих мест за границу и т. Д., То довольно легко понять, почему они опасаются дальнейшей потери рабочих мест. Нельзя отрицать количество маленьких городков в США, Канаде и Великобритании, где полно заколоченных магазинов, куда молодые люди уезжают, как только могут.

Вам нужен уровень сочувствия

Повторите то, что вы поняли.Поступая так, вы укрепляете доверие с другим человеком. Опять же, здесь вы не нападаете; вы демонстрируете понимание. Что-то вроде: «Я понимаю, вы боитесь потерять работу».

Используйте эту возможность, чтобы сосредоточиться на том, что именно вы считаете критической эмоцией. Для этого вам нужен уровень сочувствия и эмоционального интеллекта. К счастью, повторяя ответ другому человеку, вы позволяете ему уточнить, что они имели в виду. Вы показываете, что пытаетесь понять, и это уменьшит их защитную реакцию.

Вы позволяете человеку прийти к вам

Теперь, когда вы построили это доверие, вы можете начать пытаться привлечь его на свою сторону. Главное здесь — продолжать задавать вопросы. Вы можете стать более острым, но лучше не атаковать. Вы можете начать больше исследовать, совпадает ли их политическая позиция с лежащими в основе эмоциями.

Задавая такие вопросы, вы позволяете человеку подойти к вам. Вы же не хотите, чтобы человек чувствовал, что вы навязываете ему свое мнение.Гораздо эффективнее позволить им сделать свои выводы. Помогите им направлять, но не навязывайте им свою точку зрения.

Печальная реальность заключается в том, что этот метод подойдет не всем. Может быть, они отказываются с вами общаться. Некоторые люди настолько укоренились в своем трайбализме, что воспринимают простую попытку задать любой вопрос как угрозу.

Точно так же, если они ответят потоком расизма, то прекратите разговор. См. Мой предыдущий отказ от ответственности за личную безопасность.Я не разбираюсь в том, как бороться с таким экстремизмом. Есть отличные ресурсы, если вы хотите в этом разобраться. В Великобритании я бы рекомендовал обратиться к Hope Not Hate. Я считаю, что они тоже работают в США.

Суть этой статьи в том, что нам нужно открыть диалог. Мы должны быть готовы протянуть руку и общаться с людьми, придерживающимися разных взглядов. Правые пытаются это закрыть. Они хотят, чтобы мы злились и боялись.Мы боремся с этим спокойно и сострадательно.

Тревога — это эмоция, которая усиливается и ослабевает во всех нас, и по мере того, как она поднимается или опускается, наши политические взгляды могут меняться вслед за ней. Когда люди чувствуют себя в безопасности, они становятся более либеральными; когда они чувствуют угрозу, они становятся более консервативными.
— «Бессознательные реакции разделяют либералов и консерваторов», Scientific American

Как ни странно, я основываю эту стратегию на многолетнем опыте обслуживания клиентов. Тактика, которую вы используете для деэскалации рассерженного клиента, во многом аналогична. Я также черпаю вдохновение в исследованиях, которые показывают, что, когда люди чувствуют себя менее опасными, они больше принимают либеральные точки зрения.

Нет времени терять: как остановить крайне правых?

Политическая поляризация, имевшая место в США за последнее десятилетие, продолжает усиливаться. В целом, большинство общества движется влево — только один пример — Black Lives Matter этим летом стало крупнейшим общественным движением в истории страны, и сопровождавшее его значительное усиление антирасистского сознания.Это также нашло отражение в поддержке программы «Медикэр для всех» большинством и на самом высоком уровне поддержки профсоюзов за последние десятилетия.

Но другой стороной этой поляризации является процесс укоренения реакционных идей в определенной части общества, причем гораздо меньшая, но растущая часть тянется в крайне правые. Силы крайне правых в США больше, заметнее и увереннее, чем они были за многие десятилетия, и по мере того, как система все глубже погружается в кризис, если не будет построена левая альтернатива, крайне правые готовы даже вырасти. более.Вопрос на миллион долларов в том, как мы можем этого не допустить.

Как мы сюда попали: козырная причина и следствие

Не нужно быть ученым-ракетчиком, чтобы увидеть, что частое использование Трампом расистской риторики и его регулярный отказ осудить насилие со стороны правых придали смелости и прикрыли опасные белые националистические и правые силы. Но история началась не здесь. Основа для правых и даже ультраправых идей родилась не с избранием Трампа в 2016 году.Коктейль условий созревал под поверхностью в течение лет Обамы / Байдена, и до этого необходимо честно проанализировать, чтобы полностью понять, как мы сюда попали.

