Интеракция это в социологии: Интеракция | Понятия и категории

ИНТЕРАКЦИЯ — это… Что такое ИНТЕРАКЦИЯ?

  • интеракция — сущ., кол во синонимов: 1 • коммуникация (10) Словарь синонимов ASIS. В.Н. Тришин. 2013 …   Словарь синонимов

  • ИНТЕРАКЦИЯ — англ. interaction; нем. Interaktion. Динамическое взаимодействие и соотношение между двумя или более переменными, когда величина одной переменной влияет на величину других переменных. Antinazi. Энциклопедия социологии, 2009 …   Энциклопедия социологии

  • ИНТЕРАКЦИЯ — (от лат. inter между, посреди и actio действие, деятельность), взаимодействия организмов в биоценозе. Экологический энциклопедический словарь. Кишинев: Главная редакция Молдавской советской энциклопедии. И.И. Дедю. 1989 …   Экологический словарь

  • ИНТЕРАКЦИЯ — ИНТЕРАКЦИЯ. Устный и / или письменный обмен информацией между двумя и более людьми, в ходе которого процессы восприятия и порождения информации могут чередоваться, либо накладываться друг на друга.

    Собеседники часто говорят и слушают одновременно …   Новый словарь методических терминов и понятий (теория и практика обучения языкам)

  • интеракция — взаимодействие, воздействие друг на друга. Словарь практического психолога. М.: АСТ, Харвест. С. Ю. Головин. 1998 …   Большая психологическая энциклопедия

  • Интеракция —   1. Интеракция социальная социальное взаимодействие индивидов;   2. Интеракция речевая речевое взаимодействие индивидов на уровне речи.   «Интеракция» термин символико интеракционистской теории в социологии. Деятельность понимается как… …   Словарь социолингвистических терминов

  • Интеракция — (англ. interaction, лат. inter между и actio деятельность) определяется как взаимодействие, взаимное влияние людей или групп друг на друга. В зап. социальной психологии, базирующейся на концепции американского психолога Дж. Мида, под И.… …   Психология общения. Энциклопедический словарь

  • интеракция — sąveika statusas T sritis Kūno kultūra ir sportas apibrėžtis Dviejų ar daugiau asmenų tarpusavio sąveika, supratimas ir grįžtamasis poveikis. atitikmenys: angl. interaction vok. Interaktion, f rus. интеракция …   Sporto terminų žodynas

  • интеракция — sąveika statusas T sritis Kūno kultūra ir sportas apibrėžtis Sportininko parengtumo (pvz., fizinio, techninio) ir asmenybės ypatybių (fiziologinių, psichologinių) abipusis poveikis organizmo prisitaikymo prie fizinių krūvių bei sportinės kovos… …   Sporto terminų žodynas

  • интеракция — sąveika statusas T sritis Kūno kultūra ir sportas apibrėžtis Sąveika, atsirandanti tarp dviejų arba daugiau sportininkų, jų grupių. Kai kuriose sporto šakose (pvz., sportinių žaidimų, akademinio irklavimo) veiksminga sąveika, pasireiškianti… …   Sporto terminų žodynas

  • Интеракционизм в социальной психологии | Блог 4brain

    «Человек есть продукт своей среды» – утверждает народная мудрость.  А известный мотивационный спикер Джим Рон формулирует эту идею так: «Вы – это среднее из пяти людей, с которыми вы проводите большую часть времени». С этим вряд ли поспоришь, и сегодня этой теме уделяется много внимания в свете создания поддерживающего и вдохновляющего окружения и более стимулирующего общения и результатов жизни.

    Данные идеи вторят основополагающим положениям такого социологического направления как интеракционизм. Эта парадигма зародилась в недрах социологии, но сегодня присутствует как в социальной психологии, так и в ряде других социальных направлений под названием интеракционистской ориентации. Берущий свое начало в конце девятнадцатого столетия, интеракционизм как теоретическое направление и социологический подход активно развивается, расширяется и обогащается его последователями и по сей день.

    Давайте рассмотрим данное направление более детально и разберемся, что представляет собой интеракционизм. В настоящей статье мы познакомим вас с основными фигурами данной теоретической парадигмы, а также ее положениями и теоретическими предпосылками. Мы также раскроем важные аспекты, отличающие интеракционизм от других социологических подходов, и определим ключевые понятия этой области.

    Суть интеракционизма

    Начать, пожалуй, стоит с того, чтобы определить понятие «интеракционизм». Название происходит от слова «интеракция», обозначающее взаимодействие (от англ. interaction), а именно социальное взаимодействие индивидов посредством общения в группе или обществе. В центре внимания оказывается именно процесс взаимодействия и общения, сама социальная интеракция, оказывающая влияние на формирование личности и поведение каждого индивида, участвующего в ней.

    Все социальные процессы и явления, такие как конфликты, сотрудничество или формирование личности, проистекают из человеческого взаимодействия и в огромной степени определяются им. Последователи интеракционизма рассматривают человеческое общество как продукт межличностного взаимодействия и тех значений, которые придаются такому взаимодействию.

    Интеракционистов интересует вопрос, какими средствами и каким образом осуществляется и регулируется весь процесс социальной интеракции. В этой связи становится ключевой тема символов и значений. В понимании интеракционистской модели взаимодействие и общение становятся возможными лишь при наличии партнера по общению, с которым мы взаимодействуем и на кого ориентируемся. В процессе такого осмысленного общения мы создаем различные символы

    , передающие определенные значения и смыслы, которые мы в них вкладываем.

    Так, большой спектр действий, реакций и личных проявлений способен нести смысловую нагрузку и сообщать нашему партнеру по общению о нашем состоянии, отношении, настроении и прочем. Например, улыбка, выражение лица, определенная интонация и свойства голоса, жесты и движения являются такими символами, в которых закладываются некие значения, которыми мы обменивается с собеседником или противной стороной. Такие элементы общения были названы основателем интеракционизма Мидом «значимыми жестами» или «символами».

    Одним из основных направлений внутри интеракционизма является символический интеракционизм, и зачастую, говоря о данном социологическом подходе, имеют в виду именно его символическую разновидность.

    Другие направления в рамках интеракционизма в социальной психологии – это ролевые теории и теории референтной группы. В настоящей статье мы хотим подробно остановиться на первом варианте интеракционистской системы.

    Символический интеракционизм и ключевые фигуры направления

    Символический интеракционизм, как уже было сказано, занимается исследованием «символических коммуникаций» – интеракций с использованием символов и значений, которые создаются ее участниками. Давайте разберем его в больших деталях.

    Родоначальником символического интеракционизма, определившим ведущие принципы, понятия и теоретическую базу этой концепции, является

    Джордж Мид (1863-1931). Этот чикагский социолог разработал теорию, в которой показывал, что человек развивается и обретает свою человеческую природу лишь в социуме, в общении и взаимодействии с другими. При этом важна ориентация на собеседника или партнера по интеракции – для успешной коммуникации человек должен принять мнение другого, принять его роль, то есть, суметь воспринимать объект коммуникации из позиции другого.

    Человеческое общение и интеракция представляют собой обмен символами, которые каждый из участников взаимодействия должен интерпретировать, а также реагировать на них приемлемым образом. Принятие на себя роли другого способствует более эффективной интерпретации символов, вкладываемых значений и намерений другой стороны, а целью интеракции является достижение практических результатов в совместной деятельности.

    Ранее мы рассмотрели примеры символов, которые используются людьми в процессе коммуникации и взаимодействия. Необходимо отметить, что язык является сам по себе важным символическим инструментом, а также первейшим и ведущим фактором человеческой интеракции.

    Сам Мид так писал об использовании символов: «Мы обращаемся к смыслу вещи, когда используем символ. Символы выражают значения тех вещей или объектов, которые имеют значения; они есть части опыта, которые подчеркивают, указывают или представляют другие части опыта, не данные непосредственно в это время и в этой ситуации, которые, благодаря символам, таким образом, представлены и переживаемы… Наборы символов возникают в нашем социальном поведении, в обмене жестами, в контексте языка» (Дж.

    Мид, «Разум, Я и общество» или «Сознание, личность и общество») [G.Mead, Mind, Self and Society, 1934].

    Данный труд Мида является основополагающим для интеракционизма, в нем представлены ключевые положения концепции, которые были впоследствии расширены и развиты другими последователями символического интеракционизма. К примеру, Чарлз Хортон Кули (1864-1929) подчеркивал социальную природу человека, образующуюся в процессе взаимодействия с различными группами других людей, которые оказывают на индивида влияние. В результате формируется его социальная природа, включающая спектр социальных чувств, установок, правил и морально-этических норм, что объединяет человечество и имеет духовное измерение.

    Сам термин «символический интеракционизм» появился только в 1937 году. Его ввел в обиход ученик Джорджа Мида Герберт Блумер (1900-1987), которого тоже называют родоначальником этого направления. Ему принадлежит заслуга дальнейшего развития концепции и разработка важнейших ее постулатов, впервые обозначенных Мидом.

    В частности, Блумер подчеркивал, что значение любого понятия или объекта возникает и посему может быть интерпретировано лишь в социальной интеракции, ведь именно она наделяет данный объект или понятие определенным смыслом, который становится понятным участникам взаимодействия. То есть, «люди интерпретируют или определяют действия друг друга, а не просто реагируют на них». (Герберт Блумер, «Общество как символическая интеракция», 1969).

    Блумер также определил три ведущих теоретических предпосылки символического интеракционизма, три центральные идеи данного подхода:

    1. Люди взаимодействуют друг с другом и оперируют объектами на основе значений, которыми они обладают для них или же которыми наделяются. Под объектами здесь нужно понимать все, с чем человек сталкивается и взаимодействует во внешнем мире, – это и другие индивиды, и группы людей, и социальные институты, а также неодушевленные и физические предметы, абстрактные понятия и идеалы (любовь, свобода, предательство и пр. ), поступки других людей и различные ситуации.
    2. Значения, которыми обладают объекты, не являются установленными или фиксированными, а создаются, изменяются и развиваются в ходе социального взаимодействия, именно в рамках социальной интеракции. Таким образом, значения выступают как продукт интеракции и тесно связаны с ней и ее характером.
    3. Символические значения рождаются, используются и модифицируются в процессе интерпретации людьми объектов и ситуаций окружающего мира. Другими словами, значения – это результат интерпретации, которую мы осуществляем в ходе интеракции и взаимодействия с людьми и внешним миром.

    Такое явление как символическая коммуникация, равно как и язык, отличает человека от животных и в то же время подразумевает, что все наше взаимодействие так или иначе пронизано различными символами и значениями.

    Другие влиятельные фигуры и понятия интеракционизма

    Если ключевые идеи символического интеракционизма были введены двумя главными его теоретиками – Джорджем Мидом и Гербертом Блумером, то в последующем эти идеи и положения были расширены и развиты большим числом социологов и ученых. Среди важных авторов можно называть Ирвинга Гофмана (Эрвина Гоффмана), Талкотта Парсонса, Эверета Хьюза, Ансельма Штрауса и Ральфа Тернера. Также нередко можно услышать имя Макса Вебера; в его работах была сформулирована суть интерактивного подхода к коммуникации.

    Так, в модели Вебера, коммуникативное рождается из интеракции. Именно она позволяет социальному, общественному, и человеческому соединяться и взаимодополнять друг друга во взаимодействии людей. Социальное действие существует в рамках общества и опирается на установленные нормы, роли и ожидаемое поведение участников, и коммуникация возможна лишь при наличии интеракции. Таким образом, человеческое сообщество регулируется и организовано через интеракции, так же, как и социальные связи и социальные институты.

    Как мы указали выше, два других направления помимо символического интеракционизма, которые выделяются в интеракционистской ориентации, – это ролевые теории и теории референтной группы. Давайте рассмотрим их суть вкратце.

    Ролевые теории

    Ролевые теории отталкиваются от понятия «роль», которое использовал Джордж Мид в своих работах, говоря о «принятии роли другого». В понимании Мида это означает уметь поставить себя на место своего собеседника и взглянуть на себя его глазами, «выйдя» из своего собственного восприятия мира (выражаясь языком НЛП, войти во вторую позицию восприятия). Именно это делает возможным успешный акт коммуникации или интеракции. Однако же, Мид не дал четкого определения термина «роль», и он оставался довольно смутным и неопределенным.

    В последующие годы многими социологами, психологами и прочими исследователями изучались вопросы роли и ролевого взаимодействия, и ролевые теории обогатились четким определением и детальным рассмотрений аспектов таких понятий как «социальная роль», «социальный статус», виды реализации ролей и прочими теоретическими идеями. Например, в трудах Ирвинга Гофмана (Эрвина Гоффмана) можно найти концепцию «управления впечатлениями» (ее также называют драматургическим подходом) – любое человеческое взаимодействие рассматривается как своеобразное театральное представление или пьеса, в которой каждый участник играет определенную роль, являясь и режиссером, и актером, при этом стараясь сохранять лицо.

    Теории референтной группы

    Теории референтной группы рассматривают вопрос принадлежности к определенным группам и то, как это определяет поведение и восприятие индивида. Под референтной группой понимается конкретная социальная группа, к которой человек себя причисляет и с правилами, ожиданиями и ценностями которой считается. Эта группа предоставляет человеку критерий оценки себя и других, а также служит цели формирования ценностных ожиданий и социальных установок человека. Тему референтных групп развивали Г. Хайман, Т. Ньюком, М. Шириф, Г. Келли, Р. Мертон и другие исследователи.

    В данное время интеракционистская ориентация широко представлена и довольна разнородна. Методология интеракционизма также весьма разнотипна и объединяет множество групп методов и подходов. Существует и критика данной парадигмы, например, того, что интеракционизм рассматривает человеческое взаимодействие на микроуровне, оставляя за бортом общий социокультурный контекст. А также нарекания вызывают некоторая бесструктурность теоретических моделей и расплывчатость, неопределенность отдельных понятий интеракционизма.

    Тем не менее, сегодня это важное социологическое направление и подход, который развивается и практикуется многими учеными и исследователями.

    Заключение

    Итак, подведем итог. Мы разобрали интеракционизм в социальной психологии и его основные понятия и положения, рассмотрели основные течения данного направления вместе с ведущими авторами, а также упомянули возможные поводы для критики интеракционизма.

    Напомним, интеракционизм – это теоретическая парадигма в социологии, изучающая социальные процессы и характеристики в разрезе социальной интеракции – взаимодействия, коммуникации между индивидами и/или социальными группами. Особое внимание уделяется значениям, которые создаются и изменяются в процессе такого взаимодействия и которые воспринимаются и интерпретируются участниками интеракции. Разновидность интеракционизма, вплотную занимающаяся вопросами символов, в которых закодированы значения различных объектов и самой «символической коммуникации», получила название символического интеракционизма. Два других направления в рамках интеракционизма – это ролевые теории и теории референтной группы.

    Сегодня символический интеракционизм, как и вся интеракционистская ориентация в социальных науках, весьма разнородна и объединяет огромное число теоретических позиций и последователей. Интерес к человеческой интеракции и тому, как она определяет общество и социальные процессы, а также более современные интерпретации факторов, влияющих на человеческое взаимодействие и поведение, остаются в центре внимания социологов и социальных психологов.

    А всем, кто желает усовершенствовать свои коммуникативные навыки для более успешного и гармоничного взаимодействия с близким и дальним окружением, мы предлагаем на нашу программу «Лучшие техники коммуникации». Данная онлайн-программа обучает 72 эффективным коммуникативных техникам, которые будут полезны в общении и интеракции с различными людьми.

    Желаем вам эффективного и гармоничного взаимодействия с окружающими!

    СИМВОЛИЧЕСКИЙ ИНТЕРАКЦИОНИЗМ.

    РОЛЬ СИМВОЛОВ В ОБЩЕСТВЕ.

    Мжельская А.А.

    СИМВОЛИЧЕСКИЙ ИНТЕРАКЦИОНИЗМ. РОЛЬ СИМВОЛОВ В ОБЩЕСТВЕ.

    г. Тамбов
    alinaalina[email protected]yandex.ru 

    Символический интеракционизм возник в 20-е годы ХХ века в Чикагской школе. Школа делает акцент на изучении проблем города, при этом применяя количественные методы в исследованиях и строгую методологию анализа данных. Исследователи данной школы рассматривали город как лабораторию по изучению социальных взаимодействий. К самым выдающимся представителем относятся:  Эрнст Берджесс, Нелс Андерсон, Франклин Фрэйзир,  Родерик Макензи, Джордж Герберт Мид, Роберт Парк, Уильям Томас. В рамках Чикагской школы как раз и выделяется такое самостоятельное направлении как символический интеракционизм, которое строилось на применении идей социальной психологии к исследованию социальных процессов. Основателем данного направления является американский философ, социолог Джордж Герберт Мид. Основой символического интеракционизма он считал взаимодействие (интеракцию) между людьми, которое предполагает обмен символами и жестами. В рамках символического интеракционизма рассматривается значение символов, которые являются необходимым средством взаимодействия между людьми. Значительное внимание уделяется языку как основному символическому средству. Социальные символы, под которыми подразумевается соотнесение действий индивида с определенными образцами поведения и социальными нормами, выступают важнейшим элементом в выполнении социальной роли.

    Дж. Мид говорит о том, что только человек способен создавать символы, когда у него есть собеседник, партнер по общению. Он и его последователи исходят из того, что человек общается, развивается на основе того, что выражение лица, отдельные движения могут выражать его состояние. Именно такие действия Дж. Мид и называет «символами» или « значимыми жестами».

    Проще говоря, символы выражают состояние человека, значение их стоит искать в реакции человека, которому этот символ адресован. Символическая коммуникация, назовем ее так, является началом человеческой психики, именно это и отличает человека от животного.

    Символ является феноменом человеческой культуры и присутствует почти во всех областях деятельности человека. Именно человек имеет возможность создавать качественно новые пути взаимодействия с другими людьми, если смотреть в сравнении с животными. Каждый индивид обретает человеческую природу в процессе коммуникации, с помощью значимых символов и, чтобы существовать, люди должны жить в мире осознанных значений этих символов.

    Дж. Мид занимался рассмотрением интеракции, с помощью символов, жестов и знаков, которые служат для интерпретации ситуации и обозначение намерений человека в этой ситуации. Если рассмотреть эти понятия в контексте эмоциональных явлений, то стоит говорить о смысловых символах, вызывающих инстинктивные реакции, они представляют собой простейшие знаки и эмоциональная  реакция на эти знаки у людей одинакова, она никак не зависит от социальных отношений. По-другому это рефлекторные эмоциональные отклики. Если говорить о жесте, то здесь иное. Жест действует на индивида в условиях социального взаимодействия как некий раздражитель. Прослеживается непосредственная связь жеста с поступком. Жесты являются шаблонами эмоционального поведения человека, он усваивает их в процессе социализации и в последующем уже не задумывается над их воспроизводством.

    Не стоит забывать, что символ может так же выступать как определенный элемент культуры. Прежде всего, это религиозные символы. Чтобы понимать природу любой религии, ее место и роль в жизни общества, огромное значение стоит уделять символам, которые отражают ее сущность. Здесь символы показывают приверженность человека к той или иной вере, прослеживается непосредственная связь символов с человеческим существованием – рождением, смертью, бесконечностью мира и тд.  С использованием религиозной символики происходят все религиозные действия, в том числе празднества, обряды, молитвы. Религиозные символы призваны отражать настроения и чувства верующих, это определенный установленный «язык общения» между ними, который все знают.

    Существует множество различных определений знака и символа , различные пути понимания процесса символизации. Но все сводится к одному – на символах строится все общество, конструируется жизненный мир, это основной регулятор отношений между людьми, способ выражения эмоций, чувств, мнений. Радикальная значимость символов позволяет рассматривать их в любой области как отдельную категорию жизнедеятельности. Политика, наука, экономика, религия, философия, искусство и другие сферы, все они пронизаны огромной властью символа, который выступает в том или ином значении. Люди способны понимать друг друга только с помощью знаков и символов, любое действие индивида символично в этом и заключается их всеобщая значимость. Символы важны заложенным в них идеальным содержанием, любые явления, вещи и действия символичны, при условии наполнения их смыслом.

    СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

    1. Горбунова М.Ю. Символический интеракционизм как методологическое основание исследования эмоций в социологии // Известия Саратовского университета. 2011. Т. 11. Сер. Социология. Политология.
    2.  Житкевич В.В. Символический интеракционизм Д. Мида // Вестник Бурятского государственного университета. – 2007. – № 9.
    3. Осипов Г.В. Джордж Мид и символический интеракционизм // История западной социологии. Глава 15.
    4. Ритцер Дж. Современные социологические теории. 5-е изд. – СПб., 2002. – С. 238.
    5. Кармадонов О.А. Откровения и парадоксы символического интеракционизма // Социологические исследования. – 2006. – № 2. – С.2.

    Интеракционизм как важная парадигма социальной психологии — Блог Викиум

    Народная мудрость гласит: человек – продукт своей среды. А по словам мотивационного оратора Джима Рона, любой человек представляет собой нечто среднее из пяти людей, с которыми он больше и чаще всего общается. Сложно отрицать очевидные вещи, ведь когда мы находимся долго в одной среде, то обязательно вскоре замечаем, что перенимаем из окружения какие-то фразы, идеи, общий настрой и даже убеждения. Поэтому развивающийся человек, который хочет чего-то большего и лучшего для себя, должен тщательно выбирать окружение, так, чтобы оно было «концентратом» вдохновляющих, позитивных, поддерживающих и стимулирующих людей. Эту мысль изучает и развивает интеракционизм, одно из популярных направлений в психологии.

    Концепция интеракционизма

    Основные идеи данного направления схожи с тем утверждением, что человек является продуктом среды, в которой он постоянно находится. Интеракционизм является смежным направлением с другими науками, но своё начало взял именно в недрах социологии в конце 19 столетия.

    Достаточно интересно разобраться с основными понятиями, положениями и фигурами такой социологической парадигмы современной психологии. Название уходит корнями в английский язык к слову «интеракция», что означает социальное взаимодействие человека в коллективе. Фокус наводится именно на сам процесс общения и взаимного влияния впоследствии на личность и поведение. Известные формы общения, например, сотрудничество, конфликты, берут начало из взаимодействия нескольких людей и регулируются ими.

    Символический интеракционизм

    Интеракционисты задаются вопросами о том, есть ли регуляторы интеракции, и как они вызывают определенные реакции у общающихся людей. Здесь нужно вспомнить о том, что люди общаются не только словами, но и образами, символами и значениями. Имеет значение даже язык телодвижений. В процессе взаимодействия всё тщательно анализируется человеческим подсознанием, а после выстраивается определенная модель поведения с теми, на кого человек ориентируется, пусть даже и неосознанно. В этой связи выделяется новое понятие – символический интеракционизм. Это направление исследует явление интеракции посредством символов и значений, которые создаются ее участниками.

