Субъективно и объективно: «Как понять, что объективно, а что субъективно?» – Яндекс.Кью

«Как понять, что объективно, а что субъективно?» – Яндекс.Кью

Объективно то, что принципиально возможно передавать от одного субъекта другому без ущерба для содержания знания. Объективные истины по умолчанию всем доступны и одинаково для каждого верны. Они работают, даже если их не понимать, а только механически воспроизводить.

Субъективно то, что принципиально укоренено в субъекте, опирается на устройство его внутреннего мира. Такое знание можно передать другому только в той мере, в какой устройство его внутреннего мира совпадает или хотя бы может воссоздать устройство нашего. И работать оно тоже будет лишь в той мере.

Преимущество объективного знания в том, что его можно относительно легко масштабировать, позволив всем им пользоваться и с ним работать. Поэтому объективность так хорошо проявлена в системах, в которых со знанием должно работать большое количество разных и постепенно сменяющихся людей (точные и естественные науки) или вовсе люди с определённого этапа для работы не нужны (техника). Проблема объективного знания лишь в том, что оно не охватывает всего.

Преимущество субъективного знания в том, что только оно способно затрагивать по определению экзистенциальные (т.е. неотчуждаемые от субъекта) вопросы: смысл жизни, подлинность существования и вот это вот всё, что важно для жизни. Но проблемы масштабирования субъективного знания влекут невозможность его гарантированно воспроизводить и продолжать с ним спокойно работать, из чего следует его хрупкость, зависимость от конкретного носителя знания, масштабов проделанной лично им работы с внутренним миром. Поэтому, наверно, по качеству разработанности субъективные истины в среднем проигрывают объективным, хотя насчёт последнего я не уверен.

Добавлю, что чтобы воспринять нетривиальные субъективные истины, мало найти того, у кого они есть — нужно самому измениться; и чем сложнее истина, тем сильнее придётся меняться. Отсюда, по идее, должна следовать необходимость всех духовных практик и догматов религий: потому что без выработки определённой внутренней позиции субъекта то, что они говорят, просто не будет иметь того высокого смысла, передача знаний будет невозможна и нарушится преемственность живой традиции.

Почему кино невозможно оценить объективно

Наверняка вы много раз сталкивались с формулировкой «фильм объективно хороший» или «кино объективно плохое» — будь то в профессиональном или любительском критическом тексте, в устном разговоре или неформальной переписке. Может, вы и сами любите использовать наречие «объективно», чтобы зацементировать свою позицию, согласовать её с некой общепризнанной и нерушимой вселенской Правдой. Проблема в том, что в данном контексте это слово вообще ничего не значит, не передаёт заложенного в нём смысла — просто такой лингвистический трюк, попытка придать веса собственному мнению не сложной аргументацией, а звучной лексемой. По сути, «фильм объективно хороший» можно заменить на «мне понравился фильм», и значение фразы совершенно не изменится.

Потому что искусство (и кино как одна из его форм) и объективная оценка — вещи не то чтобы совместимые. По определению «объективность» — это независимость от субъекта, искусство же на субъекта всецело полагается.

Об этом очень ёмко высказывался, скажем, Тарковский, говоривший, что его кино рождается только в процессе смотрения зрителем, а вовсе не в момент окончания монтажа. Когда человек смотрит фильм, он — хочет этого или нет — смотрит на него сквозь собственный жизненный опыт, со своим личным культурным багажом и индивидуальной оптикой. Даже когда мы вместе сидим в кинозале, на самом деле каждый видит разное кино.

 

Чтобы оценить что-либо объективно, придётся, в первую очередь, определить чёткие критерии, по которым кино может быть «хорошим», «плохим» или чем-то между. Но что это за критерии? Хорошая режиссура? Хороший сценарий? Правдоподобная игра актёров? Каждый из них — слишком общий и неконкретный, к ним самим нужны критерии оценивания. А что тогда хороший сценарий? Тот, в котором увлекательный сюжет и интересные герои? Но что тогда увлекательный сюжет? Что тогда интересные герои? Поверьте, я могу задавать эти вопросы бесконечно, и каждый критерий будет разбиваться на ещё десять, и никогда этот фрактал не придёт к тому, что действительно можно оценить, не прибегая к личному мнению.

Конечно, в создании кино есть некоторые правила — их изучают в киношколах. Операторы учатся работать со светом, линзами, ракурсами, режиссёры тренируются строить мизансцены, сценаристы — драматургически оформлять свои истории. Но все эти правила опять же не объективны, они зависят от субъектов, их в конце концов придумали люди. И их, разумеется, можно ломать — о чём учителя в киношколах нередко говорят своим ученикам, мотивируя их найти свой собственный, то есть субъективный, путь. Да что там, возьмём Роберта Макки — вероятно, самого известного сценарного гуру в Голливуде, который взрастил целые поколения молодых авторов. В своём «Диалоге» он пишет следующее:

«Эстетическая оценка никогда не станет точной меркой. По своей природе она равным образом и чувство, и мысль».

То есть человек, посвятивший большую часть жизни тому, чтобы вывести и каталогизировать правила сценарного мастерства, всё равно не считает, что сценарий можно оценить объективно.

 

Зайду дальше и скажу, что даже чисто «технические» аспекты кино — вроде визуальных эффектов — нельзя оценивать объективно в контексте их существования внутри фильма. То есть, да, мы можем посчитать количество полигонов на компьютерных модельках и сравнить их разрешение — это будут объективные критерии, они от человека не зависят. Но как только эти модельки попадают в фильм, математика становится бессильна: условно некачественная графика может работать в картине лучше, чем условно качественная, просто потому, что она больше подходит специфике истории, жанру и сеттингу. Будь, скажем, в «Мачете» Роберта Родригеса передовые VFX, он бы не так хорошо подражал эстетике дешёвого грайндхауса.

 

Даже в случае визуальных эффектов (сюда же можно вписать и саунд-дизайн, и много чего ещё) важно не техническое качество как таковое, а то, как эти элементы художественно оформляются и осмысляются в фильме. И тут мы опять приходим к оценочному, субъективному мнению — только сам зритель решает, вписывается ли, на его взгляд, откровенно «устаревшая» графика в «Детях шпионов 3D» (опять Родригеса) или же она мешает нормально воспринимать кино. Помогают ли примитивные VFX «Твин Пиксу» Линча создать сюрреалистичное кинопространство или просто выглядят нелепо.

У каждого будет своё мнение на этот счёт, и никакого объективного взгляда тут быть не может. Ведь, как писал философ Дэвид Юм в трактате «О норме вкуса»:

«Красота — это не качество самого предмета. Она существует исключительно в глазах созерцающего; и каждый разум созерцает разную красоту».

 

Мы можем, конечно, пойти лично к режиссёру и спросить, задумывал ли он это или просто вышла недоработка. То есть попытаться соотнести полученный результат с изначальной идеей и так понять, насколько хорошо постановщик справился с реализацией концепта. Но и это не сработает — даже не потому, что режиссёр, скорее всего, пошлёт нас на фиг, а потому, что мнение автора тоже, простите, субъективно. Создание кино — процесс настолько же сознательный, насколько и подсознательный. Режиссёры могут внедрять образы и идеи, сами того не понимания, и потому ориентироваться на их мысли и мнения, высказанные после завершения картины, — примерно то же, что слушать любого другого обывателя, посмотревшего фильм.

Да и вообще попытка поделить кино на какие-то составляющие, чтобы по отдельности их оценить и затем собрать воедино общее мнение о произведении, — идея сомнительная. Чем-то таким пытались заниматься критики-структуралисты, но только, вот незадача, структурализм как течение чисто модернистское устарел ещё в 70-х — на смену ему пришли постструктуралисты и постмодернисты. Заявившие, что любое произведение нужно воспринимать целиком, и можно интерпретировать как вам хочется, и никакого единственного объективного мнения о нём быть не может. Позже Мишель Фуко установил рамки для этих интерпретаций, а Сьюзан Зонтаг написала программный текст «Против интерпретации», окончательно установив невозможность существования одной-единственной исчерпывающей интерпретации для какого-либо текста.

 

Но как тогда определяется «классика»? Почему те или иные фильмы становятся культовыми и общепризнанно хорошими, если никакой объективности в их оценивании не существует? Что ж, всё дело в том, что люди часто путают два совершенно разных понятия — «объективность» и «субъективная универсальность», последнее вывел Иммануил Кант в «Критике способности суждения».

Философ разделял их следующим образом: «объективно» можно оценить предмет, к которому можно применить категорию «полезности». Вот возьмём молоток: его задача — забивать гвозди. Если молоток не забивает гвозди, он не полезный, он объективно плохой. К искусству же эту категорию не применить — ведь оно не может быть полезным или не полезным, у него нет конкретного назначения, кроме того, что люди сами себе придумывают: развлекать, обучать, вдохновлять, будоражить. Поэтому, скажем, «Крёстный отец» — это не «объективно хороший фильм». Это общепризнанно хороший фильм, субъективно универсально хороший фильм, то есть такой фильм, который множество субъектов со своим, естественно, субъективным мнением оценили как хороший.

 

Другой вопрос, который часто возникает при спорах о невозможности объективной оценки: а зачем нужны критики, если всё равно любое мнение субъективно? Ну, если кто-то действительно читает критические тексты, чтобы из них извлечь какой-то единственно возможный взгляд на тот или иной фильм, то проблема тут, в общем-то, не в критикующем, а в читающем.

Разумеется, критики тоже субъективны, просто у них более развит инструментарий осмысления кино, они сильнее погружены в контекст, чем другие, и, соответственно, их мнение может быть интереснее сформулировано и аргументировано. Оно может помочь другому человеку с иного ракурса взглянуть на кино, что-то новое в нём найти или просто сформулировать мысли, которые у него и так были, но которые не получалось облечь в слова. Поэтому люди ищут тех критиков, чьё мнение чаще совпадает с их собственным — и потом называют их «объективными». И наоборот, когда кто-то говорит, что критик «необъективен», это значит просто, что «его мнение не совпало с моим». Хотя изначально странно, что слово «объективно» мы воспринимаем как положительную черту, а «субъективно» — как негативную. Это вовсе не так. Субъективно — это круто, интересно, лично и чувственно. А всё искусство как раз про личное и чувственное.

Так что в следующий раз, когда в споре о каком-нибудь фильме вам захочется бросить в оппонента слово «объективно», задумайтесь — а не слишком ли это лениво? Может, не стоит опускаться до ничего не значащих фраз.

А лучше действительно заглянуть в себя и попытаться понять, чем вам нравится или не нравится это кино. Поверьте, это намного интереснее. Я бы даже сказал, объективно интереснее.

Л.Б.Макеева. Объективность ценностей и проблема реализма

История философии. Вып. 5

 

– 80 –

 

 

Объективность ценностей и проблема реализма*

 

Ценности представляют собой чрезвычайно сложный и многогранный объект философского исследования. Так называемая проблема ценностей охватывает очень широкий спектр вопросов, обсуждаемых философами со времен Платона под такими рубриками, как благо, справедливость, обязательство, цель, идеал, добродетель, оценочное суждение, истина и т. д. В XIX веке ряд немецких философов пришли в выводу, что все эти вопросы совпадают в одном аспекте – в том, что все они имеют отношение к ценности, то есть к тому, что должно быть. В противоположность фактам, ценности – это не то, что есть (или было, или будет), но то, что должно быть, что важно для человека.

Ценности характеризуются необычайно богатым разнообразием проявлений и функций в социуме, культуре и жизни отдельного индивида. Начнем с того, что к ценностям, как правило, относят два рода явлений. Во-первых, ценности выражают тот факт, что существующие предметы могут быть полезными или вредными для человека, могут удовлетворять его потребности и отвечать его желаниям или, наоборот, противодействовать им. Поэтому ценности – это все то, к чему уместно применить такие слова, как «хороший», «желаемый», «стоящий» и т.д. (в случае позитивных ценностей) или «плохой», «нежелательный», «никчемный» и т.д. (в случае негативных ценностей). Во-вторых, ценности понимаются как идеи о том, что есть благое, правильное, обязательное и т. д. В этом втором смысле

 

* Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ (проект 98-03-04456).

 

 

– 81 –

 

«ценность» означает то, что считается ценным. Эти ценностные суждения отличаются от обычных суждений в одном очень важном отношении: они способны побуждать людей совершать действия. Именно поэтому многие видят в ценностях ключ к решению проблемы взаимосвязи между мышлением и поведением.

