Моральное измерение личности и общества: Моральное измерение личности. Этика

Моральное измерение личности и общества

1. Моральное измерение личности

Мораль, начиная с греческой античности,
понималась, как мера господства человека над
самим, собой, показатель того, насколько
человек ответствен за себя, за то, что он
делает. Вопрос о господстве человека над
самим собой есть прежде всего вопрос о
господстве разума над страстями.

2. Человек

Неразумное начало
Разумное начало
• характеризует
природность индивида,
его витальную силу,
способность утверждать
себя в качестве
единичного, эмпирическиконкретного существа, оно
всегда субъективно,
пристрастно,
избирательно.
• воплощает способность
человека к верным,
объективным,
взвешенным суждениям о
мире.

3. Человеческие аффекты (страсти, желания)

Не подчинённые разуму
Подчинённые разуму
• страсти действуют слепо и
сами господствуют над
индивидом, в этом случае
мы имеем порочный,
несовершенный строй
души
• страсти находятся в
согласии с разумом и
человек умеет направлять
их в нужное русло, в этом
случае мы имеем
добродетельный,
совершенный строй души

4.

Разумное поведение • Разумное поведение является морально
совершенным тогда, когда оно направлено на
совершенную цель, — цель, которая считается
безусловной (абсолютной), признается в качестве
высшего блага.
• Разумность поведения совпадает с его
целесообразностью. Этим она отличается от
изобретательности, которая состоит в простом
умении находить средства для определенной цели,
а еще более от изворотливости, которая ставит
разум на службу деструктивным, порочным целям.

5. Целесообразность человеческой деятельности

Человеческая деятельность
многообразна, соответственно
многообразны цели, которые в ней
реализуются. При этом различные цели
связаны между собой иерархически, и то,
что в одном отношении является целью, в
другом отношении становится средством.

6. Последняя цель

• Последняя цель есть абсолютная точка
отсчета человеческой деятельности.
• Про последнюю цель ничего нельзя сказать
кроме того, что она последняя. Она
желанна сама по себе, она есть самоцель.
• Последняя цель есть в то же время высшая
цель, только в ее перспективе приобретают
смысл и поддаются оценке все прочие
цели.

7. Особое место человека в мире

Животное
Человек
Жизнедеятельность всех живых
существ, включая и высших
приматов, заранее
запрограммирована. Она
содержит свою норму в себе.
У животных есть врождённые
запреты. Индивидуальные
вариации поведения это всего
лишь колебания вокруг
определенного, постоянно
воспроизводящегося типа
поведения
В поведении человека нет
предзаданности, изначально
заложенной программы. Он
сам формулирует нормы, по
которым живет.
Человек может и даже
вынужден выбирать тип
поведения.
Человек «свободен» настолько,
что может культивировать
морально недопустимые
формы поведения

8. Незавершённость человека

Человек — существо незавершенное и в
своей незавершенности предоставленное
самому себе.
Человек не тождествен (не равен) самому
себе. Он находится в процессе непрерывного
становления, стремится подняться над самим
собой.

9. Добрая воля человека

• Под доброй волей Кант понимал чистую волю
— чистую от соображений выгоды,
удовольствия, житейского благоразумия,
вообще каких-либо эмпирических мотивов.
• Отсутствие себялюбивых мотивов становится в
ней самостоятельным мотивом.
• Показателем доброй воли можно считать
способность к поступкам, которые не только
не сулят индивиду какой-либо выгоды, но
даже сопряжены для него с очевидными
потерями.

10. Полимотивационность человеческого поведения

Как говорил Кант, в мире нельзя найти ни
одного поступка, который был бы совершен
по исключительно моральным основаниям,
по одной лишь доброй воле.
В мире реальных поступков добрая воля не
существует сама по себе, она всегда вплетена
в другие, вполне конкретные, эмпирически
объяснимые и понятные мотивы.

11. Моральное измерение общества

Ключевой вопрос для понимания морали
состоит в следующем: как моральное
совершенство человека связано с характером
его отношения к другим людям?
Мораль характеризует человека с точки
зрения его способности жить в человеческом,
общежитии. Пространство морали —
отношения между людьми.

12. Человеческое общежитие

• Человеческое общежитие поддерживается
не только моралью, но также и многими
другими институтами: обычаем, правом,
рынком и т.д.
• Все умения, навыки, формы деятельности
человека, а не только моральные качества,
связаны с общественным характером его
бытия.

13. Мораль и общество

• Мораль ответственна за человеческое
общежитие, поскольку придает ему
изначально самоценный смысл.
• Мораль ответственна за сам факт
существования общества в качестве
человеческого.

14. «Внеконкретность» морали

• Люди вступают в отношения друг с другом
постольку, поскольку они что-то совместно делают:
пишут статью, обедают в ресторане, играют в
шахматы, сплетничают и т. д. Зададимся вопросом:
что останется в отношениях между ними, если
полностью вычесть из них это «что-то», все
конкретное, все те вещи, интересы, потребности, по
поводу которых эти отношения строятся? Останется
то, что делает возможными эти отношения, — их
общественная форма, сама изначальная
потребность людей в совместной жизни как
естественном и единственно возможном условии
их существования. Это и будет мораль.

15. Мораль как общественная (человеческая) форма

• Мораль можно назвать общественной
(человеческой) формой, делающей
возможной отношения между людьми во
всем их конкретном многообразии. Мораль
и есть та самая человечность, без которой
отношения людей никогда бы не
приобрели человеческого (общественного)
характера.

16. Мораль как закон

• Мораль существует в форме закона, не допускает
исключений.
• Но это — такой закон, который устанавливается
самой личностью, ее свободной волей. В морали
человек подчинен, говоря точными словами Канта,
«только своему собственному, тем не менее
всеобщему законодательству».
• Мораль воплощает единство индивидуального,
личностного и всеобщего, объективного. Она
представляет собой автономию воли, ее
самозаконодательство.

17. Противоречивость морали

• Как возможно, чтобы человек сам задавал
себе закон поведения и чтобы этот закон был
одновременно всеобщим, объективным,
общезначимым?
• Если какая-то индивидуальная разумная воля
утверждает себя как свободную в форме
всеобщего и безусловного закона, то для всех
других человеческих воль этот закон
неизбежно будет выступать как
внешнепринудительный.

18. Односторонние попытки разрешения противоречия

Тотальный релятивизм
• Отрицает всеобщность
морали, полагая, что
мораль может получить
объяснение из особенных
условий жизни человека
• В обыденной жизни такой
подход выражается во
взгляде, будто у каждого
человека и группы людей
своя мораль.
Абсолютная объективность
• отрицании личностной
автономии и
истолковании морали в
качестве выражения
божественной воли,
космического закона,
исторической
необходимости или иной
надындивидуальной
силы.

19. Синтетический путь преодоления противоречия

• Ближе к истине третий тип размышлений,
который можно назвать синтетическим и
который пытается логически
непротиворечивым способом соединить по
видимости взаимоисключающие
характеристики морали. Самой продуктивной
на этом пути является формулировка золотого
правила нравственности: « (Не) поступай по
отношению к другим так, как ты (не) хотел
бы, чтобы другие поступали по отношению к
тебе».

20. Золотое правило нравственности

• Золотое правило нравственности требует от человека в его
отношениях с другими людьми руководствоваться такими
нормами, которые можно было бы обернуть на самого
себя.
• Суть этого механизма состоит в следующем: чтобы
испытать некую норму на всеобщность и тем самым
выяснить, может ли она действительно считаться
нравственной, человеку необходимо ответить себе на
вопрос, принял ли бы, санкционировал ли бы он данную
норму, если бы она практиковалась другими людьми по
отношению к нему самому.

21. Идеальный характер всеобщности морального закона

• Для самой личности моральный закон существует
реально и формулируется в повелительном
наклонении;
• для других людей он задается идеально и
формулируется в сослагательном наклонении.
• Это значит, что всеобщность морального закона
имеет идеальный характер. Моральная личность
учреждает моральный закон в качестве идеального
проекта и делает это не для того, чтобы предъявить
закон другим, а для того, чтобы избрать его в
качестве нормы собственного поведения.

22. Назначение морали

• Следует особо подчеркнуть: мораль не
тождественна высшему смыслу, последней
цели существования человека и общества.
Ее назначение иное — соединить
личностный смысл с высшим смыслом,
нацелить человека на последнюю цель. При
этом не имеет принципиального значения,
существует ли на самом деле высший
смысл, последняя цель или нет. Мораль
исходит из того, что они существуют

23.

Функционирование морали • Нравственные утверждения необходимо
воспринимать в их обязывающем значении.
• Нравственные утверждения можно считать
нравственными и принимать в их прямом
значении только тогда, когда тот, кто
формулирует эти утверждения,
формулирует их для того, чтобы примерить
на самом себе.

24. Повсеместность морали

• Мораль охватывает все многообразие
человеческого бытия, имеет право голоса
везде и всюду, где человек действует как
человек, как свободное разумное существо.

25. Негативность моральных требований

• Поскольку мораль рассматривает жизнь человека
как конечного существа в перспективе бесконечного
совершенства, поскольку сама эта перспектива
также является бесконечной, то ее требования
могут лишь фиксировать несовершенство человека,
его удаленность от цели
• Поэтому моральные требования в собственном
смысле как требования, претендующие на
абсолютность, безусловность, могут быть только
негативными. Они суть запреты.

26. Быть моральным

• Быть моральным, означает признать
безусловную ценность, святость человека.
• Человеческая личность — больше того, что
она делает. Она исходно самоценна.
Собственно, определяя человеческую
личность как нравственно ответственное
существо, мы определяем ее как существо,
имеющее самоценное значение и
достойное уважения.

27. Насилие как зло

• Насилие есть узурпация свободной воли, такое
отношение между людьми, в ходе которого одни
силой, внешним принуждением навязывают свою
волю другим. Человек совершает насилие тогда,
когда он лишает другого возможности действовать
по собственной воле, уничтожая его или низводя до
положения раба.
• Под насилие не попадают такие формы
принуждения, когда одна воля господствует над
другой с ее согласия, как, например, в отношениях:
учитель — ученики, законодатели — граждане и т.п.

28. Ненасилие

Ненасилие — принципиальное воздержание
от того, чтобы ставить свою волю выше воли
другого (за принудительным навязыванием
своей воли воле другого всегда стоит
убеждение, что она выше, лучше последней).
Оно есть признание за волей другого такой
же способности к свободным, разумным,
нравственно ответственным решениям, какой
обладаю я сам.

29. Единство морали и многообразие нравов

• Исторически конкретная, качественно своеобразная
форма морали зависит от понимания высшего блага.
• Разные люди в разных обществах, в разные эпохи
понимали высшее благо по-разному. Это могла быть
религиозная идея, социальная идея, национальная
идея, клановая идея, идея личности
• В зависимости от того, какая идея признается в качестве
высшей (наиважнейшей, последней, безусловной) цели,
мораль приобретает качественно своеобразный вид и
становится соответственно христианской,
коммунистической, либеральной и т.п.

30. Парадокс моральной оценки

• Парадокс моральной оценки связан с вопросом о том, кто
может вершить моральный суд, кто имеет право выносить
моральные оценки. Логично было бы предположить, что такую
функцию могут взять на себя люди, выделяющиеся из общей
массы по моральным качествам.
• Однако одним из несомненных нравственных качеств человека
является скромность, еще точнее, осознание своего
несовершенства. Более того, чем выше человек в нравственном
отношении, тем критичней он к себе относится. Поэтому
действительно нравственный человек не может считать себя
достойным кого-то судить.
• С другой стороны, люди, охотно берущие на себя роль учителя
и судьи в вопросах морали, обнаруживают такое качество, как
самодовольство, которое органически чуждо морали и
безошибочно свидетельствует о том, что эти люди взялись не за
свое дело.

ФГБОУ ВО Костромская ГСХА — Программа вступительных испытаний в аспирантуру по специальной дисциплине по направлению подготовки 47.06.01 Философия, этика и религиоведение, направленности «Этика»

Составитель: доктор философских наук, доцент, профессор кафедры философии, истории и социально-гуманитарных дисциплин Ю.И. Сидоренко

СОДЕРЖАНИЕ

1 ЦЕЛЬ И ЗАДАЧИ ПРОГРАММЫ
2 СОДЕРЖАНИЕ ПРОГРАММЫ
3 ПЕРЕЧЕНЬ ВОПРОСОВ К ВСТУПИТЕЛЬНЫМ ИСПЫТАНИЯМ
СПИСОК РЕКОМЕНДУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ

 

1 ЦЕЛЬ И ЗАДАЧИ ПРОГРАММЫ

Данная программа предназначена для подготовки к вступительным испытаниям в аспирантуру по направлению 47. 06.01 Философия, этика и религиоведение, направленности «Этика».

Целью программы вступительных испытаний является усвоение основных понятий этики, понимание места и роли морали в социальном сознании и поведении человека. Поступающий в аспирантуру по Этике должен понимать, что мораль (и нравственность) – это выраженные в социальных требованиях и нормах обязательные начала жизни людей, формирующие человеческое сообщество как социально-историческое явление. Исходное понимание добра и зла определяет смысл поведения людей, лежит в основе фундаментальных политических и правовых идей, является отправной точкой всех социальных и гуманитарных наук, ядром вероучений. Высшие духовные ценности народов  –  представления о должном, о справедливости, смысле и цели жизни, идеалах, счастье и т.д. – итог всего их культурно-исторического развития.

Задачи программы: изучение данного курса позволяет вырабатывать систему представлений и понятий о роли морали в жизни человека, основных нравственных ценностях общества, закономерностях формирования морального сознания. Поступающий  в аспирантуру должен понимать, какое место мораль и нравственность занимают в жизни человека, особенности их функционирования в человеческом обществе, знать важнейшие моральные и этические учения, иметь преставление о современных проблемах теоретической и прикладной этики.

 

2 СОДЕРЖАНИЕ ПРОГРАММЫ

Тема 1. Предмет этики. Мораль и другие формы социальной регуляции

1. 1 Понятия «мораль», «нравственность», «этика»

1. 2 Моральное измерение личности. Моральное измерение общества

1. 3 Мораль в жизни человека

1. 4 Особенности функционирования морали. Ненасилие как категорический моральный запрет

1. 5 Единство морали и многообразие нравов. Парадокс моральной оценки. Парадокс морального поведения

Тема 2. История этических и моральных учений

2. 1 Этические учения эпохи эллинизма. Сократ /Добродетель есть знание/. Эпикур /Счастье как безмятежность. Свобода от страданий, страхов и от социума/

2. 2 Стоицизм. Скептицизм

2. 3 Конфуций. Учение о «Жень» /человечность/, «Ли» /ритуал/, «Вэнь» /воспитанность/,  «Цзюнь Цзы» /благородный муж/

2. 4 Будда. «Четыре благородные истины» «Благородный восьмеричный путь»

2. 5 Моисей. «Десять заповедей». Особенности Декалога как нормативной программы

2. 6 Иисус Христос. «Нагорная проповедь»

2. 7 Мухаммед. Коран. Нравственные устои правоверного мусульманина

2. 8 Этика Нового времени. Б. Спиноза. А. Шефтсбери. И.Кант. /Учение об абсолютной морали и доброй воле. Категорический императив/. Г.В.Ф. Гегель

2. 9 Этика конца 19-го –  ­начала 20 столетия. Г. Спенсер.  Эволюционная. этика. А. Айер. Аналитическая этика.  Дж.Мур. Р. Хеар. Прагматизм. У. Джеймс, Д. Дьюи

2. 10 Русская религиозно-философская этика. В.С.Соловьев

2. 11 Марксистская этика

Тема 3. Этические категории и общие моральные понятия

3. 1 Идеал

3. 2 Добро и зло. Добродетель и порок

3. 3 Долг и  совесть

3. 4 Честь и достоинство

3. 5 Честность

3. 6 Справедливость

3. 7 Свобода

3. 8 Счастье

Тема 4. Нравственный опыт

4. 1 Удовольствие

4. 2 Польза

4. 3 Милосердие. Прагматика милосердия

4. 4 Моральное совершенствование

Тема 5. Проблемы прикладной этики

5. 1 Рациональность и эгоизм

5. 2 Благотворительность

5. 3 Добровольчество

5. 4 Экологическая этика

5. 5 Насилие во благо?

5. 6 Эвтаназия

5. 7 Смертная казнь

5. 8 Биоэтика

 

3 ПЕРЕЧЕНЬ ВОПРОСОВ К ВСТУПИТЕЛЬНЫМ ИСПЫТАНИЯМ

1          Предмет этики. Этика, мораль, нравственность

2          Происхождение морали (натуралистические, социологические, антропологические, супранатуралистические концепции)

3          Язык морали. Понятия, нормы, принципы, кодексы

4          Индивидуализм и коллективизм как принципы морального сознания и поведения

5          Моральные нормы

6          Добро и  зло как центральные категории этики

7          Моральные ценности; их природа и разновидности

8          Долг и совесть

9          Стыд

10     Справедливость. Ее разновидности

11     Честь и достоинство

12     Счастье и смысл жизни человека

13     Моральное сознание. Эмоциональный и рациональный уровень

14     Моральные качеств

15     Любовь и дружба

16     Мораль и политика

17      Мораль и право

18     Гуманизм: идея личности в этике

19     Моральная свобода. Свобода и ответственность

20     Этические учения Сократа, Аристотеля, Платона (учение об идеальном государстве)

21     Этика эпохи эллинизма (скептицизм, эпикуреизм, стоицизм)

22     Проблемы метаэтики

23     Моральное учение Конфуция

24     Нравственный смысл Декалога Моисея

25     Нравственные нормы ислама

26     «Нагорная проповедь» Христа

27     Этика Канта и Гегеля

28     Философские и моральные оценки насилия и войны

29     «Моральный кодекс строителя коммунизма» и его социальная роль

30     Нравственные оценки смертной  казни и эвтаназии

31     Системы профессиональных этик.   Этические кодексы

32     Биоэтика и ее составляющие

33     Этические проблемы науки

34     Этические проблемы функционирования социально-политических систем и институтов

35     Экологическая этика и ее философские основания

 

СПИСОК РЕКОМЕНДУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ

Основная литература

1          Гусейнов А.А., Апресян. Р.Г. Этика: Учебник. – М.: Гардарики, 2013. – 472 с.

2          Разин А. В. Этика: Учебник для вузов. – М.: Академический проект, 2013. – 624 с.

3          Гусейнов А.А. Античная этика. – М.: Гардарики,  2004. – 270 с.

4          Этика: Учебник /Под общей редакцией А. А. Гусейнова  и Е.Л.Дубко. — М.: Гардарики, 2013. – 496 с.

5          Этика. Энциклопедический словарь. – М., Гардарики, 2001. –  670с.

Дополнительная литература

1          Аристотель. «Никомахова этика» // Аристотель. Соч.  В 4 т. М., 1984.  Т. 4. – С. 54-77.

2          Аристотель. Большая этика. //Аристотель. Соч. в 4 т.  Т. 4. – М., 1984. – С.359.

3          Бердяев Н. Философия свободы. – М., 1985.

4          Гегель Г.В.Ф. Философия права. –  М., 1990. С. 172-198.

5          Домострой. – Мн., 1991.

6          История философии. Учебник для высших учебных заведений. — Ростов-на Дону: Феникс, 1999. – 576 с.

7          Кант И. Критика практического разума. – М., 1995.

8          Кант И. Основоположения к  метафизике нравов //КантИ.  Соч. М., 1997. Т. 3 – С. 39-275.

9          Ненасилие: философия, этика, политика, – М.: 1993.

