Подтекст: Подтекст Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

ПОДТЕКСТ — это… Что такое ПОДТЕКСТ?

  • ПОДТЕКСТ — в литературе (преимущественно художественной) скрытый, отличный от прямого значения высказывания смысл, который восстанавливается на основе контекста с учетом ситуации. В театре подтекст раскрывается актером с помощью интонации, паузы, мимики,… …   Большой Энциклопедический словарь

  • подтекст — смысл, значение Словарь русских синонимов. подтекст сущ., кол во синонимов: 2 • значение (27) • смысл …   Словарь синонимов

  • Подтекст — ПОДТЕКСТ, в литературе (преимущественно художественной) скрытый, отличный от прямого значения высказывания смысл, который восстанавливается на основе контекста с учетом ситуации. В театре подтекст раскрывается актером посредством интонации, паузы …   Иллюстрированный энциклопедический словарь

  • ПОДТЕКСТ — ПОДТЕКСТ, а, муж. (книжн.). Внутренний, скрытый смысл текста, высказывания; содержание, к рое вкладывается в текст чтецом или актёром. | прил. подтекстовый, ая, ое. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992 …   Толковый словарь Ожегова

  • подтекст — смысл, содержащийся в тексте неявно, не совпадающий с его прямым смыслом. Подтекст зависит от контекста высказывания, от ситуации, в которой эти слова произносятся. В художественной литературе подтекст часто возникает в диалоге. Напр., обмен… …   Литературная энциклопедия

  • подтекст — а; м. Внутренний, скрытый смысл какого л. текста, высказывания. Говорить с глубоким подтекстом. Повесть имеет явный п. Говорить прямо, без подтекста. * * * подтекст в литературе (преимущественно художественной) скрытый, отличный от прямого… …   Энциклопедический словарь

  • подтекст — скрытый, отличный от прямого значения высказывания смысл, который восстанавливается на основе контекста с учетом внеречевой ситуации. В театре подтекст раскрывается актером посредством интонации, паузы, мимики, жеста. Рубрика: язык.… …   Терминологический словарь-тезаурус по литературоведению

  • подтекст — а, м. Внутренний, скрытый смысл какого л. текста, высказывания. Говорить с подтекстом. С Чеховым в литературе и на театре народилось понятие подтекста, как новая, спрятанная координата, как орудие дополнительного углубления и самого емкого… …   Популярный словарь русского языка

  • подтекст

    — ПОДТЕКСТ, а, м Часть содержательной структуры текста, представляющая его внутренний скрытый смысл. Иногда подтекст сильнее текста …   Толковый словарь русских существительных

  • ПОДТЕКСТ — ПОДТЕКСТ, подспудный, неявный смысл, не совпадающий с прямым смыслом текста. П. зависит от общего контекста высказывания, от цели и экспрессии высказывания, от особенностей речевой ситуации. П. возникает в разговорной речи как средство умолчания …   Литературный энциклопедический словарь

  • подтекст — это… Что такое подтекст?

  • ПОДТЕКСТ — ПОДТЕКСТ, в литературе (преимущественно художественной) скрытый, отличный от прямого значения высказывания смысл, который восстанавливается на основе контекста с учетом ситуации. В театре подтекст раскрывается актером посредством интонации, паузы …   Современная энциклопедия

  • ПОДТЕКСТ — в литературе (преимущественно художественной) скрытый, отличный от прямого значения высказывания смысл, который восстанавливается на основе контекста с учетом ситуации. В театре подтекст раскрывается актером с помощью интонации, паузы, мимики,… …   Большой Энциклопедический словарь

  • подтекст — смысл, значение Словарь русских синонимов. подтекст сущ., кол во синонимов: 2 • значение (27) • смысл …   Словарь синонимов

  • Подтекст — ПОДТЕКСТ, в литературе (преимущественно художественной) скрытый, отличный от прямого значения высказывания смысл, который восстанавливается на основе контекста с учетом ситуации. В театре подтекст раскрывается актером посредством интонации, паузы …   Иллюстрированный энциклопедический словарь

  • ПОДТЕКСТ — ПОДТЕКСТ, а, муж. (книжн.). Внутренний, скрытый смысл текста, высказывания; содержание, к рое вкладывается в текст чтецом или актёром. | прил. подтекстовый, ая, ое. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992 …   Толковый словарь Ожегова

  • подтекст — а; м. Внутренний, скрытый смысл какого л. текста, высказывания. Говорить с глубоким подтекстом. Повесть имеет явный п. Говорить прямо, без подтекста. * * * подтекст в литературе (преимущественно художественной) скрытый, отличный от прямого… …   Энциклопедический словарь

  • подтекст — скрытый, отличный от прямого значения высказывания смысл, который восстанавливается на основе контекста с учетом внеречевой ситуации. В театре подтекст раскрывается актером посредством интонации, паузы, мимики, жеста. Рубрика: язык.… …   Терминологический словарь-тезаурус по литературоведению

  • подтекст — а, м. Внутренний, скрытый смысл какого л. текста, высказывания. Говорить с подтекстом. С Чеховым в литературе и на театре народилось понятие подтекста, как новая, спрятанная координата, как орудие дополнительного углубления и самого емкого… …   Популярный словарь русского языка

  • подтекст — ПОДТЕКСТ, а, м Часть содержательной структуры текста, представляющая его внутренний скрытый смысл. Иногда подтекст сильнее текста …   Толковый словарь русских существительных

  • ПОДТЕКСТ — ПОДТЕКСТ, подспудный, неявный смысл, не совпадающий с прямым смыслом текста. П. зависит от общего контекста высказывания, от цели и экспрессии высказывания, от особенностей речевой ситуации. П. возникает в разговорной речи как средство умолчания …   Литературный энциклопедический словарь

  • ПОДТЕКСТ | Энциклопедия Кругосвет

    ПОДТЕКСТ, не выраженный явным образом, отличный от непосредственно воспринимаемого при чтении фрагмента текста смысл, восстанавливаемый читателем (слушателем, адресатом) на основании соотнесения данного фрагмента текста с предшествующими ему текстовыми фрагментами как в рамках данного текста, так и за его пределами – в созданных ранее текстах («своих» или «чужих»).

    Восстановление этого смысла возможно, поскольку текст, как прозаический, так и стихотворный, наряду с непосредственно явленной линейной структурой обладает также некоторой внутренней структурой (точнее, набором структур), которые по своей природе нелинейны – они создаются целостной семантико-композиционной организацией элементов произведения, которые соподчинены друг другу и вступают друг с другом в прямые и обратные связи. В качестве элементов, иницирующих порождение более глубинного смысла определенного отрезка текста, могут выступать различные структурообразующие значимые единицы: от морфемы до сверхфразового единства, а иногда внутренний смысл языкового выражения может задаваться и на ритмическом и фонемном уровне.

    Подтекст – явление парадигматики текста: в основе его распознания лежит способность человека к параллельному восприятию двух дистанцированных друг от друга, но семантически связанных между собой сообщений. В этом случае, по словам В.А.Звегинцева, «к непосредственно воспринимаемой информации, заключенной в «поверхностной структуре» объекта, приплюсовывается и иная, скрытая, исходящая из модели данного объекта, информация».

    Такая «исходящая из структуры» актуализация неявного смысла присуща прежде всего стихотворному произведению, в котором вертикальная организация, заданная разбиением на строки, выявляет в тексте композиционно значимые отношения семантического параллелизма. Так, в стихотворении Б.Пастернака Окно, пюпитр и, как овраги эхом, – … усиление и развитие глубинного смысла ‘преждевременного ухода из жизни’ задается параллелизацией строк о степени раскрытия окна, музыкального размера (alla breve ‘кратко’, ‘укороченный счет’) и отмеренности человеческих судеб, причем само ритмическое развертывание текста (ср.

    в рИтме трЁх вторЫх – три ударения при двусложном размере; но нАшей недомЕр – два ударения вместо положенных трех)

    Окно не на две створки alla breve,

    Но шире, – на три: в ритме трех вторых.

    <…>

    И мерил я полуторною мерой

    Судьбы и жизни нашей недомер,..

    выявляет «полуторную» и «укороченную» меры жизни.

    В прозе параллелизация двух взаимосвязанных ситуаций, образов, идей, лежащих в основе создания подтекста, задается повтором, который в поверхностной структуре текста не выявлен, однако объективно ощущается читателем за счет ретроспективного столкновения двух отрезков текста: в первом отрезке текста глубинное значение заранее подготовлено, предвосхищено, в последующем – вновь акцентировано и этим выведено в активную область воспоминания-восприятия. В.Набоков определил такой процесс активизации неявного смысла как «магическую точность» выбора автором слова, «встречающегося с читательским воспоминанием».

    По мнению Т.И.Сильман, «подтекст основан по крайней мере на двухвершинной структуре, на возвращении к чему-то, что уже в том или ином виде существовало либо в самом произведении, либо в той проекции, которая направляется из произведения на действительность». Соответственно, в тексте выделяются «ситуация-основа» А и «ситуация-повтор» B: усиленный повтором смысл отрезка B, используя материал, заданный первичным отрезком текста А, «развивает в соответствующей точке произведения то глубинное значение, которое и носит название подтекста и может возникнуть лишь на базе материала, заданного в точке А, с учетом тех сюжетных пластов, которые залегли в сюжетном пространстве между точкой А и точкой В».

    Обычно в большой романной форме возникает целая последовательность фрагментов, которые соединены повтором разных семантических составляющих одной ситуации или идеи. Иными словами, происходит так называемая иррадиация подтекста: восстановленная между определенными сегментами внутренняя связь активизирует скрытые связи между другими сегментами в тексте.

    Так, в романе Л.Н.Толстого Анна Каренина первое и последнее появление Анны связано с железной дорогой и поездом: в начале романа она слышит о раздавленном поездом мужике, в конце – сама бросается под поезд. Гибель железнодорожного сторожа кажется самой героине дурным предзнаменованием, и по мере движения текста романа вперед оно начинает сбываться. Но «дурное предзнаменование» задается в романе и другими способами. Первое объяснение Вронского и Анны происходит также на железной дороге. Оно показано на фоне сильнейшей метели, которая в описании Толстого передает не только вихреобразное состояние природной стихии, но и внутреннюю борьбу героини с наполнившей ее страстью. Как только Вронский говорит Анне о своей любви, в это самое время, «как бы одолев препятствия, ветер посыпал каким-то железным оторванным листом, и впереди плачевно и мрачно заревел густой свисток паровоза». И в это самое время Толстой пишет о внутреннем состоянии Анны: «Весь ужас метели показался ей еще более прекрасен теперь». Соединяя в этой характеристике слова «ужас» и «прекрасен» и создавая парадоксальное соединение противоположных смыслов, Толстой уже при самой завязке чувства героев предопределяет его развязку – о ней же «плачевно и мрачно» объявляет и паровозный гудок, отправляющий поезд в Петербург. Обращаясь ретроспективно к началу романа, вспоминаем, что и ранее слова «ужас», «ужасный» уже звучали на железной дороге (при виде раздавленного сторожа) как из уст Облонского (Ах, какой ужас! Ах, Анна, если бы ты видела! Ах, какой ужас! – приговаривал он), так и неизвестного (Вот смерть-то ужасная! – сказал какой-то господин, проходя мимо. – Говорят, на два куска).

    Целиком же оксюморонный смысл ‘прекрасный ужас’ дублируется затем при описании первой близости Анны и Вронского (То, что почти целый год для Вронского составляло исключительно одно желанье его жизни, заменившее ему все прежние желания; то, что для Анны было невозможною, ужасною и тем более обворожительною мечтою счастия, – это желание было удовлетворено), в котором соединяются слова «ужасная» и «обворожительная» по отношению к мечте. Но эти два смысла воспринимаются героями не только в соприкосновении, но и разъятыми «на куски» (подобно телу мужика, разрезанному «на куски» поездом): Было что-то ужасное и отвратительное в воспоминаниях о том, за что было заплачено этою страшною ценой стыда. Стыд пред духовною наготою своей давил ее и сообщался ему. Но, несмотря на весь ужас убийцы пред телом убитого, надо резать на куски, прятать это тело, надо пользоваться тем, что убийца приобрел убийством. Завершается сцена любви снова, третий раз совмещением несовместимого – счастья и ужаса: «Какое счастье! – с отвращением и ужасом сказала она, и ужас невольно сообщился ему. – Ради бога, ни слова, ни слова больше».

    В сцене самоубийства Анны вновь возникает тема «ужаса»: бросаясь под поезд, «она ужаснулась тому, что делала». И уже в эпилоге, вспоминая Анну, Вронский вновь видит сочетание в ней «прекрасного» и «ужасного», разрезанного поездом «на куски»: При взгляде на тендер и на рельсы, <…> ему вдруг вспомнилась она, то есть то, что оставалось еще от нее, когда он, как сумасшедший, вбежал в казарму железнодорожной станции: на столе казармы бесстыдно растянутое посреди чужих окровавленное тело, еще полное недавней жизни; закинутая назад уцелевшая голова с своими тяжелыми косами и вьющимися волосами на висках, и на прелестном лице, с полуоткрытым румяным ртом, застывшее странное, жалкое в губах и ужасное в остановившихся незакрытых глазах, выражение, как бы словами выговаривавшее то страшное слово – о том, что он раскается, – которое она во время ссоры сказала ему.

    Таким образом, смысл романа Анна Каренина раскрывается не столько по ходу линейного развития сюжетно-событийных линий, а от выделенного в смысловом отношении абзаца к другому при дистантном их расположении, и заданные в начале текста смыслы «железной дороги», «ужаса», «красоты» и «тела, разорванного на куски» как бы вбирают в себя все новые и новые элементы, которые, скрещиваясь друг с другом непосредственно или на дальнем расстоянии, создают многомерность текста произведения.

    И в прозе, и в поэзии источником создания подтекста является способность слов «расщеплять» свои значения, создавая параллельные изобразительные планы (например, железная дорога, паровозный гудок у Толстого определяют как реальное передвижение героев в пространстве, так и их «жизненный путь» – судьбу). При этом становятся возможны сближения различных сущностей (например, прекрасного и ужасного, любви и смерти), простые «вещи» приобретают символическое значение (ср. «красный мешочек» Анны Карениной, который первый раз в романе держит Аннушка, девушка Анны, как раз перед объяснением главной героини с Вронским, второй и последний раз этот «мешочек», не случайно «красного цвета», – в руках у самой Анны – «она откинула красный мешочек и, вжав в плечи голову, упала под вагон»).

