Роджерс взгляд на психотерапию становление человека: Становление личности. Взгляд на психотерапию | Роджерс Карл Рэнсом

Роджерс К. Становление личности. Взгляд на психотерапию

«Становление личности» — одна из наиболее значительных работ выдающегося психолога, психотерапевта и мыслителя Карла Роджерса. В ней описан его уникальный и богатый опыт помощи людям в поиске их пути к психическому здоровью, развитию, личностному росту и полноценной жизни через осознание собственных возможностей.
Описывая свой подход, который в полной мере изложен в этой книге, Роджерс ссылался на Лао-Цзы:
«Если я не вмешиваюсь в дела людей, они заботятся о себе сами;
Если я не командую людьми, они действуют сами;
Если я не читаю людям проповеди, они совершенствуются сами;
Если я не навязываю людям свои взгляды, они становятся сами собой».
Помимо детального, всестороннего анализа психотерапевтического процесса, его особенностей и основных стадий, данная работа охватывает такие актуальные темы, как условия успешности психотерапии, необходимые качества психотерапевта и характеристики его поведения, развитие личности в терапевтическом процессе, становление полноценно функционирующего человека, применение принципов клиент-центрированной психотерапии в образовании, обучении и семейной жизни.


Для психологов, педагогов, социальных работников, начинающих и уже практикующих психотерапевтов, учащихся психологических, педагогических и социальных направлений подготовки, а также для широкого круга читателей, интересующихся прикладными аспектами психологии и психотерапевтической практикой.


Предисловие……………………………………………………………………………………………………..5
Часть I. ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА
Глава 1. «Это я»…………………………………………………………………………………………………….9

Часть II. КАК Я МОГУ ПОМОЧЬ?
Глава 2. Несколько гипотез относительно содействия личности в ее росте………………31
Глава 3. Характерные черты помогающего отношения……………………………38
Глава 4. Наши объективные и субъективные знания о психотерапии… 47
Часть Ш.ПРОЦЕСС СТАНОВЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ
Глава 5. Некоторые очевидные направления в процессе терапии. ………56
Глава 6. Что значит «становиться личностью»…………………………………………..73
Глава 7. Психотерапия как процесс………………………………………………………………86
Часть IV. ФИЛОСОФИЯ ЛИЧНОСТИ
Глава 8. Взгляд терапевта на цели человека……………………………………………..116
Глава 9. Взгляд психотерапевта на хорошую жизнь………………………………131
Часть V. РАБОТА С ФАКТАМИ: РОЛЬ ИССЛЕДОВАНИЙ В ПСИХОТЕРАПИИ
Глава 10. Личность или наука?……………………………………………………………………..141
Часть VI. ЧТО ПСИХОТЕРАПИЯ ДАЕТ ДЛЯ ЖИЗНИ?
Глава 11. Личные размышления об обучении и учении………………………..163
Глава 12. Значимость обучения в психотерапии и образовании………..168
Глава 13. Обучение, центрированное на учащихся. Опыт участника…..182
Глава 14. Значение клиент-центрированной терапии для семейной жизни……….197
Глава 15. Работа с нарушениями межличностного и межгруппового общения…..210
Глава 16. Предварительная формулировка общего закона
межличностных отношений…218
Глава 17. О теории творчества…226

Карл Роджерс СТАНОВЛЕНИЕ ЛИЧНОСТИ.ВЗГЛЯД НА ПСИХОТЕРАПИЮ

Читайте также

Карл Роджерс

Карл Роджерс Карл Роджерс (1902 — 1987) представляет одно из наиболее влиятельных направлений в американской психологии. В основном его имя связывается с разработанным им методом терапии, который многим обязан Отто Ранку, одному из пионеров психоанализа, порвавшему с

Карл Роджерс (1902–1987)

Карл Роджерс (1902–1987) Карл Роджерс известен прежде всего благодаря своему популярному в психотерапии методу под названием личностно — ориентирован — ная терапия. Концепция Роджерса так же, как и теория Маслоу, основывается на доминировании одного главного

Карл Рэнсом Роджерс (1902–1987)

Карл Рэнсом Роджерс (1902–1987) Карл Рэнсом Роджерс начал научную карьеру в 1927 г. в Институте детского воспитания в Нью–Йорке. Через год он поступил на кафедру изучения детей Общества по предотвращению жестокого обращения с детьми в Рочестере, штат Нью–Йорк. С 1940 г. Роджерс

Карл Роджерс (1902–1987) Как помочь людям, помочь самим себе

Карл Роджерс (1902–1987) Как помочь людям, помочь самим себе Карл Роджерс родился 8 января 1902 года в Оук-парке в семье убежденных протестантов. Когда он был подростком, семья переехала в Глен Эллен, где у Карла зародился интерес к сельскому хозяйству.

В 1919 году он поступил

Глава 10 Становление личности вопреки тревоге

Глава 10 Становление личности вопреки тревоге В отечественной и зарубежной психологии существует немало различных пониманий личности: от социокультурного феномена, постепенно возникающего в ходе переплетения мотивов и деятельностей ребенка, до понимания личности как

Карл Густав Юнг: аналитическая теория личности

Карл Густав Юнг: аналитическая теория личности Работы Фрейда, несмотря на их дискуссионный характер, вызвали желание у группы ведущих ученых того времени поработать вместе с ним в Вене. Некоторые из этих ученых со временем отошли от психоанализа, чтобы искать новые

Глава 11.

Феноменологическое направление в теории личности: Карл Роджерс

Глава 11. Феноменологическое направление в теории личности: Карл Роджерс Феноменологическое направление теории личности подчеркивает идею о том, что поведение человека можно понимать только в терминах его субъективного восприятия и познания действительности.

Карл Роджерс: феноменологическая теория личности Биографический очерк

Карл Роджерс: феноменологическая теория личности Биографический очерк Карл Рэнсом Роджерс (Carl Ransom Rogers) родился в Оук — парке (предместье Чикаго), штат Иллинойс, в 1902 году. Он был четвертым из шести детей, пять из которых были мальчиками. Его отец был инженером и

Вместо предисловия Карл Роджерс и его гуманистическая психология

Вместо предисловия Карл Роджерс и его гуманистическая психология Карл Роджерс — один из основоположников гуманистической психологии, создатель «клиент центрированной» психотерапии, зачинатель движения «Группы встреч»[1]; его книги и статьи привлекли к нему

IV.

Становление самостоятельной личности

IV. Становление самостоятельной личности В становлении партнерских отношений один из важнейших факторов, определяющих истинный их рост, может показаться довольно парадоксальным. Парадокс вот в чем: когда один из партнеров развивается в самостоятельную личность, то

5. Карл Роджерс. ДВЕ РАСХОДЯЩИЕСЯ ТЕНДЕНЦИИ

5. Карл Роджерс. ДВЕ РАСХОДЯЩИЕСЯ ТЕНДЕНЦИИ Во время конференции, на которой эта работа была зачитана впервые, меня попросили прокомментировать два момента – один включал в себя общую теорию психотерапии, основанную на теории научения, а другой – экзистенциальный подход

Глава 14. Карл Роджерс и перспектива центрированности на человеке

Глава 14. Карл Роджерс и перспектива центрированности на человеке Карл Роджерс оказал значительное влияние как на психологию и психиатрию, так и на образование. Он создал клиенто-центрированную терапию (client-centered therapy), был инициатором создания групп встреч (encounter groups),

Глава 1. Введение в когнитивную психотерапию расстройств личности

Глава 1. Введение в когнитивную психотерапию расстройств личности Психотерапия пациентов с различными расстройствами личности обсуждалась в клинической литературе с момента возникновения психотерапии. Рассмотренные Фрейдом классические случаи Анны О. (Breuer & Freud,

Становление личности

Становление личности Великие личности не созданы природой, а самостоятельно сделали себя тем, чем они были; они стали тем, чем хотели быть, и остались верными этому своему стремлению до конца жизни.

Гегель К 16 годам лобные доли мозга полностью сформировались. С этого

О становлении личности. Психотерапия глазами психотерапевта (Роджерс Карл Рэнсом)

00:00 / 15:26

01. Карл Роджерс О СТАНОВЛЕНИИ ЛИЧНОСТЬЮ. Предисловие. К читателю

01:18:12

02. Часть I. О СЕБЕ. Глава 1. ЭТО – Я

23:54

03. Часть II. КАК Я МОГУ ПОМОЧЬ. Глава 2. НЕСКОЛЬКО ГИПОТЕЗ, КАСАЮЩИХСЯ ПОМОЩИ В РОСТЕ ЛИЧНОСТИ

58:54

04. Глава 3. ХАРАКТЕРНЫЕ ЧЕРТЫ ПОМОГАЮЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ

32:56

05. Глава 4. НАШИ СУБЪЕКТИВНЫЕ И ОБЪЕКТИВНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ПСИХОТЕРАПИИ

01:43:31

06. Часть III. ПРОЦЕСС СТАНОВЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ. Глава 5. О НЕКОТОРЫХ НАПРАВЛЕНИЯХ РАБОТЫ В ПСИХОТЕРАПИИ

53:58

07. Глава 6. ЧТО ЗНАЧИТ СТАНОВИТЬСЯ ЛИЧНОСТЬЮ

01:44:42

08. Глава 7. ПОНЯТИЕ О ПСИХОТЕРАПИИ КАК ПРОЦЕССЕ

01:00:01

09. Часть IV. ФИЛОСОФИЯ ЧЕЛОВЕКА. Глава 8. БЫТЬ ТЕМ, КЕМ ТЫ ЕСТЬ НА САМОМ ДЕЛЕ

43:40

10. Глава 9. ХОРОШАЯ ЖИЗНЬ ГЛАЗАМИ ПСИХОТЕРАПЕВТА

01:24:26

11. Часть V. ПОСТИЖЕНИЕ ФАКТОВ. МЕСТО ИССЛЕДОВАНИЯ В ПСИХОТЕРАПИИ. Глава 10. ЛЮДИ ИЛИ НАУКА

56:08

12. Глава 11. ИЗМЕНЕНИЕ ЛИЧНОСТИ В ПСИХОТЕРАПИИ

01:40:58

13. Глава 12. ПСИХОТЕРАПИЯ, ЦЕНТРИРОВАННАЯ НА КЛИЕНТЕ, И ЕЕ ИССЛЕДОВАНИЯ+

16:51

14. Часть VI. КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ ПСИХОТЕРАПИИ ДЛЯ ЖИЗНИ. Глава 13. ЛИЧНЫЕ МЫСЛИ ПО ПОВОДУ ОБУЧЕНИЯ И НАУЧЕНИЯ

50:01

15. Глава 14. НАУЧЕНИЕ, ЗНАЧИМОЕ ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА — В ПСИХОТЕРАПИИ И В ОБРАЗОВАНИИ

52:15

16. Глава 15. ОБУЧЕНИЕ, ЦЕНТРИРОВАННОЕ НА УЧАЩЕМСЯ. ОПЫТ ЕГО УЧАСТНИКА

45:38

17. Глава 16. ЗНАЧЕНИЕ ПСИХОТЕРАПИИ, ЦЕНТРИРОВАННОЙ НА КЛИЕНТЕ, ДЛЯ СЕМЕЙНОЙ ЖИЗНИ

27:26

18. Глава 17. ПОДХОД К НАРУШЕНИЯМ МЕЖЛИЧНОСТНОГО И МЕЖГРУППОВОГО ОБЩЕНИЯ

27:26

19. Глава 18. ПРЕДВАРИТЕЛЬНАЯ ФОРМУЛИРОВКА ОБЩЕГО ЗАКОНА МЕЖЛИЧНОСТНЫХ ОТНОШЕНИЙ

43:28

20. Глава 19. К ТЕОРИИ ТВОРЧЕСТВА

01:01:22

21. Часть VII. НАУКА О ПОВЕДЕНИИ И ЧЕЛОВЕК. Глава 20. РАСТУЩАЯ СИЛА НАУК О ПОВЕДЕНИИ ЧЕЛОВЕКА

59:58

22. Глава 21. МЕСТО ЛИЧНОСТИ В НОВОМ МИРЕ НАУК О ПОВЕДЕНИИ

Становление личности. Взгляд на психотерапию (234556)

Полное описание

Становление личности одна из наиболее значительных работ выдающегося психолога, психотерапевта и мыслителя Карла Роджерса. В ней описан его уникальный и богатый опыт помощи людям в поиске их пути к психическому здоровью, развитию, личностному росту и полноценной жизни через осознание собственных возможностей. Описывая свой подход, который в полной мере изложен в этой книге, Роджерс ссылался на Лао-Цзы: Если я не вмешиваюсь в дела людей, они заботятся о себе сами; Если я не командую людьми, они действуют сами; Если я не читаю людям проповеди, они совершенствуются сами; Если я не навязываю людям свои взгляды, они становятся сами собой. Помимо детального, всестороннего анализа психотерапевтического процесса, его особенностей и основных стадий, данная работа охватывает такие актуальные темы, как условия успешности психотерапии, необходимые качества психотерапевта и характеристики его поведения, развитие личности в терапевтическом процессе, становление полноценно функционирующего человека, применение принципов клиент-центрированной психотерапии в образовании, обучении и семейной жизни. Для психологов, педагогов, социальных работников, начинающих и уже практикующих психотерапевтов, учащихся психологических, педагогических и социальных направлений подготовки, а также для широкого круга читателей, интересующихся прикладными аспектами психологии и психотерапевтической практикой.

ФИО Автора Карл Роджерс
Издательство Институт общегуманитарных исследований
Язык Русский
Переплет Мягкая обложка
Бумага Офсетная
Кол-во страниц 258
Формат печатный 60×90/16
Вес 270
Кому подарить Мужчине, Женщине, Студенту, Преподавателю, Психологу
Возраст 16+
Формат книги 145х215 мм
Серия книг Современная психология. Теория и практика

Карл роджерс становление личности взгляд на психотерапию. Роджерс К. Становление личности Взгляд на психотерапию становление человека

Карл Роджерс становление личности взгляд на психотерапию — страница №1/21

Карл Роджерс

СТАНОВЛЕНИЕ ЛИЧНОСТИ

ВЗГЛЯД НА ПСИХОТЕРАПИЮ

Перевод М.М.Исениной под редакцией д.п.н. Е.И.Исениной

C.Rogers. On Becoming a Person: A Therapists View of Psychotherapy. Boston, 1961


К.Роджерс. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М.: «Прогресс», 1994
Терминологическая правка В.Данченко
К.: PSYLIB, 2004

К читателю

Часть I


О СЕБЕ

  1. «Это – Я». Развитие моего профессионального мышления и личной философии

Часть II


КАК Я МОГУ ПОМОЧЬ?

  1. Несколько гипотез, касающихся помощи в росте личности

  2. Характерные черты помогающего поведения

  3. Наши субъективные и объективные представления о психотерапии

Часть III


ПРОЦЕСС СТАНОВЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ

  1. О некоторых направлениях работы в психотерапии

  2. Что значит «становиться личностью»

  3. Понятие о психотерапии как процессе

Часть IV


ФИЛОСОФИЯ ЧЕЛОВЕКА

  1. «Быть тем, кем ты есть на самом деле». Цели человека глазами психотерапевта

  2. Хорошая жизнь глазами психотерапевта. Полноценно функционирующий человек

Часть V


ПОСТИЖЕНИЕ ФАКТОВ.
МЕСТО ИССЛЕДОВАНИЯ В ПСИХОТЕРАПИИ

  1. Люди или наука? Философский вопрос

  2. Изменение личности в психотерапии

  3. Психотерапия, центрированная на клиенте, и ее исследования

Часть VI


КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ ПСИХОТЕРАПИИ ДЛЯ ЖИЗНИ?

  1. Личные мысли по поводу обучения и научения

  2. Научение, значимое для человека: в психотерапии и образовании

  3. Обучение, центрированное на учащемся. Опыт его участника

  4. Значение психотерапии, центрированной на клиенте, для семейной жизни

  5. Подход к нарушениям межличностного и межгруппового общения

  6. Предварительная формулировка общего закона межличностных отношений

  7. К теории творчества

Часть VII


НАУКИ О ПОВЕДЕНИИ И ЧЕЛОВЕК

  1. Растущая сила наук о поведении человека

  2. Место личности в новом мире наук о поведении

К читателю

Я был психотерапевтом 1 (консультантом по личным проблемам) более тридцати трех лет. Я и сам поражаюсь, когда говорю о таком сроке. Это значит, что в течение трети века я старался помочь самым разным людям: детям, подросткам и взрослым в учебных, профессиональных, личных и супружеских проблемах; «нормальным», «невротикам» и «душевнобольным» (я ставлю кавычки, чтобы показать, что все эти ярлыки вводят в заблуждение). Я помогал тем, кто приходил за помощью, и тем, кого ко мне присылали; тем, у кого были небольшие проблемы, и тем, кто совершенно отчаялся и потерял надежду в жизни. Считаю, мне очень повезло, что у меня была возможность близко узнать такое множество разных людей.

Исходя из своего клинического опыта и исследований, проведенных за эти годы, я написал несколько книг и статей. Работы, вошедшие в эту книгу, отобраны из числа тех, которые были написаны мною в последнее десятилетие, с 1951 по 1961 год. Я бы хотел объяснить, почему я издаю их в виде книги.

Во-первых, я считаю, что почти все из них имеют прямое отношение к жизни человека в нашем сложном современном мире. Это, конечно, не книга советов и не пособие типа «сделай сам», однако мой предыдущий опыт говорит о том, что данные работы затронули читателей и обогатили их. Они в какой-то мере придают уверенность человеку, который сам выбирает свой путь и идет по нему, чтобы стать таким, каким он хочет быть. Именно по этой причине мне бы хотелось, чтобы эти произведения были более доступны тем, кому они могли бы быть интересны. Моя книга – для «умных неспециалистов». Мне кажется это справедливым еще и потому, что все мои предыдущие книги предназначались для психологов и были малодоступны людям вне этой профессии. Я искренне надеюсь, что многие из тех, кто не интересуется ни консультированием, ни психотерапией, обнаружат, что знания, полученные в этой области, придадут им жизненных сил. Я также верю и надеюсь, что многие люди, которые никогда не обращались за помощью к консультанту, читая высказывания клиента во время сеанса психотерапии, почувствуют, что у них прибавилось мужества и уверенности в себе. Им будет легче понять свои собственные трудности, переживая в воображении борьбу других людей за свой личностный рост.

Другая причина, побудившая меня подготовить эту книгу, – большое число настоятельных просьб от тех, кто уже знаком с моей позицией в консультировании, психотерапии и теории межличностных отношений. Эти люди говорят, что хотят узнать о моих последних взглядах в этих областях, причем в доступной, удобочитаемой форме. Им надоело слышать о неопубликованных статьях, которые они не могут достать, и искать разрозненные работы в случайных журналах, – они желают, чтобы все эти работы были собраны в одной книге. Такая просьба лестна для любого автора. И она накладывает на меня обязательства, которые я постараюсь выполнить. Я думаю, читатели будут довольны подборкой работ, которая показывает, что книга предназначена для психологов, психиатров, учителей, воспитателей, школьных психологов, служителей культа, социальных работников, дефектологов, руководителей предприятий, специалистов по работе с персоналом, политологов и других, которые в прошлом признавали, что мои труды важны для их профессиональной деятельности. Эта книга посвящается им в самом прямом смысле слова.

Имеется и другая, более сложная личная причина, которая подвинула меня на создание книги. Это – поиск подходящей аудитории для моих идей. Мысль эта беспокоит меня уже более десяти лет. Я знаю, что пишу только для части психологов. У большинства из них интересы лежат в областях, где бытуют такие термины, как «стимул-реакция», «теория научения», «оперантное обусловливание» 2 , и они так привыкли рассматривать индивида 3 как объект, что содержание моих работ часто озадачивает их, если не раздражает. Я также сознаю, что пишу лишь для части психиатров. Для многих из них, возможно большинства, все истины психотерапии были уже давно открыты Фрейдом, у них отсутствует интерес к новым направлениям и их исследованию, они даже настроены против этого. Я также знаю, что пишу лишь для незначительной части психиатров, называющих себя консультантами, так как большинство их интересуется главным образом прогнозирующими тестами, измерениями и методами направляющей помощи.

Поэтому, когда дело доходит до публикаций, я чувствую себя неудовлетворенным, отдавая статью в профессиональный журнал, относящийся к одной из этих трех областей. У меня были публикации в таких журналах, однако большинство моих работ за последние годы скопились в виде неопубликованных рукописей, которые расходятся в виде ксерокопий. Это говорит о том, что я точно не знаю, как найти своих читателей.

В течение этого времени редакторы небольших и узкоспециализированных журналов познакомились с моими работами и попросили разрешение их напечатать. Я всегда отвечал согласием на их просьбы с тем лишь условием, чтобы у меня было право напечатать эти статьи где-либо позднее. Таким образом, большинство статей, написанных за это десятилетие, или не были опубликованы, или увидели свет в небольших, специализированных или второстепенных журналах.

