Софизм это что: Софизм — это… Что такое Софизм?

Софизм — это… Что такое Софизм?

Софи́зм (от греч. σόφισμα, «мастерство, умение, хитрая выдумка, уловка, мудрость») — ложное высказывание, которое, тем не менее, при поверхностном рассмотрении кажется правильным. Софизм основан на преднамеренном, сознательном нарушении правил логики. Это отличает его от паралогизма и апории, которые могут содержать непреднамеренную ошибку либо вообще не иметь логических ошибок, но приводить к явно неверному выводу.

История

Аристотель называл софизмом «мнимые доказательства», в которых обоснованность заключения кажется верной и обязана чисто субъективному впечатлению, вызванному недостаточностью логического или семантического анализа. Убедительность на первый взгляд многих софизмов, их «логичность» обычно связана с хорошо замаскированной ошибкой — семиотической: за счёт метафоричности речи, омонимии или полисемии слов, амфиболий и пр., нарушающих однозначность мысли и приводящих к смешению значений терминов, или же логической: подмена основной мысли (тезиса) доказательства, принятие ложных посылок за истинные, несоблюдение допустимых способов рассуждения (правил логического вывода), использование «неразрешённых» или даже «запрещённых» правил или действий, например деления на нуль в математических софизмах (Последнюю ошибку можно считать и семиотической, так как она связана с соглашением о «правильно построенных формулах»).

Вот один из древних софизмов («рогатый»), приписываемый Эвбулиду: «Что ты не терял, то имеешь. Рога ты не терял. Значит, у тебя рога». Здесь маскируется двусмысленность большей посылки. Если она мыслится универсальной: «Всё, что ты не терял…», то вывод логически безупречен, но неинтересен, поскольку очевидно, что большая посылка ложна; если же она мыслится частной, то заключение не следует логически. Последнее, однако, стало известно лишь после того, как Аристотель сформулировал логику.

А вот современный софизм, обосновывающий, что с возрастом «годы жизни» не только кажутся, но и на самом деле короче: «Каждый год вашей жизни — это её часть, где  — число прожитых вами лет. Но . Следовательно, ».

Исторически с понятием «софизм» неизменно связывают идею о намеренной фальсификации, руководствуясь признанием Протагора о том, что задача софиста — представить наихудший аргумент как наилучший путём хитроумных уловок в речи, в рассуждении, заботясь не об истине, а об успехе в споре или о практической выгоде. (Известно, что сам Протагор оказался жертвой «софизма Эватла»). С этой же идеей обычно связывают и «критерий основания», сформулированный Протагором: мнение человека есть мера истины. Уже Платон заметил, что основание не должно заключаться в субъективной воле человека, иначе придётся признать законность противоречий (что, между прочим, и утверждали софисты), а поэтому любые суждения считать обоснованными. Эта мысль Платона была развита в аристотелевском «принципе непротиворечия» (см. Логический закон) и, уже в современной логике, — в истолкованиях и требовании доказательств «абсолютной» непротиворечивости. Перенесённая из области чистой логики в область «фактических истин», она породила особый «стиль мышления», игнорирующий диалектику «интервальных ситуаций», то есть таких ситуаций, в которых критерий Протагора, понятый, однако, более широко, как относительность истины к условиям и средствам её познания, оказывается весьма существенным. Именно поэтому многие рассуждения, приводящие к парадоксам и в остальном безупречные, квалифицируются как софизмы, хотя по существу они только демонстрируют интервальный характер связанных с ними гносеологических ситуаций. Так, софизм «куча» («Одно зерно — не куча. Если зёрен не куча, то зерно — тоже не куча. Следовательно, любое число зёрен — не куча») — это лишь один из «парадоксов транзитивности», возникающих в ситуации «неразличимости». Последняя служит типичным примером интервальной ситуации, в которой свойство транзитивности равенства при переходе от одного «интервала неразличимости» к другому, вообще говоря, не сохраняется, и поэтому принцип математической индукции в таких ситуациях неприменим. Стремление усматривать в этом свойственное опыту «нетерпимое противоречие», которое математическая мысль «преодолевает» в абстрактном понятии числового континуума (А. Пуанкаре), не обосновывается, однако, общим доказательством устранимости подобного рода ситуаций в сфере математического мышления и опыта. Достаточно сказать, что описание и практика применения столь важных в этой сфере «законов тождества» (равенства) так же, вообще говоря, как и в эмпирических науках, зависит от того, какой смысл вкладывают в выражение «один и тот же объект», какими средствами или критериями отождествления при этом пользуются. Другими словами, идёт ли речь о математических объектах или, к примеру, об объектах квантовой механики, ответы на вопрос о тождестве неустранимым образом связаны с интервальными ситуациями. При этом далеко не всегда тому или иному решению этого вопроса «внутри» интервала неразличимости можно противопоставить решение «над этим интервалом», то есть заменить абстракцию неразличимости абстракцией отождествления. А только в этом последнем случае и можно говорить о «преодолении» противоречия.

По-видимому, первыми, кто понял важность семиотического анализа софизмов, были сами софисты. Учение о речи, о правильном употреблении имён Продик считал важнейшим. Анализ и примеры софизмов часто встречаются в диалогах Платона. Аристотель написал специальную книгу «О софистических опровержениях», а математик Евклид — «Псевдарий» — своеобразный каталог софизмов в геометрических доказательствах. Сочинение «Софизмы» (в двух книгах) написал ученик Аристотеля Феофраст (D.L. V. 45). В средние века в Западной Европе составлялись целые коллекции софизмов. Например, собрание, приписываемое английскому философу и логику XIII века Ричарду Софисту, насчитывает свыше трехсот софизмов. Некоторые из них напоминают высказывания представителей древнекитайской школы имён (мин цзя).

Классификация ошибок

Логические

Так как обычно вывод может быть выражен в силлогистической форме, то и всякий софизм может быть сведён к нарушению правил силлогизма. Наиболее типичными источниками логических софизмов являются следующие нарушения правил силлогизма:

  1. Вывод с отрицательной меньшей посылкой в первой фигуре: «Все люди суть разумные существа, жители планет не суть люди, следовательно, они не суть разумные существа»;
  2. Вывод с утвердительными посылками во второй фигуре: «Все, находящие эту женщину невинной, должны быть против наказания её; вы — против наказания её, значит, вы находите её невинной»;
  3. Вывод с отрицательной меньшей посылкой в третьей фигуре: «Закон Моисеев запрещал воровство, закон Моисеев потерял свою силу, следовательно, воровство не запрещено»;
  4. Особенно распространённая ошибка quaternio terminorum, то есть употребление среднего термина в большой и в меньшей посылке не в одинаковом значении: «Все металлы — простые вещества, бронза — металл: бронза — простое вещество» (здесь в меньшей посылке слово «металл» употреблено не в точном химическом значении слова, обозначая сплав металлов): отсюда в силлогизме получаются четыре термина.

Терминологические

Грамматические, терминологические и риторические источники софизмов выражаются

В устную речь математиками введены такие слова как «сумма», «произведение», «разность». Так  — сумма произведения два на два и пятерки, а  — удвоенная сумма двух и пяти.

  • Более сложные софизмы проистекают из неправильного построения целого сложного хода доказательств, где логические ошибки являются замаскированными неточностями внешнего выражения. Сюда относятся:
    1. Petitio principii: введение заключения, которое требуется доказать, в скрытом виде в доказательство в качестве одной из посылок. Если мы, например, желая доказать безнравственность материализма, будем красноречиво настаивать на его деморализующем влиянии, не заботясь дать отчёт, почему именно материализм — безнравственная теория, то наши рассуждения будут заключать в себе petitio principii.
    2. Ignoratio elenchi заключается в том, что начав доказывать некоторый тезис, постепенно в ходе доказательства переходят к доказательству другого положения, сходного с тезисом.
    3. A dicto secundum ad dictum simpliciter подменяет утверждение, сказанное с оговоркой, на утверждение, не сопровождаемое этой оговоркой.
    4. Non sequitur представляет отсутствие внутренней логической связи в ходе рассуждения: всякое беспорядочное следование мыслей представляет частный случай этой ошибки.

Психологические

Психологические причины С. бывают троякого рода: интеллектуальные, аффективные и волевые. Во всяком обмене мыслей предполагается взаимодействие между 2 лицами, читателем и автором или лектором и слушателем, или двумя спорящими. Убедительность С. поэтому предполагает два фактора: α — психические свойства одной и β — другой из обменивающихся мыслями сторон. Правдоподобность С. зависит от ловкости того, кто защищает его, и уступчивости оппонента, а эти свойства зависят от различных особенностей обеих индивидуальностей.

Интеллектуальные причины

Интеллектуальные причины софизма заключаются в преобладании в уме лица, поддающегося С., ассоциаций по смежности над ассоциациями по сходству, в отсутствии развития способности управлять вниманием, активно мыслить, в слабой памяти, непривычке к точному словоупотреблению, бедности фактических знаний по данному предмету, лености в мышлении (ignava ratio) и т. п. Обратные качества, разумеется, являются наиболее выгодными для лица, защищающего С.: обозначим первые отрицательные качества через , вторые соответствующие им положительные через .

Аффективные причины

Сюда относятся трусость в мышлении — боязнь опасных практических последствий, вытекающих от принятия известного положения; надежда найти факты, подтверждающие ценные для нас взгляды, побуждающая нас видеть эти факты там, где их нет, любовь и ненависть, прочно ассоциировавшиеся с известными представлениями, и т. д. Желающий обольстить ум своего соперника софист должен быть не только искусным диалектиком, но и знатоком человеческого сердца, умеющим виртуозно распоряжаться чужими страстями для своих целей. Обозначим аффективный элемент в душе искусного диалектика, который распоряжается им как актёр, чтобы тронуть противника, через , а те страсти, которые пробуждаются в душе его жертвы и омрачают в ней ясность мышления через . Argumentum ad hominem, вводящий в спор личные счёты, и argumentum ad populum, влияющий на аффекты толпы, представляют типичные С. с преобладанием аффективного элемента.

Волевые причины

При обмене мнений мы воздействуем не только на ум и чувства собеседника, но и на его волю. Во всякой аргументации (особенно устной) есть элемент волевой — императивный — элемент внушения. Категоричность тона, не допускающего возражения, определённая мимика и т. п. () действуют неотразимым образом на лиц, легко поддающихся внушению, особенно на массы. С другой стороны, пассивность () слушателя особенно благоприятствует успешности аргументации противника. Таким образом, всякий С. предполагает взаимоотношение между шестью психическими факторами: . Успешность С. определяется величиной этой суммы, в которой составляет показатель силы диалектика, есть показатель слабости его жертвы. Прекрасный психологический анализ софистики даёт Шопенгауэр в своей «Эристике» (перев. кн. Д. Н. Цертелева). Само собой разумеется, что логические, грамматические и психологические факторы теснейшим образом связаны между собой; поэтому С., представляющий, например, с логической точки зрения quaternio ter.

Способ нахождения ошибки в софизме

  • Внимательно прочитать условие предложенной вам задачи. Начинать поиск ошибки лучше с условия предложенного софизма. В некоторых софизмах абсурдный результат получается из-за противоречивых или неполных данных в условии, неправильного чертежа, ложного первоначального предположения, а далее все рассуждения проводятся верно. Это и вызывает затруднения при поиске ошибки. Все привыкли, что задания, предполагаемые в различной литературе, не содержат ошибок в условии и, поэтому, если получается неверный результат, то ошибку они ищут непременно по ходу решения.
  • Установите области знаний (темы), которые отражены в софизме, предложенных преобразованиях. Софизм может делиться на несколько тем, которые потребуют детального анализа каждой из них.
  • Выясните, соблюдены ли все условия применимости теорем, правил, формул, соблюдена ли логичность. Некоторые софизмы построены на неверном использовании определений, законов, на «забывании» условий применимости. Очень часто в формулировках, правилах запоминаются основные, главные фразы и предложения, всё остальное упускаются. И тогда второй признак равенства треугольников превращается в признак «по стороне и двум углам».
  • Проверяйте результаты преобразования обратным действием.
  • Часто следует разбить работу на небольшие блоки и проконтролировать правильность каждого такого блока.

Примеры софизмов

Список примеров в этой статье не основывается на авторитетных источниках непосредственно о предмете статьи.

Добавьте ссылки на источники, предметом рассмотрения которых является тема настоящей статьи в целом, и содержащие данные элементы списка как примеры. В противном случае раздел может быть удалён.

Полупустое и полуполное

Полупустое есть то же, что и полуполное. Если равны половины, значит, равны и целые. Следовательно, пустое есть то же, что и полное.

Чётное и нечётное

5 есть («два и три»). Два — число чётное, три — нечётное, выходит, что пять — число и чётное и нечётное. Пять не делится на два, также, как и , значит, оба числа нечётные.

Не знаешь то, что знаешь

— Знаешь ли ты то, о чём я хочу тебя спросить?
— Нет.
— Знаешь ли ты, что добродетель есть добро?
— Знаю.
— Об этом я и хотел тебя спросить. А ты, выходит, не знаешь то, что знаешь.

Лекарства

Лекарство, принимаемое больным, есть добро. Чем больше делать добра, тем лучше. Значит, лекарств нужно принимать как можно больше.

Вор

Вор не желает приобрести ничего дурного. Приобретение хорошего есть дело хорошее. Следовательно, вор желает хорошего.

Рогатый

Есть ли у тебя то, что ты не терял? Конечно есть. Ты рога не терял, значит они у тебя есть.

2=3

10-10=0

15-15=0

10-10=15-15

2(5-5)=3(5-5)

2=3

Ошибка в том, что на ноль (5-5) делить нельзя.

Литература

  • Ахманов А. С., Логическое учение Аристотеля, М., 1960;
  • Брутян Г. Паралогизм, софизм и парадокс // Вопросы философии.1959.№ 1.С.56-66.
  • Брадис В. М., Минковский В. Л., Еленев Л. К., Ошибки в математических рассуждениях, 3 изд., М., 1967.
  • Билык А.М., Билык Я.М. К вопросу о проблемной технике софизма (ее связь с современным пониманием научной проблемы) // Философские науки. № 2. 1989. — С.114-117.
  • Морозов Н. А. О научном значении математических софизмов // Известия научного института им. П. Ф. Лесгафта. Пг., 1919.Т.1.С.193-207.
  • Павлюкевич В. В. Логико-методологический статус софизмов // Современная логика:проблемы теории, истории и применения в науке. СПб.,2002. С. 97-98.
  • Read, Stephen (ed).: Sophisms in Medieval Logic and Grammar, Acts of the 8th European Symposium for Medieval Logic and Semantics, Kluwer, 1993
  • Cassagnac, Joachim .: Merde à Celui qui le lira, Flammarion, 1974
  • Тульчинский М. Е. Занимательные задачи-парадоксы и софизмы по физике. М. 1971.
  • Дёмин Р. Н. Собрание «задач» Ричарда Софиста как контекст для «парадоксов» древнекитайской школы имен // Вестник РХГА № 6, СПб., 2005. С. 217—221. http://www.rchgi.spb.ru/Pr/vest_6.htm
  • Неркарарян К. В., Софизмы и парадоксы, 1 издание, 2001

См. также

Софизм — это… Что такое Софизм?