    Глубина подтекста определяется столкновением между первичным и вторичным значением ситуации. «Повторенное высказывание, утрачивая постепенно свое прямое значение, которое становится лишь знаком, напоминающим о какой-то исходной конкретной ситуации, обогащается между тем дополнительными значениями, концентрирующими в себе все многообразие контекстуальных связей, весь сюжетно-стилистический «ореол» (Т.И.Сильман). Именно поэтому для создания подтекста так часто используются тропы – метафора, метонимия, ирония.

    Подтекст возникает только при соотнесении не менее двух дистанцированных отрезков текста. На основании этого соотнесения проявляется новое знание как реорганизация прежнего, а буквальное и подтекстовое значение ставятся в отношение, сходное с отношением «тема – рема» (см. АКТУАЛЬНОЕ ЧЛЕНЕНИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ)

    Встает вопрос о соотнесении понятия подтекста с другими формами «имплицитного знания» – пресуппозицией (презумпцией), импликацией и особыми структурами семантического представления – «фреймом», «схемой», «сценой», «сценарием» (Ч.Филлмор, Т.А. ван Дейк, В.Кинч), которые используются для моделирования стратегий понимания связного текста. Отвечая на этот вопрос, надо отметить, что подтекст возникает на базе актуализированного текстового представления, на базе структур вербальной памяти, тогда как перечисленные выше понятия были введены для описания различных форм заранее предполагаемых известными (и не обязательно задаваемых непосредственно какими-то языковыми формами) знаний, общих для всех членов языкового коллектива (или, по крайней мере, для большинства его членов) и необходимых для адекватного понимания текста; все это некие «готовые общие знания», подтекст же является индивидуальной характеристикой конкретного текста. Пресуппозиция дает лишь возможность эксплицировать подтекст, который каждый раз непредсказуем и рождается заново. Важно понимать и то, что подтекст является категорией текста, а не предложения, – в этом еще одно его отличие от пресуппозиции и импликации. Однако на практике термин «подтекст» нередко используется для наименования всех типов неявного знания, а также такого явления, как аллюзия, т.е. в него вкладывается значение существенно более общее по сравнению с тем специальным значением, которое рассматривается в настоящей статье. Особенно часто с таким расширительным (нетерминологическим) использованием слова «подтекст» приходится сталкиваться в повседневной речи.

    Играя на обнажении приема, писатели иногда специально используют оперативный потенциал таких «готовых» структур, как фреймы и сценарии для создания глубины подтекста. Это возможно тогда, когда в качестве модели развертывания художественного сюжета используются речевые клише, пословицы и поговорки (паремии). Так, например, в романе Камера обскура В.Набокова случайная фраза почтальона «Любовь слепа» становится стержнем развития фабульной линии: в итоге главный герой Кречмар становится не только «слепым в любви», но и физически слепым. При этом физическая слепота парадоксально связывается с «прозрением» того, что возлюбленная ему изменяет, и когда Кречмар решает убить Магду, он видит всю комнату «словно воочию». Трагизм состояния Кречмара усугубляется тем, что он, утонченный ценитель живописи, жил всегда «именно глазами, зрением». В данном случае мы имеем дело с переворачиванием переносного и буквального значения. В своем сюжетном развертывании паремия ведет себя как своего рода «оборотень»: она как бы вербально обнаруживает свою «предсказательную силу» и задает «готовую схему», которая, однако, реализуясь буквально, а не в метафорическом измерении, как раз и рождает подтекст. Именно поэтому последним осознанным вопросом героя является «Что такое слепота

    В 20 в., когда обращение к подсознанию становится осознанным и весьма распространенным литературным приемом, роль подтекстовой информации в тексте иногда становится решающей. Так, в текстах эпохи постмодернизма нормой становится нарочитая фрагментарность повествования. Установление связи между сегментами текста при такой организации полностью перекладывается на читателя, что, по мысли авторов подобных текстов, должно активизировать скрытый механизм ассоциативного мышления. Часто точкой включения этого механизма становится цитируемый текст автора-предшественника. Так, например, в романе В.Нарбиковой Шепот шума восстановление связного смысла текста в некоторых точках возможно только при обращении к «чужому тексту». Ср.:

    И она увидела платье. Это было редкой красоты черное платье. Оно было абсолютно черное, но поскольку оно было сшито из бархата, кожи и шелка, то шелк был прозрачно-черным, а бархат совершенно-сумасшедше-черным. И оно было коротким, это платье.

    – Надень его, – попросил Н.-В.

    «Кити видела каждый день Анну, была влюблена в нее и представляла себе ее непременно в лиловом. Но теперь увидев ее в черном, она почувствовала, что не понимала всей ее прелести. Она увидела ее совершенно новою и неожиданною для себя…».

    – Ну, я готова, – сказала Вера, – поехали.

    Но вместо того, чтобы ехать, герои начинают заниматься любовью. Значит, в данном случае цитируемый отрывок Л.Н.Толстого оказывается важен не сам по себе, а как воспоминание о всей сложной композиции романа Анны Карениной, на котором выстраивается соотношение двух текстов. Ведь именно «Анна в черном» так поразила своей красотою не только Кити, но и Вронского.

    Так мы логично подходим к еще одному пониманию подтекста – интертекстуальному (см. ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНОСТЬ) При соотнесении двух текстовых фрагментов из разных текстов, подтекстом в терминологии К.Тарановского оказывается ранее существующий текст (тексты), отраженный в данном. К.Тарановский вывел такое понимание «подтекста» при изучении литературы более раннего периода – эпохи модернизма (в книге Очерки о Мандельштаме, опубликованной в 1976), и ключевым в нем также выступает понятие возвратности поэтического смысла. «С точки зрения возвратности, – пишет О.Ронен, – подтекст, в понимании К.Ф.Тарановского, можно определить как источник повторяемого элемента, как текст, диахронически соотнесенный с исследуемым».

    При этом школой Тарановского выделяются четыре типа понимаемого таким образом подтекста: (1) текст, который служит импульсом для определенного образа в данном тексте; (2) заимствование по ритму и звучанию; (3) текст, который поддерживает или вызывает в памяти поэтическое сообщение более позднего текста; и (4) текст, с которым данный текст полемизирует.

    Чаще же всего встречаются комбинированные типы подтекстов, своего рода «подтекстовые поля», что позволило П.Тамми, с опорой на тезисы Тарановского, построить новую классификацию подтекстов с точки зрения «полигенетичности» текста-реципиента, выражающейся в том, что «в отдельном сегменте текста актуализируется не один только подтекст (или литературный источник), а целое множество источников». П.Тамми выделяет два основных вида полигенетических связей. Первый вид взаимодействий записывается формулой Т3 ¬ Т1 + Т2. В этом случае определенный фрагмент нового текста имеет в качестве источника два (и более) не связанных между собой подтекста. Второй вид можно назвать «подтекстом в подтексте»: вставленные «подтексты» встречаются в пределах друг друга, что восстанавливает причинную, историко-литературную связь между ними; схематически это можно обозначить формулой Т3 ¬ Т2 ¬ Т1. Показательный пример «подтекста в подтексте» находим в повести В.Нарбиковой Равновесие света дневных и ночных звезд:

    Рядом валялась околевшая пальма, но ее некому было воспеть, потому что ее поэт умер. А так бы поэт написал, вот, мол, пальма, ты оторвалась от своих родных сестер, и тебя занесло в далекий холодный край, и теперь ты одна лежишь на чужбине. Вместо того, умершего поэта был другой, живой, но был еще хуже. За его текстом чувствовался подтекст того. Нет, не какой-нибудь там второй смысл, а в буквальном смысле под текст, то есть то, что находится под текстом, а под этим новым текстом находился определенный текст того умершего поэта.

    Речь здесь, конечно, идет о принадлежащем М.Ю.Лермонтову вольном переводе стихотворения Гейне Сосна стоит одиноко; однако восстанавливается именно исходный немецкий вариант, потому что в лермонтовском стихотворении различия в грамматическом роде слов для обозначения сосны и пальмы, свойственные немецкому языку, как раз сняты.

    Безусловно, «подтекст» в первом (в рамках одного текста) и втором понимании (при соотнесении двух и более текстов) встречается не только в художественных текстах. Как лингвистическое и семиотическое явление он наиболее часто обнаруживается в публицистических и рекламных текстах, однако механизм порождения подтекста в этих функциональных стилях во многом опирается на те приемы приращения смысла, которые были «изобретены» мастерами художественной литературы. См. также ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНОСТЬ; АЛЛЮЗИЯ.

    Наталья Фатеева

    «Подтекст – это глубина текста»

    В нашей науке о литературе существуют теоретические вопросы, давно уже ждущие своего пристального рассмотрения. К ним не в последнюю очередь относится проблема подтекста.

    Подтекст часто понимается упрощенно, как какое-то нарочитое умолчание, как игра в прятки с читателем, отнюдь не вызванная внутренними требованиями сюжета, развития образа, особенностями художественного метода писателя. Между тем – и в этом и состоит задача анализа – у ряда писателей подтекст представляет собой органически развившийся в художественной литературе, естественный метод углубленного изображения внутреннего мира человека.

    Очень хорошо сказано о подтексте в книжке Л. Озерова: «Подтекст – это глубина текста. Никакая сумятица мыслей, никакие слипшиеся и неосознанные автором чувства, словесные хляби абракадабры не могут сами по себе родить подтекста. Забота о подтексте есть прежде всего забота о тексте…»

    Подтекст используется главным образом в литературе конца XIX – XX века у таких писателей, как Ибсен, Гамсун и Чехов, позднее Томас Манн, еще позднее Хемингуэй и Ремарк (с их бесчисленными подражателями).

    У всех этих писателей подтекст – это подспудная сюжетная линия, дающая о себе знать лишь косвенным образом, притом чаще всего в наиболее ответственные, психологически знаменательные и поворотные, «ударные» моменты сюжетного развития, когда персонажи не могут либо по тем или иным причинам не склонны прямо сообщать друг другу о своих мыслях и чувствах, в то время как автор дает о них знать читателю, так сказать, «через их голову», независимо от того, кто из его героев в этот момент уясняет себе, а кто не уясняет подлинный смысл происходящего.

    К подтексту часто обращаются и советские писатели. Приводимые в этих заметках в качестве примера некоторые произведения В. Пановой, конечно, далеко не единственный случай плодотворного использования этого приема в советской литературе.

    Однако, являясь приемом, характерным для новых и новейших этапов литературного развития, подтекст тем не менее встречается и у классиков литературы.

    Нам хотелось начать разговор именно с таких ранних, но по-своему замечательных образчиков подтекста.

    * * *

    В качестве примера возьмем «Страдания молодого Вертера» Гёте.

    Здесь мы уже находим усложненные, многослойные образцы подтекстного изображения человеческих взаимоотношений. Одним из таких образцов является знаменитая сцена после грозы, когда, стоя у окна и положив руку на руку Вертера, Лотта произносит символическое имя поэта Клопштока, священное для представителей периода «Бури и натиска».

    Комментарий по этому поводу вложен автором в уста его главного героя:

    «Мне сразу же вспомнилась величественная ода, которую она имела в виду, и я погрузился в поток ощущений, вызванных во мне этим именем». И Вертер в слезах склоняется над рукой Лотты.

    Таков первичный, наиболее поверхностный слой «подспудного» содержания описанной сцены. Как мы видим, подготовка к нему содержится за пределами романа и коренится в развитии немецкой литературы эпохи молодого Гёте; после того как символическое имя поэта было произнесено, Лотта и Вертер осознают свою внутреннюю близость, тем самым закрепляя начало своей любви.

    Таким образом, описанный «сентиментальный момент» открывает углубленную перспективу дальнейших взаимоотношений героев и мог бы рассматриваться как один из знаменательных этапов этих взаимоотношений.

    Однако оказывается, что этим далеко не исчерпывается значение данной сцены.

    От слова «Клопшток» тянутся более тонкие нити к событиям романа, вытягивающие на поверхность такие мотивы и подробности, которые подготовили еще более углубленное и еще более – до поры до времени – «подспудное» содержание и осмысление той же сцены, ее второй, совсем уже скрытый слой.

    Именно благодаря этим, казалось бы, случайным, но на самом деле тщательно подобранным и выверенным подробностям эта сцена оказывается насыщенной таким глубоким внутренним содержанием, что она освещает своим светом как пройденный путь героев, так и их будущее. «Подтекст», как становится здесь ясно, в его подлинном звучании зародился все же на страницах романа и здесь громко заявляет о себе.

    Попробуем суммировать эти подробности и показать их кульминацию в описанной сцене.

    Что касается Вертера, то мы знаем из предшествующих писем, что он одинок и тоскует по подлинному чувству. Встреча с Лоттой приводит его в волнение и замешательство, он мгновенно влюбляется в нее и сам в этом признается своему другу. Естественно, что сцена с «Клопштоком» лишь подогревает его чувства, и в этом нет ничего неожиданного или удивительного, нет никакого сюжетного перелома и никаких «подтекстных» глубин.

    Иное дело – Лотта. Что мы знаем о ней?

    Первое упоминание об ее отце: это местный чиновник, живущий где-то неподалеку, «славный, честный человек» (ein braver Mann). Вертер с кузиной Лотты заезжает за ней, чтобы вместе ехать на бал. Следует известная сцена, когда Лотта, держа в руках каравай черного хлеба, оделяет своих младших братьев и сестер кусками разной величины, – «сообразно их возрасту и аппетиту».

    Лотта в карете, Лотта на балу. Всюду она – оживленная, радостная, красивая и в то же время разумная, рассудительная, владеющая собой. Всюду добра, находчива, остроумна, изящно танцует, весело болтает.

    Еще до знакомства с ней кузина Лотты рассказала Вертеру, что у Лотты есть жених. Но тогда, не зная Лотту, он не обратил внимания на это сообщение. А между тем читатель обязан насторожиться – еще и потому, что о женихе было сказано, что он «очень славный, честный человек» (ein sehr braver Mann). Точно такой, как отец Лотты?..

    Во время танцев какая-то приятельница грозит Лотте пальцем и дважды произносит имя Альберта. Кто такой Альберт? Теперь Вертер уже заинтересован. Лотта кажется несколько омраченной этим вопросом, но потом объясняет, что Альберт – «славный, честный человек» (ein braver Mensch), с которым она, «можно сказать, почти что помолвлена».

    Снова, в третий раз, словечко brav. Им был охарактеризован отец, им равнодушная кузина характеризует жениха Лотты, и теперь сама Лотта так говорит о своем женихе. Подспудная линия сюжета впервые заявляет о себе, впервые звучат сигналы «подтекста». Уж не отец ли выбирал Лотте жениха – не ей, а себе под стать? И почему Лотта не нашла сказать о нем ничего лучшего, как то, что он «честный и славный»?

    И на этом фоне вдруг «Клопшток» – слово, извлекающее на поверхность бездны подспудного содержания!