Однако сейчас я пришел к выводу, что нужно выразить свои идеи в книге, чтобы они нашли своего читателя. Я уверен, что моими читателями будут представители самых разных профессий, далеких от моей. Таких, например, как философия или наука управления. Однако я верю, что эта аудитория будет иметь и нечто общее. Мне кажется, мои статьи относятся к такому направлению, которое может дать новый импульс и психологии, и психиатрии, и философии, и другим сферам знаний. Я еще не знаю, как мне назвать это направление, но в моих мыслях оно ассоциируется с такими прилагательными, как феноменологический, экзистенциальный, личностно-центрированный; с такими понятиями, как самоактуализация 4 , становление, рост; с такими людьми (в нашей стране), как Гордон Олпорт, Абрахам Маслоу, Ролло Мей. Отсюда можно сделать вывод, что, хотя эта книга будет значимой для многих специалистов с разными интересами, их будет объединять общий мотив: забота о человеке и его личностном росте в современном мире, который, как мне кажется, отвергает и унижает его.

И наконец, есть еще одна очень важная причина для появления в свет этой книги, причина, имеющая для меня огромное значение. В наше время надо гораздо больше знать и уметь, чтобы уменьшить напряженность в человеческих отношениях. Проникновения в бесконечность пространства и микромир атома вызывают благоговейный ужас, но, кажется, они приведут к всеобщему разрушению нашего мира, если только мы не достигнем больших успехов в понимании и налаживании отношений между отдельными людьми и группами. Я думаю, что знания, имеющиеся в этой области, очень скудны. Но я надеюсь, придет день, когда мы вложим деньги, равные стоимости одной-двух больших ракет, в исследования понимания человеческих отношений. Меня также очень беспокоит, что знания, которыми мы уже обладаем, не получили достаточного признания и не используются в жизни. Я надеюсь, из данной книги станет ясно, что у нас уже есть знания, которые, будучи внедренными в практику, помогли бы уменьшить расовые, международные и трудовые противостояния. Мне также кажется, что, если использовать эти знания в воспитании, они помогут развитию зрелых, понимающих, незакомплексованных личностей, способных конструктивно разрешать конфликты в своей дальнейшей жизни. Для меня будет настоящей наградой, если я таким образом смогу передать большому числу людей еще не используемые знания о межличностных отношениях.

Ну, довольно о причинах, вызвавших появление этой книги. Я лишь немного разъясню ее содержание. Собранные в ней работы отражают мои главные научные интересы в течение последних десяти лет 5 . Они были написаны для разных целей, для разных читателей или просто для собственного удовольствия. К каждой главе дано небольшое введение, в котором я пытаюсь объяснить, как появилась данная статья. Статьи представлены в книге таким образом, что в их содержании развивается общая тема, важная как для отдельной личности, так и для общества. При редактировании я исключил повторения, но отрывки с «вариациями на одну и ту же тему» были оставлены с тем, чтобы, как это делается в музыке, обогатить звучание основной темы. Работы не зависят одна от другой, поэтому читатель, если захочет, может выбрать для чтения любую их них в отдельности.

Говоря просто, цель этой книги – разделить с вами часть моего жизненного опыта, часть меня самого. Здесь изложено то, что я испытал в джунглях современной жизни, на неизведанной территории межличностных отношений. Здесь описано то, что я видел, во что я поверил. Здесь говорится о некоторых вопросах, затруднениях, заботах и сомнениях, с которыми я встретился. Надеюсь, что, разделив это все со мной, вы найдете что-то важное и для себя.

Отделение психологии и психиатрии
Университет штата Висконсин
Апрель 1961 года

Часть I


О СЕБЕО себе как о человеке
со своим жизненным опытом и знаниями

Глава 1

«ЭТО – Я»


развитие моего профессионального мышления
и личной философииВ этой главе объединены две мои беседы, посвященные самому себе. Пять лет назад меня попросили выступить на старшем курсе университета Брэндайс и рассказать не о моей теории психотерапии, а о себе. Как я начал думать именно так? Как я стал таким, каким я есть? Эти вопросы породили у меня массу мыслей, и я решил принять приглашение. В прошлом году Комитет Форума студенческого съезда штата Висконсин сделал мне подобное предложение. Они попросили меня рассказать о себе на лекциях из серии «Последняя лекция», где предполагается, что профессор по каким-то причинам читает свою последнюю лекцию и поэтому может раскрыться перед студентами. (Это просто удивительно, что в нашей системе образования профессор рассказывает о себе и своих личных взглядах только в случае самой жесткой необходимости.) Во время своей беседы в штате Висконсин я более глубоко раскрыл суть своих знаний, ту философскую тематику, которая обрела для меня смысл, чем сделал это во время первой беседы. В данной главе я соединил обе беседы вместе, стараясь сохранить ту неформальную атмосферу, в которой они протекали.

Реакция студентов на мои выступления заставила меня осознать, как люди жаждут хоть что-то узнать о человеке, который их обучает. Исходя из этого, я сделал данную главу первой в книге, надеясь, что она расскажет обо мне и таким образом создаст контекст для последующих глав и придаст им смысл.

* * *

Мне предложили поговорить с группой людей на тему «О себе». Конечно, услышав такое приглашение, я испытал разнообразные чувства, но я хотел бы выделить лишь одно из них – я почувствовал гордость, я почувствовал себя польщенным тем, что кто-то хочет узнать, что я за человек. Могу вас уверить, что такое предложение вызывает на откровенность. На откровенный вопрос я постараюсь ответить так искренно, как только смогу.

Итак, что я за человек? Я – психолог, основные интересы которого в течение многих лет лежали в области психотерапии. Что это значит? Я не собираюсь долго и нудно рассказывать вам о своей работе, но, чтобы выразить свое отношение к ней, мне хотелось бы привести здесь несколько абзацев из вступления к моей книге «Психотерапия, центрированная на клиенте» 6 . Во вступлении я пытался дать читателям прочувствовать тему данной книги, и поэтому писал следующее:

«О чем эта книга? Дайте мне ответить на этот вопрос, чтобы хотя бы до некоторой степени раскрыть тот жизненный опыт, который и составляет содержание книги».

«Эта книга о страданиях и надежде, о беспокойстве и удовлетворении, которыми дышит кабинет каждого терапевта. Она рассказывает об уникальности отношений, каждый раз возникающих между клиентом и терапевтом, а также и о том общем, что можно обнаружить во всех этих отношениях. Эта книга об очень личном опыте каждого из нас. Она – о клиенте в моей приемной, сидящем у края стола, старающемся быть самим собой и в то же время смертельно боящемся быть им, жаждущем увидеть свой опыт таким, как он есть, желающем полностью осознать его своим в данный момент и в то же время очень боящемся это сделать. Эта книга – обо мне, о том, как я сижу напротив клиента, участвую в этой борьбе, используя все свои душевные силы и чувства. Эта книга обо мне, о том, как я пытался проникнуть в жизненный опыт клиента, его чувственную окраску, воспринять смысл этого опыта, ощутить его вкус и привкус. Эта книга обо мне, о том, как я кляну свою человеческую склонность ошибаться и неверно понимать клиента, свои случающиеся ляпсусы в понимании того, какой ему кажется его жизнь; эти ошибки тяжелыми камнями падают на сложную тонкую сеть, сплетенную из нитей его личностного роста, который сейчас происходит. Эта книга обо мне, о том, как я радуюсь, что обладаю привилегией быть повивальной бабкой при рождении новой личности, о том, как я стою рядом и с благоговейным ужасом наблюдаю появление «Я», появление индивида, слежу за процессом рождения, в котором я сыграл важную, ускоряющую его роль. Эта книга и о клиенте, и обо мне, о том, как мы оба с удивлением наблюдаем за теми мощными и организованными силами, которые присущи этому жизненному опыту, силами, которые, кажется, лежат в основе всей вселенной. Эта книга, мне кажется, о жизни, о том, как она открывается в процессе психотерапии со своей слепой силой и огромной способностью к разрушению, но также с еще более сильным стремлением к развитию, если для него есть возможность».

Возможно, эти слова дадут вам некоторое представление о том, что я делаю и что я при этом чувствую. Я полагаю, вы также, возможно, захотите узнать, как я начал заниматься этим делом, какие решения мне пришлось принять на этом пути, какие выборы пришлось сделать сознательно или подсознательно. С вашего разрешения я попытаюсь осветить ряд психологических вех моей биографии, особенно те, которые относятся к моей профессиональной жизни.

Мои ранние годы
Я воспитывался в семье с очень крепкими семейными узами, в очень строгой, бескомпромиссной религиозно-этической атмосфере, в семье, где преклонялись перед добродетелью упорного труда. Я был четвертым из шести детей. Мои родители очень заботились о нас и о нашем благополучии. Они также во многом влияли на наше поведение, но делали это ненавязчиво и с любовью. Они считали, и я тоже был с ними согласен, что мы отличались от других людей – у нас не было никаких алкогольных напитков, танцев, карт, походов в театр, мало выходов в гости и много работы. Мне было трудно убедить моих собственных детей в том, что даже напитки с углекислым газом имеют несколько грешный аромат, и я помню, что испытал некоторое чувство греховности, когда открыл свою первую бутылку шипучки. Мы хорошо проводили время в кругу своей семьи, но не общались с другими людьми. Таким образом, я был довольно-таки одиноким мальчиком, который постоянно читал и в течение всей средней школы лишь два раза сходил на свидание.

Когда мне исполнилось двенадцать лет, родители купили ферму, и мы обосновались там. На это было две причины. Мой отец стал процветающим бизнесменом и хотел иметь ферму как хобби. Однако более важная, на мой взгляд, причина заключалась в том, что мои родители считали, что семья, где есть подростки, должна быть удалена от соблазнов жизни в пригороде.

Там у меня появились два увлечения, которые, вероятно, на самом деле имели действительное отношение к моей будущей работе. Меня очаровали большие ночные бабочки (книги Джин Страттон-Портер 7 были тогда в моде), и я стал настоящим знатоком пород ночных бабочек луне, полифимус, цикропиа и др., населяющих наши леса. Я трудился над их разведением в неволе, выращивая их из гусениц, хранил коконы в течение долгих зимних месяцев и вообще испытал все радости и горести ученого, который старается вести наблюдения за природой.

Мой отец решил, что работа на ферме должна проводиться на научной основе, и поэтому купил много специальных книг по земледелию. Он поддерживал своих сыновей в их первых попытках предпринимательства, поэтому у моих братьев и у меня были цыплята, и иногда мы выращивали новорожденных ягнят, поросят и телят. Занимаясь этим, я учился культурному земледелию, и только недавно понял, как глубоко вошел в науку, работая таким образом. Не было никого, кто бы сказал мне, что книга Морисона «Корма и кормление» не для четырнадцатилетнего подростка, и я с трудом прокладывал свой путь через ее страницы, приобретая знания о том, как проводятся эксперименты, как контрольные группы подбираются соответственно экспериментальным группам, как процедура рендомизации 8 обеспечивает постоянство условий, чтобы выявить влияние данных кормов на производство мяса или молока. Я узнал, как трудно проверять гипотезу. Я получил знания о научных методах в практической деятельности и стал их уважать.

Колледж и высшее образование
Я поступил в колледж штата Висконсин и стал изучать земледелие. Сильнее всего мне запомнилось страстное выступление одного из профессоров в области агрономии, которое относилось к обучению и использованию фактов. Он подчеркнул бесполезность энциклопедических знаний ради знаний и закончил свое выступление пожеланием: «Не будьте проклятой повозкой с боеприпасами, будьте ружьем!»

В течение первых двух лет обучения я сменил свою профессию. В результате нескольких эмоционально насыщенных религиозных студенческих конференций я перешел от профессии ученого агронома к духовной профессии – совсем небольшое перемещение! Я сменил предмет изучения – агрономию – на историю, думая, что это будет неплохой подготовкой к будущей деятельности.

На старшем курсе, я оказался одним из двенадцати студентов, посланных от США в Китай на международную конференцию Студенческой христианской федерации. Эта поездка имела для меня очень большое значение. Это был 1922 год, после окончания первой мировой войны прошло четыре года. Я увидел, как люто ненавидели друг друга французы и немцы, хотя сами по себе они были очень приятными людьми. Это заставило меня серьезно задуматься, и я пришел к выводу, что у искренних и честных людей могут быть совершенно разные религиозные взгляды. По сути, я впервые освободился от религиозной веры моих родителей и понял, что дальше вместе с ними я идти не могу. Из-за расхождений во взглядах наши отношения стали напряженными и причиняли нам душевную боль, но, оглядываясь назад, я думаю, что именно тогда я стал независимым человеком. В период обучения я не раз восставал и бунтовал против религии, но раскол четко наметился именно в те шесть месяцев, когда я был на Востоке и осмысливал эти проблемы, не испытывая давления семьи.

Хотя я излагаю факты, повлиявшие на мой профессиональный, а не личностный рост, я хочу кратко отметить одно очень важное событие моей личной жизни. Во время своего путешествия в Китай я влюбился в очаровательную девушку, которую знал с детства. И хотя мои родители неохотно дали согласие на брак, мы поженились, как только окончили колледж. Конечно, я не могу быть вполне объективным, но считаю, что ее верная, поддерживающая меня любовь и дружба в течение всех последующих лет многое дали мне и были очень важны для меня.

Чтобы подготовиться к религиозной работе, я выбрал Теологическую семинарию Юнион, которая в то время (1924) была самой либеральной. Я никогда не жалел о двух годах, проведенных там. Я познакомился с некоторыми выдающимися учеными и учителями, особенно хочу упомянуть д-ра Э.К.Мак-Гиффета, который искренне верил в свободу познания и в то, что истину надо искать независимо от того, куда она ведет.

Сейчас, хорошо зная университеты и аспирантуру, я действительно удивляюсь одному очень важному для меня событию в Юнион. Некоторые из нас почувствовали, что знания впихивают в нас, в то время как мы с самого начала хотели сами дойти до ответов на наши вопросы и сомнения и пойти по пути, на который они нас выведут. Мы попросили администрацию разрешить открыть семинар с зачетом, семинар без руководителя, программа которого была бы составлена из наших собственных вопросов. Понятно, что начальство было озадачено нашей просьбой, но оно ее удовлетворило! Единственное ограничение состояло в том, что молодой руководитель должен был присутствовать на семинаре, но по соглашению не принимать в нем участия, пока мы сами этого не захотим.

Я полагаю, нет нужды говорить, что этот семинар оправдал наши ожидания и многое прояснил. Я чувствую, что благодаря ему я очень продвинулся по пути той философии жизни, которую исповедую. Большинство студентов этой группы, обдумывая и решая поднятые ими проблемы, отказались от религии. Я был одним из них. Я почувствовал, что меня всегда будут интересовать проблемы смысла жизни и возможности ее реального улучшения для отдельного человека, но я не мог бы работать в той области, где необходимо верить в какую-то точно определенную религиозную доктрину. Мои верования в то время уже сильно изменились и могли бы продолжать меняться. Мне казалось ужасным заставлять себя исповедовать веру только для того, чтобы сохранить профессию. Я хотел найти область, где бы я был уверен, что свобода моей мысли не будет ничем ограничена.

Становление психологом
Но что это за область? В семинарии меня привлекали занятия и лекции по психологии и психиатрии, которые тогда только начинались. Гудвин Уотсон, Хэррисон Эллиот, Мариан Кенверси – все они способствовали развитию этого интереса. Я начал посещать больше курсов лекций в Педагогическом колледже Колумбийского университета, который находился на той же улице напротив семинарии. Я стал заниматься философией образования под руководством Уильяма X.Килпатрика 9 и нашел, что он великолепный педагог. Я втянулся и в практическую работу в детской клинике под руководством Литы Холлингверс – здравомыслящего и практичного человека. Меня привлекла работа по оказанию психологической помощи детям, так что постепенно и безболезненно я перешел в другую область – направляющей помощи детям – и начал считать себя клиническим психологом. Это была ступенька, на которую я легко взошел, подчиняясь скорей не четкому сознательному выбору, а лишь идя вслед за деятельностью, которая меня интересовала.

Когда я был в Педагогическом колледже, я подал заявление, и мне дали стипендию для вступления в должность интерна в Институте направляющей помощи детям 10 , только что образованном при поддержке Государственного фонда. В дальнейшем я был благодарен за то, что работал там в течение первого года становления Института. Царил хаос, но это означало, что можно было делать все, что хочешь. Я впитывал в себя активные фрейдистские воззрения сотрудников, таких, как Дэвид Леви и Лосон Лоури, и обнаружил, что они находятся в противоречии с научным, чисто объективным статистическим подходом в науке, который преобладал в Педагогическом колледже. Оглядываясь назад, я думаю, что необходимость разрешить это противоречие была очень ценным приобретенным мной опытом. В то время у меня было ощущение, что я живу в двух совершенно разных мирах, и «этим двум не встретиться никогда» 11 .

К концу интернатуры важно было получить работу, чтобы поддержать мою растущую семью, хотя моя докторская диссертация и не была завершена. Вакантных мест было немного, и я вспоминаю, какое чувство облегчения и радости охватило меня, когда я нашел работу. Меня взяли психологом в Отдел изучения ребенка Общества предотвращения жестокого обращения с детьми в Рочестере, штат Нью-Йорк. В отделе было три психолога, и моя зарплата составляла 2900 долларов в год.

Сейчас я смотрю на эту должность с удивлением и улыбкой. Причина моей радости заключалась в том, что это был шанс заниматься тем, чем я хотел. Тот факт, что при разумном рассмотрении это был профессиональный тупик, что я буду профессионально изолирован, что зарплата была мала даже по стандартам того времени, помнится, даже не приходил мне в голову. Я думаю, что у меня всегда было такое чувство, что, если мне дадут возможность заниматься тем, что мне более всего интересно, все остальное как-нибудь уладится.

Годы в Рочестере
Последующие 12 лет в Рочестере были для меня чрезвычайно полезны. По крайней мере первые восемь лет я был полностью поглощен работой практического психолога, проводя психотерапевтические беседы и занимаясь диагностикой и разработкой методов помощи несовершеннолетним преступникам и детям из малообеспеченных семей, которых нам присылали суд и агентства. Это был период сравнительной профессиональной изоляции, когда все было направлено на то, чтобы работать с нашими клиентами как можно эффективнее. Мы должны были принимать и успехи, и неудачи и в результате вынуждены были учиться. Выбирая тот или иной метод работы с этими детьми и их родителями, я задавался лишь одним вопросом: работает ли этот метод, эффективен ли он? Я обнаружил, что начал все чаще формулировать свою собственную позицию, исходя из повседневного рабочего опыта.

Я могу привести три примера из этого опыта, небольших, но очень важных для меня в то время. По-видимому, все они связаны со случаями разочарования – в авторитете, в материалах и в самом себе.

Готовясь к работе психолога, я был весьма увлечен работами доктора Уильяма Хили, в которых утверждалось, что в основе преступного поведения часто лежит сексуальный конфликт и что, если этот конфликт будет выявлен, преступное поведение прекратится. На втором или третьем году пребывания в Рочестере я очень много работал с молодым пироманом, у которого была необъяснимая тяга к поджогам. День за днем, беседуя с ним в камере предварительного заключения, я постепенно выяснил, что его желание восходило к сексуальным импульсам, связанным с мастурбацией. Эврика! Проблема была решена! Однако, будучи условно освобожден, он опять попал в ту же историю.

Я помню, какой это был для меня удар. Хили мог ошибаться! Возможно, я узнал что-то, чего Хили не знал. Почему-то этот случай заставил меня понять, что ошибки могут быть и в теориях авторитетов и что еще можно открыть что-то новое.

Следующее мое наивное открытие было другого рода. Вскоре после прибытия в Рочестер я проводил со студентами дискуссию о технике беседы. У меня имелся почти дословный опубликованный протокол беседы с одним родителем, в которой психолог выглядел как проницательный умный человек, быстро добравшийся до источника трудностей. Я был счастлив, что мог использовать этот протокол как пример хорошей техники ведения беседы.

Проводя подобное занятие несколько лет спустя, я вспомнил про этот отличный материал. Я отыскал его, перечитал и был потрясен. Теперь беседа казалась мне умно проведенным допросом, который убедил родителя в наличии у него неосознаваемых мотивов и вырвал из него признание вины. Сейчас я знаю по собственному опыта, что такая беседа не принесет настоящей пользы ни родителю, ни ребенку. Этот случай заставил меня прийти к выводу, что я должен отказаться от любого подхода, который к чему-то принуждает или подталкивает клиента, причем отказаться не из теоретических соображений, но потому, что такие подходы эффективны только с виду.

Третий случай произошел несколько лет спустя. Я научился более тонко и терпеливо интерпретировать клиенту его поведение, стараясь удачно выбрать для этого время и делать это так мягко, чтобы моя интерпретация была принята. Я работал с очень интеллигентной матерью, сын которой был маленьким чудовищем. Причина, очевидно, лежала в ее отвержении мальчика в прошлом, но на протяжении многих бесед я не мог помочь ей осознать это. Я старался привлечь ее внимание к этой теме. Я мягко приближал ее к тем обстоятельствам, о которых она мне сама рассказала, с тем чтобы она увидела их смысл. Но все было напрасно. Наконец я сдался. Я сказал ей, что, кажется, мы оба старались, но потерпели неудачу и что нам лучше всего расстаться. Она согласилась. На этом мы завершили беседу, попрощались, и она пошла к двери. Затем она обернулась и спросила: «А взрослых вы консультируете?» Когда я ответил утвердительно, она сказала: «Хорошо, тогда помогите мне». Она подошла к стулу, с которого только что встала, и начала выплескивать свое отчаяние по поводу замужества, запутанных отношений с мужем, своего смятения и неудач. Все это так отличалось от стереотипной «истории болезни», которую она преподнесла ранее! Тогда и началась настоящая психотерапия, и в конечном счете она была очень успешной. Этот случай был одним из многих, которые помогли мне ощутить, а потом и осознать, что именно клиент может знать, что его беспокоит, в каком направлении надо идти, какие проблемы для него существенны, какой жизненный опыт находится у него в глубинах сознания. Мне стало ясно, что до тех пор, пока у меня не будет необходимости демонстрировать свои ум и знания, в процессе психотерапии лучше опираться на клиента, когда выбираешь, куда двигаться и что делать.