«Разнородность» явлений, связываемых с понятием ценности, обусловливает сложную субъективно-объективную природу ценностей. С одной стороны, они непосредственно связаны с человеческими интересами, потребностями, желаниями и т.д., а потому зависят от человека и отражают специфически человеческий способ восприятия мира и отношения к нему. Но ценности вовсе не являются нашим чисто субъективным творением. На это указывает множество обстоятельств. Поразительной особенностью ценностей является то, что когда кто-то произносит: «Это дурной поступок», он считает указанный поступок дурным самим по себе, объективно, а свое утверждение воспринимает как истинное, ибо оно соответствует реальному положению дел. Ценности воспринимаются людьми как определенные, «объективные» качества вещи, благодаря которым эта вещь считается более или менее желательной, полезной, важной и т.д. Более того, люди не просто приписывают своим оценочным суждениям истинностное значение, но и используют их в качестве посылок в своих рассуждениях, основывая на них истинность своих заключений. Если же взять ценности как механизм мотивации человеческого поведения, то и здесь оказывается, что их побудительная сила воспринимается нами как нечто внешнее и независимое от нас, как некая объективная сила, способная наложить ограничения на наши другие желания и действия. Самое удивительное состоит в том, что человек, как правило, локализует источник этой побудительной силы не в самом себе, а во внешнем мире. Итак, объективность ценностей имеет по крайней мере два аспекта. С одной стороны, мы воспринимаем «ценностные характеристики» как объективные, принадлежащие самим вещам. С другой стороны, ценности выступают объективным, независимым от наших желаний и склонностей источником мотивации нашего поведения. Вполне естественно было бы предположить, что объяснение объективности ценностей должно охватывать оба эти аспекта, однако на практике оказывается очень сложным совместить их в одной теоретической конструкции, и если один аспект получает объяснение в той или иной концепции, то второй, как правило, остается непроясненным. На наш взгляд, это – и свидетельство необычайной сложности объекта исследования, и одна из основных причин неадекватности предлагаемых решений.

 

 

– 82 –

 

Так как же объяснить объективный характер ценностей? Является ли он следствием склонности нашего ума к «объективации» собственного содержания или за ним стоит что-то большее? В той или иной форме этот вопрос всегда волновал философов, и именно этот вопрос оказался в центре дискуссии, развернувшейся в 70–80-е годы в англоязычной философии морали и политики. Начало этой дискуссии было положено книгой известного австралийского философа Джона Макки «Этика: создание правильного и дурного»[1], которая определила и основную особенность этой дискуссии: проблема объективности ценностей рассматривалась прежде всего в онтологическом ключе, как вопрос об онтологическом статусе «ценностных характеристик» вещей. И хотя сам Макки обосновывал ту точку зрения, что в онтологическом плане ценности не являются объективными, сразу же как реакция на его позицию возникло направление, получившее название «этического (или морального) реализма»[2]. В этом нет ничего удивительного, так как в целом реалистическое направление было на подъеме в аналитической философии этого периода. В настоящей статье мне хотелось бы обсудить основные аргументы, выдвинутые в ходе этой дискуссии, показать специфику реалистического решения проблемы объективности ценностей на примере концепции «внутреннего реализма» Х.Патнэма, отметить сильные и слабые стороны этого решения. Но поскольку роль «пускового механизма» в этой дискуссии сыграла упомянутая книга Дж. Макки «Этика: создание хорошего и дурного», имеет смысл начать рассмотрение именно с нее.

Основной тезис Макки состоит в следующем: объективных ценностей не существует, то есть ценности не присутствуют в самом «содержимом мира» (furniture of the world), они не принадлежат к миру как таковому. Эту свою субъективистскую позицию он называет скептицизмом. Следует подчеркнуть две наиболее важные особенности его позиции: (1) как уже отмечалось, свой основной тезис Макки трактует онтологически; (2) он вводит различие между этическими суждениями первого и второго уровня. Суждения первого уровня указывают, какие поступки являются хорошими, а какие – плохими, что является нравственно обязательным, а что, напротив, – предосудительным, то есть эти суждения выражают наши обычные моральные убеждения. Суждения второго уровня « говорят нам, что происходит, когда кто-либо высказывает суждение первого уровня, – в частности, выражает ли это суждение некоторое открытие или решение или, возможно, оно сообщает что-то о том, как мы мыслим и рассуждаем о вопросах морали»[3]. Наиболее важно отметить то,

 

 

– 83 –

 

что, согласно Макки, суждения первого и второго уровня полностью независимы друг от друга. Это означает, что «можно быть скептиком в отношении моральных суждений второго уровня, не будучи скептиком в отношении суждений первого уровня, и наоборот»[4]. Макки называет себя скептиком только в отношении суждений второго уровня.

Поскольку Макки полагает, что в наши обычные оценочные суждения встроено требование объективности, он называет свою скептическую концепцию теорией ошибок, ибо ее задача – раскрывать ошибочность общераспространенного мнения. В рамках этой теории он формулирует два основных аргумента против объективности ценностей: аргумент от относительности и аргумент от странности. Характер этих аргументов позволяет предположить, что для Макки онтологическая объективность ценностей означает их универсальность (и, соответственно, тождественность во всех культурах) и их подобие другим реально существующим свойствам и объектам, и именно против этих допущений направлена, главным образом, его критика. Так, аргумент от относительности предназначен опровергнуть универсальный характер ценностей. Согласно Макки, хорошо известный антропологический факт о разнообразии моральных кодексов и верований в различных обществах, в различных социальных слоях и в различные периоды истории затрудняет (если вообще позволяет) рассмотрение этих кодексов и верований как способов постижения (пусть искаженного) некоторой объективной истины, поскольку различия между ними свидетельствуют скорее о приверженности людей к разным формам жизни: «люди одобряют моногамию, потому что они ведут моногамный образ жизни, а не так что …они ведут моногамный образ жизни, потому что они одобряют моногамию»[5]. Согласно второму аргументу – аргументу от странности – для обоснования объективности ценностей необходимо постулировать сущности и свойства очень странного вида, совершенно отличные от всего остального в мире, и приписать себе особую способность (нравственную интуицию), посредством которой мы познаем эти сущности и свойства и которая совершенно отлична от наших обычных способов познания всего остального. Метафизическая специфика ценностных сущностей и ценностных свойств состоит, по мнению Макки, в их способности побуждать людей к совершению определенных действий в отличие от всех других реально существующих объектов и свойств в мире.

Хотя Макки считает свою скептическую концепцию негативной в том смысле, что она говорит не о том, что есть, а о том, чего нет, в целях большей убедительности своей позиции он предлагает некоторое

 

 

– 84 –

 

обоснование субъективного характера ценностей. Макки прибегает к юмовскому объяснению морали, получившему в современной литературе название «проецирования». Согласно этому объяснению ценности проецируются на мир, то есть, когда мы приписываем какие-либо моральные характеристики некоторому поступку, мы в реальности проецируем то, что мы чувствуем в отношении этого поступка, на сам этот поступок, ошибочно полагая, что эти характеристики являются объективными свойствами этого поступка. Поэтому, утверждает Юм, оценивая какой-то поступок как добродетельный или порочный, мы лишь утверждаем, что испытываем чувство одобрения или неодобрения в отношении этого поступка. Эта особенность человеческого ума, названная Юмом «свойством распространять себя на внешние объекты», объясняет, по мнению Макки, объективизацию морального отношения. Согласно другому противнику реализма, «таким образом мы испытываем чувства и демонстрируем другие реакции в ответ на вызванные природные свойства вещей; мы «украшаем и раскрашиваем» мир, описывая его так, как будто он содержит в себе свойства, соответствующие этим чувствам, – так же, как приятный вкус мороженого соответствует удовольствию, которое оно нам доставляет»[6]. Это сравнение неслучайно, так как еще одной важной особенностью теории проецирования в объяснении морали является то, что она уподобляет ценности вторичным качествам, вроде цвета, запаха, вкуса и т.д., которые, по словам Юма, представляют собой не «качества объектов», а «восприятия ума».

Согласно Макки, помимо проецирования имеется множество других моделей объективизации моральных ценностей. В частности, он ссылается на утверждение Э.Энском о том, что наши современные неаристотелевские понятия морали (обязательства, долга, правильности, порочности и т.д.), которые мы воспринимаем как объективно общезначимые, есть лишь «сохранившиеся элементы системы мысли, придававшей им действительно разумный характер, а именно системы верований в божественный закон»[7].

Отрицание онтологической объективности ценностей, как правило, дополняется субъективистской трактовкой их «мотивационной» роли. Этот аспект наиболее ярко представлен в концепции известного английского философа Филиппы Фут. Хотя Фут рассматривает проблему объективности ценностей не в онтологической плоскости, ее концепция в какой-то мере дополняет и уточняет позицию Макки, поэтому ей стоит уделить немного внимания. Цель

 

 

– 85 –

 

аргумента Фут – показать, что не существует категорического императива и что, следовательно, не существует объективных ценностей, которые, будучи выражены в форме морального императива, были бы способны направлять поступки человека в абсолютном смысле, независимо от его желаний и интересов.

Одну из важнейших посылок в обосновании Фут составляет убеждение в том, что со времен Юма стало «общим местом в философии» считать основания для совершения какого-либо действия зависящими от желаний, интересов и волевого настроя человека. Нет таких сущностей или качеств, которые могли бы одни обеспечить человеку основание для совершения действия без какого-либо желания или интереса с его стороны. Поэтому если «должен» в моральных суждениях вообще фиксирует наличие какого-либо основания для человека совершить действие, то это «должен» может быть только выражением гипотетического императива. В подтверждение своего вывода Фут предлагает следующие аргументы. Во-первых, если бы существовали категорические императивы, то были бы автоматически побуждающие к действию силы, однако такие силы неизвестны нам. Во-вторых, видеть в моральных суждениях категорические императивы значит основывать мораль на разуме (или оправдывать мораль разумом). В этом случае аморальное поведение следовало бы считать иррациональным, но нет ничего иррационального в аморальных поступках. Более того, существование категорических императивов внесло бы определенное искажение в наше понимание морали, ибо нам нужны «добровольцы», а не «призывники на службу морали». И наконец, негипотетическое использование «должен» (в этикете, играх и т.д.) не может служить контраргументом, поскольку в этих случаях отсутствие интереса не освобождает от необходимости совершить действие (не лишает человека всех оснований свершить предписываемое действие), и это означает лишь, что негипотетическое использование «должен» вообще не побуждает к совершению определенного действия.

Суммируя вместе аргументы против объективности ценностей, можно сказать, что признание этой объективности влечет за собой то, что мы получаем искаженную картину мира (наполненную таинственными и странными сущностями и свойствами), искаженный образ самих себя (наделенных странной способностью постигать эти таинственные сущности и свойства) и искаженное представление о морали (превращающее нас из «добровольцев» в «призывников на службе морали»). Вместе с тем следует отметить, что в субъективизме отрицание

 

 

– 86 –

 

объективности «ценностных характеристик» вещей хорошо совмещается с отрицанием объективной мотивационной роли ценностей, так как и то, и другое находят единый источник объяснения – специфическую, субъективную природу человека, при этом склонность «объективировать» ценности в обоих указанных аспектах объявляется ошибкой, укоренившейся в сознании человека в силу ряда исторических причин.

Теперь обратимся к рассмотрению позиции противников субъективизма в трактовке ценностей. Следует сразу отметить, что сторонники «этического реализма» значительно больше внимания уделяли критике своих противников, чем созданию собственно позитивной концепции. Поэтому начнем с их критических аргументов.

Во-первых, объективисты ставят под вопрос тезисы, отстаиваемые субъективистами. Так в противовес маккиевскому аргументу от относительности, обосновывающему невозможность объективистского объяснения многообразия моральных верований и, стало быть, моральных разногласий, указывается невозможность подобного объяснения и для субъективиста. Объективисты часто ссылаются на Дж.Мура, предложившего следующий аргумент: если один человек говорит: «X правильно», а другой утверждает: «X дурно» и, высказывая эти свои оценки, они лишь выражают свои чувства и свое отношение к X, то непонятно, как они могут вообще противоречить друг другу. Это означает, что с позиции субъективистской «теории отношения» нельзя объяснить совершенно очевидные разногласия в вопросах морали[8] .