    То, что это слово произнесено Лоттой, а не Вертером, то, что сближение происходит по ее, а не по его инициативе, вдвойне и втройне важно. Сразу по-иному освещается образ Лотты: послушная дочь, заботливая сестра, заменившая младшим сестрам и братьям покойную мать, будущая добродетельная и честная жена, – оказывается, это все не она? Это – ее судьба, ее внешняя биография, ее жизненный долг, честно выполняемый. А вот «Клопшток», и рядом этот поэтический безумец Вертер, и этот опасный, решительный шаг к сближению – это она, Лотта!

    И совсем иным предстает теперь Альберт, антипод Вертера, да и не только он, а весь мир, который он представляет.

    Кстати, сцена с «Клопштоком» позволяет увидеть развитие значений и в самом словечке brav: в первый раз, употребленное Вертером по отношению к отцу Лотты, оно носит вполне положительный характер; далее, в устах кузины, как характеристика жениха Лотты, оно, пожалуй, приобретает более светски-нейтральный, до равнодушия, оттенок; наконец, в словах Лотты, в сочетании с ее нахмуренными бровями и маленькой паузой перед ответом, угадывается некое напряжение, может быть, насилие над собой, что-то вроде подавленного вздоха. А уж с позиций разбираемой нами сцены становится ясно, что со стороны Лотты нет подлинной любви к Альберту, а есть лишь чувство долга и уважения. Какой-то негативный оттенок распространяется на положительное значение слова brav и ретроспективно, в прошлое, – и перед нами вдруг два мира: мир «славных», ограниченных и уравновешенных филистеров – отца Лотты и Альберта, – и мир Лотты и Вертера, мятущихся романтических героев.

    Пусть для Лотты это только мгновение, порыв, впоследствии задавленный обстоятельствами, – это мгновение говорит о ней и обо всем внутреннем смысле романа больше, чем многое другое.

    Именно в это мгновение возникает чреватое последствиями противопоставление поэта Вертера (которого никому в голову не пришло бы назвать словечком brav) антипоэтичному («славному, честному» и именно потому антипоэтичному) Альберту – нечто вроде отречения Лотты от Альберта, нечто вроде духовной измены ему при сохранении формальной верности, то есть появляются предвестники той трагедии, которая неминуемо должна разыграться между этими тремя людьми.

    Эта более глубокая сторона «подспудного» содержания сцены подготовлена, следовательно, уже не извне, именем-символом «Клопшток», не издалека, не общелитературно, а внутри самого произведения, и закрепляется она через углубление уже однажды прозвучавших мотивов, в порядке, так сказать, расширения и усложнения показанных ранее сюжетных положений.

    Уже из этого примера ясно, что подтекст, для того чтобы быть объективным фактором развития действия, так или иначе обязательно должен быть заранее подготовлен, должен иметь свою основу в прошлом, уже бывшем, в ранее звучавшем мотиве или ситуации.

    Назовем условно этот первичный мотив или ситуацию, на которые опирается последующий текст, «мотивом-основой» или «ситуацией-основой», а опирающуюся на них ситуацию, в которой и возникает подтекст, – «вторичной» или «повторной».

    И если мы присмотримся к соотношению этих двух (или более) ситуаций – основной и повторных, то придем к выводу, что чем тоньше, сложнее, запутаннее, завуалированнее последующий подтекст (в повторных ситуациях), тем проще, однозначнее, прямолинейнее должна быть первичная ситуация-основа.

    И далее нам станет ясно, что подтекст не возникает по прихоти писателя, как некий «игровой прием», а что он бывает внутренне, так сказать, структурно необходим.

    Лотта как по своему характеру, так и исходя из своего жизненного положения не могла в ту минуту более ясно выразить свои чувства. Недоговоренность высказывания, спрятанность основной мысли за, казалось бы, весьма отдаленным намеком, оказывается реальной сюжетной необходимостью, а подтекст при этом – не просто формой изложения, а правдой изображения, вытекающей как из характеров героев, так и из того жизненного положения, в котором они находятся.

    Но подтекст не только особенным образом демонстрирует мысли и чувства персонажей, но и ставит в особое положение читателя, а именно в положение человека, судящего о действиях и словах людей не после того, как ему эти действия и слова были подробно истолкованы автором, а в тот момент, когда люди эти еще как бы сами не решились признаться во внутреннем смысле того, что они делают и говорят. Читатель как бы сам участвует в происходящем, проделывая тот же путь, который проделывают герои. Это то особое соотношение, которое в одной из статей о современной западной литературе было справедливо названо «душевным контактом писателя с читателем». Однако такая форма активности читательского восприятия возможна лишь тогда, когда она подготовлена всем ходом изложения и оказывается объективно правильным выводом из всего предшествующего сюжетного развития, отнюдь не завися от произвола того или иного истолкователя. Правильное понимание зашифрованных «подтекстных» эпизодов возможно только при условии их тщательной предварительной подготовленности, – недаром, как мы знаем, создателями подтекста всегда бывали значительные писатели, крупные мастера литературной формы.

    Таким образом, уже на основании данного примера мы можем сделать вывод, что подтекст есть явление, заранее подготовленное (либо извне, каким-либо внешним символом или известным событием, либо, чаще всего, внутри самого произведения). А из этого положения вытекают и некоторые дополнительные выводы, и в первую очередь тот факт, что подтекст в плане общей композиции произведения – как, впрочем, и в лингвистическом плане – есть своеобразный повтор (словесный или ситуативный), но только отнесенный на известное, иногда значительное, расстояние от своей первоосновы.

    В художественном произведении слово не является простым средством разовой коммуникации, действующим однолинейно и в течение краткого мгновения, – оно несет в себе определенное ситуативное содержание, иногда чрезвычайно яркое и сгущенное, и, извлекаясь заново к жизни через повтор, в другом месте произведения, способно обогащаться новыми оттенками, связанными как с ближайшим контекстом, так и с дополнительно пройденными отрезками сюжета## В этой связи см. статьи:

    Хотите продолжить чтение? Подпишитесь на полный доступ к архиву.

    Подтекст в художественном тексте, его семантика и лингвистические средства выражения Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

    Н. В. Пушкарева

    ПОДТЕКСТ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТЕКСТЕ, ЕГО СЕМАНТИКА И ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА ВЫРАЖЕНИЯ

    Прозаические тексты, созданные в XX — начале XXI вв., все больше и больше привлекают внимание исследователей. Предметом исследования становится не столько сюжетное или идейное своеобразие произведения, сколько причудливость и разнообразие лингвистического выражения авторского замысла, наличие в тексте нескольких смысловых уровней, сосуществование в нем эксплицитного и имплицитного смыслов, формирующих общее впечатление от литературного произведения. Эта смысловая многоуровневость возникает уже в художественных текстах XIX в. и становится отличительным признаком современной русской прозы, в которой текст все чаще сопровождается подтекстом.

    Понятие подтекста имеет в научной литературе широкое толкование, употребляется в литературоведении, драматургии, лингвистике. В литературоведении этим термином называют реминисценции из различных произведений, способствующие пониманию смысла текста, применяется он и в лингвистических работах. В толковых словарях русского языка представлено широкое понимание данного термина: «Подтекст — внутренний, скрытый смысл какого-либо текста, высказывания»1. Определение Словаря лингвистических терминов таково: «Подтекст — англ. covert (implied) sense, implication, внутренний,

    и и 2

    подразумеваемый, словесно не выраженный смысл высказывания, текста»2.

    Вопрос о необходимости изучения семантико-синтаксических особенностей проявления подтекста в художественном произведении был впервые поставлен Г. Н. Акимовой. Описывая конструкции экспрессивного синтаксиса в современном русском языке, она отмечает, что «… часто при употреблении экспрессивных синтаксических конструкций в авторской речи мы встречаемся с различного рода подтекстом, типология которого, к сожалению, не разработана», а также определяет те направления, в которых следует двигаться при разработке типологии подтекста: во-первых, необходимо рассмотреть подтекстовую семантику, во-вторых, соотнести ее с конкретными конструкциями и моделями предложения3. Движение в указанных направлениях неизбежно приводит к решению третьей, методологической, задачи: необходимо определить предмет лингвистического исследования, а также установить его сходство или различия с тем явлением, которое понимается под термином «подтекст» в других областях гуманитарных знаний.

    Вопрос о том, на каком уровне в тексте проявляется подтекст, решается по-разному. Так, И. В. Арнольд считает, что подтекст как «один из видов подразумевания .реализуется в макроконтексте целого произведения, на референтном масштабе не эпизода, а сюжета, темы или идеи произведения»4. Отсюда следует, что на уровне единичного высказывания подтекст выявить нельзя. Подтекст способствует возникновению у читателя эмоционального и оценочного отношения к излагаемому, а также углубляет сюжет, помогает более полному раскрытию главных тем произведения. Таким образом, при данном подходе основным критерием выявления подтекста оказывается объем текстового отрывка, а также

    © Н. В. Пушкарева, 2009

    наличие или отсутствие углубления сюжета, о каких-либо собственно лингвистических признаках подтекста речи не идет.

    Оценка лингвистических предпосылок возникновения подтекста дана И. Р. Гальпериным, который выделяет три типа информации, содержащейся в тексте, при этом невербализованная информация названа им содержательно-подтекстовой. Содержательно -подтекстовая информация квалифицируется как факультативная и определяется как «скрытая информация, извлекаемая из содержательно-фактуальной информации». Присутствие содержательно-подтекстовой информации объясняется лингвистическими причинами: она возникает как благодаря способности единиц языка порождать ассоциативные и кон-нотативные значения, так и благодаря способности предложения внутри сверхфразового единства приращивать смысл5. Основная роль в формировании подтекста в концепции И. Р. Г альперина отводится лексическим компонентам, за скобками остается вопрос, имеется ли связь между синтаксическими единицами и возникновением подтекста. Подтекст разделяется на фактический, связанный с известными культурно-историческими явлениями, и актуальный, связанный с сюжетом. То, что названо фактическим подтекстом, практически совпадает с фоновыми знаниями, с экстралингвистической ситуацией, актуальный подтекст выявляется при обращении к уже прочитанным отрывкам произведения.

    К. А. Долинин связывает понятие подтекста с коммуникативным актом, в рамках которого формируется имплицитный смысл или подтекст. Отмечается, что номинативное содержание высказывания никогда не исчерпывается произнесенными словами, в имплицитном содержании высказывания обнаруживаются номинативный, или референциальный, подтекст — какие-то дополнительные сведения о референтной ситуации, описываемой данным высказыванием, или о каких-то других, связанных с нею ситуациях, и коммуникативный подтекст — сведения о коммуникативной ситуации6. Такой подход значительно расширяет понятие подтекста, поскольку имплицитная информация о референтной ситуации, адресате и адресанте присутствует практически в каждом высказывании, а значит, практически любое высказывание можно счесть содержащим подтекст.

    Несмотря на то, что при исследовании художественного текста подтекст традиционно относится к области литературоведения, в некоторых лингвистических работах последних лет появляется мысль о том, что скрытые, имплицированные смыслы являются полноправными компонентами содержательной структуры текста7. Лингвисты, занимающиеся вопросами, связанными со структурной организацией текста, не исключают возможности использования результатов исследований для уточнения смысловых уровней повествования. Так, например, в работе С. П. Степанова, посвященной исследованию организации повествования в повести А. П. Чехова «Дуэль», отмечается, что «кардинальные проблемы организации прозаического текста» связаны с проблемой «имплицитно выражаемых смыслов (чеховский подтекст и другие формы неявного воздействия на читательское сознание)»8. Таким образом, воздействие на читателя обозначается как главная функция подтекста.

    Представляется, что для исследования проявления подтекста целесообразно ограничиться рамками письменного художественного текста, обратив особое внимание на те синтаксические конструкции и модели, которые служат для передачи экспрессии и оценки. При этом следует учитывать активные языковые процессы, которые отражаются в образцах современной русской прозы.

    Как неоднократно отмечалось, ХХ в. знаменуется тем, что на место синтагматической прозе с ее ясностью изложения и четкостью конструкций приходит актуализирующая проза. В произведениях, являющихся образцами актуализирующей прозы, привычная

    синтаксическая иерархия нарушается, уменьшается роль подчинительных связей, возникает большое количество вставных конструкций, безличных предложений, возрастает роль модальности9.

    Любое изменение или нарушение традиционных синтаксических правил неизбежно приводит к возникновению экспрессии, оценочности, недоговоренности или избыточного смысла, выявление и интерпретация которых превращают чтение в занимательный процесс и расширяют наши представления о смысловой структуре и семантическом потенциале авторского текста. Таким образом, для полноценного понимания текста необходимо не только следовать за развитием сюжета, но и улавливать ту информацию, которая заключена между строк, т. е., необходимо учитывать подтекст, возникающий в прозе по ходу повествования.

    Передача дополнительной информации лингвистическими средствами считается явлением, возникшим в ХХ в., но она имеет истоки в текстах классической русской литературы. Синтаксические модели, составляющие основу классической синтагматической прозы, способствуют успешному пониманию текста, не создают трудностей при чтении, а, наоборот, служат средствами демонстрации логики изложения. Однако в конце XIX в. в прозе некоторых авторов появляются примеры текстовых фрагментов, смысл которых не исчерпывается тем, что написано. Подобные явления наблюдаются в текстах тех писателей, которые представляют реалистическое направление в русской литературе, и это объяснимо: романтическая повесть, стихотворения символистов или футуристов обязательно включают в себя определенный набор языковых средств, типичных для данных литературных направлений и отвечающих требованиям к созданию художественных образов в рамках этих направлений; в реалистическом произведении языковой спектр более широк.

    Единичные примеры создания дополнительного смысла с помощью синтаксиса встречаются уже в «Журнале Печорина» М. Ю. Лермонтова. В следующем отрывке представлен образец синтагматической прозы, в котором в составе традиционных сложных предложений встречаются лексические повторы: Правильный нос в России реже маленькой ножки. Моей певунье, казалось, не более 18 лет. Необыкновенная гибкость ее стана <…> и особенно правильный нос, — все это было для меня обворожительно. Хотя в ее косвенных взглядах я читал что-то дикое и подозрительное, хотя в ее улыбке было что-то неопределенное, но такова сила предубеждений; правильный нос свел меня с ума; я вообразил, что нашел гетеву Миньону, это причудливое создание его немецкого воображения… (Лермонтов, с. 69).