Психолог или… ?
В это время я начал сомневаться, психолог ли я. Психологи Рочестерского университета дали мне понять, что то, что я делаю, – это не психология; они также не были заинтересованы в моем преподавании на отделении психологии. Я посещал заседания Американской психологической ассоциации и обнаружил, что доклады там в основном касались процессов научения у крыс и лабораторных экспериментов, не имеющих никакого отношения к тому, что делал я. Социальные работники – психиатры, казалось, говорили на моем языке, поэтому я стал проявлять интерес к профессии социального работника, работая в местных и даже в общенациональных отделениях. Только тогда, когда была образована Американская ассоциация по прикладной психологии, я стал действительно активно работать в качестве психолога.

Я начал читать лекции в университете на отделении социологии о том, как понимать трудных детей и обращаться с ними. Вскоре отделение образования также признало, что эти курсы относятся к психологии образования. (Перед тем как я уехал из Рочестера, отделение психологии также испросило разрешения занести их в программу, таким образом, я был признан психологом.) Только теперь, описывая эти события, я начинаю сознавать, как упорно я шел своим собственным путем, не заботясь о том, иду ли я в ногу с представителями моей профессии или нет.

Недостаток времени не дает мне возможности рассказать о том, как мной было открыто отделение Центра направляющей помощи в Рочестере, или о борьбе с некоторыми психиатрами, которая также была частью моей жизни в то время. Эти административные заботы не имели особого отношения к развитию моих идей.

Мои дети
Период раннего детства моих сына и дочери совпал с периодом моей работы в Рочестере. Их развитие научило меня гораздо большему, чем любое профессиональное обучение. Мне кажется, в то время я не был хорошим отцом; к счастью, у них была великолепная мать – моя жена, благодаря которой я постепенно становился все более и более понимающим родителем. Конечно, бесценным было то преимущество, которое я имел в эти годы и позже, общаясь с двумя прекрасными восприимчивыми душами, с их горестями и радостями детства, с натиском и трудностями подросткового возраста, с их взрослением и началом собственной семейной жизни. Я думаю, что и моя жена считает одним из самых лучших достижений, которое мы когда-либо имели, то, что мы можем близко, по-настоящему общаться со своими взрослыми детьми и их супругами, а они – с нами.
Годы в штате Огайо
В 1940 году я принял предложение преподавать в университете штата Огайо. Уверен, что единственной причиной, по которой меня пригласили, была моя книга «Клиническое лечение трудного ребенка», которую я вымучил во время каникул и кратких отлучек. К моему удовольствию и чего я совсем не ожидал, мне предложили должность профессора. Я от всей души рекомендую начинать свою карьеру в научном мире на этом уровне. Я часто чувствовал благодарность за то, что не вступал в унижающее ученого соревнование в продвижении «ступенька за ступенькой» по лестнице карьеры на факультетах университета, участники которого усваивают лишь один урок – не высовываться.

Именно пытаясь научить студентов-выпускников университета Огайо тому, что я узнал о лечении и консультировании, я, пожалуй, впервые начал понимать, что на основе своего опыта сформировал совершенно отличный от других взгляд на эти проблемы. Когда же я постарался очертить контуры некоторых моих идей и представить их в статье, опубликованной в декабре 1940 года в Миннесотском университете, реакция окружающих была очень бурной. В первый раз я почувствовал, что моя новая теория, которая казалась мне блестящей и полной великолепных возможностей, представляла угрозу для других людей. То, что я очутился в центре критики, доводов за и против, обескуражило меня и заставило задуматься. Несмотря на это, я чувствовал, что мне есть что сказать, и я написал рукопись «Консультирование и психотерапия», изложив в ней то, что, по моему мнению, было более эффективным направлением в психотерапии. И опять с некоторым удивлением я сейчас сознаю, как мало я старался быть практичным. Когда я представил рукопись, издатель счел ее интересной и новаторской, но хотел знать, для какого курса и университета она предназначается. Я ответил, что знаю только две возможности ее использования – курс, где я преподавал, и еще один курс в другом университете. Издатель полагал, что я сделал большую ошибку, не приспособив мой текст к соответствующим университетским курсам. Он очень сомневался, сможет ли продать 2000 экземпляров книги, необходимых для покрытия расходов на ее издание. И только тогда, когда я сказал, что отдам книгу в другое издательство, он решил вступить в игру. Я не знаю, кто из нас был более удивлен – к настоящему времени уже продано 70 000 экземпляров, и спрос еще не удовлетворен.

Недавние годы
Я думаю, что последующая моя профессиональная жизнь – 5 лет в штате Огайо, 12 – в Чикагском университете и 4 года в Висконсинском университете – хорошо отражена в тех книгах, которые я написал. Я кратко изложу некоторые итоги, важные для меня.

Я научился входить во все более глубокие психотерапевтические отношения со все растущим числом клиентов. Это и сейчас, и в прошлом приносило мне большое удовлетворение. Временами и сейчас, и тогда было очень тяжело, когда сильно страдающий человек, кажется, требует от меня большего, чем у меня есть, чтобы удовлетворить его нужды. Психотерапия требует от терапевта постоянного личностного роста, а это иногда болезненно, хотя в конечном счете приносит свои плоды.

Я бы также хотел отметить все возрастающую важность для меня исследовательской работы. Психотерапия – это опыт, в котором я могу быть субъективен. Исследования – это опыт, в котором я отстраняюсь и стараюсь рассмотреть богатый субъективный опыт объективно, применяя все элегантные методы науки, чтобы определить, не обманываю ли я себя. Во мне растет убеждение, что мы откроем законы личности и поведения, которые так же важны для прогресса человека и его понимания, как закон тяготения или законы термодинамики.

На протяжении последних двух десятилетий я как-то привык к борьбе, но все же меня удивляет ответная реакция на мою теорию. Мне всегда казалось, что я излагал свои мысли лишь как предположения, которые могут быть приняты или отвергнуты читателями или учащимися.

В различных местах в разное время мои идеи вызывали чувства гнева, презрения, критику у психологов, консультантов и педагогов. И как только у этих специалистов страсти улеглись, они опять разгорелись среди психиатров, некоторые из которых чувствуют в моей работе угрозу их наиболее оберегаемым и незыблемым принципам. Волны критики нанесли мне, пожалуй, не больший урон, чем тот, который нанесен некритичными и нелюбознательными «учениками» – теми, кто взял что-то новое из моей теории и пустился в баталии со всеми без исключения, используя в качестве оружия и правильные, и неправильные интерпретации моей личности и моих идей. Иногда мне бывает трудно понять, кто больше нанес мне урона – мои «друзья» или мои враги. Очевидно, частично из-за необходимости сражаться я стал очень ценить возможность уйти от людей, уединиться. Мне кажется, самыми плодотворными в моей работе были периоды уединения от других людей, их мыслей, профессиональных контактов и повседневных требований, когда я мог увидеть перспективу своей работы. Мы с женой нашли глухие места в Мексике и на берегу Карибского моря, где никто не знает, что я психолог, и где моими главными занятиями служат живопись, цветная фотография, плавание с аквалангом. Однако именно в этих уголках, работая не более 2-4 часов в сутки, я достиг за последние годы бóльших успехов, чем когда-либо. Я очень ценю преимущества уединения.

Некоторые существенные итоги

моего познания людейВ предыдущем очень кратком очерке я обрисовал внешние вехи моей профессиональной жизни. Я бы хотел раскрыть вам ее содержание, рассказать о том, чему я научился за тысячи часов, проведенных в близком и доверительном общении с людьми, страдающими от личных проблем.

Мне бы хотелось, чтобы было ясно, что это итоги познания, важные лишь для меня. Я не знаю, будут ли они важны и для вас. У меня нет желания выдавать их за путеводитель для кого-либо еще. Однако я обнаружил, что рассказы людей о своем внутреннем мире ценны для меня, хотя бы потому, что позволили мне осознать свои отличия. Именно имея это в виду, я предлагаю вам на последующих страницах результаты моего познания. В каждом случае я думаю, что они стали частью моих действий и внутренних убеждений задолго до того, как я их осознал. Конечно, они несколько отрывочны и неполны. Надо лишь заметить, что они как в прошлом, так и в настоящем очень важны для меня. Я постоянно изучаю их. Часто я терплю неудачу, используя их, но все же прихожу к выводу, что лучше действовать в соответствии с ними. Однако я не всегда могу найти им применение.

Эти познания не неизменны. Некоторые из них приобретают большее значение, другие в какое-то время становятся менее важными, но все они имеют для меня большое значение.

Я буду вводить каждый итог моих познаний с помощью предложения, которое раскроет их значение для меня. Затем я несколько расширю его описание. Описания отдельных результатов моих познаний будут представлены хаотично, за исключением того, что вначале я изложу знания, относящиеся в основном к отношениям человека с другими людьми. Затем – те, которые приложимы к сфере личных ценностей и убеждений.

Я могу начать эти важные для меня итоги познания с отрицания. В моих отношениях с другими людьми я обнаруживал, что если я буду выдавать себя не за того, кем я есть на самом деле, ничего хорошего не получится. Налаживанию отношений не поможет ни маска, выражающая спокойствие и довольство, если за ней скрывается злость и угроза; ни дружеское выражение лица, если в душе ты враждебно настроен; ни показная уверенность в себе, за которой чувствуются испуг и неуверенность. Я обнаружил, что это утверждение справедливо даже для менее сложных уровней поведения. Не поможет, если я веду себя так, будто я здоров, в то время как я чувствую себя больным.

Речь идет о том, что если выражать не то, что есть, это ничего не даст: мои отношения с другими людьми не будут эффективными, если я стараюсь соблюсти фасад, снаружи действовать по-одному, в то время как внутри чувствовать нечто совершенно иное. Я считаю, что это не поможет мне наладить хорошие отношения с другими людьми. Хочу уточнить, что, хотя я и считаю этот итог моего познания верным, я не всегда использовал его на практике. Мне кажется, что большинство ошибок в межличностных отношениях, которые я допустил, большинство случаев, когда я не мог помочь другому человеку, могут быть объяснены тем, что внешне я вел себя по-одному, тогда как на самом деле чувствовал совсем другое.

Следующий итог моего познания может быть сформулирован таким образом: я нахожу, что добиваюсь большего успеха в отношениях с другими людьми, когда я могу воспринимать себя и быть самим собой, принимая себя таким, каков я есть. Я чувствую, что за прошедшие годы я научился более адекватно воспринимать себя, что я знаю гораздо лучше, чем раньше, что я чувствую в любой данный момент. Я способен понять, что я злюсь, или отвергаю данного человека, или что мне скучно и неинтересно то, что происходит, или что мне хочется понять этого человека, или что меня охватывают беспокойство и страх при общении с этим человеком. Я могу улавливать в себе все эти отличные друг от друга чувства и отношения к происходящему. Можно сказать, я чувствую, что все успешнее даю себе возможность быть таким, какой я есть. Мне стало легче принимать себя как несовершенного человека, который, конечно, далеко не во всех случаях действует так, как бы он того хотел.

Для некоторых этот поворот может показаться очень странным. Я же полагаю его очень ценным. Потому что возникает любопытный парадокс – когда я принимаю себя таким, каков я есть, я изменяюсь. Я думаю, этому научил меня опыт множества клиентов, равно как и мой собственный, а именно: мы не изменяемся до тех пор, пока безоговорочно не принимаем себя такими, каковы мы есть на самом деле. А затем перемена происходит как бы незаметно.

По-видимому, из принятия себя таким, каков я есть, вытекает другое следствие – отношения с другими обретают подлинность. Подлинные отношения удивительно жизненны, они полны смысла. Если я принимаю то, что этот клиент или студент наводит на меня скуку или раздражает, тогда более вероятно, что я смогу принять его ответные чувства. Я также смогу принять возникающие изменения моего опыта и его чувств. Подлинные отношения обычно меняются, живут, а не остаются статичными.

Поэтому я считаю, что полезно позволять себе быть самим собой в отношениях с людьми, знать, когда мое терпение достигает предела, и принять это как факт; знать, когда я жажду формировать людей или манипулировать ими, и также принять это как факт моего внутреннего опыта. Я бы хотел принимать такого рода чувства так же, как принимаю чувства тепла, интереса, позволения, доброты, понимания, ведь они – такая же часть меня. Именно когда я принимаю все эти переживапния как факт, как часть самого себя, мои отношения с другими людьми становятся тем, чем они есть на самом деле, и получают возможность быстро развиваться и изменяться.

Сейчас я подхожу к главному итогу моего познания людей, который для меня очень важен. Я хочу сформулировать его следующим образом: я обнаружил, что исключительно важно позволить себе понимать другого человека. Вам может показаться странным это высказывание. Неужели необходимо позволять себе понимать другого человека? Я думаю, да. Наша первая реакция на большинство утверждений других людей состоит скорее в их немедленной оценке, чем в понимании. Когда кто-то выражает какое-то чувство, отношение или верование, мы почти немедленно думаем: «Это правильно» или «Это глупо», «Это ненормально», «Это неразумно», «Это неверно», «Это нехорошо». Очень редко мы позволяем себе точно понять, какой смысл имеет это утверждение для собеседника. Я думаю, это происходит потому, что позволение себе понять другого связано с определенным риском. Если я позволю себе понять другого, я благодаря тому пониманию могу измениться сам. А все мы боимся меняться. Поэтому, как я и говорю, нелегко позволить себе понять человека до конца и полностью, понять его точку зрения и чувства. Это также случается редко.

Понимание другого обогащает нас обоюдно. Работая с клиентом, страдающим от личных проблем, чувствующим, что жизнь слишком тяжела, чтобы ее вынести, или с человеком, который считает, что он ничего не стоит и страдает от чувства неполноценности, или с психопатом с его причудливым внутренним миром и понимая их всех, – каждый раз чувствуешь, что обогащаешь себя. Воспринимая их жизненный опыт, я изменяюсь, становлюсь другим, вероятно, более отзывчивым человеком. И что более важно – мое понимание дает им возможность изменяться. Оно дает им возможность принять собственные страхи, причудливые мысли, чувство горя и упадок духа, так же как и свое мужество, доброту, любовь и нежность. И их опыт, и мой говорят о том, что если кто-то полностью понимает их чувства, они сами становятся способны принять их. И после этого клиенты обнаруживают, что и чувства, и они сами – изменяются. Понимаю ли я женщину, которая чувствует, что у нее в голове крюк, за который другие водят ее повсюду, или мужчину, чувствующего, что никто так не одинок и не отделен от других людей, как он, – это понимание важно для меня, Но так же и даже более важно то, что тебя понимают, для человека, которого понимают.

Вот еще один важный для меня итог моего познания людей. Я обнаружил, что очень много обретаю, когда делаю все возможное, чтобы люди сообщали мне о своих чувствах, о личном опыте восприятия. Так как понимание очень обогащает, мне бы хотелось разрушить барьеры между мной и другими людьми, чтобы они, если желают, могли более полно раскрыть себя.

В отношениях с клиентом на сеансе психотерапии у меня есть много возможностей сделать так, чтобы клиенту было легче раскрыть себя. Мое собственное отношение к нему может создать чувство безопасности, в укрытии которого легко общаться. Помогает и точное понимание клиента таким, каким он видит себя, и принятие его чувств и представлений.

Как преподаватель я также многое приобретаю, когда помогаю студентам делиться со мной. Поэтому я стараюсь, не всегда, правда, успешно, создать такой климат на занятиях, в котором свободно могут выражаться чувства и высказываться мнения, отличные друг от друга и от мнения лектора. Я также часто просил студентов заполнять «листки обратной связи», в которых каждый мог выразить свое мнение и личное отношение к курсу. Студенты могли рассказать, соответствует ли курс их запросам, выразить свои чувства по отношению к преподавателю или сообщить о своих личных трудностях при изучении курса. Этот «листок обратной связи» никак не влиял на их оценки. Иногда одни и те же занятия вызывали у студентов совершенно различные чувства. Один студент сказал: «Манера проведения этих занятий вызывает у меня непонятное мне чувство отвращения». Другой студент, не американец, о той же неделе занятий говорил так: «Обучение, которое ведется у нас, – наилучшее, самое полезное и научно обоснованное. Но для таких, как мы, привыкших к авторитарному стилю, этот новый тип обучения непонятен. Такие люди, как мы, привыкли слушать указания, пассивно записывать лекцию за лектором и заучивать то, что задано, для экзаменов. Не стоит говорить, что от таких привычек очень трудно избавиться, даже если они не дают результатов и бесполезны». Принятие этих резко различающихся точек зрения принесло мне большую пользу.

Я обнаружил, что то же самое наблюдается в группах, в которых я выступаю руководителем или воспринимаюсь как лидер. Я хочу, чтобы у людей уменьшился страх или защитные реакции, чтобы они могли свободно выражать свои чувства. Эта идея меня очень захватила и привела к совершенно новой точке зрения на то, что такое управление. Но я не могу об этом распространяться здесь.

Есть еще один важный итог познания, который я вывел из моей консультативной работы. Я могу сказать кратко. Я обнаружил, что очень много получаю, когда могу принимать другого человека.

Я нашел, что искренне принимать другого человека и его чувства вовсе не так просто, во всяком случае, не проще, чем понимать его. Действительно ли я могу позволить другому человеку испытывать враждебность ко мне? Могу ли я принимать его гнев как действительную и законную часть его личности? Могу ли я принять его, если он смотрит на жизнь и ее проблемы совсем по-другому, чем я? Могу ли я принимать человека, который прекрасно относится ко мне, обожает меня и хочет быть таким, как я? Все это входит в принятие человека, и все это нелегко. Я думаю, в нашей культуре все подвержены следующему штампу: «Каждый человек должен чувствовать, думать и верить так же, как я». Мы обнаруживаем, что нам очень трудно позволить детям, родителям или супругам испытывать в отношении тех или иных проблем нечто отличное, от того, что испытываем мы. Мы не позволяем нашим клиентам или студентам отличаться от нас или осмыслять их жизненный опыт по-своему. Как нация мы не можем позволить другой нации думать или чувствовать иначе, чем мы. Однако мне кажется, что различия между людьми, право каждого человека осмыслять свой жизненный опыт по-своему и находить в нем свой смысл – все это бесценные возможности жизни. Каждый человек – сам по себе остров, и он может построить мосты к другим островам только в том случае, если хочет быть самим собой и позволяет это другим. Поэтому я нахожу, что помогаю другому человеку становиться собой, когда я могу принимать его. Это значит – принимать его чувства, отношения, верования, являющиеся действительно частью его самого. И в этом заключена огромная ценность.

Следующий итог моего познания, который я хочу изложить, может оказаться для вас сложным. Он таков: чем более я открыт для восприятия действительности и внутреннего мира – своего и другого человека, – тем менее я стремлюсь «улаживать дела».

Чем более я стараюсь прислушиваться к себе и своим внутренним переживаниям и пытаюсь делать то же самое по отношению к другому человеку, тем более я уважаю сложные перипетии жизни. Поэтому я становлюсь все менее и менее склонным торопиться улаживать дела, ставить цели, формировать людей, манипулировать ими и толкать их туда, куда бы мне хотелось. Я гораздо больше склонен оставаться самим собой и дать возможность другому человеку быть самим собой. Я очень хорошо понимаю, что это мнение может показаться странным, похожим на то, что думают о человеке на Востоке. Для чего же тогда жить, если мы не собираемся ничего делать с людьми? Для чего жизнь, если мы не собираемся формировать людей согласно нашим идеалам? Для чего жизнь, если мы не собираемся учить их тому, чему, как нам кажется, они должны учиться? Для чего же дана жизнь, если мы не собираемся заставлять их чувствовать и думать то же, что чувствуем и думаем мы? Как может кто-то стоять на такой пассивной позиции, вроде той, о которой я сейчас говорю? Я уверен, что такие мысли, должно быть, возникнут у многих как реакция на мои слова. Однако парадокс моего опыта заключается в том, что чем более я хочу быть самим собой в нашей сложной жизни, чем более я хочу понимать и принимать реалии моего опыта и опыта других людей, тем больше изменяюсь и я, и другие. Это очень парадоксально: в той степени, в которой каждый из нас хочет быть самим собой, он обнаруживает, что изменяется не только он, изменяются и другие люди, с которыми он связан. По крайней мере это очень яркая часть моего опыта и одна из самых глубоких истин, которые я познал в личной жизни и в работе.