10     Ницше Ф. К генеалогии морали // Соч.  в 2 т. –  М.: 1990. Т. 2. – С.407-555.

11     Скрипник А.П. Моральное зло в истории этики и культуры. – М. 1992.

12     Смертная казнь: за и против. /Сост. Шишов О.Ф., Парфенова Т.С.  – М.,1989.

13     Спиноза Б. Этика // Спиноза Б. Избр.  произв.  В 2 т.  Т. 1. – М., 1957.

14     Толстой Л. Н. Исповедь. В чем моя вера? //Полн. собр. соч.  в 90 т. – М.: 1957. Т. 23.

15     Фрезер Дж. Золотая ветвь. – М., 1985.

16     Фрейд З.  По ту сторону принципа удовольствия // Психология бессознательного. – М., 1989.

17     Фромм Э. Бегство от свободы. – М., 1985.

18     Фромм Э. Ситуация человека – путь к гуманистическому психоанализу //Проблема человека в западной философии. – М., 1988. – С.443-482.

19     Швейцер А. Культура и этика // Швейцер А. Благоговение перед жизнью. – М., 1992. – С. 83– 108.

20     Этическая мысль. Научно-публицистические чтения. – М., 1992.

Страница не найдена

Согласие на обработку персональных данных

Настоящим в соответствии с Федеральным законом № 152-ФЗ «О персональных данных» от 27.07.2006 года свободно, своей волей и в своем интересе выражаю свое безусловное согласие на обработку моих персональных данных АНО ДПО «ИНСТИТУТ СОВРЕМЕННОГО ОБРАЗОВАНИЯ» (ОГРН 1143600000290, ИНН 3666999768), зарегистрированным в соответствии с законодательством РФ по адресу:
УЛ. КАРЛА МАРКСА, ДОМ 67, 394036 ВОРОНЕЖ ВОРОНЕЖСКАЯ ОБЛАСТЬ, Россия (далее по тексту — Оператор). Персональные данные — любая информация, относящаяся к определенному или определяемому на основании такой информации физическому лицу.
Настоящее Согласие выдано мною на обработку следующих персональных данных:
— Телефон.

Согласие дано Оператору для совершения следующих действий с моими персональными данными с использованием средств автоматизации и/или без использования таких средств: сбор, систематизация, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), использование, обезличивание, а также осуществление любых иных действий, предусмотренных действующим законодательством РФ как неавтоматизированными, так и автоматизированными способами.
Данное согласие дается Оператору для обработки моих персональных данных в следующих целях:
— предоставление мне услуг/работ;
— направление в мой адрес уведомлений, касающихся предоставляемых услуг/работ;
— подготовка и направление ответов на мои запросы;
— направление в мой адрес информации, в том числе рекламной, о мероприятиях/товарах/услугах/работах Оператора.

Настоящее согласие действует до момента его отзыва путем направления соответствующего уведомления на электронный адрес [email protected] В случае отзыва мною согласия на обработку персональных данных Оператор вправе продолжить обработку персональных данных без моего согласия при наличии оснований, указанных в пунктах 2 – 11 части 1 статьи 6, части 2 статьи 10 и части 2 статьи 11 Федерального закона №152-ФЗ «О персональных данных» от 27.06.2006 г.

Мораль и нравственность (стр. 1 из 5)

Московский Институт Управления

КУРСОВАЯ РАБОТА

По предмету:

«ЭТИКА»

На тему:

«МОРАЛЬ И НРАВСТЕННОСТЬ»

Студентки: 4 курса, заочного отделения.

Москва 2007 год

СОДЕРЖАНИЕ.

1. Введение

2. Этика мораль и нравственность

3. Моральное измерение личности

4. Моральное измерение общества

5. Особенности функционирования морали

6. Ненасилие как категорический моральный запрет

7. Единство морали и многообразие нравов

8. Парадокс моральной оценки

9. Парадокс морального поведения

10. Список используемой литературы

11. Заключение

ВВЕДЕНИЕ.

Этикой можно будет называть науку, область, знания, интеллектуальную традицию, а «моралью» или «нравственностью», употребляя эти слова как синонимы – то, что изучается этикой ее предмет.

Размышление о морали оказываются различными образами самой морали вовсе не случайно. Мораль – это не просто то, что есть. Она скорей есть то, что должно быть. Мораль в отношении всегда выступает как умеренность, она ближе к античности, способности человека ограничить себя, наложить в случае необходимости запрет на свои природные желания.

Мораль нельзя отождествлять с произволом. У нее своя логика, не мене строгая и обязательная чем логика природных процессов. Она существует в форме закона, не допускает исключения. Но это такой закон, который устанавливается самой личностью, ее свободной волей. В морали человек подчинен, говоря точными словами Канта, «только своему собственному и тем не менее всеобщему законодательству».

Мораль и нравственность связаны между собой. Правило нравственности это по сути дела, представляет собой мысленный эксперимент, призванный выявить взаимность взаимоприемленнось норм для субъектов общения.

Этика мораль и нравственность.

Термин «этика» происходит от древнегреческого слова «ethos» («этос»). Первоначально под этосом понималось привычное место совместного проживания, дом, человеческое жилище, звериное логово, птичье гнездо. В последующем оно стало по преимуществу обозначать устойчивую природу какого-либо явления, обычай, нрав, характер; так в одном из фрагментов Гераклита говорится, что этос человека есть его божество. Изменение смысла поучительно: оно выражает связь между кругом общения человека и его характером. Отталкиваясь от слов «этос» в значении характера, Аристотель образовал прилагательное «этический» для того, чтобы обозначить особый класс человеческих качеств, названных им этическими добродетелями. Этические добродетели являются свойствами характера, темперамента человека, их также называют душевными качествами. Они отличаются, c одной стороны, от дианоэтических добродетелей как свойств ума. К примеру, страх – природный аффект, память – свойство ума, а умеренность, мужество, щедрость – свойства характера. Для обозначения совокупности этических добродетелей как особой предметной области значения и для выделения самого этого знания как особой науки Аристотель ввел термин «этика».

Для точного перевода аристотелевского понятия этического с греческого языка на латинский Цицерон сконструировал термин «moralis» (моральный). Он образовал его от слова «mos» (mores – латинского аналога греческого «этос», обозначавшего характер, темперамент, моду, покрой одежды, обычай. Цицерон, в частности, говорил о моральной философии, понимая под ней ту же область знания, которую Аристотель называл этикой. В IV веке н.э. в латинском языке появляется термин «moralitas» (мораль), являющийся прямым аналогом греческого термина «этика».

Оба этих слова, одно греческого, другое латинского происхождения, входят в новоевропейские языки. В ряде языков возникают свои собственные слова, обозначающие ту же самую реальность, которая обобщается в терминах «этика» и «мораль». Это – в русском языке «нравственность». Они на сколько можно судить, повторяют историю возникновения терминов «этика» и «мораль»: от слова «нрав» (sitte) образуется прилагательное «нравственный» (sittlich) и от него уже – новое существительное «нравственность» (Sittlichkeit).

В первоначальном значении «этика», «мораль», «нравственность» — разные слова, но один термин. Со временем ситуация меняется. В процессе развития культуры, в частности, по мере выявления своеобразия этики как области знания за разными словами начинает закрепляться разный смысл: под этикой главным образом подразумевается соответствующая ветвь знания, наука, а под моралью (нравственность) – изучаемый ею предмет. Существуют также различные попытки разведения понятий морали и нравственности. Согласно наиболее распространенной из них, восходящей к Гегелю, под моралью понимается субъективный аспект соответствующих поступков, а под нравственностью – сами поступки в их объективно развернутой полноте: мораль – то, какими видятся поступки индивиду в его субъективных оценках, умыслах, переживаниях вины, а нравственность – то какими на самом деле являются поступки человека в реальном опыте жизни семьи, народа, государства. Можно выделить культурно-языковую традицию, которая понимает под нравственностью высокие основополагающие принципы, а под моралью – приземленные, исторически изменчивые нормы поведения; в этом случае, например, заповеди бога именуются нравственными, наставления школьного учителя – моральными.

В целом попытки закрепить за словами «этика», «мораль», «нравственность» различный содержательный смысл и соответственно придать им различный понятийно-терминологический статус на вышли за рамки академических опытов. В общекультурной лексике все три слова продолжают употребляться как взаимозаменяемые. Например, в живом русском языке то, что именуется этическими нормами, с таким же правом может именоваться моральными нормами или нравственными нормами. В языке, претендующем на научную строгость, существенный смысл придается главным образом разграничению понятий этики и морали (нравственность), но и оно не до конца выдерживает. Иногда этику как область знания называют моральной (нравственной) философией, а для обозначения определенных моральных (нравственных) феноменов используют термин этика (профессиональная этика, этика бизнеса).

Этикой нужно называть науку, область знания, интеллектуальную традиции, а «моралью» или «нравственностью», употребляя эти слова как синонимы, — то, что изучается этикой, ее предмет.

Что такое мораль (нравственность)? Данный вопрос является не только исходным, первым в этике; на протяжении всей истории этой науки, охватывающей около двух с половиной тысяч лет, он оставался основным фокусом ее исследовательских интересов. Различные школы и мыслители дают на него различные ответы. Не существует единого, бесспорного определения морали, что имеет прямое отношение к своеобразию данного феномена. Размышления о морали оказываются различными образами самой морали вовсе не случайно. Мораль – больше, чем совокупность фактов, которая подлежит обобщению. Она выступает одновременно как задача, которая требует для своего решения, помимо всего прочего, также и теоретического размышления. Мораль – не просто то, что есть.

Она скорее есть то, что должно быть. Поэтому адекватное отношение этики и морали не ограничивается ее отражением и объяснением. Этика также обязана предложить свою собственную модель нравственности: философов-моралистов в данном отношении можно уподобить архитекторам, профессиональное призвание которых состоит в том, чтобы проектировать новые задачи.

Эти определения в значительной степени соответствуют общераспространенным взглядам на мораль. Мораль предстает в двух взаимосоотнесенных, но тем не менее различных отличиях: а) как характеристика личности, совокупность моральных качеств, добродетелей, например, правдивость, честность, доброта; б) как характеристика отношений между людьми, совокупность моральных норм (требований, заповедей, правил), например, «не лги», «не кради», «не убей».

Моральное измерение личности.

Мораль, начиная с греческой античности, понималась, как мера господства человека над самим собой, показатель того, насколько человек ответствен за себя, за то, что он делает.

В «Жизнеописаниях» Плутарха есть такое свидетельство. Когда во время состязаний некий пятиборец нечаянно убил дротиком человека, Перикл и Протагор – великий правитель Афин и знаменитый философ – провели целый день в рассуждениях о том, кто виноват в случившемся – дротик; тот, кто метнул его, или тот, кто организовал соревнования. Этот пример показывает, что этические размышления стимулированы потребностью разобраться в проблемах вины и ответственности.

Вопрос о господстве человека над самим собой есть прежде всего вопрос о господстве разума над страстями. Мораль, как это видно уже из этимологии слова, связана с характером, темпераментом. Если в человеке выделять тело, душу и разум (дух), то она является качественной характеристикой его души. Когда про человека говорят, что он душевный, то обычно имеют в виду, что он добрый, отзывчивый. Когда же кого-то называют бездушным, то подразумевают, что он является злым, жестоким. Взгляд на мораль как качественную определенность человеческой души обосновал Аристотель. При этом под душой он понимал такое активное, деятельно-волевое начало в человеке, которое содержит разумную и неразумную части и представляет собой их взаимодействие, взаимопроникновение, синтез.

Человеческие аффекты (страсти, желания) могут осуществляться с учетом указаний разума или вопреки им.

Мораль в отношении всегда выступает как умеренность, она ближе к аскетичности, способности человека ограничить себя, наложить в случае необходимости запрет на свои природные желания. Она противостоит чувственной разнузданности. Во все времена и у всех народов мораль ассоциировалась со сдержанностью. Разумеется, о сдержанности в отношении аффектов, себялюбивых страстей. Среди моральных качеств одно из первых мест непременно занимали такие качества, как умеренность и мужество, — свидетельство того, что человек умеет противостоять чревоугодию и страху, этим наиболее сильным инстинктивным позывам своей животной природы, умеет властвовать над ними.

Мораль и нравственность

Поможем написать любую работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Узнать стоимость

В системе человеческих ценностей  нравственность занимает совершенно особое место. Моральное сознание детерминирует поведение людей и их взаимоотношения – межличностные, трудовые, социальные. Нравственный критерий применим в качестве оценочного основания ко всем областям человеческой деятельности.

Появление морали трудно переоценить: любая  активная форма человеческой деятельности нуждается в нравственных критериях оценки, отсутствие таких критериев или несоответствие им может свести на нет самые грандиозные успехи  практической и научной деятельности.

Формирование моральных норм, принципов, традиций  знаменует собой переход от стихийных форм регулирования поведения и взаимоотношений к упорядоченным, сознательно регулируемым. Нравственные представления человека, формировавшиеся на протяжении веков, нашли отражение в таких категориях, как добро, зло, справедливость, совесть, долг, смысл жизни, счастье, любовь, в моральных нормах и принципах, регулирующих отношения людей.

Термин «этика» происходит от древнегреческого слова «ethos» («этос»). Первоначально под этосом понималось привычное место совместного проживания, дом, человеческое жилище, звериное логово, птичье гнездо. В последующем оно стало по преимуществу обозначать устойчивую природу какого-либо явления, обычай, нрав, характер; так, в одном из фрагментов Гераклита говорится, что этос человека есть его божество. Такое изменение смысла поучительно: оно выражает связь между кругом общения человека и его характером. Отталкиваясь от слова «этос» в значении характера, Аристотель образовал прилагательное «этический» для того, чтобы обозначить особый класс человеческих качеств, названных им этическими добродетелями. Этические добродетели являются свойствами характера, темперамента человека, их также называют душевными качествами. Они отличаются, с одной стороны, от аффектов как свойств тела и, с другой стороны, от дианоэтических добродетелей как свойств ума. К примеру, страх — природный аффект, память — свойство ума, а умеренность, мужество, щедрость — свойства характера. Для обозначения совокупности этических добродетелей как особой предметной области знания и для выделения самого этого знания как особой науки Аристотель ввел термин «этика».

Для точного перевода аристотелевского понятия этического с греческого языка на латинский Цицерон сконструировал термин «moralis» (моральный). Он образовал его от слова «mos» (mores —мн. число) — латинского аналога греческого «этос», означавшего характер, темперамент, моду, покрой одежды, обычай. В IV веке н.э. в латинском языке появляется термин «moralitas» (мораль), являющийся прямым аналогом греческого термина «этика».

Оба этих слова, одно греческого, другое латинского происхождения, входят в новоевропейские языки. В первоначальном значении «этика», «мораль», «нравственность»— разные слова, но один термин. Со временем ситуация меняется. В процессе развития культуры, в частности, по мере выявления своеобразия этики как области знания за разными словами начинает закрепляться разный смысл: под этикой главным образом подразумевается соответствующая ветвь знания, наука, а под моралью (нравственностью) — изучаемый ею предмет. Существуют также различные попытки разведения понятий морали и нравственности. Согласно наиболее распространенной из них, восходящей к Гегелю, под моралью понимается субъективный аспект соответствующих поступков, а под нравственностью — сами поступки в их объективно развернутой полноте: мораль — то, какими видятся поступки индивиду в его субъективных оценках, умыслах, переживаниях вины, а нравственность — то, какими на самом деле являются поступки человека в реальном опыте жизни семьи, народа, государства. Можно выделить также культурно-языковую традицию, которая понимает под нравственностью высокие основополагающие принципы, а под моралью — приземленные, исторически изменчивые нормы поведения; в этом случае, например, заповеди бога именуются нравственными, а наставления школьного учителя — моральными.

 В общекультурной лексике все три слова продолжают употребляться как взаимозаменяемые. Например, в живом русском языке то, что именуется этическими нормами, с таким же правом может именоваться моральными нормами или нравственными нормами. В языке, претендующем на научную строгость, существенный смысл придается главным образом разграничению понятий этики и морали (нравственности), но и оно не до конца выдерживается.

Мораль предстает в двух взаимосоотнесенных, но тем не менее различных обличьях: а) как характеристика личности, совокупность моральных качеств, добродетелей, например, правдивость, честность, доброта; б) как характеристика отношений между людьми, совокупность моральных норм (требований, заповедей, правил), например, «не лги», «не кради», «не убий». Соответственно этому мы сведем общий анализ морали в две рубрики: моральное измерение личности и моральное измерение общества.

Понимание морального совершенства (добродетельности) личности как такого взаимоотношения разумного и неразумного начал в индивиде, когда первое господствует над вторым, показывает, что мораль является сугубо человеческим качеством .   Она не свойственна животным, ибо они лишены разума. Она не свойственна богам, если вообще допустить их существование, так как они мыслятся совершенными существами, лишенными неразумного начала. Она присуща только человеку, в котором представлено и то, и другое вместе. В этом смысле, будучи мерой разумности человека, мораль является также мерой его человечности.

Разумное поведение является морально совершенным тогда, когда оно направлено на совершенную цель, — цель, которая считается безусловной (абсолютной), признается в качестве высшего блага.

Моральное измерение общества можно приблизительно выразить следующим образом. Мораль есть такая нацеленность людей друг на друга, которая мыслится существующей до каких-либо конкретных, многообразно расчлененных отношений между ними и делает возможными сами эти отношения.

Мораль можно назвать общественной (человеческой) формой, делающей возможной отношения между людьми во всем их конкретном многообразии. Она как бы связывает людей до всех связей, очерчивает тот идеальный универсум, внутри которого только и может разворачиваться человеческое бытие как человеческое. Человеческие отношения и человечность отношений — очень близкие понятия. Мораль и есть та самая человечность, без которой отношения людей никогда бы не приобрели человеческого (общественного) характера.

Мораль является сложным образованием, в котором можно выделить, в частности, высшие нравственные ценности и нормы. К высшим нравственным ценностям обычно относят добро, счастье,  справедливость и другие. Особое место в системе нравственных ценностей занимает моральный идеал.

В специфически этическом смысле идеал предполагает некоторый универсальный, т.е. не изменяющийся в зависимости от обстоятельств, лиц, индивидуальных вкусов стандарт. Идеал — это, во-первых, наиболее общее, универсальное и, как правило, абсолютное нравственное представление о благом и должном, во-вторых, образ совершенства в отношениях между людьми или — в форме общественного идеала — такое устроение общества, которое обеспечивает это совершенство, в-третьих, безусловный высший образец нравственной личности.

Независимо от того, каковы реальные истоки высших ценностей и идеала, они функционируют автономно по отношению к действительности — как действительности частных интересов, социальных групп, ситуативно меняющихся ролей личности, различных профессиональных, статусных или функциональных обязанностей и т.д. Аристотель, Фромм или религиозные мыслители существенно расходятся в своих теоретических идеях. Но все они утверждают, что содержание идеала обусловлено тем, что есть человек как человек. Они указывают, что ценностный мир человека в самом деле автономен — по отношению к социальной реальности, или реальности, воспринимаемой практическим, эмпирически ориентированным сознанием, что бы ни говорили на этот счет исторические материалисты.

Высшие ценности представляют собой часть духовного мира. Даже обусловленные эмпирически в своем становлении и развитии, они — безусловны в своем ставшем и развитом виде. Для того чтобы выделить некоторый частный случай в качестве морального примера, необходимо иметь критерий, по которому мы оцениваем что-то как хорошее или дурное. А это значит, что само положительное или отрицательное значение примера зависит от принятых общих положений. В ценностном плане общее приоритетно по отношению к частному. Высшие ценности воспринимаются как закон, которому должен соответствовать эмпирический мир, как должное, которое вменяется сущему.