    Первое, что бросается в глаза, — это повтор словосочетания правильный нос. Помещенное в сильную позицию — в начало предложения — оно становится своего рода темой абзаца. Двойной повтор словосочетания правильный нос придает текстовому отрывку ироническое звучание. Возникающая в подтексте ирония является в данном случае самоиронией, поскольку повествователю уже известно, куда его завело любование правильным носом девушки. Самоирония и досада персонажа-повествователя проявляются и при повторе уступительного союза хотя, с помощью которого дважды вводятся обстоятельства, которые явно должны были насторожить персонажа, но были им проигнорированы.

    В следующем фрагменте встречается вопросительное предложение, не получающее ответа в дальнейшем тексте: Я навел на нее лорнет, и заметил, что она от его взгляда улыбнулась, и что мой дерзкий лорнет рассердил ее не на шутку. И как, в самом деле, смеет кавказский армеец наводить стеклышко на московскую княжну? (Лермонтов, с. 84).

    Определить семантику, привносимую вопросительным предложением, не составляет труда: это ирония, адресованная княжне Мери. Читатель вправе раскодировать эту информацию или не заметить ее, но иронический подтекст углубляет данную сцену и позволяет более подробно представить характер отношений персонажей.

    Примеры возникновения в тексте дополнительного смысла можно увидеть в рассказах и повестях А. П. Чехова 1890-х годов. В них порой встречаются предложения, иногда абзацы, для полного понимания смысла которых простого чтения уже не достаточно. Подобный пример встречается в рассказе «Душечка» (1899): …Она постоянно любила кого-нибудь и не могла без этого. Раньше она любила своего папашу, который теперь сидел больной в темной комнате, в кресле, и тяжело дышал; любила свою тетю, которая иногда, раз в два года приезжала из Брянска, а еще раньше, когда училась в прогимназии, любила своего учителя французского языка (Чехов, т. 8, с. 352). В данном примере с помощью лексического повтора глагола любила передана добродушная ирония. За рассказом

    о жизни героини возникает второй план, который читатель способен выявить, опираясь на синтаксическую конструкцию.

    Интересная картина наблюдается в повести 1892 г. «Палата № 6». Текст повести разделяется на объемные абзацы, сформированные из сложных предложений, однако последние два абзаца IV части состоят каждый только из одного предложения, первый абзац V части тоже короткий и представлен всего одним предложением. Граница IV и V части выглядит следующим образом: Впрочем, недавно по больничному корпусу разнесся довольно странный слух (предпоследний абзац IV части). Распустили слух, что палату № 6 будто бы стал посещать доктор (последний абзац IV части). Первый абзац V части: Странный слух! (Чехов, т. 7, с. 131). Вместо подробного повествования только в одном этом месте повести представлены короткие абзацы с повторяющимся словом слух. Само по себе появление короткого абзаца на фоне длинных настораживает читателя и привлекает его внимание к изложению. Лексический повтор вносит в текст экспрессию, кроме выраженной вербально информации возникает и семантика тревоги, неуверенности, и эту дополнительную информацию читатель должен обнаружить сам. Синтаксическая конструкция является показателем того, что в данной точке смысл текста распадается на два уровня: изложенный с помощью языковых единиц и подразумеваемый, выводимый из семантики синтаксической организации предложений.

    Наличие таких примеров свидетельствует о том, что выражение подтекста не является отличительным признаком современной русской прозы, но имело место уже в классической литературе. Совмещение вербальной и подтекстовой информации углубляет смысл текста и делает его многоплановым и многослойным. Ведущими средствами оказываются лексический повтор и вопросительные предложения, в дальнейшем не сопровождаемые ответами. С помощью этих языковых средств в тексте возникает под-текстовая семантика иронии и самоиронии (причем самоирония различается степенью, она может быть горькой).

    С помощью синтаксиса передается негативная оценка персонажем других персонажей и смятение, переживаемое им. Одновременно с подтекстовой информацией состояние персонажа описывается и на вербальном уровне, таким образом повествование расслаивается на первый, вербализованный, план и второй, подтекстовый.

    Та же тенденция к передаче дополнительного смысла синтаксическими средствами наблюдается и набирает силу в прозаических произведениях ХХ в. Так, рассказ М. А. Булгакова «Красная корона» (1922) начинается следующим образом: Больше всего на свете я

    ненавижу солнце. Громкие человеческие голоса и стук. Частый, частый стук (Булгаков, с. 286). Парцеллированные конструкции, сопровождающиеся лексическим повтором слова стук, находятся в сильной позиции — в начале текста. Речь персонажа-рассказчика расслаивается: кроме вербализованного сообщения, в ней передается и душевное состояние говорящего. Приведенный отрывок, с одной стороны, передает негативное отношение персонажа к ряду явлений, т. е., оценку, с другой — содержит семантику раздражения, тревоги.

    В парцеллированных конструкциях выявляется патетика, которая может иметь негативную окраску: Помогать вам повесить я послал Колю, вешали же вы. По словесному приказу без номера (Булгаков, с. 290). В подтексте высказывания содержатся укор и осуждение, запрограммированные в синтаксической организации фраз, экспрессивность данного высказывания очень высока.

    Передача невербализованного смысла с помощью экспрессивных синтаксических конструкций и моделей предложений нарастает в прозе конца ХХ в. Этими конструкциями насыщены тексты С. Д. Довлатова. При снижении количества языковых средств, служащих для изложения историй, возрастает роль экспрессивных синтаксических конструкций, передающих ироническую, оценочную или патетическую семантику. Чаще всего употребляются лексический повтор и парцелляция, иногда они соседствуют в одном и том же отрывке: Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее (Довлатов, с. 50). Абзац казался бы патетическим, если бы под конец не появлялась парцелляция, придающая высказыванию иронический смысл.

    Совмещение иронии и оценочности передают парцеллированные конструкции, соединенные в одном небольшом абзаце: Теоретически все должно быть иначе. Домработнице следовало бы любить меня. Любить как социально близкого. Симпатизировать мне как разночинцу (Довлатов, с. 50). Парцеллированные конструкции способствуют передаче иронической семантики, для достижения той же цели служит и лексический повтор глагола любить. Ведущая роль в данном процессе принадлежит не лексике, а синтаксису.

    В некоторых случаях парцелляция служит для передачи патетической оценки: Черкасов был народным артистом. И не только по званию (Довлатов, с. 18). Никакой иронии в данном отрывке не содержится, это искреннее чувство, не выраженное высокими словами, а скрытое в синтаксической конструкции. Многоплановость смысла, выраженного небольшим количеством слов, организованных в конструкциях экспрессивного синтаксиса—харак-терная черта языка произведений С. Д. Довлатова, который, кстати, одной из особенностей своих рассказов назвал «выпирающие ребра подтекста» (Довлатов, т. 2, с. 14).

    Сопоставление текстов разных эпох и разных литературных школ, проведенное с целью выявления подтекстовой информации, дает возможность подвести некоторые итоги и свести воедино те данные о семантических оттенках подтекста, которые были обнаружены. Можно обнаружить разительное сходство семантических оттенков, присутствующих в текстах авторов разных эпох.

    Так, в текстах М. Ю. Лермонтова выявлена ироническая подтекстовая семантика, ирония может сочетаться с негативной оценкой или возникать отдельно, присутствует в тексте самоирония, причем в некоторых случаях она может быть горькой, а может сопровождаться семантикой досады. В текстах А. П. Чехова подтекстовая семантика возникает лишь в некоторых случаях, семантически подтекст соотносится со следующими типами: ирония, которая у А. П. Чехова может быть горькой и добродушной, патетика, тревога и неуверенность.

    У М. А. Булгакова примеры подтекста также встречаются крайне редко, семантика выявленных подтекстов сводится к следующему: негативная оценка, тревога, раздражение, страх, патетика (позитивная и негативная, своеобразный «патетический упрек»), досада, удивление.

    Для текстов С. Д. Довлатова наиболее типичен иронический подтекст, встречается самоирония, горькая ирония. Можно говорить о том, что ирония становится ведущим под-текстовым значением практически во всех произведениях писателя. Также присутствует в подтексте патетика, позитивная и негативная оценка, семантика тревоги и неуверенности. Перечисленные оттенки могут сочетаться друг с другом, границы между значениями в этих сочетаниях становятся неявными, зыбкими. Особенно интересно ведет себя подтекстовая семантика на стыке коротких абзацев, из которых состоит большинство довлатовских текстов: подтекст одного абзаца составляет с подтекстом другого абзаца целостную картину, которая может оказаться включенной в иную подтекстовую «рамку».

    В целом можно сделать следующие выводы: изучение текстов писателей XIX-XX вв. показало, что в русской прозе встречаются текстовые отрывки с повторяющейся подтекстовой семантикой. В подтексте выявляются досада, ирония и самоирония, недовольство, недоумение (удивление). Неуверенность, оценка, патетика, раздражение, сарказм, смятение, страх, тревога. Эти семантические оттенки передают эмоциональное состояние персонажей или рассказчика, создаются синтаксическими средствами и формируют второй план текста, придавая повествованию большую смысловую глубину.

    К лингвистическим средствам выражения подтекста относятся прежде всего конструкции экспрессивного синтаксиса. Именно эти синтаксические средства создают подтек-стовое значение в примерах из текстов М. Ю. Лермонтова, А. П. Чехова и М. А. Булгакова. У М. Ю. Лермонтова подтекст скрыт в основном в лексических повторах, вопросительных предложениях, не получающих ответа в дальнейшем тексте. Парцелляция возникает в текстах М. А. Булгакова, писатель применяет это средство наряду с лексическим повтором.

    К середине ХХ в. количество конструкций экспрессивного синтаксиса в прозаических текстах увеличивается. Это лингвистическое средство преимущественно употребляется в произведениях С. Д. Довлатова, его тексты насыщены парцелляцией, лексическими повторам, вопросительными предложениями, не получающими ответа. Все три синтаксических средства возникают в различных комбинациях. Кроме того, важную роль играет длина абзаца и возникновение в некоторых случаях смысловых «рамок» (имеющих подтекстовое значение), в которые оказывается заключенным отрывок текста, в свою очередь, содержащий подтекст.

    Таким образом, отмечаемые в современной русской прозе синтаксические конструкции, передающие подтекстовую информацию, позволяют авторам создать не один, а несколько смысловых уровней, создать эмоциональный «второй план» текста. Выявление и описание лингвистических способов выражения подтекста в современной прозе представляется актуальной и интересной задачей для исследователя.

    1 Словарь русского литературного языка: В 17 т. М.; Л., 1960. Т. 10. С. 651; Словарь русского языка: В 4 т. М., 1959. Т. 3. С. 308.

    2Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов, М., 2005. С. 331.

    3Акимова Г. Н. Новое в синтаксисе современного русского языка. М., 1990. С. 101.

    4 Арнольд И. В. Импликация как прием построения текста и предмет филологического изучения // Арнольд И. В. Семантика. Стилистика. Интертекстуальность: Сб. ст. СПб., 1999. С. 77-92.

    5 Гальперин И. Р. Текст как объект лингвистического исследования. М., 2004. С. 27.

    6 Долинин К. А. Интерпретация текста. М., 2005. С. 7, 38.

    7 См.: Масленникова А. А. Лингвистическая интерпретация скрытых смыслов. СПб., 1999; Федо-сюкМ. Ю. Неявные способы передачи информации в тексте. М., 1988.

    8 Степанов С. П. Организация повествования в художественном тексте (языковой аспект). СПб., 2002. С. 21-22.

    9Арутюнова Н. Д. О синтаксических типах художественной прозы // Общее и романское языкознание. М., 1972. С.152.

    Источники

    1. Булгаков М. А. Красная корона // Булгаков М. А. Избранные произведения: В 2 т. Киев, 1989. Т. 1.

    2. Довлатов С. Д. Чемодан. Л., 1991.

    3. Довлатов С. Д. Ремесло // Довлатов С. Собр. соч.: В 3 т. СПб., 1993. Т. 2.

    4. Лермонтов М. Ю. Герой нашего времени. М., 1934.

    5. Чехов А. П. Собр. соч.: В 12 т. М., 1956. Т. 7, 8.

    Игорь Сухих. «Подтекст: литература, театр, жизнь» « Большой Драматический Театр (БДТ) « Драма и комедия « Информация « Спб Билет.ру

    Жанр: Лекция (Театр)

    Актёры: И.Сухих

    Автор: И.Сухих

    Продолжительность: 01:30

    Большой драматический театр имени Г. А.Товстоногова и исследовательский центр «Прагмема» продолжают цикл лекций о культуре и искусстве в рамках программы БДТ «Эпоха просвещения».

    С октября по декабрь 2016 года воскресные лекции будут проходить в театральном буфете Основной сцены БДТ (набережная реки Фонтанки, 65).
    Проект реализуется при поддержке фонда ALMA MATER.

    Игорь Сухих
    Подтекст: литература, театр, жизнь

    «Подтекст – а когда, собственно, это слово пришло в язык? У Ушакова его еще нет», – удивлялся  Михаил Леонидович Гаспаров. Ответ на этот вопрос, а также на вопросы о том, чем слово/понятие отличается от подводного течения, подтекст литературный – от подтекста театрального, и хорошо ли то, что современный режиссер может поставить телефонную книгу, — в лекции Игоря Сухих.

    Игорь Сухих — критик, литературовед, доктор филологических наук, профессор СПбГУ. Автор книг  «Сергей Довлатов: время, место, судьба», «Чехов в жизни: сюжеты для небольшого романа» (2010), «Проза советского века: Три судьбы. Бабель. Булгаков. Зощенко» (2012), «Русский канон. Книги ХХ века» (2013), а также школьных учебников по литературе для 9–11 классов. Лауреат премии журнала «Звезда» (1998) и Гоголевской премии (2005).

    «Эпоха просвещения» — социально-образовательная программа для зрителей БДТ имени Г.А.Товстоногова. Цикл лекций о культуре и искусстве — совместная инициатива БДТ и исследовательского проекта «Прагмема». Это территория контакта академических ученых и практиков искусства и петербургской публики. Критерии выбора тем и лекторов определены сочетанием качеств, определяющих стиль Большого драматического театра: академизм и эксперимент, уважение к прошлому и новаторство, ответственность за высказывание и инициатива, уникальность подходов и безупречность знания.

    Искусство как  культурный досуг (концерты, спектакли, выставки) — значимая часть жизни современного человека. Искусство и культура как знание на сегодняшний день оказались ограниченными школьной программой: мы больше знаем об открытиях в области физики и математики, чем в области живописи, архитектуры, литературы, истории, лингвистики или музыки. Меж тем это живая, активно развивающаяся область знания, достижения и открытия которой составляют общенациональную ценность. Рассказам о таких вещах и посвящена программа, лекторами которой являются люди, которые своей исследовательской деятельностью и художественной практикой создают новое знание о культуре и искусстве.

    Новое знание – из первых рук.
    Таков принцип лекционной программы «Прагмема».