Теперь давайте перейдем к другим результатам познания, менее связанным со отношениями между людьми, а более – с моими собственными действиями и ценностями. Первый из этих итогов очень краток. Я могу доверять своему жизненному опыту. Одна из основных идей, которую я долгое время не мог постичь и которую я еще продолжаю осваивать, заключается в том, что если действие кажется вам стоящим, его следует предпринимать. Иначе говоря, я понял, что на целостное организмическое чувствование ситуации можно полагаться больше, чем на ее логическое осмысление.

Всю мою профессиональную жизнь я шел в направлении, которое другим казалось глупым и в котором я сам не раз сомневался. Но я никогда не жалел, что шел в направлении, которое «ощущалось правильным», даже если часто бывало, что мне было одиноко или я чувствовал себя не на высоте.

Я обнаружил, что, доверяясь какому-то внутреннему неинтеллектуальному чутью, я позже признавал сделанный шаг правильным. Всю свою жизнь я следовал по неординарному пути, потому что чувствовал, что он верен. И это было так, потому что через 5-10 лет многие из моих коллег присоединились ко мне, и я больше не чувствовал себя одиноким.

Когда постепенно я стал больше доверять этим целостным реакциям, я обнаружил, что могу использовать их в организации мыслительной работы, Я стал с большим вниманием относиться к тем отрывочным мыслям, которые время от времени возникают у меня и вызывают ощущение своей значимости. Сейчас я склонен думать, что эти не совсем ясные мысли и намеки приведут меня к важным областям исследования. Я думаю, что должен верить совокупности моего жизненного опыта, который, как я подозреваю, умнее, чем мой интеллект. Конечно, мой опыт подвержен ошибкам, но, надеюсь, в меньшей степени, чем интеллект, взятый сам по себе…

Близко к этому итогу познания лежит другой, который вытекает из него и говорит, что я руководствуюсь не оценками других. Суждения других, которые я должен выслушать и принять во внимание, по сути, никогда не служили для меня руководством к действию. Познать это было трудно. Я был потрясен, когда серьезный ученый, казавшийся мне более умным и эрудированным психологом, чем я, сказал, что мой интерес к психотерапии – ошибка; что он никуда меня не приведет, и у меня как психолога даже не будет возможности иметь практику.

В более поздние годы я был ошеломлен, узнав, что в глазах некоторых людей был обманщиком, человеком, который занимается медициной без лицензии, автором поверхностной и вредной психотерапии, искателем славы, мистиком и т.д. Но меня не радовало и излишнее восхваление.

И хула, и хвала меня не очень заботили, потому что я начал чувствовать, что лишь один человек (по крайней мере из известных мне, а может быть и вообще) знает, есть ли то, что я делаю, честным, разумным, глубоким, открытым для всех или фальшивым, осуществляемым в целях защиты, неразумным. И этот человек – я. Я рад любым свидетельствам оценки своей работы. К их числу относится и критика (дружелюбная и враждебная) и похвала (искренняя и притворная). Но задачу оценки этих свидетельств, определения их значения и полезности я не могу передать никому.

Учитывая то, о чем я только что рассказал, следующий результат моего познания вас наверное не удивит. Самым высоким авторитетом для меня служит опыт. 12 Пробный камень достоверности – мой собственный опыт. Ни мысли других, ни мои собственные мысли не важны так, как то, что я испытываю. Именно к опыту я должен снова и снова возвращаться, чтобы приблизиться к постижению истины, как это происходит и в моем собственном развитии.

Ни Библия, ни пророки, ни Фрейд, ни исследования, ни открытия Бога или человека не могут превзойти мой собственный опыт. Мой опыт тем более надежен, чем более он первичен, если можно так выразиться. Так, в иерархии различных видов опыта более надежным будет опыт самого нижнего уровня. Если я читаю лекции по теории психотерапии, и если я формулирую теорию психотерапии, основанную на работе с клиентами, и если у меня также имеется прямой опыт работы с клиентами, их надежность увеличивается в том порядке, в котором я перечислил эти виды опыта.

Мой опыт занимает ведущее положение не потому, что он безошибочен. Он надежен, потому что он всегда может быть проверен при следующем контакте с клиентом. Поэтому всегда можно исправить часто встречающуюся ошибку или какой-нибудь недостаток.

Еще один итог моего личного познания. Мне нравится выявлять правила, которым подчиняется мой опыт. Я обязательно стараюсь найти значение, упорядоченность или закономерности во всяком большом массиве опыта. Это мое как бы любопытство, которое, я думаю, достойно поощрения, так как оно приводит к замечательным результатам. Оно привело меня ко всем главным положениям, которые я высказал. Оно привело меня к поиску закономерностей во всем том, чем занят клиницист, работая с детьми, и отсюда появилась моя книга «Клиническое лечение трудного ребенка». Оно привело меня к формулированию основных принципов, которые, казалось, работали в психотерапии, а отсюда – к появлению ряда книг и множества статей. Любопытство привело меня к исследованию различных закономерностей, которые, я чувствую, встречались в моем опыте. Оно соблазнило меня создать теории для соединения тех закономерностей, которые я обнаружил в опыте, и спроецировать их на новые неисследованные области, где в дальнейшем они могут быть проверены.

Поэтому я стал понимать, что и научное исследование, и создание теории направлены на упорядочивание важного для меня жизненного опыта. Исследование – это постоянные направленные попытки увидеть смысл и закономерность в явлениях субъективного опыта. Они необходимы, потому что важно воспринимать мир упорядоченным и потому что, если мы понимаем закономерности природы, это ведет к стоящим результатам.

Таким образом, я стал понимать, что причина моих занятий исследованиями и построением теории лежит в необходимости удовлетворить нужду воспринимать мир упорядоченным и имеющим смысл. Это – моя субъективная нужда. Иногда я проводил исследование не по этой причине – для того, чтобы убедить других, убедить оппонентов и скептиков, пойти дальше в своей профессии, завоевать престиж, и по другим непривлекательным причинам. Эти ошибки в целях и соответствующих действиях только убедили меня в том, что имеется лишь одна здравая причина для научного исследования, а именно желание удовлетворить свою потребность в осмыслении мира.

Другой итог познания, потребовавший от меня много усилий для его понимания, можно сформулировать в двух словах: факты благоприятны.

Я очень заинтересовался тем, что большинство психотерапевтов, особенно психоаналитики, неизменно отказывались научно исследовать свою психотерапию и не разрешали другим делать это. Я могу понять их поведение, потому что испытывал такие же чувства. Я хорошо помню, как в ранних исследованиях я волновался за конечный результат. А что, если наша гипотеза будет отвергнута? А что, если наша позиция была ошибочной?! Оглядываясь назад, я вижу, что в то время факты казались потенциальными врагами, потенциальными вестниками несчастья. Очень нескоро я пришел к мысли, что факты всегда благоприятны. Любое доказательство, которое можно найти в каждой области, приближает нас к истине. А то, что приближает к истине, никогда не может быть вредным, опасным, неудовлетворительным. Поэтому, хотя я и не люблю изменять свою точку зрения, я до сих пор ненавижу отказываться от старых представлений и понятий. Однако на каком-то более глубинном уровне я в большей мере понимаю, что эти болезненные перестройки и есть то, что называется познанием. Хотя они и болезненны, но всегда направляют на более правильный путь, к более верному видению жизни. Так, в настоящее время одной из наиболее заманчивых областей исследования для меня есть та, в которой благодаря научным доказательствам потерпели крах некоторые из моих любимых идей. Я чувствую, что если смогу пробиться сквозь эту проблему, то ближе подойду к истине. Я уверен в том, что факты будут моими друзьями.

Вот здесь я хочу предложить вам итог познания, которое было для меня наиболее благодатным, так как дало мне возможность почувствовать глубокое родство с другими людьми. Я могу выразить этот итог следующими словами. То, что наиболее присуще мне лично, относится и ко всем людям. Было время, когда в беседах со студентами, преподавателями или в статьях я выражал сугубо личное мнение. Мне казалось, что отношение, которое я выражаю, настолько лично, что, возможно, не будет понято никем. Двумя примерами этого служат предисловие к книге «Психотерапия, центрированная на клиенте» (издатели считали его неуместным) и статья на тему «Человек или наука». В обоих случаях я обнаружил, что чувство, которое казалось мне сугубо личным, принадлежащим только мне и потому непонятным другим, нашло отклик у многих людей. Этот случай заставил меня поверить, что то, что наиболее лично и присуще только одному из нас, если оно выражено и разделено с другими, может о многом говорить и другим людям. Это помогло мне понять художников и поэтов, которые осмелились выразить то уникальное, что в них есть.

Есть еще один итог познания, который, возможно, лежит в основе всего остального, о чем я говорил до сих пор. Этот итог встал передо мной после более чем двадцатипятилетней работы – помощи людям с личными проблемами. Проще всего этот итог можно выразить так: мой опыт говорит мне, что в основе человека лежит стремление к положительным изменениям. Глубоко соприкасаясь с индивидами во время психотерапии, даже с теми, чьи расстройства наиболее сильны, чье поведение наиболее антисоциально, чьи чувства кажутся наиболее экстремальными, я пришел к выводу, что это правда. Когда я смог тонко понимать выражаемые ими чувства, принимать их как индивидуальность, я смог обнаружить у них тенденцию развиваться в особом направлении. Каково же это направление, в котором они развиваются? Наиболее верно это направление можно определить следующими словами: позитивное, конструктивное, направленное к самоактуализации, зрелости, социализации. Я начал чувствовать, что чем более полно человека понимают и принимают, тем более он старается сбросить фальшь фасада, используемого им при встрече с жизнью, и тем более стремится идти вперед.

Я не хочу, чтобы меня поняли неправильно. Я не воспринимаю человеческую природу в духе Поллианны 14 . Я знаю, что из-за защитных реакций и страха люди могут вести себя жестоко, незрело, очень разрушительно, антисоциально, причинять боль. Однако мой опыт работы с ними вдохновляет меня и дает мне силы, так как я все время убеждаюсь в положительном направлении их развития на глубинном уровне – точно так же, как и у всех нас.

Давайте закончим это подведение итогов последним кратким выводом. Жизнь в ее лучшем виде – это текущий и изменяющийся процесс, в котором ничто не есть неизменным.

И для меня, и для моих клиентов жизнь наиболее богата и благодатна, если она движется, течет. Это ощущение и очаровывает, и немного пугает. Мне лучше всего, когда я могу позволить моему опыту нести меня куда-то вперед, по направлению к целям, которые я еще смутно себе представляю. В этом движении, в несущем меня потоке богатого жизненного опыта, в попытках понять его изменчивую сложность становится ясным, что в нем нет места чему-то неизменному. Когда я могу таким образом плыть в этом потоке, мне становится ясно, что не может быть ни закрытой системы верований, ни неизменной системы принципов, которых я придерживаюсь. Жизнь направляется изменяющимся пониманием и осмыслением моего опыта. Она всегда в развитии, в становлении.

Сейчас вам ясно, почему нет ни одной философии, верования или принципов, в которых я мог бы убеждать других людей и принуждать их им следовать. Я могу жить лишь благодаря самостоятельному осмыслению моего текущего жизненного опыта и поэтому пытаюсь дать возможность другим развивать их собственную внутреннюю свободу и понимать их собственный значимый для них опыт…


Роджерс К.
НЕСКОЛЬКО ГИПОТЕЗ, КАСАЮЩИХСЯ ПОМОЩИ В РОСТЕ ЛИЧНОСТИ

Роджерс К. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М.: Прогресс, 1994. С. 74-79.

Основная гипотеза

Изменения, которые произошли во мне, коротко говоря, выражаются в том, что в начале моей профессиональной деятельности я задавал себе вопрос: «Как я смогу вылечить или изменить этого человека?» Теперь я бы перефразировал этот вопрос так: «Как создать отношения, которые этот человек может использовать для своего собственного личностного развития?»

Как только я подошел ко второй постановке вопроса, я понял, что все, что узнал, применимо ко всем отношениям с людьми, а не только в работе с клиентами, имеющими проблемы. Именно поэтому я чувствую, что результаты моего познания, имеющие смысл для моего жизненного опыта, могут иметь некоторый смысл и для вашего опыта, так как все мы – участники человеческих отношений.

Возможно, лучше начать с отрицательного итога моего познания. Постепенно мне пришло в голову, что я не могу помочь пациенту с расстройствами, используя интеллектуальное или обучающее воздействие. Бесполезен любой подход, опирающийся на знания, на принятие того, что является предметом обучения. Эти соблазнительные подходы могут казаться прямо ведущими к цели, в прошлом я перепробовал многие из них. Можно объяснить человеку, что он собой представляет, предписать меры, которые поведут его вперед, дать ему знания о более подходящем образе жизни. Согласно моему опыту, такие методы оказались бесплодными и незначащими. Самое большее, что они могут дать, – это какое-то временное изменение, которое скоро исчезнет, и индивид еще более убедится в своей неполноценности.

Неудачи интеллектуальных подходов заставили меня понять, что изменения, по-видимому, происходят через опыт во взаимоотношениях. Поэтому я собираюсь очень кратко и неформально рассказать о некоторых основных гипотезах, касающихся помогающих отношений. Кажется, что эти гипотезы получают все возрастающее подтверждение и в практике консультирования, и в исследованиях.

Я могу выразить основную гипотезу одним предложением: если я могу создать определенный тип отношений с другим человеком, он обнаружит в себе способность использовать эти отношения для своего развития, что вызовет изменение и развитие его личности.

Отношения

Какое же значение имеют эти термины? Давайте по отдельности рассмотрим три основные фразы этой гипотезы и выявим тот смысл, который они для меня имеют. Какой же тип отношений я собираюсь создавать?

Я обнаружил, что чем более я искренен в отношениях с клиентом, тем более это помогает ему. Это значит, что мне нужно знать свои собственные чувства настолько хорошо, насколько это возможно, а не показывать какое-либо отношение к человеку, чувствуя совсем другое на более глубинном или подсознательном уровне. Откровенность также включает желание выражать в словах и в поведении свои различные чувства и отношения. Только так мои отношения могут быть правдивыми, а это очень важно. Это – первое условие. Только при создании реально существующего отношения другой человек может успешно искать эту реальность в себе. Я обнаружил, что это верно даже в том случае, когда отношение, которое я чувствую, не нравится мне и не ведёт к хорошим отношениям между нами. Кажется очень важным, чтобы это отношение было правдивым.

Второе условие заключается в следующем: чем более я принимаю другого человека, чем более мне он нравится, тем более я способен создать те отношения, которые он сможет использовать. Под принятием я понимаю теплое расположение к нему как к человеку, имеющему безусловную ценность, независимую от его состояния, поведения или чувств. Это значит, что он вам нравится, вы уважаете его как индивида и хотите, чтобы он чувствовал по-своему. Это значит, что вы принимаете и уважаете весь спектр его отношений в данный момент независимо от того, положительные они или отрицательные, противоречат его прежним отношениям или нет. Это принятие каждой меняющейся частицы внутреннего мира другого человека создает для него теплоту и безопасность в отношениях с вами, а защищенность, проистекающая от любви и уважение мне кажется, является очень важной частью помогающих отношений.

Я также думаю, что хорошие отношения с другим человеком значимы лишь постольку, поскольку у меня есть постоянное желание понимать его – тонкая эмпатия его чувств и высказываний, как он их представляет себе в этот момент. Принятие не стоит многого до тех пор, пока в него не входит понимание. Только тогда, когда я понимаю чувства и мысли, которые кажутся вам такими ужасными, такими глупыми, такими сентиментальными или эксцентричными, только когда я понимаю их так, как вы, и принимаю их так же, как вы, – только тогда вы действительно чувствуете в себе свободу исследовать все глубоко скрытые расщелины и укромные уголки вашего внутреннего опыта. Эта свобода — необходимое условие отношений. Под ней подразумевается свобода изучать себя и на уровне сознания, и на неосознаваемом уровне с такой быстротой, с какой возможно пуститься в такое опасное исследование. Имеется также и полная свобода от любой моральной или диагностической оценки, так как все они, мне кажется, являются угрозой для личности.

Таким образом, отношение, которое я считаю помогающим, характеризуется как бы прозрачностью с моей стороны, в нем четко видны мои реальные чувства. Оно также отличается принятием другого человека как индивида, имеющего ценность, а также глубинным эмпатическим пониманием, которое дает мне возможность видеть личный опыт человека с его точки зрения. Когда достигнуты эти условия, я становлюсь спутником моего клиента, сопровождающим его в пугающем поиске самого себя, который, как он чувствует, можно сейчас свободно предпринять.

Конечно, я не всегда могу достигнуть таких отношений с другим человеком, и иногда, когда я чувствую, что достиг их, он может быть чересчур напуган, чтобы увидеть, что ему предлагают. Но я бы сказал, что, когда у меня есть данный выше тип отношений и когда другой человек может как-то чувствовать их, я верю, что неизбежно произойдут изменения и человек будет конструктивно развиваться. Мотивация к изменению

Для определения помогающего отношения сказано достаточно. Во второй фразе в моей развернутой гипотезе говорилось о том, что индивид обнаружит в себе способность использовать это отношение для своего развития. Я постараюсь раскрыть тот смысл, который имеет для меня эта фраза. Постепенно мой опыт заставил меня сделать заключение о том, что у человека имеется способность и тенденция, если не явная, то потенциальная, двигаться вперед к зрелости. В подходящем психологическом климате эта тенденция высвобождается и становится не потенциальной, а актуальной. Это проявляется в способности человека понимать те стороны своей жизни и самого себя, которые причиняют ему боль и неудовлетворение. Это понимание нащупывает в подсознании тот опыт, который спрятан там из-за своей угрожающей природы. Высвобождение тенденции к зрелости заключается в стремлении перестроить свою личность и свое отношение к жизни, сделав его более зрелым. Как ни называть это – тенденция к росту, побуждение к самоактуализации или тенденция двигаться вперед, – это главная движущая сила жизни, это стремление, от которого зависит вся психотерапия. Это стремление, которое присутствует во всей органической и человеческой жизни, – распространяться, расширяться, становиться независимым, развиваться, зреть – тенденция выражать и задействовать все возможности организма до такой степени, что такая активность усиливает организм или «Я». Это стремление может быть наглухо закрыто слоями ржавых психологических защит, оно может быть скрыто за замысловатыми фасадами, отрицающими его существование, но я верю, что оно существует в каждом человеке и ожидает соответствующих условий, чтобы освободиться и проявить себя.

Результаты

Я попытался описать отношения, которые являются основными для конструктивных изменений личности. Я постарался сформулировать те качества, которые необходимы индивиду в этих отношениях. В третьей фразе моей основной гипотезы указывалось, что произойдут изменения и развитие человека. Моя гипотеза заключается в том, что при таких отношениях индивид изменяется и на сознательном, и на более глубинном уровне своей личности, чтобы справиться с трудностями жизни более конструктивно, разумно, социализировано, так, чтобы она приносила ему большее удовлетворение.

Здесь я могу оставить рассуждения и перейти к результатам накопляющихся научных исследований. Сейчас мы знаем, что индивиды, имеющие такие отношения в течение даже весьма небольшого времени, претерпевают глубокие и значимые изменения личности, отношений и поведения, что не наблюдается в соответствующих контрольных группах. В таких отношениях индивид становится более цельным, более действенным. У него проявляется меньше невротических или психопатических черт и больше качеств нормального, здорового человека. У него изменяется восприятие себя, он более реально оценивает себя. Такой человек становится более похож на того, каким он хочет быть. Он более уверен в себе и лучше владеет собой. Он лучше понимает себя, становится более открытым опыту, меньше отрицает и подавляет свой собственный опыт. Такой человек лучше принимает других и видит их более похожими на себя. Подобные изменения происходят у него и в поведении. На него меньше действует стресс, после него он быстрее приходит в себя. Как замечают друзья, он становится более зрелым в поведении. У него меньше защитных реакций, он более адаптирован, более способен творчески подойти к ситуации.

Это – некоторые из изменений, возникающих у людей, которые прошли на консультировании через ряд бесед в атмосфере, близкой к атмосфере отношений, описанных выше. Каждое из этих утверждений основано на объективных доказательствах. Конечно, необходимо продолжить исследования, но нельзя более сомневаться в ведущей роли таких отношений в возникновении изменений в личности.

О СТАНОВЛЕНИИ ЛИЧНОСТЬЮ

ПСИХОТЕРАПИЯ ГЛАЗАМИ ПСИХОТЕРАПЕВТА

Перевод М.М.Исениной под редакцией д.п.н. Е.И.Исениной

C.Rogers. On Becoming a Person: A Therapists View of Psychotherapy. Boston , 1961
К.Роджерс. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М.: «Прогресс», 1994
Терминологическая правка В.Данченко
К.: PSYLIB , 2004

Предисловие редактора HTML -версии

Наряду с исправлением ошибочного названия книги, текст ее был подвергнут глубокой терминологической правке с элементами литературного редактирования, что позволило существенно «навести резкость на смысл». К сожалению, времени для полноценного редактирования у меня не было. Не было и доступа к оригиналу, так что ряд туманных мест пришлось оставить как есть. Несколько слов о переводе названия » Onbecomingaperson». Под «персоной» здесь подразумевается не просто «человек», а «лицо» как ответственный субъект волеизъявления. Это почти совпадает с одним из парадигмальных отечественных определений «личности» как «субъекта самодеятельности». Поэтому » becomingaperson» вполне можно трактовать как «становление личностью», тем более что принципиальное для западной культуры содержательное различие между «лицом» и «личностью» в русском языке почти не обозначено. По мысли Роджерса, миссия психотерапии состоит в том, чтобы содействовать переходу человека из статуса расстроенной «машины» (механическое поведение которой всецело обусловлено случайными факторами и превратностями социализации) в статус самостоятельного и ответственного «действующего лица», — то есть содействовать его становлению личностью, субъектом своей деятельности.

