Фрэнк фарелли провокативная терапия: Провокационная терапия (Френк Фарелли) | Psylist.net

Провокационная терапия (Френк Фарелли) | Psylist.net

Есть много способов и путей, как люди адаптируются, познают окружающий мир и выздоравливают. Одним из важных путей является провокационный вызов больному, от которого он не может уклониться. А если вызвать еще конструктивный гнев на себя, выздоровление наступит быстрее. Конструктивный гнев на себя (не без помощи психотерапевта) является мощной мотивацией для выздоровления. Основная задача терапевта – бросить вызов больному (в разумных пределах), чтобы спровоцировать его на новый вид поведения. Реакция «борись с проблемами», а не «избегай их» наиболее предпочтительна в таких случаях. Поэтому с первых встреч очень важен вопрос, до какого уровня можно доводить реакцию клиента на вызов.

Мы стремимся вызвать гнев, который можно охарактеризовать как «Достаточно, хватит!», «Так я дальше жить не могу!», «Хватит, сыт по горло, я должен изменить свою жизнь!»

Мы стремимся создать предпосылки, при которых клиент не может избежать острых реакций, он вынужден воспринимать навязываемое ему чувство, реагировать на него. Если при этом вызов провоцирует дополнительно самораздражение, то это неизбежно ведет к решению как можно скорее исцелиться.

Основные положения
  1. Клиенты могут справиться с проблемами, если захотят этого. (Я не функционирую, потому что не могу, не хочу).
  2. У клиента гораздо больше потенциальных возможностей адаптироваться в жизни, чем он сам и большинство терапевтов думают. (Если не помог один терапевт, поможет другой).
  3. Психологическая хрупкость клиентов чересчур преувеличивается как ими самими, так и другими людьми. (В большинстве своем они ведут себя так, как от них ожидают и отнюдь не являются хрупким дрезденским фарфором).
  4. Клиент излечим независимо от сложности его состояния.
  5. Опыт взрослой жизни также, если не более важен, чем опыт детства, для формирования системы ценностей, установок и поведения. (Если терапевту удастся пробиться к клиенту и использовать все его концептуальные, позиционные и эмоциональные умения, которыми обладают взрослые, тогда вероятность разрешения ситуации резко возрастает).
  6. Поведение клиента с терапевтом – точное отражение его привычных паттернов общественного и межличностного общения. (Мы не стремимся «загримировать» эмоциональную ущербность клиента, наша цель – приучить его к навозу, к рогаткам и стрелам, то есть к превратностям жестокой судьбы, а, следовательно, помочь им выработать приемлемые пути наладить социальные отношения).
  7. Люди обладают разумом, человек – чрезвычайно логичное и понимающее существо. (Нет людей, которых невозможно понять, они не скрытны. Мы можем просто не обладать всеми данными для их понимания).
  8. Выражение терапевтической ненависти и веселого садизма по отношению к клиенту заметно идет ему на пользу.
  9. Наиболее важные сообщения между людьми – невербальны. (В провокационной терапии невозможно обойтись без умения смеяться одними глазами, посылать юмористические сообщения – вибрации.)
Две основных гипотезы (открытых для доказательства и опровержения)
  1. Об отношении клиента к себе: спровоцированный терапевтом (с помощью юмора, раздражителя, но в пределах внутренней шкалы ценностей) клиент всегда тяготеет к движению в обратном направлении в зависимости от того, как терапевт определяет его как личность.
  2. Открытое поведение клиента: если вызвать с помощью провокации юмором или другим раздражителем самопораженческое, уводящее в сторону поведение и чувства, клиент тяготеет к большему соприкосновению с общественными нормами.
Роль терапевта

Терапевт стремится вызвать как положительную, так и отрицательную реакцию при попытке спровоцировать клиента на пять основных типов поведения.

Утвердить себя как вербально, так и поведенчески.

Доказать свою дееспособность как при выполнении заданий, так и в общении.

Защитить себя в реальном смысле.

Войти в психосоциальную реальность, оценить ее, научиться адекватно реагировать.

Войти при личных взаимоотношениях в рискованные ситуации, когда клиент проявляет чувство привязанности и уязвимости по отношению к другим.

Можно использовать: явную ложь, отрицание, рационализацию, изобретательность, слезы и клоунаду.

Особые техники

Не новы, применяются в других формах терапии. Однако сочетание, стиль, интенсивность использования здесь совершенно различны.

Желая вызвать реакцию, терапевт делает все «больше, чем в жизни». Все преувеличено, гиперболизировано, доводится до абсурда.

Отношение терапевта к клиенту субъективно. Терапевт концентрируется не только на реакциях клиента, но и использует свои собственные реакции, свои фантазии, ассоциации.

Важная техника – конфронтация.

«Конфронтация негативного моделирования» – терапевт действует как и клиент, особенно копируя его манеру говорить и высмеивая те аспекты его жизни, которые являются самыми болезненными для клиента.

«Объяснения» – или отказ от интерпретаций или подведение абсурдных теоретических объяснений.

Противоречивые сообщения.

Перечисления – терапевт заставляет клиента составить перечень причин и данных его поведения, сам принимает в этом участие с целью выяснить возможные причины заболевания и вызвать реакцию клиента.

Юмор и провокационная терапия

Если во время лечебного сеанса клиент не смеется хотя бы часть времени, терапевт не лечит провокацией, а то, что он делает, иногда может оказаться разрушительным. Юмор терапевта имеет далеко идущую цель через смех заставить клиента заниматься личными проблемами, заставить его чувствовать и вести себя прямо и честно.

Способность смеяться как показатель благополучия, равновесия чувств, чувства реальности.

Терапевт направляет свой смех на безумные мысли и поступки больного, в то время как свою заботу и тепло адресует ему как человеку. Можно и должно высмеивать мысли и поступки, но не личность.

Юмор помогает отвлечь внимание больного для того, чтобы внушение врача скорее дошло до него.

В процессе лечения различные формы юмора служат для сбивания клиента с толку, внезапного преодоления его сопротивления, защиты, вовлечения в общение. Юмор – еще и развлечение для терапевта. Он помогает поддерживать внимание к клиенту, стать для него ближе и сделать процесс лечения более переносимым и приятным.

Четыре языка терапевта.

  1. Религиозно – моральный.
  2. Язык раздевалки или улицы.
  3. Кинестетический язык тела.
  4. Профессиональный жаргон.

Выбор зависит от искомой цели на тот момент и борьбы умов и воли между терапевтом и клиентом.

Вконтакте

Facebook

Twitter

Одноклассники

Похожие материалы в разделе Психотерапия:

Провокативная психотерапия: польза или вред? / Блог / Армине Воронова

В «Психотерапевтической энциклопедии» под редакцией Б.Д. Карвасарского описано более 400 видов, приемов, методов, направлений и подходов в психотерапии. Когда я об этом напоминаю своим студентам —  слушателям курсов профессиональной переподготовки и повышения квалификации, для многих этот факт вызывает удивление и даже некоторое сопротивление. Ведь так хочется изучить один метод и овладеть парой-тройкой психологических приемов для того того, чтобы помогать людям…  Именно с такой иллюзорной установки начинается для многих знакомство с практической психологией, с психотерапией, с тем, что на самом деле в реальной практике нет универсальных рецептов, нет хороших методов для всех и на все случаи жизни… Провокативная (или провокационная) психотерапия Фрэнка Фарелли в некоторых случаях может быть эффективной, в некоторых — опасной;  и  вызывает в профессиональной среде  споры и разногласия. В популярном варианте приемы провокационной психотерапии были представлены в сериале «Триггер»

Так получается, что о различных психологических методах и школах наши потенциальные клиенты узнают сначала из фильмов, потом начинают интересоваться, искать информацию в интернете, задавать вопросы специалистам. Например, в 90-е годы популярный фильм «Основной инстинкт» о психоаналитическом подходе вызвал огромный ресонанс, о методе К.Юнга многие знают только по фильму «Опасный метод»… Интерес к различным психологическим практикам дело хорошее, но, к сожалению, у многих формируется представление о специфике деятельности психолога,  психотерапевта только на основе фильмов и популярных статей в СМИ.

О работе практического психолога, психотерапевта существует многожество мифов, ложных представлений и ожиданий. За свою 30-летнюю практику я часто сталкивалась со следующими:

  • психолог-психотерапевт должен  помогать, «спасать» несмотря ни на что, даже если его клиент (пациент) не соблюдает рекомендации и договоренности,  проявляет сопротивление
  • психолог-психотерапевт должен быть добрым, он обязан в любой ситуации проявлять эмпатию, понимание, сострадание, несмотря на то, что многие пациенты ловко манипулируют и пользуются своим положением «страдальца», «жертвы», «невротика»
  • психолог-психотерапевт обязан поддерживать своего клиента, принимать его таким, какой он есть
  • психолог обязан повышать  самооценку своего клиента

Безусловно, психолог-психотерапевт, придерживающийся клиент-центрированного подхода Карла Роджерса,

  проявлет эмпатию, понимание, сострадание, безоценочное отношение к своему клиенту, однако, с точки зрения бунтерей в психотерапии, таких как Фредерик Перлз (основатель гештальт-терапии) и Фрэнк Фарелли, именно такое сочувственное отношение может приводить к тому, что клиент даже не пытается что-то изменить в своей жизни. Или, как сейчас любят формулировать эту идею коучи,  — выйти из зоны комфорта.

Еще один представитель гештальт-подхода и провокативных приемов в психотерапии Пол Гудман пишет: «Пока люди хотят помощи в привычной для них форме, пока я нужен им для того, чтобы дать им что-то, они настолько узко сфорусированы  на этом, что не могут ничего сделать для себя сами. Только когда я фрустрирую их потребность получить что-то от меня, они становятся способными сделать что-то для себя».

Действительно, если тебе сочувствуют, понимают, помогают, какой смысл делать усилие над собой, меняться, преодолевать свои комплексы и страхи? Получается, что оставаться невротиком в какой-то степени даже выгодно (такое отношение к своим проблемам и противоречиям в психоанализе называют вторичной выгодой). Представление о том, что психолог обязан поддерживать своего клиента во всех ситуациях, развивает пагубную, с точки зрения сторонников провокативных приемов, инфантильную позицию: я слабый — значит мне должны, просто обязаны помогать и поддерживать.

Гротеск, эмоциональное потрясение, провокация, виртуозный гипноз, юмор, а иногда и откровенное хамство человека, задающего несуразные вопросы, — таковы приемы провокативной терапии. Они шокируют человека, выбивают у него  почву из под ног, разрушают привычные стереотипы, выводят из пресловутой «зоны комфорта» — и, таким образом, создают условия для трансформации личности, ее подлинного роста и развтия. В рамках провокативной терапии человек имеет возможность встретиться со своим страхом и выработать новый способ реагирования.

Провокация в качестве средства психологического воздействия обладает огромным стимулирующим потенциалом. Почему человек «застревает» в своих проблемах? Ведь есть замечательный и простой инструмент, доступный каждому — юмор. Привнося юмор в свою жизнь, человек становится более оптимистичным, обретает особую чувствительность к парадоксальным и непонятным ему ситуациям, он способен посмеяться над собой, способен увидеть смешное в своей серьёзности и принять серьезные решения, как ни парадоксально это звучит. Улыбаясь, человек автоматически чувствует себя лучше. Дыхание и пульс на короткий срок учащаются и кровь обогащается кислородом, в головном мозге происходит снижение чувствительности к боли, вырабатываются эндорфины — вещества, уничтожающие боль и приносящие удовольствие. Смех снижает остроту ситуации, снижает ее значимость.

В нашей культуре само слово «провокация» чаще  несет негативную коннотацию. Но мы видим, что провокативные приемы, если они грамотно проводятся, могут быть эффективными в определенных ситуациях. Сама идея применения провокаций в психотерааевтическом процессе в чем-то напоминает известный метод парадоксальной интенции Фиктора Франкла.

Провокативная (или провокационная)  психотерапия — это  система психологической практики, направленная прежде всего на изменение отношения к себе, к своим возможностям. Провокативная терапия демонстрирует, что каждый человек может опираться на себя  и прекращать жаловаться на судьбу, цепляться за свои комплексы.  

Провокативная терапия мобилизует личность, дает возможность по-новому взглянуть на свою жизнь и разрешить внутренние противоречия.

Создателем уникального направления в психотерапии является Френк Фарелли (Frank Farrelly) — американский психотерапевт, автор книг и публикаций, получивший международное признание, собирающий залы до тысячи человек. Яркий и харизматичный Фарелли, разговаривая с человеком, словно считывает его. Несмотря на его провокативные приемы, о нём говорят как о заботливом отце, на сеансах которого комфортно и безопасно.

Один из вариантов провокативных техник провокация с шуткой. Провокация в качестве средства психологического воздействия выполняет функцию катализатора реакции развития человека в направлении исцеления.

Вот как описывает возникновение провокативной терапии сам Фарелли: «…во время 91-го сеанса с каким-то «шизофреником», когда я уже был готов все бросить… я занимался «накачиванием» самооценки. Что обычно говорит клиент? Он говорит, что он ничего не стоит, что вся его жизнь полное дерьмо. Психотерапевт, как правило, пытается убедить его в обратном, и этот процесс сродни надуванию воздушных шариков. На том сеансе я сказал своему пациенту: ладно, я сдаюсь, ты действительно ужасный, безнадежный и никчемный. Давай не будем тратить время, отныне я буду во всем соглашаться с тобой. Я говорил с ним очень живо — примерно так я общаюсь с друзьями. И вот уже через минуту он начал протестовать. Я продолжал дразнить его, а он краснел и посмеивался. Он оживал у меня на глазах, и это было как воскрешение из мертвых».

Ирония в том, что отношение, кажущееся жестоким, впоследствии оборачивается добром.

Такие выходки по отношению к пациенту называют провокативными интервенциями, которые ставят своей целью перевести проблему в другое измерение, заставить говорить клиента о тех вещах, о которых он боялся и подумать, вовлечь его в эмоциональное переживание этого опыта. На первых сеансах провокативной терапии человек переживает резкое столкновение ожидаемого им, — терапевт предстает совершенно иным. И возникает желание воскликнуть: «Что же ты за терапевт? В жизни не слышал, чтобы кто-нибудь так со мной говорил». Но, наряду с передразниванием и высмеиванием пациента, должна быть теплота в отношении терапевта к пациенту.

Важно отметить, что главный этический принцип — принцип «Не навреди» — непременно соблюдается в провокативной терапии, несмотря на то, что со стороны это может восприниматься как неуважительное отношение к своему клиенту. В любом случае, специалист несет ответственность за выбранный метод для лечения и оказания помощи данному человеку, он учитывает его особенности и психологический статус. 