     

    Куратор проекта — доктор филологических наук, профессор Светлана Адоньева.
    Куратор встреч по истории и теории музыки — этномузыковед, музыкальный критик, кандидат искусствоведения Евгения Хаздан.
    Куратор встреч, посвященных литературе, народному искусству и архитектуре — филолог, визуальный антрополог, кандидат филологических наук Инна Веселова.

    Религиозный подтекст. О чем расскажут воронежцам работы скульптора и художника Сушкова. Последние свежие новости Воронежа и области

    В Доме губернатора (проспект Революции, 22), где расположено подразделение музея имени Крамского, готовится к официальному открытию персональная выставка известного воронежского скульптора и художника Федора Сушкова «Иной взгляд на видение Нового Завета». Выставка, организованная благодаря внучке Сушкова Анне Сушковой-Назаровой, раскрывает философские идеи скульптора и художника на религиозную тему, ставшую заглавной в последние годы его жизни. Основная часть экспозиции – живописные полотна на библейские сюжеты.

    Официальное открытие выставки запланировано на 30 июля, техническое уже состоялось. Почему живопись Сушкова более известна за границей, какие его картины можно считать биографическими и какие символы, по словам внучки, скрыты в его скульптурных композициях, – в материале РИА «Воронеж».

    «Русский Микеланджело»

    Персональную выставку Федора Сушкова из 44 полотен и эскизов монументальных работ открыла его внучка Анна Сушкова-Назарова, которая живет в Италии. С собой в Воронеж она привезла 75 полотен деда, но в небольшом выставочном зале удалось выставить только 44.

    Анна уехала в Италию в 2000 году. Когда ее дедушка тяжело болел, приехала в Воронеж и успела записать за ним трактовку его живописных полотен. При жизни Федора Кузьмича внучка издала большой художественный каталог с репродукциями картин скульптора и его пояснениями. Книгу издали на русском, английском и итальянском языках.

    После смерти скульптора Анна унаследовала все его полотна. Живя в Италии, она популяризирует творческое наследие Федора Сушкова, создала даже фонд его имени.

    – Так сложилось, что живопись Федора Кузьмича больше знают на Западе – в России его полотна не видели. В Италии я организовывала выставки живописи Федора Сушкова в выдающихся итальянских музеях, познакомилась с выдающимися критиком и искусствоведом Витторио Згарби (является представителем Фонда Модильяни, Караваджо, Леонардо да Винчи), историком искусства и галеристом Филиппом Даверио и профессором Генуэзского университета искусств Лучано Капрелли, – рассказала Анна Сушкова-Назарова.

    По ее словам, итальянские критики называют Федора Сушкова «русским Микеланджело», его работы считаются символом русского монументального искусства.

    Философские зарисовки

    Анна Сушкова-Назарова характеризует все живописные творения дедушки как воплощение «иного взгляда на видение Нового Завета». Почти все представленные на выставке работы связаны с темой религии и богоискательства. Федор Кузьмич считал, что бог един, а представители разных конфессий не должны враждовать друг с другом. Он также верил, что наука – результат творения бога.

    На живописных полотнах зрители увидели Христа, Богоматерь, Иуду и даже пророка Мухаммеда. Рядом с ними – объемные модели креста, модели храма всех религий в виде бесконечности, Вселенной, какими их видел Федор Сушков.

    – Все эти полотна – быстрые наброски философии дедушки. Их не надо рассматривать с точки зрения техники письма или художественной композиции. Ведь дедушка 40 лет работал скульптором-монументалистом и все это время не брался за кисть. Отразить свою философскую мысль в скульптуре он не мог. Поскольку не был писателем, отразил ее в художественных полотнах. Его идея стала понятна выдающимся критикам итальянского искусства. Они написали, что творчество Сушкова – «глоток свежего воздуха в нашем умирающем мире», – отметила внучка скульптора.

    По ее словам, Федор Сушков вырос в глубоко верующей семье. Его дед был старостой сельской церкви в селе Новосолдатка Репьевского района, где и родился Федор Кузьмич.

    – Мой прапрадед владел греческим, арабским и латинским языками. Он научил дедушку математике и письму.

    В 1930-е годы семья сельского священника вместе с маленьким Федором попала под репрессии. Родители Федора трагически погибли. Федю воспитывал дед. Те трагические для страны годы художник изобразил на полотне «Шашка Гурда».

    – Дедушка изобразил репрессии, раскулачивание, ссылки. Дед Федора Кузьмича сумел спасти из дома самые ценные вещи – шашку Гурду (самый дорогой булат в мире), которая ковалась в ХII веке, и икону Николая Угодника, – сообщила Анна Сушкова-Назарова.

    Еще одна биографическая картина Федора Сушкова – «Штрафбат». В ней он отразил военные годы своей жизни. На войну Федор попал в 1941 году, сразу после окончания школы. На фронте командовал штрафным батальоном 8-й Панфиловской дивизии. Во время боя был контужен и получил опасное ранение – осколок гранаты чуть не задел сердце. С поля боя командира вынес товарищ.

    – Дедушка вспоминал: во время контузии он получил такой сильный удар по каске, что думал, оторвутся шейные позвонки. Он говорил: «В это мгновение я все увидел». Он как будто вышел из своего тела, увидел, как будет идти его бой, что он будет тяжело ранен, но ни один из его штрафников не погибнет. И, действительно, все солдаты остались живы. Дед вспоминал: во время боя он видел, как мимо него слева и справа летят пули. Он рассказывал, что его спас Христос – его он изобразил на своей картине.

    Апостолы и Мадонна

    Рядом с живописными полотнами можно увидеть уменьшенные трехмерные модели монументальных работ Федора Сушкова – эскизы. Среди них – эскизы композиций скульптора на площади Победы и у памятника Славы.

    Сейчас монументальная композиция на площади Победы изображает 12 фигур, среди которых – солдаты разных родов войск, народные ополченцы, партизаны, рабочий и рабочая, колхозница и женщина с младенцем. По словам Анны Сушковой-Назаровой, в них ее дедушка зашифровал библейский смысл: женщина с младенцем – практически копия Сикстинской Мадонны, а образы 11 человек рядом с матерью символизируют апостолов. В атеистическое советское время изобразить религиозные символы художники и скульпторы не могли: все эскизы проходили через цензуру. И когда Федор Сушков принес на художественный совет эскиз своей композиции, в ней рассмотрели религиозный подтекст. Чтобы младенец на руках матери не ассоциировался с Христом, его голову попросили изобразить покрытой платком – так младенец-мальчик превратился в девочку.

    – Дедушка был вынужден переделать свой проект, но основа его композиции осталась духовной, – подытожила внучка скульптора.

    Однако архитектор Николай Гуненков, работавший вместе с Федором Сушковым над проектом мемориала, в беседе с корреспондентом РИА «Воронеж» утверждал, что о религиозном подтексте своей скульптурной композиции Федор Кузьмич ничего не говорил.

    – Эта композиция изображает союз тыла и фронта. Это солдаты, рабочие, сталевары, партизаны, медсестра, колхозница, мать с ребенком. Если хотите, это Родина-мать, – считает Николай Гуненков.

    На выставке внучка скульптора показала и переосмысленный Федором Сушковым эскиз стелы на площади Победы. Ее венчает не орден Отечественной войны I степени, как сейчас, а изображение Бога-отца, который спускает на землю своего сына, Христа. Как бы могла выглядеть стела на площади Победы, можно увидеть в художественном каталоге, который привезла Анна Сушкова-Назарова. Сохранился и гипсовый эскиз фрагмента переосмысленной стелы – его можно увидеть на выставке.

    По словам Николая Гуненкова, эскиз переосмысленной стелы Федор Сушков при жизни показывал только близким и друзьям.

    Архитектор также рассказал, что в изначальном проекте стела и сам памятник составляли единое целое и были расположены рядом. Но впоследствии городские власти попросили переделать проект памятного комплекса: скульптурную группу отодвинули далеко на север, а стелу оставили на месте, обращенной на проспект Революции.

    – Стела, которая должна была составлять один памятный комплекс с памятником, оказалась оторванной, одинокой. Понимая это, Федор Кузьмич пытался в эскизах усилить ее художественную и идеологическую значимость. И поэтому в средней части стелы по высоте поместил барельеф – образ Иисуса Христа, – рассказал Николай Гуненков.

    Музей Федора Сушкова

    Выставка в Доме губернатора будет работать до декабря 2021 года. А в начале 2022 года в Воронеже планируется создать дом-музей Федора Сушкова, каждый зал в котором будет посвящен этапам творческого пути скульптора и художника – созданию его монументов. Место под музей пока не найдено.

    – Экспозиции музея расскажут зрителям о жизни дедушки и его творчестве. Например, Федор Кузьмич был учеником известного воронежского художника Александра Бучкури и работал в его мастерской. Расскажут экспозиции и об истории создания знаменитых монументальных работ дедушки. Мы соберем фотографии его монументов, созданных по Воронежской области и всему Советскому Союзу. Зрители увидят и фото из нашего семейного архива – мы сделаем из них большой коллаж, – поделилась Анна Сушкова-Назарова.

    В музее будут показывать документальный фильм о творчестве Федора Сушкова, который демонстрировали в Италии, художественные каталоги, высказывания критиков и интернациональные премии. В музее будут представлены и живописные полотна Федора Кузьмича.

    Анна видит дом-музей своего деда похожим на Театр-музей Сальвадора Дали в Фигерасе.

    Справка РИА «Воронеж»

    Федор Сушков – почетный гражданин Воронежской области. В 1940–1950-х годах начал работать как скульптор монументально-декоративного искусства. Самые знаменитые произведения Сушкова в Воронеже – монумент и стела на площади Победы и Памятник Славы.

    Скульптор умер в 2006 году после продолжительной болезни. В 2019 году на доме, в котором жил и работал Федор Сушков, установили мемориальную доску.

    Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

    Подтекст: определение и примеры | LiteraryTerms.net

    I. Что такое подтекст?

    Подтекст — невысказанный или менее очевидный смысл или сообщение в литературном произведении, драме, речи или разговоре. Подтекст со временем становится известен читателю или аудитории, поскольку он не раскрывается сразу или целенаправленно самой историей.

     

    II. Примеры подтекста

    Пример 1

    Она улыбнулась, когда услышала, что кто-то другой выиграл, но, зная, о чем она думала, улыбка была фасадом, который скрывал ее истинное разочарование из-за поражения на выборах.

    Подтекстом ситуации является реальность того, что то, что лежит под поверхностью — разочарование — не соответствует поверхности — счастье и поздравление.

    Пример 2

    Студент идет сдавать работу. Просмотрев две страницы, его учитель спрашивает: «Вы уверены, что хотите сдать это?»

    Подтекст этого вопроса является подсказкой для студента о том, что работа еще не готова для сдачи, и он должен отредактировать ее снова.

    Пример 3

    Мята очень вкусная. У него очень уникальный вкус. Вы хотите один?

    Энтузиазм, выраженный этим человеком, является примером подтекста. Под этим сообщением скрывается подсказка о том, что у кого-то еще неприятный запах изо рта и ему следует принять мяту.

     

    III. Типы подтекста

    Подтекст может работать по-разному, в зависимости от того, как информация представлена ​​в повествовании. Вот несколько ключевых типов подтекста:

    Подтекст привилегий

    Подтекст привилегий — это подтекст, в котором аудитория имеет определенные привилегии над персонажами повествования.Другими словами, зрители знают о чем-то, чего не знают персонажи. Например, представьте себе героиню, у которой три пропущенных звонка от матери. Мы, читатели, съеживаемся, поскольку знаем, что она вот-вот узнает, что ее сестра попала в автокатастрофу, которую мы видели, но она еще не знает.

    Подтекст Откровения

    Подтекст Откровения — это подтекст, раскрывающий определенную истину на протяжении всей истории, ведущий к откровению. Например, представьте себе мальчика, который пытается понять, чем он хочет заниматься, когда вырастет.Он думает о тушении пожаров, работе полицейским или даже актером. Однако на протяжении всего своего детства он любит рисовать, рисовать и лепить для развлечения. Подтекст откровения здесь в том, что его хобби всегда было его призванием: он станет художником.

    Подтекст через Promise

    Подтекст через обещание — это подтекст, в котором аудитория ожидает, что автор сдержит определенные обещания. Другими словами, аудитория ожидает, что история будет развиваться так, как это обычно бывает в истории: аудитория ожидает, что сюжет имеет смысл и сплетен воедино, персонажи, у которых есть откровения и которые значимо меняются, а также символы и мотивы, которые имеют смысл и соответствуют истории.Когда автору не удается таким образом угодить аудитории, рассказ считается плохо написанным или разочаровывающим из-за подтекста.

    Подтекст через вопросы

    Подтекст через вопросы — это подтекст, который создается, когда у читателей и зрителей возникают вопросы по поводу истории, например, как развивается сюжет или что будет делать персонаж. Естественно, такие вопросы возникают в хорошо написанном рассказе как форма ненаписанного подтекста.

     

    IV. Важность использования подтекста


    Подтексты являются доказательством того, что истории не поверхностны.Скорее, у них есть огромное количество информации, доступной, когда вы научитесь читать между строк и вникать в то, что на самом деле означает история. Подтекст позволяет спорным сообщениям, которые в противном случае были бы подвергнуты сомнению или оставлены неопубликованными, достоянием общественности. Это позволяет показать, что персонажи, которые действуют одним образом, чувствуют и думают иначе. Подтексты пронизывают подземную сокровищницу скрытых сообщений, смыслов и тем, к которым так часто не прикасаются многие читатели.

     

    В.Примеры подтекста в литературе

    Подтекст распространен в литературе и иногда упускается из виду из-за его поверхностного характера.

    Пример 1

    Из книги Ф. Скотта Фицджеральда «Великий Гэтси».

     «У меня есть человек в Англии, который покупает мне одежду. Он присылает подборку вещей в начале каждого сезона, весной и осенью».

    Он вынул груду рубашек и стал бросать их одну за другой перед нами, рубашки из прозрачного льна, толстого шелка и тонкой фланели, которые теряли свои складки при падении и покрывали стол разноцветным беспорядком.Пока мы восхищались, он принес еще, и мягкая, богатая куча поднялась выше — рубашки в полоску, с завитками и в клетку кораллового, яблочно-зеленого, лавандового и бледно-оранжевого цветов с монограммами индийского синего цвета. Вдруг с натужным звуком Дейзи сунула голову в рубашки и начала бурно плакать.

    – Какие красивые рубашки, – всхлипнула она, ее голос заглушался густыми складками. «Мне грустно, потому что я никогда раньше не видел таких… таких красивых рубашек».