Софи́зм (от греч. σόφισμα, «мастерство, умение, хитрая выдумка, уловка, мудрость») — ложное высказывание, которое, тем не менее, при поверхностном рассмотрении кажется правильным. Софизм основан на преднамеренном, сознательном нарушении правил логики. Это отличает его от паралогизма и апории, которые могут содержать непреднамеренную ошибку либо вообще не иметь логических ошибок, но приводить к явно неверному выводу.

История

Аристотель называл софизмом «мнимые доказательства», в которых обоснованность заключения кажется верной и обязана чисто субъективному впечатлению, вызванному недостаточностью логического или семантического анализа. Убедительность на первый взгляд многих софизмов, их «логичность» обычно связана с хорошо замаскированной ошибкой — семиотической: за счёт метафоричности речи, омонимии или полисемии слов, амфиболий и пр., нарушающих однозначность мысли и приводящих к смешению значений терминов, или же логической: подмена основной мысли (тезиса) доказательства, принятие ложных посылок за истинные, несоблюдение допустимых способов рассуждения (правил логического вывода), использование «неразрешённых» или даже «запрещённых» правил или действий, например деления на нуль в математических софизмах (Последнюю ошибку можно считать и семиотической, так как она связана с соглашением о «правильно построенных формулах»).

Вот один из древних софизмов («рогатый»), приписываемый Эвбулиду: «Что ты не терял, то имеешь. Рога ты не терял. Значит, у тебя рога». Здесь маскируется двусмысленность большей посылки. Если она мыслится универсальной: «Всё, что ты не терял…», то вывод логически безупречен, но неинтересен, поскольку очевидно, что большая посылка ложна; если же она мыслится частной, то заключение не следует логически. Последнее, однако, стало известно лишь после того, как Аристотель сформулировал логику.

А вот современный софизм, обосновывающий, что с возрастом «годы жизни» не только кажутся, но и на самом деле короче: «Каждый год вашей жизни — это её часть, где  — число прожитых вами лет. Но . Следовательно, ».

Исторически с понятием «софизм» неизменно связывают идею о намеренной фальсификации, руководствуясь признанием Протагора о том, что задача софиста — представить наихудший аргумент как наилучший путём хитроумных уловок в речи, в рассуждении, заботясь не об истине, а об успехе в споре или о практической выгоде. (Известно, что сам Протагор оказался жертвой «софизма Эватла»). С этой же идеей обычно связывают и «критерий основания», сформулированный Протагором: мнение человека есть мера истины. Уже Платон заметил, что основание не должно заключаться в субъективной воле человека, иначе придётся признать законность противоречий (что, между прочим, и утверждали софисты), а поэтому любые суждения считать обоснованными. Эта мысль Платона была развита в аристотелевском «принципе непротиворечия» (см. Логический закон) и, уже в современной логике, — в истолкованиях и требовании доказательств «абсолютной» непротиворечивости. Перенесённая из области чистой логики в область «фактических истин», она породила особый «стиль мышления», игнорирующий диалектику «интервальных ситуаций», то есть таких ситуаций, в которых критерий Протагора, понятый, однако, более широко, как относительность истины к условиям и средствам её познания, оказывается весьма существенным. Именно поэтому многие рассуждения, приводящие к парадоксам и в остальном безупречные, квалифицируются как софизмы, хотя по существу они только демонстрируют интервальный характер связанных с ними гносеологических ситуаций. Так, софизм «куча» («Одно зерно — не куча. Если зёрен не куча, то зерно — тоже не куча. Следовательно, любое число зёрен — не куча») — это лишь один из «парадоксов транзитивности», возникающих в ситуации «неразличимости». Последняя служит типичным примером интервальной ситуации, в которой свойство транзитивности равенства при переходе от одного «интервала неразличимости» к другому, вообще говоря, не сохраняется, и поэтому принцип математической индукции в таких ситуациях неприменим. Стремление усматривать в этом свойственное опыту «нетерпимое противоречие», которое математическая мысль «преодолевает» в абстрактном понятии числового континуума (А. Пуанкаре), не обосновывается, однако, общим доказательством устранимости подобного рода ситуаций в сфере математического мышления и опыта. Достаточно сказать, что описание и практика применения столь важных в этой сфере «законов тождества» (равенства) так же, вообще говоря, как и в эмпирических науках, зависит от того, какой смысл вкладывают в выражение «один и тот же объект», какими средствами или критериями отождествления при этом пользуются. Другими словами, идёт ли речь о математических объектах или, к примеру, об объектах квантовой механики, ответы на вопрос о тождестве неустранимым образом связаны с интервальными ситуациями. При этом далеко не всегда тому или иному решению этого вопроса «внутри» интервала неразличимости можно противопоставить решение «над этим интервалом», то есть заменить абстракцию неразличимости абстракцией отождествления. А только в этом последнем случае и можно говорить о «преодолении» противоречия.

По-видимому, первыми, кто понял важность семиотического анализа софизмов, были сами софисты. Учение о речи, о правильном употреблении имён Продик считал важнейшим. Анализ и примеры софизмов часто встречаются в диалогах Платона. Аристотель написал специальную книгу «О софистических опровержениях», а математик Евклид — «Псевдарий» — своеобразный каталог софизмов в геометрических доказательствах. Сочинение «Софизмы» (в двух книгах) написал ученик Аристотеля Феофраст (D.L. V. 45). В средние века в Западной Европе составлялись целые коллекции софизмов. Например, собрание, приписываемое английскому философу и логику XIII века Ричарду Софисту, насчитывает свыше трехсот софизмов. Некоторые из них напоминают высказывания представителей древнекитайской школы имён (мин цзя).

Классификация ошибок

Логические

Так как обычно вывод может быть выражен в силлогистической форме, то и всякий софизм может быть сведён к нарушению правил силлогизма. Наиболее типичными источниками логических софизмов являются следующие нарушения правил силлогизма:

  1. Вывод с отрицательной меньшей посылкой в первой фигуре: «Все люди суть разумные существа, жители планет не суть люди, следовательно, они не суть разумные существа»;
  2. Вывод с утвердительными посылками во второй фигуре: «Все, находящие эту женщину невинной, должны быть против наказания её; вы — против наказания её, значит, вы находите её невинной»;
  3. Вывод с отрицательной меньшей посылкой в третьей фигуре: «Закон Моисеев запрещал воровство, закон Моисеев потерял свою силу, следовательно, воровство не запрещено»;
  4. Особенно распространённая ошибка quaternio terminorum, то есть употребление среднего термина в большой и в меньшей посылке не в одинаковом значении: «Все металлы — простые вещества, бронза — металл: бронза — простое вещество» (здесь в меньшей посылке слово «металл» употреблено не в точном химическом значении слова, обозначая сплав металлов): отсюда в силлогизме получаются четыре термина.

Терминологические

Грамматические, терминологические и риторические источники софизмов выражаются

В устную речь математиками введены такие слова как «сумма», «произведение», «разность». Так  — сумма произведения два на два и пятерки, а  — удвоенная сумма двух и пяти.

  • Более сложные софизмы проистекают из неправильного построения целого сложного хода доказательств, где логические ошибки являются замаскированными неточностями внешнего выражения. Сюда относятся:
    1. Petitio principii: введение заключения, которое требуется доказать, в скрытом виде в доказательство в качестве одной из посылок. Если мы, например, желая доказать безнравственность материализма, будем красноречиво настаивать на его деморализующем влиянии, не заботясь дать отчёт, почему именно материализм — безнравственная теория, то наши рассуждения будут заключать в себе petitio principii.
    2. Ignoratio elenchi заключается в том, что начав доказывать некоторый тезис, постепенно в ходе доказательства переходят к доказательству другого положения, сходного с тезисом.
    3. A dicto secundum ad dictum simpliciter подменяет утверждение, сказанное с оговоркой, на утверждение, не сопровождаемое этой оговоркой.
    4. Non sequitur представляет отсутствие внутренней логической связи в ходе рассуждения: всякое беспорядочное следование мыслей представляет частный случай этой ошибки.

Психологические

Психологические причины С. бывают троякого рода: интеллектуальные, аффективные и волевые. Во всяком обмене мыслей предполагается взаимодействие между 2 лицами, читателем и автором или лектором и слушателем, или двумя спорящими. Убедительность С. поэтому предполагает два фактора: α — психические свойства одной и β — другой из обменивающихся мыслями сторон. Правдоподобность С. зависит от ловкости того, кто защищает его, и уступчивости оппонента, а эти свойства зависят от различных особенностей обеих индивидуальностей.

Интеллектуальные причины

Интеллектуальные причины софизма заключаются в преобладании в уме лица, поддающегося С., ассоциаций по смежности над ассоциациями по сходству, в отсутствии развития способности управлять вниманием, активно мыслить, в слабой памяти, непривычке к точному словоупотреблению, бедности фактических знаний по данному предмету, лености в мышлении (ignava ratio) и т. п. Обратные качества, разумеется, являются наиболее выгодными для лица, защищающего С.: обозначим первые отрицательные качества через , вторые соответствующие им положительные через .

Аффективные причины

Сюда относятся трусость в мышлении — боязнь опасных практических последствий, вытекающих от принятия известного положения; надежда найти факты, подтверждающие ценные для нас взгляды, побуждающая нас видеть эти факты там, где их нет, любовь и ненависть, прочно ассоциировавшиеся с известными представлениями, и т. д. Желающий обольстить ум своего соперника софист должен быть не только искусным диалектиком, но и знатоком человеческого сердца, умеющим виртуозно распоряжаться чужими страстями для своих целей. Обозначим аффективный элемент в душе искусного диалектика, который распоряжается им как актёр, чтобы тронуть противника, через , а те страсти, которые пробуждаются в душе его жертвы и омрачают в ней ясность мышления через . Argumentum ad hominem, вводящий в спор личные счёты, и argumentum ad populum, влияющий на аффекты толпы, представляют типичные С. с преобладанием аффективного элемента.

Волевые причины

При обмене мнений мы воздействуем не только на ум и чувства собеседника, но и на его волю. Во всякой аргументации (особенно устной) есть элемент волевой — императивный — элемент внушения. Категоричность тона, не допускающего возражения, определённая мимика и т. п. () действуют неотразимым образом на лиц, легко поддающихся внушению, особенно на массы. С другой стороны, пассивность () слушателя особенно благоприятствует успешности аргументации противника. Таким образом, всякий С. предполагает взаимоотношение между шестью психическими факторами: . Успешность С. определяется величиной этой суммы, в которой составляет показатель силы диалектика, есть показатель слабости его жертвы. Прекрасный психологический анализ софистики даёт Шопенгауэр в своей «Эристике» (перев. кн. Д. Н. Цертелева). Само собой разумеется, что логические, грамматические и психологические факторы теснейшим образом связаны между собой; поэтому С., представляющий, например, с логической точки зрения quaternio ter.

Способ нахождения ошибки в софизме

  • Внимательно прочитать условие предложенной вам задачи. Начинать поиск ошибки лучше с условия предложенного софизма. В некоторых софизмах абсурдный результат получается из-за противоречивых или неполных данных в условии, неправильного чертежа, ложного первоначального предположения, а далее все рассуждения проводятся верно. Это и вызывает затруднения при поиске ошибки. Все привыкли, что задания, предполагаемые в различной литературе, не содержат ошибок в условии и, поэтому, если получается неверный результат, то ошибку они ищут непременно по ходу решения.
  • Установите области знаний (темы), которые отражены в софизме, предложенных преобразованиях. Софизм может делиться на несколько тем, которые потребуют детального анализа каждой из них.
  • Выясните, соблюдены ли все условия применимости теорем, правил, формул, соблюдена ли логичность. Некоторые софизмы построены на неверном использовании определений, законов, на «забывании» условий применимости. Очень часто в формулировках, правилах запоминаются основные, главные фразы и предложения, всё остальное упускаются. И тогда второй признак равенства треугольников превращается в признак «по стороне и двум углам».
  • Проверяйте результаты преобразования обратным действием.
  • Часто следует разбить работу на небольшие блоки и проконтролировать правильность каждого такого блока.

Примеры софизмов

Список примеров в этой статье не основывается на авторитетных источниках непосредственно о предмете статьи.

Добавьте ссылки на источники, предметом рассмотрения которых является тема настоящей статьи в целом, и содержащие данные элементы списка как примеры. В противном случае раздел может быть удалён.

Полупустое и полуполное

Полупустое есть то же, что и полуполное. Если равны половины, значит, равны и целые. Следовательно, пустое есть то же, что и полное.

Чётное и нечётное

5 есть («два и три»). Два — число чётное, три — нечётное, выходит, что пять — число и чётное и нечётное. Пять не делится на два, также, как и , значит, оба числа нечётные.

Не знаешь то, что знаешь

— Знаешь ли ты то, о чём я хочу тебя спросить?
— Нет.
— Знаешь ли ты, что добродетель есть добро?
— Знаю.
— Об этом я и хотел тебя спросить. А ты, выходит, не знаешь то, что знаешь.

Лекарства

Лекарство, принимаемое больным, есть добро. Чем больше делать добра, тем лучше. Значит, лекарств нужно принимать как можно больше.

Вор

Вор не желает приобрести ничего дурного. Приобретение хорошего есть дело хорошее. Следовательно, вор желает хорошего.

Рогатый

Есть ли у тебя то, что ты не терял? Конечно есть. Ты рога не терял, значит они у тебя есть.

2=3

10-10=0

15-15=0

10-10=15-15

2(5-5)=3(5-5)

2=3

Ошибка в том, что на ноль (5-5) делить нельзя.

Литература

  • Ахманов А. С., Логическое учение Аристотеля, М., 1960;
  • Брутян Г. Паралогизм, софизм и парадокс // Вопросы философии.1959.№ 1.С.56-66.
  • Брадис В. М., Минковский В. Л., Еленев Л. К., Ошибки в математических рассуждениях, 3 изд., М., 1967.
  • Билык А.М., Билык Я.М. К вопросу о проблемной технике софизма (ее связь с современным пониманием научной проблемы) // Философские науки. № 2. 1989. — С.114-117.
  • Морозов Н. А. О научном значении математических софизмов // Известия научного института им. П. Ф. Лесгафта. Пг., 1919.Т.1.С.193-207.
  • Павлюкевич В. В. Логико-методологический статус софизмов // Современная логика:проблемы теории, истории и применения в науке. СПб.,2002. С. 97-98.
  • Read, Stephen (ed).: Sophisms in Medieval Logic and Grammar, Acts of the 8th European Symposium for Medieval Logic and Semantics, Kluwer, 1993
  • Cassagnac, Joachim .: Merde à Celui qui le lira, Flammarion, 1974
  • Тульчинский М. Е. Занимательные задачи-парадоксы и софизмы по физике. М. 1971.
  • Дёмин Р. Н. Собрание «задач» Ричарда Софиста как контекст для «парадоксов» древнекитайской школы имен // Вестник РХГА № 6, СПб., 2005. С. 217—221. http://www.rchgi.spb.ru/Pr/vest_6.htm
  • Неркарарян К. В., Софизмы и парадоксы, 1 издание, 2001

См. также

Софизмы. Понятие, примеры. Логические парадоксы. Понятие, примеры -Логика

Софизмы. Понятие, примеры. Логические парадоксы. Понятие, примеры. — Текст : электронный // Myfilology.ru – информационный филологический ресурс : [сайт]. – URL: https://myfilology.ru//169/sofizmy-ponyatie-primery-logicheskie-paradoksy-ponyatie-primery/ (дата обращения: 9.04.2022)

Софизмы. Понятие, примеры

Раскрывая данный вопрос, необходимо сказать, что любой софизм является ошибкой. В логике выделяют также паралогизмы. Отличие этих двух видов ошибок состоит в том, что первая (софизм) допущена умышленно, вторая же (паралогизм) – случайно. Паралогизмами изобилует речь многих людей. Умозаключения, даже, казалось бы, правильно построенные, в конце искажаются, образуя следствие, не соответствующее действительности. Паралогизмы, несмотря на то что допускаются неумышленно, все же часто используются в своих целях. Можно назвать это подгонкой под результат. Не осознавая, что делает ошибку, человек в таком случае выводит следствие, которое соответствует его мнению, и отбрасывает все остальные версии, не рассматривая их. Принятое следствие считается истинным и никак не проверяется. Последующие аргументы также искажаются для того, чтобы больше соответствовать выдвинутому тезису. При этом, как уже было сказано выше, сам человек не сознает, что делает логическую ошибку, считает себя правым (более того, сильнее подкованным в логике).