В. Д.
Киев, июль 2004 года

К читателю

Часть I
О СЕБЕ

  1. «Это — Я». Развитие моего профессионального мышления и личной философии

Часть II
КАК Я МОГУ ПОМОЧЬ?

  1. Несколько гипотез, касающихся помощи в росте личности
  2. Характерные черты помогающего поведения
  3. Наши субъективные и объективные представления о психотерапии

Часть III
ПРОЦЕСС СТАНОВЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ

  1. О некоторых направлениях работы в психотерапии
  2. Что значит «становиться личностью»
  3. Понятие о психотерапии как процессе

Часть IV
ФИЛОСОФИЯ ЧЕЛОВЕКА

  1. «Быть тем, кем ты есть на самом деле». Цели человека глазами психотерапевта
  2. Хорошая жизнь глазами психотерапевта. Полноценно функционирующий человек

Часть V
ПОСТИЖЕНИЕ ФАКТОВ.
МЕСТО ИССЛЕДОВАНИЯ В ПСИХОТЕРАПИИ

  1. Люди или наука? Философский вопрос
  2. Изменение личности в психотерапии
  3. Психотерапия, центрированная на клиенте, и ее исследования

Часть VI
КАКОВО ЗНАЧЕНИЕ ПСИХОТЕРАПИИ ДЛЯ ЖИЗНИ?

  1. Личные мысли по поводу обучения и научения
  2. Научение, значимое для человека: в психотерапии и образовании

О становлении личностью

В одном из своих самых значительных трудов выдающийся психолог, психотерапевт, мыслитель К. Роджерс описывает свой уникальный и богатейший опыт помощи людям в поиске их пути к развитию и личностному росту через понимание собственных возможностей и ограничений. Для учащихся психологических, педагогических, психиатрических факультетов, профессиональных психологов, педагогов, воспитателей и всех, кто по роду своих занятий сталкиваются с человеческими проблемами, а также широкого круга читателей, интересующихся вопросами развития и самосовершенствования.

Карл Роджерс

Перевод М.М.Исениной под редакцией д.п.н. Е.И.Исениной

C.Rogers. On Becoming a Person: A Therapists View of Psychotherapy. Boston, 1961

К.Роджерс. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М.: «Прогресс», 1994

Терминологическая правка В.Данченко

Предисловие редактора HTML-версии

Несколько слов о переводе названия «On becoming a person». Под «персоной» здесь подразумевается не просто «человек», а «лицо» как ответственный субъект волеизъявления. Это почти совпадает с одним из парадигмальных отечественных определений «личности» как «субъекта самодеятельности». Поэтому «becoming a person» вполне можно трактовать как «становление личностью», тем более что принципиальное для западной культуры содержательное различие между «лицом» и «личностью» в русском языке почти не обозначено. По мысли Роджерса, миссия психотерапии состоит в том, чтобы содействовать переходу человека из статуса расстроенной «машины» (механическое поведение которой всецело обусловлено случайными факторами и превратностями социализации) в статус самостоятельного и ответственного «действующего лица», – то есть содействовать его становлению личностью, субъектом своей деятельности.

Киев, июль 2004 года

К читателю

Я был психотерапевтом (консультантом по личным проблемам) более тридцати трех лет. Я и сам поражаюсь, когда говорю о таком сроке. Это значит, что в течение трети века я старался помочь самым разным людям: детям, подросткам и взрослым в учебных, профессиональных, личных и супружеских проблемах; «нормальным», «невротикам» и «душевнобольным» (я ставлю кавычки, чтобы показать, что все эти ярлыки вводят в заблуждение). Я помогал тем, кто приходил за помощью, и тем, кого ко мне присылали; тем, у кого были небольшие проблемы, и тем, кто совершенно отчаялся и потерял надежду в жизни. Считаю, мне очень повезло, что у меня была возможность близко узнать такое множество разных людей.

Исходя из своего клинического опыта и исследований, проведенных за эти годы, я написал несколько книг и статей. Работы, вошедшие в эту книгу, отобраны из числа тех, которые были написаны мною в последнее десятилетие, с 1951 по 1961 год. Я бы хотел объяснить, почему я издаю их в виде книги.

Во-первых, я считаю, что почти все из них имеют прямое отношение к жизни человека в нашем сложном современном мире. Это, конечно, не книга советов и не пособие типа «сделай сам», однако мой предыдущий опыт говорит о том, что данные работы затронули читателей и обогатили их. Они в какой-то мере придают уверенность человеку, который сам выбирает свой путь и идет по нему, чтобы стать таким, каким он хочет быть. Именно по этой причине мне бы хотелось, чтобы эти произведения были более доступны тем, кому они могли бы быть интересны. Моя книга – для «умных неспециалистов». Мне кажется это справедливым еще и потому, что все мои предыдущие книги предназначались для психологов и были малодоступны людям вне этой профессии. Я искренне надеюсь, что многие из тех, кто не интересуется ни консультированием, ни психотерапией, обнаружат, что знания, полученные в этой области, придадут им жизненных сил. Я также верю и надеюсь, что многие люди, которые никогда не обращались за помощью к консультанту, читая высказывания клиента во время сеанса психотерапии, почувствуют, что у них прибавилось мужества и уверенности в себе. Им будет легче понять свои собственные трудности, переживая в воображении борьбу других людей за свой личностный рост.

Другая причина, побудившая меня подготовить эту книгу, – большое число настоятельных просьб от тех, кто уже знаком с моей позицией в консультировании, психотерапии и теории межличностных отношений. Эти люди говорят, что хотят узнать о моих последних взглядах в этих областях, причем в доступной, удобочитаемой форме. Им надоело слышать о неопубликованных статьях, которые они не могут достать, и искать разрозненные работы в случайных журналах, – они желают, чтобы все эти работы были собраны в одной книге. Такая просьба лестна для любого автора. И она накладывает на меня обязательства, которые я постараюсь выполнить. Я думаю, читатели будут довольны подборкой работ, которая показывает, что книга предназначена для психологов, психиатров, учителей, воспитателей, школьных психологов, служителей культа, социальных работников, дефектологов, руководителей предприятий, специалистов по работе с персоналом, политологов и других, которые в прошлом признавали, что мои труды важны для их профессиональной деятельности. Эта книга посвящается им в самом прямом смысле слова.

Имеется и другая, более сложная личная причина, которая подвинула меня на создание книги. Это – поиск подходящей аудитории для моих идей. Мысль эта беспокоит меня уже более десяти лет. Я знаю, что пишу только для части психологов. У большинства из них интересы лежат в областях, где бытуют такие термины, как «стимул-реакция», «теория научения», «оперантное обусловливание», и они так привыкли рассматривать индивида как объект, что содержание моих работ часто озадачивает их, если не раздражает. Я также сознаю, что пишу лишь для части психиатров. Для многих из них, возможно большинства, все истины психотерапии были уже давно открыты Фрейдом, у них отсутствует интерес к новым направлениям и их исследованию, они даже настроены против этого. Я также знаю, что пишу лишь для незначительной части психиатров, называющих себя консультантами, так как большинство их интересуется главным образом прогнозирующими тестами, измерениями и методами направляющей помощи.

Поэтому, когда дело доходит до публикаций, я чувствую себя неудовлетворенным, отдавая статью в профессиональный журнал, относящийся к одной из этих трех областей. У меня были публикации в таких журналах, однако большинство моих работ за последние годы скопились в виде неопубликованных рукописей, которые расходятся в виде ксерокопий. Это говорит о том, что я точно не знаю, как найти своих читателей.

В течение этого времени редакторы небольших и узкоспециализированных журналов познакомились с моими работами и попросили разрешение их напечатать. Я всегда отвечал согласием на их просьбы с тем лишь условием, чтобы у меня было право напечатать эти статьи где-либо позднее. Таким образом, большинство статей, написанных за это десятилетие, или не были опубликованы, или увидели свет в небольших, специализированных или второстепенных журналах.

Однако сейчас я пришел к выводу, что нужно выразить свои идеи в книге, чтобы они нашли своего читателя. Я уверен, что моими читателями будут представители самых разных профессий, далеких от моей. Таких, например, как философия или наука управления. Однако я верю, что эта аудитория будет иметь и нечто общее. Мне кажется, мои статьи относятся к такому направлению, которое может дать новый импульс и психологии, и психиатрии, и философии, и другим сферам знаний. Я еще не знаю, как мне назвать это направление, но в моих мыслях оно ассоциируется с такими прилагательными, как феноменологический, экзистенциальный, личностно-центрированный; с такими понятиями, как самоактуализация, становление, рост; с такими людьми (в нашей стране), как Гордон Олпорт, Абрахам Маслоу, Ролло Мей. Отсюда можно сделать вывод, что, хотя эта книга будет значимой для многих специалистов с разными интересами, их будет объединять общий мотив: забота о человеке и его личностном росте в современном мире, который, как мне кажется, отвергает и унижает его.

И наконец, есть еще одна очень важная причина для появления в свет этой книги, причина, имеющая для меня огромное значение. В наше время надо гораздо больше знать и уметь, чтобы уменьшить напряженность в человеческих отношениях. Проникновения в бесконечность пространства и микромир атома вызывают благоговейный ужас, но, кажется, они приведут к всеобщему разрушению нашего мира, если только мы не достигнем больших успехов в понимании и налаживании отношений между отдельными людьми и группами. Я думаю, что знания, имеющиеся в этой области, очень скудны. Но я надеюсь, придет день, когда мы вложим деньги, равные стоимости одной-двух больших ракет, в исследования понимания человеческих отношений. Меня также очень беспокоит, что знания, которыми мы уже обладаем, не получили достаточного признания и не используются в жизни. Я надеюсь, из данной книги станет ясно, что у нас уже есть знания, которые, будучи внедренными в практику, помогли бы уменьшить расовые, международные и трудовые противостояния. Мне также кажется, что, если использовать эти знания в воспитании, они помогут развитию зрелых, понимающих, незакомплексованных личностей, способных конструктивно разрешать конфликты в своей дальнейшей жизни. Для меня будет настоящей наградой, если я таким образом смогу передать большому числу людей еще не используемые знания о межличностных отношениях.

Перевод М.М.Исениной под редакцией д.п.н. Е.И.Исениной

C.Rogers. On Becoming a Person: A Therapists View of Psychotherapy. Boston, 1961
К.Роджерс . Взгляд на психотерапию. Становление человека. М.: «Прогресс», 1994
Терминологическая правка В.Данченко К.: PSYLIB, 2004

Наряду с исправлением ошибочного названия книги, текст ее был подвергнут глубокой терминологической правке с элементами литературного редактирования, что позволило существенно «навести резкость на смысл «. К сожалению, времени для полноценного редактирования у меня не было. Не было и доступа к оригиналу, так что ряд туманных мест пришлось оставить как есть. Несколько слов о переводе названия «On becoming a person». Под «персоной» здесь подразумевается не просто «человек», а «лицо» как ответственный субъект волеизъявления. Это почти совпадает с одним из парадигмальных отечественных определений «личности» как «субъекта самодеятельности». Поэтому «becoming a person» вполне можно трактовать как «становление личностью», тем более что принципиальное для западной культуры содержательное различие между «лицом» и «личностью» в русском языке почти не обозначено.

По мысли Роджерса, миссия психотерапии состоит в том, чтобы содействовать переходу человека из статуса расстроенной «машины» (механическое поведение которой всецело обусловлено случайными факторами и превратностями социализации) в статус самостоятельного и ответственного «действующего лица», – то есть содействовать его становлению личностью, субъектом своей деятельности.

В. Д. Киев, июль 2004 года

Карл Роджерс — Становление личности. Взгляд на психотерапию

В одном из своих самых значительных трудов выдающийся психолог, психотерапевт, мыслитель Карл Р. Роджерс описывает свой уникальный и богатейший опыт помощи людям в поиске их пути к развитию и личностному росту через понимание собственных возможностей и ограничений.

Обновите страницу, если не отображается панель инструментов «читалки».

Возникает любопытный парадокс – когда я принимаю себя таким, каков я есть, я изменяюсь. Я думаю, этому научил меня опыт множества клиентов, равно как и мой собственный, а именно: мы не изменяемся до тех пор, пока безоговорочно не принимаем себя такими, каковы мы есть на самом деле. А затем перемена происходит как бы незаметно.


Если я говорю, что «принимаю» вас, но ничего о вас не знаю, то на самом деле это – поверхностное принятие, и вы понимаете, что оно может измениться, если я по-настоящему вас узнаю.


Фермер не может заставить росток развиваться и прорастать из семени, он может лишь создать такие условия для его роста, которые позволят семени проявить свои собственные скрытые возможности. Так же обстоит дело и с творчеством.


Иногда мне бывает трудно понять, кто больше нанес мне урона – мои «друзья» или мои враги.


В области медицины мы изобретаем сложные формулировки диагноза, в которых человек представляется как вещь. В обучении и управлении мы создаем множество оценивающих процедур, так что опять человек воспринимается как вещь. Я думаю, что с помощью этих средств мы удерживаем себя от проявления личной привязанности к другому человеку, которая могла бы возникнуть, если бы мы восприняли эти отношения как отношения между двумя людьми.


Если я хочу способствовать личностному росту других в отношениях со мной, то должен расти сам; и хотя зачастую это болезненно, но очень обогащает.


Многие из нас, возможно, не сознают, какое огромное давление они оказывают на чувства окружающих людей: жен, мужей, детей, – подчиняя их чувства своим. Мы часто говорим: «Если ты хочешь, чтобы я тебя любил, у тебя должны быть те же чувства, что и у меня. Если я чувствую, что ты плохо ведешь себя, ты тоже должна это чувствовать. Если я чувствую, что нужно стремиться к определенной цели, ты должна разделять мои чувства».


На самом деле оценка в жизни – это входной билет, а не дубинка над непокорными.


Когда мы достигаем развилки и не знаем, какое направление выбрать, чтобы попасть в нужное место, тут-то мы и начинаем анализировать ситуацию. Мышление начинается именно в этот момент.


Я думаю, в нашей культуре все подвержены следующему штампу: «Каждый человек должен чувствовать, думать и верить так же, как я».


Когда человек живет с маской, не выражаемые им чувства копятся до тех пор, пока не достигнут какой-то критической точки; тогда они обычно вырываются наружу по какому-то весьма незначительному поводу.


Наука нам угрожать не может. Это могут делать только люди. Но люди, имея на вооружении средства, которые дало им научное знание способны на многие разрушения.


Если ученый в какой-то степени пытается что-то доказать не себе, а кому-то еще (а я не раз допускал эту ошибку), значит, он использует науку для защиты от угрозы своей личности.

Книги по психологии человека: полезная литература, что почитать

Когда в жизни что-то пошло не так, не складываются личные отношения и проблемы на работе, не стоит бездействовать. Можно поговорить с человеком, к которому есть доверие, или обратиться за помощью к психологу.

Самостоятельно также можно справиться со своими страхами и переживаниями

Чтобы разобраться в себе, в своей жизни и во взаимоотношениях с окружающими людьми, достаточно прочитать специальную литературу. Какие же книги по психологии стоит прочитать?

Максвелл Джон «25 способов завоевать расположение людей»

В книге подробно описаны приемы, которые помогут расположить к себе собеседника. Джон рассказывает свои идеи и делится практическими знаниями. В данном печатном издании приведены цитаты, подчеркивающие основной смысл каждого урока. После каждой теоретической части следует практический урок. Разнообразные ситуации из жизни можно рассмотреть под разным углом и сделать соответствующие выводы. Книга написана очень понятно, смысл доступен каждому читателю. Данная литература поможет правильно работать над собой, развивая в себе необходимые качества. Благодаря упорной работе над собой вы сможете завоевать расположение окружающих.

Автор книги: Джон Максвелл

Роберт Чалдини «Психология влияния»

Данное издание очень популярно и входит в десятку лучших книг по социальной психологии. Автор описывает способы влияния на людей с помощью убеждения. Узнав эти приемы, вы сможете выяснить, когда вами пытаются манипулировать. Книга легкая и интересная, каждый узнает много нового о человеческой психологии.

Книга Роберта Чалдини «Психология влияния»

«Становление личности. Взгляд на психотерапию», Карл Роджерс

Карл был номинирован на Нобелевскую премию. Американский психолог умеет чувствовать и понимать другого человека. Он убежден, что внимания и уважения заслуживает каждый, ведь каждый человек является личностью. Как правило, нас мало интересуют чувства другого, его взгляды на жизнь и убеждения. Если мы будем внимательней к другим людям, то сами начнем меняться. Автор учит принятию каждого человека, не оценивая его. Карл дает советы о том, как понять близкого и научиться ему сопереживать. Психолог также рассказывает о том, как изменить свое отношение к окружающим людям.

Печатное издание Карла Роджерса

Почему никто не рассказал мне это в 20? Тина Силиг

Тина преподает курсы предпринимательства в университете. В своей книге она также учит молодое поколение и взрослых людей тому, с чего начать свое дело и откуда взять идеи для прибыльного бизнеса. Кроме того, автор подробно рассказывает, как правильно справляться с проблемами и на что следует тратить время и силы. Она уверена, что, несмотря уникальность каждой истории успеха, существует общее для всех правило. Оно заключается в том, чтобы продолжать испытывать свои силы, а не ограничиваться тем, что есть. Даже если вы многого добились и далеко продвинулись, необходимо двигаться дальше. Ищите нестандартные подходы к решению проблем, выбирайте свою точку зрения, будьте креативны, продолжайте саморазвитие.

Книга Тины Силиг «Почему никто не рассказал мне это в 20?»

Хочу и буду. Принять себя, полюбить жизнь и стать счастливым. Лабковский Михаил

Психолог и автор книги уверен, что каждый человек имеет право быть счастливым и жить так, как считает нужным. В книге рассказано о том, как обрести внутреннюю гармонию и найти душевный покой. Каждый человек должен принять себя таким, какой он есть, со всеми недостатками и изъянами. Важно любить и уважать себя, прислушиваться к своим желаниям. Любую проблему нужно встречать с оптимизмом и не переставать радоваться каждому новому дню. Михаил Лабковский изучает причины, которые мешают человеку полноценно наслаждаться жизнью. Он рассказывает о возможных факторах возникновения страхов и бессознательной тревоги. Михаил отличается от многих других психологов и писателей тем, что всегда отвечает конкретно на любой непростой вопрос. Некоторые люди даже шокированы его радикальными подходами и смелыми советами. Он не анализирует детские травмы, а помогает человеку в данный момент изменить отношение к миру и к самому себе. Автор убежден, что счастливей и свободней себя почувствует каждый после прочтения книги.

Книга Михаила Лабковского «Хочу и буду»

В этих книгах, описанных выше, вы найдете ответы на многие волнующие вопросы, а также сможете разобраться в причинах недопонимания, научитесь приниматься себя и оказывать влияние на людей.

Вы сможете повысить качество своей жизни и найти решение собственных проблем

В видео для вас еще интересная подборка:

Взгляд терапевта на психотерапию «

» Как стать человеком: взгляд терапевта на психотерапию »

Эта статья отражает исследования и мысли студента в то время, когда статья была написана для курса в Bryn Mawr College. Как и другие материалы о Серендипе, он не предназначен для того, чтобы быть «авторитетным», а скорее для того, чтобы помочь другим в дальнейшем развитии их собственных исследований. веб-ссылок было активны на момент публикации статьи, но не обновляются .

Поделитесь мыслями | Поиск других статей по Серендипу | Домашняя страница Serendip

Биология 202
2004 Первая веб-статья
О Серендипе

«О становлении личностью: взгляд терапевта на психотерапию»

Дженнифер Стундон

Как стать человеком: взгляд терапевта на психотерапию
Карл Роджерс
«Жизнь, в лучшем случае, представляет собой непрерывный процесс изменения, в котором ничего не фиксируется». ((1), 222)

Сегодня в большинстве книжных магазинов есть целые разделы, предназначенные для книг по саморазвитию, руководств для потребителей по психологическим заболеваниям и руководств по выздоровлению от психических заболеваний. Однако в 1960-х годах психическое здоровье оставалось завуалированной наукой. Люди говорили о психологии на незнакомом языке, это была тема, которая многих смущала. Фрейд считал, что терапия должна разочаровывать и увеличивать тревогу пациента, чтобы позволить ему выздороветь, и обычно предполагалось, что терапия должна быть трудной и неприятной. Книга Карла Роджерса «Как стать человеком» произвела революцию в психологической литературе. Хотя его намерением издать эту книгу было просто сделать свой материал более доступным для других практикующих, он обнаружил, что все, от домохозяек до юристов, искали книгу, и было продано более миллиона экземпляров.Роджерс этого не ожидал, и успех этой книги среди тех, кто не занимается наукой о поведении, отрицательно сказался на его репутации.
Книга «Как стать человеком» была первоначально выпущена в 1962 году. В то время преобладала философская школа Фрейда. Исследования показали, что психоанализ на самом деле сделал многих пациентов менее рефлексивными, менее комфортными и менее способными функционировать на высоком социальном уровне. Несмотря на эти факты, молчаливый психоаналитик за кушеткой продолжал процветать на протяжении пятидесятых и начала шестидесятых.Исследования начали изучать науку о поведении, но наука была в зачаточном состоянии. Хотя о нейрохимии было мало что известно, ученые изучали обусловленность реакции на стимулы, проводя эксперименты, которые пытались показать, что пациенты просто реагируют на получаемые ими награды. Роботы были созданы, чтобы вознаграждать пациентов психиатрических больниц за хорошее поведение, и психиатры считали, что это волна будущего. Роджерс изучил эти исследования и нашел их бесчеловечными и ошибочными.Он чувствовал себя неуместным в психологии, ставя под сомнение идеалы того времени, часто к ужасу своих руководителей. Роджерс приступил к изучению поведенческой науки в режиме, аналогичном педагогике интуитивной прозорливости, идее «все меньше ошибаться». ((2)) Хотя Роджерс признал, что нынешние методы психотерапии в 1950-х годах были изначально ошибочными, он работал применить концепции, которые он изучил в своем формальном исследовании, к его независимым исследованиям, чтобы найти менее неправильный способ лечения пациентов. Роджерс участвовал во многих лекциях и открыто признавал свое невежество в поведенческой науке, но его желание учиться и получать удовольствие от процесса обучения вдохновляло других и позволяло ему оказывать прочное влияние.