Идеал — наиболее отвлеченное и общее нравственное представление. Его императивная и ценностная сила несомненна. Проблема заключается в том, какую роль он играет в жизни индивида. В отличие от большинства других нравственных понятий, в идеале дан завершенный и абсолютный образ добра — абсолютный в том смысле, что его противопоставленность злу только предполагается, но никак (на уровне самого идеала) не раскрывается. Если можно согласиться с циничным суждением о том, что идеалы безжизненны, то только в том смысле, что они провозглашают лишь добро, между тем как действительная жизнь складывается не иначе, как через переплетение добра и зла. Частные принципы и нормы морали отражают эту взаимоопределенность добра и зла.

В широком смысле слова добро и зло обозначают положительные и отрицательные ценности вообще.

Самым важным при этом было различение добра в относительном и абсолютном смысле. «Доброе» в одном случае — это хорошее, т.е. приятное и полезное, а значит, ценное ради чего-то другого, ценное для данного индивида, в сложившихся., обстоятельствах. и т.д., а в другом — есть выражение добра, т.е. ценного самого по себе и не служащего средством ради индивидуальной цели

Добро в этом втором абсолютном значении  — моральное, этическое понятие. Оно выражает положительное значение явлений или событий в их отношении к высшей ценности — к идеалу. Зло есть протии воположностьдобра.

 Во-первых, добро и зло осознаются как особого рода ценности, которые не касаются природных или стихийных событий и явлений. Во-вторых, добро и зло обозначают не просто свободные поступки, но действия, сознательно соотнесенные с определенным стандартом — в конечном счете с идеалом.

Итак, содержание добра и зла обусловлено идеалом нравственного совершенства: добро — это то, что приближает к идеалу, зло — то, что отдаляет от него. Зная, что в истории существовали различные мнения относительно того, к чему должен стремиться человек, чтобы достичь совершенства, легко представить концептуальное разнообразие в трактовках добра и зла. В зависимости от нормативного содержания, вкладываемого в представление об идеале, добро и зло трактовались как счастье и несчастье, наслаждение и страдание, польза и вред, соответствующее обстоятельствам и противоречащее им и т.д.

Наконец, в-третьих, добро и зло как моральные понятия связаны с душевным и духовным опытом самого человека и существуют через этот опыт. Как бы ни определялись философами источники добра и зла — творятся они человеком по мерке его внутреннего мира.

По своему императивно-ценностному содержанию добро и зло как бы представляют собой две стороны одной медали. Они взаимоопределены и в этом они как бы равны. Человек узнает зло, поскольку имеет определенное представление о добре; он ценит добро, испытав на собственном опыте, что такое зло. Кажется, утопично желать только добра, и нельзя в полной мере отрешиться от зла, не рискуя в то же время потерять добро. Существование зла порой представляется своего рода условием или непременным сопутствующим обстоятельством существования добра. Добро и зло связаны тем, что они взаимно отрицают друг друга. Они содержательно взаимозависимы.

Конкретизируя содержательно понятия добра и зла, следует сказать следующее:

а)  Добро утверждается в преодолении обособленности, разобщенности, отчуждения между людьми и установлении взаимопонимания, согласия, человечности в отношениях между ними.

б)  Как человеческие качества добро, т.е. доброта, проявляется в милосердии, любви, а зло, т.е. злобность, — во враждебности, насилии.

Роль морали в жизни общества и человека проявляется через ее функции, которые можно определить следующим образом: 

-гуманизирующая, утверждающая в людях образ «должного», приподнимающая людей над конкретными ситуациями;

-регулятивная, устанавливающая принципы саморегуляции личности и общества;

-ценностно-ориентирующая, ставящая нравственные ориентиры развития личности и общества; познавательная, дающая возможность понимания мира и общества сквозь призму нравственных ценностей;

-воспитательная, позволяющая морали стать основой социализации личности.

 

Внимание!

Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

(PDF) Conceptual constructions of modern scientific and technological development: review of foreign approaches

ÕÓ‚ËÍÓ‚‡ “. –

.,

ÓрÓθÍÓ‚‡ Ã. ¬.

Ó̈ÂÔÚۇθÌ˚ ÍÓÌÒÚрÛ͈ËË ÒÓ‚рÂÏÂÌÌÓ„Ó Õ“— 123

ISSN 2542-0429

ÃËр ˝ÍÓÌÓÏËÍË Ë ÛÔр‡‚ÎÂÌˡ. 2019. “ÓÏ 19, № 1

World of Economics and Management, 2019, vol. 19, no. 1

.

ка производители создали более безопасные и дешевые велосипеды. Тем самым гендерные

и коммерческие интересы совместно сформировали технологию.

Акторно-сетевая теория (АСТ) радикально представляет отношения, возникающие в ре-

зультате совместной активности различных участников сети: и людей, и объектов, не яв-

ляющихся людьми (артефактов, технических комплексов, животных). Эта теория была раз-

работана Каллоном [48], Латуром [43] и Лоу [45], которые до сих пор считаются основными

специалистами в этой области. Известная статья Мишеля Каллона и др. [48] посвящена об-

суждению попыток ученых решить экологическую проблему сохранения популяции гребеш-

ков путем «достижения договоренностей» с рыбаками. Авторы приходят к выводу, что акто-

рами процесса взаимодействия являются не только ученые и рыбаки, но и гребешки. Для

подхода АСТ характерны два основных свойства, соответствующие самому названию на-

правления: радикальное выделение акторов (включающее и субъекты, и объекты) и сетевое

взаимодействие между ними.

Начиная с середины 90-х гг., акторно-сетевая теория начала выходить за пределы STS,

распространяясь на управленческие и организационные исследования компьютерных систем,

экономики, здравоохранения, социологии, географии. Согласно оценке Латура, АСТ можно

рассматривать как «альтернативную социальную теорию для решения новых головоломок,

которые были обнаружены после проведения поисковых работ в области науки и техники

[43. Р. 2].

Методами этнометодологии в STS занимаются изучением стандартов повседневного со-

циального взаимодействия в области развития науки и техники, включая принятые нормы,

правила поведения, смыслы используемого языка. Они достаточно широко применяются

в STS с традиционным для этих исследований акцентом на практику. В фундаментальной

книге «Этнометодологическая программа» Гарфинкель [49] подчеркивает повторяющуюся

практику внутреннего инструктирования в любой сфере технической деятельности. Одной

из проблем, выявленных с помощью методов этнометодологии, является социологический

дуализм в сфере STS. В совместной работе Грейфенхаген и Шеррок [50] обнаружили кон-

траст между деятельностью и представлением результатов этой деятельности в публикациях

и лекциях, в частности между тем, как математики работают и как они докладывают свои

результаты. Филипп Сормани, наиболее яркий представитель рассматриваемого направле-

ния, использовал аналогичный подход к изучению дуализма в научных исследованиях. В од-

ной из его последних работ [51] Сормани критически рассматривает используемые на прак-

тике методы видеоанализа и показывает, что применение этих методов характеризуется

тенденцией к игнорированию или преуменьшению практического опыта или самой деятель-

ности экспериментаторов, зафиксированной в видеоматериалах.

Методы научных метрик образуют отдельное известное направление в теории и практике

развития отдельных наук, прежде всего междисциплинарных исследований. Как подчеркивал

Эжен Гарфильд, создатель американского Института научной информации, индексирование

не должно быть проведено только в форме ключевых слов и описаний, цитирование и ссыл-

ки, представленные в опубликованных журнальных статьях, могут быть использованы для

соединения вместе взаимосвязанных документов [52]. Для STS рассматриваемые методы

имеют особое значение, поскольку позволяют создать информационную, количественную

и качественную основу для объединения различных предметных областей. Среди используе-

мых методов следует разделять традиционный анализ по связанным словам и технику алго-

ритмической историографии. В серии публикаций [50; 51] показывается, как последний ме-

тод эффективен при формировании компьютеризированной истории за счет использования

дат публикаций и создания кластеров по взаимному цитированию в зависимости от времени.

Правда, эти методы не учитывают обращений к соответствующим источникам.

В работе Ротолаб и его соавторов [53] метод научных метрик используется для анализа

появления новых технологий как возникающих исследовательских структур. Для определе-

ния новых технологий предлагается использовать пять характеристик: радикальная новизна,

относительно быстрый рост, согласованность, заметное влияние и неопределенность. На ос-

МОРАЛЬНАЯ ПОЛИВАЛЕНТНОСТЬ ЛИЧНОСТИ | Опубликовать статью ВАК, elibrary (НЭБ)

Артюхович Ю.В. 

ORCID: 0000-0003-3007-3430, доктор философских наук, профессор, Волгоградский государственный технический университет

МОРАЛЬНАЯ ПОЛИВАЛЕНТНОСТЬ ЛИЧНОСТИ

Аннотация

Приведен философский анализ аксиологических трансформаций в области морали в современном обществе с позиции аксиологического подхода. Представлена дефиниция моральной валентности. Показано, что моральная валентность как уровень нравственности личности имеет аксиологическое измерение и находит конкретное выражение в нормах и ценностях, на которые человек ориентируется. Высказано предположение о том, что нравственная амбивалентность личности в советской России стала исходной точкой в расширении аксиологического диапазона моральной валентности личности современника. Определен категориальный статус моральной поливалентности личности. Выявлена негативная специфика нравственной поливалентности личности в современной России. Установлено, что бинарное мышление с четким различением добра и зла заменило «плюральное» мышление, в котором нет четкой границы между добром и злом, гуманизмом и жестокостью.

Ключевые слова: мораль, личность, поливалентность, общество.

Artjukhovich Ju. V

ORCID: 0000-0003-3007-3430, PhD in Philosophy, professor, Volgograd state technical university

MORAL MULTIVALENCY OF PERSONALITY

Abstract

Philosophical analysis of the axiological transformations in the realm of morality in modern society from a position of axiological approach is shown.   Definition of moral Valence is provided. It is shown that moral valence as the level of morality of the individual has axiological dimension and finds concrete expression in those norms and values on which a person is oriented. Categorical status moral multivalency of personality is defined. It has been suggested, that  moral ambivalence of personality in Soviet Russia became the starting point in expanding the axiological range of moral valence of personality in modern Russia. Negative specificity of moral multivalency of personality in modern Russia is identified. It is found that binary thinking, with a clear distinction between good and evil has replaced the “plural” thinking, in which there is no clear distinction between good and evil, humanism and cruelty.

Keywords: morality, personality, multivalency, society.

Духовно-нравственный кризис в современном обществе актуализирует проблему морального развития личности, побуждает к поиску путей гармонизации социальных взаимодействий и межличностных контактов. Исследование нравственной аксиосферы российского социума и морального состояния соотечественника становится сегодня значимой проблемой философского знания.

Цель статьи – краткий философский анализ аксиологических трансформаций в области морали, возникших в современном обществе. В исследовании моральной поливалентности личности доминируют системный (с элементами синергетического) и аксиологический подходы; сравнительно-исторический и диалектический методы. Научно-практическая значимость философского осмысления проблемы моральной поливалентности личности современника заключается в том, что наше исследование может: расширить научные рамки в изучении актуальных нравственных проблем современного социума; найти применение в научной деятельности: при разработке концептуальных основ специальных разделов аксиологии, философской антропологии и социальной философии; применяться в управленческо-прогностической деятельности и социальной практике с целью гармонизации социальных взаимодействий в современном социуме.

Социально-философский анализ проблем морального сознания в современном информационном социуме проводится нами в новом ракурсе философского знания: через призму термина моральной валентности как уровня нравственности личности.

Определение категориального статуса моральной валентности личности требует предварительной дефиниции данного термина и обоснования возможности его применения в данном контексте. В общем случае валентность (от лат.valentia – сила) – это способность объекта взаимодействовать с другими объектами. В толковом словаре Д.Н. Ушакова этимология термина «валентность» выводится из лат. valens – «имеющий ценность, значение». Точное значение многозначного термина «валентность» варьируется, в зависимости от предметной области его применения. В химии валентность (от лат. valēns – имеющий силу) – способность атомов химических элементов образовывать определенное число химических связей с атомами других элементов; в лингвистике – способность слова сочетаться в тексте с другой языковой единицей. В процессуальных теориях мотивации «валентность» – приоритет для человека тех или иных результатов деятельности. В психологии термин «валентность» (от англ. valence, incentive value) используется в качестве обозначения для побуждающей способности личности, значимости объекта, события или действия для субъекта, их мотивационной силы. В частности, в теории психологического поля К. Левина валентностью называется психологическая значимость объекта, события, человека, цели, области и т.д. в жизненном пространстве индивида. По мнению В. Врума, автора теории ожиданий, валентность – это субъективная мера привлекательности, ценности и значимости цели: аффективные ориентации на определенные результаты, т.е. степень ожидаемой удовлетворенности.

При многозначности данного термина мы можем выделить нечто общее во всех вышеупомянутых определениях валентности: наличие некого ценностного смысла и «соединительной силы», побуждающей субъекта обратиться к реализации данного ценностного смысла в своей жизни и деятельности. Можно предположить, что в общефилософском смысле валентность – это уровень, мера количества и качества связей человека с окружающим миром, возникающих на основе определенных ценностных приоритетов (которые с течением времени могут изменяться). К. Левин исходил из того, что личность живет и развивается в психологическом поле окружающих ее предметов, каждый из которых имеет определенный заряд (валентность). Эксперименты Левина доказывали: при существовании предметов, которые для всех имеют одинаково притягательную или отталкивающую силу, притягательность или отталкиваемость предмета в феноменологическом поле субъектов разнится [1]. Для каждого конкретного человека валентность имеет свой знак.

Но тогда можно ли в аксиологическом измерении назвать валентность мерой ценности неких связей и взаимодействий? На этот вопрос категорично отвечает В. Врум в своей теории ожиданий. Ученый четко разграничивает понятия валентности как ожидаемой удовлетворенности, а «ценности» – как действительной удовлетворенности и подчеркивает, что эти понятия могут не совпадать. По теории ожиданий, человек выбирает те или иные действия исходя из своих представлений о последствиях этих действий. Валентность – это субъективная мера привлекательности и значимости цели. Таким образом, валентность скорее связана с ожиданиями, нежели с действительным опытом. Например, человек считает перспективу (валентность) повышения по службе целью, достойной стремления. Однако, получив желаемое повышение, он может обнаружить, что достигнутое не стоит его ожиданий: валентность (ожидание) не становится ценностью (действительной удовлетворенностью человека в реальности). Продолжим: валентность не становится ценностью для этого человека, а для другого ожидания оправдываются, цель достигается: валентность, воплотившаяся в реальности, становится действительной ценностью [2].

Таким образом, в психологии валентность – это возможность, перспектива, ожидание достижения. Ценность – действительная значимость духовных и  материальных конструктов и объектов окружающего мира для человека, социальной группы, общества в целом. «Ценность всегда человечна» (Р. Лотце), и возникает в процессе человеческого действия и осмысления. Однако ценность объективирована и воплощена, а валентность – это лишь возможность, вероятность воплощения ценности, базирующаяся на субъективных личностных аксиологических основаниях.

Итак, моральная валентность как уровень нравственности личности имеет аксиологическое измерение и находит конкретное выражение в тех нормах и ценностях, на которые человек ориентируется и реализует в своем поведении. Моральная валентность личности – это мера количества и качества связей человека с окружающим миром, возникающих на основе его субъективных представлений о моральных ценностях. Если моральная валентность – уровень нравственности субъекта, то моральная поливалентность современника представляется нам как нравственная многоуровневость личности, некая переменная аксиологическая величина, открытая система. Ее ценностное содержание зыбко и неустойчиво, детерминировано аксиологическими воздействиями извне, которые имеют случайный характер (например, столкновение нормативно-ценностных традиций и инноваций: реальная и виртуальная семья, дружба и др. ).

Рассматривая структуру ценностного сознания поливалентной личности в виде «базиса» и «надстройки», мы можем констатировать, что «базис» как общечеловеческие «вечные» ценности здесь практически отсутствует или представлен фрагментарно. Зато многоплановая разнородная «надстройка» включает изменчивые ценностные ориентиры и стандарты.

Предпосылки для развития моральной поливалентности соотечественников, по нашему мнению, закладывались в нормативно-ценностной системе советского общества.

В течение долгих лет развития системы социальных институтов в советской России их идеологизированность, подчинение общим нормам тоталитарного государства обусловили выработку ориентации человека на строго регламентированное мировоззрение, соответствующее официальным установкам. Диапазон собственных суждений личности о природе существующих социальных отношений был крайне узок. Вынужденная интернализация человеком советской эпохи провозглашаемых ценностей приводила к внутреннему сущностному разладу, состоянию дискомфорта, вызванного необходимостью следования нормам и правилам, соблюдение которых не только не являлось внутренней потребностью индивида, но и приходило в противоречие с его истинными жизненными идеалами, установками и принципами. В итоге формирование единой нормативно-ценностной парадигмы советской эпохи, которое жестко регламентировалось партийными и властными структурами, привело к двойственности в нормах морали и одновременному функционированию в культурной среде формальных норм морального долженствования и реально практикуемых стандартов поведения. Иными словами, в масштабах одного социума равноправно функционировали две различные нормативные системы морали: должного и сущего, теории и практики. Например, осуждалось «потребительство»; насаждалась идеология уравнительности, близкая к аскетическим стандартам жизни. При этом происходило значительное расслоение общества, образовывалась потребительская элита при обеднении значительной массы населения.

Двойственность в нормах морали, несоответствие моральной теории и практики в российском обществе советского периода обусловили нравственную амбивалентность личности. Это обстоятельство стало исходной точкой в расширении аксиологического диапазона моральной валентности личности соотечественника, характеризующемся «размыванием» системного ценностного основания морали.

В постсоветской России все острее стал ощущаться разрыв между декларируемыми ценностями и нормами, реальными жизненными ориентирами и широко распространившимися противоречивыми аксиологическими инновациями. Под воздействием деструктивных социально-экономических и политических процессов произошли коренные изменения в нормативно-ценностной системе общества: возникла ситуация нормативно-ценностного плюрализма – равноправного функционирования в масштабах одного социума (уже не двух, а нескольких) различных нормативных систем, норм и предписаний.

В ситуации нормативно-ценностного плюрализма наш современник утрачивает определенность в выборе линии нормативного поведения: он путается в многообразии противоречивых моральных установок и не знает, «что такое хорошо и что такое плохо» на данный момент. Точнее, он затрудняется выбрать нужный моральный эталон из множества различных нравственных стандартов на разных уровнях социальных взаимодействий, которые щедро тиражируются СМИ в условиях информационного социума. На смену бинарному мышлению с четким различением добра и зла приходит плюральное мышление, в котором нет четкой границы между добром и злом, гуманизмом и жестокостью.

Попытаемся представить «в цвете» моральное сознание «амбивалента» и «поливалента». В отличие от графически четкого, контрастного «черно-белого» амбивалентного варианта, поливалентный аксиологический конструкт будет отмечен широкой цветовой палитрой с изменчивыми зыбкими очертаниями. Четкость и «линейность» сознания «амбивалента» обусловлена наличием у него морального стержня (отклонения от этого ценностного основания легко различимы). У «поливалента» такой стержень отсутствует, как нет «главного корня» у синергетической модели мира – ризомы с ветвящимися и многократно переплетенными нитевидными образованиями. Поэтому и отклонения от моральных норм у «поливалента» трудно диагностировать – его аксиосфера включает разнородные моральные принципы и установки, ситуативно проявляющиеся в слабо мотивированных противоречивых поступках. Таким образом, моральная поливалентность личности характеризуется сложным ценностным наполнением. Это состояние многомерной и противоречивой ценностной парадигмы представляет собой «хаотическое смешение разноуровневых аксиологических ориентиров и стандартов» (Ю.В. Артюхович).