Человек — Провокатор обычно нарушает общепринятые установки процесса общения, отношения к миру, к работе, к себе. Для того, чтобы встретиться с собой, оторваться от всего знакомого, от проверенных теорий, испытанных отношений, авторитетов, установок, нужно определенное мужество, писал известный психоаналитик и один из ведущих представителей американской экзистенциальной школы Р. Мэй. Если человек решается на эту встречу, она меняет его мир. В моменты пиковых, трансцендентных переживаний, полной отдачи своим переживаниям полностью раскрывается человеческая сущность. Ещё А.Маслоу, основатель гуманистической психологии писал, что «пиковое переживание может быть только положительным и желательным и никак не может быть отрицательным и нежелательным» и далее — «одним из аспектов пикового переживания является полная, хотя и длящаяся какое-то мгновение, утрата контроля и оборонительной позиции и освобождение от страхов, тревоги, скованности, нерешительности и сдерживающих начал».

Что же даёт человеку провокативная терапия?

  •     устранение симптомов и ложных установок;
  •     мобилизацию внутренних ресурсов для решения проблем;
  •     преодоление позиции «жертвы»  обстоятельств;
  •     изменение мнения человека о самом себе к лучшему;
  •     изменение отношения к другим людям.

В каких случаях провокативная терапия может быть опасной?

  • Если этот метод применяет специалист без должной подготовки;
  • Если не учитываются индивидуальные особенности реагирования на такие «провокации»;
  • Если у клиента не хватавает достаточных психологических ресурсов для преодоления проблемной ситуации.

Ниже представлены основные положения провокативной психотерапии Ф.Фарелли, некоторые пункты могут показаться спорными, парадоксальными… Что ж, на то она и провокативная терапия, чтобы шокировать и выходить за рамки привычного восприятия.

1 Входи в физический контакт.
2 Используй шутливый тон; меняй на гипнотический, если клиент задумался; будь в замешательстве, если не знаешь, что делать.
3 Невербально отзеркаливай клиента.
4 Используй анекдоты.
5 Фокусируйся только на клиенте.
6 Никогда не помогай клиенту!
7 Не следуй логике в последовательном ходе сессии.
8 Будь выпадающим из темы и даже глухим.
9 Помни, что цель – провоцировать поведение, соответствующее ситуации.
10 Иди вперёд за эмоциями.
11 Будь слеп к останавливающим тебя сигналам клиента.
12 Описывай клиенту, что значат его жесты.
13 Всегда уточняй, что клиент имеет в виду.
14 Используй транс клиента для внушений.
15 Будь серьёзным к травматическом опыту клиента, всё выспроси, потом – действуй.
16 Веди себя неестественно, точно так же, как ведёт себя клиент.
17 Перебивай его, «не давай и слова сказать».
18 Передразнивай клиента.
19 Показывай клиенту, как реагирует на него аудитория.
20 Неправильно интерпретируй (позитивно) коммуникативные трудности клиента.
21 Спокойно констатируй, что ничего не меняется к лучшему.
22 Тупо подрывай ожидаемую клиентом обратную связь.
23 Заставляй повторять клиента найденные им «истины».
24 Широко и интенсивно используй свою фантазию.
25 Всё всегда сильнее и отчётливее, чем кажется на самом деле.
26 Используй абсурд, как это делал Дали.
27 Давай абсурдные толкования проблем.
28 Выделяй и усиливай установки клиента вплоть до разрешения проблемы.
29 Клиент всегда дерьмо.
30 Выставляй напоказ телесные недостатки клиента.
31 Разрушай культурные, половые и сословные стереотипы.
32 Сам войди в состояние хихикающего подростка.
33 В то же время будь тёплым и понимающим.
34 Следуй своей интуиции.
35 Включи «внутренний телевизор» и наблюдай за всеми участниками процесса.
36 Обращай вину с субъекта на окружение и наоборот.
37 Принимай разные стороны конфликта.
38 Требуй, чтобы клиент выступал интересно.
39 Будь всегда безумнее клиента.

Не могу сказать, что все пункты мне симпатичны, но с некоторыми из них трудно не согласиться. В психотерапии не существует универсальных подходов и методов. Для потенциальных клиентов и всех, кто интересуется направлениями современной психотерапии,  знание о различных подходах в психотерапии расширяет  представление о многогранности деятельности практических психологов, а для специалистов дает возможность гибко применять различные приемы в работе в зависимости от запроса и особенностей личности клиента.

Статья:: Паттерны Фрэнка Фарелли — trEnings.ru: всё о НЛП

Фрэнк Фарелли один из самых интересных и эффективных терапевтов современности. У него есть созданная им самим «Провокативная терапия», которую он вполне успешно демонстрирует на семинарах. При первом же взгляде видно, что он использует во время сессии большое количество

, при чём крайне эффективно. А большинство НЛПеров пока умеют создавать только

, но практически нет структурированной иноформации о том, как их сделать работающими для клиента. У Фрэнка же работают — так что смоделировать стратегию Фарелли вожделенное желание многих НЛПеров, и моё в том числе. К нему вообще на тренинги ходит куча НЛПеров, над которыми он регулярно потешается. При чём в НЛПерских штучках он разбирается неплохо.

— Фрэнк, как вы выбираете, что сделать с клиентом.
— Я вижу 28 экранов с вариантами действий и выбираю первый попавшийся.

— Чем ты занимаешься?
— НЛПеров тренирую.
— А с чем пришёл?
— У меня проблема.
— В НЛП нет проблем — там есть паттерны. Надо прервать паттерн!


Стратегия Фрэнка Фарелли действительно является крайне интересной — вы много знаете людей способных за пол-часа решить проблему человека? При чём в эти пол-часа входит как и сбор информации, так и сама интервенция? И решить проблему явно на более глубоком уровне, чем человек заявляет? Лично я не знаю таких людей. Кроме Фрэнка. Так что очень хочется смоделировать, чтобы и самому мочь так же, а может даже и лучше (шучу). Собственно, здесь не стратегия, а некоторые из подмеченных мной паттернов. В статье будут приведены некоторые речевые примеры, но Фарелли нужно смотреть — у него очень много идёт через невербалику, что текстом не передашь.

На одном из тренингов Фарелли сказал что-то вроде: «Проблема — это когда человек застрял в проблемном состоянии. Чтобы его оттуда вывести нужно вызвать у него любую другую реакцию — злость, восторг, гнев, обиду.» «И задача — спровоцировать его на это» — продолжу я эту мысль. Вообще, всё это хорошо описывает одна история Милтона Эриксона:

Милтон Эриксон был сыном фермера и в детстве жил на ферме. Однажды юный Милтон заметил картину: отец пытается затащить быка в загон. Тот упирается и остаётся на месте. Милтон подошёл и предложил загнать быка. Отец взглянул на пацана, посмеялся и предоставил возможность. Тот же подошёл к быку сзади и дёрнул за хвост — и бык влетел в загон.
Как я понимаю, терапия Френка Фарелли сводится к мотивации человека на изменение. Но сам процесс мотивирования при этом выглядит весьма не стандартно.

Клиенты обычно воспринимают собственные неудачи и промахи как нечто крайне важное — что, собственно, большей частью и превращает их в проблемы. И проблема заслоняет всё остальное, так что приходится организовывать жизнь вокруг неё. Понятно, что с такой важной штукой расставаться очень жалко. С другой стороны — мешает. 
Одна из стратегий Фрэнка — показать, что такое излишне важное отношение к собственным проблемам глупо и смешно. Сюда же относится и излишне важное отношение к себе. Если оценка события или себя перестали быть такими важными — это уже не проблема, а так, ситуация. И обычно человек может сам сделать переоценку.
При этом нужно понимать, что это именно общая стратегия — одна из базовых рамок воздействия и она отрабатывается в процессе всей сессии. Кстати, со стороны это многими воспринимается как издевательство над клиентом: «Как можно смеяться над проблемой! Его (её) нужно жалеть (помочь, спасти)!». Как раз такая позиция окружающих зачастую и поддерживает проблемное состояние. 

Клиент: — У меня есть проблема.
Фрэнк: — Это хорошо. Каждый мужчина должен иметь хотя бы одну проблему, чтобы сфокусировать свою энергию на ней. Чтобы у него, может быть, была цель.

Фрэнк: — Если мужчина не является беззаботным по отношению к женщине в своей жизни, он лишает её данного ей богом права. Ты знаешь какое это право?
Клиент: — Нет.
Фрэнк: — Я только взглянул тебе в глаза и тут же понял, что у тебя ни малейшего представления об этом нет. Каждая женщина имеет право посмотреть на мужчину, присутствующего в её жизни, сделать глубокий вдох, закатить глаза к небу и сказать: [с отвращением] «Мужчины».

Один из важных паттернов — разделение ответственности. Клиенты регулярно пытаются возложить на Фрэнка всю ответственность за их изменение и он, столь же регулярно, в этом им отказывает. Это понятно — если взять на себя ответственность за результат, у клиента не будет мотивации что-либо делать. Зато появится возможность поиграть в игру «Посмотрим, настолько ли ты крут, что сможешь справиться со мной».
Несколько примеров:

Клиентка: — Да, я хочу с вами поговорить о своей проблеме. Потому что другие мне помочь не смогли. Я думаю ваш способ самый лучший. [Перед этим девушка сообщила, что гадает на Таро].
Фрэнк: — Может быть. А может быть и нет. Знаешь, звёзды ведь на самом деле ничего не предопределяют.

Клиент: — У меня есть проблема.
Фрэнк: — Это хорошо. Каждый мужчина должен иметь хотя бы одну проблему, чтобы сфокусировать свою энергию на ней. Чтобы у него, может быть, была цель.
Клиент: — Да, я потратил два года уже.
Фрэнк: — Да года! Избегая этой проблемы? Или ты сражался с ней, но пока счёт у проблемы девяносто восемь.
Клиент: — Нет, я думаю, я побеждаю.
Фрэнк: — Ты побеждаешь?
Клиент: — Да, осталось чуть чуть спровоцировать.
Фрэнк: — Кто должен спровоцировать?
Клиент: — Вы.
Фрэнк: — Я!? Ты мне даёшь супервизию, как работать с мужчиной, который не смог решить проблему за два года!? Знаешь, это просто смешно. Ты бы стал слушать человека, который ничего не смог сделать в течении двух лет, решить проблему?

Один из довольно необычных паттернов — конструирование фокусов языка и рефреймингов, оправдывающих проблемное поведение или состояние. Конструируются они по всем правилам фокусов языка, но тут есть одно НО — они опираются на ценности, которые клиенту не важны. В таком варианте они заставляют клиента самому искать аргументы за изменение — то есть Фрэнк провоцирует клиента самому мотивировать себя, а не мотивирует напрямую. 

Клиентка: — Я зависима от курения тринадцать лет.
Фрэнк: — Тебе нужно это.

Фрэнк: — «Тридцать» ты сказала тебе? Хорошо — ты понимаешь, что многие женщины умирают не дожив до возраста тридцать лет? Ты уже миллионы пережила — деток, девочек и молодых женщин.

Клиентка: — Но они [лёгкие] достаточно больные.
Фрэнк: — Ну тем более — что тут беспокоиться и бросать курить. Зачем — да они уже больные.

Клиентка: — Я, думаю, умру раньше, чем меня разобьёт паралич.
Фрэнк: — Ой, многие люди так думали — но у них не получилось. Знаешь, столько овощей, в которых мы поддерживаем жизнь. 

Фрэнк: — Нет, через три года, возможно, у тебя случится приступ — бам. Это возможно. Знаешь, некоторые люди говорят: «Я могу получить рак лёгких». Ой, это то, что говорят врачи. А я говорю: «Да не обязательно — ты можешь сердечный приступ получить. И тебя разобьёт паралич и ты не сможешь говорить». Да, да. Я вижу как тебя разбивает паралич. 
Клиент: — Такова судьба.
Фрэнк: — Абсолютно! Ничего нельзя сделать. Зачем бороться против собственной судьбы.

Фрэнк: — Если тебя разобьёт паралич — тогда тебе не дадут курить. Видишь, как просто! В конце концов, наконец она не курит — конец куплета. Да, и тогда ты будешь лежать беспомощная и говорить даже не сможешь.

Клиентка: — Я с самого начала сказал, что мне повезло очень.
Фрэнк: — Тебе очень повезло — тогда почему бы не продолжить курить и не отпраздновать это? Да-да. Кроме того, табачным компаниям необходима помощь. Ты слышала, что они в США делают с бедными табачными компаниями? Триста миллиарда долларов хотят отсудить. Кому-то надо курить, для того, чтобы всё это оплачивать. Каждый раз, когда ты делаешь «у-у-у-у» говори себе: «я помогаю бедным табачным компаниям, чтобы они оплачивали свои счета».

Фрэнк: [Кашляет, как курильщик] — Ха! У тебя утренний кашель есть?
Клиентка: — Угу.
Фрэнк: — А днём кашляешь?
Клиентка: — Нет.
Фрэнк: — Ну видишь, тебе есть чего ожидать. У-у-у-у. Да, это часть удовольствия. Хотя это и заставляет тебя кашлять, ты мужественно продолжаешь курить. Да. Ну а кроме того, у тебя ещё какая-то емкость в лёгких, которую можно использовать. Может быть тебе нужно курить по три пачки в день? 

Рефрейминги и фокусы языка

Как я уже писал — на рефреймингах и фокусах языка по большей части и строится интервенция. Но при этом зачастую рефрейминги и фокусы языка достаточно гротескны (для понижение значимости проблемы). Просто примеры.

Оксана: — Нет, мою проблему зовут «зависимость»?
Фрэнк: — Зависимость? Что, другие люди зависят от тебя?

Фрэнк: — Тридцать!? Но ты выглядишь крошечной и юной. Но если тебе сигаретку в руку — люди, наверно, подумают: «Что там курит эта девочка?». Ха. … 
Однажды на демонстрацию вышел врач и сказал, что у него есть проблема. Он сказал, что он хочет бросить курить. Я сказал ему: «Зачем. В конечном итоге ты бросишь курить. Я абсолютно тебе это гарантирую. Ну может быть это будет, когда у тебя будет всего-навсего половина лёгкого, а второе лёгкое и половину этого вырежут, потому что там рак. А потом ларинготомия у тебя будет, потому что всё горло будет охвачено. Ты при этом всё-равно можешь курить. У-у-у-у. Да?

Фрэнк: — Твой муж может с нетерпением ждать длинного-длинного брака. Ну, если ты выживешь. Но если у тебя всего три года осталось. Когда у тебя будет церебральная аневризма или дисфункция сердечная — это другие слова для паралича. Ты можешь сказать, что для него уже не слишком рано искать тебе замену. У-у-у-у. Ха-ха. 

Клиентка: — Я думаю, что он умрёт раньше.
Фрэнк: — Может уже пора начать планировать похороны? Не надо никаких дорогих гробов — только кремация. Знаешь, это было бы здорово — чтобы двух курильщиков кремировали. У-у-у-у. Гори, дитя, гори. И тебя тогда можно будет схоронить в коробочке из под сигарет. «Она хотела, чтобы её пепел поместили в коробочку из под сигарет». Да, это очень очаровательно. 

Фрэнк: — Кто из вас мужик в семье — ты или Татьяна?
Клиент: — А. Ну…
Фарелли: — Да, да, ты уже на этот вопрос ответил. Если мужчина колеблется — ответ ясен.