В дебатах с доктором Р. Ф. Скиннером, который стремился объективно составить карту мозга, а также диагностировать и определить физиологические причины всего, Роджерс утверждал, что все исследования, которые когда-либо выполнял человек, будут субъективными. Роджерс считал, что, поскольку гипотеза или идеи человека, который начинает исследование, неизбежно влияют на направление и результат его исследования, исследование никогда не может быть полностью объективным.Роджерс подвергал сомнению суть науки — идею о том, что человек может объективно получать и накапливать информацию. Его аргумент резонирует в наше время так же ясно, как и в пятидесятые годы. У человека всегда есть выбор — выбор следовать тому, что его интересует, и, преследуя эти интересы, он приносит с собой набор основных ценностей, которые он усвоил и которые решил принять как свои собственные. Эта врожденная субъективность дает нам возможность реализовывать идеи, которые нам нравятся.

Исследования, в ходе которых стремились обозначить каждое действие человека как выходящее из-под его личного контроля, как биологический импульс или реакцию, казалось, лишили человека свободы воли и достоинства.Определение основы поведения — это дискуссия, охватывающая почти все дисциплины. Только философы, теологи и люди задумываются над этим вопросом: что вызывает поведение? В дискуссиях люди часто расходятся по этому поводу. Роджерс, надеясь сохранить загадку человечества, исследуя поведенческую науку, Роджерс считал, что исследования в области поведенческой науки должны основываться на следующих ценностях:
«Человек как процесс становления; как процесс достижения ценности и достоинства через развитие его потенциальных возможностей;
Индивидуальное человеческое существо как процесс самореализации, переходящий к более сложным и обогащающим переживаниям.»(1, 396)
Его страхи до прозака, перед лихорадочной поспешностью навешивать ярлыки на активных детей с СДВ и лечить их лекарствами, очень похожи на опасения, возникающие сегодня по поводу передозировки лекарств. Он опасался, что исследование поведенческой науки если это делается с использованием ценностей, которые не способствуют развитию индивидуальности человека и сохраняют идею свободы воли, может привести к устранению творческих способностей и созданию соответствующего общества. Насколько это похоже на страх родителей, что индивидуальность его ребенка будет устранена или изменена Хотя Роджерс не дожил до повального увлечения психофармакологией 1990-х годов, он определенно осознал силу науки о поведении в создании счастливого, послушного, однородного общества.Роджерс с надеждой завершает свою лекцию, указывая:

. «Если мы, индивидуумы и группы, не решим отказаться от нашей способности субъективного выбора, мы всегда останемся свободными людьми, а не просто пешками созданной нами поведенческой науки». ((1), 401).

Убеждения и исследования Роджерса, похоже, сосредоточены вокруг внутренней ценности той части ума, которую не понимают. Он не навешивал ярлыки на неизвестную территорию мозга, которую мы стали называть I-функцией, но уважал ее. Его современник, доктор Скиннер, считал, что то, что мы считаем свободой воли, — это просто часть мозга, которую мы пока не можем объяснить. Точно так же на форуме класса I-функция называлась системой по умолчанию, местом для размещения идей, которые мы не могли объяснить. ((3)) I-функция — это известная функция, у которой есть непонятный процесс. Это суть нашей человечности, наша вера в нашу свободную волю и способность оценивать свои решения независимо — это то, что мы считаем отличным от других животных.Возникает вопрос, который до сих пор вызывает недоумение ученых и философов: что составляет поведение? Если биология не равняется поведению, какие неизвестные элементы позволяют нам вести себя так, как мы? Роджерс, кажется, считает, что исследования в области поведенческой науки были полезны только в той степени, в которой они улучшили человечество. Картирование всего мозга было бы невероятным подвигом, если бы оно вообще было осуществлено, но что это сделает с обществом? Лишенные свободы воли, как мы можем смириться с жизнью?

Исследования Роджерса были направлены на изучение человеческой жизни как процесса, континуума, который никогда не будет полностью понят, но надеялся, что сделанные открытия могут улучшить жизнь многих людей, не лишая их индивидуальности. Роджерс независимо исследовал результаты психотерапии максимально количественно. Роджерс был одним из первых психотерапевтов, записавших сеансы для дальнейшего анализа. В своем исследовании, которое полностью основывалось на психотерапии, а не на лекарствах, он стремился сохранить идею о том, что человек — уникальная и независимая сущность. Недовольный тем, что он узнал из психоанализа и других преобладающих теорий, Роджерс решил заняться тем, что он назвал «негативным обучением». Когда идеи, предложенные ему через формальное образование, не дали ему результата, он стал искать другие варианты.Роджерс ввел термин «терапия, ориентированная на клиента», и этот термин используется до сих пор. Его всеобъемлющее убеждение заключалось в том, что благодаря конструктивным отношениям с пациентом, в котором он был «реальным», он сможет помочь им узнать что-то о себе и помочь повлиять на их действия в других отношениях, чтобы стать более успешными и счастливыми в жизни. . Он разработал несколько моделей, чтобы исследовать, какие аспекты должны присутствовать, чтобы отношения были терапевтическими. Если пациент чувствовал, что он работал совместно с психотерапевтом над решением проблемы; заслуживает ли психотерапевт доверия и сообщил об этом пациенту; если пациенту было позволено выражать свои мысли без внешней оценки; и если терапевт мог рассматривать цель как процесс становления, то он утверждал, что терапия будет успешной.

Идеи, выдвинутые Роджерсом, полезны не только для использования в терапии, но и для обучения. Признавая недостатки системы образования, Роджерс применял концепции, которые он считал эффективными стимулами для обучения в классе. Класс без учителей, лекций и экзаменов был его идеалом, но этот идеал не сразу одобрил ни один университет. Вместо этого Роджерс попытался создать среду, в которой студенты и преподаватели ищут решение проблемы или проблем, коллективно отталкиваясь от ошибочных идей и совместно используя ресурсы для продвижения к менее ошибочной идее.Роджерс предлагает рассматривать экзамены не как маркеры усвоенного материала, а как необходимые билеты для входа в определенные моменты жизни, например в аспирантуру. Если бы мы, учащиеся, могли ценить процесс обучения больше, чем экзамены и выпускную оценку, чего бы мы могли достичь вместе? Роджерс утверждает, что не существует идеала, который представляет собой застой, а есть постоянно протекающий процесс, в который мы можем позволить себе участвовать, и что, став частью этого процесса, мы можем достичь того, что он считает хорошей жизнью.((1), 184-196). Обучение — это также процесс постоянного изменения, роста наших собственных знаний и общепринятых представлений общества. Принимая знания как гибкую концепцию, мы можем получать больше удовольствия от жизни и учебы.

Список литературы

1. Роджерс, Карл Р. «О становлении личностью: взгляд терапевта на психотерапию». 1961. Компания Houghton Mifflin, Нью-Йорк.

2) «Наука как минимум ошибается». Пол Гробштейн, веб-сайт серендипа колледжа Брин-Мор.

3) Обсуждение в классе I-функции, форум по биологии 202, на сайте serendip.

| Домашняя страница курса | Форум курса | Мозг и Поведение | Серендип Главная |

Присылайте нам свои комментарии на Serendip

© Серендип 1994- — Последнее изменение: Среда, 02-мая-2018 11:53:06 EDT

Рецензия на книгу Роджерса «О становлении человеком»

«Как стать человеком» предлагает своим читателям оптимистичный взгляд на человеческую природу и нашу способность жить полноценной жизнью. Доктор Карл Роджерс, психотерапевт, наиболее известный своей работой в области клиентоориентированной терапии, обобщает опыт и знания, накопленные им за десятилетия полевой работы. Цель человека — стать полностью реализованной, созвучной личностью; полностью осознавая и принимая свой опыт, и свободно в своих действиях. Такой зрелый человек, скорее всего, будет жить конструктивной и приносящей удовлетворение жизнью.

Я услышал о «Как стать человеком», просматривая один из списков рекомендаций по чтению на 2017 год.Тема, изложенная в первом абзаце, показалась интересной. Он обещал улучшить собственную жизнь, а также представил взгляд с точки зрения психотерапевта; точка зрения, о которой я толком не читал. Что может быть невежественным, если сказать о себе, поскольку кто лучше подходит для ответа на вопросы о человеческом состоянии и счастье, чем человек, который делает это своей профессией? Я нашел книгу довольно интересной и вдохновляющей. В следующем посте я хотел бы обрисовать основные тезисы книги, чтобы закрепить ее основные ключевые положения.

В терапии, ориентированной на клиента, роль психотерапевта заключается в создании среды, которая стимулирует личностный рост и самоанализ. Цель психотерапевта — создать отношения, основанные на понимании, принятии, теплоте и искренности. Идея состоит в том, что со временем клиент займет это отношение к самому себе посредством взаимности. Поскольку наиболее распространенной первопричиной психотерапевтических проблем является то, что наши психологические защитные механизмы делают нас слепыми к причинам наших стрессов, такие позитивные отношения позволяют человеку открыться своим собственным проблемам и защитам и начать работать над их решением.Пациент лучше осознает свои потребности и делает свое поведение более соответствующим его целям.

Доктор Роджерс считает, что истинное «я» — существо позитивное и конструктивное. Он сожалеет о том, что человек — это животное, скованное общественным порядком. Вместо этого именно тот факт, что мы действуем в противоречии с самим собой, часто является источником наших проблем. Следовательно, вопрос, на который должна помочь психотерапия, — это «Кто я»? В процессе изменения личности, которое в большей или меньшей степени связано с созреванием, локус контроля перемещается с внешнего («Что от меня ожидается») на внутренний («Чего я хочу»).Человек становится более осознающим и принимающим себя, склонен рассматривать свои эмоции как нечто действительно свое, а не как внешние явления.

В книге содержится много более подробных замечаний по этой и другим темам, например, о последствиях и применении его теорий в обычной жизни, о том, как такой подход может способствовать более эффективному и конструктивному общению между людьми (по этому вопросу многие моменты являются общими для ненасильственного общения ), как это связано с бихевиоризмом, и необычные мнения автора о преподавании.

Это классика с множеством положительных отзывов на Amazon. Многим он дает передышку от усталости от мира и дает полезные идеи для процесса самосовершенствования.

Карл Роджерс | Simply Psychology

  1. Гуманистический подход
  2. Карл Роджерс

Карл Роджерс

Саул МакЛауд, обновлено в 2014 г.



Карл Роджерс (1902-1987) был гуманистическим психологом, который согласился с основными предположениями Абрахама Маслоу .Однако Роджерс (1959) добавил, что для того, чтобы человек «рос», ему нужна среда, которая обеспечивает ему искренность (открытость и самораскрытие), принятие (безоговорочно положительное отношение к себе) и сочувствие (то, что его выслушивают и понял).

Без них отношения и здоровые личности не будут развиваться должным образом, как дерево не будет расти без солнечного света и воды.

Роджерс считал, что каждый человек может достичь своих целей, желаний и желаний в жизни.Когда, или, скорее, если они это сделали, произошла самореализация.

Это был один из самых важных вкладов Карла Роджерса в психологию, и для того, чтобы человек смог реализовать свой потенциал, необходимо удовлетворить ряд факторов.


Самоактуализация

Самоактуализация

« У организма есть одна основная тенденция и стремление — актуализировать, поддерживать и улучшать испытывающий организм » (Роджерс, 1951, стр. 487).

Роджерс отверг детерминированную природу как психоанализа, так и бихевиоризма и утверждал, что мы ведем себя так, как мы делаем, из-за того, как мы воспринимаем нашу ситуацию.«Поскольку никто другой не может знать, как мы воспринимаем, мы являемся лучшими экспертами в себе».

Карл Роджерс (1959) считал, что у людей есть один основной мотив, а именно тенденция к самореализации, то есть к реализации своего потенциала и достижению наивысшего уровня «человечности», на который мы способны.

Как цветок, который вырастет в полную силу при подходящих условиях, но который ограничен окружающей средой, поэтому люди будут процветать и реализовать свой потенциал, если их окружение достаточно хорошее.

Однако, в отличие от цветка, индивидуальный человеческий потенциал уникален, и мы должны развиваться по-разному в зависимости от нашей личности. Роджерс считал, что люди по своей природе хорошие и творческие.

Они становятся разрушительными только тогда, когда плохая самооценка или внешние ограничения преобладают над процессом оценки. Карл Роджерс считал, что для того, чтобы человек мог реализовать себя, он должен находиться в состоянии конгруэнтности.

Это означает, что самоактуализация происходит тогда, когда «идеальное Я» человека (т.д., кем они хотели бы быть) соответствует их действительному поведению (самооценке).

Роджерс описывает человека, который актуализируется как полностью функционирующая личность. Главный фактор, определяющий, сможем ли мы реализовать себя, — это детский опыт.


Полнофункциональная личность

Полнофункциональная личность

Роджерс считал, что каждый человек может достичь своей цели. Это означает, что человек находится в контакте с настоящим моментом, его или ее субъективными переживаниями и чувствами, которые постоянно растут и меняются.

Во многих отношениях Роджерс считал полностью функционирующего человека идеалом, которого люди в конечном итоге не достигают. Ошибочно думать об этом как об окончании или завершении жизненного пути; скорее это процесс постоянного становления и изменения.

Роджерс выделил пять характеристик полностью функционирующего человека:

1. Открытость для опыта : принимаются как положительные, так и отрицательные эмоции. Негативные чувства не отрицаются, а прорабатываются (вместо того, чтобы прибегать к защитным механизмам эго).

2. Экзистенциальная жизнь : соприкасаться с разными жизненными переживаниями, избегая предубеждений и предубеждений. Способность жить и в полной мере ценить настоящее, не всегда оглядываясь назад в прошлое или заглянув в будущее (т.е. живя настоящим моментом).

3. Чувства доверия : на чувства, инстинкты и инстинкты обращают внимание и им доверяют. Люди принимают правильные решения, и мы должны доверять себе, чтобы сделать правильный выбор.

4. Креативность : творческое мышление и готовность к риску — черты жизни человека. Человек не всегда перестраховывается. Это включает в себя способность приспосабливаться и меняться и искать новый опыт.

5. Осуществленная жизнь : человек счастлив и доволен жизнью, всегда ищет новых вызовов и переживаний.

Для Роджерса полноценные люди хорошо приспособлены, уравновешены и интересны. Часто такие люди являются отличниками в обществе.

Критики утверждают, что полноценный человек — продукт западной культуры. В других культурах, таких как восточные, достижения группы ценятся выше, чем достижения одного человека.


Развитие личности

Развитие личности

Центральное место в теории личности Роджерса занимает понятие «я» или самооценка. Это определяется как «организованный, последовательный набор представлений и убеждений о себе».

«Я» — это гуманистический термин для обозначения того, кем мы являемся на самом деле как личность.«Я» — это наша внутренняя личность, и ее можно сравнить с душой или психикой Фрейда. На «Я» влияют переживания, которые человек получил в своей жизни, и наши интерпретации этих переживаний. Два основных источника, которые влияют на нашу самооценку, — это детский опыт и оценка другими.

Согласно Роджерсу (1959), мы хотим чувствовать, испытывать и вести себя таким образом, который согласуется с нашим представлением о себе и отражает то, какими мы хотели бы быть, нашим идеальным «я».Чем ближе друг к другу наше самооценка и идеальное «я», тем более последовательными или согласованными мы являемся и тем выше наше чувство собственного достоинства.

Считается, что человек находится в состоянии неконгруэнтности, если некоторая совокупность его опыта неприемлема для него и отрицается или искажается в его представлении о себе.

Гуманистический подход утверждает, что личность состоит из концепций, уникальных для нас самих. Самооценка включает три компонента:

Самооценка

Самооценка (или самооценка) включает в себя то, что мы думаем о себе.Роджерс считал, что чувство собственного достоинства развивается в раннем детстве и формируется в результате взаимодействия ребенка с матерью и отцом.

Свой образ

Каким мы себя видим, что важно для хорошего психологического здоровья. Представление о себе включает в себя влияние образа нашего тела на внутреннюю личность.

На простом уровне мы можем воспринимать себя как хорошего или плохого человека, красивого или уродливого. Представление о себе влияет на то, как человек думает, чувствует и ведет себя в мире.

Идеал-я

Это тот человек, которым мы хотели бы быть. Он состоит из наших целей и жизненных амбиций и является динамичным, то есть вечно меняющимся.

Идеальное «я» в детстве — это не идеальное «я» в подростковом или позднем возрасте и т. Д.

Положительное отношение и самооценка

Положительное отношение и самооценка

Карл Роджерс (1951) рассматривал ребенка как имеющего два основных потребности: положительное отношение со стороны других людей и самооценка.

То, как мы думаем о себе, наше чувство собственного достоинства имеют фундаментальное значение как для психологического здоровья, так и для вероятности того, что мы сможем достичь целей и амбиций в жизни и достичь самоактуализации.

Самооценку можно рассматривать как непрерывную зависимость от очень высокой до очень низкой. Для Карла Роджерса (1959) человек обладает высокой самооценкой, то есть уверен в себе и положительно относится к себе, сталкивается с жизненными проблемами, иногда принимает неудачи и несчастья и открыт с людьми.

Человек с низкой самооценкой может избегать жизненных проблем, не принимать того, что жизнь временами может быть болезненной и несчастной, и будет защищаться и осторожничать с другими людьми.

Роджерс считал, что чувство собственного достоинства развивается в раннем детстве и формируется в результате взаимодействия ребенка с матерью и отцом. По мере взросления ребенка взаимодействие со значимыми другими людьми влияет на чувство собственного достоинства.

Роджерс считал, что другие должны относиться к нам положительно; нам нужно чувствовать, что нас ценят, уважают, относятся к нам с любовью и любят.Позитивное отношение связано с тем, как другие люди оценивают и судят нас в социальном взаимодействии. Роджерс проводил различие между безусловным положительным отношением и условным положительным отношением.

Безусловное положительное отношение

Безусловное положительное отношение — это когда родители, близкие люди (и терапевт-гуманист) принимают и любят человека таким, какой он есть. Положительное отношение не отменяется, если человек делает что-то не так или ошибается.

Последствия безусловного положительного отношения заключаются в том, что человек чувствует себя свободным пробовать что-то и делать ошибки, даже если это может временами ухудшать ситуацию.

Люди, способные к самореализации, с большей вероятностью получали безусловное положительное отношение со стороны других, особенно своих родителей в детстве.

Условно-положительное отношение

Условно-положительное отношение — это когда положительное отношение, похвала и одобрение зависят, например, от поведения ребенка, которое родители считают правильным.

Следовательно, ребенка любят не тем, кем он является, но при условии, что он или она ведет себя только так, как одобряет родитель (родители).

В крайнем случае, человек, который постоянно ищет одобрения со стороны других людей, скорее всего, испытал лишь условно положительное отношение в детстве.

Конгруэнтность

Конгруэнтность

Идеальное Я человека может не соответствовать тому, что на самом деле происходит в жизни и опыте этого человека. Следовательно, может существовать разница между идеальным «я» человека и реальным опытом.Это называется неконгруэнтностью.

Когда идеальное «я» человека и реальный опыт совпадают или очень похожи, существует состояние конгруэнтности. Редко, если вообще существует полное состояние конгруэнтности; все люди испытывают определенное несоответствие.

Развитие конгруэнтности зависит от безусловного положительного отношения. Карл Роджерс считал, что для того, чтобы человек мог реализовать себя, он должен находиться в состоянии конгруэнтности.

Согласно Роджерсу, мы хотим чувствовать, переживать и вести себя таким образом, который согласуется с нашим представлением о себе и отражает то, какими мы хотели бы быть, нашим идеальным «я».

Чем ближе друг к другу наша самооценка и идеальное «я», тем более последовательны или согласованы мы и тем выше наше чувство собственного достоинства. Считается, что человек находится в состоянии неконгруэнтности, если часть его опыта в целом неприемлема для него и отрицается или искажается в его представлении о себе.