    Дейзи, хотя и эмоциональный персонаж, не могла плакать из-за красоты этих рубашек.Скорее, она плачет над подтекстом: она не была с Гэтсби из-за его небогатости, а теперь он богат, а они до сих пор не вместе.

    Пример 2

    «После диагноза» Кристиана Вимана.

    Сейчас не помню

    когда саженец яблони взорвался

    практически из земли.

    Не знаю как,

    со всеми остальными деревьями вокруг,

    было выбито только .

    Должно быть, повезло,

    он думал годами, так близко

    к дому прирос.

    Должно быть, была ночь.

    Перемены — это то, что нужно проспать

    в молодости, и он был молод.

    Если бы в земле была слабость,

    дай он опустился на колени

    найти и почувствовать пределы,

    больше нет.

    Если был один случайный удар сверху

    как он узнал

    года в этом месте,

    корни были крепче.

    Как бы то ни было,

    он видел, как это дерево выжило

    ветер рвет его крышу ночами

    подряд, жары и упадки

    , который мало что оставил в живых.

    Сейчас не помню…

    У этого стихотворения сложный подтекст, как замечает поэт о дереве, которое годами не падало, но теперь было поражено. Подтекст заключается в том, что у самого Вимана только что диагностировали макроглобулинемию Вальденстрема, неизлечимый рак крови, который сейчас находится в стадии ремиссии.Поэт рассматривал деревья как способ тонко исследовать себя, пораженного болезнью.

     

    VI. Примеры подтекста в поп-культуре


    Подтекст можно найти в поп-культуре в фильмах, песнях, речах и рекламе.

    Пример 1

    История игрушек 3

    Игрушки сталкиваются с серьезной проблемой, когда Энди становится старше и больше не хочет с ними играть. Один из подтекстов этого фильма — адаптироваться и стать полезным или быть выброшенным.Игрушки прошлого будут заменены новыми игрушками, так же как люди, которые не адаптируются, потеряют работу и будут заменены работниками с новыми навыками. Это мрачное послание из типично трогательного фильма.

    Пример 2

    Аватар  

    Аватар удивительно похож на Покахонтас в своем послании о том, что землю нужно любить и заботиться о ней, чтобы мы могли выжить в мире и гармонии.Мир Аватар показывает, что такая гармония не только возможна, но и необходима, когда люди пытаются украсть огромную энергию из своего мира, но узнают, что это убьет его.

     

    VII. Связанные термины

    Инсинуация

    Подобно подтексту из-за его скрытого значения, инсинуации — это специфические намеки, скрывающиеся за поверхностью, которые подразумевают, что что-то еще, часто уничижительное, является правдой. Хотя подтексты могут использоваться по разным причинам, они обычно остаются скрытыми.Намеки, с другой стороны, часто имеют ясное значение, которое легко понять на поверхности. Вот пример намека на подтекст:

    Намек:

    Она набирает больше веса, чем обычно, если вы понимаете, о чем я.

    Эта фраза в сочетании с «если вы понимаете, что я имею в виду» означает, что женщина забеременела, то есть «набрала больше веса, чем обычно». Это тонко завуалированный намек.

    Подтекст:

    Миранда не могла понять, почему этим утром у нее так кружилась голова и тошнило.Она не ела ничего странного накануне вечером. Одевшись, она с трудом натянула джинсы, которые стали чуть теснее, чем обычно.

    В этих примерах беременность прямо не указывается, но намекается на намеки и подтекст. В то время как намеки более явные и очевидные, подтекст намеренно спрятан под поверхностью.

    Двойной разговор

    Doublespeak используется, когда смысл слов намеренно искажается или маскируется.В то время как подтекст витает под поверхностью и между словами, двусмысленность использует слова, чтобы запутать или ввести читателя в заблуждение. Вот пример двусмысленности и подтекста:

    Двойной язык:

    Нам пришлось сократить штат.

    «Сокращение» означает «увольнение людей».

    Подтекст
    :

    Босс сказал, что бонусы в этом году немного запоздают, так как у него еще есть дела.

    Босс сказал, что у него «есть дела, которыми нужно заняться.Подтекст этого может означать, что ему нужно сделать что-то сложное, например, уволить определенных работников, чтобы сбалансировать бюджет.

     

    VIII. В заключение

    Подтексты позволяют писателям, режиссерам и ораторам вставлять скрытые сообщения о политике, реальной жизни и противоречиях. Они позволяют персонажам говорить одно, а иметь в виду другое, а авторам вставлять темы и идеи, не привлекая к ним внимания. Подтексты придают книгам глубину и смысл для читателей, которые готовы читать между строк.

    Подтекст позволяет журналистам строить более глубокие отношения с читателями, по одному тексту за раз

    В начале пандемии (помните начало?) казалось, что каждое существующее новостное агентство запускало свой собственный информационный бюллетень о коронавирусе, чтобы делиться последними новостями и анализом по мере их появления.

    Вместо этого некоторые сайты пытались использовать другие платформы, например текстовые SMS-сообщения. Например, исполнительный редактор BuzzFeed News, посвященный технологиям и обществу, Мэт Хонан начал использовать Subtext, платформу для обмена сообщениями по подписке, которая позволяет организациям обмениваться текстовыми сообщениями со своей аудиторией, чтобы отвечать на вопросы читателей о вирусе.Я зарегистрировался, чтобы проверить это.

    Subtext запущен в 2019 году под управлением Alpha Group, внутреннего технологического и медиа-инкубатора, принадлежащего медиа-компании Advance. Майк Донохью, соучредитель и генеральный директор Subtext, сказал, что он был разработан, чтобы дать людям возможность строить конструктивные отношения со своей аудиторией.

    «Медиакомпании вкладывали огромное количество времени, денег и усилий в создание этой огромной аудитории в социальных сетях… но, в конце концов, они арендуют эту аудиторию у социальных сетей [компаний], а не у владеть этими отношениями», — сказал Донохью.

    Между тем обмен текстовыми сообщениями был привлекательным, потому что это не тяжелая техническая работа, а больше разговорный характер.

    «Мы рассмотрели экосистему информационных бюллетеней, таких как Substack, Revue или Tinyletter. [Но] мы хотели убедиться, что диалог здесь был двусторонним», — сказал Донохью. «Мы не хотели создавать еще одну платформу, на которой медиакомпания или журналист просто разговаривают со своей аудиторией. Мы хотели сделать его совместным, и мы хотели сделать его простым в использовании. Мы решили, что SMS на самом деле очень, очень хорошее средство.

    Subtext, безусловно, не первая инициатива, которая привлекает внимание новостных организаций, отправляющих текстовые сообщения читателям. Пару лет назад новостные организации экспериментировали с Facebook Messenger, чтобы позволить читателям отправлять текстовые сообщения ботам. (Он не прижился.) Другие ранние эксперименты включали платформу текстовых сообщений Purple, которая была приобретена The Skimm в 2019 году. Outlier Media стала пионером службы местной журналистики через текстовые сообщения, которая связывала жителей с низким доходом с полезной информацией о проблемах. как ЖКХ.

    Subtext отличается тем, что это платформа, предлагающая текстовые сообщения в качестве инструмента для новостных организаций.

    Конфиденциальность текстовых сообщений означает, что пользователи не испытывают такой же токсичности или бесконечной прокрутки судьбы, как в социальных сетях, что делает общение более дружелюбным и здоровым. Донохью сказал, что в целом только один человек был удален хостом в качестве подписчика за злоупотребление платформой.

    Это также позволяет пользователям узнать и установить связь с журналистом или личностью на другом конце линии.Связь может быть настолько сильной, что некоторые люди чувствуют себя плохо, отказываясь от подписки.

    «Я не могу сказать вам, сколько писем мы получаем, типа «Эй, я должен отказаться от подписки, но, пожалуйста, не говорите хозяину», — сказал Донохью со смехом. «Я думаю, что это свидетельство личной связи, которую люди здесь устанавливают. Я никогда не чувствовал себя виноватым из-за того, что отписался от рассылки по электронной почте. И я, конечно, не буду чувствовать себя виноватым, если откажусь от подписки на цифровые медиа». По словам Донохью, общий отток подписчиков Subtext невелик — всего 2%.(Возможно, это связано с тем, что обмен текстовыми сообщениями с новостными агентствами все еще является довольно новым явлением. Если новостные организации широко примут его, тексты станут такими же простыми для отключения, как push-уведомления и информационные бюллетени по электронной почте.)

    Более 500 000 человек подписаны по крайней мере на один из 600 хостов, использующих Subtext. Организаторы могут использовать его по-разному: как бесплатную для подписчиков кампанию по привлечению внимания, чтобы заинтересовать их публикацией или личностью; в качестве кампании по удержанию, которая предлагается бесплатно платным подписчикам; или в качестве платной индивидуальной подписки на получение сообщений от одного человека или о предмете, который кого-то особенно интересует.

    Цены варьируются в зависимости от того, кто является хостом и взимает ли он плату с пользователей за тексты. Организации (которые могут быть новостными агентствами, а могут и не быть), которые используют Subtext для проведения «кампаний по удержанию или вовлечению — бесплатных для общественности или бесплатных для подписчиков другого продукта с цифровой подпиской», платят комиссию, начинающуюся с «пары сотен долларов в месяц». — сказал Донохью.

    Публикации, предоставляющие услугу текстовых сообщений бесплатно, приобретают лицензию у Subtext, цена которой зависит от количества подписчиков или отправленных сообщений.А издания, которые взимают с подписчиков ежемесячную плату за тексты, соглашаются на долю доходов с Subtext, где издания получают 80 процентов дохода.

    Конфиденциальность данных — один из основных принципов Subtext. Любые собранные данные о подписчиках (например, номера телефонов и адреса электронной почты) принадлежат хосту и могут быть экспортированы, если они покинут службу.

    Подтекст также не может видеть, кто в отдельности открывает текстовое сообщение, потому что эта информация не передается обратно от оператора сотовой связи, хотя он может показывать среднюю скорость открытия.Донохью сказал, что 92% сообщений открываются, а 85% открываются в течение первого часа после отправки. Уровень ответов — один из ключевых показателей Subtext, поскольку он показывает, что подписчик достаточно вложился в полученное сообщение, чтобы начать разговор.

    Новостные агентства используют подтекст несколькими способами. BuzzFeed News использовал его как всплывающую функцию, но другие новостные агентства, такие как NPR, используют его для информирования своих подкастов. Поклонники подкастов могут написать ведущим свои отзывы и сообщить им, что они хотели бы услышать в следующем выпуске.

    В республике Аризона директор по инновациям аудитории П. Ким Буй использовал Subtext, чтобы ответить на вопросы, связанные с коронавирусом. Когда Ганнетт объявила об увольнении сотрудников, Буй отправила пользователям текстовые сообщения, чтобы сообщить им, почему они могут не получать известия от нее так часто, и попросила их подписаться на газету.

    Сегодня я получил эту заметку от одного из наших сотрудников @Subtext. Это лучше, чем тонизирующий эффект, который я получаю от кофе: «Я хотел поблагодарить вас за все, что вы, ребята, делаете, чтобы информировать общественность.Вы, ребята, такие же герои, как медики на передовой»

    — П. Ким Буй (@kimbui) 5 апреля 2020 г.

    The Globe and Mail использует Subtext для рассылки рецептов. The Dallas Morning News предлагает сочетание платных и бесплатных подписок на текстовые сообщения — пользователи могут бесплатно получать обзоры заголовков дня или платить 3,99 доллара в месяц за обмен сообщениями с репортерами газеты Dallas Cowboys.

    «Если вы собираетесь создать сообщество, вам нужно оптимизировать отношения, а не оптимизировать конверсии электронной почты», — сказал Донохью.«Мы смотрим на пространство [информационных бюллетеней] и думаем, что мы дойдем до точки полного насыщения новостных рассылок. Куда мы идем оттуда? Мы считаем, что более глубокое и значимое взаимодействие и инструмент коммуникации действительно полезны».

    Текстовые сообщения меняют способ общения редакции с читателями во время COVID-19 | by Subtext

    BuzzFeed News и местные отделы новостей в США и Канаде предоставляют бесплатные текстовые сообщения о коронавирусе. Получайте последние обновления и ответы на свои вопросы.

    От руководителя аудитории одной из организаций, работающих с Subtext, чтобы поделиться новостями о COVID-19.

    Краткое примечание. Если вы здесь, чтобы подписаться на сообщения о COVID-19 о своем сообществе, прокрутите страницу вниз, чтобы просмотреть полный список отделов новостей, предлагающих эту услугу.

    За последний месяц почти 200 000 человек подписались через Subtext, чтобы получать последние местные и национальные новости о COVID-19 из выбранной ими редакции. Десяток отделов новостей от Орегона до Нью-Джерси и Аризоны не только делятся своими последними репортажами с подписчиками, но и отвечают на вопросы читателей обо всем: от того, как поддержать друга в больнице с COVID-19, до какой температуры разогревать еду, чтобы обеспечить коронавирус убит.

    Недавнее сообщение о COVID-19 от BuzzFeed News

    «За 40 лет я никогда не видел такой вовлеченности», — написал президент Cleveland.com Крис Куинн в электронном письме команде Subtext. «Эти учетные записи объединяют сообщество, которому они служат».

    Куинн был одним из первых пользователей Subtext до COVID-19. В то время как его редакция увидела заметные новые потоки доходов и развитие отношений благодаря текстовым сообществам на основе подписки, которые они создали вокруг Cleveland Browns, Ohio State Buckeyes и некоторых других, они создали свое текстовое сообщество по коронавирусу и его тексты From the Editor, которые действительно доказали ценность охвата своих читателей на одной из наиболее широко используемых коммуникационных платформ, SMS.

    Примечание редактора: Subtext является дочерней компанией Cleveland.com.

    В письме к читателям Куинн пишет: «Вот в чем дело: мы сделали эту историю («Многие люди убеждены, что Огайо вот-вот закроется на две недели: это не так») только потому, что многие из вас спрашивали о это через систему текстовых сообщений о коронавирусе, которую мы создали, чтобы поговорить с вами. Более 8400 человек подписались на эти бесплатные оповещения менее чем за неделю, а вы уже отправили нам более 1600 сообщений. Я прочитал все и ответил на многие из них.”

    Благодаря самому высокому уровню вовлеченности, который Subtext когда-либо видел, с некоторыми приближающимися к 50%, история Cleveland.com и их сообщества в этот момент, а также история многих других, доказывает, что обмен текстовыми сообщениями занимает свое место в настоящее и будущее переписки редакции со своей аудиторией. Прощай, алгоритмы, прощай, тролли, прощай, кооптированные данные. Обмен текстовыми сообщениями обеспечивает безопасное, личное и прямое средство общения не только с семьей и друзьями, но и с доверенными лидерами мнений, журналистами и многими другими людьми в нашей жизни.