Фрэнк: — А в чём проблема?
Клиент: — Я застрял и не способен принять решение… Между двух утверждений. Я хочу, чтобы у меня была гармоничная семья, но мне кажется, что я недостаточно сильно люблю свою супругу.
Фрэнк: — Если бы ты по-настоящему любил её, гармония всегда превалировала бы.

Важные ценности

Просто процитирую Юлию Синарёву:
«Темы, которые он прощупывает: секс, смерть, статус, власть и другие высокие ценности. Таким образом, от любой минимальной проблемы он выходит на глобальные контексты – самореализация, деньги, семья, самосохранение и так далее. Защититься, оставить какую-то тему закрытой практически невозможно – чем больше клиент показывает, что он не хочет об этом говорить, тем настойчивее Фарелли туда идет. Задача – помочь человеку прорваться через свой страх: либо увидеть, что там либо нет ничего такого страшного, либо обнаружить арсенал ресурсов, либо вскрыть действительно важную болячку, которая является причиной заявленного симптома.»

Клиентка: — Ну, я думаю, было бы лучше [бросить курить] — жизнь улучшилась бы.
Фрэнк: — Ой, все так говорят, но это совершенно не обязательно так. А кроме того — разве ты не выглядишь более взрослой с сигареткой в руке? Скажи «Да». Потому что ты выглядишь как тинейджер.

Фрэнк: — Ты когда-нибудь чувствовала: «Ещё один день, ещё одна неделя, Боже мой». Нет? Ты никогда так не думаешь, что «хватит, и там я уже была, и это уже делала, и купила эту маечку»?

Фрэнк: — Сколько сигарет в день ты выкуриваешь?
Клиентка: — Две пачки — ну, сорок.
Фрэнк: — Две пачки — я курил две с половиной. Много десятилетий курил так. Две пачки — ну и что. Мне шестьдесят. Как ты думаешь — сколько ты проживёшь, прежде чем ты отправишься за своей вечной наградой? [Берёт Оксану за руку] О, миленькая моя ручка, холодненькая. 

Фрэнк: — Нет, через три года, возможно, у тебя случится приступ — бам. Это возможно. Знаешь, некоторые люди говорят: «Я могу получить рак лёгких». Ой, это то, что говорят врачи. А я говорю: «Да не обязательно — ты можешь сердечный приступ получить.[Изображает паралитика]Гу-у-у. И тебя разобьёт паралич и ты не сможешь говорить». Да, да. Я вижу как тебя разбивает паралич.
Клиентка: — Я, думаю, умру раньше, чем меня разобьёт паралич.
Фрэнк: — Ой, многие люди так думали — но у них не получилось. Знаешь, столько овощей, в которых мы поддерживаем жизнь. Потом, они теряют контроль над… ну ты понимаешь, о чём я. Просто наклонись, наклонись. [Смотрит Оксане за спину]. «Ой, несчастный случай», — так говорят. «Ой-ой-ой, подгузнички надо поменять. Да, мы сейчас сделаем так, что ты будешь хорошо пахнуть». Да, они поднимут тебе рубашку, снимут штанишки, заменят подгузники: «Теперь тебе лучше». 

Ощутимость ценностей

Ценности сами по себе довольно абстрактны — они даже выражаются номинализациями вроде «справедливость», «статус», «смерть», «здоровье». Так что некоторые ценности для человека могут быть и важны, но при этом «далеки и непонятны». То есть слово то вроде важное, но вот что за ним стоит… Знаете, как для большинства подростков «здоровье» — довольно абстрактное понятие. То есть слово важное — вряд ли кто из них скажет, что «здоровье» не важно, — но особо не связано с их жизнью. Или «смерть» — то есть понятно, что эта штука существует, но не для меня. У подростков и детей вообще часто есть убеждение, что «я буду жить вечно» — по крайней мере они себя часто так ведут.
Так что часто надо дать «прочувствовать» ценность. В славном городе Екатеринбурге есть куча подростков. И многим из них нравится тюремная романтика — блатные песни, прикиды, анекдоты. Местные миллиционеры сделали простую вещь — вывезли их на несколько дней пожить в реальной зоне. И романтика сразу куда-то подевалась.
То, что иногда делает Фарелли — заставляет человека ощутить и поверить в реальность важных для него вещей: смерти, беспомощности, здоровья.

Фрэнк: — Думала: «Когда я умру?». И сколько лет тебе осталось. И тогда возникает вопрос: «Когда ты будешь вынуждена умереть?», и есть ещё другой вопрос: «Сколько ты хочешь жить на земном уровне?»

Фрэнк: — … Однажды на демонстрацию вышел врач и сказал, что у него есть проблема. Он сказал, что он хочет бросить курить. Я сказал ему: «Зачем. В конечном итоге ты бросишь курить. Я абсолютно тебе это гарантирую. Ну может быть это будет, когда у тебя будет всего-навсего половина лёгкого, а второе лёгкое и половину этого вырежут, потому что там рак. А потом ларинготомия у тебя будет, потому что всё горло будет охвачено. Ты при этом всё-равно можешь курить.» У-у-у-у. Да?

Фрэнк: — Как ты думаешь — сколько ты проживёшь, прежде чем ты отправишься за своей вечной наградой? [Берёт Оксану за руку] О, миленькая моя ручка, холодненькая. Да, да, такое случится. 

Клиентка: — Я, думаю, умру раньше, чем меня разобьёт паралич.
Фрэнк: — Ой, многие люди так думали — но у них не получилось. Знаешь, столько овощей, в которых мы поддерживаем жизнь. Потом, они теряют контроль над… ну ты понимаешь, о чём я. Просто наклонись, наклонись. [Смотрит Оксане за спину]. «Ой, несчастный случай», — так говорят. «Ой-ой-ой, подгузнички надо поменять. Да, мы сейчас сделаем так, что ты будешь хорошо пахнуть». Да, они поднимут тебе рубашку, снимут штанишки, заменят подгузники: «Теперь тебе лучше». 

Запись сессии: Как бросить курить.

Фрэнк: — Оксана, чем ты зарабатываешь на жизнь?
Оксана: (Молчит, смущённо улыбается).
Фрэнк: — Ты работаешь?
Оксана: — Да.
Фрэнк: — Хорошо. Я не работаю. Я просто играю. Мне повезло.
Оксана: — Мне тоже.
Фрэнк: — Тебе тоже повезло? Я только хотел сказать: «Бедненькая, тебе не повезло». … Тебе тоже повезло. В каком смысле?
Оксана: — Мне нравится, чем я занимаюсь.
Фрэнк: — Что ты делаешь?
Оксана: — Я гадаю на картах Таро и занимаюсь психологией.
Фрэнк: — Правда? Ты серьёзно это говоришь?
Оксана: — Я действительно этим увлекаюсь.
Фрэнк: — Ты Таро используешь? И психологию тоже используешь? У тебя есть какая-нибудь степень по психологии?
Оксана: — Нет.
Фрэнк: — Ты интуитивно это делаешь.
Оксана: — Ну как бы курсы какие-то есть.
Фрэнк: — Ну этого достаточно. Одного курса хватит. Иногда одного курса слишком много. Если ты понимаешь, о чём я. … Что? Оксана, есть какая-нибудь проблема, о которой ты хочешь поговорить или ты вышла сюда просто испытать — что это такое Фрэнк Фарелли?
Оксана: — Да, я хочу с вами поговорить о своей проблеме. Потому что другие мне помочь не смогли. Я думаю ваш способ самый лучший.
Фрэнк: — Может быть. А может быть и нет. Знаешь, звёзды ведь на самом деле ничего не предопределяют.
Оксана: — Интуиция подсказывает.
Фрэнк: — А твоя интуиция может мне подсказать, в чём твоя проблема?
Оксана: — Я думаю, вам достаточно своей интуиции.
Фрэнк: — Да, люди так говорят.
Оксана: — Вы так выглядите.
Фрэнк: — Да, но у меня вот это переключение скоростей умственных немножечко соскальзывает.
Оксана: — Ну, я могу сказать, в чём моя проблема.
Фрэнк: — Хорошо,  в каком месяце ты скажешь мне об этом?
Оксана: — В этом.
Фрэнк: — В этом месяце? На этой неделе? Сегодня? Ну, мы никуда не спешим. Когда ты думаешь о времени с астрологической точки зрения, об этом великом круге, об этом повторяющемся круге времени. И о многих-многих реинкарнациях. Куда спешить. Что?
Оксана: — Моё время здесь ограничено — двадцать пять минут, насколько я поняла.
Фрэнк: — Ну подумай об этом так — это только секунда в огромной вечности существования.
Оксана: — Но иногда вечность можно сжать в одну секунду.
Фрэнк: — Ты знаешь, я сейчас подумал — в моей жизни были минуты, который дали мне вкус вечности. Но, с другой стороны, если подумать об этом в широком смысле того, как обстоят вещи — какими мелкими, просто крошечные наши проблемы повседневные.
Оксана: — … Моя проблема доставляет мне массу неприятностей.
Фрэнк: — Да, неприятности? Как твою проблем зовут: Иван, Евгений, Юрий?
Оксана: — Нет, мою проблему зовут «зависимость»?
Фрэнк: — Зависимость? Что другие люди зависят от тебя?
Оксана: — Я зависима от курения тринадцать лет.
Фрэнк: — Тебе нужно это.
Оксана: — Да, но я беспокоюсь. А я хотела бы спокойно всё это переживать.
Фрэнк: — Это невозможно — ты и так уже достаточно лжёшь себе. … Ну, я начал курить в четырнадцать лет, не помню когда это было. Бросил курить в восемьдесят четвёртом. Как труба курил. Две с половиной пачки сигарет в день. И трубки. А то сигары. С табаком я был просто всепоглащающим. А потом я курил сигаретки с трубочным табаком.
Оксана: — Я понимаю, о чём вы говорите.
Фрэнк: — Ты тоже? Ну, может быть, тебе нужно торопиться. Знаешь, есть такая лихорадка никотиновая. Если бы у тебя не было этого — может ты не смогла и дня протянуть.
Оксана: — Ну, я думаю, было бы лучше — жизнь улучшилась бы.
Фрэнк: — Ой, все так говорят, но это совершенно не обязательно так. А кроме того — разве ты не выглядишь более взрослой с сигареткой в руке? Скажи «Да». Потому что ты выглядишь как тинейджер. Сколько тебе лет?
Оксана: — Тридцать. Я уже не беспокоюсь о том, чтобы выглядеть старше.
Фрэнк: — Тридцать!? Но ты выглядишь крошечной и юной. Но если тебе сигаретку в руку — люди, наверно, подумают: «Что там курит эта девочка?». Ха. … Однажды на демонстрацию вышел врач и сказал, что у него есть проблема. Он сказал, что он хочет бросить курить. Я сказал ему: «Зачем. В конечном итоге ты бросишь курить. Я абсолютно тебе это гарантирую. Ну может быть это будет, когда у тебя будет всего-навсего половина лёгкого, а второе лёгкое и половину этого вырежут, потому что там рак. А потом ларинготомия у тебя будет, потому что всё горло будет охвачено. Ты при этом всё-равно можешь курить.» У-у-у-у. Да?
Оксана: — Я так и делаю.
Фрэнк: — Да! Что значит «так и делаю»?
Оксана: — Лёгкие больные, сердце больное, но продолжаю курить. Поэтому я беспокоюсь.
Фрэнк: — На мой взгляд у тебя с лёгкими всё в порядке. Извини, они сзади должны быть [показывает на Оксане]. Может у тебя просто не очень большие, потому что ты такая крошечная.
Оксана: — Но они достаточно больные.
Фрэнк: — Ну тем более — что тут беспокоиться и бросать курить. Зачем — да они уже больные. У-у-у-у.
Оксана: — Так и есть.
Фрэнк: — Да, так обстоят дела для многих. У меня есть племянник — он лётчик на Северо-Западных Авиалиниях. Он мне говорит: «Дядя Фрэнни, когда-нибудь все умирают от чего-то.» Да, меня зовут Фрэнни в семье. Ты замечала, что люди умирают? Сколько тебе лет было, говоришь?
Оксана: — Когда я умерла?
Фрэнк: — Какая умница — лёгкие на сквозь больные, а всё-равно милая. «Тридцать» ты сказала тебе? Хоршо — ты понимаешь, что многие женщины умирают не дожив до возраста тридцать лет? Ты уже миллионы пережила — деток, девочек и молодых женщин.
Оксана: — Я с самого начала сказал, что мне повезло очень.
Фрэнк: — Тебе очень повезло — тогда почему бы не продолжить курить и не отпраздновать это? Да-да. Кроме того, табачным компаниям необходима помощь. Ты слышала, что они в США делают с бедными табачными компаниями? Триста миллиарда долларов хотят отсудить. Кому-то надо курить, для того, чтобы всё это оплачивать. Каждый раз, когда ты делаешь «у-у-у-у» говори себе: «я помогаю бедным табачным компаниям, чтобы они оплачивали свои счета».
Сколько сигарет в день ты выкуриваешь?
Оксана: — Две пачки — ну, сорок.
Фрэнк: — Две пачки — я курил две с половиной. Много десятилетий курил так. Две пачки — ну и что. Мне шестьдесят. Как ты думаешь — сколько ты проживёшь, прежде чем ты отправишься за своей вечной наградой? [Берёт Оксану за руку] О, миленькая моя ручка, холодненькая.
Да, да, такое случится. Как ты думаешь, сколько лет ты проживёшь?
Оксана: — Недолго.
Фрэнк: — До тридцати семи?
Оксана: — Наверное, доживу. Ну может ещё года три.
Фрэнк: — Знаешь, тридцать три… Христос умер в тридцать три, но его убили. Это хороший возраст, чтобы умереть. Много людей умирает в тридцать три года. Да, да, это так прекрасно.
Я как-то папу спросил: «Как дела». И он сказал: «Я молюсь, чтобы умереть быстро и счастливо». Мы шли по улице, он быстро шёл. Он такой живенький. Я говорю: «Ой». Да, он и вправду молился. «Хорошенького помаленьку» — говорит. Он хотел сделать этот переход и присоединиться к маме. А когда ты хочешь умереть?
Оксана: — Я об этом ещё не думала. Я позже об этом подумаю.
Фрэнк: — Может быть ты мечтала об этом.
Оксана: — Может.
Фрэнк: — Думала: «Когда я умру?». И сколько лет тебе осталось. И тогда возникает вопрос: «Когда ты будешь вынуждена умереть?», и есть ещё другой вопрос: «Сколько ты хочешь жить на земном уровне?»
Ты когда-нибудь чувствовала: «Ещё один день, ещё одна неделя, Боже мой». Нет? Ты никогда так не думаешь, что «хватит, и там я уже была, и это уже делала, и купила эту маечку»?
Оксана: — Нет, нет, я думаю всегда хорошо: «Ещё один день…»
Фрэнк: [Кашляет, как курильщик] — Ха! У тебя утренний кашель есть?
Оксана: — Угу.
Фрэнк: — А днём кашляешь?
Оксана: — Нет.
Фрэнк: — Ну видишь, тебе есть чего ожидать. У-у-у-у. Да, это часть удовольствия. Хотя это и заставляет тебя кашлять, ты мужественно продолжаешь курить. Да. Ну а кроме того, у тебя ещё какая-то емкость в лёгких, которую можно использовать. Может быть тебе нужно курить по три пачки в день? Когда нибудь по три пачки выкуривал?
Оксана: — Нет.
Фрэнк: — Ни одного единственного раза!?
Оксана: — Нет, я попробую.
Фрэнк: — Да, пожалуйста, пожалуйста. А ты куришь сигареты с фильтром?
Оксана: — Да.
Фрэнк: — Да, да, это шутка. Ха! Ха! «До тех пор, пока есть фильтр — я в безопасности». Ты в это веришь?
Оксана: — Нет.
Фрэнк: — Значит, ты всего-лишь кашляешь утром и когда куришь? Ты целый день не кашляешь, вне зависимости от того — куришь ты или нет? И всю ночь ты не кашляешь и не просыпаешься от кашля? Значит у тебя есть ещё фазы и ступени, через которые тебе необходимо пройти. Что?
Оксана: — Ну, возможно, есть.
Фрэнк: — Нет, через три года, возможно, у тебя случится приступ — бам. Это возможно. Знаешь, некоторые люди говорят: «Я могу получить рак лёгких». Ой, это то, что говорят врачи. А я говорю: «Да не обязательно — ты можешь сердечный приступ получить.[Изображает паралитика]Гу-у-у. И тебя разобьёт паралич и ты не сможешь говорить». Да, да. Я вижу как тебя разбивает паралич. 
Оксана: — Такова судьба.
Фрэнк: — Абсолютно! Ничего нельзя сделать. Зачем бороться против собственной судьбы.
Если тебя разобьёт паралич — тогда тебе не дадут курить. Видишь, как просто! В конце концов, наконец она не курит — конец куплета. Да, и тогда ты будешь лежать беспомощная и говорить даже не сможешь.
Оксана: — Я, думаю, умру раньше, чем меня разобьёт паралич.
Фрэнк: — Ой, многие люди так думали — но у них не получилось. Гу-у-у. Знаешь, столько овощей, в которых мы поддерживаем жизнь. Потом, они теряют контроль над… ну ты понимаешь, о чём я. Просто наклонись, наклонись. [Смотрит Оксане за спину]. «Ой, несчастный случай», — так говорят. «Ой-ой-ой, подгузнички надо поменять. Да, мы сейчас сделаем так, что ты будешь хорошо пахнуть». Да, они поднимут тебе рубашку, снимут штанишки, заменят подгузники: «Теперь тебе лучше». У-у-у-у.
Да, сначала ты платишь деньги табачным компаниям, а потом ты будешь давать деньги компаниям, чтобы у них были места для медсестёр. Ну, знаешь, когда присматривают за тобой. Ты замужем?
Оксана: — Да.
Фрэнк: — Твой муж может с нетерпением ждать длинного-длинного брака. Ну, если ты выживешь. Но если у тебя всего три года осталось. Когда у тебя будет церебральная аневризма или дисфункция сердечная — это другие слова для паралича. Ты можешь сказать, что для него уже не слишком рано искать тебе замену. У-у-у-у. Ха-ха. Он курит?
Оксана: — Да.
Фрэнк: — О, здорово! Он столько же, сколько и ты курит?
Оксана: — Я думаю, что он умрёт раньше.
Фрэнк: — Может уже пора начать планировать похороны? Не надо никаких дорогих гробов — только кремация. Знаешь, это было бы здорово — чтобы двух курильщиков кремировали. У-у-у-у. Гори, дитя, гори. И тебя тогда можно будет схоронить в коробочке из под сигарет. «Она хотела, чтобы её пепел поместили в коробочку из под сигарет». Да, это очень очаровательно. Что?
Оксана: — Ну у нас места на кладбище много. У нас нет проблем с землёй.
Фрэнк: — Да знаю я, но говорю сейчас о поэтической метафоре для подлинного курильщика. Будь умницей. Я уверен, что табачные компании были бы счастливы, если бы тебя похоронили в коробочке из под Винстона. Или Кемела.
Оксана: — Я не курю ни то, ни другое, поэтому лучше в другой какой-нибудь пачке.
Фрэнк: — Ну и фиг с ним. А что ты куришь?
Оксана: — Вог.
Фрэнк: — Это русские сигареты?
Оксана: — Да, делают здесь, наверное.
Фрэнк: — О, им это понравится. Ты и твой муж — вы будете просто моделями на плакатах. «Они курили наши сигареты и их даже схоронили в наших коробочках».
Оксана: [Смеётся]
Фрэнк: — Что, Оксана? У-у-у-у. Были какие-нибудь реакции на меня в ходе работы?
Оксана: [Вздыхает]
Фрэнк: — Это глубокий вздох. Даже не закашлялась.
Оксана: — Периодически возникало чувство, что я курю — и меня начинало тошнить. И отвращение к сигаретам.
Фрэнк: — Тебе нужно сигаретку.
Оксана: — Сложилось впечатление — я не знаю совершенно английского, но до того, как звучал перевод, внутри происходила какая-то реакция.
Фрэнк: — Видишь, у тебя такой быстрый разум.
Оксана: — Потому что я много курю.
Фрэнк: — Может быть. А может ты просто телепатка.
Знаешь, когда я в прошлый раз приехал в Россию я работал с мужчиной у которого очень быстрые мозги. Всякий раз когда у него появлялась проблема у него тут же было решение. И я сказал что он обладатель когнитивного эквивалента преждевременной эякуляции. Но я не мог этого сказать тебе. У тебя просто быстрые мозги. Может телепатическое мышление.