Неконгруэнтность — это «несоответствие между реальным опытом организма и самооценкой человека в той мере, в какой оно представляет этот опыт». используйте защитные механизмы, такие как отрицание или подавление, чтобы не бояться того, что мы считаем нежелательными чувствами.

Человек, чья самооценка несовместима с его или его реальными чувствами и переживаниями, будет защищаться, потому что правда ранит.


Цитаты Карла Роджерса

Цитаты Карла Роджерса

«Сама суть творчества заключается в его новизне, и поэтому у нас нет стандарта, по которому можно судить о нем». (Роджерс, 1961, стр. 351)

«Я постепенно пришел к одному отрицательному выводу о хорошей жизни. Мне кажется, что хорошая жизнь — это не какое-то фиксированное состояние.По моему мнению, это не состояние добродетели, удовлетворенности, нирваны или счастья. Это не состояние, при котором человек корректируется, выполняется или актуализируется. Выражаясь психологическими терминами, это не состояние снижения влечения, снижения напряжения или гомеостаза «. (Роджерс, 1967, стр. 185-186)

«Хорошая жизнь — это процесс, а не состояние бытия. Это направление, а не пункт назначения». (Роджерс, 1967, стр.187)

Как ссылаться на эту статью:
Как ссылаться на эту статью:

McLeod, S.А. (2014, 05 февраля). Карл Роджерс . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/carl-rogers.html

Ссылки на стиль APA

Rogers, C. (1951). Терапия, ориентированная на клиента: ее текущая практика, значения и теория . Лондон: Констебль.

Роджерс, К. (1959). Теория терапии, личности и межличностных отношений, разработанная в рамках клиентоориентированной системы. В (ред.) С. Кох, Психология: исследование науки.Vol. 3: Формулировки личности и социального контекста . Нью-Йорк: Макгроу Хилл.

Роджерс К. Р. (1961). О становлении человеком: взгляд психотерапевтов на психотерапию. Хоутон Миффлин.

Роджерс, К. Р., Стивенс, Б., Гендлин, Э. Т., Шлиен, Дж. М., и Ван Дузен, В. (1967). От человека к человеку: проблема бытия человеком: новое направление в психологии. Лафайет, Калифорния: Real People Press.

Как ссылаться на эту статью:
Как ссылаться на эту статью:

McLeod, S.А. (2014, 05 февраля). Карл Роджерс . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/carl-rogers.html

сообщить об этом объявлении

Тенденция к актуализации и личностно-ориентированная терапия Карла Роджерса

Психотерапевт и психолог-гуманист Карл Роджерс начал свою карьеру с работы с детьми.

Позже, когда его работа переключилась на работу со взрослыми и обучение, он начал формулировать свой терапевтический подход.

По мере того, как он повышал свои навыки и опыт, появился твердый подход: терапия, ориентированная на клиента (позже названная терапией, ориентированной на человека.)

В 1942 году он опубликовал свою первую книгу на эту тему под названием « Консультирование и психотерапия» .

В духе истинно гуманистической психологии Роджерс приветствовал то, что его теории были адаптированы другими под свои нужды. Его открытость к возможностям и эмпатический характер одновременно привлекали к нему людей и поощряли критику его теорий.

Прежде чем продолжить, мы подумали, что вы могли бы загрузить наши 3 упражнения по позитивной психологии бесплатно . Эти научно обоснованные упражнения исследуют фундаментальные аспекты позитивной психологии, включая сильные стороны, ценности и сострадание к себе, и дадут вам инструменты для улучшения благополучия ваших клиентов, студентов или сотрудников.

Вы можете бесплатно скачать PDF здесь .

Что такое гуманистическая психология?

Чтобы понять идеи и подход Карла Роджерса к терапии, важно понять, что он ценит и верит в человеческую природу. Дейл Шунк в книге Learning Theories: An Educational Perspective утверждает, что гуманистическая психология является конструктивистской и основана на двух предположениях (2016, стр.346).

  1. Изучение людей должно проводиться с точки зрения целостности. Это означает принятие во внимание их мыслей, чувств и поведения; и,
  2. Человеческий выбор, творчество и самореализация — важные области изучения. Исследования должны быть сосредоточены на «психологически функционирующих людях», которые работают над творчеством и полностью раскрывают свой потенциал.

Карл Роджерс и Абрахам Маслоу — два известных психолога-гуманиста. Хотя оба они рассматривали изучение людей с целостной точки зрения, как вы прочтете позже, они по-разному определили самоактуализацию.

В Американской психологической ассоциации есть 32-й отдел — Общество гуманистической психологии. Это подразделение направлено на « верность всему спектру человеческого опыта » и на разработку «систематических и строгих методов изучения людей». Основные ценности подразделения учитывают сложность всех людей, независимо от того, работают ли они в одиночку или в группах.

Два взгляда на самоактуализацию

С точки зрения Роджерса, каждый человек стремится быть творческим, полноценным существом, желающим раскрыть свой потенциал.Это стремление является постоянным, мотивирующим и врожденным (Rogers, 1963, цит. По: Schunk, 2016). Он назвал процесс реализации своего потенциала тенденцией к актуализации.

Ориентация всех людей — « рост, автономия и свобода от контроля внешних сил » (Шунк, 2016, стр. 349). Это может напомнить вам теорию самоопределения, в которой основное внимание уделяется автономии, взаимосвязанности и компетентности. ДеРобертис и Бланд (2018) исследуют эту связь в своей работе под названием Использование гуманистического потенциала теории самоопределения: Пробуждение парадокса .

Иерархия потребностей Маслоу ставит самоактуализацию во главу угла. Это идеал, который подчеркивает личностный рост, но не основан на чувстве обездоленности человека, как в случае с первыми четырьмя потребностями (физиологические, безопасность, принадлежность и чувство собственного достоинства).

На самом деле, не все достигают самоактуализации, и Маслоу не называл эту потребность врожденной или лежащей в основе всех других мотиваций. Globe, как указано в Schunk (2016, p. 347), утверждает, что около 1% людей достигают самоактуализации.Чтобы узнать, где вы занимаетесь, попробуйте эти тесты и инструменты для самоактуализации.

Напротив, Роджерс считал, что актуализирующая тенденция действует как движущая сила для любого поведения. На него влияет окружающая среда и люди, окружающие человека, ближние и дальние. Тенденция к актуализации — это не конечная цель, предназначенная только для немногих избранных, это то, с чего начинается жизнь. Организмы начинают с стремления (мотивации) достичь полноты любым способом, который подходит этому организму.

Что такое тенденция к актуализации?

Основная идея тенденции актуализации проста.Это желание, присутствующее во всех живых существах, подталкивает организм к росту. В случае с человеческими организмами мы все хотим творчески выразить себя и полностью раскрыть свой потенциал.

Роджерс предложил аналогию с картофелем, объясняя эту тенденцию. Вы когда-нибудь оставляли картофель в кладовой только для того, чтобы позже обнаружить, что на нем выросли ростки? Ростки — это маленькие белые бугорки, использующие небольшое количество света, доступного под дверной коробкой и вокруг нее.

Каждый раз, когда вы открываете дверь, проникает свет, побуждая саженец бороться за выживание.Если вы возьмете этот картофель и посадите его в почву весной, вы вскоре увидите, как зеленые ростки пробиваются сквозь поверхность, а за ними — густые зеленые листья.

Мы можем видеть этот процесс — стремление к росту — у каждого, хотя Роджерс считал, что это справедливо для каждого организма (Goodreads, n.d.). У организмов есть врожденная мотивация жить в соответствии со своей истинной природой. Когда организм не может этого сделать, он испытывает несоответствие, но продолжает стремиться к актуализации (белые пятна), даже несмотря на то, что окружающая среда более сложна.

Мы видим это, когда цветы вырастают между трещинами в бетоне, когда стебли кукурузы вырастают между дорожными решетками и когда дерево растет внутри пня другого дерева. Мы также видим это, когда люди изо всех сил пытаются определить, кто они, в то время как им говорят, кто они. Часто именно эта борьба заставляет человека искать терапию.

Точно так же, как цветы, растущие между трещинами, актуализирующая тенденция не может быть уничтожена, если не уничтожен организм.

Я-концепция и несоответствие

Я-концепция — это то, как мы видим себя. Когда это отличается от нашего опыта в мире, возникает ощущение несоответствия. Между нашей самооценкой и нашим опытом существует разрыв, который может быть большим или маленьким. Это может вызвать дискомфорт.

Если бы человек не взаимодействовал ни с одним другим живым существом, то этих несоответствий не произошло бы. Это наше взаимодействие с другими посредством прямых и косвенных действий, которые влияют на нашу самооценку. Это влияние может быть положительным или отрицательным. Когда это противоречит тому, кем мы себя представляем (нашей самооценке), мы испытываем страдание.

Это верно, даже если влияние положительное, но в сознании человека невероятно. Если человеку большую часть своей молодой жизни говорят, что он бесполезен, но затем кто-то приходит к нему, говоря, что это не так, тогда этот человек может испытать неконгруэнтность.

Несоответствия часто связаны с условиями ценности. Это поведение, которое проявляет человек, потому что от него ожидают другие. Например, если вы женщина, вам следует улыбнуться, потому что это сделает вас красивее и доступнее.

Что, если женщину не интересует улыбка? Что, если ее естественное спокойное лицо нахмурилось? Что, если ее не волнует внешний вид? Чтобы иметь ценность и ценность в обществе, женщина должна улыбаться.

Состояние ценности — это кусочки бумаги, прикрепленные к вашей поверхности. Их можно разместить как попало, так и красиво, но независимо от того, как они размещены, это не вы.

Это просто слои бумаги. Каждый лист представляет собой какое-то условие, которое вам нужно выполнить, чтобы вы почувствовали себя достойным.Они исходят от родителей, друзей, начальников, супругов, партнеров, религии и СМИ. Вскоре документы перекрываются, и вы больше не видите, что скрывается под ними.

3 Основные условия

В 1974 году Роджерс провел лекцию, посвященную исследованиям эмпатии. Некоторые из этих исследований показали, что прогресс в терапии положительно коррелирует с уровнем эмпатии, проявленным терапевтом.

Вот первое видео из серии из четырех частей:

До работы Роджерса и его понимания терапевтических отношений в этой области доминировали психоанализ и бихевиористские подходы.Идея о том, что клиент, тоже новый термин, может направлять процесс и разбирается в себе, была необычной. Вместо того, чтобы сосредотачивать усилия на поведении или прошлом опыте, который мог негативно повлиять на человека, Роджерс работал с клиентом в настоящий момент.

Роджерс ясно дал понять, что, по его мнению, делает сеанс терапии подходящим для клиента. По его мнению, должны произойти три элемента. Они стали известны терапевтам, использующим его подход, как основные состояния. Их:

  1. Безусловное позитивное отношение — Принятие и непредвзятое поведение терапевта дает клиенту пространство, необходимое на протяжении всего процесса исследования.
  2. Эмпатия — Это мировоззрение — это способ быть с клиентом. Терапевту не обязательно соглашаться с клиентом, но необходимо выразить искреннее понимание.
  3. Конгруэнтность — Аутентичные взаимодействия между клиентом и терапевтом являются нормальной частью процесса. На протяжении всех отношений терапевт действует в соответствии со своими ценностями и убеждениями. Конгруэнтность — это мысли и чувства терапевта во время работы с клиентом.

6 Необходимые и достаточные условия для смены терапевтической личности

Некоторые люди, вступающие в терапевтический процесс, задаются вопросом, сколько времени это займет.

Будут ли они задействованы на месяцы или годы? Когда они узнают, что они «лучше»? В ответ на это Роджерс считал, что для любых терапевтических отношений необходимы следующие условия.

  1. Два человека находятся в психологическом контакте / отношениях.
  2. Клиент находится в состоянии несоответствия. Они уязвимы или обеспокоены.
  3. Терапевт интегрирован в отношения. Терапевт конгруэнтен, то есть осознает свой собственный опыт и принимает его.
  4. Терапевт испытывает безоговорочно положительное отношение к клиенту. Терапевт действует согласованно.
  5. Терапевт с пониманием относится к системе взглядов клиента и сообщает об этом клиенту. Терапевт прилагает все усилия, чтобы понять мир глазами клиента.
  6. Терапевт выражает принятие и понимание точки зрения клиента таким образом, что клиент выражает чувство принятого и понятого.

Роджерс утверждал, что эти условия — все, что необходимо для изменения личности клиента. Когда действуют эти условия, терапия полезна. Время, необходимое клиенту для этого, варьируется.

Что такое человеко-ориентированная терапия?

Гарвардская медицинская школа опубликовала письмо о психическом здоровье в 2006 году. В нем они описали, что такое клиентоориентированная терапия, а что нет. Вы можете руководствоваться подходом Роджера, если вы редко, если вообще:

  • Задайте вопросы клиенту,
  • Диагностика клиента,
  • Используйте психологические тесты,
  • Интерпретировать, оценить или дать совет,
  • Убеждать, хвалить или обвинять,
  • Согласен / не согласен с клиентом,
  • Выразить мнение о ситуации,
  • Укажите на противоречия,
  • Обсудить бессознательные мотивы; и,
  • Расскажите о чувствах клиента к терапевту.

Терапия, ориентированная на клиента, — это ненаправленная форма терапии. Роджерс рассматривал клиента как знатока самих себя. Таким образом, клиент определяет направление терапевтических потоков.

Как вы понимаете, чтобы стать опытным роджерианским терапевтом, нужны практика и терпение. Люди, заинтересованные в этом, могут найти полезные практики осознанности, особенно медитацию любящей доброты, как часть их подготовки. Самостоятельная практика самосострадания и внимательности может помочь терапевту присутствовать и оставаться в настоящем моменте с клиентом.

Поскольку роджерианский подход требует внимания к ощущениям, стоящим за тем, что говорит клиент, некоторые тренировки по микровыражениям или общему анализу языка тела также могут оказаться полезными.

Критика личностно-ориентированной терапии

Есть несколько опасений по поводу этого терапевтического подхода, начиная с отсутствия подходящей подготовки. Сам Роджерс не чувствовал необходимости в специальной подготовке (Harvard Health Publishing, 2006).

Его принципы были экстраполированы из интервью и книг Роджерса.Это оставляет достаточно формы для интерпретации.

Не каждому клиенту удобно говорить о себе. Это может привести к моменту охоты на добрую волю, когда терапевтическое время проходит в неловком, дискомфортном молчании.

В этом фильме персонаж Робина Уильямса заявляет, что это просто битва воли двух южан. Тем не менее, персонаж Уилл Хантинг не чувствовал себя комфортно при раскрытии личной информации в начале отношений. Это также стало очевидным благодаря его отношениям с друзьями и любовным интересам.

Некоторые терапевты считают, что шесть условий необходимы, но их недостаточно. Эти терапевты часто используют другие инструменты и методы для поддержки терапии. Этот вид терапии часто называют интегративной терапией. Это больше не терапия, ориентированная на человека в полном смысле этого слова.

Существует также мало научно обоснованных исследований, подтверждающих эффективность этой формы терапии (Harvard Health Publishing, 2006). Главный вопрос: « Приводят ли условия к улучшению или они являются его следствием?

Клиентоориентированная терапия сегодня

Многие практикующие, которых поначалу интересовали теории Роджерса, считают его вклад неоценимым для развития терапии.Хотя они могут не следовать каждому из условий, вместо этого предпочитая смешивать их в своем эклектичном стиле, они понимают важность соответствующего самораскрытия в отношениях. Они также признают ценность уважения к клиенту как к эксперту в отношениях.

Мотивационное интервьюирование (MI), ориентированный на клиента, директивный подход, основывается на принципах, используемых Роджерсом. Роллник и Миллер (1995), разработчики МИ, выделили семь характеристик этого метода.Этот подход «более целенаправлен и целенаправлен», чем традиционная клиентоориентированная терапия, но вы можете заметить его сходство со стилем Роджерса. Роллник и Миллер описывают это как «дух мотивационного собеседования».

  1. Мотивация к изменениям исходит от клиента, а не навязывается извне.
  2. Задача клиента — сформулировать и разрешить свою амбивалентность.
  3. Прямое уговаривание не работает.
  4. Стиль консультирования в основном тихий и несколько пассивный.
  5. Консультант является директивным, но только таким образом, чтобы помочь клиенту изучить и разрешить амбивалентность.
  6. Готовность к переменам — не черта клиента. Это непостоянный продукт межличностного взаимодействия.
  7. Терапевтические отношения — это партнерство. Консультант не разбирается в клиенте.

MI обычно используется на ранних этапах процесса изменений. Более подробную информацию см. В Транстеоретической модели изменений ЛаМорте (2019) .

Сообщение о возвращении домой

Независимо от терапевтических стилей, которые вы изучаете во время учебы в бакалавриате и магистратуре, пока вы не начнете работать с клиентами, ваш собственный стиль не может развиваться. Это одна из причин, почему программы требуют многочасового взаимодействия клиента с терапевтом.

Взгляд Карла Роджерса на отношения клиента и терапевта, особенно на то, что отношения существуют, очень важен. Признание того, что взаимодействие между двумя людьми может повлиять и влияет на возможные результаты, продвинуло будущие терапевтические методы и подходы.Описание человека как «клиента» вместо «пациента» изменило мышление обеих сторон.

Понимание и вера в то, что все организмы имеют актуализирующую тенденцию к росту и что эта тенденция продолжается, сегодня влияет на многие позитивные психологические практики. Это предполагает работу в областях мышления, устойчивости, потока, творчества и сильных сторон.

Как работа Карла Роджерса, особенно его вера в актуализирующую тенденцию, повлияла на вас?

Надеемся, вам понравилась эта статья.Не забудьте скачать бесплатно наши 3 упражнения по позитивной психологии .

Если вы желаете большего, наш набор Positive Psychology Toolkit © содержит более 300 научно обоснованных упражнений по позитивной психологии, интервенций, анкет и оценок, которые практикующие могут использовать в своей терапии, коучинге или на работе.

  • Американская психологическая ассоциация (без даты). Div. 32: Общество гуманистической психологии . Получено 8 декабря 2019 г. с https: // www.apadivisions.org/division-32/about/
  • ДеРобертис, Э. М., и Бланд, А. М. (2018). Использование гуманистического потенциала теории самоопределения: пробуждение к парадоксу. Психолог-гуманист, 46 (2), 105–128. https://doi.org/10.1037/hum0000087
  • Goodreads (без даты). Цитаты Карла Р. Роджерса . Получено 9 декабря 2019 г. с https://www.goodreads.com/quotes/6641851-whether-we-are-speaking-of-a-flower-or-an-oak
  • .
  • Harvard Health Publishing (2006, январь). Терапия, ориентированная на клиента . https://www.health.harvard.edu/newsletter_article/Client-centered_therapy
  • LaMorte, W.W. (9 сентября 2019). Транстеоретическая модель (этапы изменений). Получено 10 декабря 2019 г. с http://sphweb.bumc.bu.edu/otlt/MPH-Modules/SB/BehavioralChangeTheories/BehavioralChangeTheories6. html
  • .
  • Ролник, С., Миллер, W.R. (1995). Что такое мотивационное интервью? Поведенческая и когнитивная психотерапия, 23 (4), 325-334.https://doi.org/10.1017/S135246580001643X
  • Шунк, Д. Х. (2016). Теории обучения: образовательная перспектива . Пирсон.
  • Western, B. (2012, 10 декабря). Роджерс о сочувствии [видео]. YouTube. https://www.youtube.com/watch?v=idgjD5tir_w&list=PL9w3l7GkGUr1yxU4s2PiggyCbOO3XfpRf&index=2

Человекоцентрированная терапия (терапия Роджера)

Человекоцентрированная терапия была разработана Карлом Роджерсом в 1940-х годах. Этот тип терапии отклонился от традиционной модели терапевта как эксперта и вместо этого перешел к недирективному эмпатическому подходу, который расширяет возможности и мотивирует клиента в терапевтическом процессе.Терапия основана на убеждении Роджерса в том, что каждый человек стремится и способен реализовать свой собственный потенциал. Личностно-ориентированная терапия, также известная как терапия Роджера, оказала огромное влияние на область психотерапии и многие другие дисциплины.

Теория Роджера в психотерапии

Вместо того, чтобы рассматривать людей как изначально несовершенных, с проблемным поведением и мыслями, требующими лечения, личностно-ориентированная терапия выявляет, что каждый человек обладает способностью и желанием личностного роста и изменений.Роджерс назвал эту естественную человеческую склонность «тенденцией к актуализации» или самоактуализацией. Он сравнил это с тем, как другие живые организмы стремятся к равновесию, порядку и большей сложности. По словам Роджерса, «люди имеют внутри себя огромные ресурсы для самопонимания и изменения своих представлений о себе, базовых установок и самостоятельного поведения; эти ресурсы могут быть задействованы, если может быть обеспечен определяемый климат стимулирующих психологических установок».

Личностно-ориентированный терапевт учится распознавать человеческий потенциал и доверять ему, проявляя к клиентам сочувствие и безоговорочно положительное отношение, чтобы способствовать изменениям.Терапевт по возможности избегает управления ходом терапии, следуя указаниям клиента. Вместо этого терапевт предлагает поддержку, руководство и структуру, чтобы клиент мог находить индивидуальные решения внутри себя.