Отсутствие ценностного стрежня у наших современников является тревожной приметой утраты равновесия нормативно-ценностной системы российского общества. Это обстоятельство, в свою очередь, влечет за собой  за собой утрату нашего «экзистенциального равновесия» [3, С.36] в целом.

Выход из кризиса возможен на основе гуманизации нравственной и интеллектуальной атмосферы информационного социума с опорой на общечеловеческие «вечные» ценности. Для того чтобы базовые положения моральной теории воплощались в жизненной практике индивидов, нужна скоординированная и последовательная совместная деятельность государства, семьи, учебных заведений и общества в целом по развитию ценностного сознания и моральной культуры соотечественников.

Список литературы / References

  1. Левин К. Теория поля в социальных науках / К. Левин / Перевод Е. Сурпина. – СПб.: «Сенсор», 2000.– 368 с.
  2. Vroom V. H. Work and Motivation / V. H. Vroom – N. Y.: Wiley and Sons Ltd., 1964. – 398 p.
  3. Газгиреева Л.Х. Экзистенциально-ценностные отношения как движущая сила в управлении духовными процессами современного российского общества / Л.Х. Газгиреева // Проблемы социально-экономического развития общества / Saint-Louis, MO: Publishing House «Science & Innovation Center», 2013. – С. 20-39.

Список литературы на английском языке / References in English

  1. Levin K. Teoriya polya v social’nyh naukah [Field theory in social sciences] / K. Levin / Translated by E. Surpin. – SPb.: «Sensor», 2000.– 368 p.
  2. Vroom V. H. Work and Motivation / V. H. Vroom – N. Y.: Wiley and Sons Ltd., 1964. – 398 p.
  3. Gazgireeva L. H. Ekcsistentsial’no-tsennostnyie otnosheniya kak dvizduschaya sila v upravleniji dukhovnymi protsessami sovremennogo rossiiskogo obschestva [Existential-value relations as a driving force in the management of the spiritual processes of contemporary Russian society] / L. H. Gazgireeva // In: Prоblеmy sоtsialinо-ekоnоmichеskоgо razvitiya оbshcеstva [Problems of socio-economic development of society]. Saint-Louis, MO: Publishing House «Science & Innovation Center», 2013, pp. 20-39.

Индивидуальный уровень — принципы управления

Этика индивидуальна и уникальна для каждого человека. В принятии этических решений также участвуют другие люди, группы, организации и даже страны — заинтересованные стороны и акционеры, как мы позже объясним. Кеннет Гудпастер и Лора Нэш охарактеризовали как минимум три аспекта или уровня этики, которые помогают объяснить, как индивидуальные и групповые ценности, нормы и поведение различных заинтересованных сторон взаимодействуют и реагируют с целью установления упорядоченных, справедливых и справедливых отношений друг с другом в сделках. .Этот подход проиллюстрирован в (рисунок) .

Этические принципы, как правило, кодифицируются в законах и постановлениях, когда существует общественный консенсус в отношении таких правонарушений, например, законы против вождения в нетрезвом виде, грабежа и убийства. Эти законы, а иногда и неписаные общественные нормы и ценности формируют местную среду, в которой люди действуют и ведут дела. На индивидуальном уровне ценности и убеждения человека находятся под влиянием семьи, сообщества, сверстников и друзей, местной и национальной культуры, общества, религиозных или других типов сообществ и географической среды.Важно учитывать индивидуальные ценности и этические принципы, поскольку они влияют на решения и действия человека, будь то решение действовать или неспособность действовать против проступков других. В организациях на этическую позицию человека могут влиять коллеги, подчиненные и руководители, а также организационная культура. Организационная культура часто оказывает глубокое влияние на индивидуальный выбор и может поддерживать и поощрять этические действия или поощрять неэтичное и социально безответственное поведение.

Этика и ценности: основные и инструментальные ценности

Из ценностей, составляющих культуру организации и мотивацию человека, этические ценности сейчас считаются одними из самых важных. Например, когда в 2004 году Google сделала свою компанию публичной, ее проспект включал необычную корпоративную цель: «Не быть злом». Это может быть проблемой, когда вы — многомиллиардная корпорация, работающая по всему миру, и инвесторы ожидают, что вы принесете прибыль.Деятельность Google в Соединенных Штатах и ​​за рубежом вызвала споры и споры о том, насколько успешно компания выполняет заявленную цель. Существует постоянная потребность в интеграции этических ценностей в корпорациях. Инициатива по этике и соблюдению требований обнаружила, что 22 процента сотрудников по всему миру сообщают о принуждении к нарушению своих стандартов.

ECI Connects. (2016). https://connects.ethics.org/search?executeSearch=true&SearchTerm=22+percent&l=1

Топ-менеджеры компаний находятся под пристальным вниманием общественности, как никогда раньше, и даже небольшие компании обнаруживают необходимость уделять больше внимания этике, чтобы восстановить доверие среди своих клиентов и общества.

Илон Маск

Илон Маск, генеральный директор Tesla и SpaceX, изображенный здесь на конференции TedX, широко известен своими подходами к корпоративной социальной ответственности в своих компаниях. В целом, внедрение электромобилей, которые способствуют сокращению выбросов загрязняющих веществ, рассматривается как положительный результат. Однако Маск подвергся тщательной проверке в связи с комментариями об обеспечении финансирования для приватизации Tesla, которые вызывают проблемы с соблюдением нормативных требований. (Кредит: Стив Джурветсон / flickr / Attribution- 2.0 Generic (CC BY-ND 2.0))

Ценности могут быть мощными и мотивирующими руководителями для индивидуального, группового и организационного поведения.На индивидуальном уровне, однако, возникает повторяющаяся проблема, с которой люди, по-видимому, сталкиваются в отношении этичного поведения, заключается в том, что многие люди сознательно не знают или не выбирают свои ценности. Часто мы сначала действуем, а потом думаем или рационализируем. Во-вторых, и это связано с тем, что методы и способы, которыми мы действуем для достижения наших целей и задач, также не всегда выбираются сознательно. Следовательно, мы часто позволяем «цели оправдывают средства» и / или «средства оправдывают цели» в наших решениях и действиях. Этические дилеммы (т. Е. Ситуации и затруднения, в которых нет оптимального или желаемого выбора между двумя вариантами, ни один из которых не решает проблему или не предоставляет этическую возможность) часто возникают и возникают из-за незнания того, как сортировать и продумайте возможные последствия наших действий или бездействия.Осознание и осознание наших ценностей — это первый шаг к способности действовать этично и ответственно, чтобы предотвратить или уменьшить вред себе или другим.

С этой целью полезно понимать ценности, которые были разделены на терминальные и инструментальные. Конечные ценности — это желаемые цели, задачи или конечные состояния, которых люди хотят добиваться. Инструментальные ценности — это предпочтительные средства поведения, используемые для достижения этих целей. Примеры конечных ценностей — на более высоком уровне — это свобода, безопасность, удовольствие, социальное признание, дружба, достижения, комфорт, приключения, равенство, мудрость и счастье.

Рокич, М., Природа человеческих ценностей , Free Press, 1973, стр. 56.

Примеры инструментальных ценностей: быть полезным, честным, смелым, независимым, вежливым, ответственным, способным, амбициозным, любящим, самодостаточным и прощающим.

Там же.

Выявление и отделение терминальных от инструментальных ценностей в любой конкретной ситуации может помочь отдельным лицам, группам и рабочим подразделениям отличить «цели (цели) от средств (методов достижения целей)» и наоборот в принятии решений, тем самым помогая мы выбираем более этичные или, по крайней мере, менее неэтичные варианты в ситуациях.Например, у менеджера по продажам есть цель мотивировать свой торговый персонал к достижению индивидуального уровня эффективности продаж на 17% выше текущего уровня к концу календарного квартала. Средства для этого, по словам менеджера, следующие: «Действуйте. Используйте свое воображение и силу духа. Просто убедитесь, что каждый из вас достиг этой цели или превзошел ее ». В этом случае конечная ценность — это высокое достижение, вплоть до чрезмерно амбициозного для достижения агрессивной финансовой цели. Инструментальную ценность также можно охарактеризовать как агрессивное достижение.Как конечные, так и инструментальные ценности в этом сценарии весьма вероятно могут создать чрезмерное давление и даже беспокойство для некоторых сотрудников отдела продаж. Этическая логика, лежащая в основе этого примера, заключается в том, чтобы позволить «цели оправдать средства». Сценарий также поднимает вопрос о том, будут ли отдельные сотрудники отдела продаж выбирать значения, лежащие в основе инструкций менеджера, если каждый член идентифицировал и отразил эти значения.

Если конечная (конечная) ценность создает чрезмерное давление и нереалистична и недостижима, то среднестатистическая (инструментальная) ценность, вероятно, также создаст напряженность и неэтичное поведение. Этот пример в некотором роде отражает то, что на самом деле недавно произошло с Wells Fargo & Company — американской холдинговой компанией, занимающейся международными банковскими и финансовыми услугами, со штаб-квартирой в Сан-Франциско. В этой организации сверху вниз принимались и реализовывались непростые и нереалистичные цели продаж. В результате сотрудники отдела продаж лгали, давили и вводили в заблуждение лояльных клиентов, чтобы те покупали поддельные финансовые продукты для достижения нереалистичных целей продаж. Такие действия при обнаружении привели к незаконным и неэтичным действиям со стороны не только специалистов по продажам, но и руководителей этой организации.В конечном итоге на генерального директора вынудили уйти в отставку, были уволены 5300 сотрудников, и последовало несколько судебных исков.

Комри, Х. (2017). Скандал с поддельными аккаунтами Wells Fargo, https://sevenpillarsinstitute.org/wells-fargo-fake-accounts-scandal/

Из фиаско Wells Fargo можно извлечь много уроков. С индивидуальной этической точки зрения одно понимание состоит в том, чтобы осознавать основные ценности изданных организационных и других директив, связанных с работой и задачами. Другой — открыть для себя свои собственные ценности и этические принципы, которые помогут вам в работе, учебе и в личных ситуациях, чтобы чужие проблемы не стали вашими.Полезной оценкой для определения ваших ценностей является оценка личных ценностей (PVA), которую можно найти по адресу https://www.valuescentre.com/our-products/products-individuals/personal-values-assessment-pva .

Каруччи обнаружил, что «пять способов, которыми организации без нужды провоцируют хороших людей на неэтичный выбор», заключаются в следующем. (1) Люди чувствуют себя психологически небезопасными, когда они говорят. (2) Чрезмерное давление с целью достижения нереалистичных целей ставит под угрозу выбор людей. (3) Когда люди сталкиваются с противоречивыми целями, они испытывают чувство несправедливости и ставят под угрозу свои рассуждения. (4) Говорить об этике только тогда, когда случается скандал. (5) Когда нет положительного примера, люди реагируют, а не выбирают этические решения. Ознакомление с этическими принципами в следующем разделе — это еще один способ помочь вам продумать сложные ситуации, чтобы принимать осознанные, основанные на ценностях решения и поступать «правильно».

Каручи, Р. (2016). Почему этичные люди делают неэтичный выбор, https://hbr.org/2016/12/why-ethical-people-make-unethical-choices

.
  1. Что такое терминальные и инструментальные ценности?
  2. Как организации могут использовать ценности, чтобы побудить людей сделать этический выбор?

Моральные аспекты философии Джона Дьюи: значение для высшего образования

Хэтчер что люди не принадлежат к определенному классу структура.Таким образом, моральное измерение образования развивать индивидуальный человеческий потенциал. Образование должно вовлекать граждан в ассоциации друг с другом. Во-вторых, образование должно привлекать граждан вместе друг с другом развивать индивидуальные способности и сохранить участие демократия. Дьюи утверждает, что «индивидуальные чувство себя полностью развивается только в ассоциации с другими »(Солтмарш, 1996, стр. 16). играет явную моральную роль в демократии для сохранения свободы: свобода от государства, свобода от барьеров экономического класса и свободы действий в публичной сфере.Дьюи описывает публичную сферу как местное сообщество; следовательно, образование должно дать людям возможность живут вместе друг с другом в повседневной жизни. «Учиться гуманно и гуманно эффект заключается не только в приобретении дополнительных навыков с помощью доработка оригинальных емкостей. Чтобы научиться быть человек должен развиваться на основе взаимных уступок общение эффективное ощущение того, что вы — отдельный член сообщества; тот, кто понимает и ценит его убеждения, желания и методы, и кто способствует дальнейшему преобразованию органических полномочий в человеческие ресурсы и ценности »(1927, с. 21). Дьюи считает, что хороший общество обеспечивает участие и равенство всех его членов через взаимовыгодные ассоциации; «такое общество должно иметь тип образования, который дает людям личный интерес к социальным отношениям и контролю и привычки умов, обеспечивающие социальные меняет, не внося беспорядка »(1916, с. 99). Основная цель образования — создать публичный дискурс, и через публичный дискурс оттачиваются личные навыки, а знания можно конструктивно применяется к социальным проблемам.Образование должно вовлекать граждан в друг друга. Образование должно способствовать созданию гуманных условий. В Третье моральное измерение образования состоит в том, что образование должно способствовать созданию гуманных условий. Дьюи звонит за «высвобождение индивидуальных способностей в прогрессивном росте, направленном на социальные цели» (1916, стр. 98). Таким образом, образование должно развивать индивидуальные способности, но они должны быть на пользу местное сообщество и общество в целом; развитие индивидуальных способностей для общих хороший. Дьюи рассматривает знания как инструмент для создание справедливого общества. Его адаптация прагматизма — инструментализм, философия, которая ценит идеи как инструменты для улучшения общества и философия, которая связывает знание с действие. Под влиянием теории Чарльза Дарвина эволюции, Дьюи утверждает, что адаптация человека к окружающая среда достигается через социальные интеллект. «В воплощении демократической жизни социальный интеллект указывает путь к нравственному идеалу которым можно делиться в самом широком масштабе.Дьюи был твердо убежден, что сделать демократический социальный интеллект реальностью в человеческих делах необходимо. величайшая и, возможно, единственная возможность для современного человека эффективно справиться со своими неотложными проблемы »(Gouinlock, 1994, стр. xx). Фундаментальная критика школ Дьюи состоит в том, что образование не привело к более гуманному или нравственному общество (Джайлз и Эйлер, 1994). Дьюи (1927) называет чтобы образование вышло за рамки классической роли накопление знаний посредством механического запоминания, к прогрессивной роли соотнесения знаний с насущные социальные потребности. «Кроме того, расследование должно быть как можно более близким к современности; в остальном это представляет только антикварный интерес. Знание истории очевидно необходимо для связности знаний. Но история, которая не принесена близко к реальной сцене событий оставляет разрыв … »(стр.179). Образование должно приводить к социальным действие как применение навыков отдельных лиц к постоянному улучшению общества. За Дьюи, антикварная форма либерального обучения основанный на философии Платона, больше не применим в демократическом обществе, ищущем решения к сложным проблемам (Benson & Harkavy, 1997).Эти три моральных аспекта философии образования Дьюи — образование для роста индивидуальные способности, образование для заинтересованных граждан, образование в гуманных условиях — обеспечить убедительное обоснование образования в условиях демократии. Это тип обучения Джереми Рифкина (1997) считает необходимым, поскольку Америка входит в Двадцать первый век. «Расширение миссии Американское образование должно включать в себя обновленную приверженность гражданской жизни страны. получить равный приоритет (обучение профессиональным навыкам), если мы хотим ответить на растущие вызовы грядущего столетия »(стр.15). Как мог Педагоги переводят философию образования Дьюи в характеристики передовой практики бакалавриата сегодня? Характеристики товара Высшее образование Я предполагаю, что пять характеристик хорошего высшего образования вытекают из философии Дьюи. Эти характеристики хорошего студента образование затрагивает три моральных аспекта образование неизменно очевидно в работах Дьюи. Этот список не является исчерпывающим. Его цель — создать дискурс о том, что Джон Дьюи мог бы порекомендовать для получения высшего образования, когда мы входим в 24

King’s Student Law Review — Королевский колледж Лондона, Академическая публикация юридической школы Диксона Пуна

Добро пожаловать в Kings Student Law Review.

King’s Student Law Review (KSLR) — это рецензируемое научное издание, публикуемое исследователями и аспирантами юридической школы Диксона Пуна Королевского колледжа Лондона. Мы стремимся публиковать самые лучшие юридические стипендии, написанные студентами King’s и других ведущих юридических школ. KSLR внесен в международную базу данных HeinOnline.

Остановить пресс: выпуск нашей весенней версии ОТЛОЖЕН.

Наряду со многими другими академическими журналами мы обнаружили, что пандемия Covid-19 оказала значительное влияние на подачу заявок в журналы, и мы не чувствуем, что на данный момент мы получили достаточно статей, отвечающих нашим строгим требованиям, чтобы позволить нам публиковать наш выпуск Весна 2021 вовремя.В результате редакция приняла трудное решение отложить выпуск этого выпуска.

Мы оставляем объявление о приеме статей ОТКРЫТОМ, но запланированная дата публикации следующего выпуска, Том XII, Выпуск II, перенесена с марта 2021 года на конец июля 2021 года.

Прием документов завершится 20 мая 2021 года.

Пожалуйста, продолжайте присылать нам свои материалы, но, пожалуйста, обратитесь к странице представленных материалов, чтобы узнать, что мы публикуем и как это должно быть представлено нам, прежде чем вы это сделаете.


Мы рады сообщить, что Том XI, выпуск I журнала Law Review опубликован. Прочтите наш текущий выпуск:

ТОМ XI ВЫПУСК I (2020)

Редакционная

Добро пожаловать в первый выпуск King’s Student Law Review за 2020/2021 учебный год. Covid-19 не помешал подать широкий спектр отличных статей, и мы надеемся, что те, которые мы выбрали для публикации, привлекут широкий круг читателей.

Публикуем в странные и интересные времена. Пандемия, которую 12 месяцев назад представляли себе только эпидемиологи и небольшие, игнорируемые правительственные ведомства, изменила мир. Лорд Керр, который дольше всего работал в Верховном суде Великобритании, назвал это «кошмаром-антиутопией». В этом кошмаре-антиутопии ясность мышления и объективность положения закона как никогда важны. Даже в Великобритании, которая обычно считается одной из наиболее открытых демократий в мире, правительство пыталось позиционировать вмешательство Верховного суда в отношении осуществления полномочий как неоправданное вмешательство ( R (по заявлению Миллера) (апеллянт) против премьер-министра (Ответчик) Черри и другие (Ответчики) против Генерального прокурора Шотландии (Заявитель) (Шотландия) [2019] UKSC 41. Недавно он создал «группу экспертов» для изучения того, как суды решают проблемы судебного надзора, заявив, что он хочет сбалансировать право граждан ставить под сомнение политику правительства в суде и способность исполнительной власти эффективно управлять. Лорд Керр напомнил нам: «Если мы руководствуемся здоровой демократией, судебная власть предоставляет механизм подтверждения или проверки действительности [] законов, принятых парламентом, или соответствующих международных договоров, под которыми мы подписались… Последнее, что мы хочу, чтобы правительство имело доступ к необузданной власти.’