Запись сессии: Как позорить женщину прилюдно

 

Фрэнк: — Итак, начинаем. Владимир, в чём проблема?

Владимир: — У меня есть проблема…

Фрэнк: — Это хорошо. Каждый мужчина должен иметь хотя бы одну, чтобы сфокусировать свою энергию на ней. Чтобы у него, может быть, была цель.

Владимир: — Да, я потратил два года уже.

Фрэнк: — Два года! Избегая этой проблемы? Или, может быть, ты с ней сражался, но пока счет в пользу проблемы 98?

Владимир: — Нет, я думаю, я побеждаю.

Фрэнк: — Ты побеждаешь?

Владимир: — Да, осталось чуть-чуть просто спровоцировать.

Фрэнк: — Кто должен спровоцировать?

Владимир: — Вы.

Фрэнк: — Я!? А-а-а, ты мне даёшь супервизию, как работать с мужчиной, который не смог решить проблему за два года. Знаешь, это просто смешно. Ты бы стал слушать человека, который ничего не смог сделать в течении двух лет? Решить проблему. Сколько тебе лет?

Владимир: — Двадцать пять.

Фрэнк: — Двадцать пять. О, я уже не помню, когда я был в таком возрасте. Но я помню кое-что из того, когда мне было двадцать пять — Мэри, не помню, как её звали, Сюзанна, да.

Владимир: — Я женат.

Фрэнк: — А, ты женат. Тогда про этих можешь забыть. А сколько ты уже женат?

Владимир: — Три года.

Фрэнк: — Три года! А с проблемой ты борешься два года. И как называется эта проблема – Светлана, Людмила…

Владимир: — Татьяна.

Фрэнк: — Татьяна. Это жена твоя?

Владимир: — Ну да.

Фрэнк: — Кто из вас мужик в семье – ты или Татьяна?

Владимир: — А-а.

Фрэнк: — Да, да, уже ты на этот вопрос ответил. Если мужчина колеблется – ответ ясен. А в чём проблема?

Владимир: — Я застрял и не могу принять решение … между двух утверждений. Я хочу, чтобы у меня была гармоничная семья, но мне кажется, что я не слишком сильно люблю свою супругу. И я …

Фрэнк: — Если бы ты по-настоящему любил бы её, гармония всегда превалировала бы. … Если вы мне не верите, у Татьяны спросите. Все женщины говорят мужчинам в своей жизни, после того, как сделают глубокий вдох и закатят глаза: «Если бы ты по-настоящему любил бы меня, то … вот подпиши, а детали я позже внесу. Да, подпиши этот пустой чек.» Да.

Четыре тысячи лет назад, когда я был в твоём возрасте, Джун говорила мне такие вещи. Она говорила: «Если бы ты по-настоящему любишь меня …». Она просит подписать меня пустой чек. У вас есть такое выражение? Подписать пустой бланк? Ты понимаешь, о чём я?

Владимир: — Да.

Фрэнк: — Я ей говорил: «Если бы ты любила меня, то не подсовывала мне пустые бланки для подписи». Она говорила: «Если бы ты любил меня, то не протестовал против того, о чём я тебя прошу». Ну и так далее.

Ты можешь сказать Татьяне: «Я хочу быть гармоничным, но просто мне на тебя наплевать. Я просто недостаточно люблю тебя, чтобы заплатить эту цену». Что? Может быть гармонии это не создаст, но внимание точно привлечёт.

Есть такие способы, которыми можно просто захватить внимание женщины. И когда ты ведёшь себя, как хороший мальчик, часто, – это не тот способ, каким можно это сделать. Женщины думают, что им нравятся хорошие мальчики, и я многих мужчин тренировал в том, как быть хорошим, ну хотя бы периодически – по отношению к женщинам в своей жизни. Но не постоянно, регулярно, неизменно – это скучно. Знаешь ли, постоянная гармония может привести к полной скучище. Знаешь, всегда хорошо держать женщину вне баланса – чтобы она всегда немножечко была не уверена, чего ожидать от своего Влидимира. Что?

Владимир: — Так и есть.

Фрэнк: — Вот как ты естественным образом ведёшь себя. Ты что, очень милый с ней?

Владимир: — Да.

Фрэнк: — Ты бываешь непоследовательным с ней?

Владимир: — Нет.

Фрэнк: — Знаешь, если бы я тренировал тебя, то я бы научил тебя, как быть с ней невнимательным, беззаботным. Если мужчина не является беззаботным по отношению к женщине в своей жизни, он лишает её данного ей богом права. … Ты знаешь какое это право?

Владимир: — Нет.

Фрэнк: — Я только взглянул тебе в глаза и понял – у тебя ни малейшего представления об этом нет. Каждая женщина имеет право, посмотреть на мужчину в своей жизни, сделать глубокий вдох, закатить глаза к небу и сказать: «Мужчины». Да, они обожают это. Они не знают, что они это любят, они могут возражать против того, что они это любят, но на самом деле они это любят. И это им даёт остроту понимания, что такое их личность, и они понимают, что они отличаются, и во всяком случае они точно знают, что они в тысячу раз лучше, чем эта свинья. Да, да.

Владимир: — Значит, чтобы мне разрушить эти весы, мне нужно стать непоследовательным, обращать меньше внимания?

Фрэнк: — Да, да. Ты когда ни будь вызывал у неё чувство стыда прилюдно? Мужчине очень важно знать, как позорить женщину при людях. Да. Ты ковыряешь в носу?

Владимир: — Да.

Фрэнк: — Да! Ты можешь сказать [засовывает палец в нос]: «Ты хочешь в этот ресторан пойти или в этот»? Она скажет тебе: «Как отвратительно». А ты пукаешь? Скажи «Да».

Владимир: — Да.

Фрэнк: — Знаешь, я это изучал в деталях. И, знаешь, мои исследования показывают, что женщины тоже пукают. Они делают это либо очень тихо, или они подгадывают это под такой шум, когда не слышно. Татьяна музыку любит? Да?

Владимир: — Да.

Фрэнк: — Иногда женщина делает так: «Хочу послушать это произведение. … Извините».

Знаешь, они включают либо проигрыватель, либо приёмник: «Ой, извини, я не хотела так громко».

Знаешь, а в дни, когда очень ветрено, люди говорят: «Ой, очень ветер сильный». Но когда я провёл исследования, я сказал: «Да. Это прекрасный день, чтобы пукать». Потому что под свист ветра женщина может идти по улице и пукать, сколько хочет. Они обожают ходить по магазинам в ветреную погоду.

Ты время от времени в ресторан её водишь?

Владимир: — Да.

Фрэнк: — Она наверно любит тихую музыку и свечи на столе?

Владимир: — Да.

Фрэнк: — Знаешь, что показало моё исследование? Знаешь, почему женщины любят ужин при свечах? Потому что это сжигает запах, когда они пукают. Да, это правда. Да, так что теперь ты знаешь. Ты думаешь это романтика – нет, это сжигается этот вонючий газ. Да.

Они могут вести себя очень постыдно, но они всегда могут это скрыть. И то, почему мужчины вызывают чувство стыда у женщин – просто потому, что они не пытаются это скрыть. Я обучал мужчин, как позорить женщин прилюдно, чтобы у неё был этот пиковый опыт женский. Когда она возводит очи к небесам и говорит: «Мама дорогая!» И эта нота отвращения в её голосе. Знаешь, это такой пиковый опыт для женщины. Я слишком быстро говорю?

Один мужчина с женой пришли проконсультироваться. У неё вот так были стиснуты челюсти. А из ушей просто валил дым и огонь. Ух, она была совершенно остервеневшей. Я начал говорить о разных вещах и разных ролях, которые существуют в семье. Обычно мужчина должен обеспечивать семью, чинить всё в доме, быть отцом детям, компаньоном для детей и сексуальным партнёром. Пять вещей. А женщина должна быть сексуальным партнёром, сексуальным партнёром, сексуальным партнёром … А, нет. Сексуальным партнёром, кухаркой, должна содержать дом, быть матерью детям и компаньоном своему мужу. Называется это совместимые роли. И люди судят о том, насколько мужчина хорош как муж и насколько хороша женщина как жена, по этим вещам. Но оставляют одно незамеченным. Мужчине необходимо научиться, как позорить женщину прилюдно. И эта женщина была в таком бешенстве, потому что мужчина был совершенством во всех деталях. Эта женщина была в совершенном бешенстве. Вот что я сказал ему: «Знаешь, ты лишаешь её данного ей богом права». Ну, например, за столом – великолепные манеры. Я её спросил: «Он разбрасывает свою одежду, когда приходит из офиса, или вешает в шкаф?» Она сказала: «Он совершенно аккуратно вешает их в шкаф». Ну так далее и тому подобное. Ну, что тебе нужно сделать сегодня вечером – раскидывай одежду по всему дому. Не поднимай – пусть она поднимает. И я увидел, как она прикусила немножечко губу, чтобы не улыбнуться. Я сказал: «За столом, кто обычно подаёт еду, ты или она?» Он говорит: «Ну, она». Я сказал: «Хорошо. Сиди молись, и пусть наказание будет грешникам, но тот мужчина, который поработал, должен пообедать. Так что мне, пожалуйста, давай первому». Ну, на самом деле, во многих культурах так и происходит. Большую свинью кормить в первую очередь. Они говорят: «Ну что, хорошо». И больше не надо никаких: «Извини, пожалуйста, не могла бы ты случайно передать мне немножечко маслица? Не могла бы ты подать мне соли?» Да просто дотянись и схвати.