Личностно-ориентированная терапия была в авангарде движения гуманистической психологии и оказала влияние на многие терапевтические техники и сферу психического здоровья в целом. Техники Роджера также повлияли на множество других дисциплин, от медицины до образования.

Шесть факторов, необходимых для роста в теории Роджера

Роджерс выделил шесть ключевых факторов, стимулирующих рост человека. Он предположил, что при выполнении этих условий человек будет стремиться к конструктивному раскрытию своего потенциала. Согласно теории Роджера, для роста необходимы шесть факторов:

  1. Психологический контакт терапевт-клиент: Это первое условие просто заявляет, что отношения между терапевтом и клиентом должны существовать для того, чтобы клиент смог добиться положительных личных изменений.Следующие пять факторов являются характеристиками взаимоотношений терапевта и клиента, и они могут варьироваться в зависимости от степени.
  2. Неконгруэнтность или уязвимость клиента: Несоответствие между самооценкой клиента и реальным опытом делает его или ее уязвимыми для страхов и тревог. Клиент часто не подозревает о несоответствии.
  3. Терапевт Конгруэнтность или Подлинность: Терапевт должен быть самосознательным, искренним и конгруэнтным. Это не означает, что терапевт является воплощением совершенства, но означает, что он или она верны себе в рамках терапевтических отношений.
  4. Безусловный положительный взгляд терапевта (UPR): Переживания клиентов, положительные или отрицательные, должны приниматься терапевтом без каких-либо условий или суждений. Таким образом, клиент может поделиться своим опытом, не опасаясь осуждения.
  5. Терапевт Эмпатия: Терапевт демонстрирует эмпатическое понимание переживаний клиентов и распознает эмоциональные переживания без эмоционального вовлечения.
  6. Восприятие клиента: В некоторой степени клиент воспринимает безусловное позитивное отношение и эмпатическое понимание терапевта.Это передается через слова и поведение терапевта.

Ресурсы, связанные с личностно-ориентированной терапией, клиент-ориентированной терапией, роджерианской психотерапией

Артикул:

  1. Раскин, Натаниэль Дж., Роджерс, Карл Р. и Витти, Марджори С. (2008). Клиент-центрированная терапия. В Раймонде Дж. Корсини и Дэнни Веддинге (ред.), Current Psychotherapies (стр. 141–186) . Бельмонт, Калифорния: Высшее образование Томсона.
  2. Роджерс, Карл Р. (1957). Необходимые и достаточные условия изменения терапевтической личности. Journal of Consulting Psychology , 21. Получено с http://www.shoreline.edu/dchris/psych336/Documents/Rogers.pdf
  3. Роджерс, Карл Р. (1980). Образ жизни . Бостон: Хоутон Миффлин.

Терапия, ориентированная на человека — основные условия

Терапия, ориентированная на человека

Саул МакЛеод, обновлено 2019 г.


Гуманистическая терапия развивалась в США в 1950-х годах.Карл Роджерс предположил, что терапия может быть проще, теплее и оптимистичнее, чем та, которую проводят поведенческие или психодинамические психологи.

Его взгляд резко отличается от психодинамического и поведенческого подходов в том, что он предположил, что клиентам было бы лучше помогать, если бы их поощряли сосредоточиться на их текущем субъективном понимании, а не на каком-то бессознательном мотиве или чьей-либо интерпретации ситуации.

Роджерс твердо убежден, что для улучшения состояния клиента терапевт должен быть теплым, искренним и понимающим.Отправная точка роджерианского подхода к консультированию и психотерапии лучше всего сформулирована самим Роджерсом:

«Это то, что человек имеет внутри себя огромные ресурсы для самопонимания, для изменения своей самооценки, отношения и самоуправляемое поведение — и что эти ресурсы могут быть задействованы, если только может быть обеспечен определенный климат стимулирующих психологических установок »(1980, с.115-117).

Роджерс (1961) отверг детерминированную природу как психоанализа, так и бихевиоризма и утверждал, что мы ведем себя так, как мы делаем, из-за того, как мы воспринимаем нашу ситуацию.«Поскольку никто другой не может знать, как мы воспринимаем, мы являемся лучшими экспертами в себе».

Твердо веря, что теория должна исходить из практики, а не наоборот, Роджерс разработал свою теорию, основываясь на своей работе с эмоционально обеспокоенными людьми, и заявил, что у нас есть замечательная способность к самовосстановлению и личностному росту, ведущему к самоактуализации. . Он сделал акцент на текущем восприятии человека и на том, как мы живем здесь и сейчас.

Роджерс заметил, что люди склонны описывать свой текущий опыт, говоря каким-то образом о себе, например: «Я не понимаю, что происходит» или «Я чувствую себя иначе, чем раньше».

Центральное место в теории Роджерса (1959) занимает понятие «я» или самооценка. Это определяется как «организованный, последовательный набор представлений и убеждений о себе». Он состоит из всех идей и ценностей, которые характеризуют «я» и «меня», и включает восприятие и оценку того, «что я есть» и «что я могу делать».

Следовательно, самооценка является центральным компонентом нашего общего опыта и влияет как на наше восприятие мира, так и на восприятие себя. Например, женщина, которая считает себя сильной, вполне может вести себя уверенно и рассматривать свои действия как действия, совершаемые уверенным в себе человеком.

Однако самооценка не всегда соответствует реальности, и то, как мы видим себя, может сильно отличаться от того, как нас видят другие.

Например, человек может быть очень интересен другим, но при этом считает себя скучным. Он судит и оценивает это представление о себе как о зануде, и эта оценка отразится на его самооценке. Уверенная в себе женщина может иметь высокую самооценку, а мужчина, который считает себя занудой, может иметь низкую самооценку, полагая, что сила / уверенность высоко ценятся, а скучность — нет.


Подход, ориентированный на человека

Подход, ориентированный на человека

Примечание : Личностно-ориентированная терапия также называется терапией, ориентированной на клиента.

Человек входит в личностно-ориентированную терапию в состоянии неконгруэнтности. Роль терапевтов — переломить эту ситуацию. Роджерс (1959) назвал свой терапевтический подход клиентоориентированной или личностно-ориентированной терапией из-за сосредоточенности на субъективном взгляде человека на мир.

Одно из основных различий между гуманистическими консультантами и другими терапевтами состоит в том, что они относятся к тем, кто проходит терапию, как к «клиентам», а не «пациентам».Это потому, что они видят терапевта и клиента как равных партнеров, а не как эксперта, лечащего пациента.

В отличие от других методов лечения, за улучшение своей жизни отвечает клиент, а не терапевт. Это преднамеренное изменение как психоанализа, так и поведенческой терапии, когда пациенту ставится диагноз и лечится врач.

Вместо этого клиент сознательно и рационально решает для себя, что не так и что с этим делать. Терапевт — это скорее друг или консультант, который слушает и поддерживает на равном уровне.

Одной из причин, по которой Роджерс (1951) отверг интерпретацию, было то, что он считал, что, хотя симптомы действительно возникли из прошлого опыта, для клиента более полезно сосредоточиться на настоящем и будущем, чем на прошлом. Вместо того, чтобы просто освобождать клиентов от их прошлого, к чему стремятся психодинамические терапевты, роджерианцы надеются помочь своим клиентам достичь личностного роста и, в конечном итоге, самореализоваться.

В роджерианской психотерапии практически полностью отсутствуют техники из-за уникального характера каждого консультирующего отношения.Однако первостепенное значение имеет качество отношений между клиентом и терапевтом.

Терапевтические отношения … это критическая переменная, а не то, что терапевт говорит или делает.

Если есть какие-то методы, которые они слушают, принимают, понимают и делятся, которые кажутся более ориентированными на отношение, чем на навыки. По мнению Кори (1991), «озабоченность использованием техник рассматривается [с точки зрения Роджера] как обезличивание отношений».Роджерианский подход, ориентированный на клиента, делает акцент на человеке, который формирует соответствующее понимание своего мира и себя.

Роджерс считал каждого «потенциально компетентным человеком», который может получить большую пользу от его терапии. Цель гуманистической терапии Роджера — повысить у человека чувство собственного достоинства, снизить уровень несоответствия между идеальным и реальным «я» и помочь человеку стать более полноценным человеком.


Основные условия

Основные условия

Терапия, ориентированная на клиента, работает в соответствии с тремя основными принципами, которые отражают отношение терапевта к клиенту:

  1. Терапевт на соответствует клиенту.
  2. Терапевт дает клиенту безоговорочно положительное отношение .
  3. терапевт демонстрирует клиенту чуткое понимание.

Конгруэнтность в консультировании

Конгруэнтность в консультировании

Конгруэнтность также называется искренностью. По словам Роджерса, конгруэнтность — самый важный атрибут в консультировании. Это означает, что, в отличие от психодинамического терапевта, который обычно поддерживает «пустой экран» и мало раскрывает свою личность в терапии, роджерианец стремится позволить клиенту испытать их такими, какие они есть на самом деле.

У терапевта нет фасада (как у психоанализа), то есть внутренние и внешние переживания терапевта — одно и то же. Короче говоря, терапевт настоящий.


Безусловное положительное отношение

Безусловное положительное отношение

Следующее условие ядра Роджера — безусловное положительное отношение . Роджерс считал, что для того, чтобы люди могли расти и реализовывать свой потенциал, важно, чтобы их ценили как самих себя.

Это относится к глубокой и искренней заботе терапевта о клиенте. Терапевт может не одобрять некоторые действия клиента, но терапевт одобряет клиента. Короче говоря, терапевту нужна установка: «Я приму тебя такой, какая ты есть».

Таким образом, личностно-ориентированный консультант всегда старается поддерживать положительное отношение к клиенту, даже если его действия вызывают отвращение.


Эмпатия

Эмпатия

Эмпатия — это способность понимать, что чувствует клиент.Это относится к способности терапевта чутко и точно [но не сочувственно] понимать переживания и чувства клиента здесь и сейчас.

Важной частью задачи личностно-ориентированного консультанта является точное отслеживание чувств клиента и сообщение им, что терапевт понимает, что они чувствуют.

По словам Роджерса (1959), точное эмпатическое понимание выглядит следующим образом:

«Состояние сочувствия или сочувствия — это воспринимать внутреннюю систему координат другого человека с точностью и с эмоциональными компонентами и значения, которые относятся к этому, как если бы человек был человеком, но без потери состояния «как если бы».Таким образом это означает ощущать боль или удовольствие другого так, как он это чувствует, и воспринимать их причины как он воспринимает их, но никогда не теряет понимания, что это как если бы мне было больно или приятно и так далее. Если это качество «как будто» теряется, то состояние — состояние идентификации »(стр. 210-211).


Заключение
Заключение

Потому что человеко-ориентированный консультант уделяет так много внимания на искренности и на том, что клиент руководит ими, они не придают такого же значения границам времени и технике, как психодинамический терапевт.Если они сочтут это целесообразным, личностно-ориентированный консультант может значительно отклониться от традиционных методов консультирования.

Как указывают Мирнс и Торн (1988), мы не можем понять личностно-ориентированное консультирование только с его помощью. Личностно-ориентированный консультант имеет очень позитивный и оптимистичный взгляд на человеческую природу.

Философия, согласно которой люди, по сути, хорошие, и что в конечном итоге каждый человек знает, что для него правильно, является важным ингредиентом успешной терапии, ориентированной на человека, как «все о любви».


Десять советов для консультантов, ориентированных на клиента

Десять советов для консультантов, ориентированных на клиента

1. Установите четкие границы

Например, когда и как долго вы хотите, чтобы сеанс длился. Вы также можете исключить определенные темы для разговора.

2. Клиент знает лучше

Клиент — знаток своих трудностей. Лучше позволить клиенту объяснить, что не так. Не попадайтесь в ловушку, говоря им, в чем их проблема или как они должны ее решить.

3. Действуйте как звуковая доска

Один из полезных приемов — внимательно слушать, что говорит клиент, а затем пытаться объяснить ему / ей то, что, по вашему мнению, он / она говорит вам своими словами. Это может не только помочь вам прояснить точку зрения клиента, но и помочь ему лучше понять свои чувства и начать искать конструктивный путь вперед.

4. Не осуждайте

Некоторым клиентам может казаться, что их личные проблемы означают, что они не достигают «идеала».Возможно, им нужно будет убедиться, что они будут приняты тем человеком, которым они являются, и не столкнутся с отказом или неодобрением.

5. Не принимайте решения за них

Помните, что совет — опасный подарок. Кроме того, некоторые клиенты не захотят брать на себя ответственность за принятие собственных решений. Им может потребоваться напомнить, что никто другой не может и не должен иметь право выбирать за них. Конечно, вы все равно можете помочь им изучить последствия открывающихся перед ними вариантов.

6. Сконцентрируйтесь на том, что они действительно говорят

Иногда это может быть неясно с самого начала. Часто клиент не скажет вам, что действительно беспокоит его / ее, пока он / она не почувствует в вас уверенность. Слушайте внимательно — проблема, с которой вы изначально столкнулись, может быть вовсе не настоящей проблемой.

7. Будьте искренним

Если вы просто представите себя в своей официальной роли, клиент вряд ли захочет раскрывать личные данные о себе.Это может означать раскрытие информации о себе — не обязательно фактов, но также и своих чувств. Не бойтесь делать это — помните, что вы не обязаны раскрывать то, чего не хотите.

8. Принимайте отрицательные эмоции

Некоторые клиенты могут отрицательно относиться к себе, своей семье или даже к вам. Постарайтесь преодолеть их агрессию, не обижаясь, но не мириться с личным насилием.

9. То, как вы говорите, может быть важнее, чем то, что вы говорите

С помощью тона голоса можно многое передать.Часто бывает полезно снизить темп разговора. Также могут быть полезны короткие паузы, когда у клиента (и у вас) есть время подумать о направлении сеанса.

10. Возможно, я не лучший помощник.

Знание себя и своих ограничений может быть так же важно, как и понимание точки зрения клиента. Ни один человекоцентричный консультант не преуспевает все время. Иногда вы сможете помочь, но никогда не узнаете. Помните, что цель консультирования не в том, чтобы вы почувствовали себя хорошо.


Проверка знаний

Джойс — успешный учитель, и ее любят коллеги. Однако Джойс всегда мечтала стать танцором бальных танцев. Она проводит большую часть своего свободного времени со своим партнером, выполняя сложные упражнения, и ее часто можно увидеть кружащейся по классу во время перерывов. Джойс подумывает о том, чтобы бросить преподавание и стать профессиональным танцором.

Ее коллеги описали ее планы как «нелепые», и ее родители, которые очень гордятся тем, что их дочь — учительница, сказали Джойс, что больше не будут с ней разговаривать, если она оставит учебу и станет танцовщицей.Джойс становится грустно и несчастно.

Ссылаясь на особенности гуманистической психологии, объясните, как ситуация Джойс может повлиять на ее личностный рост. [8 баллов]

Как ссылаться на эту статью:
Как ссылаться на эту статью:

McLeod, S. A. (2019, 07 января). Личностно-ориентированная терапия . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/client-centred-therapy.html

Ссылки на стиль APA

Кори, Г.(1991). Приглашенный комментарий по макростратегиям оказания консультационных услуг по психическому здоровью .

Мирнс, П., и Торн, Б. (1988). Индивидуальное консультирование в действии (серия «Консультации в действии») . Лондон: SAGE Publications Ltd.

Rogers, C. (1951). Терапия, ориентированная на клиента: ее текущая практика, значения и теория . Лондон: Констебль.

Роджерс, К. (1959). Теория терапии, личности и межличностных отношений, разработанная в рамках клиентоориентированной структуры.В (ред.) С. Кох, Психология: исследование науки. Vol. 3: Формулировки личности и социального контекста . Нью-Йорк: Макгроу Хилл.

Роджерс К. Р. (1961). Как стать личностью: взгляд психотерапевтов на психотерапию . Хоутон Миффлин.

Роджерс К. (1975). Сочувствие: недооцененный образ жизни. Психолог-консультант, 5 (2), 2-10.

Роджерс, Карл Р. (1980). Образ жизни . Бостон: Хоутон Миффлин.

Роджерс, К.(1986). Карл Роджерс о развитии личностно-ориентированного подхода. Персональный обзор , 1 (3), 257-259.

Как ссылаться на эту статью:
Как ссылаться на эту статью:

McLeod, S. A. (2019, 7 января). Личностно-ориентированная терапия . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/client-centred-therapy.html

сообщить об этом объявлении

Психология и жизненные цитаты Карла Роджерса

Работы и теории Карла Роджерса сделали его одним из выдающихся психологов 20 века.Он известен прежде всего тем, что создал так называемую клиентоцентрированную терапию, недирективный подход, который позволяет клиенту контролировать терапевтический процесс.

Как один из лидеров гуманистического движения в психологии, Роджерс считал, что люди по сути хороши и здоровы. Это сильно отличалось от психоаналитического подхода к ненормальному поведению.

Ниже приведены лишь несколько цитат Карла Роджерса.

Избранные цитаты Карла Роджерса

О человеческой природе:

«Когда я смотрю на мир, я пессимистичен, но когда я смотрю на людей, я оптимистичен.»

Роджерс считал, что людям присуща доброта и что всеми людьми движет тенденция к актуализации. В то время как психоанализ Фрейда и бихевиоризм Ватсона имели тенденцию к гораздо более негативному взгляду на человеческую природу, часто сосредотачиваясь на ненормальном или проблемном, подход Роджерса был гораздо более позитивным и сосредоточен на том, чтобы помочь людям стать лучшими, какими они могут быть.

Об обучении, росте и изменениях:

«Единственный образованный человек — это тот, кто научился учиться и меняться.»

«Если мы ценим независимость, если нас беспокоит растущее соответствие знаний, ценностей и взглядов, которое порождает наша нынешняя система, тогда мы, возможно, пожелаем создать условия обучения, которые будут способствовать уникальности, самоуправлению и для самостоятельного обучения «.

«Сама суть творчества — в его новизне, и поэтому у нас нет критериев, по которым можно было бы судить о нем». — Из статьи При вступлении в должность , 1961 г.

«Опыт для меня — высший авторитет.Мерилом справедливости является мой собственный опыт. Идеи других людей и ни одна из моих собственных идей не имеют такого авторитета, как мой опыт. Именно к переживанию я должен возвращаться снова и снова, чтобы открыть для себя более близкое приближение к истине, которая находится в процессе становления во мне. Ни Библия, ни пророки — ни Фрейд, ни исследования — ни откровения Бога, ни человека — не могут превалировать над моим собственным непосредственным опытом. Мой опыт не заслуживает доверия, потому что он безошибочен.Это основа авторитета, потому что ее всегда можно проверить новыми первичными способами. Таким образом, его частые ошибки или возможность ошибок всегда открыты для исправления ». — Из « О становлении человеком », 1961

Роджерс считал, что люди всегда находятся в процессе изменения и роста.

Стремление к самореализации побуждает людей стремиться к счастью и удовлетворению. Способность адаптироваться, учиться и меняться играет жизненно важную роль в его теории, поскольку люди работают над тем, чтобы стать тем, что он называл полноценными людьми.

О психотерапии:

«Это клиент, который знает, что болит, в каком направлении двигаться, какие проблемы являются критическими, какие переживания были глубоко похоронены». —Из «Как стать человеком» , 1961 г.

Роджерса помнят за развитие его недирективного подхода к терапии, известного как клиентоцентрированная терапия. Эта техника дает клиенту контроль над процессом, в которой терапевт непредвзято, искренен и чуток.Безусловное положительное отношение к клиенту необходимо для эффективного лечения.

О хорошей жизни:

«Вторая характеристика процесса, который для меня является хорошей жизнью, заключается в том, что он включает в себя растущую тенденцию жить полной жизнью в каждый момент. Я считаю, что для человека, который был полностью открыт своему новому опыту, совершенно без защиты , каждый момент будет новым ». —Из «О становлении человеком», 1961 г.

«В ранние профессиональные годы я задавал вопрос: как я могу вылечить, вылечить или изменить этого человека? Теперь я бы сформулировал вопрос следующим образом: как я могу обеспечить отношения, которые этот человек может использовать для своих собственных личный рост? Я постепенно пришел к одному отрицательному выводу о хорошей жизни.Мне кажется, что хорошая жизнь — это не какое-то фиксированное состояние. По моему мнению, это не состояние добродетели, удовлетворенности, нирваны или счастья. Это не состояние, при котором человек корректируется, выполняется или актуализируется. Говоря психологическими терминами, это не состояние снижения влечения, снижения напряжения или гомеостаза.
Хорошая жизнь — это процесс, а не состояние бытия.
Это направление, а не пункт назначения »- из « О становлении человеком », 1961 г.

Эта цитата отражает суть гуманистической теории Роджерса.Его подход превратился из простой диагностики и лечения патологии в использование терапии как инструмента, помогающего людям расти.

Слово Verywell

Его подход также подчеркивал, что каждый человек постоянно стремится к актуализации и самореализации, но, как красноречиво отмечает Роджерс, это не то состояние, которого вы можете просто достичь, а затем сделать это. Частью самоактуализации является реальный процесс достижения, стремления и роста. Хорошая жизнь, как называет ее Роджерс, — это путешествие, а не только пункт назначения.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.