Несмотря на прогрессивный фасад «надежды и перемен», Обама и Байден правили в течение восьми лет с корпоративной повесткой дня. «Восстановление» после 2008 года, которое они наблюдали, было предназначено только для сверхбогатых и корпораций, в то время как большинство рабочего класса стало беднее и все глубже погрязло в долгах. Спасение крупных банков, в то время как миллионы простых людей были лишены права выкупа, стало ключевым фактором, который привел к возникновению «чаепития».Бесстыдное продолжение войны на Ближнем Востоке под прикрытием «антитеррора» способствовало росту исламофобии. Эскалация депортаций на более высокий уровень, чем любое президентство в истории, способствовала разжиганию ксеонофобских идей, давая почву для вербовки и легитимность антииммигрантским правым.

Именно неспособность Демократической партии удовлетворить потребности трудящихся и представителей среднего класса позволила Трампу демагогически апеллировать к миллионам избирателей, уровень жизни которых падал в течение многих лет.Он ухватился за гнев коррумпированного, оторванного от контакта политического истеблишмента циничными призывами к национальной гордости, козлами отпущения иммигрантов, вопиющим женоненавистничеством и клятвами «осушить болото» в Вашингтоне. Конечно, в 2016 году был один кандидат, Берни Сандерс, который мог бы противопоставить Трампу кампанию против истеблишмента слева и призыв к единству рабочего класса, отвергая все призывы к расизму и сексизму. Но, сделав все возможное, чтобы остановить его на праймериз, DNC продемонстрировал, что предпочитает четыре года правления Трампа четырем годам Берни — желание, которое, к сожалению для всех нас, они исполнили.

Придя к власти, Трамп стал катализатором роста крайне правых. После протестов «Объединяйтесь правых» в августе 2017 года в Шарлоттсвилле, штат Вирджиния, и насильственного убийства контрпротестующего самопровозглашенным неонацистом, Трамп заявил, что «хорошие люди были с обеих сторон». Один сайт белых националистов охарактеризовал высказывания Трампа как «действительно, очень хорошие». Совсем недавно Трамп отказался осудить убийство двух протестующих BLM в Кеноша, штат Висконсин, 17-летним сторонником превосходства белой расы Кайлом Риттенхаусом.Удивительно, но Дональд Трамп-младший, близкий политический советник своего отца, заметил: «Мы все делаем глупости в 17 лет».

В некоторых городах по всей стране вооруженные до зубов ополчения белых националистов патрулируют BLM и протесты против масок. Трамп выдвинул нарратив о том, что эти правые линчеватели отвечают на террор, устроенный «левыми радикалами» и «Антифой», поддерживая его лозунг «закон и порядок». А теперь Трамп настраивает себя на то, чтобы оспорить результаты выборов как незаконные и сфальсифицированные, если он проиграет, даже намекая, что он может отказаться покинуть Белый дом.

Все это и многое другое заставило миллионы людей со страхом задуматься, что происходит в этой стране? Наблюдаем ли мы сползание к фашизму, как в Германии 1930-х годов? Как мы можем остановить дальнейший рост крайне правых?

Что такое фашизм и Германия в 1930-е годы

Определения фашизма в средствах массовой информации и в массовом сознании сильно различаются. Часто эти определения принимают форму поверхностных психологических диагнозов, акцентирующих внимание на чертах характера лидеров.Иногда люди используют фашизм как эпитет для описания консервативных политиков, которые им не нравятся, например, в начале 2000-х годов называлось Джорджем Бушем фашистом. Теперь некоторые задаются вопросом, поддержит ли Буш Джо Байдена! Но с нынешним президентом, который отказывается осуждать насилие белых националистов и заявляет, что выборы будут законными только в том случае, если он победит, необходимость серьезного обсуждения природы фашизма и исторического взгляда на ситуации, подобные 1930-м годам в Германии, становится все более важным.

Германия имела мощное рабочее движение и две массовые политические партии рабочего класса, социал-демократов (СДПГ) и коммунистов (КПГ). После Первой мировой войны произошли революционные потрясения с рабочими, вдохновленными русской революцией. Однако они трагически закончились неудачей. Масштабный мировой экономический кризис, начавшийся в 1929 году, только усилился в 1931 году, что привело к массовой безработице.