В этом выпуске журнала пять статей. Сегодняшнее интервью лорда Керра имеет отношение к двум из них. В мае 2020 года он вынес единогласное решение Верховного суда, отменяющее законность интернирования Джерри Адамса, бывшего лидера Шинн Фейн, почти 50 лет назад ( R против Адамса (заявитель) (Северная Ирландия) [2020] UKSC 19) . Решение было весьма спорным: лорд Сумпшн, работавший в Верховном суде до 2018 года, критиковал его аргументы и предполагаемые последствия. Джек Bickerton решает эту спорную область, когда он обсуждает противоречия между законодательством в области прав человека и применение превентивного заключения в качестве механизма борьбы с терроризмом. Он предполагает, что такой подход наводит на мысль о военной модели законодательства, а не о преступной модели. Он утверждает, что это приводит к вмешательству в индивидуальные права на свободу, справедливое судебное разбирательство и надлежащую правовую процедуру, и спрашивает, когда, если вообще когда-либо, этот подход может отвечать критериям разумности и соразмерности, которые могли бы оправдать такое вмешательство.

Когда лорд Керр попросил ( The Guardian ) выбрать, какое из его дел было наиболее важным, он выбрал судебный иск, поданный в 2018 году Комиссией по правам человека Северной Ирландии ( В отношении заявления Управления по правам человека Северной Ирландии Комиссия по судебному надзору (Северная Ирландия) Справка Апелляционного суда Северной Ирландии в соответствии с параграфом 33 Приложения 10 к Закону о Северной Ирландии 1998 года (Аборты) (Северная Ирландия) [2018] UKSC 27), что в конечном итоге привело к реформе законов Северной Ирландии об абортах. Эмили Оттли размышляет о продолжающейся криминализации абортов в Англии и Уэльсе, предполагая, что закон давно назрел для реформы. Она выступает за аборт по запросу на ранних сроках беременности, причем этот запрос делается в контексте подхода медицинской этики, ориентированного на пациента, « наилучшие интересы », а не в контексте уголовного законодательства, учитывая несовместимость действующего законодательства. с обязательствами в области прав человека и современным приоритетом уважения автономии как в медицинской этике, так и в законодательстве.

По мере того, как мы идем в прессу, из Синьцзяна поступают новые истории о жестоком подавлении уйгурского народа, в то время как в Кокс-Базаре, Бангладеш, более миллиона рохинджа ждут, чтобы увидеть, сможет ли Международный уголовный суд исправить нанесенные ими обиды. Обсуждение Малвиной Войчик дела Европейского суда, касающегося отрицания Холокоста, сегодня актуально как никогда. Это должно побудить всех нас задуматься о роли закона в понимании и осмыслении истории, а также о том, как мы понимаем и ценим истину. В ее статье анализируется решение Европейского суда по правам человека по делу Perinçek v Switzerland , в котором рассматривалось, противоречит ли криминализация отрицания геноцида армян праву на свободу слова, закрепленному в статье 10 Конвенции. Она рассматривает приговор в свете ключевых аргументов в пользу особой правовой трактовки отрицания Холокоста, предполагая, что, подтверждая различное правовое рассмотрение отрицания Холокоста и отрицания других геноцидов, Страсбургский суд создал проблемную иерархию воспоминаний .

Рост виртуальных валют, непостижимость для большинства из нас того, что именно они и какие гарантии ценности «лежат за ними», бросают вызов изобретательности закона. Системы, на которые правительства полагались для понимания и регулирования движения денег, традиционно основывались на природе обычных валют, выпускаемых денежно-кредитным органом, и подкреплялись чем-то «реальным». Виртуальные валюты не контролируются и не регулируются традиционными средствами , а их стоимость определяется спросом и предложением на их рынке. Илиас Иоанну пишет о реакции закона на противоречие между их исключительным потенциалом действовать как средство добра и их столь же исключительной полезностью для содействия намерениям незаконных субъектов. Рассмотрев регулирование виртуальных валют в Европейском правовом пространстве, он предлагает более комплексный правовой ответ, который включает в себя встраивание виртуальных валют в финансовую систему путем перенаправления регулирования в сторону уникальности их базовой технологии.

Наконец, в статье, касающейся ценностей справедливости, автономии и выбора, а также того, как они соотносятся с групповым «добром», Адьяша Самал исследует Доктрину Группы компаний, которая предписывает тест для определения того, связана ли сторона, не подписавшая договор арбитражное соглашение, объем которого распространяется на них, когда это необходимо (или даже единственный способ) для разрешения спора. Доктрина касается (предполагаемого) намерения сторон выступить в качестве арбитра. Она рассматривает требования Доктрины — строгую групповую структуру, участие третьей стороны в заключении контракта и общее намерение всех сторон связать третью сторону соглашением — утверждая, что этот акцент на поведении и письменном соглашении функционирует для придерживаться основного принципа согласия арбитража. Эти соображения справедливости и добросовестности при « признании согласия », оба общих принципа договорного права во многих юрисдикциях гражданского права, имеют отношение к согласию во многих других областях права, включая уголовное право и медицинское право, и статья не является доказательством только науки в одной области, но и того факта, что широкое чтение во многих областях может способствовать перекрестному опыту юридического мышления, только в свою пользу.

Надеемся, вам понравится Том XI, выпуск I.

Д-р Мэри Лоут, главный редактор, Kings Student Law Review.

KSLR Том XI Выпуск I

Содержание

Джек Бикертон: Война с террором как война за права человека: следует ли превентивное заключение использовать в качестве контртеррористического механизма против подозреваемых в терроризме? pp 1-24

Джек Бикертон обсуждает правовые и моральные вопросы, связанные с использованием превентивного заключения в качестве механизма борьбы с терроризмом. Он предполагает, что широкое использование превентивного заключения в качестве «исключительной меры» наводит на мысль о военной модели законодательства, а не о преступной модели.Он утверждает, что это ведет к вмешательству в индивидуальные права на свободу, справедливое судебное разбирательство и надлежащую правовую процедуру, и ставит под сомнение обстоятельства, при которых этот подход отвечает критериям разумности и соразмерности, которые могли бы оправдать такое вмешательство

Илиас Иоанну: Правовое регулирование виртуальных валют: незаконная деятельность и текущие события в сфере платежных систем, стр. 25-52

Илиас Иоанну пишет о виртуальных валютах и ​​ответе закона на противоречие между их гениальным потенциалом действовать как средство добра и их столь же изобретательной полезностью для незаконных субъектов.После рассмотрения регулирования виртуальных валют в Европейском правовом пространстве он предлагает более комплексный правовой ответ, встраивая виртуальные валюты в финансовую систему, перенаправляя регулирование в сторону уникальности лежащей в их основе технологии.

Эмили Оттли: Аборт по запросу: желательный ответ на криминализацию абортов в Англии и Уэльсе? пп 53-71

Эмили Оттли обращается к криминализации абортов в Англии и Уэльсе, предполагая, что закон давно назрел для реформы в этой области.Она утверждает, что аборты должны предоставляться по запросу на ранних сроках беременности, причем этот запрос делается в контексте подхода медицинской этики, ориентированного на пациента и наилучших интересов, а не в контексте уголовного законодательства. Она подходит к этому, учитывая как несовместимость действующего закона с обязательствами в области прав человека, так и современный приоритет уважения автономии как в медицинской этике, так и в праве.

Адьяша Самал: Распространение арбитражных соглашений на стороны, не подписавшие Соглашение: Защита доктрины группы компаний, стр. 72-96

Адьяша Самал изучает Доктрину Группы компаний, которая предписывает проверку, чтобы определить, связана ли не подписавшая сторона арбитражным соглашением, сфера действия которого распространяется на них, когда это необходимо для разрешения спора. Доктрина обосновывает свое обоснование концепцией предполагаемого согласия. Она утверждает, что требования Доктрины — жесткая структура группы, участие третьей стороны в заключении контракта и общее намерение всех сторон связать третью сторону соглашением — утверждая, что это сосредоточено на поведении и письменном соглашении
функции для поддержки основного принципа согласия арбитража.

Мальвина Войчик: Навигация по иерархии воспоминаний: решение ЕСПЧ по делу Перинчек против Швейцарии, pp 97-115

Мальвина Войчик анализирует решение Европейского суда по правам человека по делу Перинчек против Швейцарии, в котором рассматривалось, противоречит ли криминализация отрицания геноцида армян праву на свободу слова, закрепленному в статье 10 ЕКПЧ.Она рассматривает приговор в свете ключевых аргументов в пользу особой правовой трактовки отрицания Холокоста и предполагает, что, подтвердив различное правовое рассмотрение отрицания Холокоста и отрицания других геноцидов, Страсбургский суд создал проблемную иерархию воспоминаний.

1. Введение | Выбор общества: принятие социальных и этических решений в биомедицине

Типы социальных и этических проблем, которые возникают в результате этих разработок, включают доступность и стоимость новых продуктов на основе ДНК, задержку или сокращение количества публикаций академических исследований из-за соображений коммерческой прибыли, «конвейерную передачу» информации или изобретений в предпочтительные компаний, отвлечение преподавателей от других университетских обязанностей, таких как преподавание, отсрочка получения пользы для общества и смещение фокуса исследовательских программ с целью оптимизации прибыльности, а не научного прогресса.Последствия для университета взаимоотношений между университетами и промышленностью в области биотехнологии были подробно исследованы Блюменталем и его коллегами (1986). Эти вопросы демонстрируют, как социальные изменения могут иметь этические последствия. Эти вопросы привлекли общественное внимание и будут делать это все чаще из-за обеспокоенности общественности тем, что ученые сохраняют свою честность и целостность (чтобы инновации могли быть надежно полезными), их открытость и сотрудничество (чтобы биомедицинская наука могла развиваться как можно быстрее). как можно быстрее), и их приверженность общественным, а не личным выгодам (чтобы все извлекли пользу из исследований, поддерживаемых государством).

ССЫЛКИ

Американская ассоциация больниц. 1973. Заявление о Билле о правах пациента. Журнал Американской медицинской ассоциации 47:41.

Андерсон, С. 1993. Скриппса отступит на спорной сделки Sandoz. Наука 260: 1872-1873.


Бичер, H.K. 1966. Этика и клинические исследования. Медицинский журнал Новой Англии 274: 1354-1360.

Бернар, К.1865. Введение в изучение экспериментальной медицины . Нью-Йорк: Абеляр-Шуман.

Блюменталь, Д., Глюк, М., Луис, К.С., Стото, М.А., и Уайз, Д. 1986. Отношения между университетом и промышленностью в области биотехнологии: значение для университета. Наука 232: 1361-1366.

Brock, D.W. 1991. Идея совместного принятия решений врачами и пациентами. Журнал этического института Кеннеди 1 (1): 28-47.

Браун, G.E., мл. 1993. Мать необходимости: технологическая политика и социальное равенство. Презентация на Коллоквиуме по политике в области науки и технологий Американской ассоциации развития науки (AAAS). 16 апреля, Вашингтон, округ Колумбия, Крузан против директора, Департамент здравоохранения штата Миссури, , 110 S Ct. 2841 (1990).


Faden, R.R., and Beauchamp, T.L. 1986. История и теория информированного согласия . Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

Флетчер, Дж. 1954. Мораль и медицина: моральные проблемы: право пациента знать правду, контрацепция, искусственное оплодотворение, стерилизация и эвтаназия . Princeton, NJ: Princeton University Press.


Институт медицины (IOM). 1990. Финансирование исследований в области медицинских наук: стратегия восстановления баланса . Вашингтон, округ Колумбия: National Academy Press, стр. 37.


Йонсен, А. 1993 г.Рождение биоэтики. Отчет центра Гастингса (специальное приложение) 23 (6): 1-15.


Левин, Р.Дж. 1986. Этика и правила клинических исследований . Нью-Хейвен, Коннектикут: Издательство Йельского университета.

Социальная справедливость и моральное воображение

Социальная справедливость и моральное воображение

Социальное образование 57 (6), 1993, стр. 333-336
1993 Национальный совет по социальным исследованиям

Роберт Крейг
В обществе, которое делает упор на автономию и индивидуальность, многие люди, включая сегодняшнюю молодежь, испытывают трудности с пониманием этических аспектов вопросов социальной справедливости (Bellah et al.1985). Развитие нравственного воображения приведет к более здоровому обществу, в котором может процветать социальная справедливость. Фактически, развитие и использование морального воображения является одним из основных компонентов, который помогает учащимся стать более восприимчивыми к вопросам социальной справедливости. Социальное действие начинается с человека, и мы можем научить социальной справедливости, поощряя наших учеников творчески погружаться в переживания и чувства, созданные социальной несправедливостью.
Мердок (1983, 89) утверждает, что, занимаясь этикой.… все, что можно сделать, — это обратиться к определенным областям опыта, указывая на определенные особенности и используя воображение, чтобы использовать подходящие метафоры и изобретать подходящие концепции, где это необходимо, чтобы сделать эти особенности видимыми.
По сути, Мердок предполагает, что человеческое воображение и моральное воображение пересекаются и взаимосвязаны, потому что моральное воображение является подпроцессом воображения. То есть моральное воображение использует определенные моральные и этические контексты для создания образных метафор и символов, которые помогают объяснить природу и реальность присущих им моральных дилемм и принципов.
Подобным образом Холл (1986, 51) включает моральное воображение как особый аспект воображения в целом. Он отмечает, что воображение — это совокупность человеческих навыков, которая позволяет людям «фантазировать и воображать развлекательные ситуации … так, чтобы в воображении связывать различные аспекты опыта». Рикер (1977) далее утверждает, что моральное воображение выполняет три функции: воображаемая реконструкция событий, ситуаций и переживаний; вывод моральных правил или принципов из воображаемых эпизодов; и использование метафор или символов для мотивации или стимулирования действий.

Студенты могут быть морально невосприимчивыми к вопросам социальной справедливости, потому что они не понимают разницы между прагматическим и моральным рассуждением. Например, многие общины по всей территории Соединенных Штатов ввели программы утилизации, основанные на прагматических, а не моральных соображениях, например, не хватает природных ресурсов, чтобы их обходить, или сообщество будет зарабатывать или экономить определенную сумму денег за счет утилизации.

Моральный аргумент в пользу утилизации, как и прагматический аргумент, также включает в себя последствия. Однако последствия морального, утилитарного аргумента подтверждают такие этические критерии, как содействие достижению величайшего счастья или величайшего блага. Или последствия повторного использования , а не могут быть использованы для доказательства того, что определенные моральные принципы, такие как «не причиняйте вреда другим» (Craig 1991), нарушаются.

Моральные аргументы не обязательно более веские, чем прагматические. Однако, используя чисто прагматические аргументы, студенты могут упустить возможность развить этическую чувствительность, потому что, если моральные проблемы сведены к прагматическим соображениям, они теряют свою моральную силу.Прагматический аргумент недостаточно описывает процесс, с помощью которого учащиеся могут стать морально чувствительными к аспектам социальной справедливости в различных моральных вопросах.

Например, кажется, что люди думают, что моральные решения — это личные решения. Рассмотрим вопрос о качественном образовании. Люди понимают, что отсутствие качественного образования повлияет на них и их детей; социальное измерение этой моральной проблемы становится, по сути, личной моральной проблемой. Когда я читал курс о смерти и умирании, мои студенты рассматривали моральные решения, такие как отказ от питания и гидратации, в свете страданий пациента или его семьи.

Взгляды студентов не предполагают, что такие решения не являются решающими моральными проблемами. Однако первоначальная моральная оценка студентов не учитывает социальное измерение медицины и моральные проблемы, присущие медицинской практике, такие как отношения врача и пациента и доверие, вытекающее из этого более широкого рассмотрения (Craig 1988). Например, когда сильные лоббистские группы, такие как Общество Болиголова, подтолкнули штат Калифорния к разработке законодательства о эвтаназии, большая часть риторики была сосредоточена на праве пациента на мирную смерть или на праве пациента положить конец страданиям и невыносимым страданиям своей болезни. или болезнь.Я не хочу преуменьшать этические трудности здесь. С другой стороны, социальные аспекты являются частью такого законодательства об эвтаназии, и студенты изначально совершенно не осознавали аргумент о скользкой дорожке: кто контролирует критерии того, что означает качество жизни? Включит ли это умственно отсталых? старший?

Приведу последний пример. Безработица влияет на людей и их семьи. Информация о статистике безработицы часто появляется в ночных выпусках новостей, что свидетельствует об огромных масштабах этой социальной проблемы.Однако безработица редко описывается в моральных терминах, несмотря на ее глубокое воздействие на самооценку и достоинство людей. Чтобы понять проблемы человеческого достоинства и ценности, необходимо отметить, что безработица — это серьезный моральный кризис.

Между личными убеждениями и общественным поведением определенно существует связь, иногда напряженная. Однако, столкнувшись с приведенными выше примерами, мои ученики показали полное отсутствие чувствительности к этим отношениям, указывая на то, что вопросы моральной и социальной справедливости, такие как переработка отходов, качественное образование, отказ от питания и гидратации умирающих пациентов, эвтаназия и безработица, стали частными. имеет значение.Развитие нравственного воображения учащихся поможет им осознать моральные аспекты проблем социальной справедливости и научиться реагировать на них, одновременно проливая свет на противоречие между личными убеждениями и общественным поведением.

Моральное воображение и сегодняшняя молодежь
Моральный опыт напрямую связан с нравственным воспитанием. То есть, если учащиеся не имеют опыта социальной аморальности (или того, что называется структурным или институциональным злом), они не могут понять, что важные социальные проблемы имеют моральное измерение.Следовательно, простого абстрактного представления социальной несправедливости недостаточно.

На своих уроках я прошу студентов написать личную историю, в центре которой находится конфликт ценностей или морали — ситуация из реальной жизни, в которой их ценности или моральные принципы были скомпрометированы. Учащиеся делятся своими историями как средство различения различных процессов, присущих функционированию морального воображения, и как средство обсуждения проблем моральной и социальной справедливости. Далее следует рассказ старшеклассника о социальной несправедливости.

История Джейн
Всю жизнь меня сравнивали с братом, который на два года старше. Билл получает эти оценки; Билл — капитан этой команды; Билл популярен; Билл находится в студенческом сенате; и т.д. Никто никогда не говорил точно: «Почему ты не такой, как Билл?» но я знал, что в этом проблема.
Всякий раз, когда Билл представлял меня своим друзьям, он называл меня своей «младшей сестрой». Я помню, как росла, и мне не разрешали играть в определенные игры, например лазить по деревьям или заниматься спортом, потому что я девочка.
Всякий раз, когда приходили родственники (или вообще кто-нибудь), от меня требовалось помочь с едой, накрыть стол, мыть посуду и т. Д. Билла даже не нужно было присутствовать — после того, как, конечно, все признали все хорошее вещи, которыми он был увлечен.
Я никогда не хотел быть Биллом, или даже быть похожим на Билла. Все, чего я хотел, это чтобы меня любили и ценили, потому что я — это я. Даже сегодня на собраниях клуба они просят меня или какую-нибудь другую девушку приготовить кофе, принести кока-колу и чипсы и т.д.Полагаю, это не лучший способ бороться с сексизмом.
Тем не менее, я постоянно чувствую себя подавленным. Мои родители накопили достаточно денег, чтобы дать Биллу возможность закончить колледж (плюс стипендии, которые он получит). Мне сказали, что я буду работать до конца колледжа, хотя я могу остаться дома бесплатно. Разве это не хорошо ??? Теперь я понимаю, что эти сравнения и отношение сохраняются моими родителями и даже школой, которую я посещаю. Учитель-мужчина, который руководит клубом, к которому я принадлежу, ничего не сделал с сексизмом, кроме как сказал: «Решите это между собой.»Мы (девочки) не в силах сделать это. И учитель должен это знать.
Я чувствую хорошо в том, что я женщина, но я думаю, что социальные ценности и структуры должны измениться, прежде чем я или любая другая женщина, могу начать ценить себя как себя.