    Основатель символического интеракционизма – чикагский социолог Джордж Мид. Он заложил идеи теории, принципы, концепцию. В рамках интеракции человек развивается только в социуме, общаясь с себе подобными. Для построения общения очень важна ориентация на собеседника, иначе процесс коммуникации не выстроишь. Для того чтобы понимать друг друга и воспринимать объекты из позиции другого, появился обмен символами, которые каждый из участников взаимодействия должен интерпретировать и реагировать на них приемлемым образом. Принятие на себя роли другого позволяет лучше взаимодействовать и достигать практических результатов в совместной деятельности.

    Самый распространённый символический инструмент, о котором никогда не задумывается человек – язык. Набор символов, которые выражают значение вещей или объектов, передают опыт, является важным регулятором социального поведения. Однако это касается не только слов в привычном понимании, но и языка жестов, телодвижений, мимики, с помощью которых выражается одобрение или негативная обратная связь. Так, в процессе общения передается смысл посредством символов.

    Ключевые идеи символического интеракционизма были определены и описаны двумя главными его теоретиками – Джорджем Мидом и Гербертом Блумером. А помимо символического интеракционизма, существуют также ролевая модель и теория референтной группы. Давайте рассмотрим их суть вкратце.

    Ролевая теория

    Джордж Мид в своих работах, описывая концепцию интеракционизма, использовал понятие «роль». Он говорил о том, что человек в процесс общения принимает роль другого человека на себя. Такая особенность поведения даёт возможность лучше понимать собеседника и то, что он пытается донести. Однако термин «роль» так и не был до конца раскрыт основателем данного направления социологии.

    После Мида изучать вопросы роли и ролевого взаимодействия пытались многие исследователи. В результате в ролевой теории появились четкие понятия, такие как «социальная роль», «социальный статус». Например, Ирвинг Гофман предложил «драматургический» подход, суть которого заключается в том, что любое взаимодействие – это своеобразная театральная постановка, в которой каждый участник играет свою роль. Он является режиссером и актером одновременно, но при этом сохраняет свое лицо.

    Референтная группа

    Теория референтной группы определяет поведение и восприятие индивида в зависимости от того, к какой социальной группе он себя причисляет. У каждой референтной группы есть правила, нормы, ценности и ожидания, которые в ней приняты. Эту тему рассматривали многие учёные – Г. Хайман, Т. Ньюком, М. Шириф, Г. Келли, Р. Мертон и другие.

    Интеракционизм сегодня является важным направлением социальной психологии. Мы рассмотрели его основные течения, идеи и основоположников. Вы можете изучить это направление более подробно, если хотите попытаться улучшить коммуникативные навыки. А можете выбрать такой вариант – пройти курс Викиум «Профайлинг». После обучения вы сможете лучше понимать людей, определять их психотип, видеть истинные намерения собеседника, выявлять ложь по мимике, жестам и другим знакам, которые описывал Джордж Мид в своих работах по символическому интеракционизму.

    Исследователь с камерой в пространстве медийной публичности: полевой опыт

    Вертов Д. Статьи, дневники, замыслы. М.: Искусство, 1966.

    Визуальная антропология: новые взгляды на социальную реальность: сб. науч. статей / Под ред. Е. Р. Ярской-Смирновой, П. В. Романова, В. Л. Круткина. М.: Научная книга, 2007.

    Запорожец О. Н. Визуальная социология: в поисках границ // IV Всероссийский социологический конгресс. Социология и общество: глобальные вызовы и региональное развитие. Секция 36. Методология и методы эмпирических исследований. 2012. URL: http://www.ssa-rss.ru/files/File/

    congress2012/ part50.pdf (дата обращения: 01.11.16).

    Печурина А. В. Визуализация социальных исследований: новые данные или новые знания? // Социологический журнал. 2007. № 3. С. 81–89.

    Хайдер К. Этнографическое кино. М.: ИЭА РАН, 2000.

    Albrecht G. L. Videotape Safaris: Entering the Field with a Camera // Qualitative Sociology. 1985. № 4 (8). P. 325–344.

    Becker H. S. Photography and Sociology // Studies in the Anthropology of Visual Communication. 1974. № 1. P. 3–26.

    Brown K. M, Dilley R., Marshall K. Using a Head-Mounted Video Camera to Understand Social Worlds and Experiences // Sociological Research Online. 2008. № 6 (13). URL: http://www.socresonline.

    org.uk/13/6/1.html (дата обращения: 06.07.2017).

    Burawoy M. For Public Sociology: The Presidential Address // American Sociological Review. 2004. № 1 (70). P. 4–24.

    Collier J., Collier M. Visual Anthropology: Photography as a Research Method. Albuquerque: University of New Mexico Press, 1987.

    Emmison M., Smith P. Putting Visual Data into Focus // SAGE Visual Methods / Ed. by J. Hughes. L.: Sage Publications, 2012. Vol. 1: Principles, Issues, Debates and Controversies in Visual Research.

    P. 145–166.

    Gottdiener M. Field Research and Video Tape // Sociological Inquiry. 1979. № 4 (49). P. 59–65.

    Harper D. Visual Sociology: Expanding Social Vision // The American Sociologist. 1988. № 1 (19). P. 54–70.

    Knoblauch H., Schnettler B., Raab J. Video Analysis: Methodology and Methods // Qualitative Audiovisual Data Analysis in Sociology. Frankfurt am Main et al.: Lang, 2006. P. 9–28.

    Lomax H., Casey N. Recording social life: Reflexivity and video methodology // Sociological Research Online. 1998. № 2 (3). URL: http://www.socresonline.org.uk/3/2/1.html (дата обращения: 06.07.2017).

    MacDougall D. The Visual in Anthropology // Rethinking Visual Anthropology / Ed. by M. Banks, H. Morphy. New Haven; London: Yale University Press, 1997. P. 276–295.

    Mondada L. Video Recording as the Reflexive Preservation and Configuration of Phenomenal Features for Analysis // Video analysis: Methodology and methods / Ed. by H. Knoblauch, B. Schnettler, R. Jürgen. Frankfurt am Main: Lang, 2006. P. 51–68.

    Omelchenko E. L., Sabirova G. Youth Cultures in Contemporary Russia: Memory, Politics, Solidarities // Eastern European Youth Cultures in a Global Context. London: Palgrave Macmillan, 2015. P. 253–270.

    Pink S. The Future of Visual Anthropology: Engaging the Senses. London: Routledge, 2006.

    Ruby J. Exposing Yourself: Reflexivity, Anthropology, and Film // Semiotica. 1980. № 30. P. 153–180.

    Worth S., Adair J. Through Navajo Eyes: An Exploration in Film Communication and Anthropology. Bloomington: Indiana University Press, 1972.

    «Общество — это и есть религия»

    Эрвинг Гоффман (1922–1982) — один из самых необычных социологов ХХ века, прославившийся «драматургическим» подходом в микросоциологии. Его интересовали в первую очередь не общество, социальная стратификация или власть как таковые, а то, как именно люди ведут себя в конкретных обстоятельствах и местах, будь то психиатрическая лечебница, казино или людная улица. В издательстве «Элементарные формы» вышла его работа «Поведение в публичных местах» (1963) о паттернах и правилах, которым подчинено взаимодействие людей, оказавшихся рядом друг с другом. Научный редактор книги, профессор факультета политических наук и социологии ЕУСПб Михаил Соколов рассказал «Горькому» о том, зачем отводить глаза от незнакомцев, кого Гоффман называл богом социологии и почему убийство может считаться допустимым, а измазывание фекалиями чужой двери — нет.

    Поведение в публичных местах: Заметки о социальной организации сборищ. Перевод с английского А. М. Корбута. Под ред. М. М. Соколова. М.: Элементарные формы, 2017

    Об авторе

    Говорить об ученом почему-то принято начиная с его национальности, но в случае с Гоффманом национальность с трудом поддается определению. Он вырос в Канаде, родители — еврейские эмигранты из той части Российской империи, которая сейчас территория Украины; большую часть профессиональной жизни провел в Штатах, но, как считается, минуту своего величайшего озарения пережил в Европе, на островке между Шотландией и Норвегией, где писал диссертацию, изучая локальное сообщество. Писал на английском, но, утверждают знатоки, на специфическом канадском английском — изысканном, чуть старомодном. По многим другим причинам Гоффман тоже одна из самых необычных фигур в истории социологии. С одной стороны, он обязательно есть в любом современном учебнике по социологической теории, с другой — нельзя сказать, что он создал какую-то школу или что у него было много последователей. Успех теоретика в социальных науках традиционно измеряется количеством людей, объявляющих себя его учениками, — про Гоффмана неясно, были ли у него ученики вовсе. Нет и принятого обозначения для его учения, вроде структурализма или неофрейдизма. Иногда используется термин «драматургическая социология», но он и очень неточный, и, в сущности, применим к одному Гоффману.

    Это объясняется тем, что Гоффман в некотором роде символ того направления, в котором социология могла бы пойти, но не пошла. Возможно, самая важная вещь, объясняющая, почему социология развивалась так, как развивалась, заключается в следующем: она с первого дня своего существования точно знала, чего хочет. Социология мечтала вырасти настоящей наукой. Но что такое наука? И что надо делать, чтобы стать наукой? Социологи были одержимы выяснением ответа на этот вопрос — именно поэтому они всегда проявляли интерес к философии науки, настоящим ученым (физикам или биологам) в целом несвойственный. На первый взгляд, кажется, все просто: чтобы стать ученым, надо подражать ученым. Однако, исследуя общество, нельзя подражать физикам или биологам в точности. Надо подражать каким-то существенным сторонам их деятельности. Но какие стороны «существенные»? А чем можно пренебречь? Скажем, способность к предсказанию? Или наличие абстрактных законообразных формул, описывающих реальность? Или возможность кумулятивного развития? Из разных ответов на этот вопрос возникают разные течения, поскольку оказалось, что можно изобрести социологию, которая более-менее соответствует одному критерию, но не всем сразу.

    Например, можно создать социологию, в которой будет много цифр и законообразных формул — если происходит А, то происходит Б. Такая социология, построенная вокруг методов регрессионного анализа, в итоге и стала мейнстримом. Формулы выглядели наукообразными — с той поправкой, что закономерности они описывали вероятностные, а предсказательной силой те обладают очень низкой. Компьютеры и big data позволили создать социологию с куда большей предсказательной силой. Но, как ни странно, там нет никаких формул. Мы проанализировали огромный массив данных, научили нейронную сеть что-то предсказывать — однако мы не знаем, почему она это предсказывает. И в этом знании нет кумуляции. За счет приобретения одних атрибутов научности мы лишились других. Характерно, что социологический мэйнстрим пока отнесся к big data без особого энтузиазма — именно потому, что такая социология предполагает отказ от тех атрибутов научности, с которыми социологи не готовы были расстаться.

    Гоффман стоит в финальной точке течения, которое отождествляло себя с еще одним пониманием научности, указывающим на другой атрибут настоящей науки, —  бесстрастный натурализм. Когда Гоффман пытается рассказать, что делает, он описывает себя именно как натуралиста старой закалки, наблюдающего за повадками животных или изучающего морфологию растения. У этого натурализма есть несколько коннотаций. С одной стороны, предпочтение непосредственного наблюдения, выводы которого необязательно облечены в математическую форму. Естественная область исследований натуралиста — то, что каждый может увидеть своими глазами. С другой стороны, натурализм означает беспристрастность. Ученый должен исследовать мир как он есть, не поддаваясь желанию спроецировать на него свои представления о добре и зле. В этом смысле исследования общества научны, когда не стоят ни на чьей стороне. Если при чтении книги угадываешь, кому из своих героев автор сочувствует, а по чьему поводу негодует, — это точно не научная книга. Натуралист не пишет книги, доказывающие лисам, что они не должны трогать кроликов, или воодушевляющие кроликов на борьбу с лисами, — он объясняет, почему лисы не могут не есть кроликов. Гоффман виртуозно соблюдает авторскую позицию отстраненного наблюдателя, который сочувствует и не сочувствует всем одинаково. Наконец, натурализм в каком-то смысле подразумевает отказ от наших представлений о важном и неважном. Изучать надо то, что поддается изучению — просто потому, что оно существует. Архетипический натуралист — это человек, который всю жизнь копается в пестиках и тычинках растения, не имеющего никакого народнохозяйственного знания.

    Одно из самых шокирующих среди многочисленных шокирующих высказываний Гоффмана было сделано в его посмертном выступлении — речи, которую он должен был произнести на ежегодном собрании Американской социологической ассоциации, но не произнес из-за смертельной болезни. Его регулярно спрашивали, зачем он изучает то, что изучает. И в этом предсмертном послании он дал ответ, заимствованный у английского альпиниста Джорджа Мэлори, который то ли взошел, то ли не взошел на Эверест в 1924 году. Последний раз его видели на пути к вершине, а тело нашли уже в 1990-х. Сейчас считается, что он не мог взойти на Эверест из-за недостатка кислорода и вершину покорили четвертью века позже. Но романтики до сих пор верят, что Мэлори погиб уже по дороге назад. Так вот, Мэлори был математиком, профессором в Кембридже и, по собственным словам, не любил горы. Он хотел взойти на Эверест, затем вернуться и жить спокойной жизнью, не поднимаясь выше верхнего этажа своего колледжа. Его, понятно, спрашивали: нельзя ли миновать фазу Эвереста и сразу зажить спокойной жизнью? Ну зачем тебе Эверест, Джордж? На что Мэллори пожимал плечами и отвечал: «Ну, потому что он есть». Таким же был ответ Гоффмана на вопрос, зачем он изучает общество: «Потому что оно есть».

    Это нетипичный подход для социологии. Социологи всегда мечтали облагодетельствовать человечество, решив его социальные проблемы. Они обычно отвечают: чтобы поменять мир, помочь людям, противостоять глобальным угрозам, чтобы восторжествовала справедливость. Им очень сложно сказать, что они изучают какие-то вещи, просто потому что эти вещи существуют. Но Гоффман пытался изучать то, что существует и лучше всего поддается наблюдению, — а не то, что было бы важнее всего изучить. Это создало очень необычную социологию. Он всю жизнь изучал то, что мы в первую очередь видим в любой социальной ситуации: саму социальную ситуацию, человеческое поведение во взаимодействии лицом к лицу. Основной предмет его социологии — поведение людей в публичных местах, как, собственно, и называется переведенная усилиями издательства «Элементарные формы» книга.

    О книге

    «Поведение в публичных местах» сложно пересказать — в нем нет ничего, что можно назвать обобщениями, выводами или основным тезисом. Как и другие гоффмановские работы, она представляет собой серию классификаций, категорий, опираясь на которые можно описывать ситуации и поведение в них. Гоффман снабжает нас серией ярлыков, которые можно наклеивать на поведенческие паттерны.

    Например, он описывает то, что называет гражданским невниманием — демонстрацию того, что мы осведомлены о существовании окружающих, но нам нет до них дела. Оно проявляется в едва уловимых жестах, которые, однако, можно наблюдать с поразительной регулярностью. Скажем, два человека, идущие на уединенной тропинке в парке навстречу друг другу, обычно отводят глаза, затем, приблизившись на некоторое расстояние, встречаются взглядами, слегка улыбаются друг другу и говорят «привет», если они американцы, а затем снова отводят глаза. Важно, чтобы взгляды встретились, и важно, чтобы они встретились на строго установленную долю секунды — ни больше, ни меньше.

    Гражданское невнимание проявляется, прежде всего, в регулировании взгляда — зримого воплощения нашего мысленного присутствия. Мы обязаны смотреть на те объекты, внимание к которым предполагает наша социальная роль (учитель предполагает, что ученик, смотрящий в окно, а не на доску, заслуживает выговор, как и муж, не заметивший новой прически своей жены), и, наоборот, обязаны не смотреть на объекты, по отношению к которым не готовы сыграть роль, предполагаемую взглядом. Один из самых затруднительных моментов во время первых лекций молодого преподавателя — освоиться с мыслью, что он может и даже должен встречать и удерживать взгляд незнакомых девушек в аудитории, хотя выработанные ранее социальные рефлексы удерживают от этого, так как до этого удержанный взгляд означал намерения, которые в данной ситуации явно не подразумеваются. Весь первый семестр глаза его нервно бегают по аудитории. Другой пример: официанты виртуозно умеют не встречать взгляда клиента, потому что если клиент поймал их взгляд, он знает, что они знают, что он знает, что им хорошо бы принести меню, принять заказ или попросить что-нибудь еще.

    Всю совокупность подобных правил поведения Гоффман называет порядком интеракции. Если все-таки пробовать найти в книге большой тезис, он будет состоять в том, что порядок интеракции существует — и обладает собственной логикой, не сводимой к любому другому социальному порядку. Есть особая система правил, регулирующая, как люди взаимодействуют, оказавшись рядом друг с другом. Ее нельзя вывести, например, из классового неравенства, горячо любимой социологами темы. Это не значит, что экономического неравенства не существует — оно, конечно, есть, но может очень мало сказываться на том, как люди будут вести себя, встретившись лицом к лицу. Если мы найдем здесь какие-то общие знаменатели (а мы их обязательно найдем), то они указывают в совершенно другом направлении — не классового неравенства, а гражданской религии современного общества.

    Общество как бог

    Гоффман — продолжатель идей французского социолога Эмиля Дюркгейма, жившего на рубеже XIX–XX веков. В одном месте Гоффман называет Дюркгейма «Он» с большой буквы, имея в виду, что это бог социологии. Дюркгейму это было бы приятно по многим причинам, в том числе потому, что в каком-то смысле он и претендовал на роль если не Всевышнего, то пророка. Он был сциентистом и атеистом, но при этом очень странным атеистом. Дюркгейм считал, что любое нерелигиозное общество не может существовать, потому что общество — это и есть религия. Религиозное чувство возникает из опыта взаимодействия, соприкосновения с неким гигантским, бесконечно превосходящим нас существом. Примерно как у Фрейда (который был его современником), только Фрейд думал, что бог — это забытый отец (ну или мать, в зависимости от пола божества), то есть наш религиозный опыт — это продолжение детского опыта взаимодействия с родительской фигурой. А у Дюркгейма бог постоянно с нами — это антропоморфная персонификация вполне реального опыта, но не детского опыта взаимодействия с родителем, а повседневного опыта взаимодействия с обществом. Общество сильное, гигантское, бессмертное, всезнающее по отношению к каждому из своих членов. В этом смысле всем, чем мы обладаем — всеми знаниями, всеми представлениями, всей нашей личностью — мы обязаны исключительно обществу. Наша религия всегда отражает социальный опыт. Или, вернее, та система представлений, которая на определенном этапе социальной эволюции точнее всего отражает социальный опыт, и является религией. Эти представления меняются. Воплощение общества в антропоморфных фигурах на некотором этапе закономерно и неизбежно. Но по мере того, как общество развивается, мы приближаемся к пониманию того, что оно такое, — и начинаем обожествлять иные вещи. Например, начинаем больше ценить отдельного индивида, а не абстрактное божество. Потому что отдельный индивид, сформированный обществом, всегда оказывается живым отпечатком этого общества. Обожествление индивида — это религия современных обществ. В этом смысле консервативно-религиозные критики, которые говорят, что нельзя верить одновременно в Бога и в права человека, нельзя обожествлять права человека, не отказав в обожествлении традиционным божествам, абсолютно правы с дюркгеймовской точки зрения.

    У Дюргкейма была еще одна важная идея: религиозный опыт транслируется во взаимодействии лицом к лицу во время ритуалов. Как нет религии без социального опыта, так нет и религии без ритуалов. Его могли спросить, где он видит эти ритуалы, но не успели — Дюркгейм умер довольно рано, — и за него ответил Гоффман. Для него порядок интеракции во многом задается нормами взаимного поклонения. Мы постоянно совершаем какие-то маленькие ритуалы по отношению к себе и другим людям, вместе составляющие этикет. Характерно, что наше отношение к нормам этикета гораздо менее релятивистское, чем к нормам этики. В области этикета мы уверены: есть нормы, которые нельзя преступать, каковы бы ни были обстоятельства. Большинство людей считает, что хотя убивать нехорошо, но убивать тех, кто собирается убить тебя или кого-то еще — допустимо и даже похвально. Украсть у того, кто обокрал тебя, может, и не похвально, но и не особо позорно. Но большинство людей не думает, что измазать фекалиями дверь того, кто измазал фекалиями твою, — допустимый поступок. Нарушить приличия недопустимо даже для того, кто стал жертвой нарушения приличий. Здесь наши стандарты гораздо менее гибкие, чем в случае с этикой.

    Интересно, что Гоффман, говорят, называл себя анархистом. Анархистов обычно считают утопистами, не осознающими, что если над людьми не будет жандарма, они просто поубивают друг друга. Наивно думать, что все будут соблюдать даже самые справедливые законы, если эти законы не подкреплены вооруженной силой. Но Гоффман указывает, что в определенной сфере люди строго соблюдают установленные правила, когда никакой полиции нет и на горизонте, причем даже если эти правила необъяснимые и весьма дискомфортные. Взрослые люди, например, избегают шумно испускать газы на публике (и это еще мягко сказано: многие согласятся скорее умереть, чем попасться на подобном), хотя за это нет никакого уголовного наказания и даже ясного объяснения, что в этом такого ужасного (в конце концов, на ферме работники десятки раз в день спокойно переживают газоотделение лошадей и коров вблизи себя, не находя в этом ничего особенно мучительного). Если бы соблюдение закона стало вопросом приличий, мы жили бы в мире, где банки не запирали дверцы сейфов на ночь. Раз такое соблюдение правил взаимодействия возможно в какой-то одной сфере жизни, почему невозможно во всех остальных?

    О следовании порядку

    Считал ли Гоффман, что люди должны строго следовать правилам, которые он описывает? Из его книг мы этого толком не узнаем. Он очень скрытный автор, полагавший, что его должны знать благодаря текстам, а не чему бы то ни было еще. Гоффман ненавидел фотографироваться, никогда не давал интервью. Едва ли не единственный раз появился в прессе, когда его пригласили выступить в начале учебного года перед учащимися в его сельской канадской школе, — и об этом написала местная газетка. В этом смысле мы практически ничего не знаем о Гоффмане.