Опасаясь, что на этот раз рабочему классу удастся положить конец капитализму, части правящего класса обратились к гитлеровским нацистам и начали их финансировать.Нацисты были очень слабой силой на протяжении большей части 20-х годов, но неспособность социалистов и коммунистов указать четкий выход из кризиса заставила отчаявшиеся слои разоренного среднего класса и безработных обратиться к ним.

Фашизм в Германии стал быстрорастущим массовым движением, основанным на ярости по поводу ухудшающихся условий и перекладывании вины за эти проблемы на меньшинства, такие как евреи. Нацисты совершали акты насилия и террора против левых протестов, забастовок, профсоюзов и социалистических собраний, а также против групп меньшинств.Число крупных бизнесменов и других слоев немецкого правящего класса, финансирующих и поддерживающих нацистскую партию, резко возросло, поскольку они видели в них самый надежный способ остановить угрозу революции.

Но даже на этом этапе, если бы коммунисты и социалисты с миллионами сторонников и даже вооруженными отрядами объединились для решительных действий, они могли бы начать вытеснять фашистов с улиц. Но по-настоящему победить эту угрозу означало бы перейти в наступление на больную капиталистическую систему, которая породила фашизм, с программой по искоренению безработицы и бедности.Напротив, британские социалисты, профсоюзные деятели и еврейские рабочие действовали решительно, чтобы остановить зарождающееся фашистское движение в стране в битве на Кейбл-стрит в лондонском Ист-Энде в 1936 году. Сильный подход на раннем этапе помог гарантировать, что крайне правые в Великобритании никогда не превратились в настоящую массу. движение как в Германии или Италии.

Историческая неспособность левого руководства Германии, и особенно КПГ, действовать решительно в этот момент, открыла дверь нацистам, которые пришли к власти, хотя они даже не получили большинства голосов.Придя к власти, нацисты быстро приступили к разгрому профсоюзов и левых партий. Именно эту роль исторически играл фашизм: массовое социальное движение, используемое правящим классом, когда его система находится под серьезной угрозой, для разгрома рабочего движения и организаций рабочего класса и обеспечения выживания капитализма.

Становятся ли США Германией 1930-х годов?

Некоторые сходства с этой ситуацией можно найти сегодня в США.Мы находимся на очень ранних стадиях глубокой глобальной депрессии, которая, безусловно, является самой худшей со времен Великой депрессии, которая может даже превзойти ее. Существует крайняя политическая поляризация, когда все меньше и меньше людей удовлетворяются существующим положением вещей. Среди растущей части рабочего класса и молодежи наблюдается тяготение к левым и социалистическим идеям, в то время как часть белого среднего класса и рабочего класса тянутся все дальше вправо, одним из примеров является растущая популярность крайне правых. QAnon теория заговора.

Южный правовой центр бедности сообщает, что количество белых националистических групп в США выросло на 55% с 100 в 2017 году до 155 в 2019 году, что сопровождалось ростом насилия белых националистов. В 2018 году самопровозглашенный неонацист обстрелял еврейскую синагогу «Древо жизни» в Питтсбурге, в результате чего 11 человек погибли и еще больше получили ранения. В 2019 году другой белый националист застрелил 46 человек, убив 23, в магазине Walmart в латиноамериканском районе Эль-Пасо, штат Техас. Вооруженные правые ополчения участвовали в десятках протестов Black Lives Matter по всей стране. В Мичигане, в самом начале волны протестов против изоляции, вооруженные ополченцы стояли на страже возле парикмахерской, чтобы помешать полиции установить изоляцию и закрыть ее. Была также безумная, богатая и расистская пара Сент-Луиса, которая «защищала» свой дом с автоматами во время марша протеста BLM. Вскоре после этого их пригласили выступить на Республиканском национальном съезде. Также стало ясно, что ультраправые проникли во многие полицейские силы по всей стране.

Все это чрезвычайно опасные события, которые указывают на более глубокий процесс, но есть также важные отличия в сегодняшней ситуации от ситуации, предшествовавшей фашистским захватам в прошлом.

Исторически фашизм возник только с благословения широкой части правящего класса в качестве крайней меры. Угрозы неминуемой социалистической революции сегодня просто не существует в США или других крупных капиталистических странах, хотя это может измениться в ближайшие годы в контексте углубляющегося экономического и социального кризиса капитализма. Подавляющее большинство правящего класса считает, что ситуацию еще можно спасти с помощью обычных «демократических» норм, которые до сих пор очень хорошо служили правящему классу США.