Анализ
Нравственная чуткость и чувствительность развиваются в первую очередь, хотя и не исключительно, благодаря функционированию морального воображения. Как упоминалось ранее, Рикер (1977) утверждает, что в использовании морального воображения задействованы три функции, одна из которых состоит в том, чтобы реконструировать, среди прочего, события, ситуации или вовлеченных людей. В приведенной выше истории Джейн образно воссоздает опыт сравнения со своим братом. Она отмечает, что другие отмечали популярность Билла, его спортивные и лидерские способности и так далее. Она также образно реконструирует ситуации, в которых она была представлена ​​как «младшая сестра Билла» и в которых она ощущала гендерное неравенство.

Вторая функция морального воображения, согласно Рикёру (1977), состоит в том, чтобы в воображении извлекать моральные принципы из конкретных ситуаций (в отличие от навязывания моральных принципов ситуациям, что является аспектом дедуктивной логики [Kelly 1990]).Хотя Джейн не формулирует моральные принципы таким образом, она говорит, что открывает деонтологические принципы посредством воображаемой реконструкции своего опыта. Кант (1959) определяет одну такую ​​деонтологическую позицию, отмечая, что, когда с людьми обращаются как с средством для достижения других целей, такое обращение аморально. Джейн предлагает эту позицию, когда выражает свое желание «быть любимым и ценным, потому что я есть я». Приведенные ею примеры подавления родителей и учителей также демонстрируют моральное воображение, борющееся с несправедливостью.Таким образом, моральные принципы находятся глубоко в образной реконструкции Джейн ее опыта сексизма. Они не навязываются ситуации извне.

Во время обсуждения в классе я помогаю студентам установить связь между их языком и конкретными моральными принципами, категориями и правилами. Джейн не вызвала автоматически кантианский моральный принцип уважения к людям, исходя из своего опыта оскорбления своих чувств; Мне нужно было облегчить обсуждение, в котором Джейн подробно рассказала о связи между ее обиженными чувствами и сексизмом.Хотя моральный принцип подразумевается в ее рассказе, я задавал вопросы, чтобы прояснить этот принцип: каково это — быть подавленным? Не могли бы вы более конкретно объяснить, почему вы думаете, что это чувство связано с несправедливым обращением? Почему вы указываете, что несправедливое обращение является повсеместным и закрепляется социальными институтами, такими как семья и школа? Не могли бы вы рассказать больше о том, почему вы считаете, что социальные ценности и структуры должны измениться? Эти вопросы помогают студентам развить понимание морального воображения и взаимосвязи между событиями, чувствами и социальной несправедливостью.

Последняя функция морального воображения, о котором упоминает Рикер (1977), — это моральная сила символов и метафор. Это символ сексизма, который приводит Джейн к действию. Ссылка на сексизм символична, потому что это продукт воображения Джейн. Именно благодаря символической ссылке Джейн чувствует себя достаточно сильно, чтобы «чувствовать себя хорошо из-за того, что она женщина».

Несмотря на то, что она выражает чувство бессилия («Мы … не в силах сделать это. И учитель должен это знать»), Джейн также отмечает, что сексизм связан с социальными структурами, которые «должны измениться раньше меня… могу начать ценить себя как себя «. Она еще не предприняла никаких шагов к этой цели и не дала никаких рекомендаций о том, как она могла бы ее достичь. Однако с его уничижительным подтекстом и участием личных чувств, символ сексизма заставил Джейн больше, чем просто осознать существование этой социальной несправедливости. Этот символ также начинает вести к действию, а именно к признанию того, что социальные структуры должны измениться. Джейн признает, что отказ сварить кофе и называть мальчиков по именам «не означает лучший способ бороться с сексизмом.»Следующим шагом, таким образом, будет направление ее разума и воображения к конструктивным способам реагирования на структурные и институциональные аспекты сексизма».

История Джейн иллюстрирует силу морального воображения в действии. Использование Джейн воображения для воссоздания опыта сексизма приводит к артикуляции моральной позиции (посредством воображения и чувств). Сила символа сексизма затем приводит Джейн к повышенной моральной чувствительности и чувствительности, что ведет к действию и заключает в себе потенциал для дальнейших (возможно, более подходящих) действий при правильном указании.

Моральные проблемы в рамках социальной справедливости: предоставление конкретного опыта
Типы переживаний, связанных с проблемами социальной морали, ограничиваются только воображением учителей, студентов, консультантов, администраторов, лидеров сообщества и родителей. Социальные моральные проблемы должны иметь отношение к реальному миру и опыту ребенка или подростка. Большая часть этого опыта не обязательно происходит в школе.

Учащимся необходимо встречаться и общаться с людьми, принадлежащими к другим расам, религиям и социально-экономическим группам.Социализация и игра становятся естественным средством улучшения понимания и принятия. Однажды я вместо меня преподавал музыку в 5 классе. Поскольку мой голос и способность к пению оставляют желать лучшего, я попросила некоторых детей научить нас этническим песням. Я не мог не заметить белые, черные и коричневые руки, которые держали листы песен друг за друга, улыбаются и смеются друг с другом и наслаждаются разнообразием. В другом случае я преподавал в художественном классе, что опять-таки не было моей сильной стороной, и попросил одного ребенка предложить художественный проект, связанный с чем-то ценным в его культуре или с пониманием себя.Воображение студентов подсказывало использование материалов, которые делали художественные проекты более актуальными, чем мой ограниченный опыт и способности. Дело в том, что мы связали проекты с социальной, моральной ситуацией, конфликтом или областью, требующей глубокого понимания.

Связывая школьные задания детей с конфликтами и проблемами в их жизни и в школе, я смогла использовать эти задания в качестве основы для обсуждения вопросов моральной и социальной справедливости. Например, одна девочка из моего класса принесла мертвую птицу и спросила, почему она должна умереть.Вместо того чтобы пытаться ответить, я попросил детей принести в класс картинки из газет или журналов, на которых изображены мертвые животные. Затем мы обсудили моральные вопросы, связанные с обращением с животными. Меня поразила способность детей рассказывать, почему жестокое обращение с животными является моральной проблемой. Их моральная чувствительность, казалось, усилилась от этого занятия.

Я узнал, что дети могут относиться к разнообразию и моральным проблемам, когда они появляются в социальных контекстах, более честно и охотно, чем взрослые, которые, в конце концов, приходят к своему опыту, вооруженные всевозможными социальными и расовыми предубеждениями и багажом. Мне кажется, что такой опыт может помочь детям избежать всех видов негативных стереотипов по мере их роста и развития. Я бы сказал, что нам нужно сначала противостоять социальным и моральным ситуациям посредством воображения.

Поездки на места — посещение больниц, участие в решении экологических проблем и доставка продуктов питания в продовольственные банки — могут быть эффективным средством содействия социально-нравственному развитию детей и подростков. Если мы защитим детей и подростков от реального мира бедности, болезней и отчуждения, они никогда не получат опыта, необходимого для развития социального и нравственного воображения.

Учителям необходимо направлять учащихся в открытии вопросов социальной справедливости, которые могут возникнуть в ходе конкретной производственной поездки. Например, посещение дома престарелых может вызвать всевозможные вопросы, как моральные, так и неморальные. Учителя могут попросить своих учеников записать любые вопросы, которые у них есть (от стоимости дома престарелых до конкретного лечения жителей), и поместить их в классную «коробку для вопросов». Студенты могли исследовать и размышлять над вопросами, на которые у учителя не было ответа, особенно тех, которые касались вопросов моральной и социальной справедливости.

Симуляторы и социальная справедливость
Еще один способ помочь ученикам стать более восприимчивыми к вопросам моральной и социальной справедливости — это игры-симуляторы. Поскольку дети развивают навыки воображения через игру, игры-симуляторы являются мощным источником развития морального воображения, если учитель правильно направляет и направляет их.

Как отмечает Пиаже (1965), детские игры являются важной структурой для нравственного обучения и развития. Фактически, Пиаже (1965) предполагает, что дети рассматривают моральные правила и обязательства с любой из двух возможных точек зрения, в зависимости от того, как они отвечают на вопросы о правилах конкретной игры.Маленькие дети видят необходимость правил, основываясь на модели власти. На вопрос: «Почему вы так играете?» они могут ответить: «Потому что такой-то игрок так делает». По мере взросления дети переходят от этой «морали принуждения», как ее называет Пиаже (1965), к «морали сотрудничества». На вопрос о необходимости определенных правил ребенок может ответить: «Потому что, если мы не будем следовать этим правилам, мы не сможем играть в игру». Другими словами, они начинают видеть в правилах договор или соглашение о сотрудничестве, необходимое для игры.

Точно так же игры обычно требуют использования воображения; игры, связанные с вопросами социальной справедливости, требуют использования морального воображения. Ролевая игра, например, может позволить учащимся творчески войти в мир угнетенных. За такой ролевой игрой может последовать диалог о том, какие правила, по мнению студентов, являются частью угнетения, то есть какие социальные правила продолжают усиливать формы угнетения. Как следование таким правилам заставляет людей думать о себе? Какие институциональные или социальные изменения в правилах могут потребоваться, чтобы начать устранять угнетение? Обратите внимание, что использование морального воображения играет важную роль в развитии моральной чувствительности и чувствительности. То есть моральное воображение — это средство, которое студенты используют, чтобы войти в мир и испытать угнетение в его различных формах.

Мы не можем развить моральное воображение с помощью простого теоретического обсуждения бедности или угнетения. Однако рассмотрение некоторых аспектов социальной несправедливости позволяет студентам иметь сильную творческую связь с несправедливостью. Существует связь между отношением к социальной справедливости и образом жизни. Символические жесты — например, пропуск одного приема пищи в неделю или отказ от еды между приемами пищи два дня в неделю — позволяют студентам творчески соотносить свой образ жизни с образами жизни других.Когда учащиеся совершают такой символический жест, они добровольно принимают какой-то аспект или степень зла, хотя и в незначительной степени.

Заключение
Кольберг (1982) отметил, что развитие эмпатии является непременным условием нравственного роста. Точно так же Холл (1986) предположил, что широкий спектр навыков межличностного общения является необходимым, хотя и недостаточным, условием для нравственных действий. Различные действия и процессы, ведущие к развитию и функционированию морального воображения, помогают развить навыки межличностного общения, моральную чувствительность и чувствительность, которые, как мы надеемся, приводят к действию.

Кто-то может возразить, что отказ от картофельных чипсов и безалкогольных напитков два раза в неделю минимален по сравнению с укоренением институционального или структурного зла. Конечно, но не в этом суть. Поскольку мы живем в ориентированном на потребителя, крайне расточительном обществе, изменения произойдут только в том случае, если изменятся обязательства и приоритеты людей. То есть изменение произойдет только в том случае, если мы изменим наше отношение и поведение в отношении социальной несправедливости.

Настоящее, ценное и прочное нравственное обучение происходит благодаря использованию морального воображения.Развитие нравственной восприимчивости и чувствительности является необходимым, но не достаточным условием для таких социальных изменений. Таким образом, развитие и использование морального воображения является одним из основных компонентов, помогающих нашим ученикам стать чувствительными к социальной несправедливости. Чтобы признать, что конкретный поступок прочно укоренился в социальной структуре, требуется моральная чувствительность и чувствительность. Именно из этого роста корни и прорастают приверженность и нравственные действия.

Ссылки
Белла, Роберт, Ричард Мэдсен, Уильям М.Салливан, Энн Свидлер и Стивен М. Типтон. Привычки сердца: индивидуализм и приверженность в американской жизни . Беркли: Калифорнийский университет Press, 1985. Крейг, Роберт. «Развитие нравственного воображения». Иллинойс Школа Исследования и Развития 27 (Весна 1991): 122-26 ._____. «Этические вопросы смерти и умирания». Ценности и этика 3 (зима 1988 г.): 3-4. Холл, Брайан. Эффект Бытия: личные и организационные преобразования . Нью-Йорк: Paulist Press, 1986.Мердок, Ирис. «Кандричная этика». В редакции : изменение взглядов в моральной философии , под редакцией Стэнли Хауэрваса и Аласдера Макинтайра. Нотр-Дам, штат Индиана: University of Notre Dame Press, 1983. Кант, Иммануэль. Основы метафизики морали . Индианаполис: Боббс-Меррилл, 1959 г., Келли, Дэвид. Искусство рассуждать . Нью-Йорк: В. В. Нортон, 1990. Кольберг, Лоуренс. Очерки нравственного развития . 2 тт. Сан-Франциско: Харпер и Роу, 1982.Пиаже, Жан. Моральное суждение о ребенке . Гленко, штат Иллинойс: The Free Press, 1965. Рикуер, Пол. Правило метафоры: мультидисциплинарные исследования в создании смысла в языке . Торонто: University of Toronto Press, 1977. Дополнительные источники
Коулз, Роберт. Зов историй: обучение и нравственное воображение . Бостон: Houghton Mifflin, 1989. Крейг, Роберт. «Этика и лидерство в образовании». Техасский журнал исследований среднего образования 46 (весна 1989 г.): 20-24.Хауэрвас, Стэнли. Правда и трагедия . Нотр-Дам, штат Индиана: University of Notre Dame Press, 1977. Роберт Крейг — доцент кафедры лидерства в образовании и культурных исследований Хьюстонского университета в Хьюстоне, штат Техас, 77204-5874.

© Copyright © Copyright © 2012 | КАМНИ

Предлагаемые уровни предметов: 11 и 12

Тема: История
Рекомендуемый учебный план Онтарио:
  • Сообщества: местные, национальные и глобальные

    Объясните, как разные люди и сообщества в Канаде стремятся реализовать свои амбиции и выразить свою идентичность.
    Оценить важность для канадского общества культурной мозаики и права на индивидуальное самовыражение, что отражено в государственной политике и общественном мнении (например, изменения в Индийском законе, мультикультурная политика, законодательство о преступлениях на почве ненависти, религиозная терпимость, права лиц, ведущих альтернативный образ жизни

Тема: Ориентиры исторического мышления
Содержание: Моральное измерение истории
Рабочее определение:

Историческая перспектива требует, чтобы мы понимали различия между нашей моральной вселенной и вселенной прошлых обществ. Мы не хотим навязывать прошлому свои анахроничные стандарты.

Цели (задачи и результаты):

От учащихся следует ожидать, что они узнают что-то из прошлого, что поможет им противостоять моральным вопросам в современных контекстах и ​​критически их исследовать.

Цели (показатели эффективности и поведения):

Студенты должны уметь судить о действиях людей в прошлом. Это включает, во-первых, признание исторического контекста, в котором они действовали, с тем чтобы современные нормы и моральные концепции не навязывались анахронично прошлому.

Материалы (средства / AV / технологии):

Компьютеры с доступом в Интернет

Вступительное задание (основное событие):

Вопросы для обсуждения, независимо от того, подходят ли они для всего класса или разделены между меньшими группами, могут помочь учащимся сосредоточить свое мышление на вопросах, связанных с рассмотрением моральных аспектов исторического мышления.

Концентрация, наводящие вопросы для обсуждения могут включать:

  1. Делали ли вы когда-нибудь в своей личной жизни что-нибудь достойное сожаления?
  2. Возможно, кто-то в вашей жизни оказал вам большую услугу, и вы позже почувствовали ответственность, или что вы были должны ему или ей что-то взамен?
  3. Может ли такое чувство благодарности или долга когда-либо передаваться от одного поколения к другому, от ваших предков или ваших детей?
  4. Может ли группа или правительство быть в долгу перед кем-то за дела, совершенные в прошлом?
Разработка (моделирование / объяснение / демонстрация):

Выбирайте, учитывая контекст происхождения и интересов учащихся, а также конкретное сообщество, в котором расположена школа, вопросы, которые побудят задуматься о моральных аспектах прошлых событий.

Например, в контексте Канады, учитель может сосредоточить развитие мышления учащихся вокруг ключевого вопроса, такого как: «В каком долгу, если таковой имеется, канадцы, такие как вы и я, должны перед теми, кто в прошлом были жертвами несправедливости. ? Что думало правительство, когда оно дискриминировало китайских канадцев? Как должно правительство реагировать на требования о возмещении налога на голову или Закона об исключении китайцев? »

Затем учащихся можно разделить на группы и попросить обсудить, принимая различные точки зрения на вопросы (в данном случае, точка зрения канадца Китая, уплачивающего налог на душу населения, или государственного служащего, собирающего налог).

Последующие действия:
Практика (управляемая / контролируемая деятельность):

Учащегося можно попросить, возможно, в сотрудничестве с учителем английского языка или драмы в школе, написать короткий сценарий или сценарий, в котором обсуждаются или обсуждаются моральные аспекты основного вопроса. Сценарий также может быть связан с современными моральными дебатами в новостях.

Студентов можно попросить, индивидуально или с партнером, высказать свое мнение по одному из следующих вопросов и представить ответ.Предлагаемые форматы включают эссе, произведение изобразительного искусства или выступление.
Провокационные подсказки могут включать:

  1. Мы не хотим навязывать наши собственные анахроничные стандарты прошлому
  2. Историки пытаются воздержаться от предположений о моральных позициях, но значимые истории часто включают моральные суждения.
  3. То, что мы узнаем в истории, не имеет морального значения для настоящего, потому что контекст и общество иначе.
Независимая практика (отношение к исследованиям социальной истории STONES):

Студентов можно попросить прочитать текст о сообществе геев и лесбиянок в Кингстоне.Совершите экскурсию онлайн или, если возможно, лично. Возможна классная поездка на сайты. Образец рубрики, который должен быть изменен учителем, находится в папке под названием «Рубрика изучения исторической перспективы».

Студентов следует попросить записывать, по мере их появления, мысли или чувства, вызванные текстом экскурсии или сайтами. Они могут попытаться сочувственно рассмотреть контекст. Как этот опыт соотносится с нынешним миром и современными проблемами общества?

Студентов можно попросить сформировать группы и обсудить свои мысли относительно сообщества геев и лесбиянок и справедливо ли к нему относились уже оседлые канадцы в контексте, рассматриваемом в тексте (конец 1880-х — начало 1900-х годов)?

Студенты должны выбрать событие с особенно сильным моральным значением и объяснить его резонанс в более широком контексте времени, поддерживая свои утверждения об исторической информации, собранной с сайта STONES, включая изображения и текст.

Можно создать плакат, чтобы передать позицию. Их можно выставить в классе или в коридорах школы.

Размещение (дифференцированное обучение)

Студентам может быть предоставлено дополнительное время.

Проверка на постоянное понимание (формирующая оценка / возможности обратной связи)

Учащиеся могут записывать в журнал, следя за каждым видом деятельности в рамках единиц обучения, рефлексивную запись, учитывая их текущее понимание эталона исторического мышления, а также его значение для активного, основанного на участии гражданства в современных условиях.

Учителя могут воспользоваться возможностью прочитать эти журналы и настроить уроки / курс обучения в соответствии с темпом, проблемами и вопросами, поднятыми в записях.

Журналами для учащихся и учителей можно делиться в онлайн-пространстве с помощью инструмента для ведения блога, такого как blogger.com

Закрытие (завершающие мероприятия):

Используя образец рабочего листа, находящегося в папке, под названием «Моральные аспекты деятельности», ученики могут продолжить концентрироваться на одном событии или человеке, имеющем отношение к социальной истории геев и лесбиянок, и рассматривать его в связи с современными социальными проблемами.