    В его книгах много оборотов вроде «когда Х обнаруживает себя в ситуации Y, он должен вести себя так-то и так-то» — но это скорее описание того, что большинство людей чувствуют, что они должны. Например, должны отводить глаза от незнакомого человека, если нет веских оснований его рассматривать. Если нас поймали за тем, что мы рассматриваем кого-то незнакомого, мы чувствуем себя смущенными. Но почему мы, собственно, чувствуем себя смущенными? Почему должны не смотреть на него? Большинство взрослых об этом вспоминают, только чтобы объяснить маленькому ребенку — и обычно довольно невразумительно. Есть много других вещей, относительно которых мы чувствуем, что должны их делать, хотя и не знаем почему. Думает ли Гоффман, что мы на самом деле должны? Это остается загадкой. Для Дюркгейма люди, безусловно, должны это делать. Он создавал религию человечества и верил, что его социология адекватна будущей стадии развития общества. Во времена архаичной религии поклонялись обществу, не понимая этого. Теперь Дюркгейм все объяснил: люди все равно продолжат поклоняться обществу (потому что оно — источник всякого чувства и смысла в их жизни), но теперь точно будут знать, чему поклоняются. В каком-то смысле Гоффман следует Дюркгейму. Например, еще один его известный афоризм о том, что исследователи, которые отказываются уделять внимание церемониям и ритуалам сообщества, надеясь узнать его настоящую жизнь, ищут ее не в том месте: «Жизнь — это свадьба». Люди по-настоящему живы, когда участвуют в коллективных самопредставлениях, когда находятся рядом с другими — и реальность, которую они творят при этом, более реальна для них, чем всякая иная.

    С другой стороны, многие его книги (особенно посвященные психиатрии) вроде бы восхваляют людей, каким-то образом противостоящих этому давлению. Скажем, сумасшедшие настолько оказываются жертвами этого порядка, что не могут ждать от него ничего хорошего. Тогда они ускользают от него, развивая то, что Гоффман называет аморальным искусством бесстыдства. Тем не менее, психиатрические клиники оказывают обществу службу в том смысле, что в них запирают людей, не вписывающихся в порядок интеракции. У Гоффмана не было иллюзий по поводу того, что больные получают в клиниках какую-то особую помощь. Если они и выходят из нее более здоровыми с точки зрения общества, то вовсе не благодаря состоявшейся терапии, а потому что, например, научились притворяться более нормальными.

    В действительности, полагал Гоффман, люди попадают в клинику не потому, что у них искаженное восприятие реальности, а потому что они ведут себя не в соответствии с правилами взаимодействия с другими. Если вы рассказываете, что видели инопланетян и с тех пор слышите их голоса у себя в голове, то в клинику попадете не потому, что слышите голоса, а потому что, когда другие дают понять, что считают разговор странным, вы (вместо того, чтобы деликатно посмеяться и сменить тему) продолжаете говорить о летающих тарелках. Если вы посмеетесь, окружающие в худшем случае решат, что вы неудачно пошутили. Психиатрия карает людей за то, что они проявляют непомерную настойчивость в поддержании темы, которую другие хотели бы сменить, — а вовсе не потому, что сама тема странная. (На самом деле, любая тема, разговор на которую поддерживается с излишним фанатизмом, может считаться симптомом. В одном учебнике медицинской психологии приводят в пример человека, который был зациклен на теме изоляции труб и мог свести к ней любой разговор, — это считалось безусловным признаком умственного недуга. С другой стороны, если бы человек ни под каким предлогом не соглашался говорить о трубах, даже когда все вокруг на этом настаивали, это тоже было бы сочтено симптомом). Правила, которые на самом деле нарушает пациент, — это правила, определяющие, как менять тему разговора, а не диктующие, как видеть мир.

    В другом месте Гоффман говорит, что любой психиатрический симптом может оказаться вполне адекватным поведением, если осуществляется в ситуации, которая считается для этого подходящей. Например, когда больной не реагирует на доктора, который задает ему вопросы, он считается кататоническим шизофреником. А если девушка среднего класса, которая проходит мимо молодежи несреднего класса, свистящей вслед и пытающейся с ней заговорить, делает вид, что этой молодежи не существует, то в американском обществе она считается хорошо воспитанной. Любой симптом может превратиться в какой-то момент в адекватное ситуации поведение, и любое поведение — в симптом. Важно не то, что люди делают или думают, а насколько вписываются в ситуацию. Гоффман не сомневался, что разные странности человеческого поведения, касающиеся компетенции психиатрии, — это, в своей основе, преступления против порядка интеракции.

    В целом, судя его по книгам, Гоффман был достаточно амбивалентен по отношению к описываемому порядку. С одной стороны, если люди откажутся участвовать в игре, социальный мир рухнет, и мы все будем погребены под его обломками. С другой, он не мог не сочувствовать тем, кто стал жертвой этого порядка, и не восхищаться теми, кто ускользнул от его контроля.

    О влиянии

    У Гоффмана, как уже было сказано, не было армии преданных учеников среди социологов. Время от времени кто-то берет его идеи — Арли Хохшильд или Томас Шефф. Чаще кто-то выдает свои идеи за его, как произошло с анализом фреймов, превратившимся в социологии общественных движений в незамысловатую версию риторического анализа. Или с Рэндаллом Коллинзом, приписавшим Гоффману свою собственную метафизику ритуалов интеракции.

    Те же, на кого он оказал наибольшее влияние, находятся скорее где-то на границах социологии или вообще за ними. Главное направление, разделявшее гоффмановский натурализм, — это этнометодология (с основателем которой, Гарольдом Гарфинкелем, он был в тесном контакте). Этнометодология всегда находилась где-то на дальних берегах социологии, а сейчас значительная ее часть переместилась в лингвистику. Лингвисты привлекательны для этнометодологов, потому что им не требуется объяснять, зачем они изучают язык. Объяснение «мы изучаем предлоги, потому что они есть» считается вполне достаточным. Социологических диссертантов сразу спрашивают в этой ситуации: где реальная проблематика? Какие социальные проблемы ваше исследование обмена взглядами поможет решить? И иногда очень сложно сказать, какие проблемы оно поможет решить. Конкретному человеку оно поможет не сойти за умалишенного — это, конечно, хорошо, но на защите диссертации про это недостаточно сказать.

    Помимо этнометодологии, есть много прикладных исследований, в которых Гоффман используется неожиданными людьми, не имеющими почти никаких других точек соприкосновения с социологией. Ссылки на «Поведение в публичных местах» могут всплыть в работах по компьютерной симуляции, моделирующих потоки людей в метро. Гоффман пишет, как они передвигаются в публичных местах, поддерживают вокруг себя зону приватного пространства, как стоят, чтобы сделать вмешательство в это пространство минимальным, — и это очень важно, если надо спланировать, как будет распределяться в метро человеческий поток. Есть десятки таких работ, где появляется Гоффман, но они не образуют какого-то одного направления.

    О переводе

    В книге есть послесловие переводчика, которое я рекомендую прочитать, чтобы понимать статус перевода. К сожалению, Гоффман очень хорошо пишет. Это делает приятным его чтение на английском и очень болезненным — процесс перевода на русский. Калькирующий перевод лишает текст художественных качеств. В случае с академическими текстами это обычно считается допустимой потерей, потому что у большинства нет этих качеств. Но у Гоффмана они есть, а форма не вполне отделима от содержания, поэтому буквалистский перевод передает содержание неточно. А перевод, передающий смысл, оказывается крайне небуквальным. Поэтому любой, кто знаком с оригиналом, может сказать, что переводчик вместо Гоффмана рассказал о своем богатом внутреннем мире. Видимо, это неустранимая дилемма. Поскольку речь идет о только что вышедшей книге, надо затормозить прежде, чем сделать вывод, что Гоффмана лучше не читать на русском языке вообще. Это не только необходимо, если английский недоступен, но и интересно, если читать параллельно с оригиналом. Первой реакцией часто оказывается возмущение, но затем думаешь: а как бы перевел сам? Это упражнение позволяет понять текст лучше, чем многие другие. Начинаешь чувствовать, что из сказанного автором тебе действительно важно, за что готов убить переводчика, а за что — уважать. В данном случае есть множество поводов для уважения: Андрей Корбут проделал потрясающую работу.

    Что почитать еще

    Разумеется, самого Гоффмана. «Представление себя другим в повседневной жизни» — самую известную работу, но ее перевод можно использовать строго для ознакомительных целей. Дальше выбор более индивидуальный. Моим собственным были бы две его сравнительно неизвестные книги: Strategic Interaction и Encounters (если хотите почувствовать масштаб бедствия, с которым сталкивается переводчик Гоффмана, попробуйте предложить русский перевод этого заглавия из одного слова, означающего любые ситуации, когда несколько индивидов оказываются рядом друг с другом, но между ними не происходит ничего, помимо обмена гражданским невниманием; русское «встреча» вроде бы подходит, но интуитивно неприменимо к людям, простоявшим рядом некоторое время на автобусной остановке).

    Следует читать книги, из которых сам Гоффман черпал вдохновение. В основном они не по социологии. Многое из написанного им содержит образы из теории игр — «Стратегия конфликта» Томаса Шеллинга, видимо, сильно повлияла на Гоффмана. Из социологической классики стоит почитать «Элементарные формы религиозной жизни» Дюркгейма. Очень сильно Гоффман переосмысливает Фрейда, который говорит о бессознательных силах нашего «Я», удерживающих некоторое содержание от того, чтобы оно выплеснулось в сознание. Гоффман, в свою очередь, говорит об образе себя, который каждый из нас проецирует в ситуацию, и разных действиях, ставящих его под угрозу (хотя по другим причинам нам и хотелось бы их совершить). Скажем, нам хочется засмеяться над кем-то из окружающих, хотя мы чувствуем, что делать этого не стоит. Мы подавляем эти действия и боимся, что ненароком они прорвутся наружу, показав, что на самом деле мы думаем. Они вовсе не бессознательны (мы хорошо знаем, что хотим засмеяться и почему), а контроль исходит от очень даже сознательных частей нашего «Я». С точки зрения Гоффмана, Фрейд ошибочно перенес внутрь индивида тот динамический механизм, который в действительности определяет отношения индивида и ситуации. Место сознания в топографической модели Фрейда для Гоффмана занимает коллективное сознание или общее знание группы — то, что все знают, и каждый знает, что все знают, и все знают, что каждый знает. С этой поправкой многие из описанных Фрейдом механизмов характеризуют социальную динамику группы. Работы Фрейда вряд ли нуждаются в представлении, но хотелось бы порекомендовать совершенно потрясающую статью «Жуткое».

    Кроме того, книги по истории развития этикета. Если социологическая классика, то «О процессе цивилизации» Норберта Элиаса, где очень многое посвящено самоконтролю и самопринуждению. Исследования, на которые Гоффман повлиял, — например, теория вежливости Браун-Левинсона. Тексты символических интеракционистов, к которым Гоффмана иногда относят, потому что он биографически принадлежал к поколению чикагских студентов. В «Элементарных формах» выйдет книга основателя символического интеракционизма Герберта Блумера — его надо читать по разными причинам, в том числе и чтобы представить контекст, в котором Гоффман рос и от которого отталкивался. Еще одна фигура, насколько знаю, непереведенная, но очень важная для всей американской социальной мысли — это Кеннет Берк. Он литературовед, однако оказал на социологию огромное влияние, а затем в значительной мере был забыт. Некоторые вещи, о которых писал Берк, выглядят пророчески, предваряя, с одной стороны, работы Хейдена Уайта, с другой — Латура. Он утверждал, что любого рода текст — научное исследование, политическая речь, судебное заключение — это литературное произведение, которое может быть предметом риторического или литературоведческого анализа. В 1935 году Берк писал, что лабораторные эксперименты как метафоры и что наука по своей природе — это риторическое предприятие.

    Стоит почитать литературу по этологии человеческого поведения — есть много разных популяризаций вроде «Языка жестов» Пизов. Пространственное поведение больше изучалось этологами, а не социологами, но для Гоффмана и они были источниками вдохновения (что вполне понятно — эти исследователи полностью соответствовали его представлениям о натуралистическом исследовании). Еще важнее всевозможные неакадемические источники. У социологов есть навязчивое стремление придумать каждому из своих классиков генеалогию, состоящую желательно из других социологов. Если уж ты социолог, должен быть учеником Парсонса или Дюркгейма. На худой конец, можно быть учеником Витгенштейна или другого философа. Нельзя быть наследником Ларошфуко и Пруста. Страдающие этой обсессией упорно не замечают, что ссылок на современную ему драму у Гоффмана (например, в «Анализе фреймов») гораздо больше, чем на социологию. А Ларошфуко и вообще моралистическая традиция, наблюдавшая, изучавшая и классифицировавшая человеческие характеры, начиная с Теофраста, — это направление, в которое гоффмановская проза вписывается настолько же, насколько и в социологический канон.

    Интеракция в психологии общения

    Сущность интеракции

    Определение 1

    Интеракция в психологии – это концепция межличностной коммуникации с помощью вербальных и невербальных средств.

    Для совместной деятельности люди объединяются путем согласования своих позиций, как мировоззренческих, так и практических. Интерактивная сторона общения заключается в обмене идеями, знаниями, действиями.

    Рисунок 1. Интерактивный метод. Автор24 — интернет-биржа студенческих работ

    Интеракция общения представляет собой условный термин, который обозначает характеристику компонентов общения, связанных с взаимодействием людей, с их непосредственной деятельностью.

    В социальной психологии проблема взаимодействия имеет давнюю традицию и, на первый взгляд, кажется, что между общением и взаимодействием существует явное сходство. Ряд авторов общение и взаимодействие просто отождествляют, интерпретируя их как коммуникацию. Другие авторы рассматривают оба понятия как отношение формы какого-то процесса и его содержания. Межличностные отношения, особенности субъектов и их поведение, ведущее к согласию или к противоречиям в общении, подвергаются анализу.

    Понятие интеракция родом из социологии и его рассмотрение начинать надо с микроуровня, которым является семья.

    Семья – это базовая модель взаимодействия людей. Переходя на другие социальные уровни, человек переносит с собой отработанные модели взаимоотношений, корректируя их под новые обстоятельства.

    Интеракция в психологии подразумевает реализацию совместных действий участников общения или их взаимное влияние.

    Рассматривая общение людей в интерактивном ключе, можно выделить три процесса:

    1. возникновение интеракции в общей деятельности, объединенной общими задачами и целями;
    2. влияние одного индивида на другого через внушение и убеждение;
    3. взаимовлияние сторон.

    Таким образом, получается, что интеракция является совокупностью реакций участников общения друг на друга. Другими словами – это умение примерить чужую роль на себя.

    Суть классификации интеракции заключается в четком разграничении людей по принципу воздействия и результативности.

    Социальная совместная деятельность может быть эффективной и неэффективной. Если эффективная деятельность предполагает значимость партнера с продуктивным обменом информацией и опытом, то во втором случае каждый индивид не желает понять другого и концентрируется только на своих желаниях. Понятно, что такое взаимодействие приводит к конфликтной ситуации.

    Чтобы социальная интеракция была реализована, необходимы сигналы, устанавливающие межличностный контакт – это вербальные и невербальные средства. Вербальная – это речевая интеракция, а невербальная предполагает систему сигналов и жестов.

    Замечание 1

    Сущность интеракции заключается в том, что она составляет основу общения в реальном мире, и успех такого общения невозможен без установления контакта с другим человеком.

    Формы интеракции и её влияние на человека

    Интеракция предполагает, что люди, в группе постоянно взаимодействуют между собой. Свои отношения они могут строить по разным причинам и принципам. Социальная психология делала неоднократные попытки создания дробной структуры для описания взаимоотношений, попытки выделения форм интеракций.

    Наиболее популярная схема создана Робертом Байлзом – американским психологом, который объединил совместные действия членов группы в 12 категорий, распределив их по трем осям:

    1. дружелюбие и враждебное отношение к другим участникам группы;
    2. доминирование и подчинение;
    3. совместная работа и нежелание брать на себя какие-либо полномочия.

    Данную схему подвергли критике, аргументом для которой стало то, что внимание акцентировалось только на формальных критериях интеракции, что не учитывало содержание групповой деятельности.

    Среди других классификаций также была представлена классификация по 4-м областям, где две оси представляли эмоциональную сферу, а другие две оси – постановку проблем и способы их решений.

    Общение между людьми – это всегда взаимовлияние, происходящее не на равных позициях, как правило, в любой группе есть доминирующие личности, что значит, в группу психологического анализа попадает интеракция, имеющая элементы манипуляции.

    Такое скрытое управление идет против воли человека – к таким манипулятивным действиям относится суггестия или внушение, а также введение в транс. Вовлечь партнера в игру можно на чувстве вины или страха. Лесть тоже является манипулятивной техникой.

    В середине XX века в социальной психологии сформировалось интеракционистское направление. По мнению представителей этого направления поведение человека ориентируется на социум и является результатом взаимодействия людей. Ребенок, взаимодействуя с взрослыми людьми в процессе своего развития, приобретает человеческие формы поведения. Для малыша, не умеющего ещё говорить и ходить, сложные виды деятельности пока недоступны, только повзрослев, он следует нормам и стереотипам поведения, которые сформировались в процессе интеракции.

    Частью поведения человека становятся простые и привычные действия, усвоенные с детства – утренний подъем, санитарно-гигиенические процедуры, завтрак – так принято в социуме, так человек и делает.

    Даже если для человека характерно что-то индивидуальное, только ему присущее, то и в этом случае источником будут известные и усвоенные им нормы поведения.

    Проявляется сущность интеракции в зависимости индивида от социальных отношений.

    В основе формирования и развития общества и социальных групп лежит взаимодействие людей. С самых древних времен группы рождались из потребностей в совместной деятельности для достижения общих целей. Группа дает защиту и уверенность, возможность решать сложные задачи. Даже самые маленькие группы будут существовать до тех пор, пока существуют интерактивные процессы, т.е. существует потребность во взаимодействии, общее дело. Как только интерактивные процессы исчезают, распадаются браки, бывшие одноклассники чувствуют себя чужими, затухает крепкая юношеская дружба.

    Замечание 2

    Главным фактором, влияющим на успех интеракции, является психологическая совместимость.

    Психологическая совместимость как фактор интеракции

    Психологическая совместимость становится заметной только тогда, когда её уже нет. О психологической совместимости никто не задумывается, пока она в группе существует. Несовместимость возникает тогда, когда позитивно взаимодействовать друг с другом люди не в состоянии, когда любой контакт – это повод для конфликта. Психологическая несовместимость является настоящей бедой для любого коллектива, поэтому руководитель должен знать её основные параметры. Психологическая совместимость представляет собой оптимальное сочетание индивидуальных особенностей людей. Эти особенности делают интеракцию эффективной.

    Сойтись могут только те люди, которые имеют много общего, имеют это оптимальное сочетание особенностей. Зависит это от эмоционального уровня и от характера совместной деятельности. Люди, совместимые в области профессиональной деятельности, могут быть совершенно несовместимы в семейных отношениях.

    Абсолютной совместимости и несовместимости не бывает. В конфликт чаще всего вступают холерики, считая своего напарника флегматика ленивым, который будет ждать, когда его партнер успокоится – в таком случае, задача может быть не выполнена. Если правильно распределить роли, то в другой ситуации холерик и флегматик смогут быть продуктивным тандемом.

    Уровни совместимости зависят от разных факторов, проявляются они тоже по-разному. В психологии выделяют несколько их видов:

    • физиологический уровень, связанный с врожденными особенностями индивида, такими, как пол, возраст, конституция тела, выносливость и др.;
    • психологический уровень – темперамент, характер, интеллект, способности;
    • социально-психологический уровень, включающий интересы, ценности, идеалы, верования и др.

    Очень редко, когда партнеры сочетаются по всем трем уровням, а это значит, что неотъемлемой сферой интеракции являются конфликты, кстати, они несут не только вред, но и пользу.

    Социальная психология выделяет пять стратегий интеракции – сотрудничество, соперничество, компромисс, приспособление, избегание.

    Три первые – сильные стратегии, две последние – слабые и неэффективные, не способные решить ту или иную проблему.

    5.1A: Понимание социального взаимодействия — социальные науки LibreTexts

    1. Последнее обновление
    2. Сохранить как PDF
    1. Ключевые слова
    2. Ключевые слова

    Цели обучения

    • Рассмотрите четыре типа социальных взаимодействий: случайные, повторяющиеся, регулярные и регулируемые

    В социологии социальное взаимодействие — это динамическая последовательность социальных действий между людьми (или группами), которые изменяют свои действия и реакции из-за действий своего партнера (ов) по взаимодействию.Социальные взаимодействия можно разделить на случайные, повторяющиеся, регулярные и регулируемые.

    Социальное взаимодействие — это социальный обмен между двумя или более людьми. Эти взаимодействия составляют основу социальной структуры и, следовательно, являются ключевым объектом базового социального исследования и анализа. Социальное взаимодействие можно изучать между группами из двух (диады), трех (триады) или более крупных социальных групп.

    Социальные структуры и культуры основаны на социальных взаимодействиях. Взаимодействуя друг с другом, люди создают правила, институты и системы, в которых они стремятся жить.Символы используются для сообщения ожиданий данного общества новичкам, будь то дети или посторонние. Через эту широкую схему социального развития можно увидеть, как социальное взаимодействие лежит в его основе.

    Эмпирическое исследование социального взаимодействия является одним из предметов микросоциологии, которая касается природы повседневных человеческих социальных взаимодействий и действий в небольшом масштабе. Методы включают символический интеракционизм и этнометодологию, а также более поздние академические подразделения и исследования, такие как психосоциальные исследования, разговорный анализ и взаимодействие человека с компьютером.

    При символическом интеракционизме реальность рассматривается как социальное, развитое взаимодействие с другими. Он утверждает, что и людей, и общество нельзя разделять далеко друг от друга по двум причинам. Во-первых, они оба созданы через социальное взаимодействие. Вторая причина в том, что их невозможно понять без другой терминологии. Этнометодология, ответвление символического интеракционизма, которое ставит под вопрос, как взаимодействия людей могут создавать иллюзию общего социального порядка, несмотря на то, что они не понимают друг друга полностью и имеют разные точки зрения.

    Ключевые моменты

    • Социальное взаимодействие — это обмен между двумя или более людьми, который является строительным блоком общества. Социальное взаимодействие можно изучать между группами из двух (диады), трех (триады) или более крупных социальных групп.
    • Взаимодействуя друг с другом, люди создают правила, институты и системы, в которых они стремятся жить. Символы используются для передачи ожиданий данного общества тем, кто в нем впервые.
    • Эмпирическое исследование социального взаимодействия — один из предметов микросоциологии.Методы включают символический интеракционизм и этнометодологию, а также более поздние академические подразделения и исследования, такие как психосоциальные исследования, разговорный анализ и взаимодействие человека с компьютером.
    • При символическом интеракционизме реальность рассматривается как социальное, развитое взаимодействие с другими. Этнометодология задается вопросом, как взаимодействие людей может создавать иллюзию общего социального порядка, несмотря на то, что они не понимают друг друга полностью и имеют разные точки зрения.