Ультраправые сегодня в США очень далеки от двухмиллионной высокоорганизованной нацистской партии или даже Ку-клукс-клана в период его расцвета в начале 1920-х годов с предполагаемым количеством членов в 1924 году от трех до шести миллионов, когда общее население США составляло 124 миллиона человек. Это не для того, чтобы преуменьшить угрозу, которую представляют даже нынешние небольшие силы, исторически говоря, крайне правых, а для того, чтобы сказать, что настало время создать массовое рабочее движение, которое сможет решительно оттеснить крайне правых, прежде чем они превратятся в еще большая сила.

Рекорд демократов в борьбе с Трампом и правыми

Наутро после избрания Трампа «Социалистическая альтернатива» опубликовала заявление, в котором анализируется, насколько возможна победа Трампа и что необходимо для создания эффективного движения сопротивления. Среди прочего, мы писали: «Мы должны начать сегодня, чтобы построить настоящую политическую альтернативу для 99% против партий, в которых доминируют корпорации, и против правых, чтобы в 2020 году мы больше не пережили эту катастрофу.”

К сожалению, реальной левой альтернативы демократам так и не построили. Вина в немалой степени лежит на ногах Берни Сандерса, который как в 2016, так и в 2020 году отказался решительно оторваться от прокорпоративного руководства Демократической партии, несмотря на их неустанные попытки заблокировать обе его кампании. Необходимость в новой партии слева от демократов можно увидеть в их полной неспособности остановить приход Трампа к власти, эффективно противостоять его планам после прихода к власти или предотвратить появление более серьезной угрозы со стороны крайне правых.

После беспорядков в Шарлоттсвилле воодушевленные крайне правые организации созвали более 60 митингов в десятках штатов. Но после того, как 40 000 человек выступили против митинга ультраправых в Бостоне, подавляющее большинство этих митингов было отменено. Конечно, эта победа в временном оттеснении крайне правых была достигнута с нулевым результатом благодаря Демократической партии в Массачусетсе. Фактически, за день до этой массовой демонстрации мэр Бостона Марти Уолш, демократ, призвал людей держаться подальше от митинга.Но трусость никогда не побеждала крайне правых.

Вместо того, чтобы начать реальную борьбу с атаками Трампа в течение последних четырех лет, демократы вместо этого одержимы «Russiagate» и совершенно скучным процессом импичмента. Они были совершенно неспособны положить конец отключению правительства Трампа за пограничной стеной в конце 2018 — начале 2019 года. Отключение прекратилось только из-за героических действий сотрудников TSA, авиадиспетчеров и угрозы массовой забастовки. бортпроводниками.

Фактически, все случаи, когда Трамп или крайне правые были оттеснены самым решительным образом, имеют одну вопиющую общую черту: нигде не было демократов, а выигрышная стратегия заключалась в массовых действиях рабочего класса и молодежи.

Байден против Трампа: последствия для крайне правых

Десятки миллионов прогрессивно мыслящих людей по праву боятся еще четырех лет правления Трампа и готовы сделать все возможное, чтобы вытащить его.Что демократы предлагают в качестве ответа на это отчаяние? Самый рискованный и скучный кандидат, который только можно представить, чтобы выступить против Трампа: Джо Байден. Это полностью соответствует их подходу на протяжении последних четырех лет.

Хотя Трамп, очевидно, является кошмаром, мы также должны четко понимать, что «Трампизм» не исчезнет волшебным образом, если Трамп будет вынужден покинуть Овальный кабинет. Трампизм и рост правых — это симптом распадающейся системы, находящейся в кризисе, из которой массам не показан выход.

[Отсутствие] амбиций Байдена разрешить страдания трудящихся можно подытожить его знаменитым заявлением о том, что, если его изберут президентом, «ничего принципиально не изменится!» Но это не означает, что президентство Байдена принесет хоть какую-то «стабильность» или «возвращение к нормальной жизни». Кризис COVID-19, который в десять раз усугубился кошмаром частного здравоохранения, который Байден отказывается решать, экономическая депрессия, системный расизм, изменение климата и связанные с этим социальные волнения будут сохраняться и обостряться.Корпоративное правление во время президентства Байдена будет по-прежнему сильно разжигать пламя капиталистического кризиса и рост крайне правых, а также проложить путь для новых и худших козырей в ближайшие годы.