Да. Рукавом нос вытирай. Тебе твоя мама когда-нибудь говорила тебе, что не надо вытирать рукавом куртки нос? Да, у тебя сейчас есть великолепная возможность. [Изображает чихание и вытирает нос рукавами пиджака.] И жена скажет: «О боже, теперь мне это стирать надо». А если хочешь пукнуть, просто сделай это. Потяни, потяни мой палец. Как ребёночку говорят.

Владимир: [Тянет за палец]

Фрэнк: — [Изображает пердёж] Игра такая – потяни меня за палец. Знаешь, как я тянул дядюшку за палец, а он пердел. Знаешь, мужицкий такой юмор. Знаешь, жена говорит: «Боже мой, не надо это делать». Веди себя как мужик. Знаешь, быть мужиком – это быть отвратительным для женщин. Ну, не всегда. Не надо быть всегда совершенно отвратительным. Тебе нужно принимать душ или ванну – это хорошая новость. Все правильные места помыть, да. Хорошо. Это важный вопрос – чтобы яйца и член не заросли плесенью. Это важно. Это хорошие новости. Но, в любом случае, этот парень отправился домой – разбрасывать одежду и пукать, когда захочет, хватать со стола, рыгать, когда захочется. Ты пытаешься скрыть, когда рыгаешь? Просто отпусти. Что ты делаешь? Если ты рыгнёшь, ты скажешь: «Ох, извините»? Да, ты так делаешь? Ты когда-нибудь рыгаешь?

Владимир: — Естественно.

Фрэнк: — Ты говоришь: «Извините»?

Владимир: — Да.

Фрэнк: — Это ошибка. Лучше, когда мужчина вот так рыгает [рыгает]. И тогда его жена или его подружка говорят: «Хм, извини, дорогой». Он говорит: «Что, ты пёрнула?» А-ха-ха. Знаешь, это правда смешно. Но женщины часто не улавливают юмора ситуации. Именно поэтому многие мужчины говорят, что у женщин вообще нет чувства юмора. Гармония – да пусть женщины занимаются этой самой гармонией. А мужчина занимается тем, чтобы рыгать, ковырять в носу – вот такими вещами. Как быть отвратительными и постыдным прилюдно. Это называется «празднование собственной мужественности». Да, вот такой вот мужественности. Да, они скажут эту фразу в каком-нибудь другом месте.

А в чём проблема?

Владимир: — Принятие решения.

Фрэнк: — Ну, во всяком случае, ты не импульсивен.

Владимир: — О, да.

Фрэнк: — Татьяна не говорит тебе, что ты не решителен, всё время проволочничаешь?

Владимир: — Говорила.

Фрэнк: — Да, а потом она сдалась. Но многие люди сказали бы о парне, таком как ты: «Ну, он не принимает решения». И я тут же встал бы на твою защиту. Я бы сказал: «Владимир принимает множество решений. Каждую минуту приблизительно тридцать. Да – нет – да – нет – да – нет.» Ну, для внешнего наблюдателя кажется, что он просто дёргается на стуле – это не есть принятие решения. Но такой мужчина либо решает, не принимать решения, либо принимает столько противоречащих друг другу решений, что он чувствует себя уже совершенно истощённым. Ты слишком много решений принимаешь. Скажи Татьяне, что я так сказал. Да.

Хорошо. Время.

 

Терапевтическая стратегия Френка Фарелли с точки зрения НЛП

Юлия Синарёва

П. 1-8 – Калибровка!!!

9. Смеется над проблемой, а не над человеком

10. Одна из основных целей – вызвать состояние замешательства (не вполне приличными или уместными шуточками, встроенными метафорами, переходом с темы на тему, авторитарным ведением, гиперобобщениями, коллапсом состояний и т.д.)

11. Работа с линией времени: в основном, работа с будущим, с эффектами, которые произойдут, если актуальное состояние не изменять, а оставить, как есть. Очень сенсорно описывает клиенту крайне негативные последствия (калибрует значимые контексты и самые главные страшки), ассоциирует его туда, говорит в повелительном наклонении (это точно произойдет!). Таким образом, он создает настолько мощную негативную мотивацию, что подводит клиента к состоянию порога, когда он просто уже не может ничего не делать с актуальным состоянием – он так боится этих последствий, что уже готов меняться.

12. Работа с вторичной выгодой: пытается определить (опять же, с помощью калибровки – особенно активно-негативной), каким образом заявленный симптом может быть выгоден клиенту и его ближайшему окружению – в прошлом, настоящем и будущем. Общий девиз – «ни в коем случае не меняйся!» (специально для полярных ответчиков). При этом он пользуется очень сильным увеличением рамки. Яркий пример – «если ты бросишь курить, то разоряться все табачные кампании».

13. Работа с ответственностью: любыми средствами (метафорами, негативными обобщениями, выразительной невербальной коммуникацией) приводит клиента к мысли, что от него зависело не только то, что он имеет теперь этот симптом, но и то, как долго он хочет с ним оставаться + провокативные (нелепые) предложения на тему, что можно сделать для того, чтобы симптом убрать (как это зависит от клиента!).

14. Использование якорей (прикосновения, покачивание головой или ногой, взгляд в определенное место и др.) – для закрепления состояния замешательства, для возвращения человека из внутреннего транса обратно к разговору, для поддержания ресурса и т.д.

15. Темы, которые он прощупывает: секс, смерть, статус, власть и другие высокие ценности. Таким образом, от любой минимальной проблемы он выходит на глобальные контексты – самореализация, деньги, семья, самосохранение и т.д. Защититься, оставить какую-то тему закрытой практически невозможно – чем больше клиент показывает, что он не хочет об этом говорить, тем настойчивее Фарелли туда идет. Задача – помочь человеку прорваться через свой страх: либо увидеть, что там либо нет ничего такого страшного, либо обнаружить арсенал ресурсов, либо вскрыть действительно важную болячку, которая является причиной заявленного симптома.

Метод Матвеева из сериала «Триггер»: что такое провокативная терапия

Сериал «Триггер» познакомил многих телезрителей с идеей «провокативной терапии». Психолог Артём Стрелецкий (Максим Матвеев) не выслушивает своих клиентов с сочувственным видом, а начинает их оскорблять, сыпать соль на рану и всячески вытаскивать из зоны комфорта. Работает ли такой метод в реальной жизни и существуют ли специалисты, которые его практикуют?

Истоки провокативной терапии. Фрэнк Фаррелли

Создателем провокативной терапии считается американский психолог Фрэнк Фаррелли. В 1960-е годы во время сеанса традиционной психотерапии с пациентом, страдавшим, помимо прочего, от заниженной самооценки, Фрэнк, уставший от отсутствия прогресса, начал дразнить и подначивать своего клиента.

«Я сказал ему: «Ладно, я сдаюсь. Ты действительно ужасный, никчёмный и безнадёжный. Давай ты перестанешь тратить моё время». Через минуту пациент уже спорил со мной», — описывал Фаррелли момент рождения метода в своей книге «Провокативная терапия», впервые опубликованной в 1974 году.

Он подчёркивал, что общался с клиентом так, как говорил бы с другом: подначивая его с юмором и не стесняясь при этом в выражениях. Идея метода Фаррелли заключается в том, чтобы вызвать у пациента гнев, желание воскликнуть: «Хватит! Я так больше не могу! Я должен изменить мою жизнь!».

В девяностые годы Фаррелли посещал Россию. В интернете можно найти видеозаписи с его сеансов, на которых Фрэнк ведёт себя скорее как стендап-комик, нежели как психолог. Он издевается над внешностью людей, которые пришли к нему за помощью, называет их тупыми и тормознутыми.

Приёмы Фрэнка Фаррелли вызывали неоднозначную реакцию у профессионального сообщества, но в настоящее время провокативный метод признаётся частью системно-феноменологической психотерапии, хотя и нечасто практикуется в чистом виде. Сам Фрэнк ушёл из жизни в 2013 году, однако его дело продолжает его сын Тим. В Европе, Азии и США метод провокативной терапии используют не менее 2000 специалистов.

Принципы провокативной терапии

Специалисты, практикующие провокативную терапию, сравнивают свою работу с действием вакцины: сначала пациент учится давать отпор в контролируемых условиях кабинета, а затем, выработав привычку бороться, преодолевает свои проблемы в реальном мире. Адепты провокативной терапии принимают за данность следующие допущения:

  1. Пациент не так хрупок, как он о себе думает.

  2. Пациент не так сложен, как он о себе думает, его можно понять и проанализировать.

  3. Пациент обладает способностью решить свои проблемы, даже если сам не осознаёт свой потенциал.

  4. Не все проблемы родом из детства, опыт взрослой жизни не менее важен.

При этом, в отличие от сериала «Триггер», в реальной жизни основным инструментом в арсенале врача служит не гнев, а юмор: психолог стремится научить клиента позитивно реагировать на свои проблемы, переопределить их. Провокативный метод используется при лечении неврозов, расстройств депрессивного качества и расстройств психосоматического спектра, а также в терапии, направленной на самоактуализацию и самопознание личности.

Прототип героя «Триггера» – Сергей Насибян. Провокативная терапия в России


Соавтором идеи сериала «Триггер» и, по сути, прототипом героя Максима Матвеева стал психолог Сергей Насибян, успешно практикующий провокативный метод в реальной жизни. Разумеется, на экране краски сильно сгущаются в угоду кинематографичности: в действительности помочь человеку за один сеанс можно, только если психолог смог сразу определить проблему и подобрать верный стимул. Кроме того, на практике Насибян чаще всего работает с группами: для провокации нужен зритель.

Сергей Насибян, Максим Матвеев и Александра Ремизова. Фото: Instagram

«В одной из моих групп была девушка, которая родила больного ребёнка. На мой вопрос, почему она не отказалась от ребёнка, девушка ответила, что она не может так поступить. Я сказал, что это неправда. В этот момент все 60 участников группы посмотрели на меня с осуждением. Ведь мораль говорит: «Мать не может бросить своего ребёнка», — описывал Сергей случай из своей практики в интервью журналу «Сноб». — Моя же задача была довести девушку до такого состояния, когда она признается, что на самом деле она может бросить своего ребёнка. В этот момент рождается личность, которая говорит, что она может бросить ребёнка, но не хочет его бросать. Это две разные личности, которые руководствуются разными мотивами. Первая объясняет свои поступки немощью, вторая — делает сознательный выбор.»

Вместе с тем, по словам Сергея Насибяна, Максим Матвеев, работая над образом Артёма Стрелецкого, очень точно воспроизвёл его способ разговора и коммуникативную модель. Таким образом, мы можем с уверенностью заявить: психолог, ведущий себя как герой Матвеева и заставляющий клиентов раскрыться через конфликт, не просто может существовать в реальности — он существует. Хотя в сарае, конечно, никого не запирает.

Провокационная терапия. PsyMag

Провокация – это умышленный вызов ограничениям мышления, внесение беспорядка в установленный порядок диалога между терапевтом и пациентом.

Провокация – это также приглашение, побуждение, пробуждение чувствительности к окружающему миру. Некая игра, вначале неопределенная, но приносящая результат уже на первом сеансе терапии [1].

Фрэнк Фаррелли, создатель направления провокационной терапии, говорил: «Мой метод – метод шутки, провокации и переопределения. Единственный способ достичь результата – добавить в ситуацию больше степеней свободы, больше выборов». 

Будучи американским психотерапевтом и создателем по истине уникального направления провокационной терапии, Фрэнк Фаррелли считается живым классиком мира психотерапии, а также создателем коучинга. Коучинг – это процесс, направленный на осознание, формулирование и достижение истинных целей человека, раскрытие и реализацию его личного потенциала [2].

Начинал он свою работу, используя методики Карла Роджерса, создателя и лидера гуманистической психологии. Практику Фрэнк начал в 1995 г. в детском центре школы социальной помощи. С самого начала он использовал подход клиент-центрированной терапии и довольно продолжительно придерживался ее принципов. Однако разочаровываться в методе начал после сложного случая с клиенткой, во время которого он осознал, что если больной не поддается одному способу лечения, необходимо вернуться к исходной точке и поискать другой.

Со временем он разработал новую систему, в основу которой легло использование таких средств психологического воздействия, как юмор, эмоциональный вызов, провокации, гротеск, гиперболизация, доведение до абсурда. Эти приемы выполняют функцию катализатора реакции развития человека в направлении исцеления [3].

Фаррелли называют отцом смеха в психотерапии, но во время сеанса он затрагивает болезненные для человека моменты: физические недостатки, возраст, интимные отношения. Подобные действия называют «провокативными интервенциями», цель которых – перевести проблему в другое измерение, заставить говорить клиента о тех вещах, о которых он боялся и подумать, вовлечь его в эмоциональное переживание этого опыта [1].

В течение курса терапии ряд различных техник применяется для того, чтобы вызвать немедленную реакцию у пациента, которая стимулирует терапевтический процесс. Реакции, как положительные, так и отрицательные, интегрируются в соответствии с их социальной и межличностной последовательностью. Среди отрицательных реакций чаще всего встречается гнев и отвращение, в то время как положительная реакция проявляется в юморе.

Таким образом, в ходе межличностного общения с пациентом, психотерапевт и сенсибилизирует (повышает чувствительность), и наоборот – десенсибилизирует (гнев и смех становятся противоядием для возбудимости, тревоги и поспешных реакций) [4]. 

Провокационная психотерапия формулирует две гипотезы:

1. Об отношении пациента к самому себе, его концепции себя: спровоцированный психотерапевтом пациент всегда тяготеет к движению в обратном направлении, в зависимости от того, как психотерапевт определяет его как личность.

2. Об открытом поведении пациента: если вызвать с помощью провокации юмором или другим раздражителем самопораженческие и уводящие в сторону поведение и чувства, пациент тяготеет к большему соприкосновению с общественными нормами.

Основные положения провокационной психологии:

  • клиенты могут справиться с проблемами при наличии желания;
  • у клиента гораздо больше потенциальных возможностей адаптироваться в жизни, чем он думает;
  • психологическая нестабильность клиентов чересчур преувеличивается как самими клиентами, так и другими;
  • клиент излечим независимо от сложности проблемы;
  • опыт взрослой жизни так же, если не более важен, чем опыт детства, для формирования системы ценностей, установок и поведения;
  • поведение клиента с терапевтом – точное отражение его привычной модели общественного и межличностного общения;
  • люди обладают разумом, человек – крайне понимающее существо, активно использующее логику;
  • сарказм и иронизирование над реальностью клиента заметно идет ему на пользу;
  • наиболее важные сообщения между людьми передаются невербальным способом.

Выделяется 5 основных типов поведения клиента:

  • утвердить себя вербально и поведенчески;
  • доказать свою дееспособность в общении и работоспособность;
  • защитить себя;
  • вернуться в психологическую и социальную реальность, оценить ее и научиться адекватно реагировать;
  • войти в рискованные ситуации при взаимоотношениях, когда пациент проявляет чувство привязанности и уязвимости по отношению к другим.

Для достижения терапевтических целей поведение пациента выстраивается по следующим схемам:

  1. Пациента провоцируют на общение с психотерапевтом.
  2. Пациента провоцируют как на вербальную реакцию, так и на действия, зачастую противоречащие ей.
  3. Пациента провоцируют на обе реакции, где вербальная – средство выражения поведенческой реакции.
  4. Пациент показывает психотерапевту явные свидетельства своего поведения, как результата уже усвоенных объединённых реакций.
  5. Пациент вступает в фазу самоутверждения, доказательства своей способности к самозащите, адаптируется к социальной среде и может вступать во взаимоотношения с другими вне терапевтических отношений.