    Ключевые термины

    • диада : пара вещей, находящихся в определенном отношении; диадические отношения.
    • Социальное взаимодействие : Социальный обмен между двумя или более людьми.
    • социальная группа : совокупность людей или животных, которые разделяют определенные характеристики, взаимодействуют друг с другом, принимают ожидания и обязательства как члены группы и разделяют общую идентичность.

    5.3 Социальное взаимодействие в повседневной жизни — Социология

    Цели обучения

    1. Опишите, что понимается под драматургией и управлением впечатлениями.
    2. Приведите один пример ролевого конфликта или ролевого напряжения.
    3. Назовите одно или два гендерных различия в невербальном общении.

    Фундаментальной чертой социальной жизни является социальное взаимодействие или то, как люди действуют с другими людьми и реагируют на действия других людей. Если вспомнить наш предыдущий пересказ Джона Донна, никто не остров. Это означает, что все люди, за исключением тех, кто предпочитает жить по-настоящему в одиночестве, взаимодействуют с другими людьми практически каждый день, а часто и много раз в течение одного дня.Для того, чтобы социальный порядок, являющийся предпосылкой любого общества, был возможен, должно быть возможным эффективное социальное взаимодействие. Частично по этой причине социологи, интересующиеся микросоциологией, долгое время пытались понять социальную жизнь, анализируя, как и почему люди взаимодействуют именно так, как они это делают. Этот раздел основан на их работе по изучению различных социальных влияний на индивидуальное поведение. Читая этот раздел, вы, вероятно, будете читать много вещей, имеющих отношение к вашему собственному социальному взаимодействию.

    Социальное взаимодействие — фундаментальная черта социальной жизни.Для того, чтобы социальный порядок был возможен, также должно быть возможным эффективное социальное взаимодействие.

    Мартина — Друзья — CC BY-NC-ND 2.0.

    Глава 4 «Социализация» подчеркивает, что социализация является результатом нашего социального взаимодействия. Верно и обратное: мы учимся взаимодействовать в процессе социализации. Мы видели много примеров этого процесса в предыдущих главах. Среди прочего, мы узнаем из нашей социализации, как далеко нужно стоять, разговаривая с кем-то другим, мы учимся получать удовольствие от поцелуев, мы учимся стоять и вести себя в лифте, и мы учимся вести себя, когда мы пьяны.Возможно, наиболее важным для настоящего обсуждения является то, что мы особенно изучаем роли нашего общества, обозначенные ранее как компонент социальной структуры. Важность ролей для социального взаимодействия заслуживает дальнейшего обсуждения.

    Роли и социальное взаимодействие

    Наше предыдущее обсуждение ролей определяло их как поведение, ожидаемое от людей с определенным статусом. Независимо от наших индивидуальных различий, если мы находимся в определенном статусе, от всех нас ожидается поведение, соответствующее этому статусу.Таким образом, роли помогают сделать возможным социальное взаимодействие.

    Как предполагал наш пример с покупателями и кассирами, социальное взаимодействие, основанное на ролях, обычно происходит автоматически, и мы часто выполняем свои роли, не задумываясь о них. Фактически, именно поэтому социальное взаимодействие действительно возможно: если бы нам всегда приходилось думать о своих ролях перед их выполнением, социальное взаимодействие было бы медленным, утомительным и чревато ошибками. (Аналогично, если бы актерам в пьесе всегда приходилось читать сценарий перед исполнением своих реплик, как это иногда делает дублер, пьеса была бы медленной и неестественной.) Именно тогда, когда люди нарушают свои роли, важность ролей становится очевидной. Предположим, вы ходите по магазинам в универмаге, и пока вы стояли в очереди, кассир спросил вас, как сложилась ваша сексуальная жизнь! Теперь вы можете ожидать такого интимного вопроса от очень близкого друга, потому что обсуждение интимных вопросов является частью роли, которую играют близкие друзья, но вы определенно , а не ожидали бы этого от кассира, которого вы не знаете.

    Как показывает этот пример, эффективное социальное взаимодействие основывается на общих исходных предположениях или нашем понимании ролей, ожидаемых от людей в данной встрече, которые легко нарушаются, если у кого-то хватит на это наглости.Если они нарушаются, социальный порядок вполне может нарушиться, что вы быстро обнаружите, если осмелитесь спросить кассира, как сложилась ее или его сексуальная жизнь, или если два ученика, сидящие в классе, нарушили свою ученическую роль, страстно целуя друг друга. Социолог Гарольд Гарфинкель (1967) утверждал, что неожиданные события, подобные этим, подчеркивают хрупкость социального порядка и напоминают нам, что люди постоянно конструируют социальную реальность ситуаций, в которых они оказываются. Чтобы проиллюстрировать свою точку зрения, он попросил своих учеников провести серию экспериментов, в том числе вести себя как незнакомец в доме своих родителей.Неудивительно, что их родители быстро растерялись и задались вопросом, что колледж делает с их дочерьми и сыновьями!

    Эти примеры показывают, что социальная реальность в значительной степени социально сконструирована. Это то, что мы делаем из этого, и люди, которые взаимодействуют, помогают конструировать реальность ситуации, в которой они взаимодействуют. Социологи называют этот процесс социальным конструированием реальности (Berger & Luckmann, 1963). Хотя обычно мы попадаем в ситуацию с общим пониманием того, что должно произойти, по мере продолжения взаимодействия акторы продолжают определять ситуацию и, таким образом, конструировать ее реальность.Этот взгляд лежит в основе символической интеракционистской точки зрения и помогает нам понять, как и почему роли (или, точнее, наше понимание того, какое поведение ожидается от кого-то в определенном статусе) делают возможным социальное взаимодействие.

    Роли и личности

    Роли помогают нам взаимодействовать и делают возможным социальный порядок, но они могут даже формировать нашу личность. Идея здесь в том, что если мы берем на себя новую роль, ожидания от этой роли могут изменить то, как мы взаимодействуем с другими, и даже то, как мы думаем о себе.Короче говоря, роли могут изменить нашу личность.

    Роли могут формировать личность. Когда люди становятся полицейскими, характер их работы может побуждать их действовать и мыслить более авторитарно.

    Яркий пример этого эффекта — история профессора уголовного правосудия из Флориды по имени Джордж Киркхэм. На своих уроках Киркхэм критиковал жестокость, с которой полиция обращалась с подозреваемыми и другими гражданами.Однажды некоторые полицейские на одном из его классов сказали, что Киркхэм не может понять, что значит быть офицером полиции, и предложили ему стать им. Он принял вызов, поступив в полицейскую академию и пройдя обычную программу обучения для всех новобранцев. Киркхэм (1984) позже рассказал о том, что произошло в первые несколько дней его работы. В одном из эпизодов он и его напарник-ветеран зашли в бар, где пьяный покровитель создавал проблемы. Киркхэм вежливо попросил покровителя выйти с ним на улицу.Очевидно удивленный вежливостью этого нового полицейского, мужчина вместо этого замахнулся на Киркхема и нанес ему удар. Киркхэм не мог поверить, что это произошло, и был вынужден подчинить своего нападавшего. В другом эпизоде ​​Киркхэм и его партнер проверяли водителя машины, припаркованной вдвое. Вскоре собралась уродливая толпа и начала угрожать. Встревоженный Киркхэм открыл багажник своей машины и вытащил дробовик, чтобы отогнать толпу. Рассказывая об этом эпизоде, Киркхэм написал, что как профессор он быстро осудил бы полицейского, которым стал теперь.За несколько коротких дней он превратился из вежливого, доброго профессора в грубого и злого полицейского. Изменилась его роль, а вместе с ней и его личность.

    Проблемы с ролями

    Роли помогают нашему взаимодействию протекать гладко и автоматически и, к лучшему или худшему, формируют нашу личность. Но роли также могут вызывать различные проблемы. Одна из таких проблем — конфликт ролей, который возникает, когда роли наших многочисленных статусов конфликтуют друг с другом. Например, вы студент и родитель.Ваш трехлетний ребенок заболел. Теперь у вас есть конфликт между вашей ролью родителя и вашей ролью ученика. Чтобы выполнять свою роль родителя, вы должны оставаться дома со своим больным ребенком. Чтобы выполнить свою роль студента, вы должны пойти на занятия и сдать большой экзамен, который был запланирован несколько недель назад. Что вы делаете?

    Рисунок 5.3 Пример конфликта ролей

    Родители часто могут испытывать ролевой конфликт, связанный с тем, что у них есть как родительские, так и рабочие обязанности.

    Ясно одно: вы не можете выполнять обе роли одновременно. Чтобы разрешить ролевой конфликт, нам обычно приходится выбирать между одной ролью и другой, что часто бывает трудным выбором. В этом примере, если вы заботитесь о своем ребенке, вы пропускаете уроки и экзамен; если вы ходите на занятия, вам придется оставить ребенка дома одного, что является недопустимым и незаконным вариантом. Другой способ разрешить конфликт ролей — найти альтернативу, которая отвечала бы потребностям ваших конфликтующих ролей.В нашем примере с больным ребенком вы можете найти кого-нибудь, кто будет присматривать за вашим ребенком, пока вы не вернетесь с занятий. Такие альтернативы, конечно, желательно найти, но, к сожалению, они не всегда появляются. Если конфликт ролей становится слишком частым и серьезным, последний вариант — вообще оставить один из своих статусов. В нашем примере, если вам слишком сложно совмещать роли родителя и ученика, вы можете перестать быть родителем — вряд ли! — или, что более вероятно, взять отпуск из школы, пока ваш ребенок не станет старше.Большинство из нас в таких обстоятельствах постараются изо всех сил избегать этого.

    Другая проблема, связанная с ролями, называется ролевым напряжением. Здесь у вас есть один статус и связанная с ним роль, которая вызывает проблемы из-за всех требований, поступающих к вам от людей в других статусах, с которыми связан ваш собственный статус. Предположим, вы были директором средней школы. В вашей единственной роли директора вы входите в контакт с людьми в нескольких разных статусах: учителями, учениками, опекунами и вспомогательным персоналом, суперинтендантом, членами школьного совета, сообществом в целом и средствами массовой информации.Эти статусы могут предъявлять конкурирующие требования к вам в вашей единственной роли в качестве принципала. Например, если в вашей средней школе действует дресс-код, ученики могут захотеть, чтобы вы его отменили, учителя и суперинтендант могут захотеть, чтобы вы его сохранили, и, возможно, школьный совет согласится с учениками. Пытаясь угодить всем этим конкурирующим фракциям, вы наверняка можете испытать некоторую ролевую нагрузку!

    Третий тип ролевых проблем возникает, когда мы занимаем статус, роль которого требует определенного типа личности, отличного от того, который у нас есть на самом деле.Вы можете представить себе полицейского, который боялся оружия? Спортсмен, который не был конкурентоспособным? Стюардесса, которая не любила помогать людям или боялась летать? Хотя большинство людей избегают такого рода ролевых проблем, не берут на себя роль, для которой их личность не подходит, тем не менее, такие проблемы возникают. Например, некоторые люди, которые не любят детей и не имеют терпения быть хорошими родителями, все равно становятся родителями. В другом примере ваш автор однажды знал нового профессора, который ужасно нервничал, читая лекции перед студентами.Вы можете задаться вопросом, почему он вообще стал профессором, но, вероятно, он просто так любил эту тему, что думал, что преодолеет свою нервозность. Он не.

    Драматургия и управление впечатлениями

    С социологической точки зрения большую часть нашего социального взаимодействия можно понять, сравнив его с представлением в пьесе. Как и во многих других вещах, Шекспир сказал это лучше всего, когда написал:



    Весь мир — сцена,
    И все мужчины и женщины просто игроки.
    У них есть свои выходы и свои входы;
    И один человек в свое время играет много ролей. (Как вам это понравится, действие II, сцена 7)

    С этой точки зрения, у каждого человека есть много ролей или ролей, которые он должен играть в обществе, и многие из этих ролей определяют, как мы должны взаимодействовать в той или иной ситуации. Эти роли существуют до того, как мы родились, и продолжаются еще долгое время после нашей смерти. Таким образом, культура общества похожа на сценарий пьесы. Подобно тому, как актеры в пьесе учатся, какие реплики произносить, где стоять на сцене, как располагать свои тела и многое другое, так и мы, как члены общества, узнаем роли, которые определяют, как мы должны взаимодействовать.

    Эта фундаментальная метафора была разработана и популяризирована социологом Эрвингом Гоффманом (1959) в том, что он назвал драматургическим подходом. Под этим он имел в виду, что мы можем понимать социальное взаимодействие, как если бы это было театральное представление. Взаимодействующие люди являются актерами на сцене, их слова и действия эквивалентны ролям, которые играют актеры, а любые люди, наблюдающие за их взаимодействием, эквивалентны зрителям в спектакле. Социологи Джонатан Х. Тернер и Ян Э. Стетс (2006, стр.26) резюмирует этот подход: «Люди, по сути, являются драматическими актерами на сцене, играющими роли, продиктованные культурой, и, как и всему театру, им дается некоторая драматическая лицензия на то, как они играют роли, при условии, что они тоже не отклоняются. далек от эмоционального сценария, обеспечиваемого культурой ».

    В драматургическом подходе Эрвинга Гоффмана социальное взаимодействие сравнивалось с игрой в театральном представлении.

    Помимо этих аспектов своей театральной аналогии, Гоффман также подчеркнул, что представление «Я» направляет социальное взаимодействие точно так же, как оно направляет поведение в пьесе.Он писал, что актеры в пьесе стремятся действовать правильно, что, как минимум, означает, что им нужно правильно произносить свои реплики и другими способами исполнять свои роли в том виде, в котором они были написаны. Они стараются передать впечатление своего персонажа, которое имел в виду драматург, когда писалась пьеса, и режиссер, когда ее ставили.

    Гоффман писал, что такое управление впечатлением также направляет социальное взаимодействие в повседневной жизни. Когда люди взаимодействуют, они обычно стараются произвести положительное впечатление о себе на людей, с которыми они взаимодействуют.Наше поведение на собеседовании резко отличается (каламбур) от поведения на вечеринке. Таким образом, ключевым аспектом социального взаимодействия является попытка управлять впечатлениями, которые мы передаем людям, с которыми взаимодействуем. Обычно мы сознательно или бессознательно делаем все возможное, чтобы управлять впечатлениями, которые мы передаем другим, и таким образом вызывать у них реакции, которые доставят нам удовольствие.

    Гоффман писал о других аспектах социального взаимодействия, которые влияют на наши усилия по управлению этими впечатлениями.Снова используя свою драматургическую метафору, он сказал, что какое-то взаимодействие происходит в «передней части сцены» или передней области, в то время как другое взаимодействие происходит в «закулисной» или задней области (Goffman, 1959, стр. 128). В пьесе, конечно, зрители видят сцену, и это, очевидно, место, где актеры исполняют свои роли. За кулисами они могут делать все, что хотят, и публика не будет знать, что они делают (пока они молчат). Большая часть нашего повседневного взаимодействия проходит на сцене, где публика может видеть все, что мы делаем, и слышать все, что мы говорим.Но мы также проводим много времени за кулисами, в одиночестве, когда можем делать и говорить наедине (например, петь в душе), что мы не осмелились бы сделать или сказать публично.

    Социальное взаимодействие предполагает управление впечатлениями. То, как студент ведет себя с профессором, вероятно, сильно отличается от того, как тот же студент ведет себя в городе с друзьями.

    То, как мы одеваемся, также является одной из форм управления впечатлениями. Независимо от того, какую одежду вы носите, вы один и тот же человек, но если вы оденетесь для собеседования при приеме на работу так же, как для вечеринки (если использовать наш предыдущий пример), собеседник может произвести впечатление, которое вы, возможно, не захотите производить.Если бы вы пришли на прием к врачу, и ваш врач был в купальном костюме, разве вам не было бы немного не по себе?

    Социология имеет значение

    Управление впечатлениями и собеседование

    Концепция управления впечатлениями Эрвинга Гоффмана (1959), обсуждаемая в тексте, является одним из ключевых социологических открытий для понимания социального взаимодействия. Одна из причин, по которой эта концепция была так полезна, и одна из причин, по которой она интересует многих студентов колледжей, заключается в том, что управление впечатлениями имеет такое практическое значение.Любой, кто пошел на первое свидание или прошел собеседование при приеме на работу, может сразу понять, что управление впечатлением — это то, чем мы все занимаемся, и сразу же понять важность эффективного управления впечатлением .

    Управление впечатлением важно во многих ситуациях и ситуациях, но, возможно, особенно важно во время собеседования. Многие научные публикации и руководства по поиску работы подчеркивают важность правильного управления впечатлениями во время собеседования, особенно собеседования для получения хорошо оплачиваемой работы на полный рабочий день, в отличие от работы в фаст-фуде или чего-то подобного (Ван Иддекинг, МакФарланд , & Raymark, 2007).Стратегии, которые они обсуждают, включают управление впечатлением, включающее одежду, язык тела и другие аспекты социального взаимодействия. Советы при собеседовании, которые они рекомендуют, включают (а) профессиональную одежду, (б) раннее появление на собеседовании, (в) крепкое рукопожатие, улыбку и взгляд в глаза интервьюеру, (г) сидение в удобной, но прямой позе, не скрещивая руки. руки, (e) поддержание зрительного контакта с интервьюером на протяжении всего интервью, и (f) рукопожатие в конце интервью и выражение благодарности.

    Эти стратегии и советы, вероятно, более знакомы студентам из богатых семей, чем людям из рабочего класса, которые не учились в колледже. Социологи подчеркивают важность культурного капитала или отношений, навыков и знаний, которые позволяют людям достичь более высокого социального статуса (Bourdieu & Passeron, 1990). Люди, которые растут в бедности или почти бедности, в том числе непропорционально большое количество цветных, менее склонны к обладанию культурным капиталом, чем те, кто вырос в гораздо более богатых условиях.Отношения, навыки и знания, которыми многие студенты обладают и которые считают само собой разумеющимися, в том числе о том, как вести себя во время собеседования, гораздо менее знакомы людям, которые растут без культурного капитала. Выражаясь социологическим языком, они гораздо меньше знают о том, как управлять своими впечатлениями во время собеседования, если они его получат, и, следовательно, с меньшей вероятностью будут приняты на работу после собеседования.

    По этой причине многие государственные и частные агентства в бедных и рабочих сообществах по всей стране регулярно проводят семинары по навыкам прохождения собеседований.На этих семинарах особое внимание уделяется стратегиям, аналогичным описанным ранее. Одна из многих организаций, которые предлагают эти семинары и сопутствующие услуги, — это Городская лига Лос-Анджелеса (http://www.laul.org/milken-family-literacy-and-youth-training-center) через свою организацию Milken Family Literacy and Центр обучения молодежи. Согласно его веб-сайту, этот центр «предоставляет комплексную систему услуг, программ и услуг, чтобы помочь молодежи и взрослым в развитии навыков, необходимых для конкуренции и получения значимой работы.«Большая часть того, что молодые и взрослые, посещающие его семинары и другие программы, учатся, — это навыки управления впечатлениями, которые помогают им найти работу. Концепция Гоффмана помогает изменить мир к лучшему.

    Частные лица участвуют в управлении впечатлениями, но также и группы и организации. Рассмотрим только что упомянутый визит к врачу. Кабинет врача обычно «выглядит» определенным образом. Он чистый, с ковровым покрытием, красивой мебелью и такими журналами, как People , Time и Sports Illustrated .Такой кабинет убеждает пациентов, создавая впечатление, что врач и персонал являются компетентными профессионалами. Представьте, что вы вошли в кабинет врача и увидели рваные ковровые покрытия, сломанную мебель и журналы, такие как Maxim и Playboy . Какова была бы ваша мгновенная реакция? Как скоро ты развернешься и уйдешь из офиса? Как показывает этот фантастический пример, управление впечатлениями критически важно как для групп и организаций, так и для отдельных лиц.

    Управление оттисками осуществляется с помощью физических настроек. Эти два заведения общественного питания передают совершенно разные впечатления о качестве еды и обслуживания, на которые могут рассчитывать посетители.

    Жизнь полна управления впечатлениями. Сравните обстановку вашего любимого ресторана быстрого питания с интерьером очень дорогого ресторана, с которым вы, возможно, знакомы. Сравните внешний вид, одежду и поведение официантов и другого персонала в двух заведениях.Дорогой ресторан пытается создать впечатление, что еда будет восхитительной, а время, проведенное в нем, будет незабываемым и стоит потраченных денег. Ресторан быстрого питания пытается произвести прямо противоположное впечатление. На самом деле, если бы это выглядело слишком модно, вы, вероятно, подумали бы, что это слишком дорого.

    Некоторые люди прилагают большие усилия, чтобы управлять впечатлениями, которые они производят. Вы, вероятно, сделали это на собеседовании или на свидании. В Нью-Йорке, столице книгоиздания, редакторы крупных издательских компаний и «суперагенты» авторов очень внимательно относятся к впечатлениям, которые они передают, потому что большая часть издательской индустрии зависит от сплетен, впечатлений и развития взаимопонимания.Редакторы и агенты часто вместе обедают в одном из немногих очень дорогих «силовых» ресторанов, где их присутствие обязательно нужно отметить. Издатели или старшие редакторы, которые обедают в этих ресторанах, будут есть только со знаменитыми авторами, другими старшими редакторами или издателями или важными агентами. Такие агенты редко обедают с младшими редакторами, которым «разрешено» есть только с младшими агентами. Еда с кем-то «ниже» вашего положения создаст неправильное впечатление (Arnold, 1998).

    Эмоции и социальное взаимодействие

    Когда мы взаимодействуем с другими, в игру часто вступают определенные эмоции — чувства, которые начинаются со стимула и часто включают психологические изменения и желание участвовать в определенных действиях.Чтобы понять социальное взаимодействие, полезно понять, как возникают эти эмоции и как они влияют и на них влияет социальное взаимодействие.

    Неудивительно, что эволюционные биологи и социологи расходятся во взглядах на происхождение эмоций. Многие биологи-эволюционисты думают, что человеческие эмоции существуют сегодня, потому что они давали эволюционное преимущество, когда человеческая цивилизация началась эоны назад (Плутчик, 2001). При таком способе мышления такая эмоция, как страх, могла бы помочь доисторическим людям (а также другим приматам и организмам) выжить, позволив им распознавать опасные ситуации и избегать их.Таким образом, люди, которые могли чувствовать страх и действовать в соответствии со страхом, имели больше шансов выжить, чем те, кто не мог. Таким образом, страх стал биологическим инстинктом и частью нашего генетического наследия. Тот факт, что эмоции, такие как гнев, страх, ненависть, радость, любовь и печаль, встречаются во всем мире и в каждой культуре, предполагает, что эмоции действительно являются частью нашей биологической структуры как человека.