Как нам это остановить? Массовые действия рабочего класса, восстановление борющегося рабочего движения, левой альтернативы демократам в форме партии рабочего класса и, в конечном итоге, замена капитализма социализмом как единственное постоянное решение.

Стратегия социалистической альтернативы

Любая стратегия остановки ультраправых должна включать краткосрочную тактику коллективной самообороны.В ситуациях продолжающихся протестов, подобных тем, что мы видели этим летом в Миннеаполисе, Портленде или Кеноша, отправной точкой должно быть демократическое проведение общественных собраний в рабочих кварталах, особенно в цветных сообществах, для обсуждения вопросов самообороны. Это должно контрастировать с «воинственными» действиями изолированных анархистов и других лиц, не подотчетных сообществам рабочего класса.

Как мы видели этим летом на бесчисленных примерах, нельзя полагаться на полицию или Национальную гвардию в прекращении насилия со стороны правых.В некоторых случаях, таких как Кеноша, полиция даже пропускала хорошо вооруженных ультраправых ополченцев, таких как Кайл Риттенхаус, и открыто поощряла их. Вместо того, чтобы полагаться на государственные силы, чтобы защитить нас от крайне правых, собрания сообщества должны избирать группы стюардов для патрулирования протестов и обеспечения безопасности. Исторически рабочее движение играло ключевую роль в подобной деятельности, и сегодня профсоюзы должны вернуть это наследие. В случае оспариваемых выборов с крупными протестами возможно насилие со стороны правых, и подобная тактика может оказаться важной.

Но хотя хорошо организованная самооборона имеет решающее значение, рабочий класс, проявляющий инициативу, является ключом к оттеснению крайне правых. Например, в разгар восстания в Миннеаполисе или уличных столкновений в Портленде однодневная всеобщая забастовка всех рабочих города могла бы гораздо более решительно оттолкнуть государственные силы и крайне правых и добиться реальных требований движения, если бы они были четко выложены. Когда рабочий класс действительно поиграет мускулами, можно многого добиться.

Как мы видели в Бостоне после Шарлоттсвилля, если крайне правые встретят массовое и решительное сопротивление, они могут быть отброшены на целый период. Но в более долгосрочной перспективе отчаянно нужна реальная стратегия, чтобы положить конец условиям, которые изначально позволили крайне правым расти. Ограничение себя лишь тем, что мы просто противники Трампа или крайне правых, как это делают большинство демократов из истеблишмента, фатально.

Будь то Дональд Трамп или Джо Байден, сидящий в Белом доме, нам нужна наступательная программа, которая может объединить самые широкие слои рабочего класса против правых, и за что-то получше. Это означает, что наши движения принимают программу борьбы с Medicare for All, освобождая полицию как минимум на 50% для финансирования столь необходимых социальных услуг, облагая налогами богатых, чтобы полностью финансировать государственное образование, списывая все студенческие долги, 100% возобновляемые источники энергии к 2030 году к 2030 году. переход ведущих энергетических и производственных корпораций в демократическую государственную собственность и многое другое. Но у нас не должно быть иллюзий, что подобное движение может быть успешно построено с помощью контролируемой корпорациями Демократической партии. Их корпоративные покровители никогда этого не допустят.

Это означает, что независимо от того, кто победит на выборах, одной из самых неотложных задач нашего движения является создание новой партии, основанной на интересах трудящихся, а не корпораций. Партия рабочего класса будет бесконечно более эффективной, чем демократы, в одержании реальных побед рабочих и всей планеты и в отражении крайне правых. Как говорится, лучшая защита — это хорошее нападение. Такая партия, если она действительно эффективна для одержания побед, сможет завоевать меньшую идеологически закаленную часть базы Трампа, но просто хочет чего-то другого и попалась на популистскую риторику Трампа в отсутствие чего-то лучшего.Демократы совершенно неспособны отделить какую-либо значительную часть базы Трампа.

Новая партия, основанная на многонациональном, многоголовом рабочем классе и молодежи и укорененная в социальных движениях, может быть использована для одержания побед рабочего класса, предотвращения регрессивных изменений со стороны истеблишмента и организации против крайне правых. Но в определенный момент то, за что борется партия рабочего класса, натолкнется на пределы капитализма, где все контролирует крошечное бесконечно богатое меньшинство.

Немецкая революционерка Роза Люксембург в разгар Первой мировой войны, в то время самого кровопролитного конфликта в истории человечества, сказала, что общество стоит на перекрестке «социализма или варварства».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.