    Напишите нам по номеру , чтобы узнать больше о создании собственной текстовой кампании.

    «Скрытые смыслы в литературе и жизни» Лорана Перно, перевод У. Э. Хиггинса

    Подтексты окружают нас повсюду. В разговоре, деловых отношениях, политике, литературе, философии и даже любви искусство выражать больше, чем то, что прямо сказано, позволяет нам жить и двигаться в этом мире. Но мы редко задумываемся об этом скрытом измерении общения.

    В этой книге известный классик и исследователь риторики Лоран Перно исследует увлекательный мир подтекста. Из двух значений, присутствующих в любом случае двойного смысла, Перно фокусируется на значении, которое не сформулировано, — значении, которое имеет значение. Он анализирует подтекст во всех его разнообразных формах, включая аллюзию, аллегорию, инсинуацию, образную речь, иронию, недомолвку, эзотерическое учение, чтение между строк, двусмысленность и многое другое. Опираясь на примеры из таких разных фигур, как Гомер, Шекспир, Мольер, Пруст, Фуко и других, а также из популярной культуры, Перно показывает, как можно идентифицировать и расшифровать подтекст, а также насколько он распространен и важен в жизни человека.

    С эрудицией и остроумием Перно объясняет и разъясняет устройство языка, которое мы используем и понимаем каждый день, даже не осознавая этого. Тонкий подтекст — книга для всех, кто интересуется языком, литературой, скрытыми смыслами и тонкостями социальных отношений.

    Лоран Перно — член Института Франции и профессор греческого языка и литературы Страсбургского университета. Он является автором многочисленных книг в своей области, в том числе «Риторика в древности» ; Alexandre le Grand: Les risques du pouvoir ; и Эпидейктическая риторика: вопрос о ставках древней похвалы .Он также является редактором новых глав в истории риторики .

    Предисловие

    1. Подтексты вокруг нас

    2. Риторика образной речи

    3. Герменевтика подозрений

    4. Риски и гарантии интерпретации на языке

    7. Сексорама

    8. А как насчет откровенности?

    9. Каталог дополнительных примеров и практик

    Заключительное слово

    Примечание переводчика к цитатам

    Примечания

    Алфавитный указатель

    подтекст Тайлера Двиггинса | Плейскрипты Инк.

    21 мая 2022 г. — 23 мая 2022 г.

    Чикагский уличный театр
    Вальпараисо, IN США

    Чикагский стрит-театр Вальпараисо, IN США
    08 МАЯ 2022 — 08 МАЯ 2022

    Высшая школа
    Уинстон Салем, Северная Каролина, США

    Высшая школа Уинстон Салем, Северная Каролина США
    28 апреля 2022 г. — 29 апреля 2022 г.

    Средняя школа Кларксвилля
    Кларксвилл, IN, США

    Средняя школа Кларксвилля Кларксвилл, IN США
    22 апреля 2022 г. — 24 апреля 2022 г.

    Театральная труппа Нью-Прери
    Нью-Карлайл, IN, США

    Театральная труппа Нью-Прери Нью-Карлайл, IN США
    10 февраля 2022 г. — 12 февраля 2022 г.

    Северная средняя школа Уитон
    Уитон, Иллинойс США

    Средняя школа Уитон-Норт Уитон, Иллинойс США
    18 НОЯБРЯ 2021 г. — 20 НОЯБРЯ 2021 г.

    Средняя школа Ритс-Паффер
    Маскегон, Мичиган, США

    Средняя школа Ритс-Паффер Маскегон, Мичиган, США
    11 НОЯБРЯ 2021 г. — 13 НОЯБРЯ 2021 г.

    Средняя школа Киннелон
    Киннелон, Нью-Джерси США

    Средняя школа Киннелон Киннелон, Нью-Джерси США
    11 НОЯБРЯ 2021 г. — 13 НОЯБРЯ 2021 г.

    Питтсбург Хай Thespians
    Питтсбург, Калифорния, США

    Питтсбург Хай Thespians Питтсбург, Калифорния, США
    30 октября 2021 г. — 30 октября 2021 г.

    Кэрол Р Пэрриш
    Барнсвилл, Джорджия США

    Кэрол Р Пэрриш Барнсвилл, Джорджия США
    15 октября 2021 г. — 24 октября 2021 г.

    Средняя школа Розвилля
    Розвилл, Калифорния, США

    Средняя школа Розвилля Розвилл, Калифорния, США
    25 июня 2021 г. — 25 июня 2021 г.

    Общественная театральная лига
    Уильямспорт, Пенсильвания, США

    Общественная театральная лига Уильямспорт, Пенсильвания США
    03 июня 2021 г. — 3 июня 2021 г.

    Государственная средняя школа Саншайн-Бич
    Саншайн-Бич, Квинсленд, Австралия

    Государственная средняя школа Саншайн-Бич Саншайн-Бич, Квинсленд, Австралия
    24 мая 2021 г. — 24 мая 2021 г.

    Международная языковая академия Лейкс
    Форест-Лейк, Миннесота, США

    Международная языковая академия Лейкс Форест-Лейк, Миннесота США
    24 апреля 2021 г. — 24 апреля 2021 г.

    Академия им. М. Террелла
    Форт-Уэрт, Техас, США

    Академия им. М. Террелла Форт-Уэрт, Техас, США
    07 марта 2021 г. — 07 марта 2021 г.

    Форман Школа
    Личфилд, Коннектикут, США

    Школа Форман Личфилд, Коннектикут США
    07 марта 2021 г. — 07 марта 2021 г.

    Форман Школа
    Личфилд, Коннектикут, США

    Школа Форман Личфилд, Коннектикут США
    28 февраля 2021 г. — 01 марта 2021 г.

    Средняя школа Оттумва
    Оттумва, Айова, США

    Средняя школа Оттумва Оттумва, Айова, США
    30 октября 2020 г. — 01 ноября 2020 г.

    Waseca Senior High Drama
    Васека, Миннесота США

    Старшая драма Васека Васека, Миннесота США
    29 октября 2020 г. — 29 октября 2020 г.

    Средняя школа Форт-Морган
    Форт-Морган, Колорадо, США

    Средняя школа Форт-Морган Форт-Морган, Колорадо США
    01 октября 2020 г. — 31 октября 2020 г.

    Средняя школа Пачеко
    Лос-Банос, Калифорния, США

    Средняя школа Пачеко Лос-Банос, Калифорния, США
    13 августа 2020 г. — 16 августа 2020 г.

    Gloucester Stage Company
    Глостер, Массачусетс, США

    Глостерская театральная труппа Глостер, Массачусетс, США
    29 июня 2020 г. — 10 июля 2020 г.

    Stadt Erlangen, гимназия Марии-Терезы
    Эрланген, Германия

    Штадт Эрланген, гимназия Марии-Терезы Эрланген, Германия
    02 апреля 2020 г. — 02 июня 2020 г.

    Н/Д
    Дельта, Британская Колумбия, Канада

    н/д Дельта, Британская Колумбия Канада
    24 марта 2020 г. — 25 марта 2020 г.

    Элизабет-Селберт-Гимназия
    Фильдерштадт, Германия

    Элизабет-Селберт-Гимназия Фильдерштадт, Германия
    04 марта 2020 г. — 05 марта 2020 г.

    Средняя школа короля Давида
    Ванкувер, Британская Колумбия, Канада

    Средняя школа короля Давида Ванкувер, Британская Колумбия Канада
    28 февраля 2020 г. — 29 февраля 2020 г.

    Средняя школа Moore Square Magnet
    Роли, Северная Каролина, США

    Средняя школа Moore Square Magnet Роли, Северная Каролина США
    20 февраля 2020 г. — 21 февраля 2020 г.

    Драматический клуб ASMSA
    Хот-Спрингс, AR США

    Драматический клуб ASMSA Хот-Спрингс, AR США
    05 декабря 2019 г. — 6 декабря 2019 г.

    Академия международных исследований Ютики
    Стерлинг-Хайтс, Мичиган, США

    Академия международных исследований Ютики Стерлинг-Хайтс, Мичиган, США
    27 НОЯБРЯ 2019 г. — 30 НОЯБРЯ 2019 г.

    Школа королевы Маргарет
    Дункан, Британская Колумбия, Канада

    Школа королевы Маргарет Дункан, Британская Колумбия, Канада
    22 НОЯБРЯ 2019 г. — 23 НОЯБРЯ 2019 г.

    Средняя школа Норвелла
    Норвелл, Массачусетс, Массачусетс, США

    Средняя школа Норвелла Норвелл, Массачусетс, Массачусетс США
    08 НОЯБРЯ 2019 г. — 09 НОЯБРЯ 2019 г.

    Государственная школа Кливленда
    Кливленд, Миннесота США

    Государственная школа Кливленда Кливленд, Миннесота США
    08 НОЯБРЯ 2019 г. — 04 ЯНВ 2020 г.

    Средняя школа Омахи Берк
    Омаха, NE США

    Средняя школа Омахи Берк Омаха, NE США
    09 МАЯ 2019 — 10 МАЯ 2019

    MPHS Драма
    ГораПлезант, Мичиган США

    MPHS Драма Маунт-Плезант, Мичиган, США
    08 МАЯ 2019 — 10 МАЯ 2019

    Средняя школа округа Милтон
    Милтон, ON Канада

    Средняя школа округа Милтон Милтон, Онтарио Канада
    03 МАЯ 2019 — 04 МАЯ 2019

    Средняя школа Саутсайд
    Янгсвилл, Лос-Анджелес, США

    Средняя школа Саутсайда Янгсвилл, Луизиана США
    25 апреля 2019 г. — 12 мая 2019 г.

    Театральная труппа MPC
    Монтерей, Калифорния, США

    МПК Театральная труппа Монтерей, Калифорния, США
    05 апреля 2019 г. — 07 апреля 2019 г.

    Государственный университет Фресно
    Фресно, Калифорния, США

    Государственный университет Фресно Фресно, Калифорния США
    15 марта 2019 г. — 17 марта 2019 г.

    Фазан Ран Ферма, Инк.
    Ван Хорн, Айова, США

    Фазан Ран Ферма, Inc. Ван Хорн, Айова США
    12 февраля 2019 г. — 13 февраля 2019 г.

    Средняя школа Бернетта
    Ричмонд, Британская Колумбия, Канада

    Средняя школа Бернетта Ричмонд, Британская Колумбия, Канада
    08 февраля 2019 г. — 09 февраля 2019 г.

    Джеймс Б.Средняя школа Конант
    Хоффман-Эстейтс, Иллинойс, США

    Средняя школа Джеймса Б. Конанта Хоффман-Эстейтс, Иллинойс США
    30 НОЯБРЯ 2018 г. — 01 ДЕКАБРЯ 2018 г.

    Средняя школа Ортинг
    Ортинг, Вашингтон, США

    Средняя школа Ортинг Ортинг, Вашингтон, США
    28 НОЯБРЯ 2018 г. — 29 НОЯБРЯ 2018 г.

    Средняя школа Ист Вью
    Джорджтаун, Техас, США

    Средняя школа Ист Вью Джорджтаун, Техас США
    16 НОЯБРЯ 2018 г. — 17 НОЯБРЯ 2018 г.

    Средняя школа Бенджамина Логана
    Беллефонтейн, Огайо, США

    Средняя школа Бенджамина Логана Беллефонтен, Огайо, США
    09 НОЯБРЯ 2018 г. — 11 НОЯБРЯ 2018 г.

    Драматический клуб средней школы Кемпсвилля
    Вирджиния-Бич, Вирджиния, США

    Драматический клуб средней школы Кемпсвилля Вирджиния-Бич, Вирджиния США
    03 НОЯБРЯ 2018 г. — 03 НОЯБРЯ 2018 г.

    Кентская школа
    Кент, Коннектикут США

    Кентская школа Кент, Коннектикут США
    02 НОЯБРЯ 2018 г. — 10 НОЯБРЯ 2018 г.

    Центральная католическая средняя школа
    Портленд, Орегон, США

    Центральная католическая средняя школа Портленд, штат Орегон, США
    02 НОЯБРЯ 2018 г. — 02 НОЯБРЯ 2018 г.

    Кентская школа
    Кент, Коннектикут США

    Кентская школа Кент, Коннектикут США
    25 октября 2018 г. — 27 октября 2018 г.

    Средняя школа Вуттона
    Роквилл, Мэриленд, США

    Средняя школа Вуттона Роквилл, Мэриленд, США
    20 октября 2018 г. — 27 октября 2018 г.

    Средняя школа округа Полдинг
    Даллас, Джорджия США

    Средняя школа округа Полдинг Даллас, Джорджия США
    12 октября 2018 г. — 13 октября 2018 г.

    Драматический клуб Нью-Хейвена
    ФОРТ-УЭЙН, В США

    Драматический клуб Нью-Хейвена ФОРТ-УЭЙН, В США
    21 сентября 2018 г. — 23 сентября 2018 г.

    Cor Cordium Productions
    Студио-Сити, Калифорния, США

    Cor Cordium Productions Студио-Сити, Калифорния, США
    08 МАЯ 2018 — 09 МАЯ 2018

    Средняя школа округа Лампкин
    Далонега, Джорджия США

    Средняя школа округа Лампкин Далонега, Джорджия США
    12 апреля 2018 г. — 13 апреля 2018 г.

    Высшая техническая школа Арсенала
    Индианаполис, IN, США

    Техническая средняя школа Арсенала Индианаполис, IN США
    31 марта 2018 г. — 31 марта 2018 г.

    Средняя школа Хайлайн
    Буриен, Вашингтон, США

    Средняя школа Хайлайн Буриен, Вашингтон, США
    15 марта 2018 г. — 15 марта 2018 г.

    Старшая школа Хайалиа Гарденс
    Майами-Лейкс, Флорида, США

    Старшая школа Хайалиа Гарденс Майами-Лейкс, Флорида США
    01 марта 2018 г. — 10 марта 2018 г.

    Средняя школа Саутпорта
    Индианаполис, IN, США

    Средняя школа Саутпорта Индианаполис, IN США
    15 февраля 2018 г. — 17 февраля 2018 г.

    Средняя школа Южного Берлингтона
    Саут-Берлингтон, штат Вирджиния, США

    Средняя школа Южного Берлингтона Саут-Берлингтон, штат Вирджиния, США
    09 февраля 2018 г. — 10 февраля 2018 г.

    Биг-Рапидс Драма HS
    Биг-Рапидс, Мичиган, США

    Биг-Рапидс Драма HS Биг-Рапидс, Мичиган, США
    26 января 2018 г. — 27 января 2018 г.