ресурсов

Исторические перспективы.docx
Таблица деятельности морального измерения.docx

Французские ресурсы

Fiche d’exercice sur la sizes morale.doc
Perspectives Historiques.doc

Моральный облик | Интернет-энциклопедия философии

В основе одного из основных подходов к этике — подхода, который насчитывается среди его сторонников — Платон, Аристотель, Августин и Аквинский — лежит убеждение, что этика фундаментально связана с тем, что за люди мы.Например, многие диалоги Платона сосредотачиваются на том, какими людьми мы должны быть, и начинаются с изучения конкретных добродетелей:

Какова природа правосудия? ( Республика )
В чем природа благочестия? ( Euthyphro )
Какова природа воздержания? ( Charmides )
Какова природа храбрости? ( Laches )

Если исходить из предположения, что человек определяется его характером, связь между моральным характером и добродетелью очевидна.Мы можем думать о моральном облике человека как о прежде всего зависимости от того, есть ли у него различные моральные добродетели и пороки.

Добродетели и пороки, составляющие моральный облик человека, обычно понимаются как склонность к определенному поведению в определенных обстоятельствах. Например, честный человек склонен говорить правду, когда его просят. Эти диспозиции обычно считаются относительно стабильными и долгосрочными. Кроме того, они обычно считаются надежными, то есть совместимыми в широком спектре условий.Например, мы вряд ли подумаем, что человек, который говорит правду своим друзьям, но постоянно лжет своим родителям и учителям, обладает добродетелью честности.

Моральный характер, как и большинство вопросов моральной психологии, находится на пересечении проблем нормативной этики и эмпирической психологии. Это говорит о том, что, возможно, существует два общих подхода, которые можно использовать при выяснении природы морального облика. Можно подойти к моральному качеству прежде всего, сосредоточив внимание на стандартах, установленных нормативной этикой; не имеет значения, могут ли люди соответствовать этим стандартам или живут ли они.В качестве альтернативы можно подходить к моральному характеру, руководствуясь принципом, что нормативная этика должна ограничиваться психологией. При этом втором подходе нормативное / описательное различие не исчезает; вместо этого просто теория морального характера должна быть надлежащим образом ограничена тем, что социальная психология утверждает, что моральные агенты на самом деле похожи. Более того, именно потому, что добродетельные подходы делают характер и его компоненты центральными для этического теоретизирования, кажется целесообразным, чтобы такие подходы серьезно относились к психологическим данным о характере и его компонентах.Это стремление к психологически чувствительной этике отчасти объясняет недавнее возрождение этики добродетели, но также ведет к многочисленным вызовам в отношении идеи, что агенты обладают сильными моральными качествами.

Содержание

  1. 1. Моральный характер, этика и теория добродетели
    1. а. Характер и три основных подхода к этике
    2. г. Моральный и неморальный характер
    3. г. Моральная ответственность
  2. 2. Традиционный взгляд на нравственность
    1. а.Диспозиции в целом
    2. г. Добродетели и пороки как склонности
      1. и. Относительно стабильный, фиксированный и надежный
      2. ii. Распоряжения действия и аффекта
      3. iii. Рационально информированный
    3. г. Три центральные особенности
      1. и. Заявление об устойчивости
      2. ii. Заявление о стабильности
      3. iii. Заявление о целостности
  3. 3. Вызов нравственности
    1. а. Ситуационизм
    2. г.Моральная удача
    3. г. Невозможность нести ответственность за свой характер
    4. г. Отзывы
  4. 4. Заключение
  5. 5. Ссылки и дополнительная литература
    1. а. Характер и добродетель
    2. г. Диспозиции
    3. г. Проблемы традиционного взгляда

1. Моральный характер, этика и теория добродетели

Этимологически термин «персонаж» происходит от древнегреческого термина charaktêr , который первоначально относился к знаку, нанесенному на монету.Термин charaktêr позже стал относиться в более общем смысле к любому отличительному признаку, по которому одна вещь отличается от других. В соответствии с этой общей линией в современном употреблении термин «характер» часто относится к набору качеств или характеристик, которые могут использоваться для различения людей. Это часто используется, например, в литературе. В философии, однако, термин «характер» обычно используется для обозначения особенно морального аспекта личности. Например, Аристотель чаще всего использовал термин ēthē для обозначения характера, который этимологически связан с «этикой» и «моралью» (через латинский эквивалент нравов ).

Обсуждение Аристотелем моральных качеств и, в частности, добродетели является наиболее влиятельной трактовкой таких вопросов. По этой причине его обсуждение будет использовано в качестве отправной точки. Греческое слово, используемое Аристотелем и чаще всего переводимое как добродетель, — aretē , что, возможно, лучше переводить как «добродетель» или «совершенство». В общем, совершенство — это качество, которое делает человека хорошим представителем своего вида. Например, если топор рубит дерево, то это превосходство.Таким образом, совершенство — это свойство, при котором его владелец хорошо действует или выполняет свою функцию. В том же духе полезно думать о достоинствах как об определяющих чертах характера. Аристотель, например, иногда говорит о хороших моральных качествах как о «человеческом превосходстве» или «превосходстве души» ( Nicomachean Ethics I.13). Идея здесь такая же, как и с топором — наличие хороших моральных качеств помогает его обладательнице действовать хорошо и реализовывать свой потенциал, тем самым раскрывая свою природу.

В Никомахова этика Книга II Аристотель выделяет два вида достоинств или добродетелей: превосходство интеллекта и превосходство характера (хотя, как мы увидим ниже, он не думает, что эти два качества полностью отделимы). Превосходство мысли включает в себя эпистемические или интеллектуальные достоинства, такие как технические знания и практическая мудрость. Последняя из них, практическая мудрость, особенно важна и будет более подробно рассмотрена ниже, поскольку она связана с достоинствами характера.Учитывая их связь с интеллектом, неудивительно, что он считал, что эти качества развиваются через наставления и обучение.

Фраза Аристотеля о достоинствах характера: ēthikē aretē , буквально «добродетель характера» и иногда переводится как «моральная добродетель». Как более подробно обсуждается ниже, достоинства характера — это склонность действовать и чувствовать определенным образом. Известно, что Аристотель считал нравственные наклонности добродетельными, когда они находились в должной пропорции, что он описал как среднее между двумя крайностями:

Таким образом, совершенство [характера] — это предрасположенность, проявляющаяся в решениях, зависящих от промежуточности того или иного рода по отношению к нам, которая определяется рациональным предписанием и способом, которым мудрый человек определил бы это.И это промежуточное звено между двумя плохими состояниями, одно связано с избытком, а другое — с недостатком; а также потому, что один набор плохих состояний неполноценен, а другой чрезмерен по отношению к тому, что требуется как в привязанностях, так и в действиях, в то время как совершенство находит и выбирает промежуточные. ( Никомахова этика II.7).

Например, смелый человек — это тот, кто склонен испытывать не больше и не меньше страха, чем того требует ситуация.Более того, поскольку к достоинствам характера относятся эмоции и чувства человека, а не только его действия, существует различие между добродетельным поступком и добродетельным поступком. Простого совершения правильных действий недостаточно для достижения моральных качеств. Человек также должен быть подходящим человеком или иметь правильный характер.

Тема морального характера относится к теории добродетели в более общем смысле, которая представляет собой философское исследование понятий, связанных с добродетелями.Роджер Крисп различает этику добродетели и теорию добродетели следующим образом: «Теория добродетели — это область исследования, связанная с добродетелями в целом; Этика добродетели более узкая и предписывающая и состоит в первую очередь в отстаивании добродетелей »(Crisp 1998, 5). Этика добродетели — это подвид теории добродетели, поскольку первая пытается основать этику на оценке добродетели.

а. Характер и три основных подхода к этике

Принято различать три основных подхода к нормативной этике: консеквенциализм, деонтология и этика добродетели.В основе консеквенциалистских теорий лежит идея о том, что именно моральное действие приводит к наилучшим последствиям. Согласно деонтологическим теориям, мораль — это прежде всего функция обязанностей или обязательств, независимо от последствий действий в соответствии с этими обязанностями. Обе эти группы теорий обычно называют этикой правил. Напротив, теории добродетели придают первостепенное значение не правилам, а определенным привычкам характера, таким как добродетель смелости или порок жадности.Это описание этих трех подходов является чрезмерным упрощением. Например, этические труды Иммануила Канта часто воспринимаются как воплощение деонтологии, но его Лекций по этике и вторая часть Метафизика морали сосредоточены в основном на добродетели. Тем не менее, даже это краткое обсуждение показывает, как моральные качества играют особенно важную роль в этике добродетели, даже если они могут также играть аналогичную роль в других подходах к нормативной этике.

Большинство древних философов были в той или иной степени теоретиками добродетели. Этика добродетели часто подвергалась критике в современный период, но в последние годы пережила возрождение. У этого недавнего возрождения этики добродетели и теории добродетели в целом много источников. Двумя наиболее известными из них являются «Современная моральная философия» Дж. Э. М. Анскомба (1958) и Джона Ролза A Theory of Justice (1971). В своей статье Анскомб критикует деонтологические и консеквенциалистские подходы к этике за неправильное сосредоточение внимания на юридических понятиях обязательств и правил.Она предполагает, что этика выиграет от адекватной философии психологии. Согласно Анскомбу, только возврат к добродетельному подходу к этике и понятиям человеческого процветания и благополучия сможет обеспечить процветание этики в будущем. Менее влиятельный Ролз. Хотя основная цель A Theory of Justice не является этикой добродетели, обсуждение Ролза хорошего гражданина отводит важное место добродетели и моральному качеству в части III: «Представитель хорошо организованного общества обнаружит, что он хочет другие — обладать основными добродетелями, в частности, чувством справедливости »(Rawls 1971, 436).

г. Моральный и неморальный характер

У людей есть все черты характера: физические, психологические, социальные. Не все эти качества носят сугубо моральный характер, хотя они могут повлиять на моральный облик человека. Психолог Лоуренс Первин определяет черту личности как «склонность к поведению, выражающуюся в последовательных моделях функционирования в различных ситуациях» (Первин 1994, 108). Но даже среди таких черт некоторые не кажутся морально значимыми.Например, склонность Холли пить кофе вместо чая или ее склонность заниматься бегом, а не йогой, в большинстве случаев не будут иметь морального значения. Таким образом, нам нужен способ отличать те черты, которые морально значимы, от тех, которые не актуальны, особенно потому, что философы и психологи склонны использовать термин «черта характера» несколько иначе. И все же различия имеют решающее значение. Философы обычно думают, что моральные черты характера, в отличие от других личностных или психологических черт, имеют неизмеримо оценочное измерение; то есть они предполагают нормативное суждение.Оценочный аспект напрямую связан с идеей о том, что агент несет моральную ответственность за наличие самой черты или за ее результат. Таким образом, специфически моральная черта характера — это черта характера, за которую агент несет моральную ответственность.

г. Моральная ответственность

Согласно широко распространенному подходу к моральной ответственности, быть морально ответственным должно соответствовать реактивному отношению . По словам Питера Стросона, чья работа о моральной ответственности имела широкое влияние, реактивное отношение «по сути является естественной реакцией человека на добрую или злобную волю или безразличие других по отношению к нам, что отражено в их отношении и действиях » (П.Strawson 1997, 127). Это реактивное отношение может быть либо положительным (как в случаях моральной похвалы, благодарности, уважения, любви), либо отрицательным (как в случаях моральной вины, негодования, возмущения). Другими словами, человек несет моральную ответственность за выполнение какого-либо действия X только в том случае, если этот человек является подходящим получателем похвалы (или благодарности и т. Д.) Или порицания (или возмущения и т. Д.). В таком случае человек мог нести ответственность за какое-то действие, даже если на самом деле никто другой не считал его ответственным.Человек может заслуживать негодования, например, за выполнение какого-либо действия, даже если на самом деле никто не обижается на него за это действие.

Большая часть работ по моральной ответственности сосредоточена на ответственности агента за свои действия. Однако такое понимание моральной ответственности может быть расширено за пределы действий, включая также черты характера. Рассмотрим случай Честера. У Честера очень сильное желание приставать к маленьким детям. Если бы он думал, что ему это сойдет с рук, он бы похитил и приставал к детям, играющим на детской площадке рядом с его домом.Но Честер очень боится, что его поймают, так как через дорогу от детской площадки находится полицейский участок. Из-за своего страха Честер фактически никогда не приставал к детям и, следовательно, не заслуживает ни вины, ни наказания за свое поведение в этом отношении. Несмотря на этот факт, с Честером все еще что-то не в порядке с моральной точки зрения; он заслуживает вины за то, что он тот человек, который хочет, чтобы приставал к детям, и сделал бы это, если бы ему это сошло с рук.

Наконец, можно задать два связанных набора вопросов об ответственности.Первый набор вопросов касается общих условий, которые должны быть соблюдены, чтобы агент нести моральную ответственность. К таким вопросам относятся:

  • Какой контроль над своими действиями необходим агенту для моральной ответственности?
  • Какое эпистемологическое условие должно быть выполнено, чтобы агент понес моральную ответственность?
  • Должно ли действие вытекать из моральных качеств агента, чтобы он за него отвечал?

Второй тип вопросов пытается выяснить, какие кандидаты подпадают под условия моральной ответственности, другими словами, удовлетворяет ли конкретный человек этим условиям.Далее предполагается, что морально ответственными агентами являются только лица. Однако из того факта, что человек является морально ответственным агентом, не следует, что он несет моральную ответственность за все свои действия и черты характера.

2. Традиционный взгляд на моральный облик

Предыдущий раздел помог различить моральные и неморальные черты характера через их взаимосвязь с моральной ответственностью. Короче говоря, моральные черты характера — это те черты, в отношении которых обладатель является надлежащим получателем реактивного отношения.Однако мало что было сказано о природе моральных качеств. В данном разделе исследуется природа наиболее распространенного понимания черт морального характера, которое я назову «Традиционный взгляд на моральный характер», или для краткости Традиционный взгляд . Различные теории в рамках традиционного взгляда, конечно же, по-разному дополняют детали. Так что будет полезно думать о традиционных взглядах как о семействе схожих и связанных взглядов, а не как о полностью разработанных и определенных точках зрения.

Как упоминалось ранее, моральные черты характера, составляющие моральный облик человека, обычно понимаются как поведенческие и аффективные склонности. По этой причине будет полезно взглянуть на предрасположенности в целом, прежде чем переходить к конкретным нравственным установкам. Это тема первого подраздела ниже. Второй подраздел рассматривает добродетели и пороки как особые виды предрасположенностей. В третьем подразделе обсуждаются три центральных утверждения традиционного взгляда на моральный облик.(В данной статье не рассматривается связанный с этим вопрос о развитии моральных качеств — см. Статью о моральном развитии.)

а. Диспозиции в целом

Диспозиции — это особые виды свойств или характеристик, которыми могут обладать объекты. Примеры расположений включают растворимость сахарного кубика в воде, хрупкость фарфора, эластичность резиновой ленты и магнетизм магнитного камня. Диспозиционные свойства обычно противопоставляются недиспозиционным или категориальным свойствам .Трудно дать полностью адекватное описание этого различия, хотя основную идею довольно легко понять (обсуждение этих вопросов см. В Mumford 1998, особенно в главе 4). Сравните растворимость сахарного кубика в воде с его объемом. Растворимость сахарного кубика означает, что он растворился бы в воде. На самом деле сахарный кубик не нужно помещать в воду, чтобы он растворился; можно просто увидеть, что он растворим, когда его помещают в воду. Напротив, с кубиком сахара не нужно ничего делать, чтобы увидеть, что он обладает категориальным свойством объема, поскольку кубик сахара всегда проявляет это свойство таким образом, что не всегда проявляет растворимость в воде.Что касается диспозиционных свойств, существует разница между объектом, обладающим таким свойством, и проявлением его диспозиции (этот же момент будет верен для достоинств, обсуждаемых ниже). Этот контраст предполагает, что диспозиционные свойства фундаментально включают обусловленность в отличие от категориальных свойств. Какие объекты растворимы в воде при стандартной температуре и давлении? Только те, которые растворили бы , если бы поместить в воду при стандартной температуре и давлении.

Есть ряд метафизических вопросов о диспозициях. Следует ли понимать условность, заключенную в диспозициях, контрфактически или каким-либо другим образом? Являются ли цвета диспозиционными или категориальными свойствами? Можно ли свести диспозиционные свойства к категориальным свойствам или наоборот ? Однако здесь нас не интересуют такие вопросы. Вместо этого достаточно отметить, что диспозиционные свойства вещи часто так же важны для нас, как и их недиспозиционные свойства.Например, было бы значительно меньше студентов колледжей, жаждущих пива, если бы оно не было способно вызывать опьянение у тех, кто его пьет. Диспозиции могут помочь объяснить не только, почему произошли прошлые события, но и дать основания для будущих событий.

Определенные виды предметов имеют диспозиционный характер; термостаты, например. Хотя люди по своей природе не предрасположены таким образом, они могут иметь и имеют множество предрасположенностей. У людей есть некоторые предрасположенности в силу своего физического тела (например, растворимость в определенных растворителях) и другие предрасположенности в силу своей умственной жизни (например, склонность играть на пианино, когда он присутствует, или отдавать в Оксфам, если его попросят).Фактически, Гилберт Райл выдвинул свое известное предположение о том, что разум, а не другая субстанция в дополнение к телу, — это просто набор предрасположенностей для поведения тела определенным образом (именно на этом основании Райл утверждает, что субстанциальный дуализм является категориальная ошибка; см. Ryle 1949, глава 1). Независимо от того, принимаете ли вы утверждение Райла, у людей есть поведенческие и аффективные предрасположенности, которые влияют на наши моральные суждения об этих людях. Теперь мы обратимся к этим чертам морального характера.

г. Добродетели и пороки как склонности

Моральные черты характера — это такие черты характера, за которые уместно возлагать моральную ответственность на агентов. Черта, за которую агент заслуживает положительного реактивного отношения, такого как похвала или благодарность, — это добродетель , а порок — это черта, в отношении которой агент заслуживает отрицательного реактивного отношения, такого как негодование или обвинять. Моральные черты характера — это относительно стабильные, фиксированные и надежные установки на действия и аффекты, о которых следует рационально информировать.В последующих подразделах будут более подробно освещены эти различные аспекты моральных качеств.

и. Относительно стабильный, фиксированный и надежный

Моральные черты характера — это относительно стабильные и надежные предрасположенности, и, следовательно, они должны быть достаточно надежными предикторами поведения агента с течением времени, если этот агент находится в ситуации, связанной с его характеристиками. Однако это не означает, что такие черты не должны иметь исключений. Например, единичный случай нечестности не обязательно означает, что человеку не хватает в целом честного характера.Таким образом, диспозиции следует понимать как предполагающие определенный уровень вероятности. Более того, хотя такие черты податливы — люди могут со временем менять свой моральный облик — такие изменения обычно не происходят мгновенно и требуют как времени, так и усилий.

ii. Распоряжения действия и аффекта

Моральные черты характера — это не просто склонность к определенному внешнему поведению; они также могут быть склонностями к определенным эмоциям или привязанностям. Например, справедливость — это склонность относиться к другим так, как они заслуживают отношения, в то время как смелость — это склонность чувствовать соответствующее количество страха, вызываемого ситуацией.Кроме того, как упоминалось выше в отношении предрасположенностей в целом, человек может иметь определенную черту морального характера и в настоящее время не проявлять релевантное для этой черты поведение или аффект. Человек может быть щедрым, отдавая благотворительность, даже если в настоящее время он не занимается благотворительностью.

iii. Рационально информированный

Для того, чтобы моральная черта характера была добродетелью, она должна не только соответствовать соответствующим моральным нормам, но и быть информированными с помощью надлежащих рассуждений по рассматриваемому вопросу.Это так, потому что добродетели — это превосходство характера в той мере, в какой они являются лучшим упражнением разума. В своем обсуждении добродетелей, например, Аристотель говорит, что все достоинства характера должны основываться на практической мудрости ( phronēsis ), которая сама по себе является склонностью делать нравственно разборчивый выбор в практических вопросах. Это предполагает связь между интеллектуальными достоинствами и достоинствами характера.