Немало аргументов было выдвинуто и против концепции проецирования при объяснении ценностей. Стоит упомянуть, что вначале эта концепция строилась на аналогии между ценностями и вторичными качествами. Однако в дальнейшем было признано как сторонниками этой концепции, так и ее противниками, что имеются важные отличия между этими классами свойств, а потому предложенная аналогия является неуместной. К числу упомянутых отличий относятся следующие. (а). Хотя считается, что и вторичные, и моральные качества «сопровождают» или «надстраиваются над» природными качествами, этот факт признан как научная истина только в отношении первых качеств. В то же время неспособность осознать этот факт не является «критерием некомпетентности при приписывании вторичных качеств» и является таковым критерием в моральных рассуждениях. Более того, наука изучает рецептивные механизмы в случае вторичных качеств, однако никаких рецептивных или каузальных механизмов для восприятия моральных качеств науке

 

 

– 87 –

 

неизвестно, никакого «органа чувств», воспринимающего моральные качества, не обнаружено. (б). Диапазон варьирования моральных верований при различных формах жизни несравнимо больше диапазона, в котором могут (если вообще могут) варьировать восприятия вторичных качеств. (в). Более того, для восприятия моральных качеств характерна многоаспектность и относительность, отсутствующая при восприятии вторичных качеств. Один и тот же поступок может быть хорошим в одном отношении (как поступок командующего) и плохим в другом отношении (как поступок отца). Подобная релятивизация невозможна в случае вторичных качеств[9]. Нельзя не отметить и такую особенность моральных свойств, как их способность быть предметом взвешенного и обдуманного выбора, ибо совершенно рационален вопрос: «какую позицию я займу в отношении такой-то вещи?»[10]. Подобный вопрос абсолютно абсурден в отношении вторичных качеств. Известный современный философ морали Р.М.Хэйр дает следующее лингвистическое объяснение этому различию между моральными и вторичными качествами. По его мнению, это различие заключено в разных семантических конвенциях, регулирующих их приписывание объектам. В случае вторичных качеств соответствующие конвенции таковы, что они запрещают двум людям, при нормальных обстоятельствах рассматривающих один и тот же предмет, иметь разногласия по поводу того, является ли объект красным или нет. В случае моральных качеств семантические конвенции позволяют двум людям оценивать один и тот же поступок как хороший и дурной.

По мнению ряда авторов (С.Блэкбёрна и др.), можно отказаться от аналогии между вторичными и моральными качествами, не отвергая в целом идеи проецирования при объяснении ценностей. Однако известно немало аргументов, направленных против проективизма как такового, не предполагающего уподобления моральных качеств вторичным качествам. Наиболее известным среди них является аргумент, согласно которому концепция проецирования, предполагающая субъективный источник морали, подрывает ее статус: уменьшает ее обязательную силу, лишает убедительности ее требование уважительного отношения к моральным нормам, рождает в людях «безразличие к вещам, заслуживающим их энтузиазма» и ослабляет их решимость следовать моральному закону и долгу. Это происходит из-за того, что концепция проецирования не согласуется с нашим восприятием ценностей как чего-то присущего вещам и действующего как внешняя сила. Кроме того, неоднократно указывалось, что с позиции концепции проецирования нельзя адекватно

 

 

– 88 –

 

объяснить, как возможно использование моральных суждений в качестве посылок в дедуктивных и индуктивных рассуждениях, ибо эта концепция отвергает возможность моральных суждений быть истинными или ложными.

Предпринимались попытки показать внутреннюю несогласованность теории проецирования с точки зрения философии сознания. Субъективистская концепция, согласно которой в наших моральных суждениях мы проецируем то, что мы чувствуем в отношении какой-либо вещи, на саму эту вещь (хотя и полагаем при этом, что моральные характеристики являются свойствами этой вещи), предполагает, что специфический характер моральных чувств (таких, как чувства одобрения или неодобрения) определяется некоторым внутренним и непосредственно осознаваемым качеством этих чувств, то есть одобрение или неодобрение – это нечто такое, что мы непосредственно ощущаем в нашем опыте и что позволяет нам воспринимать окружающие нас предметы и явления в позитивном или негативном ключе. Однако критики теории проецирования (Б.Страуд и др.) считают, что при таком субъективном подходе все оказывается поставленным с ног на голову, ибо некое конкретное чувство будет чувством одобрения, только если оно рождается или наполняется мыслью, что рассматриваемая вещь является хорошей. Стало быть, чувство одобрения или неодобрения не объясняет специфику наших моральных чувств, а само обусловливается их содержанием. Аналогичным образом приписывание оценочного отношения или чувства другим людям можно рационально объяснить, только если предположить, что оно осуществляется одновременно с нашим приписыванием ценности предметам и действиям.

Если попытаться выразить в обобщенном виде основную идею критики субъективистской концепции ценностей со стороны приверженцев этического реализма, то она состоит в следующем: предложенные механизмы объективации не дают адекватного и корректного объяснения действительно объективного характера ценностей, а это в свою очередь ведет к искаженному представлению о социальном (объективном) статусе ценностей и об их функциях в мышлении. Хотя предложенные аргументы, безусловно, серьезны и в определенной степени подрывают убедительность субъективистского объяснения ценностей, это не означает автоматически, что верна противоположная, объективистская, позиция. Перед объективистом стоит более важная задача – объяснить, в каком смысле ценности являются объективными, поскольку субъективистская критика показала неуместность предположения, что ценности объективны в том же

 

 

– 89 –

 

самом смысле, в каком мы думаем об объективности обычных вещей и их свойств в окружающем нас мире. Как мы уже отмечали, позитивных теорий этического реализма было выдвинуто не так уж много. В наиболее разработанном и законченном виде эта тема, на наш взгляд, представлена в концепции «внутреннего реализма» известного американского философа Х.Патнэма. Хотя эта концепция явилась реакцией не только и не столько на субъективизм в понимании ценностей, для настоящего рассмотрения она представляет безусловный интерес.

Современный этический реализм так или иначе предполагает пересмотр понятия объективности. Этот пересмотр состоит прежде всего в отказе от понятия метафизической объективности, согласно которому считать что-либо объективным значит утверждать его принадлежность к категории вещей, составляющих реальность, как она есть сама по себе, независимо от человеческого сознания. Взамен этого «пресловутого» метафизического понятия разрабатываются новые концепции реальности. Примером такого рода концепций служит «внутренний реализм» Х.Патнэма, изложенный им в книге 1981 г. «Разум, истина и история». Свою задачу Патнэм видит в том, чтобы разрушить «странные оковы», которыми сдерживает мышление философов и простых людей дихотомия объективного и субъективного, и сформулировать альтернативную «философскую перспективу», в которой эта полярность преодолена. Согласно Патнэму, вопрос о том, из каких объектов состоит мир, имеет смысл только в рамках теории или концептуальной схемы: мы членим мир на объекты, вводя ту или иную концептуальную схему. В этой интерналистской модели отвергается различие между объективным и субъективным как принадлежащими к противоположным «сферам». Люди живут в своем человеческом мире, где трава объективно является зеленой, где вода объективно является Н2О, где некоторые картины объективно являются прекрасными, где намеренное убийство человека объективно является злом. Только в рамках этого человеческого мира мы можем говорить об объективности. Это объективность «для нас», с нашей точки зрения, но никакой иной объективности у нас не может быть. Мы не можем занять позицию Господа Бога и увидеть мир таким, каков он сам по себе; метафизический реализм невозможен.

С точки зрения объективности-для-нас ценности ни в чем не уступают фактам: они столь же объективны, как и факты. В своей интерналистской концепции Патнэм не только признает существование «ценностных фактов», но идет еще дальше и заявляет, что «каждый

 

 

– 90 –

 

факт ценностно нагружен и каждая из наших ценностей нагружает собой какой-либо факт» и что, более того, «существо, не имеющее ценностей, не имеет также и фактов»[11]. Понятие ценностно нагруженного факта опирается на обширный массив норм, которые можно определить как «когнитивные ценности» (к ним относятся релевантность, когерентность, функциональная простота, инструментальная эффективность и т. д.) и которые, в свою очередь, связаны с ценностями в их обычном понимании. Так, согласно концепции объективности Патнэма, наш реальный мир зависит от ценностей и наоборот.

Многие увидели в концепции Патнэма выражение «зрелого» и «умудренного» реализма, другим же его позиция показалась лишь «завуалированным» уходом от решения проблемы. По сути, Патнэм добивается уравнивания ценностей в их объективном статусе с реально существующими вещами, свойствами и фактами тем, что низводит последние до объективности ценностей. Ценности и вещи становятся частями человеческого мира, в котором нераздельно слито субъективное и объективное, идущее от внешнего «природного» фактора и идущее от человека, от его особой организации как биологического существа. Неслучайно, что многие усмотрели в этом « ценностном» реализме Патнэма скрытую «антиреалистическую» позицию.

С одной стороны, концепция внутреннего реализма Патнэма позволяет «объективистски» решить ряд важных проблем в отношении ценностей. Во-первых, получает решение проблема истинности оценочных суждений. Как и описательные суждения, они столь же объективно истинны или ложны. Правда, достигается это за счет трактовки истины не как соответствия реальности, а как некоторого вида рациональной приемлемости. Во-вторых, очень «простое» решение найдено и для проблемы референции оценочных понятий. Однако это очень своеобразное решение. На мир просто «опрокидывается» концептуальная схема нашего языка, и поэтому не представляет никакого труда установить соответствие между элементами концептуальной схемы и элементами мира. Конечно, это соответствие не является статичным; под действием внешнего импульса, идущего от физического мира, мы постоянно изменяем и «подгоняем» наши концептуальные схемы, стремясь к их внутренней согласованности. Поскольку наши концептуальные схемы содержат как описательные, так и оценочные понятия, то и для тех, и для других имеются референты в окружающем нас мире. Своеобразие подобной трактовки онтологического статуса оценочных понятий (или терминов) заключается в том, что она никак не затрагивает проблемы их восприятия.

 

 

– 91 –

 

В этом, безусловно, сказывается « научно-реалистическое» прошлое Патнэма. Как известно, согласно научному реализму объективным и независимым от нас существованием обладают не только предметы окружающего нас мира, но и сущности, постулируемые истинными научными теориями (например, атомы, электроны, электромагнитные поля и т.д.). Однако если при решении вопроса о реальности этих сущностей, равно как и реальности математических объектов, совершенно неуместно и бессмысленно говорить о восприятии, то в случае ценностных свойств ситуация не столь однозначна. Конечно, в каком-то смысле можно «уподобить» связь между ценностными свойствами и воспринимаемыми нами качествами вещей тому, как связаны между собой эти воспринимаемые качества и сущности, постулируемые научными теориями, и представить наши оценочные суждения как своего рода выводы на основе природных характеристик вещей. Однако не следует забывать еще об одной особенности ценностей: когда человек оценивает какую-либо вещь, он, как правило, воспринимает эту вещь как дурную или хорошую непосредственно), а не в результате вывода на основе ее природных свойств и их связи с его чувствами. Поэтому при рассмотрении реальности ценностных свойств нельзя обходить молчанием вопрос об их восприятии. Тот факт, что вопрос о восприятии полностью «выпал» из поля зрения Патнэма, на наш взгляд, во многом обусловлен его чисто лингвистическим подходом к проблеме реализма, когда вопрос о реальности того или иного объекта или сущности ставится как проблема референции соответствующих языковых выражений. Неслучайно, что в ходе дальнейшей своей эволюции Патнэм пришел к осознанию принципиальной важности « традиционной» темы восприятия для решения проблемы реализма.

Однако главный недостаток реалистического решения объективности ценностей Патнэмом состоит в том, что оно оставляет совершенно непонятной связь ценностей с мотивацией человеческого поведения. Конечно, Патнэм исходит из того, что ценности есть то, что должно быть, однако в его концепции эта нормативная природа ценностей не получает ни подтверждения, ни объяснения; она остается как бы «за кадром». В концепции внутреннего реализма учитывается только один аспект объективности ценностей, но именно это, на наш взгляд, основное свидетельство ее неадекватности.

Мы рассмотрели основные аргументы за и против, выдвинутые в ходе дискуссии по объективности ценностей. Главным не вызывающим сомнений результатом этой дискуссии стало то, что она еще раз показала и выразила в современных понятиях и категориях сложную и «самопротиворечивую» природу ценностей и морали в целом.

 

 

– 92 –

 

С одной стороны, эта сложная природа предоставляет «свидетельства» как в пользу субъективистской, так и объективистской позиции. С другой стороны, особенность ценностей состоит в том, что никак не удается адекватно выразить их природу в терминах дихотомии объективного и субъективного. На первый взгляд, моральные ценности должны быть объективно общезначимыми с тем, чтобы мотивировать человеческие действия, но вместе с тем их объективность не может быть объективностью каузального механизма. Моральные ценности составляют основания для совершения человеком действий и в этой функции они имеют прямое отношение к желаниям, наклонностям, чувствам и т.д., но вместе с тем они позволяют нам «отступить на шаг назад» и подвергнуть наши желания и т.д. рациональному разбору и тем самым избежать «автоматической» детерминации ими нашего поведения. Природа ценностей такова, что они характеризуют не только нас самих, но и тот мир, в котором мы живем, ценности напрямую связаны с нашей рациональностью: чтобы быть рациональными, мы должны соблюдать требования практического разума, но, с другой стороны, аморальные действия нельзя назвать иррациональными.