    Северная средняя школа Нэпервилля
    Нейпервилл, Иллинойс, США

    Северная средняя школа Нэпервилля Нейпервилл, Иллинойс США
    16 ДЕКАБРЯ 2017 г. — 17 ДЕКАБРЯ 2017 г.

    Общественный колледж Лансинга
    Лансинг, Мичиган США

    Общественный колледж Лансинга Лансинг, Мичиган США
    08 ДЕКАБРЯ 2017 г. — 09 ДЕКАБРЯ 2017 г.

    Средняя школа Брутона
    Вильямсбург, Вирджиния, США

    Средняя школа Брутона Вильямсбург, Вирджиния США
    07 ДЕКАБРЯ 2017 г. — 08 ДЕКАБРЯ 2017 г.

    Средняя школа Харт-Лейк
    Брэмптон, Онтарио, Канада

    Средняя школа Харт-Лейк Брэмптон, Онтарио Канада
    01 декабря 2017 г. — 02 декабря 2017 г.

    Средняя школа Харрисона
    Фармингтон-Хиллз, Мичиган, США

    Средняя школа Харрисона Фармингтон-Хиллз, Мичиган, США
    30 НОЯБРЯ 2017 г. — 02 ДЕКАБРЯ 2017 г.

    Подготовительная академия университета
    Сан-Хосе, Калифорния, США

    Подготовительная академия университета Сан-Хосе, Калифорния, США
    02 НОЯБРЯ 2017 г. — 12 НОЯБРЯ 2017 г.

    Игроки PA
    Пемброк, Нью-Хэмпшир, США

    ПА Игроки Пемброк, Нью-Хэмпшир, США
    26 октября 2017 г. — 26 октября 2017 г.

    Средняя школа Пейсли
    Пейсли, OR США

    Средняя школа Пейсли Пейсли, OR США
    24 МАЯ 2017 — 25 МАЯ 2017

    Мемориальная средняя школа Минто
    Минто, Северная Каролина, Канада

    Мемориальная средняя школа Минто Минто, Северная Каролина, Канада
    12 МАЯ 2017 ГОДА — 12 МАЯ 2017 ГОДА

    Восточная средняя школа Провизо
    Мэйвуд, Иллинойс, США

    Восточная средняя школа Провизо Мэйвуд, Иллинойс США
    11 МАЯ 2017 — 12 МАЯ 2017

    Средняя школа Лоуэлла
    Лоуэлл, Мичиган США

    Средняя школа Лоуэлла Лоуэлл, Мичиган США
    27 апреля 2017 г. — 29 апреля 2017 г.

    Средняя школа Эльдорадо
    Эльдорадо, AR США

    Средняя школа Эльдорадо Эльдорадо, AR США
    21 апреля 2017 г. — 22 апреля 2017 г.

    Средняя школа Восточной Авроры
    Восточная Аврора, Нью-Йорк, США

    Средняя школа Восточной Авроры Восточная Аврора, Нью-Йорк США
    16 марта 2017 г. — 18 марта 2017 г.

    Инженерное общество Университета Ватерлоо
    Ватерлоо, ON Канада

    Инженерное общество Университета Ватерлоо Ватерлоо, Онтарио Канада
    15 марта 2017 г. — 18 марта 2017 г.

    Инженерное общество Университета Ватерлоо
    Ватерлоо, ON Канада

    Инженерное общество Университета Ватерлоо Ватерлоо, Онтарио Канада
    11 февраля 2017 г. — 11 февраля 2017 г.

    Средняя школа Гамильтона
    Гамильтон, Огайо, США

    Средняя школа Гамильтона Гамильтон, Огайо США
    10 февраля 2017 г. — 12 февраля 2017 г.

    Средняя школа Гамильтона
    Гамильтон, Огайо, США

    Средняя школа Гамильтона Гамильтон, Огайо США
    02 февраля 2017 г. — 02 февраля 2017 г.

    Средняя школа Саннислоуп
    Феникс, Аризона США

    Средняя школа Саннислоуп Феникс, Аризона США
    08.12.2016 — 08.12.2016

    Государственные школы Денвера
    Денвер, Колорадо США

    Государственные школы Денвера Денвер, Колорадо США
    03 декабря 2016 г. — 03 декабря 2016 г.

    н/д
    Киссимми, Флорида США

    н/д Киссимми, Флорида США
    02 ДЕКАБРЯ 2016 г. — 02 ДЕКАБРЯ 2016 г.

    Средняя школа семинолов
    Семинол, Флорида, США

    Средняя школа семинолов Семинол, Флорида США
    01 декабря 2016 г. — 3 декабря 2016 г.

    Южная средняя школа
    Торранс, Калифорния, США

    Южная средняя школа Торранс, Калифорния США
    23 НОЯБРЯ 2016 г. — 23 НОЯБРЯ 2016 г.

    Британская академия Кускатлека
    Санта-Текла, Сальвадор

    Британская академия Кускатлека Санта-Текла, Сальвадор
    17 НОЯБРЯ 2016 г. — 18 НОЯБРЯ 2016 г.

    Театральное отделение Палм-Бич-Лейкс HS
    Уэст-Палм-Бич, Флорида, США

    Театральное отделение Палм-Бич-Лейкс HS Уэст-Палм-Бич, Флорида, США
    11 НОЯБРЯ 2016 г. — 12 НОЯБРЯ 2016 г.

    Школы Восточного Союза
    Афтон, Айова, США

    Школы Восточного Союза Афтон, Айова США
    23 сентября 2016 г. — 26 сентября 2016 г.

    Театр прорыва Зимнего парка
    Уинтер-Парк, Флорида, США

    Театр прорыва зимнего парка Винтер-Парк, Флорида США
    23 сентября 2016 г. — 25 сентября 2016 г.

    Театр прорыва Зимнего парка
    Уинтер-Парк, Флорида, США

    Театр прорыва зимнего парка Винтер-Парк, Флорида США
    22 сентября 2016 г. — 24 сентября 2016 г.

    Средняя школа Вайнс
    Плано, Техас, США

    Средняя школа Вайнс Плано, Техас США
    24 мая 2016 г. — 24 мая 2016 г.

    Снайдер HS
    Форт-Уэйн, IN США

    Снайдер HS Форт-Уэйн, IN США
    02 октября 2014 г. — 04 октября 2014 г.

    Лабораторная школа Берриса / Академия Индианы
    Манси, IN США

    Лабораторная школа Берриса / Академия Индианы Манси, IN США
    23 сентября 2014 г. — 27 сентября 2014 г.

    Государственный университет Болла
    Манси, IN США

    Государственный университет Болла Манси, IN США
    28 мая 2014 г. — 30 мая 2014 г.

    Средняя школа Манси Саутсайд
    Манси, IN США

    Средняя школа Манси Саутсайд Манси, IN США

    Важность подтекста в цифровых коммуникациях

    Ori Manor Цукерман является соучредителем и генеральным директором  SubStrata .

    гетти

    Романтическая комедия « Чего хотят женщины » с Мелом Гибсоном в главной роли обыгрывала идею о том, как легко было бы расположить к себе людей, если бы мы могли читать (или слышать) их мысли. Хотя идея блокбастера не заключалась в том, чтобы исследовать важность невербальной коммуникации, он подчеркивал огромный разрыв, существующий между тем, что люди говорят, и тем, что им нужно или чего они хотят.

    Большинство разговоров, будь то личные, телефонные или письменные, имеют подтекст.Подтекст (или речевая прагматика) относится к неявному значению — основному сообщению, которое явно не указано и не показано. Простой пример — человек, говорящий «Я в порядке» после ссоры. В зависимости от тона и других факторов, таких как язык тела, мы можем оценить, действительно ли они «в порядке» или нет.

    Дебора Таннен, профессор лингвистики Джорджтаунского университета, определяет подтекст в цифровых коммуникациях как «метасообщения». Если буквальное значение слов является их сообщением, все остальное в том, как слова произносятся и артикулируются, является метасообщением.Метасообщения передают реальный смысл того, что вы говорите. Такие предложения, как «Молодец!» может быть комплиментарным или саркастическим в зависимости от подтекста. По словам Таннена, «значения, которые мы улавливаем в разговоре, часто, а может быть, в основном заключаются не в сказанных словах, а в том, как они произносятся, и в промежутках между ними».

    Понимание преднамеренности с помощью тональных индикаторов, смайликов и эмодзи 

    При получении сообщения типа «Нам нужно поговорить :(» смайлик подразумевает, что в разговоре будут плохие или грустные новости.А вот сообщение вроде «Я тебя убью :)» скорее всего саркастично. В частности, при текстовом общении может быть невероятно сложно понять преднамеренность, особенно когда речь идет о юморе и сарказме. Из-за этого эмодзи и смайлики могут быть чрезвычайно полезны, чтобы придать сообщению элемент чувств и эмоций.

    Индикаторы тона все чаще используются в конце утверждений, чтобы помочь читателям понять их намерения или эмоции. Индикатор тона — это паралингвистическое означающее — письменная подсказка, объясняющая тон или намерение автора.Например, «/nm» — это сокращение от «на самом деле не зол и не расстроен», а «/t» может использоваться для выражения «поддразнивания». Эти индикаторы не новы. На самом деле, в течение долгого времени участники Reddit использовали «/s» рядом с сообщениями, чтобы указать на сарказм. В недавней статье New York Times (платный доступ) исследуются разногласия и дебаты, которые в настоящее время вызывают индикаторы тона, и каков должен быть объем этих лингвистических индикаторов.

    Подтекст в письменных деловых коммуникациях

    Возьмем в качестве примера продавцов B2B.Сегодня большинство продавцов полагаются на общение по электронной почте, платформу CRM и конференц-звонки, чтобы связаться с потенциальными клиентами и привлечь потенциальных клиентов. Расшифровка подтекста этих сообщений необходима для их успеха. Это то, что поможет им понять, какие потенциальные клиенты действительно заинтересованы, а какие нет — что часто бывает трудно понять без прямого ответа. Является ли электронное письмо от потенциального клиента с просьбой отложить звонок на следующую неделю способом вежливой попытки отложить что-то, потому что он не заинтересован, или он откладывает это, потому что это важный звонок, в ходе которого они планируют закрыть сделку?

    Есть бесчисленное множество статей и отраслевых гуру, которые дадут вам советы о том, как лучше писать продающие электронные письма, чтобы повысить коэффициент конверсии.Более того, новые технологии позволяют персонализировать общение по электронной почте, чтобы эти информационные письма не воспринимались как обычные автоматические рассылки электронной почты. Это может выходить далеко за рамки замены [имен], [компаний] или [отраслей] в тексте электронных писем. Например, существует технология, которая позволяет пользователю случайным образом изменять слова, фразы и абзацы с разными вариантами, чтобы не было двух одинаковых электронных писем. Но что происходит, когда они отвечают? Как вы оцениваете уровень интереса нетекстовых социальных сигналов ваших потенциальных клиентов?

    Интерпретация и реагирование на цифровой подтекст

    Есть известная цитата греческого философа Эпиктета: «Важно не то, что с вами происходит, а то, как вы на это реагируете.«Хотя эта цитата широко используется в философских целях практически для каждого аспекта или проблемы жизни, она также верна и для цифровых коммуникаций. Утверждать и корректировать наши ответы, особенно в контексте бизнеса, может быть сложно. Возможно, мы никогда не встречались с нашим потенциальным клиентом лично, но улавливание социальных сигналов во время наших разговоров может быть ключом к пониманию его намерений. Даже время отправки электронного письма может иметь подтекст; например, в некоторых ситуациях слишком быстрый ответ может быть расценен как признак слабости или отчаяния.

    Существует распространенное мнение, что только 7% нашего общения в разговоре приходится на устную речь. Независимо от того, правда это или нет, уделение большего внимания невербальным коммуникациям и социальным сигналам может помочь любому — и в жизни, и в бизнесе.

    В недалеком будущем мы сможем использовать достижения в области машинного обучения и искусственного интеллекта для понимания подтекста в цифровых коммуникациях. Это даст нам возможность утвердить наши ответы с большей осведомленностью о намерениях человека на другом конце компьютера.

    Подумайте о случаях, когда сообщение на форуме WhatsApp казалось оскорбительным, только чтобы узнать, что оно было задумано как шутка. Овладение наукой о подтексте и применение ее в таких ситуациях, как деловые сделки или даже собеседование при приеме на работу или приложение для знакомств, может дать вам преимущество — может быть, не с той ясностью, которую персонаж Мела Гибсона имел, слушая мысли людей, но не далеко. от него.


    Технологический совет Forbes — это сообщество только по приглашению для ИТ-директоров, технических директоров и технических руководителей мирового уровня. Имею ли я право?


    Метка подтекста | Релизы | Дискогс

    редактировалось более 5 лет назад

    Есть только три лейбла, с которых я буквально поглощаю все, что выпущено как лейблом, так и связанными с ним артистами. Miasmah — это одно, Aural Hypnox — другое, и, наконец, Subtext. Блестящая концепция с момента выпуска Aftertime Роли Портера и до наших дней с абсолютно феноменальным и мгновенно ставшим классикой Continuum Пола Джебанасама (этот релиз находится на совершенно другом уровне, как, например, один из лучших альбомов за последние 3 года или около того). , но это определенно не означает, что Barotrauma Эрика Холма, Blessed Initiative или Fis From Patterns to Details продолжают выпускаться в этом году).Последовательное развитие интуитивного производства, характерное для всех артистов этого лейбла, продолжает поражать меня, продолжая обещания предшественников этого звука, таких как пиковая интенсивность Тима Хекера и Пан Соника, By The Throat Бена Фроста, более поздние работы Мики Вайнио, и даже Циклоба в определенном смысле. Поскольку звук может быть унифицирован, это действительно отдельный жанр. Общая идея состоит в том, чтобы скрестить нойз и бас профессионального уровня, достойный кинематографического звукового дизайна, с эмоционально насыщенной современной классикой, эмбиентом и дроном, с остроумием и техникой артистов с серьезной честностью и преданностью солидным, всесторонним релизам и полное и полное отсутствие экспериментальной дрочки.Наряду с этой целостностью, у каждого артиста есть свой собственный, очень индивидуальный стиль, и, за исключением общих методов производства, кажется, что практически нет стремления звучать хоть отдаленно одинаково, от определяющего лейбл/жанр звучания Роли Портера и Пола Джебанасама до более полностью современные классические произведения, такие как произведения Яира Элазара Глотмана, более техноидные, постпансониковские нойз-битные оркестровки Emptyset, обработанные полевые записи Эрика Холма и даже пост-Triangle/Knives/Arca/Haxan Cloak HD trap благословенной инициативы.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.