г. Три центральных элемента

Имея в виду вышеупомянутое обсуждение природы черт морального характера, традиционную точку зрения можно резюмировать как состоящую в основном из трех утверждений о моральном характере: утверждения о надежности, утверждения о стабильности и утверждения о целостности.Первые два — утверждения о природе моральных качеств характера, а третье — утверждения о взаимосвязи между чертами внутри конкретного человека.

и. Заявление об устойчивости

Согласно первому центральному утверждению Традиционного взгляда, человек с определенной моральной чертой характера будет демонстрировать поведение, соответствующее его чертам, в широком спектре ситуаций, связанных с его чертой. Такие черты считаются «надежными» чертами. Например, Заявление о надежности предполагает, что честный человек будет склонен говорить правду в широком диапазоне ситуаций, связанных с честностью: честность по отношению к друзьям, членам семьи, коллегам, студентам и т. Д.Учитывая, что черты морального характера не обязательно должны быть исключениями, единичный контрэкземпляр не исключает наличия у человека определенной черты и не противоречит Заявлению о надежности.

ii. Заявление о стабильности

Согласно Заявлению о стабильности, моральные качества относительно стабильны во времени. Заявление о стабильности не исключает возможности того, что человек со временем изменит свой моральный облик. Скорее, он считает, что такие изменения требуют времени.Солдат, отважно проявивший себя в боевых условиях на протяжении многих лет, не перестанет быть храбрым в одночасье. Если солдат действительно действует не мужественно в конкретном сражении, Заявление о стабильности предполагает, что мы все равно должны думать о солдате как о наделенном добродетелью храбрости, если только солдат не ведет себя бесстрашно в течение значительного периода времени.

iii. Заявление о целостности

Согласно утверждению о целостности, существует вероятностная корреляция между обладанием одной добродетелью и наличием других добродетелей.Например, человек, который сдержан в отношении удовольствий, получаемых от еды (добродетель воздержания), вероятно, также будет сдержан в отношении удовольствий, получаемых от полового акта (добродетель целомудрия). Точно так же человек с определенным пороком может обладать другими пороками. Здесь Заявление о честности предполагает, что человек, который склонен лгать ради денежной выгоды, скорее всего, также будет склонен к обману ради денежной выгоды. Таким образом, традиционный взгляд ожидает довольно высокого уровня согласованности между признаками.

Это наиболее спорное и, возможно, нелогичный из трех требований традиционного взгляда. Такие примеры, как отважный и сдержанный бомбардировщик, по всей видимости, являются контрпримерами к Заявлению о целостности, поскольку такой человек обладает некоторыми добродетелями (например, храбростью), но ему не хватает других (например, справедливости). Тем не менее, утверждение о целостности имеет обширную родословную среди теоретиков добродетели. Аристотель считал, что множественность добродетелей связана практической мудростью: «Ясно … невозможно ни обладать совершенством в первичном смысле без [практической] мудрости, ни быть мудрым без превосходства характера» ( Nicomachean Ethics , 1144б30-32).Учитывая роль, которую играет phronēsis , «оценочные соображения», связанные с добродетелями, настолько взаимозависимы, что любой человек, обладающий одной добродетелью, будет обладать ими всеми (см. Никомаховая этика , 1144b30-1145a11). Платон также считал, что все добродетели связаны справедливостью. Совсем недавно Раймон Деветтер принимает тезис о единстве добродетелей следующим образом:

Если у вас есть одна добродетель, у вас есть все…. Добродетели нельзя разделить — человеку, не обладающему добродетелью воздержания, также недостает добродетелей справедливости, любви и так далее.Поначалу этот тезис кажется нелогичным, но как только будет осознана центральная роль практической мудрости в каждой без исключения моральной добродетели, единство добродетелей становится неизбежным (Devettere 2002, 64).

Сократ развил единство добродетелей еще дальше, утверждая, что добродетели не только объединяются таким образом, но и что на самом деле существует только одна добродетель — мудрость; кажущееся разнообразие добродетелей в действительности является просто разными выражениями этой единственной добродетели ( Протагор, , 330e-333d).

3. Проблемы нравственности

Как указывалось выше, версии традиционного взгляда на моральный облик, изложенные в предыдущем разделе, долгое время были приняты в рамках традиции этики добродетели. Другие этические традиции, такие как утилитаризм и деонтология, менее склонны подчеркивать важность моральных качеств, хотя бывают и исключения. Например, книга Джулии Драйвер « Uneasy Virtue » (2001) дает консеквенциалистский взгляд на добродетель.Точно так же, как упоминалось выше, некоторые этические труды Канта в основном сосредоточены на добродетели. Несмотря на эти исключения, неудивительно, что многие сторонники этих других этических традиций критикуют традиционное понимание морального характера и его отношения к добродетели.

Однако в последнее время традиционное понимание моральных качеств, описанное выше, подверглось критике с других сторон. Один из основных источников критики мотивирован идеей о том, что нормативная этика должна ограничиваться лучшими психологическими данными, доступными в настоящее время.Согласно этой точке зрения, теории морального характера должны быть ограничены в определенных отношениях тем, на что на самом деле похожа социальная и когнитивная психология. А недавние эмпирические исследования показывают, что агентам недостает твердого морального облика, лежащего в основе традиционного взгляда. Другие недавние проблемы возникают из-за того, что предварительные условия для морального облика не могут быть выполнены либо потому, что они подорваны моральной удачей, либо потому, что агент не может нести моральную ответственность ни за что, и в этом случае моральный облик рушится.В этом разделе кратко рассматриваются эти недавние проблемы.

а. Ситуационизм

В последнее время ряд философов и социологов начали сомневаться в самих предпосылках, на которых основаны надежные теории морального характера и черт морального характера. Следующая цитата Джона Дориса отражает эту озабоченность:

Я с тревогой отношусь к этому возрождению добродетели. Как и многие другие, я нахожу знания о добродетели очень привлекательными, но не могу не заметить, что большая часть этих знаний основана на психологической теории, которой около 2500 лет.Теория не плоха просто потому, что она старая, но в этом случае разработки более позднего периода предполагают, что старые идеи в опасности. В частности, современная экспериментальная психология обнаружила, что обстоятельства на удивление больше связаны с тем, как люди ведут себя, чем допускают традиционные представления о характере и добродетели (Doris 2002, ix).

Другими словами, традиционный взгляд на моральный облик эмпирически неадекватен (см. Также Mischel 1968).

Эта критика Традиционного взгляда началась с атрибутивизма , раздела психологии, стремящегося отличить то, что справедливо приписывается индивидуальному характеру, от того, что справедливо приписывается внешним чертам.Большая часть теории атрибуции приписывает значительно более высокую долю причинной основы поведения внешним факторам и меньше — моральным качествам, чем считалось традиционно. По мнению таких теоретиков, большинство людей переоценивают роль диспозиционных факторов, таких как моральный облик, в объяснении поведения человека, и недооценивают роль, которую ситуация играет в объяснении поведения агента. Гилберт Хармон выражает эту идею следующим образом:

Пытаясь охарактеризовать и объяснить отличительное действие, обычное мышление имеет тенденцию выдвигать гипотезу о соответствующей отличительной характеристике агента и имеет тенденцию упускать из виду соответствующие детали воспринимаемой им ситуации….Обычное приписывание людям черт характера часто глубоко ошибочно, и может даже случиться так, что нет обычных черт, которые, как думают люди, существуют (Harman 1999, 315f).

Философы, такие как Дорис и Харман, использовали эту работу в социальных науках для разработки альтернативного подхода к моральному характеру, широко известного как «ситуационизм».

Как и традиционный взгляд, ситуационизм можно понять как состоящий из трех центральных пунктов:

  1. Нестабильность Утверждение : черты морального характера нестабильны, то есть они не соответствуют широкому спектру ситуаций, связанных с особенностями.Какие бы моральные черты характера ни были у человека, они зависят от ситуации.
  2. Согласованность Утверждение : хотя моральные качества человека относительно стабильны во времени, это следует понимать как постоянство конкретных черт ситуации, а не как устойчивые черты.
  3. Утверждение о фрагментации : моральные качества человека не обладают оценочной целостностью, предлагаемой в заявлении о целостности. В моральном облике человека может быть существенное несоответствие его характерных черт характера, зависящих от конкретной ситуации.

Таким образом, ситуационизм отвергает первое и третье утверждения традиционной точки зрения и принимает только модифицированную версию второго утверждения.

Согласно ситуационистам, эмпирические данные отдают предпочтение их взглядам на моральный облик над традиционными. Приведем лишь один ранний пример: исследование Хью Хартшорна и М.А. Мэя черты честности среди школьников не обнаружило кросс-ситуативной корреляции. Ребенок может быть неизменно честным со своими друзьями, но не со своими родителями или учителями.На основании этого и других исследований Хартсхорн и Мэй пришли к выводу, что черты характера не являются устойчивыми, а скорее «специфическими функциями жизненных ситуаций» (Hartshorne and May 1928, 379f). Другие исследования дополнительно ставят под сомнение утверждение о целостности традиционной точки зрения.

г. Моральная удача

Второй вызов традиционным взглядам можно найти в идее моральной удачи. Хотя существует множество разновидностей моральной удачи, основная идея состоит в том, что моральная удача возникает, когда моральное суждение агента зависит от факторов, находящихся вне его контроля.Есть несколько способов, которыми моральная удача может мотивировать критику моральных качеств.

Вид моральной удачи, который имеет особое отношение к ситуационизму, — это случайная или ситуативная удача, которая является удачей, связанной с «типом проблем и ситуаций, с которыми человек сталкивается» (Nagel 1993, 60). Если все черты морального характера агента зависят от ситуации, а не устойчивы, то, какие черты проявляет агент, будет зависеть от ситуации, в которой он оказался. Но то, в каких ситуациях оказывается агент, часто находится вне ее контроля и, следовательно, ситуативная удача.Согласно одному эксперименту, проведенному Изеном и Левином, экспериментаторы искали вспомогательное поведение у ничего не подозревающих субъектов после того, как они вышли из общественной телефонной будки. Было обнаружено, что на то, помогли ли люди нуждающемуся человеку или нет, в значительной степени повлияло то, нашел ли он монетку в телефонной будке. В первоначальном эксперименте результаты для 41 участника следующие (Doris 2002, 30):

Поведение помощи

Поведение, не помогающее

Найден Дайм

14

2

Не нашел ни копейки

1

24

Эти результаты предполагают, что морально значимое поведение, такое как помощь другому нуждающемуся, в значительной степени зависит от мелких факторов ситуации, которые не находятся под контролем агента.(Следует отметить, что результаты Исена и Левина не были воспроизведены во всех последующих исследованиях. См., Например, обсуждение в главе 4 текста Дорис. Дорис заключает, что набор результатов всех этих экспериментов «в любом случае … служит примером установленный образец результатов »[Doris 2002, 180, сноска 4]).

Но есть более серьезная проблема, которую удача играет для идеи морального характера, независимо от исхода спора между сторонниками традиционного взгляда и ситуационистами.Независимо от того, являются ли черты морального характера устойчивыми или зависящими от конкретной ситуации, некоторые полагают, что то, какими чертами характера человек обладает, зависит от удачи. Если наличие определенных качеств само по себе является вопросом удачи, это, казалось бы, подрывает моральную ответственность человека за свой моральный облик и, следовательно, понятие морального характера в целом. Как пишут Оуэн Фланаган и Амели Оксенберг Рорти:

Это [нравственность и смысл жизни человека] будет зависеть от удачи в воспитании человека, ценностей, которым его учат, способности самоконтроля и самоконструирования, которые ее социальное окружение позволяет и побуждает к развитию, моральных проблем она смотрит в лицо или избегает.Если весь ее характер, не только черты темперамента и предрасположенности, но и рефлексивная способность к самоконтролю и самоконструированию, — дело удачи, то сами идеи характера и деятельности находятся под угрозой исчезновения (Flanagan and Rorty 1990, 5 ).

г. Невозможность нести ответственность за свой характер

Проблема морального везения связана с третьим недавним вызовом традиционным взглядам, а именно с идеей о невозможности моральной ответственности.В самом деле, этот вариант можно понять как доведение проблемы, которую ставит моральная удача, до ее логического решения.

Выше было высказано предположение, что то, что делает черту характера специфической моральной чертой характера и, следовательно, составляющей морального облика человека, является оценочным аспектом этой черты. Моральная черта характера — это черта характера, за которую агент несет моральную ответственность; другими словами, способный получатель реактивного отношения. Однако, если моральная ответственность невозможна, агенты не могут нести ответственность за свои черты характера или за поведение, которое они делают в результате этих черт характера.

Почему можно подумать, что моральная ответственность и, следовательно, моральный облик невозможны? Гален Стросон (1994) резюмирует аргумент, который он называет основным аргументом , следующим образом:

  1. Чтобы нести моральную ответственность, агент должен быть причиной самого себя или causa sui .
  2. Ничего не может быть causa sui .
  3. Следовательно, ни один агент не может нести моральной ответственности.

Идею Основного аргумента можно сформулировать следующим образом.Чтобы агент, Эллисон, нести ответственность за какое-то ее действие, это действие должно быть результатом того типа человека, которым является Эллисон. Мы могли бы сказать, например, что Эллисон виновата в том, что она съела слишком много шоколада в момент времени T , потому что она прожорливая личность. Но для того, чтобы Эллисон отвечала за то, что она была прожорливой личностью в T , она должна была нести ответственность в более раннее время T-1 за то, что была тем человеком, который позже стал прожорливым человеком.Но для того, чтобы Эллисон отвечала за то, чтобы быть тем человеком, который позже станет прожорливым человеком, она должна была нести ответственность в какой-то более ранний период T-2 за то, что была тем человеком, который позже станет таким человеком. человек, который впоследствии станет прожорливым человеком. Согласно Стросону, этот образ мышления начинает бесконечный регресс: «Истинное самоопределение невозможно, потому что оно требует завершения бесконечной серии выборов принципов выбора» (Г.Стросон, 7).

Аналогичный аргумент недавно выдвинул Брюс Уоллер. По словам Уоллера, никто не несет «моральной ответственности за ее характер или мыслительные способности, или за результаты, которые они вытекают…». Учитывая тот факт, что она была сформирована с такими характеристиками под воздействием факторов окружающей среды (или эволюции), находящихся вне ее контроля, она не заслуживает ни порицания [ни похвалы] »(Waller, 85f).

Конечно, если моральная ответственность невозможна, тогда все моральные теории, предполагающие ответственность, ошибочны, а не только традиционный взгляд на моральный облик.Таким образом, аргумент в пользу невозможности моральной ответственности является вызовом не только традиционным взглядам, но и всем взглядам. И, возможно, есть причина полагать, что подходы, основанные на характерах, лучше справляются с этой проблемой, чем теории, основанные на выборе.

г. Отзывы

Эти недавние вызовы традиционному взгляду не остались незамеченными. Некоторые пытались изменить традиционную точку зрения, чтобы изолировать ее от этих проблем, в то время как другие пытались показать, как эти проблемы вообще не могут подорвать традиционную точку зрения.Например, Дана Нелкин (2005), Кристиан Миллер (2003), Гопал Сринивасан (2002), Джон Сабини и Мори Сильвер (2005), среди прочих, утверждали, что эмпирические данные, цитируемые ситуационистами, не показывают, что у индивидов отсутствует крепкие черты характера.

4. Заключение

Учитывая важность моральных качеств для философских вопросов, маловероятно, что споры о природе моральных качеств исчезнут в ближайшее время.

5. Ссылки и дополнительная литература

а.Характер и добродетель

  • Анскомб, Г. Э. М. (1958). «Современная моральная философия», Философия 33: 1-19.
  • Аристотель (2002). Никомахова этика , перевод Кристофера Роу (Oxford University Press). Хороший перевод текста Аристотеля, который также содержит очень полезное введение в этическую мысль Аристотеля Сары Броди.
  • Брандт, Ричард (1992). Нравственность, утилитаризм и права (Cambridge University Press).
  • Крисп, Роджер (1998). «Современная моральная философия и добродетели» в Как следует жить? Очерки добродетелей , изд. Роджер Крисп (Oxford University Press): 1-18. Очень хорошее обсуждение добродетелей в современной этике.
  • Деветтер, Раймонд (2002). Введение в этику добродетели (издательство Джорджтаунского университета). Очень удобное введение в этику добродетели.
  • Водитель, Юлия (2001). Непростая добродетель (издательство Кембриджского университета).Консеквенциалистский взгляд на добродетель.
  • Фланаган, Оуэн и Амели Оксенберг Рорти (1990). Личность, характер и нравственность (MIT Press). Сборник интересных и разносторонних эссе на темы, связанные с моральными качествами.
  • Купперман, Джоэл (1995). Персонаж (Нью-Йорк: издательство Оксфордского университета). Сосредоточен на характере и приобретении моральных качеств.
  • Макинтайр, Аласдер (1981). After Virtue (Лондон: Дакворт).Влиятельная книга о добродетелях и их отношении к современной этике.
  • Маккиннон, Кристина (1999). Характер, теории добродетелей и пороки (Broadview Press). Ясное и подробное обсуждение центральных тем этики добродетели с упором на моральный облик.
  • Ролз, Джон (1971). Теория правосудия (издательство Гарвардского университета).
  • Стросон, Питер (1997). «Свобода и негодование», в Free Will , ed.Дерк Перебум (Hackett Press): 119-142. Основополагающее обсуждение природы моральной ответственности и ее связи с реактивным отношением.

б. Распоряжения

  • Меллор, Д. Х. (1974). «В защиту диспозиций», Philosophical Review, 83: 157-181.
  • Мамфорд, Стивен (1998). Распоряжения (Oxford University Press). Одно из самых тщательных и подробных обсуждений диспозиций в целом.
  • Приор, Элизабет (1985). Диспозиции (Абердин: издательство Абердинского университета).
  • Райл, Гилберт (1949). Концепция разума (Библиотека Университета Хатчинсона). Содержит знаменитый аргумент Райла о том, что разум — это просто склонность тела вести себя определенным образом.

г. Проблемы традиционного взгляда

  • Дорис, Джон (2002). Отсутствие характера: личность и моральное поведение (Cambridge University Press). Увлекательное и подробное обсуждение психологических проблем традиционного взгляда и защиты ситуационизма.
  • Харман, Гилберт (1999). «Моральная философия и социальная психология: этика добродетели и фундаментальная ошибка атрибуции», Труды аристотелевского общества 99: 315-331. Еще одна влиятельная философская защита ситуационизма.
  • Хартсхорн, Хью и М.А. Мэй (1928). Исследования природы характера (Макмиллан). Широко влиятельное обсуждение психологических проблем традиционного взгляда.
  • Мишель, Уолтер (1968). Личность и оценка (Джон Дж. Вили и сыновья). Содержит обсуждение психологической литературы о проблемах с традиционным взглядом
  • Нагель, Томас (1993). «Нравственная удача», в «Нравственная удача» , изд. Дэниел Статман (Государственный университет Нью-Йорка): 57-61.
  • Нелкин, Дана (2005). «Свобода, ответственность и вызов ситуационизму», Исследования по философии Среднего Запада 29 (Свобода воли и моральная ответственность) .Аргумент против ситуационистских выводов.
  • Миллер, Кристиан (2003). «Социальная психология и этика добродетели», The Journal of Ethics 7 : 365-392. Защита традиционного взгляда на моральный облик в свете ситуационистской критики.
  • Первен, Лоуренс (1994).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.