Важной техникой провокационной терапии также является конфронтация. «Конфронтация негативного моделирования» – терапевт действует, подражая клиенту, особенно копируя его манеру говорить и высмеивая те аспекты жизни, которые являются самыми болезненными для клиента.

Туда же относятся: «объяснения» или отказ от интерпретаций, подведение абсурдных теоретических объяснений; противоречивые сообщения; перечисления – терапевт заставляет клиента составить перечень причин и данных его поведения, а сам принимает в этом участие, с целью выяснить возможные причины заболевания и вызвать реакцию клиента.

Если во время сеанса клиент не смеется хотя бы часть времени, терапевт не лечит его провокацией, а его действия могут иметь разрушительный эффект. Способность смеяться, в данном случае – показатель благополучия, равновесия чувств, а также чувства реальности. В терапии юмор используется для внезапного сбивания клиента с толку, обхождения и преодоления защиты, вовлечения в общение и, в целом, сближения клиента с терапевтом, чтобы сделать процесс терапии более переносимым и приятным.

Разделяют четыре разных языка терапевта:

  • религиозно-моральный;
  • язык раздевалки или улицы;
  • кинестетический язык тела;
  • профессиональный жаргон;

Выбор языка целиком зависит от ситуации и контакта между клиентом и терапевтом [6]. К тому же, психотерапевт отвечает за правильный подбор методов и техник в ходе лечения.

 

Список литературы:

1. Провокативная психотерапия

2. Фрэнк Фарелли / Психологос 

3. Ольга Кузьмина «Коучинг и психотерапия – в чем разница?» 

4. Мартьянова Людмила «О самой провокативной книге терапевтов»

5. Карвасарский Б. «Провокационная психотерапия»

6. Провокационная психология (Френк Фарелли)

Провокативная психотерапия

Провокативная психотерапия

Провокация, которая применяется в качестве вида психологического воздействия (виртуозный гипноз, эмоциональное потрясение, гротеск, юмор), располагает большим стимулирующим эффектом и применяется в границах провокативной психотерапии.

Создателем данного уникального направления является американский психотерапевт Френк Фарелли, который выделил 39 принципов, применяемых для образования провокативных отношений. Имеются научные свидетельства того, что данные принципы поведения действуют не только в психологической области.

Определение 1

Провокативная психотерапия ‒ это скрыто-агрессивный способ психологического воздействия с открыто проявленным акцентом на функции катализатора положительного развития пациента.

У термина «провокация» существует несколько значений:

  1. Провокация ‒ это намеренный вызов ограничениям мышления, в каком-то смысле нападение, это привнесение беспорядка в общепринятый порядок диалога между пациентом и терапевтом.
  2. Провокация ‒ это также побуждение, приглашение, это зарождение чувствительности к окружающему миру, некоторая игра, первоначально неясная, но приносящая плоды уже на первом сеансе терапии.

Самый эффективный инструмент такой терапии – это юмор. Смех сокращает остроту ситуации. Привнося юмор в собственную жизнь, человек становится оптимистичным, приобретает особенную чуткость к непонятным ему и парадоксальным ситуациям, он способен посмеяться над собой, может увидеть смешное в собственной серьезности и принять ответственные решения, как бы парадоксально это звучало. Улыбаясь, человек автоматически учащает дыхание и ритм пульса, учащается и кровообращение, у него начинают вырабатываться эндорфины ‒ вещества, которые уничтожают боль и дающие удовольствие.

Замечание 1

На практике методика представляет собой тонкий ход, который провоцирует человека и вызывает у него острые эмоции, но при этом исключающий пренебрежение к личности. Данный способ активации ресурсов пациента рушит и делает более широкими традиционные суждения о гуманистической психотерапии.

Готовые работы на аналогичную тему

В любом переживании существует параллельное наполнение. Так, например, грусть иногда может быть радостной, яростной, агрессивной, депрессивной или же бессильной. И одна из задач терапевтических манипуляций — обучить клиента это замечать. Если терапевт всецело погружен в переживания клиента и объединяется с ними, он может лишь грустить, или переживать депрессию. А задача терапевта — быть в контакте со всеми процессами клиента (в особенности, которые являются скрытыми), но при этом сберегать другой спектр чувств и переживаний, раздвигая поле зрения на проблему и предоставляя потенциал розыска новых способов организации своей жизни.

Ирония, парадокс и провокация – правильный способ продемонстрировать человеку, что он «больше, чем он есть». Его личный потенциал переживаний, виденья мира и чувств ‒ значительно наиболее всесторонний, чем та обычная картина, в которой он воспринимает и расценивает себя, близких, окружающих и в целом мир. Терапевт интегрирует в себе родительскую фигуру и образ скомороха, позволяя собственным примером отмечать и демонстрировать глубоко скрытые и запретные чувства, действия, переживания и потенциалы. Парадоксальное мышление – путь, руководствуясь которым, терапевт получает инструмент расширения границ собственного «Я» и личности клиента.

Особенности провокативной психотерапии

В границах провокативной психотерапии позиция психотерапевта определяется метафорой «помощник дьявола», так как в ходе сеанса терапевт, беря на себя функцию отрицательной стороны конфликта, доводит его до абсурда, тем самым давая возможность пациенту выработать комическое сознание и обучиться смеяться над своими слабостями. При этом искусственно рождающиеся проявления душевной болезни (амбивалентные чувства клиента) совмещаются с зарождающейся в нем радостью и интересом к тому, что происходит.

Замечание 2

Необходимо отметить, что психотерапевтическая провокация абсолютно не имеет отрицательного семантического оттенка.

Усилия практикующего психотерапевта, который работает в представленной области, должны быть обращены на провокацию пяти ключевых типов поведения у клиента, среди которых:

  • способность общаться с людьми и качественно разрешать появляющиеся жизненные задачи;
  • утверждение своего «я»;
  • способность опознавать показатели дискриминации и соответственно на них реагировать;
  • способность дифференцированно и правильно давать оценку действительности;
  • умение по отношению к себе проявлять любовь, теплоту и заботу и признавать свою сексуальную притягательность.

Но самое главное, что должен сделать психотерапевт, который работает с провокативными методами, это сделать имеющуюся проблему абсурдной, и вместе с пациентом посмеяться над ней, тем самым сломав сложившиеся стереотипы в поведении клиента.

Применение провокативной психотерапии

Провокативная психотерапия активно используется в современной психотерапевтической практике, в том числе и работая с наиболее серьезными случаями. Так, провокативная психотерапия применяется в терапии:

  • разного рода неврозов;
  • расстройств депрессивного качества;
  • расстройств психосоматического спектра;
  • нервно-психических перенапряжений.

Кроме этого, обширное использование провокативная психотерапевтическая методика нашла:

  • в психотерапии семьи при нарушении семейных элементов интеграции;
  • в психотерапевтической деятельности с детьми, которые показывают высокие характеристики негативизма;
  • в области бизнеса при разрешении ситуаций конфликта, при принятии актуальных решений и в мозговом штурме;
  • в психотерапии, которая обращена на самоактуализацию и самопознание личности.

Данный метод может привести к значительным положительным изменениям:

  • ликвидация отрицательных психических симптомов;
  • повышение самооценки пациента;
  • коррекции отношения пациента к другим людям;
  • активизации креативности и творческих способностей личности;
  • решению ряда экзистенциальных трудностей и проблем пациента: «Человек начинает понимать, что действительно жизнь стоит того, чтобы ее прожить!»

Таким образом, провокативная психотерапия ‒ это методика, которая сориентирована на изменение эмоционального состояния пациента, разрушение сконцентрированной агрессии, получение абсолютно нового опыта поведения и умение осуществлять диалог с чувством защищенности.

FunThinkers: Френк Фарелли/Frank Farrelly — смех и провокация в терапии

«Френк Фарелли – американский психотерапевт, создатель уникального направления – провокативной терапии. Сегодня он живой классик мира психотерапии, и в то же время – один из создателей коучинга. Он был “благословлен” и начинал свою работу у Карла Роджерса. Он получил международное признание как автор книг и публикаций, проводивший мастерские и семинары во многих странах мира, на которые собираются залы до тысячи человек. “То, что происходит на его сеансах, каждый из которых длится не более 20 минут, каждый воспринимает по-своему: юмор, гротеск, провокация, виртуозный гипноз, тончайшие интервенции, а порой и откровенное хамство. Диалог мастера чем-то напоминает блестящие цирковые трюки, стрельбу по мишеням на высокой скорости” Портал «Психологос»

Фарелли о провокативной терапии:
«В Древнем Риме, когда хотели канонизировать какого-либо праведника, собирался совет, и кому-то приходилось играть такую роль, выискивая и раздувая всевозможные грехи в его жизни. Так и в провокативной терапии: врач, понарошку соглашаясь с мрачными и фаталистическими ожиданиями пациента, искушает его продолжать исповедовать пораженческую психологию».

«Делая основной упор на самоутверждении, самооценке и на реальной защите провокационная терапия прекрасно помогает клиентам, которые «влачили жалкое существование» или же тем, кто стали настоящими дверными ковриками для других. Общаясь с терапевтом, клиенты учатся не «быть тряпками», а оказывать сопротивление тем, кто пытается влиять на них».

С чего началась провокативная терапия?
«Это произошло во время 91-го сеанса с каким-то шизофреником, когда я уже был готов все бросить. Как и большинство психотерапевтов, я занимался «накачиванием» самооценки. Что обычно говорит клиент? Он говорит, что он ничего не стоит, что вся его жизнь полное дерьмо. Психотерапевт, как правило, пытается убедить его в обратном, и этот процесс сродни надуванию воздушных шариков. На том сеансе я сказал своему пациенту: ладно, я сдаюсь, ты действительно ужасный, безнадежный и никчемный. Давай не будем тратить время, отныне я буду во всем соглашаться с тобой. Я говорил с ним очень живо — примерно так я общаюсь с друзьями. И вот уже через минуту он начал протестовать. Я продолжал дразнить его, а он краснел и посмеивался. Он оживал у меня на глазах, и это было как воскрешение из мертвых».

Случай из практики
«Фарелли заключил пари относительно больной, которая полгода находилась в кататоническом (полностью неподвижном) состоянии. За 6 м-цев не произнесла ни слова, сколько врачи с ней не бились. Френк подозревал, что у нее просто нет мотивации для выхода из этого состояния, и поспорил с приятелем на 2 доллара, что через неделю женщина заговорит.
«Она относилась к нам как к мебели, совсем не признавала нашего существования, — пишет психотерапевт. – Раз так, я тоже буду относиться к ней, как к мебели».
Он выбрал сотрудников потяжелее и подбил их на авантюру. Они стали садиться к пациентке на колени по несколько раз в день. Мебель – значит, мебель.
На 4-й раз больная сделала слабую попытку отпихнуть сидящего.
«Она заговорит как миленькая», — был уверен Фарелли.
На шестой раз женщина рассмеялась, крепко толкнув одного из ребят в спину. Затем открыла рот и провозгласила: «Убирайтесь с моих колен к чертовой матери!»» (с) отсюда

«ФАКТОРЫ ФАРЕЛЛИ»: некоторые поведенческие, стратегические и ментальные паттерны, которые используются в провокативной терапии для того, чтобы вызывать конфузионный транс — ситуацию ступора, которая с большим трудом поддается «перевариванию».

«Бери больше, кидай дальше!
У вас проблема? Да вы что, ведь лучше и быть ничего не может! Поощряйте проблемное поведение, мысли и настроения, описывая абсурдные преимущества (или не менее абсурдные возможные потери от изменения) или преувеличивайте способность клиента справиться с ними»
Сюрреалистические решения.
Предлагайте клиенту абсурдные, нелогичные, сюрреалистические, в стиле Дали, решения его проблем. Неважно, насколько абсурдные. Мужчине, с головой погруженному в жалость к себе: «Купите инвалидное кресло. Hе надо тратить энергию на ходьбу! Можно приделать к креслу громкоговоритель с магнитофоном. Он будет объявлять: «Дорогу! Дорогу! Идет Страдалец Года!»
Абсурдные объяснения.
«У меня проблемы, я не могу испытывать сильных эмоций.» «А вы откуда родом?» «Из Фрисландии. [одна из провинций Hидерландов]» «А, так вон оно что! Там гор совсем нет, ветра сильные, они из фризцев все эмоции выдувают! Это культурно-генетический фактор. Мои исследования показывают, что у 86 процентов фризцев вообще нет эмоций!»
Преуменьшайте размеры проблемы по отношению к общему состоянию клиента.
Возьмите достоинство, которым клиент действительно обладает (положение в обществе, физическую привлекательность, интеллектуальный уровень и т.д.) Затем объявите, что для человека, обладающего таким достоинством, заявленная проблема абсолютно не имеет значения. «Hу и что, что вас никто не любит? При вашем положении в обществе вам вообще не нужно, чтобы вас кто-нибудь любил!»
Перекладывайте вину с клиента на обстоятельства и обратно.
Если клиент обвиняет в своих проблемах жизнь, обстоятельства, общество и т.п., обвиняйте клиента. Если же клиент винит себя, бомбардируйте обвинениями обстоятельства. Если клиент изменяет позицию, меняйте свою, всегда оставаясь на противоположной стороне. Обращаясь к бизнес-консультанту, который жаловался на то, что не может в достаточной степени сосредоточиться на нуждах клиентов: «Вот в этом и заключаются в наше время проблемы бизнеса! Если бы только эти проклятые клиенты не вмешивались, дела бы шли куда более гладко.»
Драматизируйте свои выдумки.
Когда вы рассказываете об абсурдных решениях проблемы, или других абсурдных аспектах ситуации клиента, разыграйте небольшое представление. Hе просто рассказывайте, но показывайте, исполняйте роли. Постарайтесь придумать побольше деталей» (с) отсюда

Мини-фрагменты из открытых сессий Фарелли
«Несите тело на сессию, пока оно еще теплое…»

«Клиент: у меня есть проблема…
Фарелли: Это хорошо! Каждый мужчина должен иметь хотя бы одну, чтобы сфокусировать свою энергию на ней. Чтобы у тебя может быть была цель.
Клиент: Да я потратил два года уже
Фарелли: Два года??? Избегая этой проблемы? Или ты с ней сражался?
Клиент: Нет, я думаю, я побеждаю!
Фарелли: Ты побеждаешь???
Клиент: Да, осталось чуть-чуть спровоцировать
Фарелли: Кто должен спровоцировать?
Клиент: Вы.
Фарелли: Я??? А ты мне даешь супервизию как работать с мужчиной, который не смог решить проблему за два года? Знаешь, это просто смешно! Ты бы стал слушать человека, который что-то не мог сделать в течении двух лет? Муа-ха-ха! решить проблему… «

«Клиент: Я, думаю, умру раньше, чем меня разобьёт паралич.
Фарелли: Ой, многие люди так думали — но у них не получилось. Знаешь, столько овощей, в которых мы поддерживаем жизнь».