    В отличие от эволюционного подхода, социологический подход подчеркивает, что эмоции социально сконструированы (Turner & Stets, 2006).Если вспомнить наше предыдущее обсуждение социального конструирования реальности, это означает, что люди учатся у своей культуры и из своего социального взаимодействия, какие эмоции уместно проявлять в каких ситуациях. В частности, статусы и связанные с ними роли включают ожидания определенных эмоций, которые подходят или не подходят для данного статуса в данной социальной среде. Ожидается, что кто-то, пришедший на свадьбу, будет выглядеть и рад за пару, собирающуюся пожениться. Ожидается, что кто-то из присутствующих на похоронах будет выглядеть и скорбеть.Эмоции социально сконструированы, потому что они возникают из ролей, которые мы играем, и ситуаций, в которых мы находимся.

    Социологи подчеркивают, что эмоции социально сконструированы, поскольку они возникают из ожиданий определенных ролей в определенных условиях. Поскольку мы ожидаем, что на свадьбах и похоронах у людей будут очень разные эмоции, они обычно испытывают эти эмоции.

    Эллиот Хармон — Свадьба — CC BY-SA 2.0; spazbot29 — Похороны — CC BY-SA 2.0.

    Не говоря уже об истоках эмоций, эмоции по-прежнему играют важную роль в социальном взаимодействии, а социальное взаимодействие порождает эмоции. Соответственно, социологи обсудили многие аспекты эмоций и социального взаимодействия (Turner & Stets, 2006), некоторые из которых мы описываем здесь. Одним из важных аспектов является то, что неискренних проявлений эмоций можно использовать для манипулирования ситуацией. Например, ребенок или взрослый может плакать, чтобы завоевать сочувствие, и это явление обычно называют «крокодиловыми слезами».«Основной элемент многих романов и фильмов — притвориться сожалением о том, что богатый пожилой родственник очень болен, чтобы завоевать место в завещании родственника. Однако по той же причине люди, демонстрирующие неуместные эмоции, рискуют получить неодобрение со стороны общества. Если вы присутствуете на похоронах кого-то, кого вы не очень хорошо знали, и от скуки вспомните недавний эпизод сериала The Simpsons , который заставляет вас хихикать, взгляды, которые вы получите, дадут понять, что ваше эмоциональное проявление совершенно неуместно.

    Как показывает этот пример, второй аспект эмоций заключается в том, что мы часто оказываемся в ситуациях, которые «требуют» определенных эмоций, которых мы просто не чувствуем. Это несоответствие вынуждает большинство из нас управлять своими эмоциями, чтобы избежать социального неодобрения, и этот процесс называется эмоциональной работой (Hochschild, 1983). В свою очередь, необходимость заниматься эмоциональной работой часто приводит к тому, что мы испытываем другие эмоции, такие как гнев или разочарование.

    Третий аспект заключается в том, что пол влияет на эмоции, которые мы испытываем и отображаем.В социологии работа над гендером и эмоциями часто подпадает под более широкую тему женственности и мужественности как выражения гендерных ролей, которые более подробно рассматриваются в главе 11 «Гендер и гендерное неравенство». Здесь достаточно сказать, рискуя показаться стереотипным, что определенные гендерные различия в эмоциях и их проявлении действительно существуют. Например, женщины плачут чаще и сильнее, чем мужчины, а мужчины внешне выражают гнев гораздо чаще, чем женщины. Ключевой вопрос заключается в том, проистекают ли гендерные различия в эмоциях (как и другие гендерные различия) больше из биологии или в большей степени из культуры, социализации и другого социального происхождения.Глава 11 «Гендер и гендерное неравенство» снова посвящена этой основной дискуссии при изучении гендера.

    По словам социолога Джонатана Тернера, положительные эмоции чаще встречаются среди богатых, а отрицательные — среди бедных.

    Последний аспект заключается в том, что эмоции различаются в зависимости от социальных классов. Джонатан Тернер (2010) отмечает, что некоторые эмоции, такие как счастье и доверие, являются положительными эмоциями, тогда как другие эмоции, такие как гнев, страх и печаль, являются отрицательными.По его словам, положительные эмоции приводят к более успешному социальному взаимодействию и помогают получить необходимые ресурсы (например, веселое поведение и уверенность в себе могут помочь получить высокооплачиваемую работу или привлечь романтического партнера), тогда как отрицательные эмоции имеют противоположный эффект. Он добавляет, что положительные эмоции чаще встречаются среди высших социальных классов, в то время как отрицательные эмоции чаще встречаются среди более бедных социальных классов. Таким образом, эмоции являются «ценным ресурсом, который распределяется неравномерно» (Turner, 2010, стр.189–190). Высшие классы получают выгоду от своих положительных эмоций, в то время как низшие классы страдают от различных проблем из-за своих отрицательных эмоций. Таким образом, различие положительных и отрицательных эмоций в социальных классах способствует усилению социального неравенства.

    Невербальное социальное взаимодействие

    Социальное взаимодействие бывает вербальным и невербальным. Как обсуждалось в главе 3 «Культура», культура сильно влияет на невербальное общение или способы общения, не связанные с разговором.Невербальное общение включает в себя жесты, которые мы используем, и то, как далеко мы стоим, когда разговариваем с кем-то. Когда мы разговариваем с кем-то, происходит гораздо большее невербальное взаимодействие, чем просто жесты и отстранение. Мы можем улыбаться, смеяться, хмуриться, гримасничать или использовать любое количество других выражений лица (осознавая или не осознавая, что мы делаем это), которые позволяют людям, с которыми мы взаимодействуем, узнать, как мы относимся к тому, что мы говорим или они говорят . Часто то, как мы действуем невербально, не менее важно, а иногда даже важнее, чем то, что говорят наши уста.

    Поза тела — это еще одна форма невербального общения, которая часто сочетается с выражением лица, чтобы передать то, что чувствует человек. Сердитые люди могут скрестить руки или стоять, уперев руки в бедра, и пристально смотреть на кого-то. Кто-то, ссутулившись в кресле, выглядит либо очень комфортно, либо очень скучно, и ни одна поза не та, которую вы бы хотели использовать на собеседовании для работы, которую действительно хотели бы получить. Во время флирта мужчины и женщины могут принимать определенные позы.Сознательно или нет, они сидят или встают определенным образом, показывая, что они романтически заинтересованы в конкретном человеке и надеются, что этот человек вернет этот интерес.

    Уроки других обществ

    Личное пространство и стоять отдельно: почему люди из других стран думают, что американцы холодны и далеки

    Как обсуждается в тексте, один из аспектов невербального взаимодействия заключается в том, насколько далеко мы отстаем от того, с кем разговариваем. Чтобы развить мысль, впервые упомянутую в главе 2 «Взгляд на общество: проведение социологических исследований», американцы и граждане Великобритании и североевропейских стран обычно стоят на расстоянии трех-четырех футов от кого-то, кто является незнакомцем или знакомым.Если мы приближаемся к этому человеку без необходимости быть ближе — то есть мы не находимся в переполненном лифте, баре или другом месте, в котором невозможно отойти дальше друг от друга, — мы чувствуем себя некомфортно.

    Напротив, люди во многих частях мира — в Южной и Центральной Америке, Африке, на Ближнем Востоке и в странах Западной Европы, таких как Франция, Испания и Италия — стоят гораздо ближе к тому, с кем они разговаривают. В этих странах люди во время разговора стоят на расстоянии всего 9-15 дюймов друг от друга.Если бы кто-то по какой-то причине хотел отойти еще на два фута, представитель одной из этих наций посчитал бы этого человека недружелюбным и вполне мог бы почувствовать себя оскорбленным (Ting-Toomey, 1999; Samovar, Porter, & McDaniel, 2010).

    Ваш автор однажды попал в такую ​​ситуацию в штате Мэн. Я разговаривал с профессором из ближневосточной страны, который стоял очень близко ко мне. Чтобы чувствовать себя более комфортно, я отступил на шаг или два, даже не осознавая этого. Профессор двинулся вперед, видимо, для того, чтобы самому чувствовать себя комфортнее, а затем я отступил.Он снова двинулся вперед, а я снова двинулся назад. За несколько минут мы переместились на 20-30 футов!

    Когда американцы выезжают за границу, неофициальные данные показывают, что они часто думают, что люди в других странах настойчивы и требовательны, и что эти граждане относятся к американцам как к холодным и отчужденным (Ellsworth, 2005). Хотя между американцами и людьми из других стран существует много культурных различий, личное пространство — одно из самых важных различий. Этот факт является важным уроком для любого американца, выезжающего за границу, а также демонстрирует значение культуры для поведения и, следовательно, ценность социологической точки зрения.

    Как и в случае с эмоциями, пол, по-видимому, влияет на невербальное общение людей (Hall, 2006). Например, ряд исследований показывает, что женщины чаще, чем мужчины, улыбаются, кивают и имеют более выразительные лица. И снова биологи и социологи расходятся во мнениях относительно происхождения этих и других гендерных различий в невербальной коммуникации, при этом социологи приписывают различия гендерным ролям, культуре и социализации.

    Исследования показывают, что женщины обычно улыбаются чаще, чем мужчины.Биологи и социологи расходятся во мнениях относительно происхождения гендерных различий в невербальном общении.

    Гендерные различия существуют также в двух других формах невербального взаимодействия: зрительном контакте и прикосновении. Женщины чаще, чем мужчины, смотрят прямо в глаза людям, с которыми они взаимодействуют, — процесс, называемый пристальным взглядом . Такое пристальное внимание предназначено для выражения интереса к взаимодействию и отсутствия угрозы. С другой стороны, мужчины с большей вероятностью, чем женщины, будут пристально смотреть на кого-то с действительно угрожающим взглядом .Мужчина может пристально смотреть на мужчину, потому что ему не нравится то, что другой мужчина сказал или сделал; мужчина может смотреть на женщину, потому что смотрит на нее как на сексуальный объект. Прикасаясь, мужчины чаще, чем женщины, прикасаются к кому-то, особенно если это женщина; например, ведя ее через дверной проем, он мог бы положить руку ей за руку или за спину. С другой стороны, женщины с большей вероятностью, чем мужчины, прикасаются к себе, когда разговаривают с кем-то, и этот процесс называется само прикосновение .Таким образом, если женщина говорит: «Я думаю, что…», она может кратко коснуться области чуть ниже шеи, чтобы обратиться к себе. Мужчины реже относятся к себе подобным образом.

    Основные выводы

    • Драматургический подход уподобляет социальное взаимодействие драматической постановке.
    • Люди обычно пытаются управлять впечатлением, которое они производят при взаимодействии с другими. Социальное взаимодействие можно понимать как серию попыток управления впечатлениями.
    • Различные виды ролевого напряжения и проблемы часто возникают, когда люди пытаются выполнять роли, ожидаемые от них из множества занимаемых ими статусов.
    • Эмоции и невербальное общение — важные компоненты социального взаимодействия. Социологи и биологи расходятся во мнениях относительно происхождения гендерных различий в этих двух компонентах.

    для вашего обзора

    1. Опишите недавний пример того, как вы пытались управлять впечатлением, которое вы производили в социальном взаимодействии.
    2. Опишите недавний пример проблемы с ролями, с которой вы столкнулись, и то, что вы сделали, чтобы уменьшить эту проблему.
    3. Если бы вы руководили нашим обществом, какую практику социализации вы бы больше всего пытались изменить, чтобы улучшить наше общество? Поясните свой ответ.
    Улучшение социального взаимодействия: что предлагает социология

    Если цель этой книги — помочь вам лучше понять себя и окружающий вас социальный мир, то социологическое понимание социального взаимодействия должно помочь вашему собственному социальному взаимодействию, а также взаимодействию других людей.

    Мы видим свидетельства практической ценности социологического понимания во вставках «Социология, имеющая значение» и «Уроки других обществ» в этой главе.Во вставке «Социология меняет мир» обсуждалось влияние, которое концепция управления впечатлением Гоффмана оказала на поиск работы в целом и, в частности, на усилия по повышению шансов трудоустройства бедных и цветных людей. Во вставке «Уроки других обществ» обсуждалось, почему американцам иногда трудно общаться с людьми за границей. Различия в личном пространстве могут вызвать обиду между американцами и людьми из других стран.

    Если мы осознаем важность управления впечатлениями, мы можем лучше осознавать впечатления, которые мы производим в наших повседневных взаимодействиях, будь то беседы с профессором, собеседование для приема на работу, выход на первое свидание. , или разговаривая с полицейским, остановившим вас.Точно так же, если мы осознаем важность личного пространства, мы можем улучшить наше взаимодействие с людьми с разным культурным происхождением. Таким образом, если мы американцы североевропейского происхождения и взаимодействуем с людьми из других стран, мы можем осознавать, что физическая дистанция имеет значение, и, возможно, стоим ближе к кому-то, чем мы обычно можем чувствовать себя комфортно, чтобы помочь другому человеку чувствовать себя более комфортно и нравиться. нам больше. И наоборот, читатели, не являющиеся американцами североевропейского происхождения, могут отступить на шаг или два назад, чтобы достичь тех же целей.

    Чтобы проиллюстрировать важность улучшения социального взаимодействия между людьми из разных культур, федеральное правительство подготовило документ под названием «Развитие культурной компетенции в программах психического здоровья в случае стихийных бедствий: руководящие принципы и рекомендации» (http: // mentalhealth. Samhsa.gov/ публикации / allpubs / sma03-3828 / sectiontwo.asp). Этот документ предназначен для помощи специалистам в области психического здоровья, которые помогают жертвам стихийных бедствий в других странах или в Соединенных Штатах.Он предупреждает профессионалов о том, что культурные различия могут препятствовать их усилиям по оказанию помощи жертвам: «Как вербальное, так и невербальное общение могут быть препятствиями на пути к эффективному консультированию в кризисных ситуациях, когда выжившие и работники принадлежат к разным культурам. Культура влияет на то, как люди выражают свои чувства, а также на то, какие чувства уместно выражать в той или иной ситуации. Неспособность общаться может заставить обе стороны чувствовать себя отчужденными и беспомощными ». Он также советует профессионалам осознавать потребности в личном пространстве людей, которым они пытаются помочь: «Человек из одной субкультуры может прикоснуться к другой или приблизиться к ней в качестве дружеского жеста, тогда как кто-то из другой культуры может счесть такое поведение агрессивным .Консультанты по вопросам стихийных бедствий должны искать ключи к разгадке потребности выжившего в пространстве. Такие подсказки могут включать, например, отодвинуть стул назад или подойти ближе ». Как поясняется в этом документе, если мы сможем опираться на социологическое понимание для улучшения наших навыков социального взаимодействия, мы сможем помочь не только себе, но и людям из других культур.

    Ссылки

    Арнольд М. (1998, 11 июня). Искусство прелюдии за столом. Нью-Йорк Таймс , стр. B3.

    Бергер, П., И Лакманн, Т. (1963). Социальное конструирование реальности . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Doubleday.

    Bourdieu, P., & Passeron, J.-C. (1990). Воспроизведение в образовании, обществе и культуре . Ньюбери-Парк, Калифорния: Сейдж.

    Ellsworth, M. (2005, 12 декабря). Пересечение культур — личное пространство. Антиквариат . Получено с http://www.expatfacts.com/2005/12/crossing_cultures_personal_spa.html.

    Гарфинкель, Х. (1967). Исследования по этнометодологии .Кембридж, Англия: Polity Press.

    Гоффман Э. (1959). Представление себя в повседневной жизни . Гарден-Сити, Нью-Йорк: Doubleday.

    Холл, Дж. А. (2006). Невербальное общение женщин и мужчин: сходства, различия, стереотипы и происхождение. В В. Манусов и М. Л. Паттерсон (ред.), The Sage handbook of невербальная коммуникация (стр. 201–218). Таузенд-Оукс, Калифорния: Сейдж.

    Хохшильд, А. Р. (1983). Управляемое сердце: коммерциализация человеческих чувств .Беркли: Калифорнийский университет Press.

    Киркхэм, Г. Л. (1984). Уличные уроки профессора. В R. G. Culbertson (Ed.), «Порядок согласно закону»: Чтения по уголовному правосудию (стр. 77–89). Проспект Хайтс, Иллинойс: Waveland Press.

    Плутчик Р. (2001). Природа эмоций. Американский ученый, 89 , 344–350.

    Тинг-Туми, С. (1999). Общение между культурами . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Гилфорд Пресс; Самовар, Л. А., Портер, Р. Э., и МакДэниел, Э.Р. (2010). Связь между культурами (7-е изд.). Бостон, Массачусетс: Уодсворт.

    Тернер, Дж. Х., & Стетс, Дж. Э. (2006). Социологические теории человеческих эмоций. Ежегодный обзор социологии, 32 , 25–52.

    Тернер, Дж. Х. (2010). Стратификация эмоций: некоторые предварительные обобщения. Социологический опрос, 80 , 168–199.

    Ван Иддекинг, К. Х., МакФарланд, Л. А., и Реймарк, П. Х. (2007). Антецеденты использования и эффективности управления впечатлениями в структурированном интервью. Журнал менеджмента, 33 , 752–773.

    Понимание социального взаимодействия — Brewminate



    Отредактировал Мэтью А. Макинтош / 28.02.2018
    Историк
    Брюминейт Главный редактор


    1.2 — Обзор

    В социологии социальное взаимодействие — это динамическая последовательность социальных действий между людьми (или группами), которые изменяют свои действия и реакции из-за действий своего партнера (ов) по взаимодействию.Социальные взаимодействия можно разделить на случайные, повторяющиеся, регулярные и регулируемые.

    Социальное взаимодействие — это социальный обмен между двумя или более людьми. Эти взаимодействия составляют основу социальной структуры и, следовательно, являются ключевым объектом базового социального исследования и анализа. Социальное взаимодействие можно изучать между группами из двух (диады), трех (триады) или более крупных социальных групп.

    Социальные структуры и культуры основаны на социальных взаимодействиях. Взаимодействуя друг с другом, люди создают правила, институты и системы, в которых они стремятся жить.Символы используются для сообщения ожиданий данного общества новичкам, будь то дети или посторонние. Через эту широкую схему социального развития можно увидеть, как социальное взаимодействие лежит в его основе.

    Эмпирическое исследование социального взаимодействия является одним из предметов микросоциологии, которая касается природы повседневных человеческих социальных взаимодействий и действий в небольшом масштабе. Методы включают символический интеракционизм и этнометодологию, а также более поздние академические подразделения и исследования, такие как психосоциальные исследования, разговорный анализ и взаимодействие человека с компьютером.

    При символическом интеракционизме реальность рассматривается как социальное, развитое взаимодействие с другими. Он утверждает, что и людей, и общество нельзя разделять далеко друг от друга по двум причинам. Во-первых, они оба созданы через социальное взаимодействие. Вторая причина в том, что их невозможно понять без другой терминологии. Этнометодология, ответвление символического интеракционизма, которое ставит под вопрос, как взаимодействия людей могут создавать иллюзию общего социального порядка, несмотря на то, что они не понимают друг друга полностью и имеют разные точки зрения.

    1.3 — Этнометодология

    1.3.1 — Введение

    Этнометодология — этнографический подход к социологическому исследованию, предложенный американским социологом Гарольдом Гарфинкелем. Цель этнометодологии — документировать методы и практики, с помощью которых члены общества понимают свой мир.

    Гарфинкель ввел термин «этнометодология» в 1954 году, когда готовил статью, в которую вошли его ранние исследования присяжных. Он предположил, что этнометодология могла бы служить подходящим термином для изучения «знаний члена о его обычных делах, о его собственных организованных предприятиях, где эти знания рассматриваются [исследователями] как часть того же окружения, которое делает их доступными для заказа».Например, исследуя поведение присяжных, этнометодолог будет стремиться описать методы здравого смысла, с помощью которых члены присяжных проявляют себя в зале присяжных в качестве присяжных — устанавливая факты, разрабатывая цепочки доказательств, определяя надежность свидетелей. свидетельские показания, установление иерархии выступающих в зале заседаний присяжных, определение виновности или невиновности подсудимых. Эти методы послужили бы формированию социального порядка присяжных в этой конкретной социальной обстановке.

    1.3.2 — Некоторые ведущие политики, методы и определения
    • Фундаментальное предположение этнометодологических исследований: Энн Ролз охарактеризовала это фундаментальное предположение, сказав, что «члены общества должны иметь некоторые общие методы, которые они используют для взаимного конструирования значимой упорядоченности социальных ситуаций. «
    • Этнометодологическое безразличие: этнометодология придерживается политики преднамеренного агностицизма или безразличия по отношению к диктату, предрассудкам, методам и практикам социологического анализа.Политика этнометодологического агностицизма не следует рассматривать как безразличие к проблемам социального порядка; этнометодологический агностицизм относится к рассмотрению социальных проблем только так, как их видят члены общества.
    • Первый раз: «Первый раз» — это попытка описать любую социальную активность, независимо от ее рутинной или повседневной внешности, как если бы она происходила впервые. Это делается для того, чтобы выявить, как наблюдатель за деятельностью представляет собой деятельность, с целью формулирования какого-либо конкретного описания.Смысл такого упражнения состоит в том, чтобы подчеркнуть сложность социологического анализа и описания, в частности индексирующие и рефлексивные свойства собственных описаний акторов или наблюдателей того, что происходит в любой данной ситуации.
    • Sacks ’Gloss: Sacks’ Gloss предполагает, что исследователь, интересующийся вопросами, относящимися к определенному социальному порядку, должен искать ответы у членов этого социального порядка. Это противоречит идее, что на такие вопросы лучше всего отвечает социолог.
    • Область исследований этнометодологии: предметом изучения этнометодологии являются социальные практики реальных людей в реальных условиях и методы, с помощью которых эти люди создают и поддерживают общее чувство социального порядка.

    1.3.3 — Этнометодология и традиционная социология

    Гарольд Гарфинкель: Социолог Гарольд Гарфинкель отвечал за развитие этнометодологии.

    Три основных различия между традиционной социологией и этнометодологией:

    • В то время как традиционная социология обычно предлагает анализ общества, принимая объективную истину социального порядка как должное, этнометодология занимается процедурами, посредством которых этот социальный порядок создается и разделяется.
    • В то время как традиционная социология обычно предоставляет описания социальных условий, которые конкурируют с фактическими описаниями, предлагаемыми людьми, которые являются участниками этих условий, этнометодология стремится описать фактические процедуры, которые люди используют при описании этих условий.
    • Исследовательские программы структурного функционализма методически навязывают уже существующие аналитические схемы своим областям исследования. Программы символического взаимодействия предполагают правдивую основу символов, интерпретируемых участниками социальных сцен.Для сравнения, этнометодология специально избегает использования подобных программных допущений при описании социальных сцен.

    В отличие от традиционных социологических форм исследования, этнометодологическая перспектива не делает теоретических или методологических апелляций к внешним предположениям относительно структуры актора или их характеристик социальной реальности. Этнометодология не имеет отношения к субъективным состояниям отдельного человека или группы людей.Он отказывается приписывать концептуальные проекции, такие как «ценностные состояния», «чувства» или «целевые ориентации», какому-либо действующему лицу или группе действующих лиц, и не постулирует конкретный «нормативный порядок» как трансцендентальную особенность социальных сцен.

    Для этнометодолога методическая реализация социальных сцен происходит в реальных условиях, находящихся под пристальным вниманием. Это осознание структурируется участниками обстановки посредством рефлексивного учета ее особенностей. Работа этнометодолога состоит в том, чтобы описать характер этих действий, а не учитывать их таким образом, который выходит за рамки реальной практики бухгалтерского учета участника в обстановке.

    1.4 — Драматургия

    1.4.1 — Введение

    Драматургия — это социологическая перспектива, которая является компонентом символического интеракционизма и используется в социологическом анализе повседневной жизни. Драматургия, разработанная американским социологом Эрвингом Гоффманом в его основополагающем тексте 1959 года Представление себя в повседневной жизни , использует метафору театра для объяснения человеческого поведения. Согласно этой точке зрения, люди в повседневной жизни выполняют действия, как если бы они выступали на сцене.Идентификация осуществляется через роли. Здесь термин «роль» работает двояко: он относится как к имени театрального персонажа, так и к тому, как люди исполняют роли в реальности, выступая в роли матери, друга, мужа и т. Д. Драматургия утверждает, что представление себя через роль — это способ взаимодействия с обществом.

    1.4.2 — Управление впечатлениями

    Гоффман утверждает, что каждое выступление — это представление самого себя, и что каждый стремится произвести определенное впечатление в умах других.Этот универсальный привод называется оттисками. Люди управляют впечатлениями других о них, успешно изображая себя «на сцене» или публично. Люди представляют себя другим на основе культурных ценностей, норм и ожиданий. В большинстве случаев люди стремятся оправдать ожидания общества, но драматургический фрейм применим даже в случае восстания. Если человек хочет показать, что он не согласен или не идентифицирует себя с социальными нормами, он должен использовать хорошо читаемую систему символов, чтобы передать эту информацию.Таким образом, она по-прежнему занимается управлением впечатлением, пытаясь представить себя определенным образом в обществе. С драматургической точки зрения перформанс идентичности успешен, когда аудитория видит исполнителя таким, каким он хочет, чтобы на него смотрели.

    1.4.3 — Улица с двусторонним движением

    Этап перформанса: Эрвинг Гоффман использует метафору сцены для объяснения человеческого поведения в повседневной жизни.

    Новаторская сила драматургической перспективы заключается в признании «улицы с двусторонним движением» в управлении идентичностью.Человек вкладывает энергию в то, чтобы показать другим людям свою личность. Драматургия связывает как представление, так и восприятие, демонстрируя, что личность человека фундаментально переплетается с обществом вне его самого. Исполнитель всегда осознает, что аудитория проводит оценочную работу самостоятельно и может усомниться в достоверности спектакля.

    О взаимосвязанности индивидуального чувства личности и общества свидетельствует острая осведомленность актера о публике.Гоффман объясняет это осознание поведением на первой и второй сцене. Действия на передней сцене — это действия, которые видны публике и являются частью представления, в то время как действия на сцене происходят только тогда, когда публики нет рядом. Примером этого может быть тип обслуживания клиентов, осуществляемый бариста в местном кафе. Находясь на часах перед посетителями, бариста обычно делают то, что хочет клиент, и стараются не беспокоить неприятных запросов. Бариста хочет донести до клиента, что он готов удовлетворить его потребности.Однако, как только клиент уходит, бариста может высмеять клиента перед коллегами. Это показывает, как люди постоянно настраиваются на аудиторию и соответственно изменяют свое поведение.

    2.1 — Невербальное общение

    2.1.1 — Введение

    Невербальное общение — это процесс общения путем отправки и получения бессловесных сообщений. Этот тип общения включает в себя жесты, прикосновения, язык тела, позу, мимику и зрительный контакт.Невербальное общение также может включать сообщения, передаваемые через материальные предметы. Например, одежда или прическа — это форма невербального обмена информацией, которая сообщает что-то о человеке. Как правило, невербальное общение можно изучать на основе местоположения или контекста общения, физических характеристик собеседников и поведения собеседников в ходе взаимодействия.

    2.1.2 — Речь

    По иронии судьбы невербальное общение также можно найти в речи.Этот тип невербального общения называется параязыком и включает вокальные элементы, такие как качество голоса, темп, высоту звука, громкость, ритм и интонацию. Различия в языках могут повлиять на сообщение, которое передается с помощью слов. Например, если кто-то улыбается, говоря «Уходите из города», этот человек, вероятно, сообщает, что сомневается в том, что вы говорите, или находит это невероятным. Или же, если кто-то подбежит к вам и закричит: «Уходите из города! »С разъяренным выражением лица, это могло быть буквальной угрозой.Параязык — хороший пример невербального общения, которое не является визуальным.

    2.1.3 — Поза

    Осанка, или положение тела человека, многое говорит о взглядах человека. Различные позы включают сутулость, возвышение, плечи вперед и скрещивание рук. Такое невербальное поведение может указывать на чувства и отношения человека. Поза может использоваться для определения степени намерения или вовлеченности человека, разницы в статусе между собеседниками и уровня привязанности человека к другому коммуникатору в зависимости от «открытости тела».”

    Исследования, изучающие влияние позы на межличностные отношения, показывают, что зеркально отображаемые конгруэнтные позы, когда левая сторона одного человека параллельна правой стороне другого человека, побуждают коммуникаторов положительно относиться к своему обмену мнениями. Осанка является социализированной и географической, что означает, что человек учится различным способам поведения в разных контекстах. Домохозяйка из Канзас-Сити будет чувствовать себя иначе, чем докер из Портленда, которая будет чувствовать себя иначе, чем подросток из Сиэтла.Различия между поколениями демонстрируют, как социализируется осанка; старшее поколение учили отводить плечи назад, побуждая родителей напоминать сегодняшней молодежи, чтобы она перестала сутулиться.

    2.1.4 — Жесты

    Жесты — это движения руками, руками или лицом, передающие определенное сообщение. Наиболее распространенные жесты — это жесты-эмблемы или жесты, которые можно цитировать, которые изучаются в рамках определенной культуры для передачи определенного сообщения.Например, в западном мире движение руки вперед и назад означает «привет» или «до свидания». Жесты эмблемы могут настолько сильно различаться в зависимости от культурного пространства, что обычный жест в одном контексте становится оскорбительным в другом. Мимика или мимика — особенно коммуникативная форма жеста. Благодаря всем разнообразным мускулам, которые точно контролируют рот, губы, глаза, нос, лоб и челюсть, человеческие лица могут выражать более десяти тысяч различных выражений. «Говорящему» сложнее манипулировать выражениями лица, учитывая, что в создание одного выражения вовлечено так много микродвижений.Это делает мимические жесты чрезвычайно эффективными и честными, и поэтому «слушатель» в значительной степени полагается на них при оценке утверждений «говорящего».

    2.1.5 — Одежда

    Одежда: То, как мы выбираем себе одежду и стиль, говорит о нас всему миру.

    Одежда — это невербальное средство общения, основанное не на теле человека, а на других материалах. Кроме того, это форма невербального общения, в которой участвуют все, кроме тех, кто живет в нудистской колонии.Типы одежды, которую носит человек, невербально говорят о его личности, происхождении и финансовом положении. Даже если человек не уделяет много внимания своей одежде, то, что он носит, все равно что-то сообщает другим, даже непреднамеренно. Примером того, как люди осознают, что их одежда служит для общения, является понятие правильной одежды. На свадьбу вы бы оделись иначе, чем на собеседование, а не на кемпинг.

    2.1.6 — Последствия

    Невербальное общение: можно сказать, что эта пара влюблена, по невербальному обмену.Очевидно, что на картинке ничего не говорится, но по осанке, выражению лица и одежде пары можно сказать, что они женятся.

    Невербальное общение может иметь серьезные последствия, даже если общественность понимает, что сообщение, которое они получают, передается непреднамеренно. Например, люди склонны доверять и поддерживать более высоких людей. Очевидно, что человек не может контролировать свой рост, но, тем не менее, другие воспринимают рост, чтобы передать определенные черты характера.На американских выборах обычно побеждает более высокий кандидат. Во время президентских дебатов 2004 года Джордж Буш (более короткий кандидат) настоял на том, чтобы его подиум был изменен так, чтобы он выглядел того же роста, что и Джон Керри. Дело в том, что все, что касается нас, независимо от того, находится ли он под нашим контролем или нет, передает информацию аудитории.

    2.2 — Обмен

    Теория социального обмена. В этом ролике излагаются принципы теории социального обмена.

    Теория социального обмена — это социально-психологическая и социологическая перспектива, которая объясняет социальные изменения и стабильность как процесс переговоров между сторонами. Теория в основном ориентирована на теорию рационального выбора или идею о том, что все человеческое поведение определяется индивидуальной интерпретацией того, что в его интересах. Теория социального обмена продвигает идею о том, что отношения необходимы для жизни в обществе и что в интересах одного человека устанавливать отношения с другими.Конечно, независимо от того, заинтересованы ли люди в установлении отношений с конкретным человеком, — это расчет, который должны выполнить обе стороны. Тем не менее, теория социального обмена утверждает, что формирование отношений выгодно из-за обмена. Каждая сторона отношений обменивается определенными товарами и перспективами, создавая более богатую жизнь для обоих. Примечательно, что хотя теория социального обмена может ссылаться на буквальный обмен товарами, она также может означать обмен более нематериальными элементами.Например, в интересах молочного и овощного фермера установить отношения, потому что они могут обмениваться своими материальными благами. Теория также применима к Джеку и Джилл, которые решают пожениться из-за эмоциональной поддержки, которую они обмениваются друг с другом.

    Теория социального обмена понятна только через призму теории рационального выбора. Теория рационального выбора предполагает, что каждый человек оценивает свое поведение по его ценности, которая является функцией вознаграждения за вычетом затрат.Вознаграждение — это элементы семейной жизни, которые имеют положительную ценность для человека, в то время как затраты — это элементы семейной жизни, которые имеют отрицательную ценность для человека. Теория социального обмена утверждает, что люди вычисляют ценность, когда решают наладить или поддерживать отношения с другим человеком. Хорошим примером этого может служить пресловутый список «за / против», который кто-то может составить, когда решает остаться или расстаться со своей второй половинкой.

    В основе теории социального обмена лежит несколько допущений.Во-первых, люди ищут награды и избегают наказаний. Во-вторых, люди — рациональные субъекты. Наконец, теория социального обмена признает, что стандарты, по которым люди оценивают затраты и вознаграждения, меняются со временем и от человека к человеку. Это означает, что то, что может показаться рациональным одному человеку, другому покажется совершенно иррациональным. Однако до тех пор, пока принятие решения о формировании социальных отношений индивидом включает оценку ценности, независимо от того, что это значит для человека, поведение соответствует рамкам, установленным теорией социального обмена.

    2.3 — Сотрудничество

    Сотрудничество в политике: Без сотрудничества Конгресс не смог бы создавать какие-либо законы.

    Сотрудничество — это процесс, в котором два или более человека работают или действуют вместе. Сотрудничество делает возможной социальную реальность, закладывая основу для социальных институтов, организаций и всей социальной системы. Без сотрудничества не будет развиваться ни одно учреждение, выходящее за рамки отдельного человека; любое групповое поведение — пример сотрудничества.Сотрудничество происходит из-за совпадения желаний и более вероятно, если между сторонами есть отношения. Это означает, что если два человека знают, что они встретятся в будущем, или если у них есть воспоминания о прошлом сотрудничестве, они с большей вероятностью будут сотрудничать в настоящем.

    Существует три основных типа сотрудничества: принудительное, добровольное и непреднамеренное. Принудительное сотрудничество — это принудительное сотрудничество между людьми. Примером принудительного сотрудничества является черновик.Людей заставляют записываться в армию и сотрудничать друг с другом и с правительством, независимо от того, хотят ли они этого. Добровольное сотрудничество — это сотрудничество, на которое согласны все стороны. Примером добровольного сотрудничества могут быть отдельные лица, решившие завершить групповой проект для школы, когда им предоставлен вариант группового проекта или индивидуального проекта. Непреднамеренное сотрудничество — это форма сотрудничества, при которой люди не обязательно намерены сотрудничать, но в конечном итоге делают это из-за совпадения интересов.Свободные руки капиталистической экономики — это пример непреднамеренного сотрудничества, когда люди будут предпринимать действия, основанные на их собственных интересах, что иногда приводит к непреднамеренному сотрудничеству.

    Коммуникация играет важную роль в сотрудничестве. Коммуникация делает возможными простые акты сотрудничества, облегчая признание сторонами того, что у них есть общие интересы, и крупные акты сотрудничества, объединяя массы. Без общения люди не смогли бы организовать себя для сотрудничества.

    2.4 — Конфликт

    Война: Война — классический пример конфликта: одна армия пытается сохранить контроль над ресурсами (землей, оружием, моральным духом), так что другая армия не может их владеть.

    Социальный конфликт — это борьба за свободу воли или власть в обществе. Это происходит, когда два или более человека противостоят друг другу в социальных взаимодействиях, взаимно применяя социальную власть в попытке достичь редких или несовместимых целей и не позволяя противнику их достичь.

    Теория конфликта подчеркивает интересы, развернувшиеся в конфликте, а не нормы и ценности. Эта точка зрения утверждает, что преследование интересов — это то, что мотивирует конфликт. Ресурсов не хватает, и люди, естественно, борются за контроль над ними. Таким образом, теория рассматривает конфликт как нормальную часть социальной жизни, а не как ненормальное явление. Три принципа теории конфликта заключаются в следующем:

    1. Общество состоит из разных групп, которые соревнуются за ресурсы.
    2. Хотя общества могут изображать чувство сотрудничества, между социальными группами существует постоянная борьба за власть, поскольку они преследуют свои собственные интересы.
    3. Социальные группы будут использовать ресурсы в своих интересах для достижения своих целей, часто побуждая влиятельные группы использовать преимущества менее влиятельных групп.

    Теория конфликта основывается на понятии игры с нулевой суммой, означающей, что, если группа A получит какой-либо данный ресурс, группа B не сможет его получить.Таким образом, любой выигрыш для группы A автоматически является проигрышем для группы B. Теория конфликта далее утверждает, что группа A продолжит поиск ресурсов, чтобы не дать группе B получить их, что приведет к эксплуатации бессильных. Идея о том, что те, у кого есть контроль, сохранят контроль, называется эффектом Матфея.

    Согласно принципам теории конфликта, любое сотрудничество осуществляется только с целью приобретения индивидуальных или групповых ресурсов. Эта мотивация поведения перестраивает повседневные взаимодействия между людьми в данном обществе.

    2.5 — Конкурс

    Соревновательный спорт: Все соревновательные виды спорта являются примерами соревнования за престиж.

    Конкуренция — это соревнование между людьми или группами людей за контроль над ресурсами. В этом определении ресурсы могут иметь как буквальное, так и символическое значение. Люди могут соревноваться за материальные ресурсы, такие как земля, еда и товарищей, но также и за нематериальные ресурсы, такие как социальный капитал. Конкуренция противоположна сотрудничеству и возникает всякий раз, когда две стороны стремятся к цели, которую нельзя разделить.

    Конкуренция может иметь как положительные, так и отрицательные последствия. Положительно, соревнование может служить формой отдыха или вызова, при условии, что оно не враждебно. С другой стороны, конкуренция может нанести ущерб и убытки вовлеченным организмам, а также истощить ценные ресурсы и энергию. Многие биологи-эволюционисты рассматривают межвидовую и внутривидовую конкуренцию как движущую силу адаптации и, в конечном итоге, эволюции. Однако некоторые биологи, наиболее известный из которых Ричард Докинз, предпочитают рассматривать эволюцию с точки зрения конкуренции между отдельными генами, которые имеют «в виду» благополучие организма только постольку, поскольку это благополучие способствует их собственному эгоистическому стремлению к репликации.Некоторые социал-дарвинисты утверждают, что конкуренция также служит механизмом для определения группы, наиболее подходящей в политическом, экономическом и экологическом плане.

    Многие философы и психологи определили черту большинства живых организмов, которая может побуждать конкретный организм к конкуренции. Эта черта, неудивительно названная «конкурентоспособностью», рассматривается как врожденная биологическая черта, которая сосуществует вместе со стремлением к выживанию. Конкурентоспособность или склонность к соревнованию стали синонимом агрессивности и амбиций в английском языке.Подобно тому, как развитые цивилизации интегрируют агрессивность и конкурентоспособность в свои взаимодействия, как способ распределения ресурсов и адаптации, большинство растений конкурируют за более высокие места на деревьях, чтобы получить больше солнечного света. Однако Стивен Джей Гулд и другие утверждали, что по мере того, как человек поднимается по эволюционной иерархии, конкурентоспособность (инстинкт выживания) становится менее врожденным и более усвоенным поведением.

    Термин также применяется к эконометрике. Здесь это сравнительная мера способности и производительности фирмы или подсектора продавать и производить / поставлять товары и / или услуги на данном рынке.Двумя академическими кругами мысли об оценке конкурентоспособности являются парадигма структурного поведения и более современная модель Новой эмпирической промышленной организации. Прогнозирование изменений в конкурентоспособности бизнес-секторов становится неотъемлемым и явным шагом в разработке государственной политики. В капиталистических экономических системах стремление предприятий состоит в поддержании и повышении собственной конкурентоспособности.

    2.6 — Стереотипы в повседневной жизни

    2.6.1 — Введение

    Стереотип — это представление о группе лиц, которое люди применяют к любому конкретному человеку, который считается частью этой группы. Стереотипы обычно неточны в их универсальном применении. Это означает, что, хотя некоторые люди в данной группе могут соответствовать стереотипу, другие, безусловно, не будут. Ошибка стереотипов — это применение предвзятого мнения ко всем, кто воспринимается как принадлежащий к определенной группе.

    2.6.2 — Стереотипы как эвристика

    Стереотипы полезны для человеческого мозга, потому что они действуют как эвристический или когнитивный механизм для быстрого сбора, обработки и синтеза информации. Как социальные животные, мы стремимся собирать информацию о тех, кто нас окружает. Однако информации слишком много, чтобы ее можно было обработать целиком. Поэтому у нас есть эвристика, чтобы сделать процесс более эффективным. Применяя стереотип, можно быстро что-то «узнать» о человеке.Например, если единственное, что вы знаете о Кэтрин, это то, что она принадлежит к группе, вы можете догадаться, что она любит музыку. Люди используют стереотипы как ярлыки, чтобы понять свой социальный контекст; это делает задачу понимания мира менее сложной в когнитивном отношении.

    2.6.3 — Мы против них

    Разделив мир на отдельные категории с помощью стереотипов, можно развить менталитет «мы против них». Этот взгляд разделяет социальный мир на разные категории и отличает других от себя.Другими словами, создание менталитета «мы против них» делит мир на внутреннюю и внешнюю группы. Ингруппа — это группа, с которой отождествляется; чужая группа — это все остальные. В соответствии с рассуждениями, описывающими эвристику, выделение себя среди других является когнитивно необходимым шагом; это позволяет нам развивать чувство идентичности. Однако менталитет «мы против них», воспитанный стереотипами, может использоваться для оправдания ужасного обращения с чужой группой. Как только человек чувствует, что кто-то принадлежит к чужой группе, становится легче обращаться с этим человеком бесчеловечно.Классическим примером менталитета «мы против них» является Холокост. Нацисты настроили евреев, стереотипный класс, на бесчеловечность, позволив нацистам бесчеловечно обращаться с людьми, которых они поместили в этот класс.

    2.6.4 — Стереотипы и предубеждения

    Стереотипы о полицейских. Полицейские, покупающие пончики и кофе, являются популярным стереотипом о полицейских в Соединенных Штатах.

    Учитывая социальные и когнитивные потребности эвристики, проблема стереотипов заключается не в существовании когнитивной функции.Проблема заключается в предположении, что все люди в группе — группе, с которой они могут даже не отождествляться — одинаковы. Например, распространен стереотип, что люди, носящие очки, умны. Конечно, есть умные люди в очках. Но думать, что каждый, кто носит очки, умный, — это плохая логика. Стереотипы могут привести к предубеждениям или негативным суждениям о группе людей. Применение предубеждений к конкретному человеку может нанести личный и общественный ущерб.

    2.7 — Личное пространство

    Личное пространство — это окружающая людей область, которую они психологически считают своей. Большинство людей ценят свое личное пространство и чувствуют дискомфорт, гнев или беспокойство, когда это пространство вторгается. Разрешение человеку входить в личное пространство и входить в чужое личное пространство — индикаторы того, как эти два человека видят свои отношения. Есть интимная зона, предназначенная для влюбленных, детей и близких членов семьи. Есть еще одна промежуточная зона, которая используется для разговоров с друзьями, общения с коллегами и в групповых обсуждениях.Есть еще одна зона, которую используют незнакомцы и знакомые, и, наконец, зона, которая используется для публичных выступлений, лекций и выступлений.

    Размер личного пространства человека определяется культурой и зависит не только от нюансов взаимоотношений двух собеседников. По усредненным оценкам, у среднестатистического жителя Запада ощущение личного пространства составляет два фута по бокам, 28 дюймов спереди и 16 дюймов сзади. Те, кто живет в густонаселенных местах, как правило, меньше ощущают личное пространство.Более того, индивидуальное восприятие пространства исторически изменилось, поскольку понятие границ между общественным и частным пространством эволюционировало с течением времени.

    Чувства личного пространства тесно связаны с отношениями между двумя вовлеченными людьми. Вход в личное пространство обычно рассматривается как признак знакомства. Однако в современном обществе, особенно в густонаселенных городских сообществах, иногда трудно сохранить личное пространство; например, в переполненном поезде.Многие люди считают такую ​​физическую близость психологически неудобной, но это принято как факт современной жизни. Социологи изучают личное пространство именно из-за социальных последствий дистанции в отношениях.

    2.8 — Попадание в глаза

    Попадание в глаза на картине: две фигуры смотрят друг другу в глаза в «Гадалке» Караваджо.

    Зрительный контакт — это встреча взглядов двух людей. У людей зрительный контакт — это форма невербального общения, которая оказывает большое влияние на социальное поведение.Изучение зрительного контакта иногда называют окулезикой.

    Зрительный контакт дает возможность изучать социальные взаимодействия, поскольку дает указание на социальную и эмоциональную информацию. Люди, возможно, не делая этого сознательно, исследуют глаза и лица друг друга на предмет признаков положительного или отрицательного настроения. В некоторых случаях встреча взглядов вызывает сильные эмоции. Зрительный контакт может вызвать чувство близости между двумя людьми, например, взгляды влюбленных или зрительный контакт, связанный с флиртом.Кроме того, избегая зрительного контакта, можно установить дистанцию ​​между людьми. Это часто случается с людьми, страдающими аутизмом, из-за чего им еще труднее устанавливать связи. В толпе люди стараются избегать зрительного контакта, чтобы сохранить конфиденциальность.

    Обычаи и значение зрительного контакта сильно различаются между культурами, при этом религиозные и социальные различия часто сильно меняют его значение. Согласно принципам исламской веры, мусульмане должны опускать глаза и стараться не сосредотачиваться на чертах лица противоположного пола, кроме рук и лица.Японских детей учат направлять взгляд на область адамова яблока своего учителя или завязать узел. Став взрослыми, японцы склонны опускать глаза, когда разговаривают с начальником в знак уважения. В Восточной Африке уважительно не смотреть в глаза доминирующему человеку, тогда как такое избегание зрительного контакта негативно интерпретируется в западных культурах. Как и все формы социального взаимодействия, которые придают социальную значимость, зрительный контакт определяется культурой.

    2.9 — Прикладной язык тела

    Инструкция по флирту: Это видео показывает, как флиртовать.Обратите внимание на значительное внимание, уделяемое языку тела.

    Язык тела — это форма невербального общения человека, которая состоит из позы тела, жестов, мимики и движений глаз. Люди посылают и интерпретируют такие сигналы почти полностью подсознательно. Социологи не могут изучать язык тела каким-либо образом, который не применяется. Действительно, социологов интересует язык тела именно потому, что он сообщает о социальных взаимодействиях и отношениях между невербальными собеседниками.Эту динамику можно изучать только в прикладном контексте.

    Исследование показало, что от 60 до 70 процентов всех значений связано с невербальным поведением, что делает язык тела важной частью социального взаимодействия. Язык тела может дать ключ к пониманию отношения или настроения человека. Например, он может указывать на агрессию, внимательность, скуку, расслабленное состояние, удовольствие, веселье и интоксикацию среди многих других подсказок.

    Один из самых основных и мощных сигналов языка тела — это когда человек скрещивает руки на груди.Это может указывать на то, что человек неосознанно ставит барьер между собой и другими. Однако это также может указывать на то, что руки человека холодные, что можно прояснить, потерев руки или прижавшись друг к другу. Когда общая ситуация является дружественной, это может означать, что человек глубоко думает о том, что обсуждается, но в серьезной или конфронтационной ситуации это может означать, что человек выражает оппозицию. Это особенно актуально, если человек отклоняется от говорящего.Резкое или пустое выражение лица часто указывает на откровенную враждебность.

    Мэрилин Монро: Мэрилин Монро была описана как величайшая флиртующая. Соответствует ли эта фотография такому восприятию? Это как-то связано с языком ее тела?

    Еще один очевидный пример выразительного языка тела, используемого в повседневной жизни, — флирт. Флирт — это игровая деятельность, включающая вербальное общение, а также язык тела, чтобы указать на интерес к более глубоким романтическим или сексуальным отношениям.Флирт обычно подразумевает разговоры и поведение, предполагающие несколько больший уровень близости, чем оправдывают фактические отношения между сторонами, хотя и в рамках правил социального этикета, которые обычно не одобряют прямое проявление сексуального интереса. Язык тела может включать в себя взмахи волосами, зрительный контакт, короткое прикосновение, открытую стойку и близость между партнерами. Таким образом, наблюдая за двумя людьми, можно определить, флиртуют ли они.

    3.1 — Социальный статус

    Социальный статус означает честь или престиж, связанный с положением в обществе. Это может также относиться к званию или положению, которое человек занимает в группе, например, к сыну или дочери, товарищу по играм, ученику и т. Д. Социальный статус человека определяется по-разному. Свой социальный статус можно заработать собственными достижениями; это называется достигнутым статусом. В качестве альтернативы можно унаследовать свое положение в социальной иерархии; это известно как приписанный статус.Приписанный статус также может быть определен как статус, закрепленный за человеком при рождении, например, пол, раса и социально-экономическое положение.

    Социальный статус чаще всего понимается как слияние двух типов статуса, приписываемый статус влияет на достигнутый статус. Например, ребенок, родившийся в семье с высоким доходом, имеет высокий социально-экономический статус своей семьи как достигнутый статус и с большей вероятностью столкнется с такими ресурсами, как семейный упор на образование, что повысит вероятность того, что он или она получит образование. элитный университет.Таким образом, прием — это достигнутый статус, на который в значительной степени повлияли ресурсы, предоставленные данным статусом человека.

    Легко увидеть, как достигнутые и присвоенные статусы накапливаются в социальном статусе человека. Если вернуться в более широкую перспективу, эти же факторы накапливаются в системе социального расслоения. Социальная стратификация — это концептуальная социальная иерархия, в которой люди ранжируются с точки зрения их воспринимаемой ценности для общества. В капиталистических странах эта иерархия в значительной степени носит социально-экономический характер, поскольку люди с высокими доходами занимают верхние позиции социальной иерархии, а люди с низкими доходами — внизу.Однако социальное расслоение не ограничивается экономикой; воспринимаемая моральная ценность также интегрирована в расслоение, так что бедный член духовенства находится в более высоком социальном положении, чем богатый преступник.

    Социальный статус или социальная сфера, к которой человек принадлежит, может быть изменен посредством процесса социальной мобильности. Можно двигаться вверх или вниз по социальной иерархии, и этот процесс описывается в терминах восходящей или нисходящей мобильности. Просто социальная мобильность позволяет человеку перейти в социальный статус, отличный от того, в котором он родился, в зависимости от амбиций, их отсутствия или других факторов.

    Социальный статус человека зависит от контекста его или ее ситуации и, следовательно, податлив. Возьмем, к примеру, сотрудника, который работает в производственной компании. Если рассматривать в свете более широкой социальной иерархии, этот работник, вероятно, окажется где-то в середине иерархии из-за своего социально-экономического статуса. Тем не менее, возможно, этот человек является начальником отдела и, следовательно, контролирует сотни других сотрудников. Когда он находится на работе, он находится на высокой ступеньке социальной иерархии.

    Макс Вебер: Макс Вебер и Вильгельм Дильтей представили verstehen — понимание поведения — как цель социологии.

    Социальный статус теоретизировался крупными социологами, включая Макса Вебера. Вебер был выдающимся немецким социологом конца девятнадцатого и начала двадцатого веков. Вебер предполагает, что социальное расслоение состоит из трех основных компонентов: собственности, престижа и власти. Собственность относится к материальному имуществу и последующим жизненным шансам.Престиж относится к репутации или уважению, связанным с социальным положением. Вебер использует власть для обозначения способности делать то, что один хочет, независимо от воли других. Эти «три П» в совокупности порождают социальное расслоение.

    Пьер Бурдье: Согласно работе Бурдье 1979 года «Различие», социальный капитал является таким же важным фактором социального статуса, как и экономический капитал.

    Французский социолог ХХ века Пьер Бурдье продолжал теоретизировать социальный статус.Согласно работе Бурдье 1979 года « Отличие », социальный капитал является таким же важным фактором социального статуса, как и экономический капитал. Под этим Бурдье подразумевает, что индикаторы класса не ограничиваются суммой денег в банке, но также и культурными вкусами, которые человек приобретает в юности. На эти вкусы влияет класс. Например, пристрастие к классической музыке и фуа-гра обычно свидетельствует о воспитании из более высокого социального класса, чем тот, чьи вкусы относятся к Cheetos и хитам Top 40.Таким образом, социальное расслоение демонстрируется экономическим классом и культурными предпочтениями, которые он порождает.

    3.2 — Теория ролей

    Сбор пожилых женщин: это изображение показывает, что пожилые люди могут быть активными, общительными и в хорошем настроении.

    Виртуальный мир — это онлайн-сообщество, которое принимает форму компьютерной смоделированной среды, через которую пользователи могут взаимодействовать друг с другом. Люди создают онлайн-представления самих себя, называемые аватарами, которые могут взаимодействовать в Интернете под руководством создателя аватара.Такие смоделированные миры и их правила могут быть взяты из мира реальности или мира фантазии. Примеры правил: гравитация, топография, перемещение, действия в реальном времени и общение.

    Социальное взаимодействие между пользователями может варьироваться от общения с помощью текста, графических значков, визуальных жестов, звука, касания, голосовых команд и баланса чувств. Многие MMORPG (многопользовательские ролевые онлайн-игры) имеют действия и общение в реальном времени. Игроки создают персонажа, который путешествует между зданиями, городами и мирами, чтобы заниматься бизнесом или отдыхать.Связь обычно текстовая, но возможна также голосовая связь в реальном времени.

    Многие исследования виртуальных миров ставят под сомнение способность виртуального мира передавать тонкие эмоциональные сообщения, как это делают люди при личном общении. Конечно, в виртуальном мире пользователи разработали методы передачи эмоций. Помимо написания сообщений, пользователи могут общаться с помощью смайликов или простых «смайлов», которые визуально изображают простые эмоции. Хотя смайлики, очевидно, не передают такой же диапазон смешанных эмоций, как человеческое лицо, очевидно, что участники виртуальных миров вводят новшества с языком и изображениями, чтобы развивать новые формы общения.

    Другой аспект социального взаимодействия в виртуальных мирах — это вариативность взаимодействий между участниками. В то время как взаимодействие с другими участниками в виртуальных мирах часто может осуществляться в режиме реального времени, согласованность по времени не всегда сохраняется в виртуальных онлайн-мирах.

    Хотя социальные взаимодействия участников виртуальных миров часто рассматриваются в контексте онлайн-игр, распространены и другие формы взаимодействия. К ним относятся форумы, вики, чаты и видеоконференции.Рождаются сообщества, у которых есть свои правила, темы, шутки и даже язык. Члены таких сообществ могут найти единомышленников, с которыми можно взаимодействовать, будь то общая страсть, желание поделиться информацией или желание познакомиться с новыми людьми и испытать новое.

    3.3 — конфликт ролей

    Семья учила гендерным ролям

    Конфликт ролей описывает конфликт между или между ролями, соответствующими двум или более статусам, выполняемым одним человеком.Мы переживаем ролевой конфликт, когда обнаруживаем, что нас тянут в разных направлениях, пытаясь отреагировать на многие статусы, которые у нас есть.

    Наиболее очевидным примером ролевого конфликта является конфликт между работой и семьей, или конфликт, который возникает, когда человек сталкивается между семейными и профессиональными обязанностями. Возьмем, к примеру, мать, которая также работает врачом. Скорее всего, ей придется много работать в больнице и, возможно, даже несколько ночей в неделю дежурить по телефону, забирая ее от детей. Многие люди, оказавшиеся в таком положении, описывают, что чувствуют себя конфликтными и обеспокоенными своей ситуацией.Другими словами, они переживают ролевой конфликт.

    Приведенный выше пример представлен как личностно-ролевой конфликт: женщина разрывается между той частью своей личности, которая ценит быть матерью, и частью, которая идентифицирует себя как врач. В качестве примера межличностных отношений, вызывающих ролевой конфликт, рассмотрим человека, который является директором школы и отцом. Он может думать, что его жена и дети ожидают, что он будет проводить с ними большую часть своих вечеров, но он также может чувствовать, что школьный совет и группы родителей ожидают, что он будет проводить большую часть своих внеурочных часов на образовательных и общественных мероприятиях.Поэтому он не может удовлетворить оба этих несовместимых ожидания, и в результате возникает ролевой конфликт.

    Конфликт между ролями начинается из-за желания человека достичь успеха и из-за давления, оказываемого на человека двумя навязывающими, совпадающими и несовместимыми требованиями, конкурирующими друг с другом. Последствия ролевого конфликта, как показывают тематические исследования и общенациональные опросы, связаны с индивидуальными характеристиками личности и межличностными отношениями. Конфликты индивидуальных личностных характеристик могут возникать, когда «аспекты личности человека вступают в конфликт с другими аспектами личности того же самого человека.”

    3.4 — Культура

    Культура — это совокупность убеждений, ценностей, символов, средств коммуникации, религии, логики, ритуалов, моды, этикета, еды и искусства, которые объединяют определенное общество. Элементы культуры — это усвоенное поведение; дети изучают их, когда растут в определенной культуре, поскольку старшие члены учат их, как жить. Таким образом, культура передается от поколения к поколению. Этот процесс обучения культуре называется «аккультурацией».

    Высокая культура: Балет традиционно считается высокой культурой.

    Один из способов понять культуру — подумать о споре о природе и воспитании. В ходе этой дискуссии социологи спросили, что больше влияет на жизнь человека — природа или воспитание. Природа считалась такими вещами, как наша биология и генетика, в то время как воспитание считалось изученным поведением и другими факторами окружающей среды, влияющими на нашу идентичность. В этой дискуссии культура объединяется со стороной воспитания, потому что и то, и другое включает в себя усвоенное поведение и системы мышления, которые мы воспринимаем из нашего окружения.Чтобы проиллюстрировать спор между природой и воспитанием, представьте себе любого человека. Генетический материал и физическое тело этого человека — это то, что считается его природой. Но все, что делает человек, попадает в дискуссию о воспитании. Это включает в себя то, как он одевается, что ест, на каком языке говорит и как себя ведет.

    В то время как дебаты о природе и воспитании полезны для понимания того, что такое культура, дискуссия в академических кругах в некоторой степени улажена признанием того, что природа и воспитание влияют друг на друга.Биология дает нам нейронную способность к таким вещам, как язык и культура, но наша среда учит нас, как использовать эти способности. Например, биология позволяет людям изучать язык; это отличает нас от других видов. Однако ничто в нашей биологии не определяет, изучает ли ребенок английский, испанский или тагальский. На каком языке говорят — это выученное поведение. Точно так же наше культурное поведение влияет на нашу биологию. Например, до 4000 г. до н.э. ген, создающий белок, который позволяет переваривать лактозу, присутствовал у младенцев, потребляющих молоко их матери, но затем этот белок исчезал после того, как ребенок был отлучен от груди.В 4000 г. до н.э. люди начали приручать животных и продолжать пить их молоко даже после младенчества. Таким образом, на протяжении поколений использования этой культурной практики одомашнивания животных ген мутировал и продолжал производить белок во взрослом возрасте. Таким образом, со временем культурная практика повлияла на биологию человека. Природа и воспитание взаимно дополняют друг друга.

    Короче говоря, культура устанавливает правила поведения и модели мышления в социальной жизни. Поскольку культура познается, она обязательно является аспектом социальной жизни и, следовательно, требует общества или группы людей, которые взаимодействуют и взаимодействуют друг с другом.Один из способов мышления о культуре — это группа людей, которым понятен набор символов. Например, прямоугольник с 13 чередующимися красными и белыми полосами и набор из 50 белых звезд на синем участке в верхнем левом углу может ничего не значить для кого-то в Гренландии. Для большинства американцев описанный дизайн является американским флагом, который сам по себе символизирует национальную гордость.

    Заманчиво ассоциировать определенное общество с определенной страной, но это не всегда так.Конечно, некоторые символы (например, флаги) понятны в пределах конкретной страны, но важно учитывать инакомыслие и субкультуры. Определить культуру бывает сложно, и люди, принадлежащие к данной культуре, могут расходиться во мнениях относительно их культуры. Культура объединяет и вызывает споры.

    Культура распространяется материальными и символическими средствами, каждое из которых требует различных методологий и техник для изучения. Материальная культура состоит из товаров, используемых для демонстрации определенного культурного поведения.Можно сказать, что кофейные чашки, ноутбуки, толстовки и пицца являются элементами материальной культуры жизни в кампусе колледжа. Культурные антропологи и социологи используют материальную культуру, чтобы понять культуру в целом, а археологи используют раскопки, чтобы раскрыть материальную культуру прошлого, чтобы больше узнать о жизни в этой культуре. Символическая культура состоит из систем убеждений, которые лежат в основе жизни в определенной культуре и мотивируют ее. Широко распространенные истории об основании колледжа, с профессорами которого приятно брать уроки, и девиз колледжа — все это элементы символической культуры университета.Оба типа культур могут распространяться в разных обществах, в данном случае в разных университетских городках.

    3.5 — Социальный класс

    Уровень бедности в США за 1959-2009 годы: на этой диаграмме показано количество людей, живущих в бедности в течение каждого года с 1959 по 2003 год. Уровень бедности соответствует тому, какая доля американцев проживает в низших экономических слоях иерархической классовой системы.

    Социальная иерархия относится к расположению людей в обществе, при котором одни люди имеют больше власти, а другие — меньше.Социальная иерархия, также называемая социальной стратификацией, в значительной степени относится к социоэкономике или количеству материального и социального капитала, которым обладает человек. Однако социально-экономическая классификация является заменой силы, которой обладает человек. Таким образом, можно наслоить и классифицировать людей и классифицировать их по группам в зависимости от того, какой социальной властью они обладают.

    Социальный класс — это слой или социальный слой, обозначающий социально-экономическую власть, в которую попадает человек.Другими словами, социальный класс описывает, как люди различаются в зависимости от их богатства или власти. В конце восемнадцатого века класс пришел на смену таким категориям, как сословия, чины и порядки, в качестве основных средств организации общества в иерархические подразделения. Это соответствовало общему снижению значимости, приписываемой наследственным характеристикам, и увеличению значимости богатства и дохода как показателей положения в социальной иерархии. В то время как наследственные характеристики, такие как рождение в богатой семье, продолжают влиять на легкость, с которой человек устанавливает социальное положение взрослого, модель, которая подчеркивает класс и достигнутый статус, поддерживает статус-кво в капиталистических обществах, особенно в Соединенных Штатах.

    Изучение социальных классов и иерархий в основном ставит вопросы о неравенстве. Социология имеет долгую историю изучения стратификации и преподавания различных видов неравенства, включая экономическое неравенство, расовое и этническое неравенство и гендерное неравенство. Неравенство означает, что люди имеют неравный доступ к ограниченным и ценным ресурсам в обществе, таким как здравоохранение, образование, рабочие места, собственность, жилье и политическое влияние. Социологи изучают причины и следствия неравенства.

    Таким образом, социологи уделяют особое внимание социально-экономическому статусу, поскольку он означает уравнение власти и богатства, которое обозначает определенную форму неравенства. Немецкий социальный теоретик конца девятнадцатого и начала двадцатого века Макс Вебер предположил, что социально-экономический статус определяется сочетанием власти, собственности и престижа. Согласно Веберу, сила означает способность человека навязывать свою волю другим, независимо от их желания. Имущество относится к общей сумме имущества в дополнение к его доходу.Таким образом, собственность выходит за рамки дохода как меры социального класса, поскольку она измеряет накопленное богатство в дополнение к потенциальному заработку. Престиж относится к репутации или уважению, связанным с положением в обществе. Раньше престиж ассоциировался с фамилией, но теперь все чаще он привязан к профессии. Такие профессии, как врачи или юристы, обычно более престижны, чем бармены или дворники.

    Власть, престиж и собственность идут рука об руку. Человек, родившийся в богатой семье, вероятно, родится с большим имуществом и будет иметь доступ к лучшим образовательным ресурсам для достижения престижа, что приведет к большей власти.Однако это не всегда так. Например, у профессора может быть мало собственности, но он имеет высокий престиж. И наоборот, «ребенок из доверительного фонда» или кто-то, кто оставил семейные деньги, может иметь много собственности, но мало престижа в обществе, которое ценит личные достижения.

    Социальный класс обычно организован в трехклассовую модель, согласно которой люди делятся на высшие, средние и низшие классы. Высший класс состоит из богатых и влиятельных людей, которые владеют средствами производства и контролируют их.В Соединенных Штатах высший класс состоит из 1-2% богатейших людей страны, но в других странах, особенно в Европе, все еще делается упор на аристократию и семью, в которой человек родился. Средний класс — это самая широкая прослойка общества, состоящая из профессиональных рабочих, владельцев малого бизнеса и менеджеров низшего звена. Этих людей также называют «белыми воротничками». «Низший класс состоит из людей, которые работают на оплачиваемой работе, а не на оплачиваемых должностях. Нижний класс, называемый «синими воротничками», не имеет достаточной экономической защищенности и включает как лиц, работающих на низкооплачиваемых должностях, так и безработных и / или бездомных.

    Социальный класс в США выглядит несколько иначе, чем можно было бы предположить, учитывая трехклассную модель. Примите во внимание следующие факты: 400 американцев имеют такое же богатство, как и 50% беднейших американцев вместе взятых. У двадцати пяти американцев совокупный доход почти такой же, как совокупные доходы двух миллиардов бедняков мира. В 2007 году руководители ведущих американских компаний получали среднюю зарплату в размере 10,5 миллионов долларов в год, что в 344 раза превышало заработную плату среднего рабочего.Половина американских детей будет проживать в семье, которая в какой-то момент своего детства использует талоны на питание. Как видите, в высшем классе США очень мало американцев; население сконцентрировано в среднем и низшем классах. Тем не менее, немногие люди из высшего класса контролируют непропорционально большую часть американского богатства.

    3,6 — Группы

    Элизабет Уоррен: кандидат в сенат Элизабет Уоррен заявила о членстве в группах коренных американцев в своей кампании 2012 года, подняв вопросы о том, что значит принадлежать к группе.

    Социальная группа — это совокупность людей, которые идентифицируют себя и взаимодействуют друг с другом. Они в некотором роде объединены, что означает, что у них могут быть общие интересы, ценности, язык, происхождение, социальные роли или семейные узы.

    Восприятие общества как совокупности групп позволяет сделать общие выводы о конкретном человеке. Если вам что-то известно о том, к каким группам принадлежит конкретный человек, вы можете импортировать определенные черты характера для этого конкретного человека. Таким образом, группы действуют как когнитивная эвристика, что означает, что люди используют группы как ярлык для использования обобщенной информации, чтобы узнать о конкретном человеке.Если вы знаете, что Джонни является членом Клуба компьютерных фанатов, вы можете предположить, что Джонни любит компьютеры. Таким образом, вы используете групповую идентичность, чтобы обобщать и делать предположения о конкретном человеке. Иногда эвристика воспринимается как законное предположение о человеке, а иногда — как неправомерное. Законные эвристики, как правило, просто приносят положительные обобщения конкретному человеку. Например, если вы знаете, что Сью имеет степень бакалавра, вы можете предположить, что Сью — образованный человек.Однако та же эвристика может работать отрицательно; это основной механизм, позволяющий создавать стереотипы. Стереотипы — это когда кто-то делает негативные обобщения о конкретном человеке, основываясь на его предполагаемой групповой идентичности. Расизм — один из примеров этого; делать предположения о человеке из-за его расового происхождения — пример негативной групповой эвристики и стереотипов. И законные, и нелегитимные эвристики демонстрируют, как знание о принадлежности к группе передает воспринимаемое социальное знание об этом человеке.

    Таким образом, групповая принадлежность человека связана с его личностью. Отношения между идентичностью и политикой динамичны и спорны. Иногда человека воспринимают как часть группы, к которой он относится, например, когда кто-то делает предположения об идентичности другого человека на основе его расового происхождения. И наоборот, человек может претендовать на членство в группе, которая отклоняет петицию. Возьмем, к примеру, предвыборную кампанию Элизабет Уоррен в Сенат США в 2012 году.В публичных выступлениях Уоррен заявила, что она имела коренное американское происхождение и была отчасти чероки. Однако многие люди чероки протестовали против заявления и настаивали на том, что г-жа Уоррен не была чероки, пока она не докажет обратное. Таким образом, можно увидеть, как группы могут служить связующим звеном между человеком и обществом в целом.

    3.7 — Социальные учреждения

    Институт — это любая структура или механизм социального порядка и сотрудничества, управляющий поведением группы людей в рамках данного сообщества.Институты отождествляются с социальной целью и постоянством, выходящими за рамки индивидуальных жизней и намерений, путем обеспечения соблюдения правил, регулирующих совместное поведение. В то время как институты, очевидно, состоят из индивидов и создают правила посредством их агентных действий, институты действуют как силы социализации, что означает, что они учат индивидов соответствовать своим нормам.

    Учреждения могут быть как формальными, так и неформальными. Формальные институты — это институты, созданные с целью управления человеческим поведением.Примеры включают Конгресс Соединенных Штатов, учреждение, которое призвано создавать законы Соединенных Штатов. Однако формальные институты не обязаны иметь в своем распоряжении силу закона. Другой пример — Римско-католическая церковь. Хотя нарушение принципов католической церкви не является нарушением закона, Церковь ожидает, что ее члены будут придерживаться ее религиозных кодексов. Неформальные институты — это институты, которые не предназначены для регулирования поведения, но часто в конечном итоге делают это, поскольку члены стремятся соответствовать общественным стандартам.Институты также могут быть абстрактными, например институт брака. Это означает, что брак стал общественным ожиданием с неформальными правилами поведения от женатых людей.

    Официальные учреждения: Конгресс США, расположенный в здании Капитолия, является одним из примеров официальных учреждений.

    В то время как институты, как правило, кажутся людям в обществе частью естественного, неизменного ландшафта их жизни, социологические исследования институтов выявляют институты и социальные конструкции, то есть они создаются индивидуумами и конкретным историческим и культурным моментом.Социология традиционно анализирует социальные институты с точки зрения взаимосвязанных социальных ролей и ожиданий. Социальные институты создаются и определяются их собственным созданием социальных ролей для своих членов. Социальная функция заведения — выполнение отведенных ролей.

    Институционализация относится к процессу внедрения чего-либо, например концепции, социальной роли, ценности или логики, в организацию, социальную систему или общество в целом. Процесс институционализации проливает свет на то, насколько тесно взаимосвязаны ценности, нормы и институты.

    3.8 — Социальные сети

    3.8.1 — Введение

    Социальная сеть — это социальная структура, которая существует между участниками — отдельными лицами или организациями. Социальная сеть указывает на способ, которым люди и организации связаны через различные социальные связи, начиная от случайного знакомства и заканчивая близкими семейными узами. Социальные сети состоят из узлов и связей. Человек или организация, участвующие в сети, называются узлом. Связи — это различные типы связей между этими узлами.Галстуки оцениваются по прочности. Слабые связи, как и простые знакомства, называются слабыми. Крепкие узы, такие как семейные узы, называются крепкими узами.

    3.8.2 — Форма и размер

    Схема сети: люди в группах связаны друг с другом социальными отношениями.

    Форма и размер социальных сетей влияют на их полезность для узловых участников. Более мелкие, более тесные сети, состоящие из сильных связей, ведут себя иначе, чем более крупные и более слабые сети слабых связей.Чем свободнее и крупнее сеть, тем больше вероятность того, что узлы представят своим членам новые идеи и возможности. Участники небольших сетей с большей вероятностью будут делиться ценностями и информацией, повышая эффективность, но снижая креативность.

    3.8.3 — Феномен маленького мира

    Facebook как социальная сеть: в этом видео обсуждаются достоинства и проблемы Facebook как социальной сети.

    Изучение социальных сетей называется либо анализом социальных сетей, либо теорией социальных сетей.Исследования показали, что социальные сети действуют на многих уровнях — от семейного до национального — и играют решающую роль в определении способов решения проблем, способов управления организациями и степени, в которой люди преуспевают в достижении своих целей. Теория социальных сетей утверждает, что индивидуальные черты и характеристики, которые обычно считались важными, на самом деле имеют гораздо меньшее значение, чем индивидуальные отношения и связи с другими участниками сети. Критики утверждают, что такая точка зрения уменьшает силу и свободу действий человека.Несмотря на эту критику, социологи изучают социальные сети из-за их влияния на людей. Социальные сети рассматриваются как основной инструмент, который люди используют для связи с обществом.

    3.9 — Виртуальные миры

    World of Warcraft: это кадр из World of Warcraft, популярной онлайн-игры, в которой игроки управляют аватарами, которые взаимодействуют друг с другом.

    Виртуальный мир — это онлайн-сообщество, которое принимает форму компьютерной смоделированной среды, через которую пользователи могут взаимодействовать друг с другом.Люди создают онлайн-представления самих себя, называемые аватарами, которые могут взаимодействовать в Интернете под руководством создателя аватара. Такие смоделированные миры и их правила могут быть взяты из мира реальности или мира фантазии. Примеры правил: гравитация, топография, перемещение, действия в реальном времени и общение.

    Социальное взаимодействие между пользователями может варьироваться от общения с помощью текста, графических значков, визуальных жестов, звука, касания, голосовых команд и баланса чувств. Многие MMORPG (многопользовательские ролевые онлайн-игры) имеют действия и общение в реальном времени.Игроки создают персонажа, который путешествует между зданиями, городами и мирами, чтобы заниматься бизнесом или отдыхать. Связь обычно текстовая, но возможна также голосовая связь в реальном времени.

    Многие исследования виртуальных миров ставят под сомнение способность виртуального мира передавать тонкие эмоциональные сообщения, как это делают люди при личном общении. Конечно, в виртуальном мире пользователи разработали методы передачи эмоций. Помимо написания сообщений, пользователи могут общаться с помощью смайликов или простых «смайлов», которые визуально изображают простые эмоции.Хотя смайлики, очевидно, не передают такой же диапазон смешанных эмоций, как человеческое лицо, очевидно, что участники виртуальных миров вводят новшества с языком и изображениями, чтобы развивать новые формы общения.

    Виртуальные миры: В этом видео представлен обзор трех разных виртуальных миров (There.com, Second Life и World of Warcraft) и показано, как разные люди и компании используют веб-сайты.

    Другой аспект социального взаимодействия в виртуальных мирах — это вариативность взаимодействий между участниками.В то время как взаимодействие с другими участниками в виртуальных мирах часто может осуществляться в режиме реального времени, согласованность по времени не всегда сохраняется в виртуальных онлайн-мирах.

    Хотя социальные взаимодействия участников виртуальных миров часто рассматриваются в контексте онлайн-игр, распространены и другие формы взаимодействия. К ним относятся форумы, вики, чаты и видеоконференции. Рождаются сообщества, у которых есть свои правила, темы, шутки и даже язык. Члены таких сообществ могут найти единомышленников, с которыми можно взаимодействовать, будь то общая страсть, желание поделиться информацией или желание познакомиться с новыми людьми и испытать новое.


    Первоначально опубликовано Lumen Learning — Boundless Sociology под лицензией Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 Unported.

    Нравится:

    Нравится Загрузка …

    Комментарии

    комментарии

    Социологи призывают использовать большие данные для изучения человеческого взаимодействия

    Интернет доминирует в нашем мире, и с течением времени каждый из нас оставляет все больший цифровой след. Эксперты считают, что эти следы готовы к изучению.

    Новый документ призывает социологов и социальных психологов сосредоточиться на разработке онлайн-исследований с помощью больших данных для продвижения теорий социального взаимодействия и структуры. (Изображение предоставлено: pixelfit / Getty Images)

    В недавно опубликованной статье группа экспертов по социологии Стэнфордского университета призывает других социологов и социальных психологов сосредоточиться на разработке онлайн-исследований с помощью больших данных, чтобы продвигать теории социального взаимодействия и структуры.

    Компании уже давно используют информацию, которую они собирают о своих онлайн-клиентах, чтобы получить представление о производительности своих продуктов. Этот процесс называется A / B-тестированием. Исследователи в других областях, таких как информатика, также пользуются растущим объемом данных.

    Но стандарт для многих экспериментов по социальному взаимодействию по-прежнему ограничивается личными лабораторными исследованиями, сказал Паоло Париджи, ведущий автор исследования под названием «Полевые онлайн-эксперименты: изучение социальных взаимодействий в контексте».”

    Париджи вместе с соавторами Карен Кук, профессором социологии, и Джессикой Сантаной, аспирантом по социологии, призывают больше социологических исследователей воспользоваться преимуществами Интернета.

    «Я считаю захватывающим то, что теперь у нас есть данные о взаимодействиях с уровнем точности, который был немыслим 20 лет назад», — сказал Париджи, который также является адъюнкт-профессором кафедры гражданской и экологической инженерии.

    Полевые онлайн-эксперименты

    В новом исследовании исследователи приводят доводы в пользу «полевых онлайн-экспериментов», которые могут быть встроены в структуру существующих сообществ в Интернете.

    Исследователи отличают онлайн-полевые эксперименты от онлайн-лабораторных экспериментов, которые создают контролируемую онлайн-ситуацию вместо использования уже существующих сред, в которых участвуют участники.

    В своем новом исследовании профессор социологии Карен Кук и ее соавторы приводят доводы в пользу «полевых онлайн-экспериментов», которые могут быть встроены в структуру существующих сообществ в Интернете. (Изображение предоставлено L.A. Cicero)

    «Интернет — это не просто еще один механизм для привлечения большего числа субъектов», — сказал Париджи.«Теперь есть место для того, что мы называем вычислительными социальными науками, которое находится на пересечении социологии, психологии, информатики и других технических наук, с помощью которого мы можем попытаться понять человеческое поведение, которое формируется и освещается онлайн-платформами».

    В рамках этого типа экспериментов исследователи будут использовать онлайн-платформы, чтобы воспользоваться преимуществами больших данных и алгоритмов прогнозирования. Поэтому набор и удержание участников для таких полевых исследований является более сложной задачей и требует много времени из-за необходимости тесного партнерства с платформами.

    Но онлайн-полевые эксперименты позволяют исследователям лучше изучить определенные виды человеческого поведения, которые невозможно воспроизвести в лабораторных условиях, заявили исследователи.

    Например, теории о том, как и почему люди доверяют друг другу, могут быть лучше изучены в онлайн-среде, говорят исследователи, потому что контекст различных сложных социальных отношений фиксируется. В лабораторных экспериментах исследователи могут выделить только тот тип доверия, который возникает между незнакомцами, который называется «тонким» доверием.

    Совсем недавно Кук и Париджи использовали план полевого эксперимента для исследования развития доверия в онлайн-сообществах, таких как Airbnb, служба аренды дома и комнаты. Результаты исследования планируется опубликовать в конце этого года. Более подробная информация об этом эксперименте доступна на stanfordexchange.org.

    «Это новый социальный мир, — сказал Кук, — и он продолжает расширяться».

    Этика изучения поведения в Интернете

    Использование больших данных требует большей этической ответственности.Чтобы онлайн-исследования социальных взаимодействий были максимально точными, исследователям требуется доступ к частной информации для своих участников.

    Одно из решений, которое защищает конфиденциальность участников, — это привязка их информации, такой как имена или адреса электронной почты, к уникальным идентификаторам, которые могут быть набором букв или цифр, присвоенных каждому предмету исследования. Затем администраторы платформы предоставят эти идентификаторы исследователям без ущерба для конфиденциальности.

    Также важно убедиться, что исследователи получили разрешение участников онлайн-платформ. Кук сказал, что прозрачность является ключевым моментом в таких ситуациях.

    Исследование финансировалось Национальным научным фондом.

    Что такое символический интеракционизм?

    Перспектива символического взаимодействия, также называемая символическим интеракционизмом, является основной структурой социологической теории. Эта точка зрения основана на символическом значении, которое люди развивают и укрепляют в процессе социального взаимодействия.Хотя символический интеракционизм восходит к утверждению Макса Вебера, что люди действуют в соответствии со своей интерпретацией значения своего мира, американский философ Джордж Герберт Мид представил эту перспективу американской социологии в 1920-х годах.

    Субъективные значения

    Теория символического взаимодействия анализирует общество, обращаясь к субъективным значениям, которые люди придают объектам, событиям и поведению. Субъективным значениям отдается приоритет, потому что считается, что люди ведут себя на основе того, во что они верят, а не только на том, что является объективно истинным.Таким образом, общество считается социально сконструированным через человеческую интерпретацию. Люди интерпретируют поведение друг друга, и именно эти интерпретации формируют социальную связь. Эти интерпретации называются «определением ситуации».

    Например, зачем молодым людям курить сигареты, даже если все объективные медицинские данные указывают на опасность курения? Ответ заключается в определении ситуации, которую создают люди. Исследования показывают, что подростки хорошо осведомлены о рисках, связанных с табаком, но они также думают, что курение — это круто, что они будут защищены от вреда и что курение создает положительный имидж для их сверстников.Таким образом, символическое значение курения имеет приоритет над фактами, касающимися курения и риска.

    Фундаментальные аспекты социального опыта и идентичности

    Некоторые фундаментальные аспекты нашего социального опыта и идентичности, такие как раса и пол, можно понять через призму символического интеракционизма. Не имея вообще никаких биологических оснований, раса и пол представляют собой социальные конструкции, функционирующие на основе того, что мы считаем истинным о людях, учитывая то, как они выглядят.Мы используем социально сконструированные значения расы и пола, чтобы помочь нам решить, с кем взаимодействовать и как это сделать, и чтобы помочь нам определить, иногда неточно, значение слов или действий человека.

    Один шокирующий пример того, как эта теоретическая концепция проявляется в социальной конструкции расы, проявляется в том факте, что многие люди, независимо от расы, считают, что светлокожие негры и латиноамериканцы умнее своих более темнокожих собратьев. Это явление, называемое колоризмом, возникает из-за расистского стереотипа, который веками закодировался в цвете кожи.Что касается пола, мы видим проблематичный способ, которым придается значение символам «мужчина» и «женщина» в сексистской тенденции студентов колледжей, которые обычно оценивают мужчин-профессоров выше, чем женщин. Или неравенство в оплате труда по признаку пола.

    Критика точки зрения символического взаимодействия

    Критики этой теории утверждают, что символический интеракционизм игнорирует макроуровень социальной интерпретации. Другими словами, сторонники символического взаимодействия могут упускать из виду более важные проблемы общества, уделяя слишком пристальное внимание «деревьям», а не «лесу».Перспектива также подвергается критике за пренебрежение влиянием социальных сил и институтов на индивидуальные взаимодействия. В случае с курением функционалистская точка зрения может упустить из виду мощную роль, которую институт средств массовой информации играет в формировании восприятия курения посредством рекламы и изображения курения в фильмах и на телевидении. В случае расы и пола эта перспектива не будет учитывать социальные силы, такие как системный расизм или гендерная дискриминация, которые сильно влияют на то, что, по нашему мнению, означает раса и пол.

    ритуальных цепочек взаимодействия | Издательство Принстонского университета

    Секс, курение и социальное расслоение — три совершенно разных социальных явления. И все же, утверждает социолог Рэндалл Коллинз, ими и многим другим в нашей социальной жизни движет общая сила: ритуалы взаимодействия. Ритуальные цепи взаимодействия — это крупный труд социологической теории, в котором делается попытка разработать «радикальную микросоциологию». Он предлагает, чтобы успешные ритуалы создавали символы членства в группе и заряжали людей эмоциональной энергией, в то время как неудачные ритуалы истощали эмоциональную энергию.Каждый человек перетекает из ситуации в ситуацию, увлеченный теми взаимодействиями, в которых их культурный капитал дает им наилучшую отдачу эмоциональной энергии. Мышление тоже можно объяснить интернализацией разговоров в потоке ситуаций; индивидуальные «я» полностью и постоянно социальны, построены извне внутри.

    Первая половина Interaction Ritual Chains основана на классическом анализе Дюркгейма, Мида и Гоффмана и опирается на микросоциологические исследования разговоров, телесных ритмов. , эмоции и интеллектуальное творчество.Во второй части обсуждается, как такие действия, как секс, курение и социальная стратификация, формируются цепочками взаимодействия. Например, в книге рассматривается эмоциональная и символическая природа сексуальных обменов всех видов — от держания за руки до мастурбации и сексуальных отношений с проститутками — и описываются связанные с ними ритуалы взаимодействия. Эта книга понравится не только психологам, социологам и антропологам, но и тем, кто работает в столь разных областях, как человеческая сексуальность, религиоведение и теория литературы.

    Рэндалл Коллинз — профессор социологии Пенсильванского университета. Он является автором одиннадцати книг, в том числе «Социология философий: глобальная теория интеллектуальных изменений», «Четыре социологические традиции» и «Мандатное общество» .

    «Коллинз снова демонстрирует, почему его считают одним из ведущих социальных теоретиков. Эта … работа Коллинза, в частности, выходит за рамки социологии.. . . Это выдающаяся работа для теоретически ориентированных профессиональных студентов и студентов, изучающих социологию, социальную психологию и психологию ». Выбор

    «Коллинз утверждает в этой новаторской книге, что ритуал — будь то личные беседы или похороны национального президента — является ключевым социологическим фактором, который связывает групповую структуру и коллективные убеждения … Коллинз открывает новые горизонты несколькими способами. Во-первых, он утверждает, что ритуал является центральной категорией для всего социологического анализа, потому что ритуал связывает и опосредует групповую структуру и верования.. . . Во-вторых, его работа открывает новые пути, потому что предлагает всеобъемлющую теорию ритуала, основанную на повседневных решениях. . . . Наконец, Коллинз открывает новые пути, когда подчеркивает важность эмоциональной энергии, которую он называет «коллективным возбуждением», которая порождается ритуалом ». — Дональд Б. Крейбилл, Christian Century

    «Книга Коллинза — важный вклад в современную социологическую теорию. Его подход — подлинно социологическое микрооснование социологии — хорошо выбран и тщательно реализован.. . Теория ритуалов взаимодействия помогает обогатить наши знания об основных процессах социальной жизни. Ритуальные цепочки взаимодействия — это книга, предлагающая глубокое понимание этого основного процесса ». — Ричард Мюнч, Американский журнал социологии

    « Ритуальные цепи взаимодействия — важное заявление крупного ученого, находящегося на вершине своего мастерства. Начав с скупого набора идей, почерпнутых из лучших текущих работ по микросоциологии, автор выстраивает убедительную теорию того, как эти идеи могут быть полезны модели поведения семей, сообществ, организаций и национальных государств.Книга существенно повлияет на то, как социологи подходят к делу понимания и объяснения человеческого поведения », — Пол Ди Маджио, Принстонский университет,

    «Эта книга развивает оригинальную, смелую теорию фундаментальных социальных процессов, которая, вероятно, вызовет серьезные споры среди социологов. Это также самое важное заявление одного из самых выдающихся теоретиков социологии. Вклад Коллинза будет плодотворным не только потому, что он выдвигает на первый план часто игнорируемое эмоциональное измерение социальной жизни, но также потому, что оно продвигает наше понимание границ групп в производстве социального неравенства.Это станет обязательным условием для всех социологов, включая тех, кто не согласен ». — Мишель Ламон, профессор социологии Гарвардского университета и автор книги The Dignity of Working Men

    Интерпретирующая концепция социального взаимодействия и логика дедуктивного объяснения в JSTOR

    Abstract

    В этой статье излагается интерпретативная концепция социального взаимодействия и исследуется ее с точки зрения способа описания, необходимого для дедуктивного объяснения.Утверждается, что интерпретирующие описания взаимодействия не могут удовлетворять требованиям буквального описания, налагаемым логикой дедуктивного объяснения. Обрисованы последствия этого для интерпретационных концепций. В частности, уделяется внимание предложению взять для исследования сам процесс интерпретации, как это предлагается в исследовании социолингвистики.

    Информация журнала

    Social Psychology Quarterly (SPQ) публикует теоретические и эмпирические статьи о связи между человеком и обществом, в том числе изучение отношений людей друг с другом, а также с группами, коллективы и учреждения.Он также включает изучение внутриличностных процессы, поскольку они существенно влияют или находятся под влиянием социальных структура и процесс. SPQ действительно междисциплинарный, издательский работы как социологов, так и психологов. Публикуется ежеквартально в марте, Июнь, сентябрь и декабрь.

    Информация об издателе

    Заявление о миссии Американской социологической ассоциации: Служить социологам в их работе Развитие социологии как науки и профессии Содействие вкладу социологии в общество и ее использованию Американская социологическая ассоциация (ASA), основанная в 1905 году, является некоммерческой организацией. членская ассоциация, посвященная развитию социологии как научной дисциплины и профессия, служащая общественному благу.ASA насчитывает более 13 200 членов. социологи, преподаватели колледжей и университетов, исследователи, практикующие и студенты. Около 20 процентов членов работают в правительстве, бизнес или некоммерческие организации. Как национальная организация социологов Американская социологическая ассоциация, через свой исполнительный офис, имеет все возможности для предоставления уникального набора услуги для своих членов и способствовать жизнеспособности, заметности и разнообразию дисциплины.Работая на национальном и международном уровнях, Ассоциация стремится сформулировать политику и реализовать программы, которые, вероятно, будут иметь самые широкие возможное влияние на социологию сейчас и в будущем.

    .

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.