В отличие от логической ошибки, возникающей непроизвольно и являющейся следствием невысокой логической культуры, софизм является преднамеренным нарушением логических правил. Обычно он тщательно маскируется под истинное суждение.

Допущенные умышленно, софизмы преследуют цель победить в споре любой ценой. Софизм призван сбить оппонента с его линии размышлений, запутать, втянуть в разбор ошибки, которые не относятся к рассматриваемому предмету. С этой точки зрения софизм выступает как неэтичный способ (и при этом заведомо неправильный) ведения дискуссии.

Существует множество софизмов, созданных еще в древности и сохранившихся до сегодняшнего дня. Заключение большей части из них носит курьезный характер. Например, софизм «вор» выглядит так: «Вор не желает приобрести ничего дурного; приобретение хорошего есть дело хорошее; следовательно, вор желает хорошего». Странно звучит и следующее утверждение: «Лекарство, принимаемое больным, есть добро; чем больше делать добра, тем лучше; значит, лекарство нужно принимать в больших дозах». Существуют и другие известные софизмы, например: «Сидящий встал; кто встал, тот стоит; следовательно, сидящий стоит», «Сократ – человек; человек – не то же самое, что Сократ; значит, Сократ – это нечто иное, чем Сократ», «Эти кутята твои, пес, отец их, тоже твой, и мать их, собака, тоже твоя. Значит, эти кутята твои братья и сестры, пес и сука – твои отец и мать, а сам ты собака».

Такие софизмы нередко использовались для того, чтобы ввести оппонента в заблуждение. Без такого оружия в руках, как логика, соперникам софистов в споре было нечего противопоставить, хотя зачастую они и понимали ложность софистических умозаключений. Споры в Древнем мире зачастую заканчивались драками.

При всем отрицательном значении софизмов они имели обратную и гораздо более интересную сторону. Так, именно софизмы стали причиной возникновения первых зачатков логики. Очень часто они ставят в неявной форме проблему доказательства. Именно с софизмов началось осмысление и изучение доказательства и опровержения. Поэтому можно говорить о положительном действии софизмов, т. е. о том, что они непосредственно содействовали возникновению особой науки о правильном, доказательном мышлении.

Известен также целый ряд математических софизмов. Для их получения числовые значения тасуются таким образом, чтобы из двух разных чисел получить одно. Например, утверждение, что 2 х 2 = 5, доказывается следующим образом: по очереди 4 делится на 4, а 5 на 5. Получается результат (1:1) = (1:1). Следовательно, четыре равно пяти. Таким образом, 2 х 2 = 5. Такая ошибка разрешается достаточно легко – нужно лишь произвести вычитание одного из другого, что выявит неравенство двух этих числовых значений. Также опровержение возможно записью через дробь.

Как раньше, так и теперь софизмы используются для обмана. Приведенные выше примеры достаточно просты, легко заметить их ложность и не обладая высокой логической культурой. Однако существуют софизмы завуалированные, замаскированные так, что отличить их от истинных суждений бывает очень проблематично. Это делает их удобным средством обмана в руках подкованных в логическом плане мошенников.

Вот еще несколько примеров софизмов: «Для того чтобы видеть, нет необходимости иметь глаза, так как без правого глаза мы видим, без левого тоже видим; кроме правого и левого, других глаз у нас нет, поэтому ясно, что глаза не являются необходимыми для зрения» и «Что ты не терял, то имеешь; рога ты не терял, значит, у тебя рога». Последний софизм является одним из самых известных и часто приводится в качестве примера.

Можно сказать, что софизмы вызываются недостаточной самокритичностью ума, когда человек хочет понять пока недоступное, не поддающееся на данном уровне развития знание.

Бывает и так, что софизм возникает как защитная реакция при превосходящем противнике, в силу неосведомленности, невежества, когда спорящий не проявляет упорство, не желая сдавать позиций. Можно говорить о том, что софизм мешает ведению спора, однако такую помеху не стоит относить к значительным. При должном умении софизм легко опровергается, хотя при этом и происходит отход от темы рассуждения: приходится говорить о правилах и принципах логики.

Парадокс. Понятие, примеры

Переходя к вопросу о парадоксах, нельзя не сказать о соотношении их с софизмами. Дело в том, что четкой грани, по которой можно понять, с чем приходится иметь дело, иногда нет.

Впрочем, парадоксы рассматриваются со значительно более серьезным подходом, в то время как софизмы играют зачастую роль шутки, не более. Это связано с природой теории и науки: если она содержит парадоксы, значит, имеет место несовершенство основополагающих идей.

Сказанное может означать, что современный подход к софизмам не охватывает всего объема проблемы. Многие парадоксы толкуются как софизмы, хотя не теряют своих первоначальных свойств.

Парадоксом можно назвать рассуждение, которое доказывает не только истинность, но и ложность некоторого суждения, т. е. доказывающее как само суждение, так и его отрицание. Другими словами, парадокс – это два противоположных, несовместимых утверждения, для каждого из которых имеются кажущиеся убедительными аргументы.

Один из первых и, безусловно, образцовых парадоксов был записан Эвбулидом – греческим поэтом и философом, критянином. Парадокс носит название «Лжец». До нас этот парадокс дошел в таком виде: «Эпименид утверждает, что все критяне – лжецы. Если он говорит правду, то он лжет. Лжет ли он или же говорит правду?». Этот парадокс именуется «королем логических парадоксов». Разрешить его до настоящего времени не удалось никому. Суть этого парадокса состоит в том, что когда человек говорит: «Я лгу», он не лжет и не говорит правду, а, точнее, делает одновременно и то и это. Другими словами, если предположить, что человек говорит правду, выходит, что он на самом деле лжет, а если он лжет, значит, раньше он сказал правду об этом. Здесь утверждаются оба противоречащих факта. Само собой, по закону исключенного третьего это невозможно, однако именно поэтому данный парадокс и получил столь высокий «титул».

В развитие теории пространства и времени большой вклад внесли жители города Элея, элеаты. Они опирались на идею о невозможности небытия, которая принадлежит Пармениду. Всякая мысль согласно этой идее есть мысль о существующем. При этом отрицалось любое движение: мировое пространство считалось целостным, мир единым, без частей.

Древнегреческий философ Зенон Элейский известен тем, что составил серию парадоксов о бесконечности – так называемые апории Зенона.

Зенон, ученик Парменида, развивал эти идеи, за что был назван Аристотелем «родоначальником диалектики». Под диалектикой понималось искусство достигать истины в споре, выявляя противоречия в суждении противника и уничтожая их.

Далее представлены непосредственно апории Зенона.

«Ахиллес и черепаха» представляет собой апорию о движении. Как известно, Ахиллес – это древнегреческий герой. Он обладал недюжинными способностями в спорте. Черепаха очень медлительное животное. Однако в апории Ахиллес проигрывает черепахе состязание в беге. Допустим, Ахиллесу нужно пробежать расстояние, равное 1, а бежит он в два раза быстрее черепахи, последней нужно пробежать 1/2. Движение их начинается одновременно. Получается, что, пробежав расстояние 1/2, Ахиллес обнаружит, что черепаха успела за то же время преодолеть отрезок 1/4. Сколько бы ни пытался Ахиллес обогнать черепаху, она будет находиться впереди ровно на 1/2. Поэтому Ахиллесу не суждено догнать черепаху, это движение вечно, его нельзя завершить.

Невозможность завершить эту последовательность заключается в том, что в ней отсутствует последний элемент. Всякий раз, указав очередной член последовательности, мы можем продолжить указанием следующего.

Парадоксальность здесь заключается в том, что бесконечная последовательность следующих друг за другом событий на самом деле все-таки должна завершиться, хотя бы мы и не могли себе представить этого завершения.

Другая апория носит название «дихотомия». Рассуждение построено на тех же принципах, что и предыдущее. Для того чтобы пройти весь путь, необходимо пройти половину пути. В этом случае половина пути становится путем, и чтобы его пройти, необходимо отмерить половину (т. е. уже половину половины). Так продолжается до бесконечности.

Здесь порядок следования по сравнению с предыдущей апорией перевернут, т. е. (1/2)n…, (1/2)3, (1/2)2, (1/2)1. Ряд тут не имеет первой точки, тогда как апория «Ахиллес и черепаха» не имела последней.

Из этой апории делается вывод, что движение не может начаться. Исходя из рассмотренных апорий движение не может закончиться и не может начаться. Значит, его нет.

Опровержение апории «Ахиллес и черепаха».

Как и в апории, в опровержении ее фигурирует Ахиллес, но не одна, а две черепахи. Одна из них находится ближе другой. Движение также начинается одновременно. Ахиллес бежит последним. За то время, как Ахилл пробежит разделяющее их вначале расстояние, ближняя черепаха успеет уползти несколько вперед, что будет продолжаться до бесконечности. Ахиллес будет все ближе и ближе к черепахе, но никогда не сможет ее догнать. Несмотря на явную ложность, логического опровержения такому утверждению нет. Однако если Ахиллес станет догонять дальнюю черепаху, не обращая внимания на ближнюю, он, согласно этой же апории, сумеет вплотную приблизиться к ней. А раз так, то он обгонит ближнюю черепаху.

Это приводит к логическому противоречию.

Для опровержения опровержения, т. е. защиты апории, что само по себе странно, предлагают откинуть груз образных представлений. И выявить формальную суть дела. Здесь следует сказать, что сама апория основывается на образных представлениях и откинуть их – значит опровергнуть и ее. А опровержение достаточно формально. То, что вместо одной в опровержении взято две черепахи, не делает его более образным, нежели апорию. Вообще же сложно говорить о понятиях, не основанных на образных представлениях. Даже такие высшей абстракции философские понятия, как бытие, сознание и другие, понимаются только благодаря образам, соответствующим им. Без образа, стоящего за словом, последнее оставалось бы лишь набором символов и звуков.

Стадий подразумевает существование неделимых отрезков в пространстве и движение в нем объектов. Эта апория основана на предыдущих. Берется один недвижимый ряд объектов и два двигающихся по направлению друг к другу. При этом каждый двигающийся ряд по отношению к недвижимому проходит за единицу времени лишь один отрезок. Однако по отношению к движущемуся – два. Что признается противоречивым. Также говорится, что в промежуточном положении (когда один ряд уже как бы сдвинулся, другой нет) нет места для неподвижного ряда. Промежуточное положение происходит из того, что отрезки неделимы и движение, хотя бы и начатое одновременно, должно пройти промежуточный этап, когда первое значение одного движущегося ряда совпадает со вторым значением второго (движение при условии неделимости отрезков лишено плавности). Состояние же покоя – когда вторые значения всех рядов совпадают. Неподвижный ряд, если предположить одновременность движения рядов, должен в промежуточном положении находиться между движущимися рядами, а это невозможно, так как отрезки неделимы.

02.09.2016, 39879 просмотров.

2. Софизмы. Основы теории аргументации [Учебник]

2. Софизмы

Софизм обычно определяется как умозаключение или рассуждение, обосновывающее какую-нибудь заведомую нелепость, абсурд или парадоксальное утверждение, противоречащее общепринятым представлениям.

Хорошим примером софизма является ставший знаменитым еще в древности софизм «Рогатый». С его помощью можно уверить каждого человека, что он рогат: «Что ты не терял, то имеешь; рога ты не терял; значит, у тебя рога».

Софизмы — логически неправильные рассуждения, выдаваемые за правильные и доказательные.

Само собой разумеется, что убедить человека в том, что у него есть рога, можно только посредством обмана или злоупотребления доверием. А это и есть мошенничество. Отсюда «софист» в одиозном, дурном значении — это человек, готовый с помощью любых, в том числе и недозволенных, приемов отстаивать свои утверждения, не считаясь с тем, истинны они на самом деле или нет.

Чем обусловлена кажущаяся убедительность многих софизмов, иллюзия их «логичности» и «доказательности»? Она связана с хорошо замаскированной ошибкой, с нарушением правил языка или логики. Софизм — это обман. Но обман тонкий и закамуфлированный, так что его не сразу и не каждому удается раскрыть.

В софизмах эксплуатируются многие особенности нашего повседневного языка. В нем обычны метафоры, т.е. обороты речи, заключающие скрытое уподобление, образное сближение слов на базе их переносного значения:

Неустанно ночи длинной

Сказка черная лилась,

И багровый над долиной

Загорелся поздно глаз.

(И.Анненский)

Многие обычные слова и обороты многозначны. Например, слово «земля» имеет, как отмечается в словаре современного русского языка, восемь значений, и среди них: «суша», «почва», «реальная действительность», «страна», «территория»… У прилагательного «новый» — тоже восемь значений, среди которых и «современный», и «следующий», и «незнакомый»… В языке есть омонимы — одинаково звучащие, но разные по значению слова (коса из волос, коса как орудие для косьбы и коса как узкая отмель, вдающаяся в воду).

Эти особенности языка способны нарушать однозначность выражения мысли и вести к смешению значений слов, что создает благоприятную почву для софизмов.

Софизмы могут основываться и на логических ошибках, таких, как умышленная подмена тезиса доказательства, несоблюдение правил логического вывода, принятие ложных посылок за истинные и т.п.

Говоря о мнимой убедительности софизмов, древнеримский философ Сенека сравнивал их с искусством фокусников: мы не можем сказать, как совершаются их манипуляции, хотя твердо знаем, что все делается совсем не так, как нам представляется.

Ф.Бэкон сравнивал того, кто прибегает к софизмам, с лисой, которая хорошо петляет, а того, кто раскрывает софизмы, — с гончей, умеющей распутывать следы.

Чтобы успешно справляться с софизмами, встречающимися в процессе аргументации, надо хорошо знать обсуждаемый предмет и обладать определенными навыками логического анализа рассуждений, уметь подмечать допускаемые оппонентом логические ошибки и убедительно раскрывать несостоятельность его аргументов.

Рассмотрим несколько типичных софизмов и на конкретных примерах покажем те обычные нарушения требований логики, которые лежат в их основе.

В одном из своих диалогов Платон описывает, как два древних софиста запутывают простодушного человека по имени Ктесипп.

— Скажи-ка, есть ли у тебя собака?

— И очень злая, — отвечает Ктесипп.

— А есть ли у нее щенята?

— Да, тоже злые.