«Фарелли: Кто руководит твоей жизнью?
Клиент: Я
Фарелли: Я только хотел сказать тебе, чтобы ты не говорил, что ты».

Отрывки из книги «Провокативная терапия» Ф. Фарелли

Провокационная терапия Фрэнка Фаррелли

Включите заднюю часть

Я наткнулся на эту книгу, читая статью об интеграции юмора в психотерапию (Dinu, 2014). Конечно, я должен был читать о схемах и когнитивных сценариях в кинематографическом контексте, но это привлекло мое внимание. Еще одно напоминание не полениться и всегда проверять ссылки!

Спровоцировать клиента? Как мы посмели? Разве не следует бесконечно баловать клиента, как младенца, в то время как терапевт утомительно просматривает сценарии, не решаясь слишком раскачивать лодку

Включите заднюю передачу

Я наткнулся на эту книгу, читая статью об интеграции юмора в психотерапия (Дину, 2014).Конечно, я должен был читать о схемах и когнитивных сценариях в кинематографическом контексте, но это привлекло мое внимание. Еще одно напоминание не полениться и всегда проверять ссылки!

Спровоцировать клиента? Как мы посмели? Разве не следует бесконечно баловать клиента, как младенца, в то время как терапевт утомительно просматривает сценарии, не решаясь слишком сильно раскачивать лодку? (предупреждение о спойлере: НЕТ! ДЕЛАЙТЕ ПРАВИЛЬНО ИЛИ ПОМОГИТЕ МНЕ БОГУ! (нескромно признает, что это тоже личный девиз).Как я и подозревал, оказывается, что такой апатичный подход часто может не давать результатов. Книга
F.F не только невероятно забавна, она показывает нам, что большинство пациентов — это хорошо построенные корабли, которые могут выдерживать самые ужасные штормы, но мы обращаемся с ними как с лодками в пруду. Используя преувеличение, мимику, насмешки, искажения, сарказм, иронию и шутки, терапевт-провокатор «пытается спровоцировать как положительные, так и отрицательные аффективные переживания, чтобы побудить клиента к определенным типам поведения:
(1). ) Подтверждать самооценку как вербально, так и поведенчески
(2) Правильно заявить о себе как при выполнении задания, так и в отношениях
(3) Реалистично защищаться
(4) Провести психосоциальное тестирование реальности и научиться распознаванию, необходимому для реагирования адаптивно.
(5) Принятие участия в рискованном поведении в личных отношениях — выражение привязанности и уязвимости с непосредственностью, поскольку они подлинно пережиты.
«

Быть« настоящим »с пациентом и переходить к мелочам и жесткости, говорить как настоящий человек подтверждает его самооценку и показывает, что терапевт достаточно замешан, чтобы не подавать ему то же самое старое блюдо. претенциозная болтовня психотерапевта должна засучить рукава и слезть со своих «голубых высот любимых абстракций».
Одна вещь, которая застряла, заключается в том, что психотерапия не спасает людей, люди спасают людей. Я тоже думаю, что если вы используете «схему», она может быстро потерпеть неудачу. Хороший терапевт может сказать: «Схема не работает, пора переосмыслить мой план», а плохой — «О, значит, пациент неисправим». Я также устал от высокой отдачи современных фиксированных терапевтических обещаний, поэтому, просто отклонившись от нормативного контекста, П.Т. — это жемчужина, потому что нет лучшего способа лучше понять что-то в глубине, чем узнать, что можно сказать против этого.
Нельзя сказать, что самый большой вывод от P.T. это именно то, что пациента можно улучшить и изменить. Как сказал Замятин, «человек как роман: до самой последней страницы не знаешь, чем он закончится. Иначе и читать не стоило бы». «Какая же это была чертовски классная книга.

Провокационная терапия: убить или вылечить!

Провокационная терапия переворачивает все общепринятые представления о терапии с ног на голову. Это терапия, в которой терапевт высмеивает проблемы клиента, раздувает их до безумия и предлагает сумасшедшие и сюрреалистические решения, которые, казалось бы, нереальны.Так почему же это кажется эффективным?

Провокационная терапия переворачивает все общепринятые представления о терапии с ног на голову. Это терапия, в которой терапевт высмеивает проблемы клиента, раздувает их до безумия и предлагает сумасшедшие и сюрреалистические решения, которые, казалось бы, нереальны. Безусловно, все дело в нестандартном мышлении! Однако при использовании в качестве осознанной техники, на которую клиент соглашается, кажется, что она довольно эффективна. Как придешь?

Идея состоит в том, что терапевт играет «адвоката дьявола», поддерживая «проблему» клиента или, скорее, его часть, которая амбивалентно относится к изменениям, к борьбе или избавлению от проблемы, чтобы разбудить здоровых часть человека.На веб-сайте British Provocative Therapy представлены тематические исследования (хотя, к сожалению, не записи!) С участием клиентов с тревогой, паническими атаками и психосоматическими жалобами, хотя трудно представить, как этот метод поможет, скажем, человеку, страдающему от утраты, и воодушевит его. суицидальный клиент продолжать и делать это, потому что он бесполезен, тоже не лучшая идея.

Идея состоит в том, чтобы вызвать определенные неактивные ресурсы в клиенте. Их пять: подтверждение самооценки, адекватное самоутверждение, способность реалистично защищать себя, способность воспринимать реальность по-разному, а не полагаться на глобальные обобщения о мире, и способность выражать привязанность и уязвимость в личных отношениях.Все они об эффективном «функционировании», не больше и не меньше. Психотерапевт извлекает эти ресурсы с помощью различных стратегий, в первую очередь с юмором.

Попробуйте онлайн-консультирование: найдите личный контакт

На самом деле у меня была мотивация заняться провокационной терапией по просьбе клиента. Он искал не понимания или сочувствия, а огромного толчка, который позволил бы ему освободиться от укоренившихся шаблонов, которые он мог видеть насквозь и от которых был сильно устал.

Предлагается, чтобы этот подход был особенно эффективным для клиентов «стойких» или «да, но» и рекомендован терапевтам, которые не могут «заставить процесс двигаться», которые чувствуют, что на каждом шагу натыкаются на кирпичные стены.

Provocative Therapy — это детище Фрэнка Фаррелли, терапевта, который работал с основателем личностно-ориентированной терапии Карлом Роджерсом в 1950-х годах в рамках программы стационарной терапии и, не удовлетворенный результатами, полученными его клиентами, начал разрабатывать другой подход. , больше в соответствии с его личностью.

Мое первое впечатление, прочитав немного о подходе (я не эксперт!), Было то, что форма краткосрочной терапии, ищущая ресурсы в клиенте, а не уделяя время и энергию «проблеме», теперь стала скорее распространенным способом. работы, хотя потребуется время, чтобы стереотип пациента, глядящего на пупок, годами лежал на кушетке, «обнаруживая себя», исчез.

Другая вещь, которая поразила меня, заключалась в том, что теоретический «контраст» между Фаррелли и Роджерсом в 1950-х годах — один нарушал «правила» или ограничения терапии, а другой был полностью скромен и бесконечно ждал, пока клиент продвинется в своем развитии. по своему усмотрению и в своем собственном темпе (даже если они сами сходят с ума, желая, чтобы им помогли двигаться вперед) — больше не выдерживает, если вообще когда-либо.

Терапия, ориентированная на клиента, превратилась в терапию, ориентированную на человека, основанную на личности клиента, а также на личности терапевта, который в рамках очевидных этических принципов может свободно использовать себя как можно более искренне для служения клиент.Другие терапевтические ориентации также все больше и больше отдаляются от идеи терапевта как пустого экрана, испускающего предсказуемые вмешательства, и больше в сторону индивидуальных, творческих и в некотором смысле личных ответов терапевтов. Мне часто приходилось смеяться с клиентами и создавать абсурдные метафоры и образы, сотрудничать с их различными сторонами, давать им голоса, имена, высмеивать тех, кто создает проблемы. Это происходит естественно.

Чувство свободы может опьянять.Пока отношения являются совместными (а провокационная терапия с самого начала выбирает группу клиентов, которые специально подписываются на нее), может быть прекрасным чувством не откладывать эти всепоглощающие проблемы, не уделять им серьезного внимания, которого они требуют. — даже не уважать их! В конце концов, зачем прислушиваться к тому голосу в своей голове, который постоянно говорит вам, что вы хуже, чем все остальные, или что вы потеряете сознание без видимой причины, или что вы никогда не сможете быть счастливыми? Опыт возможности поиграть с материалом в своей жизни, в самом себе, может быть действительно вдохновляющим, а также снимает напряжение, связанное с необходимостью думать о правильном решении .Может, вместо этого подойдет совершенно сумасшедший! Может быть, просто переместив ваше внимание, почувствовав, что напряжение исчезает, просто физический акт смеха с кем-то еще сломает этот шаблон.

Это мой опыт, относящийся к теории, которую я прочитал. Практика выглядит немного иначе — и меня беспокоит возможность разницы во власти и последствия для эго терапевта. Но, честно говоря, эти вещи могут пойти не так, как надо в любой форме терапии. В конце концов, клиент где-то знает, если он может добраться до этого, что ему нужно.И хотя некоторым нужно удерживать пространство, другим просто нужно сбросить это напряжение — они в глубине души знают, что могут просто остановить это .

Итак, тематические исследования сообщают нам, что панические атаки могут быть устранены, если держать швабру в машине (но только если вы мужчина и шотландец), что женщины с навязчивыми привычками уборки могут найти более расслабленное отношение к уборке, если им скажут Какое замечательное дело они делают и как их работа, в конце концов, состоит в том, чтобы служить своим мужьям всеми возможными способами, и что придумывание еще более грубых наихудших сценариев для людей с СРК может полностью устранить их симптомы!

Жюри отсутствует … есть комментарии?

Выявление самоутверждения с помощью провокационной терапии

Фрэнк Фаррелли — создатель провокационной терапии

Описан одним из его клиентов как:

Самый добрый, самый понимающий мужчина, которого я когда-либо встречал в своей жизни, окутанный самым большим сукиным сыном, которого я когда-либо встречал.

Фрэнк Фаррелли — Live in New York 2006 (2 mins)


Отрывки из «Провокационной терапии» Фрэнка Фаррелли и Джеффа Брандсма, 1974 г.

рассказывает о приключенческом, теплом и юмористическом путешествии, предпринятом Фаррелли в его весьма успешных поисках инструментов … Эти инструменты были созданы на основе более чем 20-летнего опыта работы как с традиционными заядлыми пациентами, находящимися в лечебных учреждениях, так и с клиентами в частной практике.

Выдержка 1:

T (С отвращением): Ну, я понимаю, о чем вы говорите. О Господи! Никто, кроме сексуального маньяка, не мог выйти на улицу с такой девушкой, как ты, с большими ступнями, толстыми лодыжками, выпуклыми икрами, кривоногими…
Pt (нервно смеется): Нет, я упал.
T (раздраженным тоном отвращения): Хорошо, хорошо, у вас толстые бедра, обвисшие ягодицы, выпирающий живот, толстая талия, плоская грудь, широкие плечи, фонарная челюсть, уши-кувшины, выпуклый нос, пушистые брови, два маленьких поросенка и волосы, похожие на заброшенное крысиное гнездо.Но я скажу тебе одну вещь: твои зубы, конечно, хорошо выглядят.
Pt (взрывной смех): Они лживые!
( T и Pt растворяются в смехе)

С относительной быстротой она изменила свой тридцатилетний личный миф о своей привлекательности.

Выдержка 2:

T (Невероятно): Вы, должно быть, сексуальный маньяк. Как часто вы занимаетесь сексом?
Pt (бормотание): Три раза в неделю в течение последних 14 лет.
T (Пауза, производит некоторые вычисления): Ну, это почти 2200 винтов за последние 14 лет. Сколько у вас было оргазмов?
Pt (Мрачно): Пятерка!
T (неожиданно): Пять? Откуда вы знаете?
Pt (снова с уверенностью): Потому что я их пересчитал.
T (Еще вопрос): Конечно?
Pt (твердо): Обязательно!
T (Посмеиваясь в сторону персонала): Это довольно тонкий график подкрепления, как сказали бы операторы кондиционирования. (Группа штатных наблюдателей в комнате рассмеялась вместе с пациентом и терапевтом).

Я опросил их обоих и сразу же начал с резюмирования первой части предыдущего интервью для него, а затем заявил, что мы наконец обнаружили причину депрессии его жены, которая спровоцировала ее три госпитализации.

Ее муж спросил, что это могло быть, и терапевт ответил (мрачно и с отвращением): «Дело в том, что у нее много грязных, сексуальных чувств, мыслей и желаний по отношению к вам, которые она чувствует себя неспособным выразить.”

Муж сразу же наклонился вперед на своем стуле, ухмыльнулся и, переводя взгляд с жены на терапевта, сказал: «О да? Хорошо, да? » Терапевт рассмеялся, муж смеялся, наблюдатели смеялись, и даже пациентка, яростно краснея и стыдливо склонив голову, смеялась вопреки самой себе.

Затем терапевт сказал мужу, что он называет ее случаем «Миссис. Абсолютный ноль », потому что она была « выше фригидности » с ее скоростью оргазма — пять за четырнадцать лет и 2200 половых сношений.

T (мужу): Вы бы почувствовали отвращение к ней и вырвало бы все ее тело, если бы она помогала вам довести ее до оргазма?
(Муж, у которого к этому времени почти текли слюни, убедительно заверил ее, что это «хорошо, очень хорошо с ним» . Муж спросил, может ли она поехать на дом. Терапевт согласился на это с врачом. при условии, что она выполняет «домашних заданий» .)
Муж и жена (одновременно): Что?
T (прямо): Я хочу, чтобы вы сделали три вещи: 1.Блядь! 2. Бля! 3. Бля! У тебя есть четыре дня на это, и увидимся вечером в понедельник.

В следующий понедельник пациентку и ее мужа видели вместе с наблюдателями. Вкратце, она сравнялась с частотой последних 14 лет за 4 дня и испытала 5 оргазмов за 7 половых актов.

Выдержка 3:

Провокационный терапевт пытается спровоцировать клиента на пять различных типов поведения:

1) подтверждать свою значимость как словесно, так и поведенчески;
2) заявить о себе соответствующим образом;
3) реалистично защищаться;
4) научиться различать, чтобы реагировать соответствующим образом;
5) рисковать во взаимоотношениях.

На первом собеседовании клиента резко провоцируют на серию переживаний, которые, как правило, оставляют его удивленным, недоверчивым, неуверенным и даже временами возмущенным. Он переживает явное столкновение систем ожидания; его ожидания относительно роли терапевта не только не подтверждаются, но и почти полностью меняются. Обычно он реагирует такими заявлениями, как: «Какой вы терапевт? Я никогда не слышал, чтобы кто-то говорил так, как ты. Для него также характерна тенденция удивляться и удивляться интенсивности некоторых из его собственных реакций, когда терапевт-провокатор быстро обходит его защитные установки и преуспевает в том, чтобы спровоцировать его на немедленное аффективное переживание.Его вновь обретенная спонтанность, как следствие, имеет неопределенность

.