Итак, мы видели, что попытка обоснования объективности ценностей в рамках реалистической стратегии, как правило, связана с существенным пересмотром самого понятия объективности. Мир ценностей получает равный с миром вещей объективный статус в силу того, что им приписывается равное участие в создании нашего человеческого мира: без ценностей не может быть фактов, равно как без факта не существует ценностей. Однако уравнивание ценностных свойств с другими элементами окружающего нас мира в определенной степени лишает их специфики, не позволяет объяснить другие их функции. Как бы ни соблазнительно было найти онтологические «основания» Объективности ценностей, предложенное реалистическое решение нельзя считать адекватным.

 

Примечания

 


[1] Mackie J.L. ., 1970.Ethics: Inventing Right and Wrong. L

[2] Следует отметить, что дискуссия не ограничилась только онтологическим ракурсом и показала, что проблема объективности ценностей может быть сформулирована и с помощью других концептуальных средств. Во-первых, утверждения об объективности или субъективности ценностей можно сформулировать в эпистемологических терминах, и тогда противоположность между ними предстанет как антитеза «когнитивизм – антикогнитивизм». В основе этой антитезы лежит вопрос о том, имеют ли оценочные суждения ассерторический характер или они имеют императивный характер, то есть выражают ли они утверждения, которые могут быть истинными или ложными, или же они выражают отношения некоторого иного рода. Согласно когнитивизму, оценочные суждения выражают утверждения о качествах вещей, и поэтому они могут иметь истинностное значение. Антикогнитивизм представлен в двух основных формах: эмотивизме и императивизме. Согласно эмотивизму оценочные суждения обычно выражают чувства или отношение говорящего к тому, что он оценивает. С точки зрения императивизма оценочные суждения представляют собой предписания или рекомендации относительно определенного хода действий. Противоположность между когнитивизмом и антикогнитивизмом можно легко переформулировать в терминах дескриптивизма и антидескриптивизма. Дескриптивизм – это концепция, согласно которой значение оценочных терминов и суждений является чисто описательным или содержит важный описательный элемент в своей структуре. Согласно дескриптивизму оценочные термины потому являются описательными, что они обозначают определенные виды свойств. Оценочные суждения же описательны в том смысле, что в них мы приписываем указанные свойства объектам. С антидескриптивистской точки зрения оценочные суждения не приписывают никаких свойств объектам, но имеют совершенно иное значение: например, их можно рассматривать как выражение чувств или как инструмент для вызова сходных реакций в других людях. Полярность между ценностным объективизмом и субъективизмом можно выразить и с помощью различия между категорическим и гипотетическим императивами. Это различие было введено Кантом, но если Кант считал императивами утверждения в побудительном наклонении («Сделай то-то»), то сейчас их обычно трактуют как выражающие утверждения о долженствовании («Ты должен сделать то-то»). В гипотетических императивах основанием для совершения какого-либо действия служит некоторая желаемая цель, то есть долженствование императива зависит от этой желаемой цели. Если желание достичь эту цель отсутствует, это лишает человека каких-либо оснований совершать предписываемое в императиве действие. Категорические императивы выражают безусловные основания для действия, то есть долженствование императива не зависит от желаний или наклонностей человека; основания, представленные в категорических императивах, обладают абсолютной силой. Сторонники объективности ценностей обычно выступают в поддержку той точки зрения, что ценностные суждения являются категорическими императивами или, по крайней мере, содержат объективный императивно-категорический элемент. Субъективисты, как правило, отрицают существование такой вещи, как категорические императивы.

[3] Mache J.L. Ethics: Inventing Right and Wrong. P. 9.

[4] Ibid. P. 16.

[5] Ibid. P. 36.

[6] Blackbum S. Errors and the Phenomenology of Value // Morality and Objectivity. Ed. dy T. Hinderick. 1986. P. 5.

[7] Makki J.L. Ethics: Inventing Right and Wrong. P. 45.

[8] См., к примеру: Theories of Ethics. Bd. by P.Foot. Oxford, 1986. P. 3.

[9] Аргументы (a) – (д) разбираются в статье: Blackburn S. Erros and the Phenomenology of Value. P. 14–15.

[10] Указанные аргументы были предложены в: Hare R.M. Ontology in Ethics // Morality and Objectivity. P. 47.

[11] Putnam H. Reason, Truth and History. Camb., 1981. P. 201.

Есть ли «там», где нас нет? К критике существования объективной реальности | Философия

Иероним Босх. Фокусник / Wikimedia Commons

Объективно и реально то, где меня нет

Обычно под объективностью, или «объективной реальностью», подразумевается положение дел, которое существует независимо от того, наблюдается оно кем-то или нет. Когда мы выходим из дома, то полагаем, что мебель остается на своих местах и не перестает быть мебелью – ее существование объективно. Даже если мы не прогуливаемся в конкретный момент по лесу, то уверены, что там растут сосны и ели или иная, подходящая для данных широт растительность, существование которой также объективно. Мы называем объективным и то, что считаем одинаково воспринимаемым разными наблюдателями. Если я называю небо синим и кто-то еще делает так же, то небо объективно синее. Если я прошу передать мне соль и получаю ее, то, вероятно, солонка существует объективно. Но насколько эти конвенции гарантируют встречу с реальностью – вопрос открытый.

Реально vs виртуально, объективно vs субъективно

Что, если наша убежденность в существовании объективной реальности ни на чем не основана? Чтобы разобраться в этом, нужно чуть детальнее раскрыть смысл понятий «реальность» и «объективность». Традиционное определение реальности нередко циркулирует в философии в виде терминов «субстанция» или «сущность». Согласно ему, если есть то, что существует безусловно, само в себе и для себя, то оно реально. Напротив, если есть то, что существует только для некоторого наблюдателя (другого), то оно нереально или, если угодно, виртуально – сродни тому, что традиционно именовалось в философии «явлением». Такое существование считается субъективным, зависящим от природы и характера наблюдения и длящимся до той поры, пока протекает само наблюдение.

Обычно считается, что явления субъективны, а лежащие в их основании сущности – объективны. Объективность, в свою очередь, означает нечто, указывающее на принципиальную независимость от такого условия, как субъективное наблюдение. В некотором смысле само сочетание «объективная реальность» представляет собой тавтологию, в то время как понятие «субъективная реальность» – противоречие (в последнем случае правильнее было бы говорить о «субъективной виртуальности»). В любом случае можно было бы ограничиться единственным понятием «реальность», которая существует как нечто самодовлеющее, не обязанное никому и ничем. Однако сочетание «объективная реальность» зачастую все же сохраняется в философии, равно как и сочетание «субъективная реальность». Последнее понятие указывает на то, что виртуальная реальность может оказаться единственной и окончательной для наблюдателя, а значит, все-таки имеет право называться реальностью. Первое же понятие, напротив, подчеркивает, что реальность реальна только тогда, когда субъект ни в какие отношения с ней не вступал. Но как раз сама возможность существования такой, незатронутой наблюдением реальности и оспаривается многими философами.

субъективно или объективно? — ОКБ САПР

Мы стараемся окружать себя людьми, которым мы доверяем, формируя на протяжении всей своей жизни «ближний круг» — людей близких нам по духу и мировоззрению. Они дают нам ощущение тыла, но именно они являются нашим самым уязвимым местом.

Этим всегда пользуются злоумышленники. Дома человек менее бдителен, более беспечен — и может открыть дверь тому, кому совсем не надо. Звонок с сообщением, что близкий человек попал в беду или явился причиной несчастья — заставляет людей добровольно отдавать мошенникам крупные суммы денег. Воспринимая как близкого человека всякого, живущего с нами под одной крышей, мы доверяем няням и сиделкам, горничным и домработницам — и иногда попадаем из-за этого в нежелательные ситуации. О том, что наиболее болезненны предательства именно близких людей — не стоит и вовсе упоминать.

Каждый, кто пользуется электронной почтой, знает, что разного рода нежелательная корреспонденция очень часто приходит в письмах, в учетной записи которых имя и/или фамилия хорошо знакомого человека. Это, конечно, не вызывает паники — а лишь изумление: каких высот мастерства могут достичь люди в погоне за недобросовестной прибылью.

Однако, согласитесь, это заставляет задуматься иногда чуть дольше над привычным вопросом — а кто там на самом деле отвечает на мои письма от лица старого школьного друга или партнера по гребле?

Тогда не кажутся смешными анекдоты про диалоги по ICQ, заканчивающиеся фразами типа «вообще-то, это ее муж:»: И как-то не убеждает логика, что не нужно вести себя предосудительно, тогда и нечего будет бояться.

Человеку свойственно оберегать свое прайваси отнюдь не только в том случае, если оно содержит нечто аморальное или противозаконное.

А раз так, то не стоит мучить себя подозрениями и развивать манию преследования. Существует средство, позволяющее решить две важнейшие проблемы современного мира:

1. защитить от посторонних глаз то, что Вам хочется скрыть и

2. обрести уверенность в том, что в диалоге участвует именно тот человек, которого Вы подразумеваете, и что он получает именно то, что Вы ему пишете, а Вы — именно то, что пишет Вам он.

Это средство - Персональное средство криптографической защиты информации (ПСКЗИ) ШИПКА (Шифрование-Идентификация-Подпись-Коды аутентификации).

ШИПКА — это USB-устройство, представляющее собой «специализированный компьютер» размером со среднюю флешку. Этот компьютер имеет собственный процессор, который реализует криптографические алгоритмы - самостоятельно, без участия процессора того компьютера, в USB-разъем которого ШИПКА вставлена.

Слово «криптография» наводит на мысли о том, что все это нужно либо шпионам (и, конечно, разведчикам), либо в крупном бизнесе. И в любом случае — что это очень сложно. Отчасти, это так и есть, но мы сделали криптографию простой и удобной в использовании.

Итак, криптографическая защита информации — это, в первую очередь, шифрование и электронная цифровая подпись (ЭЦП).

С шифрованием все более или менее понятно — вставил ШИПКУ, зашифровал файл, и теперь его никто не сможет прочитать, пока не расшифрует. Расшифровать можно либо с помощью этой же ШИПКИ, либо с помощью ключа шифрования, который Вы в зашифрованном виде передали адресату.

Что это значит на деле? Это значит, что файл находится на диске (или послан по почте) в преобразованном виде, и открыв его без расшифровывания, пользователь увидит лишь набор значков (даже если зашифрован вовсе не текст, а, например, фотография).

Искушенные пользователи прекрасно знают, что зашифровать файл можно и без дополнительного устройства - с помощью ПО, устанавливаемого на компьютер. Зачем тогда нужна ШИПКА?

Для того чтобы обойти «тонкие места». Они заключаются в том, как и где производится преобразование данных.

В процессе шифрования помимо самих шифруемых данных участвует так называемый ключ шифрования. Этот ключ должен быть правильно сгенерирован, а впоследствии — надежно храниться, чтобы не попасть в руки злоумышленникам, иначе они смогут расшифровать информацию.

Стало быть, одно из «тонких мест» — как генерируется и где хранится ключ.

Генерировать ключ шифрования в компьютере — опасно, поскольку это среда не надежная, позволяющая злоумышленнику, например, подсунуть пользователю заранее записанный ключ, или сгенерировать ключ так, чтобы его было можно просчитать. ШИПКА генерирует ключи самостоятельно, имея для этого физический датчик случайных чисел.

Хранить ключ в памяти компьютера опасно потому, что существуют различные возможности его оттуда извлечь или восстановить.

Второе тонкое место - правильность реализации самого преобразования. ПО компьютера может быть модифицировано злоумышленником таким образом, что, создавая видимость зашифровывания, в действительности оно будет производить совсем другие действия, никак не защищающие, а возможно, даже разрушающие данные. Кроме того, даже если преобразование протекает правильно - в этот момент ничто не мешает злоумышленнику перехватить ключ.

При использовании ШИПКИ, ключ шифрования никогда не появляется в памяти компьютера в открытом виде, он хранится и применяется только в ШИПКЕ, а если его надо передать другому человеку (экспортировать) — то передается он только в зашифрованном виде.

Дальнейшая судьба ключа шифрования зависит от того, куда именно он экспортирован. Мы настоятельно рекомендуем экспортировать его в другую ШИПКУ, а не на какое-либо иное устройство.

ШИПКА выполняет все защитные действия, не обращаясь к ПО компьютера: она в этом не нуждается, поскольку сама является компьютером. При этом ПО ШИПКИ невозможно модифицировать извне, поэтому ШИПКА — это доверенная среда, значит, преобразованиям, которые она выполняет, можно доверять.

С электронной цифровой подписью все несколько сложнее — как выглядит «подписанный» файл, где там, в файле, найти подпись и как ее проверить — такие вопросы часто задают даже те, кому использование в работе ЭЦП предписано законом.

На самом деле все это тоже очень несложно. В случае, если речь идет о передаче подписанного файла, адресат получает два файла — собственно тот файл, который является предметом передачи, и файл подписи. Прочитать переданный файл получатель сможет в любом случае, убедиться же в его целостности и авторстве - только в том случае, если у него есть механизм (устройство или ПО) для проверки ЭЦП и открытый ключ отправителя.

Если адресату приходит подписанное ЭЦП почтовое сообщение (а не вложенный файл), то почтовая программа сама сообщит ему о том, что письмо подписано и о результатах проверки подписи.

ЭЦП вырабатывается путем преобразования по определенному алгоритму данных самого подписываемого документа и секретного ключа пользователя. Для этого генерируется ключевая пара, состоящая из открытого и секретного ключей.

Для того чтобы участники обмена информацией могли проверить подписи друг друга, и тем самым убедиться в аутентичности сообщения (то есть в том, что его автор — действительно тот, за кого себя выдает, и в том, что сообщение не претерпело изменений во время пути к адресату), они должны заранее обменяться открытыми ключами. Тогда, с помощью открытого ключа отправителя, получатель сможет проверить подпись.

Где здесь «тонкие места»? Ключевая пара должна быть «качественной» (то есть не просчитываемой посторонними лицами), секретный ключ должен надежно храниться, и сам алгоритм выработки/проверки подписи должен производиться правильно и в такой среде, где за ним не смогут подсмотреть те же посторонние.

Как и в разобранном выше случае с шифрованием, все это обеспечивается ШИПКОЙ, поскольку она является самостоятельным компьютером, созданным специально для шифрования и подписи данных.

При всем при этом ШИПКА - это небольшое по размеру и простое в использовании устройство, которое может сделать Вашу жизнь намного спокойнее. Ведь зачем мучиться вопросами доверия к надежности хранения и передачи информации в этом ненадежном мире, если доверенность этого хранения и передачи можно обеспечить простыми средствами?

Автор: Конявская С. В.

Дата публикации: 01.01.2007

Издательство: ComputerBild. 2007. N 18. С. 51.


Субъективность в искусстве — Кино и сериалы на TJ

{«id»:183202,»url»:»https:\/\/tjournal. ru\/tv\/183202-subektivnost-v-iskusstve»,»title»:»\u0421\u0443\u0431\u044a\u0435\u043a\u0442\u0438\u0432\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c \u0432 \u0438\u0441\u043a\u0443\u0441\u0441\u0442\u0432\u0435″,»services»:{«vkontakte»:{«url»:»https:\/\/vk.com\/share.php?url=https:\/\/tjournal.ru\/tv\/183202-subektivnost-v-iskusstve&title=\u0421\u0443\u0431\u044a\u0435\u043a\u0442\u0438\u0432\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c \u0432 \u0438\u0441\u043a\u0443\u0441\u0441\u0442\u0432\u0435″,»short_name»:»VK»,»title»:»\u0412\u041a\u043e\u043d\u0442\u0430\u043a\u0442\u0435″,»width»:600,»height»:450},»facebook»:{«url»:»https:\/\/www.facebook.com\/sharer\/sharer.php?u=https:\/\/tjournal.ru\/tv\/183202-subektivnost-v-iskusstve»,»short_name»:»FB»,»title»:»Facebook»,»width»:600,»height»:450},»twitter»:{«url»:»https:\/\/twitter.com\/intent\/tweet?url=https:\/\/tjournal.ru\/tv\/183202-subektivnost-v-iskusstve&text=\u0421\u0443\u0431\u044a\u0435\u043a\u0442\u0438\u0432\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c \u0432 \u0438\u0441\u043a\u0443\u0441\u0441\u0442\u0432\u0435″,»short_name»:»TW»,»title»:»Twitter»,»width»:600,»height»:450},»telegram»:{«url»:»tg:\/\/msg_url?url=https:\/\/tjournal. ru\/tv\/183202-subektivnost-v-iskusstve&text=\u0421\u0443\u0431\u044a\u0435\u043a\u0442\u0438\u0432\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c \u0432 \u0438\u0441\u043a\u0443\u0441\u0441\u0442\u0432\u0435″,»short_name»:»TG»,»title»:»Telegram»,»width»:600,»height»:450},»odnoklassniki»:{«url»:»http:\/\/connect.ok.ru\/dk?st.cmd=WidgetSharePreview&service=odnoklassniki&st.shareUrl=https:\/\/tjournal.ru\/tv\/183202-subektivnost-v-iskusstve»,»short_name»:»OK»,»title»:»\u041e\u0434\u043d\u043e\u043a\u043b\u0430\u0441\u0441\u043d\u0438\u043a\u0438″,»width»:600,»height»:450},»email»:{«url»:»mailto:?subject=\u0421\u0443\u0431\u044a\u0435\u043a\u0442\u0438\u0432\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c \u0432 \u0438\u0441\u043a\u0443\u0441\u0441\u0442\u0432\u0435&body=https:\/\/tjournal.ru\/tv\/183202-subektivnost-v-iskusstve»,»short_name»:»Email»,»title»:»\u041e\u0442\u043f\u0440\u0430\u0432\u0438\u0442\u044c \u043d\u0430 \u043f\u043e\u0447\u0442\u0443″,»width»:600,»height»:450}},»isFavorited»:false}

Данным рассуждением я хочу поставить точку в бесконечных спорах об объективности или субъективности искусства. Она может быть достаточно банальной и для понимающих тему людей новой информации здесь не будет. Я пишу её скорее для тех, кто твердит, что может «объективно оценить качество фильма» и в целом считают искусство объективно оцениваемым. Безусловно, опираться я буду в первую очередь на кинематограф, так как познания в других видах искусства у меня не сильно большие. Тем не менее, я затрону также литературу, музыку и живопись, хоть и не достаточно детально. Дабы не быть голословным, я буду отталкиваться от конвенционально признанных понятий и их определений.

Википедия

Начнём в первую очередь с определения кинематографа и фильма, чтобы на их основе уже делать какие-то заключения. И так, кинематографом, определение которого приведено выше, является любое видео. Технически, даже ваше хоум-видео является частью кинематографа. Этот момент я адресую тем, кто считают кинематографом только фильмы в привычном понимании этого слова.

Сразу же давайте определимся с самим понятием фильма.

Википедия

Фильмом можно считать движущиеся картинки с сюжетом. Сюжет же, по сути, является просто набором событий, которые не обязаны быть связанны друг с другом. Из определения в Википедии, с которым, надеюсь, никто спорить не будет, ничего не сказано про длину фильма, его содержание и тд. Таким образом, всем, кто с иронией говорит, что их снятые на нокию и смонтированные на камне видео, это фильмы, можно смело поддакивать. Действительно, любую нарезку каких-либо событий можно назвать фильмом. Другое дело, что в это понятие вкладывают различные снобы, которые пытаются создать из понятия «фильм» образ чего-то особенного и высокого, дабы оправдать чувство собственной важности.

Едем дальше. Искусство. Искусство является результатом творческой деятельности, направленной на выражение эмоций и/или отражение окружающей действительности. Восприятие искусства субъективно по определению, а потому его оценка также субъективна. Рассмотрим это на примере кинематографа.

Принято считать, что существуют объективные критерии оценивания фильмов, такие как качество сценария, операторской работы, режиссуры и актёрской игры. Об этом пишут книги, этому учат в киношколах и эти критерии также вынесены в отдельные номинации на различных кинопремиях. Однако надо понимать, что эти критерии настолько условны, что их объективность уже можно поставить под сомнение, ведь для каждого фильма мы подбираем индивидуальный набор требований в зависимости от его жанра, целевой аудитории, тематики и проблематики. К этому прибавляется тот факт, что каждый человек воспринимает фильм исключительно со своей точки зрения. Взять, например, «Дом, который построил Джек». Для зрителя осведомлённого будет очевидна параллель между главным героем фильма и личностью режиссёра, а при упоминании искусства Третьего Рейха на ум сразу приходит знаменитая фраза Триера в отношении Гитлера и дальнейшее объявление его персоной нон-грата. Но представим, что фильм смотрит человек, не ознакомленный с предысторией и биографией режиссёра. Для него картина будет восприниматься как линейная и претенциозная история маньяка с тонной религиозных отсылок.

Дом, который построил Джек Ларс фон Триер

А ведь это лишь верхушка субъективистского айсберга. Давайте затронем такой аспект кино как сценарий. Множество обзорщиков регулярно цепляются за сценарные недочёты в фильмах, порой иронично, но чаще всего всерьёз. «Это нелогично! Персонажи не раскрыты!» — говорят они… И тут мы возвращаемся к теме относительности предъявляемых требований.

Правила «сторителлинга» условны настолько же, насколько и любой другой аспект фильма, потому что те правила, которые сценаристы якобы нарушают, являются негласными. Никто не обязан им следовать. Для простоты предлагаю разобрать этот аспект на примере фильма «Патерсон» Джима Джармуша, который я недавно посмотрел. По сути, в этом фильме не происходит ничего. Все 2 часа герой Адама Драйвера просто выгуливает собаку, ездит на автобусе и пишет стихи. В этом фильме нет протагосниста или антагониста. В нём нет сюжетных линий или мотиваций. Это просто одна неделя из жизни водителя автобуса. И, тем не менее, это прекрасное кино, в котором форма определяет содержание. Этот фильм нарушает большое количество правил сторителлинга, но никто почему-то не критикует его за это.

Патерсон Джим Джармуш

Предлагаю создать логическую цепочку, по которой мы выясним как определяются правила сторителлинга… Объективисты ссылаются на книги по сценарному мастерству, авторы этих книг ссылаются на авторов классических фильмов(либо же сами придумывают эти правила), а те в свою очередь создавали свои картины на основе литературных произведений. Если не углубляться дальше и не лезть в историю литературы, которая уйдёт в обычное усложнение устного творчества, то в итоге окажется, что те самые правила сторителлинга это обыкновенные паттерны, которым различные истории следовали веками как необходимое условие для понимания авторского замысла.

Абстракционизм и экспрессионизм в живописи и формализм в литературе это относительно новые для искусства жанры, с появлением которых условные правила(наличие сюжета в картине или разделение формы и содержания в литературе) становятся нерелевантными. Люди поняли, что искусство не имеет формулы для создания, оно свободно. Творцы перестали ограничивать себя рамками, заданными другими творцами для стандартизации искусства. Музыка в этой череде не исключение. Появление такого направления как индустриальная музыка окончательно стёрло грань между музыкой в привычном понимании(стандартный набор нот, тональностей и наличие ритма) и шумом. Даже известный нойз-музыкант Масами Акита сказал: «Если под шумом вы имеете в виду неприятные звуки, тогда поп-музыка — это для меня шум». Значит музыка также максимально субъективна…

Говоря о кино, ярчайшим «ломателем» правил построения кинематографа является излюбленный мною Ларс фон Триер. В каждом его фильме он нарушает все возможные нормы: начиная от тем, на которые в обществе наложено табу, заканчивая базовыми элементами постановки. В своём «Догвилле» он заставил актёров взаимодействовать с несуществующими декорациями, которые обозначены полосами на полу. И это не говоря о том, что большая часть событий происходит просто потому что. Несмотря на это, у фильма номинация на Золотую Пальмовую Ветвь в Каннах.

Догвилль Ларс фон Триер

Хорошо, про Триера можно сказать, что это авторская задумка и эксперимент. Но как быть с фильмами, которые общепризнаны плохими? Их тоже считать экспериментами и прощать огрехи?

Возьмём для примера фильм «Комната» Томми Вайсо. Данную картину можно назвать феноменом в мире кинематографа, потому что его вроде как считают плохим, но вместе с тем его все любят и называют шедевром. Я считаю, что в таких случаях, да и в целом по жизни, нужно следовать своему собственному мнению и абстрагироваться от предрассудков, навязанных киноманским сообществом и кинокритиками. Оценивайте фильм так, как вы его восприняли, а не так, как о нём отозвались другие. Не надо также топить фильм за то, что он вызвал у вас положительные эмоции «не так как должен»(привет, BadComedian), и вообще, фильм никому ничего не должен. Это авторское(чаще всего) произведение, которое создаётся человеком, чтобы самовыразиться, а не чтобы удовлетворить чьи-либо потребности. Ещё хотелось бы воззвать к людям, которые по какой-то причине разделяют «лучшие фильмы» и «любимые фильмы», причисляя ко вторым только что-то общепризнанное, ибо не дай Бог кто-то не одобрит твой выбор.

Комната(2003) Гений

Это всё было авторское кино, в котором личность режиссёра и его поток сознания является определяющим фактором оценки и вам либо нравится его ход мысли, либо нет. Но как быть с коммерческими фильмами? Как быть с какими-нибудь Мстителями? На мой взгляд, не стоит относиться к ним как-то по-особенному, это такие же фильмы, только проще. Если он смог вас развлечь и дал вам то, что заявлял в промо и трейлерах, то он свою задачу выполнил. Многие ругают блокбастеры за сюжетные дыры, нелогичности и прочий ширпотреп, но закрывают на те же вещи глаза в других фильмах, оправдывая это авторской задумкой. Напомню, «дыры» есть в каждом фильме, но обращать на них внимание вы будете только в плохом фильме, который не смог отвлечь от этих проблем внимание. Ну или не захотел. Тут уже проходит тонкая грань между ошибкой и целенаправленным нарушением правил для того, чтобы «забайтить» своего зрителя, как, например, делает Джордан Пил. Но это уже совсем другая область дискуссии. Тем не менее, я считаю массовое кино таким же искусством как и авторское, ведь увлечь зрителя на 2 -2,5 часа экшена тоже надо уметь и если фильм выполняет ту задачу, о которой заявляет, то плевать какими ошибками и условностями вымощена эта дорога к удовлетворению.

Мстители: Финал Два брата акробата 

Подводя итог, хотелось бы сказать, что правила хоть и условны, но они имеют смысл, ведь они определяют мнение большинства о том или ином фильме. Человек может ничего не знать о том как кино работает, но он сможет понять, что пресловутый «объективно плохой» фильм ему не нравится. Безусловно, эти негласные правила, которым посвящена данная статья, не обязательны к выполнению и их спокойно можно нарушать, что большинство авторов и делает. Но в таком случае зрители будут в праве говорить плохо о вашем произведении, так как для них эти правила какую-никакую ценность, но представляют, а нужно ли это вам, это уже совсем другой разговор…

P. S. Я не претендую на истину в первой инстанции, но считаю свой посыл наиболее верным и близким к действительности. Я постарался как можно подробней изложить свои мысли, так что если я налажал в фактологической части, то пишите в личку.

Предложения со словом «субъективный»

Мы нашли 78 предложений со словом «субъективный». Также посмотрите синонимы «субъективный».
Значение слова

  • Маха о вещах, как комплексах ощущений, есть субъективный идеализм, есть простое пережевывание берклианства.
  • Субъективный фактор в историческом развитии есть не что иное, как главная движущая сила этого развития.
  • И верно, в скором времени субъективный элемент обнаружится в противостоянии Абсолютному Духу (отцу).
  • Конт относился к нему с большим почтением и посвятил ему одно из своих последних произведений («Субъективный синтез»).
  • Выяснилось, что главные причины отставания цеха носят отнюдь не объективный, а сугубо субъективный характер.
  • Правда это субъективный взгляд, но именно из таких «взглядов» и складывается объективная картина.
  • Любые воспоминания неизбежно носят субъективный характер.
  • В ней всегда чрезвычайно важен субъективный момент.
  • И мне давно хотелось провести свой, сугубо индивидуальный и, соответственно, субъективный смотр русской и советской литературы.
  • Иначе бы мое мнение обрело субъективный характер.
  • В ее фокусе не субъективный опыт деятеля, а историческое знание о событиях, процессах, движущих силах и причинах.
  • Субъективный фактор здесь выходит на первый план.
  • Теперь перейдем к разбору этой основной идеи «Капитала», которую так ловко попытался обойти наш субъективный философ.
  • Это же есть чистейший субъективный идеализм Канта, Маха и других старых реакционеров в философии.
  • Здесь уже в полную силу работает субъективный фактор.
  • Ощущение есть субъективный образ объективного мира, мира an und f?r sich.
  • Этот изобразительный материал носит образный субъективный характер.
  • Конечно, это будет субъективный рассказ.
  • В сущности, еще один субъективный взгляд на этот текст и на эту судьбу, еще одно нарушение авторской воли.
  • Но это было довольно субъективно, а при начавшейся партийной борьбе это повлекло бы за собой довольно крупные недоразумения и трения.
  • Субъективный тон повествователя является в нем определяющим началом.
  • Глубоко неправыми будут те, кто в конфликте юриста и контрразведчика увидят лишь субъективный момент.
  • Чистое восприятие изначально безлично, и именно память, вслед за телом, придает восприятию субъективный характер.
  • Но то была бы совсем другая книга, и она носила бы слишком субъективный характер.
  • И он спрашивает: «где же соответственная работа?» О, премудрый субъективный социолог!
  • В этой обширной цитате очень точно подмечен главный субъективный недостаток Екатерининской педагогической методы.
  • И это не простая литературная форма: субъективный тон, неизбежный в автобиографии или мемуарах, был бы недопустим в историческом труде.
  • Одна группа носит определенно субъективный характер и, конечно, требует осторожного к себе отношения.
  • Здесь и далее, в пересказе эпизодов белого террора автор опирается на мемуары Грейвса, источник крайне субъективный и претенциозный.
  • Но это субъективный взгляд, совершенно не учитывающий реальных качеств и целей Чингисхана.
  • Когда одному человеку снится целый мир, это «субъективный идеализм».
  • От объективной поддержки большевиков они оказываются вынуждены на дальнейшем этапе и субъективно перейти на путь большевизма.
  • Мое восприятие субъективно, я и не думаю доказывать его верность.
  • Может быть действительно, мы сами «укладываем» информацию в свободные ячейки субъективного времени.
  • Да и субъективного там много, в том числе и мое отношние к некоторым событиям.
  • У нас было что обсудить из категорий субъективного характера.
  • Приводим этот факт, чтобы еще раз подчеркнуть, как все субъективно.
  • Признавая на словах марксизм, Богданов на деле проповедовал субъективно-идеалистическую, махистскую философию.В.
  • Ведь любое высказывание современников, любое воспоминание субъективно.
  • https://sinonim.org/
  • Насколько сильно каждое из этих обстоятельств повлияло на создание теории, можно оценить лишь субъективно.
  • Наличие субъективно-лирического авторского высказывания является фундаментальной основой драматургии и театра серебряного века.
  • Так что интересы партии и ведомств и субъективно и объективно смыкались.
  • Об объективности я написал для того, чтобы предупредить: я пишу субъективно.
  • В процессе получения образования он рассматривает человека все же в субъективно-эмпирическом плане, связывает чувства с волей.
  • Клейнмихель представляют определенную ценность, даже с учетом субъективного характера данного источника.
  • Все же очень важно отметить, что теория относительности вовсе не предполагает, что “все относительно” или что все субъективно.
  • Я объяснила, что мне это не нравится, но это очень субъективно, так что нужно всегда спрашивать об этом у партнера.
  • Словом, за последние пятнадцать лет не было более субъективного художника.
  • Там, где вопрос касается субъективного существования, прогресса как будто и нет.
  • Субъективно, как человек своей касты, он был храбрым генералом.
  • Представлял антинаучные субъективно-идеалистические взгляды в понимании исторического процесса.
  • Но субъективно эта страна больше, чем сегодня!
  • И мемуарами это тоже не назовешь, ибо все в ней слишком легковесно и субъективно.
  • Они опускают все деловые промежуточные звенья и разом переносят к субъективно-тревожному итогу, упирающемуся в чувство и судьбу.
  • У меня на этот счет есть собственное определение, но оно исключительно субъективно.
  • Или смерть вообще не имеет субъективного компонента?
  • Лишь изредка оно явно выступает на поверхность резкими чертами, и тогда мы можем осмыслить его, хотя всегда лишь субъективно.
  • Уверенность князя Бисмарка в доверии к нему со стороны царя, несомненно, субъективно была вполне основательна.
  • И не потому, что субъективно тот или другой член партии с.-р.
  • Словом, реформе он поначалу субъективно не мешал, она шла своим чередом.
  • Пристли, который в «Английском юморе» и «Англичанах» субъективно и потому объективно взглянул на достоинства и недостатки своей нации.
  • Субъективно я страдала тогда не меньше, чем в самые тяжелые минуты тюремной трагедии.
  • Несколько обстоятельств объективного и субъективного порядка, на мой взгляд, придают работе особую актуальность.
  • Она принципиально отказывается от субъективного освещения и заставляет говорить факты.
  • Выражение стало словно заклинанием, замкнувшим философскую мысль на факте субъективного сознания.
  • Это такое воспитание, которое способствует формированию не объективного, а глубоко субъективного взгляда на окружающий мир.
  • Субъективно, конечно, хочется жить при свободе, демократии и благосостоянии.
  • Субъективно это выражается в том, что для все большего количества людей семья становится “адом”.
  • Возможно, субъективно Ваши деды и бабушки были хорошими людьми, но это ничего не меняет.
  • Объективно и субъективно коммунисты предстали в качестве объединителей земель и народов, спасли народы от исторической гибели.
  • Это обстоятельство лишь оттеняет фактор доминирования в качестве главной причины их распада, субъективного момента.
  • Хочется дистанцироваться от такого заносчивого взгляда, от субъективного видения Чехова.
  • Субъективно, Жорес хотел спасать республику, вступая для этого в союз с буржуазной демократией.
  • Боюсь, помимо объективных, к Бродскому у меня претензии личного, то есть субъективного порядка.
  • Субъективно это выражается в том, что для все большего количества людей семья становится «адом».
  • Наивный параллелизм Рембо с его сонетом о цвете гласных был блестящим отрицательным примером субъективного подхода к вопросу.
  • Ничего иного, кроме перефразировки субъективного идеализма, нет в разбираемом учении Маха и Авенариуса.
  • Поэтому в его творчестве нет субъективного «я», а чувствуется то общее, что для поэта выглядело гораздо более ценным качеством.

Источник – ознакомительные фрагменты книг с ЛитРес.

Мы надеемся, что наш сервис помог вам придумать или составить предложение. Если нет, напишите комментарий. Мы поможем вам.

  • Поиск занял 0.041 сек. Вспомните, как часто вы ищете, чем заменить слово? Добавьте sinonim.org в закладки, чтобы быстро искать синонимы, антонимы, ассоциации и предложения (нажмите Ctrl+D).

Пишите, мы рады комментариям

Объективное против субъективного — BSMimpact

При попытке сравнить инструменты или подходы к оценке, интервью и т. Д. Иногда возникает вопрос о разнице и преимуществах «объективного» и «субъективного». К сожалению, некоторые ответы и материалы по этой теме вводят в заблуждение, и часто задаются неправильные вопросы.

Определения

Во-первых, давайте начнем с понимания определения этих терминов:

Субъективно :

Основано на личных чувствах, вкусах или мнениях или под их влиянием.

«его взгляды весьма субъективны»

В отличие от цели

«всегда есть опасность сделать субъективное суждение»

Цель :

(человека или его суждения), на который не повлияли личные чувства или мнения при рассмотрении и представлении фактов.

«историки стараются быть объективными и беспристрастными»

Объективные тесты — это меры, при которых ответы максимизируют объективность в том смысле, что варианты ответов структурированы таким образом, что у экзаменуемых есть только ограниченный набор вариантов (например,грамм. Шкала Лайкерта, истина или ложь). Такое структурирование меры предназначено для сведения к минимуму субъективности или предвзятости со стороны лица, применяющего меру, чтобы управление и интерпретация результатов не зависели от суждения эксперта.

Оцениваем ли мы навыки или знания?

Несколько лет назад я просмотрел все существующие инструменты SFIA, доступные в то время, планируя выбрать лучший инструмент и использовать его в проектах наших клиентов.Тем не менее, я обнаружил существенные проблемы со всеми из них, которые не поддерживали надлежащую практику использования SFIA и, следовательно, не могли обеспечить наилучший результат для наших клиентов. Одна из этих проблем связана с тем, как инструменты поддерживают оценку навыков. Инструменты, которые позиционируются как использующие объективное тестирование, на самом деле служат только для проверки «знаний», что означает, что они не удовлетворяют потребности наших клиентов в оценке навыков и опыта. Мы уже страдаем от чрезмерной зависимости от экзаменов, квалификаций и сертификатов, которые часто демонстрируют только знания и понимание, а не опыт.

Таксономия Блума широко используется в секторе образования и достаточно хорошо это объясняет. Решения объективных тестов, которые я видел, — это тестирование уровня 1 (знание / запоминание), а иногда и уровня 2 (понимание / понимание) таксономии Блума. Когда мы оцениваем кого-то, использующего SFIA, мы ориентируемся на уровень 3 (Применение / Применение) — полностью развитый навык, требующий применения знаний и понимания, а также развития компетенции и опыта.Уровни 1 и 2 говорят вам, что кто-то может что-то сделать в теории, но оценка по уровню 3 означает проверку того, что он «сделал» это — проверенные возможности и опыт, а не теория!

Многие инструменты предлагают только двоичный ответ — «есть ли у вас навыки или нет, да или нет».

В результате исследования инструментов я пришел к выводу, что ни один из существующих инструментов не отвечает потребностям наших клиентов и не соответствует признанным международным стандартам методов оценки, и поэтому я начал разрабатывать новое решение, которое стало нашим решением SkillsTx SaaS. Этот инструмент был разработан в сотрудничестве с лучшими методами оценки и обширным опытом использования SFIA. Мы хотели сделать элемент самооценки намного более объективным и соответствовать передовой практике и международным стандартам оценки, используя градуированную шкалу того, насколько хорошо описание SFIA соответствует опыту работы человека — именно это мы и сделали. Это соответствует реальности, которую мы находим в рабочем мире — это не бинарный выбор между наличием навыка или его отсутствием.Часто люди имеют опыт, который лишь частично соответствует описанию SFIA, поэтому они частично развили навык и поэтому нуждаются в вариантах ответов для оценки, которые признают это и, таким образом, оставляют место для действий в их планах развития. Процесс должен быть справедливым, выдерживать проверку и поддерживать людей в получении наиболее точного и полного профиля их навыков. Это в том числе необходимость позволить людям перенять навыки из предыдущих ролей, а многие инструменты оценивали только навыки текущей роли. См. Мой предыдущий блог о подходе к оценке

Красная сельдь

Сосредоточение внимания на различии между субъективным и объективным тестированием, когда тестирование проводится исключительно на чьих-то знаниях, сопряжено с риском потери времени. Первое, что нужно решить — это «что» вы пытаетесь оценить. Эта проблема — одна из самых больших проблем в профессиях, связанных с технологиями, где слишком много внимания уделяется «тому, что вы знаете» (теория или знания), а не «тому, что вы сделали» (доказанные возможности).

После того, как вы согласовали, что вы оцениваете (я надеюсь, это будут «развитые навыки» и «подтвержденные способности и опыт»), убедитесь, что подход к оценке повышает объективность — поскольку это не часто бинарный выбор между «субъективным» и ‘цель’! Самооценка всегда сопряжена с риском быть субъективной, но объективность можно повысить за счет того, как представлены информация и вопросы, как задаются вопросы, варианты ответов, анализ и последующие действия, такие как одобрение, сертификация и планирование развития между руководителями и сотрудниками.

Выбери свои слова: Vocabulary.com

Все что угодно объективное придерживается фактов, но все субъективное имеет чувства. Объективный и субъективный — противоположности. Цель : Идет дождь. Субъектив : Обожаю дождь!

Objective — обыденное слово, и это факт. Цель — это цель, но цель быть объективной . Если вы о чем-то объективно , у вас нет личных чувств по этому поводу.В области грамматики цель относится к объекту предложения. Во всяком случае, люди часто пытаются быть целью , но для роботов это проще. Вот примеры:

«Тестирование ДНК, анализ отпечатков пальцев и все прочие технологии — это цель , , — уверенно заявляют они. Машину невозможно обмануть». ( Салон )

«Рассмотрите возможность связаться с третьим лицом, чтобы получить объективное мнение .»( Wall Street Journal )

Субъективный , напротив, имеет чувства. Все субъективное подлежит интерпретации. В грамматике это слово относится к предмету предложения. Обычно субъективное означает влияние эмоций или мнений. Люди — это группа субъективных , и нам это нравится! Вот субъективное в дикой природе:

«Поскольку многие из принятых нами решений являются субъективными , существует вероятность человеческой ошибки в нашем наборе данных.»( Сланец )

«Теперь я понимаю, что — это полностью субъективный , потому что не существует стандартной единицы измерения для развлечения». ( Нью-Йорк Таймс )

Это правда, что противоположности притягиваются. Вот несколько примеров того, как оба слова встречаются в одном предложении:

«Но сейчас нам, как патологам, нужно больше объективных мер, потому что симптомы в определенной степени субъективные .»( Время )

«Мы берем наши непослушные, субъективные ощущения по поводу телевизионного года и превращаем их в нечто, что выглядит математически, а объективно ». ( шифер )

Будьте объективным при написании таких вещей, как резюме или новостные статьи, но не стесняйтесь быть субъективным для аргументов и мнений.

Субъективное и объективное — разница и сравнение

Субъективная информация или письменная информация основана на личном мнении, интерпретациях, точках зрения, эмоциях и суждениях.Часто считается, что это не подходит для таких сценариев, как репортажи новостей или принятие решений в бизнесе или политике. Объективная информация или анализ основаны на фактах, поддаются измерению и наблюдению.

Таблица сравнения

Таблица сравнения объективного и субъективного
Объективный Субъективный
На основе Наблюдение поддающихся измерению фактов Личные мнения, предположения, интерпретации и убеждения
Обычно встречается в Энциклопедиях, учебниках, новостях Редакции газет, блоги, биографии, комментарии в Интернете
Подходит для принятия решений? Да (обычно) Нет (обычно)
Подходит для новостей? Есть

Примеры объективного и субъективного письма

Вот несколько примеров объективных и субъективных утверждений:

  • «47% американцев не платят федеральный подоходный налог. Эти люди считают себя жертвами и никогда не проголосовали бы за кандидата от республиканцев ». В этой цитате (которая перефразирует Митта Ромни) первое утверждение является объективным. Это измеримый факт, что 47% американцев не платят федеральный подоходный налог. Однако второе утверждение является личной точкой зрения Ромни и полностью субъективно.
  • Apple разрешает установку на устройства iOS только тех приложений, которые одобрены компанией. Компания не заботится об открытости своей платформы. И снова первое утверждение здесь объективно, а второе — субъективно, потому что поклонники компании могут утверждать, как это сделал Стив Джобс, что iOS действительно является «открытой» платформой.

Объективная и субъективная реальность

Популярный мысленный эксперимент задает этот гипотетический вопрос: если дерево падает в лесу и его никто не слышит, издает ли оно звук? Объективная реальность этого сценария такова, что дерево действительно упало в лесу и издало звук. Объективная точка зрения не зависит от присутствия наблюдателя за событием.Однако в философии существует философская школа, которая считает, что наше восприятие реальности управляется нашими чувствами, которые ограничены и ошибочны. Следовательно, не существует объективной реальности, которую мы могли бы различить, и вся реальность субъективна. Реальность — это социальная конструкция. , общий знаменатель субъективных переживаний и восприятий общества, формирует нашу реальность.

Поделитесь этим сравнением:

Если вы дочитали до этого места, подписывайтесь на нас:

«Субъективное vs объективное. « Diffen.com. Diffen LLC, n.d. Web. 12 февраля 2021 г. <>

Объективная и субъективная разница — Ginger Software

Цель и субъективное — два довольно часто используемых прилагательных с значения, которые можно легко спутать, даже если эти два слова антонимы друг друга.

  • Субъективно прилагательное, значение основанное на личном чувства или эмоции.
  • Цель прилагательное, означающее , а не , основанное на личные чувства или эмоции, но неопровержимые фактические доказательства.

Лучший способ подумать о разнице между и объективом и субъективный — это взгляд на идею мнения. An мнение, по самому своему определению, субъективное , потому что это личный взгляд на предмет, у которого могут быть другие возможности. Если мы говорим, что мнение — это , цель , технически это больше не мнение, потому что личное толкование было удалено. Это Этот вопрос все еще обсуждается философами, но давайте упростим его, сказав, что объективный имеет отношение к беспристрастным наблюдениям, а субъективный связан с предвзятыми (личными) оценками.

Взгляните на эти два утверждения:

  1. Дональд Трамп победил на президентских выборах в США в 2016 году.
  2. Дональду Трампу посчастливилось победить на президентских выборах в США в 2016 году.

Первое утверждение — это цель , цель . Это отражает факт, без личного толкования.

Второе утверждение — субъективное . Возможно это несколько фактический, возможно, нет. Но поскольку это личное открытая для обсуждения интерпретация, как говорят, субъективная .

Другие примеры:

  • Россия — величайшая страна на земле. Субъективно .
  • Россия — самая большая страна на земле.
  • Янки — лучшая команда в бейсболе. Субъективно .

Янки выиграли больше всего чемпионатов Мировой серии. Цель.

Что означает цель?

Когда что-то описывается как цель , это означает, что это интерпретация, не основанная на каких-либо личных чувствах или эмоциях. Синонимами объекта могут быть такие слова, как беспристрастный или беспристрастный . Например, рефери спортивного матча или судья в суде вынесет объективных решений на основании фактов до них, не позволяя личным чувствам влиять на решения.

Когда использовать цель + оригинальные примеры

Мы используем слово цель как прилагательное для описания вещей. которые основаны на фактах и ​​не имеют личной или эмоциональной интерпретации те факты.

Примеры:

  • Я хотел бы спросить кого-нибудь, кто меня не знает, о цели
  • Журналисты BBC пытаются называть объективными , но Брексит вызывает эмоции. предмет.
  • Может ли человек быть действительно объективным , когда он приходит к осуждению своей семьи?

Цель также может принимать форму наречия: объективно . Это используется для описать действие, на которое не влияют личные чувства или мнения.

Примеры:

  • Надеемся, что члены жюри рассмотрят факты объективно .

Объективно Говоря, не вижу смысла продолжать лечение.

Цель: другие определения

Цель также может использоваться как существительное. Это совершенно не связано с описание выше, а не означает цель или цель.

  • Его главная цель в жизни — стать юрист.
  • Цель футбола — забить больше, чем у команды-соперника.

Цель также используется в грамматике, то есть в случае objective , и как научный термин, обозначающий линзы телескопа или микроскопа.

Что означает субъективное?

Когда что-то описывается как субъективное , это означает, что это интерпретация, на которую повлияли личные чувства или эмоции. Синонимами субъективного могут быть такие слова, как персональный или предвзятый . Например, если вы давали ваше мнение о фильме или другом произведении искусства, это будет рассматриваться как субъективная интерпретация .

Когда использовать субъективные + оригинальные примеры

Мы используем слово субъективное для описания вещей, которые имеют личная интерпретация или когда фактический характер утверждения может обсуждаться:

Примеры:

  • Что бы вы ни говорили, мнение врачей всегда субъективное .
  • Я чувствую, что ваш анализ по этому вопросу стал субъективным , потому что вы знаете людей участвует.
  • Сообщений о росте преступности в Америке субъективных , каждый штат интерпретирует фигура иначе.

Субъективный также может принимать форму наречия, субъективно .Это используется для описать действие, которое интерпретируется чувствами и мнениями.

Примеры:

  • Обзоры фильмов и колонки мнений — примеры людей, пишущих субъективно .
  • Адвокаты лучше, когда они не вовлечены в дела субъективно .

Примечание: Субъективный также может использоваться как термин в грамматике, т.е.е. случай субъективный .

Советы, как запомнить разницу

Мы можем разбить объективный и субъективный как следующий:

  • Цель = Беспристрастное наблюдение
  • Субъективно = Личная оценка

Есть несколько советов, как запомнить разницу между субъективным и объективным . Один из способов вспомнить разница заключается в том, чтобы сосредоточиться на o в объекте и наблюдение. Другой способ запомнить — это соединить s с субъективным и словом с точки зрения (имеется в виду точка зрения или мнение). Однако, пожалуй, проще всего подумайте о s в субъективном как о собственном , а o в объективном как о других .

Резюме

Важно знать разницу между двумя терминами, но слова субъективный и объективный фактически не используются что часто на английском. Однако концепции субъективности и объективность имеют огромное значение в журналистике, науке, литературе, философия и множество других областей. Является ли что-то субъективным или объективным , может вызвать много споров, и хороший философ, вероятно, мог бы убедить вас, что ничто не действительно объективный.

Тем не менее, вдали от миров науки и философии мы должны просто помните, что субъективное связано с личным мнением и интерпретации, тогда как цель — объективная — беспристрастная, фактическая наблюдения.

Объективное и субъективное — в чем разница?

В сегодняшней атмосфере широко распространенных, часто острых разногласий умение успешно отличать факты от мнений как никогда важна.Эффективные аргументы включают как фактические наблюдения, так и оценочные суждения, основанные на этих фактах.

Таким образом, аргументы содержат как объективных , так и субъективных утверждений. Но что есть что?

Важно отметить, что как объективный , так и субъективный имеют несколько смыслов. В этой статье я сосредоточусь на их использовании, поскольку они связаны с концепциями объективности и субъективности в философии знания или, проще говоря, с фактами и мнениями.

Поскольку этот сайт посвящен письму и использованию языка, было бы упущением не включить обсуждение объективного и субъективного как грамматических смыслов.

В чем разница между объективным и субъективным?

В этой статье я сравню объективный и субъективный . Я буду использовать каждое слово в предложении-примере, чтобы проиллюстрировать его правильный контекст.

Плюс, я дам вам полезный инструмент памяти, который поможет вам решить, является ли что-то объективным или субъективным .

Когда использовать Цель

Что означает цель? Цель — прилагательное, означающее , на которое не влияют личные чувства или предубеждения . Таким образом, это синоним беспристрастного или нейтрального .

Вот несколько примеров предложений,

  • Журналист стремился к объективному освещению событий.
  • «Прежде чем мы продолжим, нам нужна объективная оценка обстоятельств дела», — сказал детектив.
  • «Я хочу, чтобы к утру понедельника у меня на столе лежал объективный анализ наших проблем с денежными потоками», — сказал председатель правления.
  • Другими словами, модель является чисто целью и игнорирует внешние факторы, такие как персонал, коучинг и мотивация. — Уолл Стрит Джорнэл

В грамматике цель означает , относящуюся к существительным или местоимениям, используемым в качестве объекта в предложении . Также см. Статью об объективных местоимениях.

Когда использовать субъективное

Что значит «субъективное»? Субъективный , с другой стороны, означает , основанный на индивидуальном мнении или опыте .

Например,

  • «Моя субъективная позиция, — писал обозреватель, — состоит в том, что паста была не очень вкусной».
  • Журналисты не должны позволять субъективным взглядам искажать достоверные новости.
  • «Статья страдает от субъективной интерпретации данных, и мы отклоняем ее публикацию в этом журнале», — написал рецензент.
  • Измерить коррупцию сложно и субъективно, но в 2015 году группа составила Индекс восприятия коррупции, который оценивает 168 стран на основе восприятия коррупции в государственном секторе.- Нью-Йорк Таймс

Что касается грамматики на уровне предложения, субъективное относится к существительным или местоимениям, используемым в качестве подлежащего предложения. Также см. Статью о субъективных местоимениях.

Уловка запомнить разницу

Различные жанры письма требуют либо объективного, либо субъективного голоса. Что касается самих слов, используйте объективный для беспристрастного наблюдения , независимого от личных взглядов и субъективного для предвзятую оценку , на которую влияет личное мнение.

Вот полезный трюк, чтобы запомнить субъективных и объективных . Поскольку цель и наблюдение начинаются с буквы O , вы можете использовать эту букву, чтобы связать слова вместе в своем уме.

Кроме того, как субъективные, так и ощущения содержат букву S , которую вы можете использовать в качестве дополнительной мнемоники.

Резюме

Это объективно или субъективно? Объектив и субъективный — это прилагательные, которые относятся к объективным наблюдениям и необъективным оценкам соответственно.У каждого из них также есть грамматический смысл, в котором они относятся к функции и размещению существительных и местоимений в предложениях.

  • На что-то объективное не влияют чувства или личные предубеждения.
  • Что-то субъективное может быть интерпретировано лично и зависит от личных чувств.

Поскольку и субъективных ощущений , и ощущений содержат букву S , вы можете использовать эту общую особенность как мнемонику, чтобы помочь вам запомнить, какое слово есть какое.

Если вам все еще нужна помощь, не забудьте зайти на этот сайт, чтобы быстро освежиться, а также в любое время, когда вам понадобится помощь по сложной теме письма.

1.6: Объективные и субъективные свидетельства наблюдения

  1. Последнее обновление
  2. Сохранить как PDF
Без заголовков

Преднамеренные учителя должны научиться писать объективные наблюдения.Наблюдая, лучше всего записывать все, что вы видите и слышать, и сообщать только факты. Чтобы научиться отделять факты от мнений, нужна практика. Вот несколько полезных советов для вас:

Таблица \ (\ PageIndex {1} \): объективные наблюдения и субъективные наблюдения

Объективные наблюдения

Субъективные наблюдения

Объективные наблюдения основаны на том, что мы наблюдали с помощью наших органов чувств, мы записываем именно то, что мы видим, слышим, ощущаем на вкус, осязание и запах

Субъективные наблюдения часто зависят от наших прошлых событий, личного опыта и мнений и могут быть предвзятыми, исходя из нашего культурного прошлого

Объективная информация основана на собранных нами фактах. Если мы этого не видим, мы не сообщаем об этом. Мы сообщаем только детали и даем наглядные описания

Субъективная информация основана на наших мнениях, предположениях, личных убеждениях, предубеждениях или может быть основана на подозрениях, слухах и предположениях

Результаты будут более достоверными и надежными от ребенка к ребенку

Результаты часто противоречивы и варьируются от ребенка к ребенку

Объективных терминов, которые можно использовать:

Вроде бы; Появляется в

Субъективных слов, которых следует избегать:

Just; потому что; но; всегда, никогда; не могу; Я думаю; счастливый, умный, отзывчивый, красивый, злой, застенчивый, любит, любит, ненавидит, грустный

Проблема с «объективными» и «субъективными» измерениями

Объективные измерения — это беспристрастные, обычно поддающиеся количественной оценке результаты, зарегистрированные с помощью какого-либо диагностического прибора. Примеры в медицине включают анализ крови для определения уровня холестерина, сфигмоманометр для измерения артериального давления и носимые устройства для измерения количества шагов.

С другой стороны, субъективные измерения обычно основываются на том или ином человеческом суждении. Часто исследователи рассматривают результаты, сообщаемые пациентами, как классический пример субъективных измерений, таких как «Как я себя чувствую сегодня?», Но оценки врачей общего самочувствия пациента также могут легко попасть в эту категорию.Часто существует большая вариативность в том, как регистрируются «субъективные» результаты, начиная с журналов пациентов и информационных интервью.

Но как мы называем термин объективно субъективным? Конечно, мой Fitbit сообщает мне, сколько шагов я сделал (объективная мера), но что именно говорит мне счет шагов? Насколько я «здорова»? Насколько я физически активен? Технически, это только говорит мне, сколько шагов я сделал, и ничего больше, а все остальное — небольшой логический скачок. Я сделал много шагов сегодня, поэтому здоров.

А как насчет термина, который является субъективно объективным? Если я спрошу вас: «Сколько шагов вы сделали сегодня?», Это будет технически «субъективным» результатом, даже если вы изо всех сил стараетесь подсчитать точно. Однако вы все равно можете сделать те же логические выводы, что и раньше. Я сделал много шагов сегодня и чувствую себя здоровым.

Для более глубокого понимания «субъективной» и «объективной» маркировки полезно иметь фундаментальное понимание ключевых терминов. К счастью для вас, мы можем вернуться к нашему любимому школьному предмету — статистике — и узнать больше о концепциях надежности, достоверности и предвзятости . (Не надо меня благодарить! Добро пожаловать!) Эти термины действительно определяют, как исследователь называет измерение «объективным» или «субъективным».

Надежность означает, что измерительное устройство (может быть диагностическим инструментом или персональным ответом) будет многократно собирать одну и ту же информацию каждый раз, когда не происходит никаких изменений.

Срок действия относится к качеству измерения как к косвенному показателю, который я пытаюсь измерить. Действительно ли оценка результатов оценивает основной научный вопрос?

Смещение показывает, насколько точное (или неточное) измерение соответствует «истине».(Мы сохраним философскую кроличью нору «Что такое истина?» Для другого сообщения в блоге!) (Но на самом деле, следите за обновлениями.)

Мы воспользуемся примером, так как вам будет намного легче понять эти термины, и тогда вы сможете рассказать всем своим друзьям, насколько вы статистически подкованы! 🙂

Допустим, я хочу измерить свой вес с помощью цифровых весов — объективное измерение для всех намерений и целей. Я взвешиваюсь один раз, и на весах указано «200 фунтов» (карантин мне не особо помог). Затем я взвешиваюсь еще два раза, и если они оба показывают «200», весы будут надежными . Предположительно мой вес не изменился, и шкала это как таковая отражает.

Далее, если я хочу узнать свой вес, цифровые весы будут соответствовать действительному измерению , поскольку весы являются хорошим показателем моего фактического веса. Хотя шкала действительна для моего веса, во многих сферах жизни принято использовать шкалу для многих других результатов, для которых она не так актуальна.

Слишком часто весы используются для гораздо большего числа решений, чем просто для определения массы моего тела.Цифровая шкала гораздо менее пригодна для оценки общего физического здоровья, прогресса, которого люди достигают во время тренировки, или любви и самооценки человека — даже если каждая из этих шкал может быть более релевантной представляющим интерес результатом .

Это понятие важно рассмотреть позже, поскольку я считаю, что иногда исследователи могут так увлечься вопросом «Является ли это достоверным измерением?» И хотя ответ может быть «да», измерение все же может быть недостаточным показателем конечного интересующего результата.

Наконец, если на весах указано «200 фунтов», а на самом деле я весил 195 фунтов, на шкале будет со смещением , и результат измерения не соответствует действительности. Если бы я весил 200 фунтов и на весах было бы «200 фунтов», получилось бы несмещенных .

Этот пример является немного упрощенным, поскольку за этими идеями стоит обширная научная литература. В частности, в отношении данных о состоянии здоровья может оказаться невозможным по-настоящему узнать «правду» или получить абсолютно достоверную оценку, но эти цели важно понимать, когда мы исследуем измерения результатов.

Зачем заменять термины «объективный» и «субъективный» при продвижении вперед?

В здравоохранении, из-за сложности множества различных ситуаций и последствий для здоровья, я считаю, что «объективные» и «субъективные» создают неправильную точку зрения при описании измерений результатов по нескольким причинам.

Во-первых, хорошо это или плохо, но иногда в исследовательском сообществе существует консенсус в отношении того, что объективные измерения лучше субъективных, в первую очередь связанных с критериями надежности, достоверности и систематической ошибки, описанными ранее. Хотя иногда объективные измерения более надежны, достоверны и объективны, это не всегда так ( 1 , 2 ).

Возвращаясь к нашему примеру с подсчетом шагов, Fitbit можно использовать после операции на колене, чтобы увидеть, насколько хорошо выздоравливает пациент. Хотя подсчет шагов технически является объективным измерением движения и невероятно полезным инструментом для измерения одного из аспектов здоровья колена, он должен подкрепляться данными пациентов, такими как их мнение о боли, общая подвижность и потребность в помощи.В противном случае подсчет шагов дает неполную картину.

Во-вторых, объективность и субъективность не являются бинарными категориями, а скорее существуют в континууме между очень объективным и очень субъективным ( 3 ), что приводит к высокой степени вариативности в описании качества результатов. Также нет определенного консенсуса по поводу того, что составляет «объективный» и «субъективный» результат клинических исследований (4). Сами термины немного неоднозначны, и в клинических испытаниях необходимо определять более конкретно, например, как определяется результат и кто отвечает за сбор данных (пациент против.врач v. носимое устройство).

В-третьих, объективные измерения существуют не всегда в каждой ситуации. Более сложные хронические состояния, например аутоиммунные, поведенческие или респираторные осложнения, используют измерения качества жизни, такие как контроль боли, уровень утомляемости или чувство тревоги для оценки общего благополучия. Несмотря на то, что объективных измерений не существует, все же могут быть способы надежного, достоверного и непредвзятого определения уровня боли (5, 6).

Наконец, результаты, сообщаемые пациентами, часто попадают в субъективную категорию, которая, как упоминалось ранее, может получить плохую репутацию как заведомо «хуже», чем объективная оценка. Это перекрестные цели с конечной целью исследований, разработки лекарств и принятия клинических решений, поскольку они специально разработаны для улучшения того, как себя чувствуют пациенты . Имеет смысл только то, что нам нужен результат, определяемый пациентом, потому что это в первую очередь основная цель.

Использование терминов «определяемый пациентом» и «определяемый врачом»

Я предлагаю использовать термины «определяемый пациентом» для результатов, полученных от пациента, и «определяемых врачом» при получении их на основе клинической оценки.Добавление метода захвата в описание измерения удаляет наши унаследованные мысли об объективных и субъективных дебатах, поэтому мы можем вместо этого сосредоточиться на важных качествах измерений: являются ли они надежными, достоверными и беспристрастными.

Возможно, мы даже сможем расширить эти определения с помощью более описательных прилагательных, таких как «захвачено человеком» или «захвачено устройством». Это информирует всех, кто участвует в исследовании и сборе данных, о том, откуда поступают данные и как они будут собираться.

Использование такой терминологии здесь, в Folia, помогает нам понять и передать с ясностью данных идеи из замечательных данных, которые собирают наши пациенты и лица, осуществляющие уход.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.