— А их отец, конечно, собака же?

— Я даже видел, как он занимается с самкой.

— И этот отец тоже твой?

— Конечно.

— Значит, ты утверждаешь, что твой отец — собака и ты брат щенят!

Смешно, если и не Ктесиппу, то всем окружающим, ведь такие беседы обычно происходили при большом стечении народа.

Какая же ошибка поставила в тупик Ктесиппа?

Здесь заключение не вытекает из принятых посылок. Чтобы убедиться в этом, достаточно слегка переформулировать посылки, не меняя их содержания: «Этот пес принадлежит тебе; он является отцом». Что можно вывести из этой информации? Только высказывание «Этот пес принадлежит тебе и он является отцом», но никак не «Он твой отец».

Обычная для разговорного языка сокращенная форма выражения заводит в тупик и в следующем рассуждении.

— Скажи, — обращается софист к молодому любителю споров, — может одна и та же вещь иметь какое-то свойство и не иметь его?

— Очевидно, нет.

— Посмотрим. Мед сладкий?

-Да.

— И желтый тоже?

— Да, мед сладкий и желтый. Но что из этого?

— Значит, мед сладкий и желтый одновременно. Но желтый — это сладкий или нет?

— Конечно, нет. Желтый — это желтый, а не сладкий.

— Значит, желтый — это не сладкий?

— Конечно.

— О меде ты сказал, что он сладкий и желтый, а потом согласился, что желтый не значит сладкий, и потому как бы сказал, что мед является и сладким, и несладким одновременно. А ведь вначале ты твердо говорил, что ни одна вещь не может и обладать, и не обладать каким-то свойством.

Конечно, софисту не удалось доказать, что мед имеет противоречащие друг другу свойства, являясь сладким и несладким вместе. Подобные утверждения несовместимы с логическим законом противоречия, и их вообще невозможно доказать. Но за счет чего создается все-таки видимость убедительности данного рассуждения?

Она связана с подменой софистом выражения «Быть желтым не значит быть сладким» выражением «Быть желтым значит не быть сладким». Но это совершенно разные выражения. Верно, что желтое не обязательно является сладким, но неверно, что желтое — непременно несладкое. Подмена происходит почти незаметно, когда рассуждение протекает в сокращенной форме. Но стоит развернуть сокращенное «желтый — это не сладкий», как эта подмена становится явной.

В софизме «Рогатый» обыгрывается двусмысленность выражения «то, что не терял». Иногда оно означает «то, что имел и не потерял», а иногда просто «то, что не потерял, независимо от того, имел или нет». Можно, например, спросить человека: «Не вы ли потеряли зонтик?», не зная заранее, был у него зонтик или нет. В посылке «Что ты не терял, то имеешь» оборот «то, что ты не терял» должен означать «то, что ты имел и не потерял», иначе эта посылка окажется ложной. Но во второй посылке это значение уже не проходит: высказывание «Рога — это то, что ты имел и не потерял» является ложным.

Вот еще несколько софизмов для самостоятельного размышления.

«Сидящий встал; кто встал, тот стоит; значит, сидящий стоит».

«Но когда говорят: “камни, бревна, железо”, то ведь это — молчащие, а говорят!»

«2 и 3 — четное и нечетное числа; поскольку 2 и 3 в сумме дают 5, то 5 — это четное и одновременно нечетное число; значит, 5 — внутренне противоречивое число».

«— Знаете ли вы, о чем я сейчас хочу вас спросить?» — «Нет». — «Неужели вы не знаете, что лгать — нехорошо?» — «Конечно, знаю…» — «Но именно об этом я и собирался вас спросить, а вы ответили, что не знаете; выходит, что вы знаете то, чего вы не знаете».

Употребление софизмов с целью обмана заставляет относиться к ним с осуждением. Однако не следует забывать, что софизмы — не только приемы интеллектуального мошенничества. Они могут играть и другую роль.

В древности софизмы были прежде всего своеобразной формой осознания и словесного выражения проблемной ситуации.

Первым на эту сторону дела обратил внимание в начале прошлого века Гегель. Он проанализировал ряд старых софизмов и вскрыл те реальные проблемы, которые поднимались ими.

Большое число софизмов обыгрывает тему скачкообразного характера изменения и развития. Постепенное, незаметное, чисто количественное изменение какого-то объекта не может продолжаться бесконечно. В определенный момент оно достигает своего предела, происходит резкое качественное изменение — скачок — и объект переходит в другое качество. Например, при температуре от 0 до 100°С вода представляет собой жидкость. Постепенное нагревание ее заканчивается тем, что при 100°С она закипает и резко, скачком переходит в другое качественное состояние — превращается в пар.

Вопросы софистов: «Создает ли прибавление одного зерна к уже имеющимся зернам кучу?», «Становится ли хвост лошади голым, если вырвать из него один волос?» — кажутся наивными. Но в них, говорит Гегель, находит свое выражение попытка древних греков представить наглядно скачкообразность изменения.

Многие софизмы поднимали проблему текучести, изменчивости окружающего мира и в своеобразной форме указывали на трудности, связанные с отождествлением объектов в потоке непрерывного изменения.

«Взявший взаймы, — говорит древний софист, — теперь уже ничего ко должен, так как он стал другим», «Приглашенный вчера на обед приходит сегодня непрошенным, так как он уже другое лицо» — здесь опять-таки речь не о займах и обедах, а о том, что всеобщая изменчивость вещей постоянно сталкивает нас с вопросом: остался рассматриваемый предмет тем же самым или же он настолько переменился, что его надо считать другим?

Очень часто софизмы ставят в неявной форме проблему доказательства. Что представляет собой доказательство, если можно придать видимость убедительности нелепым утверждением, явно не совместимым с фактами? Например, убедить человека в том, что у него есть рога, копыта или хвост, что он произошел от собаки и т.п.

Сформулированные в тот период, когда науки логики еще не было, древние софизмы прямо ставили вопрос о необходимости ее построения. Прямо в той мере, в какой это вообще возможно для софистического способа постановки проблем. Именно с софизмов началось осмысление и изучение доказательства и опровержения. И в этом плане софизмы непосредственно содействовали возникновению особой науки о правильном, доказательном мышлении.

Не может быть, конечно, речи о реабилитации или таком-то оправдании тех рассуждений, которые преследуют цель выдать ложь за истину, используя для этого логические или иные ошибки. Нужно, однако, помнить о том, что слово «софизм» имеет, кроме этого современного и хорошо устоявшегося смысла, еще и иное значение. В этом значении софизм представляет собой неизбежную на определенном этапе развития мышления форму постановки проблем.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

СОФИЗМ — Что такое СОФИЗМ?

Слово состоит из 6 букв: первая с, вторая о, третья ф, четвёртая и, пятая з, последняя м,

Слово софизм английскими буквами(транслитом) — sofizm

Значения слова софизм. Что такое софизм?

Софизм

СОФИЗМ (греч. sophisma — хитрая уловка, измышление) — рассуждение, кажущееся правильным, но содержащее скрытую логическую ошибку и служащее для придания видимости истинности ложному утверждению.

Философская энциклопедия

СОФИЗМ (от греч. sophisma — уловка, ухищрение, выдумка, головоломка) — рассуждение, умозаключение или убеждающая речь (аргументация), обосновывающие какую-либо заведомую нелепость…

Новая философская энциклопедия. — 2003

Софизм (от греч. sóphisma — уловка, ухищрение, выдумка, головоломка), умозаключение или рассуждение, обосновывающее какую-нибудь заведомую нелепость, абсурд или парадоксальное утверждение, противоречащее общепринятым представлениям.

БСЭ. — 1969—1978

Софисты

СОФИСТЫ — условное название древнегреческих философов, выступавших в V в. до н.э. в роли профессиональных учителей мудрости и красноречия, сознательно применяющих в спорах или доказательствах неправильные доводы, так называемые «софизмы»…

Тематический философский словарь. — 2008

СОФИСТЫ (от греч. «софос» – мудрый) – представители интеллектуального течения в общественной и культурной жизни Древней Греции сер. 5–1-й пол. 4 вв. до н.э., платные преподаватели красноречия и различных знаний…Вследствие усиления в Афинах консервативного умонастроения после поражения в Пелопоннесской войны, просветительский рационализм софизма потерял ту широкую социальную поддержку, которой…

Энциклопедия Кругосвет

СОФИСТЫ — условное обозначение группы древнегреческих мыслителей сер. 5 — 1-й пол. 4 вв. до н. э. Время их активной деятельности часто называют веком греческого Просвещения.Протагор, согласно традиции, положил начало словесным состязаниям, в которых многие софисты прибегали к логическим передержкам и парадоксам, получившим уже в древности название софизмов.

Новая философская энциклопедия. — 2003

Софистика

СОФИСТИКА [греч. σοφιστική (τέχνη)] – совокупность многообразных видов аргументации, основанных на субъективистском использовании правил логич. вывода ради сохранения и утверждения наличных положений и теорий, к-рые по тем или иным причинам…Поскольку именно эти угрозы замкнутой системе в неявном виде содержат новое, уникальное, каждый софизм уникален, его логич. структура в принципе невыводима из наличного формального…

Философская энциклопедия

СОФИСТИКА (от греч. sofisma — мудрость, хитрость, уловка) — направление древнегреческой интеллектуальной мысли. В центре внимания представителей С. — софистов (так называемых «учителей мудрости») находились проблемы теории и практики красноречия…Софизмы начинают рассматривать как особую форму постановки проблем.

Педагогическое речеведение. — 1998

СОФИСТИКА — философское течение, существовавшее в Древней Греции с сер. 5 до 1-й пол. 4 в. до н. э. и абсолютизировавшее относительность знаний. Так, Протагор, самый знаменитый софист древности, учил, что человек есть мера всех вещей, и…В частности, многие софизмы («лжец», «куча» и др.) на деле оказались парадоксами — важнейшей формой постановки логических и математических проблем.. Софистика — это логика кажимости.

Новая философская энциклопедия. — 2003

Софизм Эватла

Софизм Эватла (парадокс Эватла, парадокс Протагора, парадокс «Протагор и Эватл») — софизм (логический парадокс) древнегреческого происхождения. Этот парадокс иллюстрируется полулегендарным примером.

ru.wikipedia.org

Софизм, софисты

Софизм, софисты (от греч.: sophists – искусник, мудрец, лжемудрец), в Древней Греции люди, сведущие в какой-л. области: 1) профессиональные учителя философии и красноречия II пол.

www.terme.ru

Крокодил (софизм)

Софи́зм «Крокоди́л» (крокодили́т, диле́мма крокоди́ла) — софизм (логический парадокс), основанный на самореференции. Авторство приписывается Кораксу. По своей структуре софизм напоминает более известный парадокс лжеца и парадокс Эватла.

ru.wikipedia.org

Русский язык

Софи́зм, -а.

Орфографический словарь. — 2004

Соф/и́зм/.

Морфемно-орфографический словарь. — 2002

  1. соученица
  2. соучредитель
  3. софа
  4. софизм
  5. софийский
  6. софистика
  7. софистический

07.3. Софизмы

Софизм представляет собой рассуждение, кажущееся правильным, но содержащее скрытую логическую ошибку и служащее для придания видимости истинности ложному заключению.

Софизм является особым приемом интеллектуального мошенниче­ства, попыткой выдать ложь за истину и тем самым ввести в заблуждение. Отсюда «софист» в дурном значении — это человек, готовый с помощью любых, в том числе недозволенных приемов, отстаивать свои убеждения, не считаясь с тем, верны они на самом деле или нет.

Софизмы известны еще с античности, тогда они использовались для обоснования заведомых нелепостей, абсурда или парадоксальных поло­жений, противоречащих общепринятым представлениям.

Софизмы, ставшие знаменитыми еще в древности: «Что ты не терял, то имеешь; рога ты не терял; значит, у тебя есть рога», «Сидящий встал; кто встал, тот стоит; следовательно, сидящий стоит», «Этот пес твой; он отец; значит, он твой отец», «А когда говорят: „камни, бревна, железо», то ведь это — молчащие, а говорят».

Нетрудно заметить, что в софизме «рогатый» обыгрывается двус­мысленность выражения «то, что не терял». Иногда оно означает «то, что имел и не потерял», а иногда просто «то, что не потерял, независимо от того, имел или нет». В посылке «Что ты не терял, то имеешь», оборот «то, что ты не терял» должен означать «то, что ты имел и не потерял», иначе эта посылка окажется ложной. Но во второй посылке это значение уже не проходит: высказывание «рога — это то, что ты имел и не поте­рял» является ложным.

Софизмы, использующие современный материал: «Одна и та же вещь не может иметь какое-то свойство и не иметь его. Собственность предполагает самостоятельность, заинтересованность и ответственность. Заинтересованность — это, очевидно, не ответственность, а ответствен­ность — не самостоятельность. Получается вопреки сказанному вначале, что собственность включает самостоятельность и несамостоятельность, ответственность и безответственность»; «Компания, получившая когда — то кредит от банка, теперь ничего ему уже не должна, так как она стала иной: в ее правлении не осталось никого из тех, кто просил кредит».

Все эти и подобные им софизмы являются логически неправильны­ми рассуждениями, выдаваемыми за правильные. Софизмы используют многозначность слов обычного языка, сокращения, метафоры и т. д. Не­редко софизм основывается на таких логических ошибках, как подмена тезиса доказательства, несоблюдение правил логического вывода, приня­тие ложных посылок за истинные и т. п. Говоря о мнимой убедительности софизмов, древнеримский философ Сенека сравнивал их с искусством фокусников: мы не можем сказать, как совершаются им манипуляции, хотя твердо знаем, что все делается совсем не так, как нам кажется. Ф. Бэкон сравнивал того, кто прибегает к софизмам, с лисой, которая хорошо петляет, а того, кто раскрывает софизмы, — с гончей, умеющей распутывать следы.

Вопрос о софизмах не является, однако, таким простым, каким он представляется с первого взгляда. Обычно софизмы являются интел­лектуальным мошенничеством, заслуживающим осуждения. Бывают вместе с тем случаи, когда софизм оказывается своеобразной формой постановки глубоких, но еще не вполне ясных проблем. В этих ситуаци­ях анализ софизма не может быть завершен раскрытием логической или фактической ошибки, допущенной в нем, так как это самая простая часть дела. Сложнее уяснить проблемы, стоящие за софизмом, и тем самым раскрыть источник недоумения и беспокойства, вызываемого им, и объ­яснить, что придает ему видимость убедительного рассуждения.

Эту сторону дела лучше всего пояснить на примере софизмов, сфор­мулированных еще в древности.

Софизмы существуют и обсуждаются более двух тысячелетий, причем острота их обсуждения не снижается с годами. Если софизмы — всего лишь хитрости и словесные уловки, «разоблаченные» еще Аристотелем, то их долгая история и устойчивый интерес к ним непонятны.

Имеются, конечно, случаи, и, возможно, нередкие, когда ошибки в рассуждении используются с намерением ввести кого-то в заблужде­ние. Но это явно не относится к большинству древних софизмов.

Когда были сформулированы первые софизмы, о правилах логики ни­чего не было известно. Говорить в этой ситуации об умышленном наруше­нии законов и правил логики можно только с натяжкой. Ведь несерьезно предполагать, что с помощью софизма «рогатый» можно убедить челове­ка, что он рогат. Сомнительно также, что с помощью софизма «лысый» кто-то надеялся убедить окружающих, что лысых людей нет. Невероятно, что софистическое рассуждение способно заставить кого-то поверить, что его отец — пес. Речь здесь, очевидно, идет не о «рогатых», «лысых», а о чем-то совершенно ином и более значительном. Поэтому, чтобы подчер­кнуть это обстоятельство, софизм формулируется так, что его заключение является заведомо ложным, прямо и резко противоречащим фактам.

Возникновение софизмов обычно связывается с философией софис­тов (Древняя Греция, V—IV вв. до н. э.), которая их обосновывала и оп­равдывала. Однако софизмы существовали задолго до философов-софис — тов, а наиболее известные и интересные были сформулированы позднее в сложившихся под влиянием Сократа философских школах. Термин «софизм» впервые ввел Аристотель, охарактеризовавший софистику как мнимую, а не действительную мудрость. К софизмам им были отнесены и апории Зенона, направленные против движения и множественности вещей, и рассуждения собственно софистов, и все те софизмы, которые открывались в других философских школах. Это говорит о том, что со­физмы не были изобретением одних софистов, а являлись скорее чем-то обычным для многих школ античной философии.

Характерно, что для широкой публики софистами были также Сок­рат, Платон и сам Аристотель. Не случайно Аристофан в комедии «Об­лака» представил Сократа типичным софистом. В ряде диалогов Платона человеком, старающимся запутать своего противника тонкими вопроса­ми, софистом выглядит иногда в большей мере Сократ, чем Протагор.

Широкую распространенность софизмов в Древней Греции можно понять, только предположив, что они как-то выражали дух своего време­ни и являлись одной из особенностей античного стиля мышления.

Очень многие софизмы выглядят как лишенная смысла и цели игра с языком; игра, опирающаяся на многозначность языковых выражений, их неполноту, недосказанность, зависимость их значений от контекста. Эти софизмы кажутся особенно наивными и несерьезными.

Взять, к примеру, доказательство того, что глаза не нужны для зре­ния, поскольку, закрыв любой из них, мы продолжаем видеть.

Или такое рассуждение: «Тот, кто лжет, говорит о деле, о котором идет речь, или не говорит о нем; если он говорит о деле, он не лжет; если он не говорит о деле, говорит о чем-то несуществующем, а о нем невоз­можно ни мыслить, ни говорить».

Эту игру понятиями Платон представлял просто как смешное зло­употребление языком и сам, придумывая софизмы, показывал софистам, насколько легко подражать их искусству играть словами. Но нет ли здесь и второго, более глубокого и серьезного плана? Не вытекает ли отсюда интересная для логики мораль?

И, как это ни кажется поначалу странным, такой план здесь опреде­ленно есть и такую мораль, несомненно, можно извлечь. Нужно только помнить, что эти и подобные им рассуждения велись очень давно. Так давно, что не было даже намеков на существование особой науки о дока­зательстве и опровержении, не были открыты ни законы логики, ни сама идея таких законов.

Софистические игры и шутки, несерьезность и увертливость в споре, склонность отстаивать самое нелепое положение и с одинаковой легко­стью говорить «за» и «против» любого тезиса, словесная эквилибри­стика, являющаяся вызовом как обычному употреблению языка, так и здравому смыслу, — все это только поверхность, за которой скрыва­ется глубокое и серьезное содержание. Оно не осознавалось ни самими софистами, ни их противниками, включая Платона и Аристотеля, но оно очевидно сейчас.

В софистике угас интерес к вопросу, как устроен мир, но осталась та же мощь абстрагирующей деятельности, какая была у предшествующих

Философов. И одним из объектов этой деятельности стал язык. В со­фистических рассуждениях он подвергается всестороннему испытанию, осматривается, ощупывается, переворачивается с ног на голову и т. д. Это испытание языка действительно напоминает игру, нередко комич­ную и нелепую для стороннего наблюдателя, но в основе своей подобную играм подрастающих хищников, отрабатывающих в них приемы будущей охоты. В словесных упражнениях, какими были софистические рассуж­дения, неосознанно отрабатывались первые, конечно, еще неловкие при­емы логического анализа языка и мышления.

Обычно Аристотеля, создавшего первую последовательную этиче­скую теорию, рисуют как прямого и недвусмысленного противника со­фистов во всех аспектах. В общем это верно. Однако в отношении логи­ческого анализа языка он был прямым продолжателем начатого ими дела. И можно сказать, что, если бы не было Сократа и софистов, не создалось бы почвы для научного подвига создания логики.

Софисты придавали исключительное значение человеческому слову и первыми не только подчеркнули, но и показали на деле его силу. Язык, являвшийся до софистов только незаметным стеклом, через которое рассматривается мир, со времени софистов впервые стал непрозрачным. Чтобы сделать его таким, а тем самым превратить его в объект иссле­дования, необходимо было дерзко и грубо обращаться с устоявшимися и инстинктивными правилами его употребления. Превращение языка в серьезный предмет особого анализа, в объект систематического иссле­дования было первым шагом в направлении создания науки логики.

В обстановке, когда нет еще связной и принятой большинством ис­следователей теории, твердой в своем ядре и развитой в деталях, пробле­мы ставятся во многом в расчете на будущую теорию. И они являются столь же расплывчатыми и неопределенными, как и те теоретические построения и сведения, в рамках которых они возникают.

Эту особую форму выдвижения проблем можно назвать парадоксаль­ной, или софистической. Она подобна в своем существе тому способу, каким в античности поднимались первые проблемы, касающиеся языка и логики.

Отличительной особенностью софизма является его двойственность, наличие, помимо внешнего, еще и определенного внутреннего содержа­ния. В этом он подобен символу и притче.

Подобно притче, внешне софизм говорит о хорошо известных вещах. При этом рассказ обычно строится так, чтобы поверхность не привлека­ла самостоятельного внимания и тем или иным способом — чаще всего путем противоречия здравому смыслу — намекала на иное, лежащее в глубине содержание. Последнее, как правило, неясно и многозначно. Оно содержит в неразвернутом виде, как бы в зародыше, проблему, кото­рая чувствуется, но не может быть сколько-нибудь ясно сформулирована до тех пор, пока софизм не помещен в достаточно широкий и глубокий контекст. Только в нем она обнаруживается в сравнительно отчетливой форме. С изменением контекста и рассмотрением софизма под углом зре­ния иного теоретического построения обычно оказывается, что в том же софизме скрыта совершенно иная проблема.

В русских сказках встречается мотив очень неопределенного задания: «Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». Как это ни уди­вительно, но герой, отправляясь «неизвестно куда», находит именно то, что нужно. Задача, которую ставит софизм, подобна этому заданию, хотя и намного более определенна.

В притче «Перед параболами» Ф. Кафка пишет: «Слова мудрецов подобны параболам. Когда мудрец говорит: „Иди туда“, то он не име­ет в виду, что ты должен перейти на другую сторону. Нет, он имеет в виду некое легендарное „Там“, нечто, чего мы не знаем, что и он сам не мог бы точнее обозначить». Это точная характеристика софизма как разновидности притчи. Нельзя только согласиться с Кафкой, что «все эти параболы означают только одно — непостижимое непостижимо». Содер­жание софизмов разностороннее и глубже, и оно, как показывает опыт их исследования, вполне постижимо.

В заключение обсуждения проблем, связанных с софизмами, необхо­димо подчеркнуть, что не может быть и речи о реабилитации или каком-то оправдании тех рассуждений, которые преследуют цель выдать ложь за истину, используя для этого логические или семантические ошибки.

Речь идет только о том, что слово «софизм» имеет, кроме этого сов­ременного и хорошо устоявшегося смысла, еще и иной смысл. В этом другом смысле софизм представляет собой неизбежную на определенном этапе развития теоретического мышления форму постановки проблем. Сходным образом и само слово «софист» означает не только «интеллек­туального мошенника», но и философа, впервые задумавшегося над проб­лемами языка и логики.

Все в истории повторяется, появляясь в первый раз как трагедия, а во второй — как фарс. Перефразируя этот афоризм, можно сказать, что софизм, впервые выдвигающий некоторую проблему, является, в сущности, трагедией недостаточно зрелого и недостаточно знающего ума, пытающегося как-то понять то, что он пока не способен выразить даже в форме вопроса. Софизм, вуалирующий известную и, возможно, уже решенную проблему, повторяющий тем самым то, что уже пройдено, является, конечно, фарсом.

< Предыдущая   Следующая >

Про софистику, софистов и софизмы…

Про софистику, софизмы и софистов…
  1. Про софистику, софизмы и софистов…


Софистика (греч. sophistike — «искусный, хитроумный», от sophia — «мудрость»).
В Древней Греции софистами называли учителей, мудрецов, а также риторов, декламаторов (лат. declamatio — «упражнение в красноречии»). Еще позднее, в эллинистическую эпоху, софистикой стали называть искусство вести спор, дискуссию.
Задача софиста, по признанию Протагора, представить наихудший аргумент как наилучший путём хитроумных уловок в речи, в рассуждении, заботясь не об истине, а об успехе в споре или о практической выгоде. Отсюда негативное значение термина: словесная эквилибристика, искусство добиваться победы любой ценой, словословие, за которым нет глубины мысли…

Софизм (от греческого «мастерство, умение, хитрая выдумка, уловка, мудрость»), в свою очередь, ложное умозаключение, опровергнуть которые с ходу не очень просто, поскольку с первого взгляда все вроде как бы логично, правильно…

Софизм основан на преднамеренном, сознательном нарушении правил логики (это отличает его от паралогизма и апории, которые могут содержать непреднамеренную ошибку либо вообще не иметь логических ошибок, но приводить к явно неверному выводу).

В общем, если говорить простыми словами, софизм- это глубоко (или не глубоко) завуалированная под логичное всякого рода дребедень, ерунда, белиберда… (Сократ, кстати, с этим активно боролся..)

«Рогатый» софизм Эвбулида: «Что ты не терял, то имеешь. Рога ты не терял, значит, у тебя рога».

Или:
«— Знаешь ли ты то, о чём я хочу тебя спросить?— Нет.— Знаешь ли ты, что добродетель есть добро?— Знаю. — Об этом я и хотел тебя спросить. А ты, выходит, не знаешь то, что знаешь…»- ???

— «Полупустое есть то же, что и полуполное. Если равны половины, значит, равны и целые. Следовательно, пустое есть то же, что и полное.»

— «5 есть 2 + 3 («два и три»). Два — число чётное, три — нечётное, выходит, что пять — число и чётное и нечётное. Пять не делится на два, также, как и 2 + 3, значит, оба числа нечётные.»

— «Лекарство, принимаемое больным, есть добро. Чем больше делать добра, тем лучше. Значит, лекарств нужно принимать как можно больше.»

— «Вор не желает приобрести ничего дурного. Приобретение хорошего есть дело хорошее. Следовательно, вор желает хорошего.»

(примеры софизмов взяты на сайте Википедия)

Софизм в философии

Софизм — философское направление, возникшее и существовавшее в Древней Греции. Школа относится к досократовскому времени и больше похожа на группу людей со схожими взглядами, чем на определенно сложившуюся школу.

Говоря о термине «софизм», он связан с греческим «София» или «Софос» и означает мудрость. Первоначально она связана с любой компетенцией в конкретной области знаний. После того, как его использовали поэты, он стал характеризовать общую мудрость и, в частности, мудрость, связанную с человеческими взаимодействиями.По прошествии определенного времени этим термином называли класс странствующих интеллектуалов, которые предлагали возможность научиться «мастерству» и аспектам языка, позволяющим убедить кого-либо достичь цели общения.

Софисты имели специфическое отношение к знанию и познанию, их взгляды были релятивистскими. Они утверждали, что абсолютной истины не существует и если какая-то идея имеет два пункта, то каждый из них может быть приемлемым. Кроме того, их учение предусматривает скептическое отношение к морали и истине и включает в себя критику этики, религии и права.Однако у них не было определенного взгляда на религию. Многие из них были религиозны, а другие выражали атеистические взгляды. Самая распространенная софистическая цитата принадлежит Протагору и гласит: «Человек есть мера всех вещей».

Софисты пользовались влиянием среди современников и получали хорошее отношение со стороны окружения. Большинство из них кочевали и выживали на данном занятии ораторского искусства и риторики. Их участники культурной и философской жизни повлияли на развитие демократии в Греции.Это тесно связано не только с их риторическими занятиями, но и с их либеральной позицией в отношении других точек зрения и принятием релятивизма. Кроме того, их можно назвать первыми юристами в мире, обладающими величайшей способностью убеждать и приводить аргументы.

Некоторые из новичков философской школы софизм заявляли, что способны найти ответ на любой вопрос. Однако один из самых известных деятелей, Сократ, никогда не делал подобных заявлений об абсолютной мудрости и известен тем, что в принципе не принимал плату за свое учение.Его ученик Платон изобразил Сократа как человека, опровергающего софизм.

Смысл софизмового учения заключался в том, чтобы спорить о каждом взгляде и находить противоположные стороны мнения. К сожалению, современные люди мало что знают об их дебатах, поскольку полного текста до сих пор не существует. Мы можем рассмотреть только несколько цитат без контекста, и большинство из них принадлежат Аристотелю, ученику Платона.

Развивая и принимая влияние Платона и Аристотеля, софизм стал несколько отличаться от более ранней школы, и с появлением Римской империи софист был оратором или учителем риторики.Позже софисты подверглись гонениям и получили много страданий от общественности. Среди других популярных и известных софистов можно встретить такие имена, как Протагор, Продик, Гиппий, Ликофрон, Калликл, Антифонт и другие, оказавшие огромное влияние на культуру.

Что такое софизм? | Неологикон

Афины пятого века, известные как Золотой век Афин, наблюдали за расцветом классической греческой философии, в которой доминировал дуэт учителя и ученика Платона и Сократа, двух людей, посвятивших себя поиску мудрости, которые неустанно искали объективное знание, кто хотел раскрыть правду, кто посеял семена знаний, которые повлияют на грядущие века.Также в этот период появилось новое поколение искателей, которых Платон презирал и которых мы сегодня называем отрицательными: софистов. В наше время назвать кого-то софистом или сказать, что аргумент софистичен, значит назвать его лживым, бойким и мошенником. Однако, несмотря на то, что эта фигура погребена под клеймом истории, есть еще одна история об этом неоднозначном любителе мудрости.


До того, как слово «софист» приобрело отрицательное значение, оно первоначально произошло от греческого слова «мудрость», σοφός , и использовалось для обозначения мудреца или мудреца, такого как Фалес, которого называли одним из семи мудрецов. Мужчины Греции или даже просто ремесленник или ремесленник, который был очень искусным в своем ремесле.Поэтому называться софистом было честью ( σοφιστής ), поэтому учителя быстро приняли это имя, гордясь тем, что несут его славу, распространяя свои знания по землям. Софисты были странствующими учителями. У них не было места, которое они называли бы своим домом, и они переходили из города-государства в город-государство в поисках учеников, останавливаясь на каждом публичном празднике, где они могли собрать толпу и поразить ее своей впечатляющей риторикой, где они могли произносить речи, задуманные привлечь клиентов и сделать их имя известным.Гомперцу софист напомнил ему «наполовину профессора, наполовину журналиста», потому что он, не теряя времени, хватался за новые возможности, искал новую работу, нового студента, в которого он мог бы вложить свои знания.[1] Софиста в начале своей карьеры считали истинным мудрецом, он был удостоен больших почестей и уважаем своими сверстниками за свои обширные области знаний. Публично софист говорил эпидейксисом ( ἐπιδεικτικός ), формой речи, в которой говорящий может продемонстрировать свои способности или похвалить какую-то конкретную вещь; а в частном кабинете софист преподавал посредством диалектики ( διαλεκτική ), той же техники вопросов и ответов, прославленной Сократом.Очевидно, что Софист был легко приспосабливающимся, и, поскольку он всегда был в движении, он смог привлечь большое количество последователей и завоевать такую ​​же репутацию. Однако софисты учили только устами, а не пером, и ни одно из их сочинений не было написано, так как они были созданы с намерением исполняться публично, перед аудиторией, а не наедине, для удовольствия читателя. Тот факт, что ни один из них не основал школу, также способствует отсутствию первоисточников относительно идей софистов.Кроме того, поскольку школ не было и потому что их ученики не были постоянными, не существует записей об учениках. Другие философы, такие как Сократ и Эпиктет, несмотря на то, что они не писали то, чему учили, сохранили сочинения, потому что их ученики, Платон и Арриан, записали их; у софистов, напротив, не было для этого учеников. К счастью для софиста, он смог преуспеть в процветающем интеллектуальном климате, поскольку Афины в то время были центром философской мысли, и они испытали огромный всплеск интеллектуальных поисков, вызванных руководством Перикла.Таким образом, основное внимание уделялось образованию, что идеально подходило для софистов.


Целевая аудитория софистов была избранной: их основными клиентами были молодые, стремящиеся к учебе афиняне, которых было предостаточно. Центральное место в софистической программе занимала политическая добродетель, или areté ( αρετέ ). Как выразился Джагер, «Целью образовательного движения… было не просвещение людей, а просвещение лидеров народа». будущие лидеры, поэтому софисты в афинском образовании рекламировали свое обучение как способ обучения своих будущих лидеров.Перикл был образцом демократического лидерства, поэтому было важно научить молодежь подражать тому, как он правил. Софисты считали, что лучший способ добиться успеха — это риторика, искусство хорошо говорить ( ευ λεγειν ), убеждать, использовать язык в меру своих возможностей. Интересно, что слово «политик» в Древней Греции использовалось взаимозаменяемо со словом «ритор»; они были совершенно синонимами. Поэтому было важно, чтобы хороший лидер учился риторике, особенно когда он молод.Они были так преданы своему ремеслу, что софисты считали их учение techné ( τέχνη ), искусством. Для софистов говорить о подготовленных ремесленниках, а преподавание — это ремесло, значит подтверждать, что образование, школа, впервые получили свое значение в Древних Афинах, и этим мы обязаны софистам. Мы находим в Афинах представление о том, что преподавание — это тонкое ремесло, требующее совершенствования и являющееся неотъемлемой частью существования культуры. Помимо риторики, софисты пытались учить как практическим, так и теоретическим вещам, первым — повседневным потребностям, вторым — свободным искусствам.Их познания были так широки, что они учили всему, от естествознания до метафизики, от грамматики до поэзии. По большей части софисты принимали досократовское мышление, но отвергали элейское. Таким образом, космология была популярным предметом, и студентов обучали основам, от Фалеса до Анаксагора. Поскольку преподавались грамматика и риторика, необходимо было преподавать и логику, а это означает, что софисты были изобретателями первоначального тривиума, включающего грамматику, логику и риторику.На их уроках, например, были представлены всевозможные логические задачи и правила, а также они рассказывали о различных ошибках и о том, как их избежать в рассуждениях. Теоретического знания, которому учили софисты, было два типа: фактическое и формальное знание. Фактическое знание, как это и звучит, состояло из общих, обширных фактов, энциклопедических по объему; формальное знание было специфичным, и его целью было не столько обучение, сколько обучение, особенно тому, как использовать знание для критического и практического мышления.Согласно софистам, которые рассматривали преподавание как ремесло, добродетели можно научить. Политической добродетели, arete, а также таким добродетелям, как умеренность и мужество, можно было научить, а не приобретать специально. Обращение к природе обычно ассоциируется с софистами, аргументом, что все естественное — хорошо, все неестественное — плохо. Хотя это не относится к каждому софисту, оно улавливает суть их противоречивых взглядов на природу. Разногласие было между условностью ( νομος ) и самой природой ( φύση ), рукотворным законом и законом естественным.Фрасимах считал личный интерес морально правильным и что более сильный лучше, чем слабый; Калликл считал, что наше самосознание — это то, что правильно; а Ямвлих выбрал конвенцию, заявив, что мы должны делать все, что говорят нам законы штата.


После пятого века софизм почти вымер, но он снова возродился в Риме во время Второго софистического периода, который колеблется приблизительно между 60 и 230 гг. -влиял на Грецию, где философия была сильна.Однако важность была перенесена с философии на риторику, и, как пишет Уилл Дюран, «она [философия] была поглощена океаном риторики и перестала думать, когда научилась говорить». философия, основанная на систематическом мышлении и искусстве жить; ее заменила риторика, и речь ценилась выше действия, что знаменовало начало упадка философии в западном мире. Однако не все было так плохо, и кое-что хорошее вышло из Второго Софистика; отсюда, как и ценность образования, возможно, первая защита индивидуализма.Именно в это время мы видели людей, не имеющих настоящих домов, не имеющих ничего, что можно было бы показать за свою работу, путешествующих из страны в страну, живущих за счет того, в чем они были хороши, обучающих тех, кто мог им заплатить; мы видим настоящий индивидуализм — независимые личности пробиваются делать то, что они любят, как если бы это была какая-то древняя американская мечта. Философы-досократы философствовали о природе, космосе и создавали теории о том, что было для них внешним; софисты, с другой стороны, обратились внутрь себя, философствуя о своих ближних.Следовательно, произошел переход от теоретического к практическому, от космологического к гуманистическому, от природы к человеку. Софисты были «эмпирико-индуктивными» в своих методах, исследуя то, что было перед ними, и производя свои теории оттуда, глядя не на звезды, а на общество, которое их окружало, — человечество.[4]


Пока что Софист кажется респектабельной фигурой, ответственной за начало высшего образования, гуманизма и риторики; однако есть и другая сторона истории, которая рисует их в другом, более зловещем свете.Вероятно, самой отличительной чертой софистов было то, как они зарабатывали деньги. Будучи почти бездомным, странствующим учителем, Софист должен был зарабатывать легкие деньги, поэтому он взимал плату за свои уроки. В то время как некоторые софисты были справедливы в своих ценах, большинство из них не были таковыми, оценивая свои уроки до 10 000 драхм, что эквивалентно примерно 10 000 долларов в сегодняшних деньгах. Поскольку цены были такими высокими, только богатые афиняне могли позволить себе уроки, что было невыгодно для бедных и обездоленных. Эти условия усугублялись тем, что Афины были городом-государством с наибольшим количеством судебных исков, а поскольку только богатые люди могли получить уроки логики и риторики, это означало, что они могли легко выиграть.Это не говоря уже о том, что в Древней Греции считалось бесчестным, неблагородным платить за чужие знания. Многие также считали профессионализм скучным и высмеивали софистов за соответствующее проведение своих уроков, упрекая их за частные уроки, проводимые в уединении дома. Сказать, что чьи-то доводы софистичны, — это оскорбление, ибо это означает, что они использовали хитрое, лживое, окольное и благовидное рассуждение. В этом есть смысл, потому что некоторые софисты умели манипулировать логикой, легко побеждая любую из сторон в споре.Обычно, чтобы хвастаться, софисты, а позже и скептики предлагали одну сторону аргумента, представляли свою позицию, а затем немедленно переключались на другую сторону и представляли столь же сбалансированный аргумент. По этой причине проблема судебных процессов была еще хуже, поскольку тяжущихся можно было научить несправедливым логическим приемам, чтобы победить своих противников.


Из критиков софистов Платон является худшим, о чем свидетельствуют многочисленные его диалоги, высмеивающие софистов и выискивающие дыры в их рассуждениях.Одна вещь, которую Платон не одобрял, заключалась в том, что софисты не принимали во внимание объективное знание, вместо этого ища относительное знание, поскольку, согласно софистам, возможно только относительное знание. То, что верно для одного человека, может не быть правдой для другого. Точно так же он издевался над ними за их феноменализм. Платон верил в высшую сферу, мир Форм, в котором существуют все совершенные сущности, в котором пребывает предметное знание; для софистов утверждение, что феноменальный или естественный мир был единственной существующей вещью, было, по мнению Платона, неприятным и достойным презрения.Думать, что этот несовершенный мир был единственной реальностью, считал Платон, безумием и оскорблением объективности. Что касается платы за урок, Платон пошутил, что если плата слишком низкая, это означает, что урок так же бесполезен; и если они были слишком высоки, это означало, что это было возмутительно дорого. Одна из причин, по которой софисты отвергли Платона, заключалась в том, что они очернили Сократа. Сократа считали софистом в его положительном смысле, и он правильно использовал диалектику в поисках истины; но сравнивать его с софистами эпохи Платона было все равно что сравнивать Бога с сатаной — немыслимо, прямое оскорбление.Платон отчасти обвинил софистов в смерти Сократа, поскольку они оставили ему дурную славу, навсегда запятнав его репутацию. Платон называл софистов «антилогичными» и эристичными, так как они искали не фактического знания, а аргументации. Как учитель, так и ученик, Аристотель тоже, следуя по стопам Платона, обратил свое перо против софистов. Он писал, что софисты практиковали «мудрость, которая существует только в видимости» и «то, что кажется философией, но таковой не является». из кажущейся, но нереальной мудрости.”[6] Долгое время Аристотель вел философскую войну против мегарской школы (известной также как эристика), печально известной своими парадоксами и логическими проблемами, в какой-то момент назвав их «софистами», тем самым создав первое официальное использование слово как отрицательное. С этого момента, даже во времена империи, философы стали обвинять друг друга в том, что они «софисты».


Софист — поляризующая фигура, с одной стороны воспитательный герой, с другой — антилогический мошенник.Является ли он тем или иным, история не может решить, так как всегда есть две стороны. В конце концов, хотя мы можем осуждать их, смеяться над их профессиональными манерами, разоблачая их обманчивую логику, мы также должны быть благодарны им за все, что они сделали, за то, что они сделали образование столь же важным, каким оно является сегодня в нашей культуре, за создание trivium, которому мы посвящаем себя на английском языке, за воплощение истинной американской мечты и, прежде всего, за то, что разозлили Платона и Сократа.

 


[1] Гомперц,  Греческие мыслители , Vol.1, с. 414
[2] Jaeger,  Paideia , Vol. 1, с. 290
[3] Durant,  The Story of Civilization , Vol. 3, с. 489
[4] Copleston, A History of Philosophy , Vol. 1, с. 83
[5] Аристотель, Метафизика , 1004b20-27
[6] Аристотель, Софистические опровержения , 165a22-24

 

Для дальнейшего чтения:
The Oxford Companion to Classic Civilization Саймона Хорнблауэра (1998 г.)
История древней западной философии Джозефа Оуэнса (1959 г.)7 Пола Эдвардса (1967)
История философии Vol. 1 Фредерика Коплстона (1993)
Краткая история философии Роберта К. Соломона (1996)
Греческие мыслители Том 1. Теодора Гомперца (1964)
История цивилизации Том. 2 Уилла Дюранта (1966)
История цивилизации  Том. 3 Уилла Дюранта (1972)
Paideia  Vol. 1 Вернера Ягера (1945)

Нравится:

Нравится Загрузка…

Связанные

Что такое софизм в риторике?

Правдоподобный, но ошибочный аргумент или вводящая в заблуждение аргументация в целом.

В риторических исследованиях софизм относится к аргументативным стратегиям, практикуемым и преподаваемым софистами.

Этимология:

От греческого «мудрый, умный».

Примеры и наблюдения:

  • «Когда ложный аргумент принимает вид истинного, тогда он правильно называется софизмом или заблуждением.
    (Исаак Уоттс, Логика, или правильное использование разума в поисках истины , 1724)
  • «Слишком часто софизм принимают за чистую ложь или, что еще досаднее, за парадокс… Когда логическая неправильность… направлена ​​на обман, мы имеем дело с софизмом (злоупотреблением интеллектом)».
    (Анри Вальд, Введение в диалектическую логику . Джон Бенджаминс, 1975)

Софизм в Древней Греции

  • «Благодаря своей развитой способности аргументировать любую сторону дела, ученики софистов были сильными соперниками в популярных дебатах своего времени, а также были очень успешными адвокатами в суде.Диалектический метод применялся отчасти потому, что софисты принимали понятие dissoi logoi или противоречивых аргументов. То есть софисты считали, что за или против любого утверждения можно привести веские аргументы. . . . «[Мы] должны отметить, что западная культура стала ближе к следованию модели аргументации, изложенной софистами, такими как Протагор и Горгий, в фактическом ведении своих дел, чем модель, предложенная Платоном поиска истины посредством философского исследования.(Джеймс А. Херрик, История и теория риторики . Аллин и Бэкон, 2001)
  • » Софизм не был школой мысли. Мыслители, которых стали называть софистами, придерживались самых разных взглядов по большинству предметов. Даже когда мы находим некоторые общие элементы в софизме в целом, из большинства этих обобщений есть исключения. » (Дон Э. Мариетта, Введение в древнюю философию . М. Э. Шарп, 1998)

Современный софизм

  • — «То, что мы находим как в древнем софизме , так и в современной софистической риторике, — это основная вера в гражданский гуманизм и прагматичный подход к гражданской жизни.Однако [Джаспер] Нил в Aristotle’s Voice [1994] указывает, что современное софистское движение не зависит от того, во что древние софисты могли или не могли верить или чему учили. Скорее, утверждает Нил, современный софизм должен «обитать в (человеческом) дискурсе, который Платон и Аристотель исключили под именем софистики, независимо от того, правильно ли этот исключенный и униженный дискурс воспроизводит то, что мог отстаивать кто-либо еще в древних Афинах» (190). Другими словами, миссия современного софизма состоит не в том, чтобы выяснить, во что верили и практиковали древние софисты, а в том, чтобы разработать концепции, которые позволят нам отвернуться от абсолютизма западной философии.
  • «Современный софизм, однако, был в основном занят исторической реставрацией софистических верований и практик, используя концепции постмодернизма, чтобы собрать воедино и конкретизировать последовательную софистическую перспективу». (Ричард Д. Джонсон-Шихан, «Софистическая риторика». Теоретизируя композицию: критический справочник по теории и исследованиям в современных исследованиях композиции , изд. Мэри Линч Кеннеди. IAP, 1998)
  • — «Употребляя термин «софист» в своем титуле, я не оскорбляю.И Деррида, и Фуко утверждали в своих работах по философии и культуре, что древний софизм был более значимой критической стратегией против платонизма, скрытой сердцевиной обоих взглядов на подозрительные философские импульсы, чем вполне осознают традиционные ученые. Но, что более важно, каждый обращается к софистической стратегии в своем собственном сочинении».

Ленивый софизм: детерминизм

  • «Я знал старика, который был офицером на Первой мировой войне.Он сказал мне, что одной из его проблем было заставить людей носить каски, когда они подвергались риску вражеского огня. Их аргумент сводился к тому, что на пуле «есть ваш номер». Если на пуле был твой номер, то не было смысла принимать меры предосторожности, потому что она собиралась убить тебя. С другой стороны, если ни на одной пуле не было твоего номера, ты был в безопасности еще на один день и не нуждался в громоздкой и неудобной каске.
  • «Аргумент иногда называют « ленивым софизмом «.’ . . .
  • «Ничего не делать — не надеть шлем, надеть оранжевую шаль и произнести «Ом» — представляет собой выбор. Иметь модули выбора, установленные ленивым софизмом, значит быть расположенным к такому выбору. » (Саймон Блэкберн, Think: A Compelling Introduction to Philosophy . Oxford University Press, 1999)

Демократия и софизм

Демократия и софизм

Демократия и софизм

Работа мы читаем из классической греческой эпохи, в значительной степени является ответом, то есть против — философское движение или перспектива под названием «софизм».

Софизм
У афинян еще не было адвокатов, поэтому, когда люди обращались в суд, граждане защищали или представляли себя в жюри своих сверстников. Это не афинянам потребовалось много времени, чтобы понять, что лучший оратор представляет себя более успешно, чем косноязычный оратор, и тот говорящий хорошо может спасти вашу жизнь или, по крайней мере, ваше имущество и дать вам большую политическую влияние. Это породило потребность в «софистах» («учителях» от « sophia »: знание) для обучения публичным выступлениям.

Во времена Сократа и Платона человек по имени Горгий   был ведущим софистом, и он написал несколько руководств или учебников о том, как улучшить «риторика»: умение убеждать. В сущности, то, чему учил Горгий, вы все равно учите английский 102 или юридическую школу: как побеждать в спорах, говоря ну и манипулировать законом в свою пользу.

То, что мы знаем о софизме, также происходит из одного из сократовских диалогов Платона, названного после  90 024 Горгия. В этом диалоге Платон заставляет Горгия признать, что его интересует только обучение студентов, чтобы выиграть споры, что его цель не в том, чтобы достичь истины, а скорее победу, и поэтому его ученики могут легко использовать свои навыки для достигать аморальных целей. Конечно, весь аргумент Платона сводится к тому, что Горгий Школа преподавания философии и неправильна, и опасна, поэтому мы должны быть осторожны принять платоновское изображение Горгия.

Софизм чаще всего ассоциируется с фразой из другой афинский софист, Главный герой, который классно сказал  «Человек есть мера всех вещей»,  90 213 мы могли бы иметь в виду: жюри ваших коллег, а не Бог или боги, не факты или сама объективная Истина будет судить вас; или что индивидуальная точка зрения близко к истине, насколько люди когда-либо получат в этой жизни.Это означает, что когда мы смертные слышат точку зрения Агамемнона на то, почему он был убит, представленную повсюду. Odyssey, его точка зрения кажется «верной», но когда мы узнаем Взгляд Клитимнестры на тот же акт (в пьесе Эсхила Агамемнон ) ее точка зрения на тот же поступок кажется столь же «верной», и тогда Орест предложить другую столь же убедительную или «истинную» версию правды (в г. Несущие возлияния ), а, по словам софистов, это то, что мы застрял здесь, на земле: не «правда», а бесконечно конкурирующие точки зрения о том, что происходит, почему это происходит и что нам следует с этим делать.

Софизм, демократия и суды
Это, по сути, тот взгляд на «правду», который мы до сих пор используем в зале суда: мы бы конечно хотелось бы иметь все факты при решении судебного дела, но даже когда у нас нет этих фактов — даже когда у нас нет «правды» — нам все равно нужно вынести приговор.

Мы видим в Oresteia , что греков интересовало, как перспектива влияет на восприятие как справедливость или даже правда: если бы мы узнали историю Агамемнона от шовинистического Гомера, мы просто возложили ответственность за смерть Агамемнона на Клитимнестру. врожденная женская слабость и сексуальность; но если бы мы узнали историю от С точки зрения Клитемнестры, мы, вероятно, сочувствовали Клитемнестре и обвиняли сам Агамемнон и так далее.

Мы должны вспомнить, что Эсхил написал « Орестею », когда греки применяли свою систему правления – демократию – к своим судам, а также правительству, поэтому афиняне обычно слышали разные люди поднимаются, чтобы защищать свои взгляды в суде.

Проблема с софизмом
Когда мы сегодня обсуждаем достоинства или проблемы «софизмов», мы склонны использовать термин «культурный релятивизм» и обсудите, как «Истина», по-видимому, определяется перспектива и культура.Основная проблема очевидна: если перспектива определяет истину, и есть бесконечные личные или культурные перспективы, как договоримся ли мы когда-нибудь о природе чего-либо ?

Я хочу, чтобы вы увидели здесь, что греки уже вели эти дебаты. 2500 лет назад. Хотя первая игра в Орестея ( Агамемнон) софистическая, вторая ( Возлияния), исследует (среди прочих темы) неотъемлемые проблемы, связанные с укоренением «истины» в перспективе, в то время как финальная игра (The Эвмениды) находит решение это до сих пор принято нашими судами.

Однако на самом деле именно Платон превратит «софизм» в ругательство через свое очень влиятельная теория Платона Идеализм.

Включено Другая рука (заметьте, это ирония)
Тот факт, что существуют прагматические проблемы с софистической точки зрения на знание не делает теорию недействительной: хотя теория затрудняет ужиться в мире, это не значит, что теория категорична или теоретически неверно.

 

 

философов и софистов — Том Моррис

Какая разница между философом и софистом? В древнем мире софисты были хорошо обученными и высокообразованными людьми, которые предлагали учить других и помогать им в достижении их целей. И делали это как хорошо оплачиваемую профессию. Собственное богатство было их главной, а иногда и единственной целью. А Сократ, напротив, первый знаменитый философ, решивший жизненные вопросы вместе с другими, философ-парадигматик, заведомо отказывался платить за свои услуги и, как следствие, ходил босиком.

Я учу других и помогаю им достичь своих целей. И мне часто за это хорошо платят. Так что же делает меня философом, а не софистом? Недавно мне задали этот вопрос в колледже. И мне было приятно на него отвечать.

Это правда, что Сократ отказался обвинять кого-либо в том, что он сделал. И может быть не случайно, что у него была очень несчастная жена. Я просто говорю. Но во многих отношениях я не могу себе представить, чтобы с ним было проще и практичнее жить.

Однако он может быть душой компании.И он часто был. О его способности к вину и мудрости ходили легенды. И все же он никогда не потерпит небрежного мышления. Некоторые софисты той эпохи, напротив, говорили, что они были готовы использовать любое мышление, чтобы помочь своим клиентам выиграть и достичь всего, чего бы они ни хотели.

На протяжении всей истории древнегреческие софисты пользовались довольно сомнительной репутацией профессионально аморальных наемников разума. Сообщается, что они помогут людям достичь любой цели, в общем и целом, независимо от того, какой она была.Они защищали бы любое дело, продвигали бы любое дело и давали бы полномочия любому человеку, если бы деньги были правильными и богатство текло рекой.

Философы по большей части шли на сторону ангелов, независимо от того, верили они в ангелов или нет. Иногда они могли иметь репутацию многословных и непонятных, сложных и абстрактных, потусторонних и оторванных от реальности, но по большей части они казались более чистыми душами в своей работе и сосредоточенности. Но почему именно? Это ключ.

Софисты гораздо больше заботились о том, как, чем о том, почему.Философы всегда были более осторожны. Они хотели помочь людям задуматься не только о том, как достичь своих целей, но и о том, почему они преследуют одни цели, а не другие, и что, возможно, лучше всего искать, и опять же, почему. Они, безусловно, глубоко проанализировали все соответствующие вопросы о том, как, но всегда поднимали вопрос о том, почему. И это то, что я пытаюсь сделать. По этой причине, когда вы читаете любую из моих книг об успехе, вы много раз натыкаетесь на то, что такое успех, а что нет, и почему нам следует быть осторожными в том, на чем мы концентрируемся и чего добиваемся.

Есть старая-новая поговорка: «Вы можете получить все, что захотите, если поможете достаточному количеству людей, чтобы получить то, что они хотят». На первый взгляд это звучит как отличный совет. И большинство из тех, кто говорит это, имеют в виду только хорошее, тем самым помогая людям найти потребность и удовлетворить эту потребность. Но желания — это не то же самое, что потребности. И, если быть точным, новое-старое изречение является образцом софистики. В целом верно, но одинаково опасно.

Софист хочет помочь вам получить все, что вы хотите, и будет помогать вам в этом, давая другим людям все, что они хотят, не побуждая никого, кто во всем этом участвует, задуматься о том, действительно ли то, чего они хотят прямо сейчас, действительно полезно для них. их или нет.И это не мудро. В определенные моменты жизни для определенных людей получение желаемого может оказаться катастрофой. Может случиться так, что их желания нужно изменить, а не удовлетворить, или улучшить и усовершенствовать, руководствуясь истинной мудростью. Мы можем получить то, что хотим, помогая другим получить то, что они хотят, но должны ли мы всегда это делать, независимо от конкретных потребностей и их последствий? Новое-старое высказывание можно использовать, чтобы побудить торговца наркотиками предлагать своим клиентам более опасные, разрушительные вещества и более либерально.И это явно не путь мудрости.

Я люблю помогать людям в достижении их целей, но только в том случае, если эти цели им подходят и принесут им истинное удовлетворение и счастье, а не катастрофу и сожаление. Поэтому я помогаю им задуматься над всеми важными вопросами. Для философа понимание должно предшествовать лучшим жизненным достижениям и направлять их. Мудрость — это все. Тогда придет настоящее богатство. Поэтому я говорю:

Софистика не для меня/Я предпочитаю/Философию.

 

История философии 6

История философии 6 Центр Жака Маритена: История философии / Уильям Тернер

ГЛАВА VI


СОФИСТЫ

Софистическая философия, составляющая столь важный кризис в история греческой мысли и цивилизации зародилась в предшествующие системы.Кульминацией атомистического материализма стал софизм. Протагора; учения Гераклита проложили путь к скептицизму, как показал Кратил, учитель Платона; и Горгий Софист просто довел до крайности диалектический метод, введенный Зенон Элейский. Все эти школы — атомистическая, гераклитовская, элейская. — как уже было сказано, атаковали с помощью благовидных заблуждений достоверность обыденного сознания, так что до Сократа появился на месте, чтобы определить условия научной знания, никакое положительное развитие философии было невозможно.Тем временем ничего не оставалось, как отрицать возможность достижения знание. Именно это и сделали софисты: они первые Скептики Греции.

Таким образом, существовала неизбежная тенденция со стороны преобладающего философия достигла кульминации в скептицизме. Кроме социальные и политические условия того времени способствовали тому же результатом нарушения моральных и религиозных идеалов, которые афиняне до сих пор считалось традицией. Персидские войны и военные достижения последующих лет вызвали переворот в общественно-политическое положение Афин.Старые идеи были приспосабливаясь к новым обстоятельствам, масштабы образования расширенный; словом, «вся эпоха была проникнута духом революции и прогресса», и ни одна из существующих сил не могла удержать этот дух в чеках Мы должны учитывать также развитие поэзии и особенно драмы. «Все действие драмы» говорит Целлер, «комическое, так же как и трагическое, основано (в настоящее время) на столкновение обязанностей и прав — о диалектике нравственных отношений и обязанности.» {1} Период революции и перестройки.

История софистов . Слово Софист , этимологически считается, обозначает мудрого человека. В ранний досократовский период означал того, кто сделал мудрость или учение мудрости своей профессией. Позднее злоупотребление диалектическим спором, которым были охвачены софисты, виновный сделал имя софизмом синонимом заблуждение .

Софисты процветали примерно с 450 г. до н.до 400 г. до н.э.; не то Софизм как профессия в последнее время совершенно исчез, но, после появления Сократа в качестве учителя значение Софист превратился в ничтожество.

Первые софисты изображаются путешествующими из города в город. собирая вокруг себя молодых людей и сообщая им рассмотрение определенных сборов инструкция, необходимая для проведения общественных дел. В инструкции, которую они дали, они не установили значения на объективной истине; действительно, идеалом, к которому они стремились, было искусство заставить худшее казаться лучшей причиной, и наоборот.Готовность изложение и изложение аргументов в благовидной манере были что они притворялись, что учат.

Такова история школы в целом. Главными софистами являются Протагор из Абдеры, индивидуалист ; Горгий Леонтинский, нигилист ; Гиппий Элидский, эрудит ; и Продик Кеосский, моралист .

Источники . Трудно, как указывает Платон {2} , определить точно характер софиста.Софисты не оставили фиксированных теоремы, одинаково признанные всей школой. Они были характеризуется скорее своим образом мышления, чем каким-либо фиксированным содержанием мысли. Кроме того, Платон, Аристотель и все другие наши авторитеты так откровенно враждебны софистам и поднимают столь неразумные возражения против софизма (например, когда они обвиняют софистов в обмене простое подобие знания на золото), что мы должны взвесить и проверить каждое их заявление, прежде чем мы сможем принять его в качестве доказательства. ДОКТРИНЫ

Протагор из Абдеры (родился около 480 г. до н.C.) Написал много произведений, из которых, однако, сохранились лишь несколько фрагментов. Платон {3} следы мнения Протагора к влиянию Гераклита. Ничего, все становится; но даже это Становление относительно. Как это делает глаз не видеть, кроме как когда на него воздействуют, так что объект не окрашенный, за исключением случаев, когда он действует на глаз. {4} Ничего, следовательно, становится в себе и для себя, но только для воспринимающего субъекта.

Следовательно, поскольку объект представляется различным субъектам по-разному, нет объективной истины: человек есть мера всех вещей.Платон по-видимому, сообщает об этом как о самих словах Протагора {5} : phêsi gar pou pantôn chrêmatón метрон антропон эйнай тон мен онтон хос эсти, tôn de mê ontôn hôs ouk estin .

Grote {6} и другие сомневаются, действительно ли указанное выше является линией мысль, которой следовал сам Протагор. И у Платона, и у Аристотеля мы находим намеки на использование Протагором диалектики введен Зеноном. Более того, если мы хотим сделать аргумент действительным, мы Должны, прежде чем заключить, что все знания относительны , ввести атомистический принцип, согласно которому все знания обусловлены физические изменения.

относительность знания , как ее исповедовал Протагор, есть отрицание всякой объективной истины и уменьшение знаний к индивидуальному мнению. Из этого следует, что утверждение и его противоположность одинаково истинны, если они кажутся разные люди, чтобы быть правдой. Таким образом, Протагор положил основа эристического метода, — метод спора, — который связан с именем Софиста и который носили к таким крайностям софисты позднейшего времени.

« О богах , — сказал Протагор, — я ничего не могу знать, ни что они есть и что их нет. Есть многое, что мешает нам достижения этого знания — неясность предмета и краткости человеческой жизни.» Это знаменитые слова, которыми, согласно Диогену, {7} Протагор начал трактат, который был составлен на основании обвинения в нечестии и в конечном итоге привело к его изгнанию из Афин. Они содержат профессию агностицизма.Возможно, контекст, если бы он у нас был, показал бы, пошел ли Протагор дальше и действительно исповедовал атеизм, в преступлении которого его обвиняли.

Горгий из Леонтини, современник Протагора, сочинил трактат «О природе, или несуществующем », который сохранился Секст Эмпирик. Мы обладаем, как второстепенная власть, частью псевдоаристотелевский трактат О Ксенофане и др.

Так как целью Протагора было показать, что все одинаково правда, можно сказать, что Горгий стремился показать, что все одинаково ложно.Последнее доказывается диалектическими рассуждениями. что (1) Ничего не существует; (2) Даже если бы он существовал, его нельзя было бы узнать; и (3) Даже если бы знание было возможно, оно не могло бы быть общался. {8}

Гиппий Элиды, младший современник Протагора, был выдающийся даже среди софистов тщеславием, с которым он его мастерство в риторике, математике, астрономии и археологии. Он хвастался, что может сказать что-то новое на любую тему, как бы часто это ни можно было обсудить.Платон {9} приписывает ему высказывание о том, что закон есть тиран людей, так как он предписывает многое противное природе. Это было, вероятно, подразумевался как смелый парадокс, один из многих приемов, с помощью которых софисты вызвал восхищение афинян.

Продик с Кеоса также был современником Протагора. Таково было уважением, которым его пользовался Сократ, что последний часто называл себя его учеником и, не колеблясь, направлял молодых людей на его для обучения.

Продик наиболее известен своими моральными речами, в которых он показывает совершенство добродетели и страдание жизни, посвященной удовольствиям. Самая знаменитая из этих бесед называется « Геркулеса на вершине». Перекресток . Выбор карьеры, использование богатства, необоснованность страха смерти, являются одними из тем на которые он произносил увещевания.

Несмотря на все это, Продик как софист не мог последовательно избегать морального скептицизма.Если нет правды, нет закона. Если это верно то, что кажется правдой, то хорошо то, что кажется хорошо. Соответственно, он не пытался определить добродетель или моральное благо: он просто рисовал этические идеалы, скорее увещевая, чем обучение. Первым, кто попытался систематически рассматривать этические проблем был тот, кто первым стремился зафиксировать условия научного познание через понятия, — Сократ, у которого второй период начинается греческая философия.

Историческая позиция .Софистическая философия явилась результатом комплекс влияний, сформировавших социальные, политические, философские, и религиозные условия Афин во второй половине V в. век до Рождества Христова. Это была философия, которая соответствовала той эпохе. Перикл находил удовольствие в обществе софистов, Еврипид их, Фукидид искал у них наставлений, а Сократ послал им ученики.

Однако софизм не был продвижением философской мысли. это верно, что он обращал внимание на субъективное элемент человеческого познания.На самом деле, это сделало субъективный элемент все в знании; она свела истину к уровню мнений, и сделал человека мерой всех вещей. И в этом заключалась существенная ошибка софизм, искажающий всю систему. Софизм не был началом эпохи в философии: точнее, это был конец эпохи который предшествовал Сократу. Поступательное движение мысли не возобновилось пока Сократ не показал, что знание далеко не субъективным, как он есть, из полностью объективного.Это Сократ, следовательно, кто открывает новую эру.

Ретроспектива . Греческая философия демонстрирует в своей исторической развитие ритма движения, совершенного в простоте формула, по которой оно выражается — объективное, субъективное — объективный, субъективный . Досократовская философия была объективна; в философия Сократа и сократических школ была отчасти объективной, отчасти субъективным, в то время как философия более поздних времен была почти полностью субъективно.Объективностью досократовской философии является означало, что:

1. Он занимался почти исключительно проблемами физическом мире, уделяя мало внимания изучению человека, его происхождения, достоинства и судьбы.

2. Он не занимался проблемами эпистемологии. Сначала все чувственные представления были восприняты без вопросов или критики как истинное изображение действительности, и даже когда элеаты отличались между разумом и чувством они не пошли дальше определение условий рационального познания.

3. Этика не изучалась научно; по сравнению с космогонией, космологии и метафизике ей не уделялось должного внимания.

Короче говоря, философия Греции до Сократа обладала все наивность , которую можно было ожидать в первом спекулятивные попытки народа, который никогда не уставал от природы и никогда искали свои идеалы за пределами природы.


{1} Оп. цит. , II, 403.

{2} Софис., 218 С.

{3} Театр. , 160 Б.

{4} Арист., мет. , IX, 3, 1047 а,

{5} Театр. , 152 А.

{6} Платон , II, 322.

{7} IX, д. 51.

{8} См. секс., Матем. , а трактат О Ксенофане и др., apud Риттер и Преллер, op. цит. , стр. 189 и далее.

{9} Протаг. , 337 С.

<< История философии >>

Энциклопедия искусства и популярной культуры

Из Энциклопедии искусства и популярной культуры

(Перенаправлено с софистов)

В современном использовании софизм , софист и софистика используются уничижительно. Софизм — это ложный аргумент, направленный на то, чтобы ввести в заблуждение. Софист — это человек, который рассуждает умными, но ошибочными и вводящими в заблуждение аргументами.

Исторически Софизм был методом обучения. В Древней Греции софистов были категорией учителей, которые специализировались на использовании приемов философии и риторики с целью обучения arete — превосходству или добродетели — преимущественно молодых государственных деятелей и знати. Практика взимания денег за образование и предоставление мудрости только тем, кто мог платить, привела к осуждению, сделанному Сократом через Платона в его диалогах, а также в « Memorabilia » Ксенофонта.В таких произведениях софистов изображали «лживыми» или «обманчивыми», отсюда и современное значение этого термина.

A софист σοφιστής, софист ) был особым учителем в Древней Греции, в пятом и четвертом веках до нашей эры. Многие софисты специализировались на использовании инструментов философии и риторики, хотя другие софисты преподавали такие предметы, как музыка, атлетика и математика. В целом они утверждали, что обучают arete («превосходство» или «добродетель» в применении к различным предметным областям) преимущественно молодых государственных деятелей и знати.

Термин произошел от греческого σόφισμα, sophisma , от σοφίζω, sophizo «Я мудр»; даровать σοφιστής, sophistēs , что означает «мудрец, тот, кто творит мудрость», и σοφός, sophós , что означает «мудрец».

Софисты Древней Греции

Греческое слово софист (sophistēs) происходит от слов sophia и sophos, означающих «мудрость» или «мудрый» со времен Гомера, и первоначально использовалось для описания опыта в определенном знании или ремесле.Однако постепенно это слово стало также обозначать общую мудрость и особенно мудрость в отношении человеческих дел (например, в политике, этике или ведении домашнего хозяйства). Это значение приписывалось семи греческим мудрецам 7-го и 6-го веков до нашей эры (таким как Солон и Фалес), и именно это значение появилось в историях Геродота. Ричард Мартин называет семерых мудрецов «исполнителями политической поэзии».

Софисты были философами-учителями, которые путешествовали по Греции, обучая своих учеников всему, что было необходимо для достижения успеха в жизни, включая риторику и ораторское искусство.Это были полезные навыки, когда умение убеждать могло привести к политической власти и экономическому богатству. Афины стали центром их деятельности из-за их терпимости к свободе слова и доступного богатства. Между софистскими учениями существовали многочисленные различия, и они читали лекции по таким разным предметам, как семантика и риторика, онтология, гносеология. Софисты учили своим убеждениям за немалую цену.

Софисты стали популярны после развития мысли и общества в Афинах в пятом веке до нашей эры.C. Они предлагали практическое образование с учениями, которые включали размышления о природе вселенной, а также об искусстве жизни и политике. Они считали, что закон есть соглашение между людьми и что справедливости не существует. Среди софистов наиболее известны Протагор, Горгий, Продик, Гиппий, Фрасимах, Калликл, Ликофрон, Антифон и Кратил.

Ранние софисты пользовались большим уважением, но вскоре они стали непопулярными и стали предметом большого противодействия и споров из-за высоких гонораров и радикальных вызовов условностям.Единственные граждане, у которых были деньги, чтобы учиться у софистов, происходили из аристократического класса, а это означало, что многие граждане не могли учиться у них. Также считалось, что учителя-софисты угождают общественному мнению, чтобы привлечь большее количество учеников, а не заботиться об истине.

До написания Платона слово «софист» могло использоваться как в уважительном, так и в пренебрежительном титуле, подобно тому, как сегодня используется слово «интеллектуал». Именно в диалоге Платона «Софист» впервые записана попытка ответить на вопрос «Что такое софист?» сделан.Платон описывал софистов как наемных охотников за молодыми и богатыми, как торговцев знаниями, как спортсменов в словесном состязании и очистителей душ. Из оценки Платоном софистов можно заключить, что софисты предлагают не истинное знание, а только мнение о вещах. Платон описывает их как тени истинных ранних софистов и писал: «…искусство создания противоречий, происходящее от неискреннего вида тщеславной мимикрии, породы создания видимости, происходящее от создания образов, отличающееся как часть, а не божественное но человеческое, произведенное, представляющее игру теней слов, — таковы кровь и родословная, которые можно с совершенной истиной отнести к подлинному софисту».Платон стремился отделить софиста от философа. Если софистом был человек, зарабатывающий себе на жизнь обманом, то философ был любителем мудрости, искавшим истину. Чтобы придать философам большее доверие, софисты должны были получить отрицательную коннотацию.

Большинство софистов утверждали, что учат arête («совершенство» или «добродетель») в управлении и управлении не только собственными делами, но и делами города. До пятого века до нашей эры считалось, что аристократическое происхождение делает человека достойным ареты и политики.Однако Протагор, которого считают первым софистом, объяснил, что arête является результатом обучения, а не рождения.

Протагор был одним из самых известных и успешных учителей. Он обучал своих учеников необходимым навыкам и знаниям для успешной жизни, особенно в политике, а не в философии. Он обучал своих учеников спорить с обеих точек зрения, потому что считал, что истина не может быть ограничена только одной стороной аргумента. Протагор писал на самые разные темы, и некоторые фрагменты его работ сохранились.Он автор известного высказывания «Человек есть мера всех вещей», которое является вводной фразой работы под названием « Истина ».

Горгий — еще один известный софист. Сочинения Горгия демонстрируют его способность усиливать нелепые и непопулярные позиции. Горгиас является автором утерянной работы, известной как «О несуществующем », в которой основное внимание уделяется аргументу о том, что ничего не существует. В нем он пытается убедить своих читателей в том, что мысль и существование разные.

Для сравнения, Сократ не брал гонорара, а вместо этого демонстрировал скромную позу, примером которой он служил сократовское вопрошание (то есть метод Сократа, хотя Диоген Лаэртский писал, что Протагор — софист — изобрел «сократовский» метод). Его отношение к софистам отнюдь не было оппозиционным; в одном диалоге Сократ даже заявил, что софисты были лучшими педагогами, чем он, что он подтвердил, отправив одного из своих учеников учиться у софиста. В. К.К. Гатри классифицировал Сократа как софиста в своей «Истории греческой философии» .

Сохранились лишь части сочинений софистов, и в основном они известны от Платона, философа, который помог заложить основы западной философии и науки. Платон изучал философию под руководством Сократа. Платон обсуждает свой взгляд на мысль софистов, хотя его отношение в целом враждебно. Из-за своей оппозиции он в значительной степени ответственен за современный взгляд на софиста как на скупого наставника, который обманывает.Он изображает Сократа как опровергающего некоторых софистов в нескольких Диалогах . Эти тексты изображают софистов в нелестном свете, и неясно, насколько точным или справедливым может быть их изображение Платоном; однако Протагор и Продик изображаются в основном в положительном свете в «Протагоре» (диалог). Другой современник, драматург-комик Аристофан, критикует софистов как мастеров слова. Аристофан не делал различий между софистами и философами, как это делал Сократ, и полагал, что и те, и другие будут отстаивать любую точку зрения за достойную плату.В комедийной пьесе Аристофана «Облака» Стрепсиад ищет помощи у Сократа (пародия на настоящего философа), чтобы не платить по долгам. В пьесе Сократ обещает научить сына Стрепсиада аргументированно уклоняться от уплаты долгов.

Некоторые ученые, такие как Уго Зилиоли, утверждают, что софисты придерживались релятивистского взгляда на познание и знание. Однако это может включать в себя греческое слово «докса», что означает «культурно разделяемое убеждение», а не «индивидуальное мнение».Их философия содержит критику религии, права и этики.

В некоторых случаях, таких как Горгий, некоторые из его работ сохранились, что позволяет судить об авторе на его собственных условиях. Однако в большинстве случаев знание софистской мысли происходит из фрагментарных цитат, лишенных контекста. Многие из этих цитат исходят от Аристотеля, который, кажется, относился к софистам с пренебрежением.

С конца I века н.э. вторая софистика, философское и риторическое движение, была главным выражением интеллектуальной жизни.Термин «второй софист» происходит от Филострата, который, отвергнув термин «новый софист», проследил начало движения до оратора Эсхина в 4 веке до нашей эры. Но его самым ранним представителем действительно был Никита Смирнский, живший в конце I века нашей эры. В отличие от первоначального софистического движения V века до нашей эры, Второй софист мало интересовался политикой. Но в значительной степени это было необходимо для удовлетворения повседневных потребностей и решения практических проблем греко-римского общества.Он стал доминировать в высшем образовании и оставил свой след во многих формах литературы.

Несмотря на оппозицию со стороны философов Сократа, Платона и Аристотеля, ясно, что софисты оказали огромное влияние на ряд сфер, в том числе на рост знаний и на этическую политическую теорию. Их учения, хотя и противоречивые, оказали огромное влияние на мысли пятого века до нашей эры. Софисты отвернулись от теоретического естествознания к более разумному рассмотрению человеческих дел, улучшения и успеха человеческой жизни.Они объяснили, что божественные божества больше не могут быть объяснением человеческих действий.

Во многом благодаря влиянию Платона и Аристотеля философия стала рассматриваться как отдельная от софистики, причем последняя считалась благовидной и риторической, практической дисциплиной. Таким образом, ко времени Римской империи софист был просто учителем риторики и популярным оратором. Например, Либаний, Гимерий, Элий Аристид и Фронтон были в этом смысле софистами.

Софисты и демократия

Риторические приемы софистов были чрезвычайно полезны для любого молодого дворянина, ищущего государственные должности.Социальные роли, которые исполняли софисты, имели важные последствия для афинской политической системы в целом. Исторический контекст свидетельствует об их значительном влиянии, поскольку Афины становились все более и более демократичными в период, когда софисты были наиболее активны.

Конечно, софисты не несли прямой ответственности за афинскую демократию, но их культурный и психологический вклад сыграл важную роль в ее росте. Частично они внесли свой вклад в новую демократию, поддерживая опыт публичных обсуждений, поскольку это было основой принятия решений, что позволяло и, возможно, требовало терпимости к убеждениям других.Это либеральное отношение, естественно, вылилось в афинское собрание, поскольку софисты приобретали все более влиятельных клиентов. Непрерывное обучение риторике давало гражданам Афин «способность создавать отчеты об общественных возможностях с помощью убедительной речи». Это было чрезвычайно важно для демократии, так как давало возможность разрозненным и иногда внешне непривлекательным взглядам быть услышанными в афинском собрании.

Кроме того, софисты оказали большое влияние на раннее развитие права, так как софисты были первыми юристами в мире.Их статус юристов был результатом их чрезвычайно развитых навыков аргументации.

Софисты и образование

Софисты были печально известны тем, что утверждали, что учат добродетели/совершенству, и тем, что брали плату за обучение.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.