Несмотря на все вышеизложенные реакции, клиент почти всегда заинтригован подходом терапевта к его проблеме.

(1) «Здесь что-то случилось, и быстро». Клиенты склонны чувствовать, что провокационный терапевт немедленно затрагивает некоторые очень реальные проблемы на уровне кишечника, и, хотя они провоцируют тревогу, клиенты также воспринимают это как глубокую поддержку и облегчение.

(2) «Мне не нравится то, что вы говорите, но я скажу это за вас, мне не нужно сидеть сложа руки и гадать, что вы думаете обо мне, как я поступил со своим другим терапевтом.”

(3) «Я обнаружил, что могу крутить других терапевтов вокруг своего мизинца, легко смущать их и заставлять краснеть. Я не могу запугать тебя — и это хорошо. И когда я прихожу сюда и пытаюсь смутить вас всем тем, что я сделал в сексуальном плане, вы не смущаетесь; ты заставляешь меня краснеть от твоих ответов! И ты знаешь, это хорошо — ты и Хэнк (ее парень) — единственные, кого я нашла, которых я не умею прыгать через обручи «.

(4) «Вы всегда точно говорите, что я думаю и чувствую по отношению к себе» и «Вы, должно быть, говорили с моей семьей — именно так они меня видят.”

(5) «Конечно! Это первый раз, когда я был центральным объектом действительно забавного шоу! »

Выдержка 4:

Q: Откуда вы знаете, что именно вы стали причиной изменений в клиенте?

A: Не знаю. Не уверен — я никогда не был в этом уверен. Еще один момент, который следует здесь учитывать, заключается в том, что мы имеем дело не с метафизическими определениями в терапии, а с вероятностями, и вероятности таковы, что если он думает, что он изменился, и я думаю, что он изменился, и если значимые другие (семья, коллеги и т. Д.)) думаю, что он изменился, и если он оплачивает мой счет, то свидетельства говорят о том, что клиент изменился.

Q: Как вам удается не говорить то, что вы говорите клиентам?

A: Потому что в основном это правда. Я не говорю им ничего такого, что они либо еще не сказали себе, либо это не является родственником того, что они уже сказали себе, либо это то, что, по их мнению, другие люди думают или чувствуют по отношению к ним, или, наконец, то, что им уже сказали другие люди.Так что, когда я говорю эти вещи клиентам на терапии, это звучит для них как старая домашняя неделя, а не так поразительно ново или чрезвычайно противоречиво, как могло бы показаться стороннему наблюдателю, который наблюдает за терапией или читает стенограмму.

Q: Почему в провокационной терапии делается упор на настоящее?

A: Потому что на самом деле настоящее — это все, с чем нам приходится иметь дело. Клиенты не пытаются разрешить прошлые конфликтные ситуации, такие как эдиповы комплексы.Теперь они зациклены на своих чувствах, например, об авторитете и своих чувствах к противоположному полу. И я полностью согласен с Эллисом в том, что именно текущий разговор с самим собой, в который вовлечены клиенты, помогает решить их проблемы. Терапевт-провокатор будет использовать прошлое клиента, чтобы указать, как они развили свои нелепые отношения и поведение, или просто продемонстрировать, как долго клиент терпит поражение. И он также часто будет использовать будущее, чтобы запускать различные сценарии мимо клиента, дикие, неправдоподобные темы, основанные на текущем отношении и поведении клиента, чтобы спровоцировать «Ух!» реакции клиента, чтобы привлечь его внимание к вероятным последствиям его нынешних идиотских идей и дурацкого поведения.

Q: Вы, кажется, говорите, что если бы у вас было достаточно техник, вы могли бы почти всех вылечить.

A: В некотором смысле я действительно в это верю. Это вполне может быть правдой. Техники имеют решающее значение, потому что они операционализируют и реализуют установки терапевта; в противном случае вы можете оказаться просто озабоченными, но неумелыми. Более того, мы хотим подробно описать техники, потому что многие книги по терапии подробно описывают философскую позицию терапевта, но чертовски мало говорят о том, что он на самом деле делает.Однако мы не хотим создавать иллюзию, что техника — это все. Оно должно вытекать из того, кем вы являетесь, или из вашего аспекта.


Фрэнк Фаррелли 2009 (7 минут)


Ник Кемп — Демонстрация Provocative Change Works ™ от AMT 2010 (7 минут) Шлифовальный станок для зубов


П.С. Для просмотра связанных страниц:


П.С. Чтобы получать сообщения о новых страницах по электронной почте:


стр.S. Чтобы узнать обо всем на этой странице:

Фрэнк Фаррелли Джефф Брандсма Провокационная терапия OCR PDF Формат PDF | PDF | Психотерапия

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 8 по 11 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 15 по 22 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 32 по 35 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 46 по 56 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 62 по 71 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 77 по 99 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы со 107 по 112 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 116 по 129 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 134 по 139 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 143 по 154 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 166 по 178 не показаны в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Page 183 не отображается в этом предварительном просмотре.

Вы читаете бесплатный превью
Страницы с 195 по 229 не показаны в этом предварительном просмотре.

Фаррелли, Фрэнк

Американский социальный работник, психотерапевт и основатель провокационной терапии.

Фрэнк Фаррелли (1931-2013) родился в Мэдисоне, штат Висконсин. После получения степени магистра клинической социальной работы в Католическом университете Америки в Вашингтоне, округ Колумбия, он начал свою карьеру терапевтом в психиатрической больнице Мендота в Мэдисоне, где работал с психиатрическими пациентами, и вскоре разработал свой собственный терапевтический подход: провокационная терапия. . С 1960 по 1963 год Фаррелли вёл частную практику психотерапевта в Мэдисоне, штат Висконсин. Он лечил пациентов с диагнозом шизофрения, а также наркоманов, пациентов с тяжелой депрессией или криминалом, и уделял особое внимание якобы «безнадежным случаям».

«Провокационная терапия» Фаррелли (1974: 175 и сл.) Прежде всего направлена ​​на то, чтобы побудить пациентов разрабатывать свои собственные индивидуальные подходы к поиску решений с помощью преднамеренно провокационных, а также юмористических терапевтических приемов. Хотя не существует стандартизированной терапевтической последовательности, Фаррелли указывает на сходство с точки зрения отправных точек: на ранней стадии вмешательства провокационный терапевт противостоит [или: бросает вызов] пациентам в основных областях их психического опыта, предоставляя стимулы, вызывающие страх. но также предлагают глубокое чувство поддержки.

Помимо работы терапевтом, Фаррелли также был профессором университета, например, в Университете Висконсина, где он преподавал клиническую социальную работу.

Литература

Людвиг, А. М., Фаррелли, Ф. (1967): Оружие безумия. Американский журнал психотерапии 21, (4), стр. 737-749.

Фаррелли Ф., Брандсма Дж. (1974): Провокационная терапия. Купертино: Мета.

Фаррелли Ф., Линч М. (1987): Юмор в провокационной терапии.В: W. F. Fry, W. A. ​​Salameh (ред.): Справочник по юмору и психотерапии. Сарасота: Обмен профессиональными ресурсами, стр. 81-106.

Фаррелли, Ф., С. Мэтьюз (1983): провокационная терапия. В: Р. Дж. Корсини (ред.): Handbuch der Psychotherapie. Vol. 2. Weinheim: Beltz, стр. 956-977.

Робин Папе

Формат ссылки
Robin Pape (2015): Фаррелли, Фрэнк.
В: Биографический архив психиатрии.
URL: biapsy.de/index.php/en/9-biographien-a-z/79-farrelly-frank-e
(дата обращения: 19.08.2021)

Провокационная терапия — как эффективно использовать ее с клиентами

Провокационная терапия включает в себя использование доброго юмора, чтобы осветить тени, осветить слона в комнате и помочь людям подвергнуть сомнению свои собственные предположения — таким образом, чтобы интуитивно понятный, впечатляющий и запоминающийся.

Психотерапевт часто играет адвоката дьявола, используя сюрреалистические образы и инсценировку, чтобы высмеивать мышление клиента, что позволяет клиенту видеть собственные модели со стороны.

Это активирует психологическую иммунную систему клиента, позволяя им иммунизироваться от таких бесполезных моделей мышления (и моделей поведения) в будущем.

Узнайте больше в этом видео…

Если вы хотите получить более глубокое понимание того, как этот подход может быть использован, чтобы спровоцировать быстрые изменения, я создал подробную аннотированную расшифровку одной из записей Ника Кемпа. Сессии Provocative Change Works:

Ник Кемп — Сессия с Лорой — Аннотированная стенограмма.pdf

О Фрэнке Фаррелли

На протяжении своей жизни Фрэнк Фаррелли создал радикально новую модель терапии.

Он был чрезвычайно опытным клиницистом, регулярно лечил людей, которые были помещены в лечебные учреждения в течение многих лет. С помощью методов, которые он открыл, он добился результатов там, где другие потерпели неудачу.

Подход Фрэнка вышел за рамки обычных терапевтических приемов. Он часто брал боковую дверь, чтобы проникнуть во все укромные уголки проблемы клиента, подходя к ней под неожиданным углом.

Он использовал тепло и остроумие, чтобы спровоцировать клиента использовать свои собственные способности решать проблемы, подвергнуть сомнению свои собственные обобщения и уверенно заявить о себе.

Вы можете узнать больше о работе Фрэнка на ProvocativeTherapy.com.

О Нике Кемпе

Фрэнк активно наставлял Ника Кемпа. Фрэнк очень хвалил работу Ника, и Фрэнк завещал весь свой архив видео и аудиозаписей провокационной терапии Нику после его смерти.

Модель Ника — «Провокационные изменения работают» — ломает модели провокационной терапии и делает их доступными для обучения (чего сам Фрэнк никогда не делал).

Ник работал с тысячами клиентов, и его модель тщательно протестирована в реальных условиях.

Он учит, как обучать клиента в начале сеанса, как включить гипноз и исследование метафор, как структурировать записи клиента и как принимать различные «провокационные позиции» с клиентами, чтобы спровоцировать быстрые изменения.

Вы можете узнать больше о PCW на ProvocativeChangeWorks.com.

Провокационная терапия и провокационные работы по изменению — это подходы, которые я использую на своих собственных сеансах. Если вы хотите испытать этот способ работы на себе, вы можете связаться со мной здесь.

Мои мысли о провокационном коучинге

Исследование Кэтлин Веллинга-Супрата
(Creative Life Coach, США)

Провоцирование клиента на перемены: да или нет?

В провокационной терапии вы играете с клиентом в адвоката дьявола.Это похоже на нежное подшучивание близких друзей. — Фрэнк Фаррелли

Возможно, это был мой слегка бунтарский характер, та часть моего существа, которая резонирует с поговоркой: «Хорошо себя ведущие женщины редко творят историю», что подтолкнуло меня к поиску в Google альтернативных подходов к традиционному коучингу. Будучи честолюбивым выпускником Международной академии коучинга (ICA), я погрузился в Кодексы, этику и мораль Международной федерации коучинга (ICF), организации, которая регулирует профессию коучинга, и я чувствовал себя очень ошеломленным.Так много аспектов, о которых нужно подумать и интегрировать в мой стиль коучинга, который — до ICA — состоял в основном из инстинктивного коучинга любого, кто подходил к моему кухонному столу, так сказать, обдумывая жизненные вопросы. Я уже начал естественным образом интегрировать все, что я уже изучил в программе ICA, в свое представление о том, как я хотел бы тренироваться. Ценные знания, полученные в результате моего обучения, значительно расширили мой репертуар коучинговых навыков и позволили лучше понять процесс коучинга.

Однако, когда я начал тренировать клиентов (как внутренних, так и внешних) в соответствии с руководящими принципами ICF, я начал чувствовать, что моя спонтанность, мое творчество, мое желание вдохновлять клиентов были потеряны из-за необходимости придерживаться этой довольно строгой формы профессионального коучинга. . Руководящие принципы казались ограничивающими и ограничивающими. Я спотыкался о своих словах, чтобы задавать открытые вопросы. Я был разочарован тем, что не смог дать более прямой совет, сказать то, о чем на самом деле думал.Даже когда в сеанс добавлялась легкость, казалось, что его подвергают цензуре, контролю. Я встречал клиентов, которые даже с самыми важными вопросами и самым активным слушанием, которое я мог предложить, не могли двигаться вперед. Неужели традиционный стиль коучинга подвел нас обоих? Или я был один, подводя своих клиентов?

Это был случай для доктора Google. Мне нужно было знать, является ли традиционный коучинг, или, скорее, коучинг согласно руководящим принципам ICF, другом или врагом тому, что я всегда представлял, что принесу своим клиентам: не отфильтрованный опыт бесстрашной, интересной, страстной, творческой женщины, у которой есть заново изобретала себя снова и снова.Теперь я был сосредоточен на том, чтобы найти лучший способ поддержать других в их путешествии. Я осознал, что в коучинге мне больше всего нравится концепция, согласно которой у всех нас — у каждого из наших клиентов — всегда есть ответ. Искусство коучинга — это способность снимать слои один за другим, чтобы добраться до «золота», того, что я называю «волшебной зоной», где возможно все. Эти слои могут быть ограничивающими убеждениями, страхами, неуверенностью, посторонними голосами и — если мы признаем, что мы люди — у всех нас есть эти слои.В своей жизни я встречал и продолжал встречаться с трудностями с ожесточением, решимостью и — после прохождения каждого уровня — с отношением типа «Нет большого дела». Итак, слыша, как клиенты возвращаются к одним и тем же вопросам сессию за сессией, с небольшим осязаемым признанием прогресса или мотивацией к глубокой работе, я жаждал узнать, как лучше всего встряхнуть наши сессии таким образом, чтобы это лучше всего послужило этим клиентам.

После часа поиска в Google каждого мыслимого слова, от «легкости в коучинге» до простого «говорить, как будто это коучинг», я каким-то образом оказался в «Provocative Coaching».Ага! Я думал. Я знал, что не только я думал, что некоторым клиентам действительно нужно время от времени подталкивать в правильном направлении. Но провоцировать клиента… правда?

Провокационный коучинг в значительной степени основан на терапевтических методах, используемых терапевтом / социальным работником Фрэнк Фаррелли (или Фрэнк, как его коллеги и друзья до сих пор ласково называют его спустя два года после смерти), наиболее известный благодаря книге 1974 года «Провокационная терапия». В своей книге Франк определяет провокационную терапию как «попытку спровоцировать клиента на определенные виды реакции».Он продолжает объяснять,

… то, что отличает провокационную терапию от других подходов, — это ее степень непосредственности и использования конфронтации, ее противоречивый и двусмысленный стиль общения, ее систематическое использование как вербальных, так и невербальных сигналов, а также отказ от профессионального достоинства и преднамеренное использование юмора и клоунады .

Хотя Фрэнк Фаррелли, к сожалению, умер в 2013 году, Provocative Therapy жива и здорова с Ником Кемпом и Яапом Холландером, двумя бывшими учениками Фаррелли и близкими коллегами.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *