Методика исследования социального интеллекта: Тест «Социальный интеллект» Гилфорда — Psylab.info

Методика исследования социального интеллекта

Михайлова (Алешина) Е. С.

Методика исследования социального интеллекта: Адаптация теста Дж. Гилфорда и М. Салливена: Руководство по использованию — СПб, ГП «ИМАТОН», 1996 — 56 стр. — ISBN5-7822-0002-2

Лицензия ЛР № 040759 от 26. 04. 96. Подписано в печать 20. 08. 96. Формат 60х84/16. Бумага офсетная. Печать офсетная. Усл. печ. л. 3, 5.

Тираж 1000 экз. Заказ № 3512

ГП «ИМАТОН» — 198005, Санкт-Петербург, Московский пр., 19

Отпечатано в типографии газеты «На страже Родины»

Госстандарт России ГП «ИМАТОН»

Михайлова (Алешина) Е.

Адаптация теста

Дж.ГИЛФОРДА и М. САЛЛИВЕНА

Руководство по использованию

Санкт-Петербург

1996

Социальный интеллект — способность правильно понимать поведение людей. Эта способность необ­ходима для эффективного межличностного взаимодействия и успешной социальной адаптации.

Методика исследования социального интеллекта Дж.Гилфорда и М.Салливена позволяет измерять как общий уровень социального интеллекта, так и частные способности к пониманию поведения (спо­собности предвидеть последствия поведения, аде­кватно отражать вербальную и невербальную экс­прессию поведения, понимать логику развития слож­ных ситуаций межличностного взаимодействия).

Методика является стандартизированным психоло­гическим тестом, имеет четкий алгоритм проведения и интерпретации и поэтому весьма проста в исполь­зовании. Она по праву считается одной из лучших в мировой психодиагностической практике и может быть рекомендована в качестве эффективного инструмента при решении широкого круга прикладных задач.

ISBN 5-7822-0002-2 © ГП «ИМАТОН», 1996

«ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ГАЗЕТА» периодическое издание для практических психологов:

актуальные направления отечественной и зарубежной психологии;

— опыт применения психологии в различных сферах общественной практики;

— значимые события в жизни практических психологов;

— информация об учебных заведениях, осуществляющих подготовку психологов разного уровня;

— семинары, тренинги, курсы в крупных психологических центрах России;

— психологическая литература и методики.

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ИНСТРУМЕНТАРИЙ ДЛЯ ПРАКТИЧЕСКИХ ПСИХОЛОГОВ:психодиагностические тесты, психологические методики, компьютерные системы, фоно­граммы аудиовоздействия и т. п.

Вся продукция фирмы «ИМАТОН» разработана или адаптирована ведущими специалистами России, выполнена на высоком техническом уровне, снабжена подробными методическими руководствами и другими материалами, необходимыми для ее использования.

УЧЕБНО-МЕТОДИЧЕСКИЕ СЕМИНАРЫ в рамках про граммы «Инструментарий практического психолога»:

семинары по различным направлениям психологии с участием ведущих российских и зарубежных специалистов;

— выездные семинары по практической психодиагностике (инструментарий «ИМАТОН»).

Подробное описание продукции и услуг «ИМАТОН» представлено в КА­ТАЛОГЕ фирмы, который будет выслан бесплатно по Вашему требова­нию. Газету Вы можете приобрести в редакции или регулярно получать ее по почте. По всем вопросам обращайтесь по адресу:

198005, Санкт-Петербург, Московский пр., 19,

Главный государственный центр единства измерений,

ГП «ИМАТОН»

Телефон: (812) -251-4461, (812) -259-5097

Факс (812) -259-9091

Введение

Перед Вами новая для русскоязычного читателя психодиа­гностическая методика, которая уже более тридцати лет широко применяется как у себя на родине — в Америке, — так и в евро­пейских странах. Методика представляет собой батарею стандартизированных тестов, направленных на диагностику различ­ных аспектов одного из наиболее интересных психических фе­номенов — социального интеллекта (способности понимать и прогнозировать поведение людей в разных житейских ситуациях, распознавать намерения, чувства и эмоциональные состояния человека по невербальной и вербальной экспрессии).

Термин «социальный интеллект» был введен в психологию Э. Торндайком в 1920 году для обозначения «дальновидности в межличностных отношениях» [27]. Многие известные психологи внесли свою лепту в интерпретацию этого понятия. В 1937 году Г. Оллпорт связывал социальный интеллект со способностью высказывать быстрые, почти автоматические суждения о людях, прогнозировать наиболее вероятные реакции человека. Социаль­ный интеллект, по мнению Г. Оллпорта, — особый «социальный дар», обеспечивающий гладкость в отношениях с людьми, про­дуктом которого является социальное приспособление, а не глу­бина понимания [15].

И наконец, в 60-е годы Дж. Гилфорд, создатель первого надежного теста для измерения социального интеллекта, рас­сматривал его как систему интеллектуальных способностей, не­зависимых от фактора общего интеллекта и связанных, прежде всего, с познанием поведенческой информации. Возможность измерения социального интеллекта вытекала из общей модели структуры интеллекта Дж. Гилфорда. Поэтому в данном руковод­стве значительное внимание уделено описанию этой модели как теоретической основы построения методики.

В отечественной психологии понятие «социальный интел­лект» было введено Ю. Н. Емельяновым: «Сферу возможностей субъект-субъектного познания индивида можно назвать его социальным интел-

3

лектом, понимая под этим устойчивую, основан­ную на специфике мыслительных процессов, аффективного реа­гирования и социального

опыта способность понимать самого себя, а также других людей, их взаимоотношения и прогнозиро­вать межличностные события» [З].

Значение данной стороны психики с особой наглядностью обнаруживается на многочисленных примерах, когда люди, отли­чающиеся высокими достижениями в изучении явлений матери­ального мира (имеющие высокий общий предметно-ориентиро­ванный интеллект), оказываются беспомощными в области меж­личностных отношений.

Методика исследования социального интеллекта вносит за­метный вклад в преодоление существующей диспропорции между большим количеством традиционных тестов интеллекта и недостатком методик для диагностики способностей к межлич­ностному познанию.

Предлагаемый адаптированный вариант тестовой батареи базируется на результатах французской адаптации, обобщенных в руководстве Парижского центра прикладной психологии 1977 года [23].

По сравнению с французским руководством, в данной рабо­те существенно расширен раздел о теоретических основах по­строения методики, дополнены разделы о надежности и валид­ности, внесены некоторые коррективы в процедуру проведения в соответствии со спецификой отечественных социокультурных условий. Приводятся результаты стандартизации методики на российской выборке. Расширены интерпретационные возмож­ности теста, впервые предпринята попытка интерпретации выде­ленных профилей структуры социального интеллекта. Описаны диагностические возможности теста для прогноза успешности педагогической деятельности и для оценки коммуникативной компетентности учителей.

К несомненным достоинствам методики относятся:

Особенности эмоционального и социального интеллекта у подростков, склонных к Интернет-зависимому поведению

Интернет используется все чаще в самых разных сферах жизни.

Он стал распространенным у подростков всего мира средством, помогающим в учебе и дающем неограниченные ресурсы для развлечений.

Чтобы улучшить школьную успеваемость и свою конкурентоспособность, подростки используют Интернет. Однако чрезмерное использование приводит и к негативным последствиям (11). Подростки, зависимые от интернета часто страдают от проблем в повседневной жизни, ухудшения школьной успеваемости, тяжелых отношений внутри семьи и перепадов настроения. (9). В связи с этим особое значение приобретает профилактика интернет-зависимого поведения, в частности, своевременное выявление личностных факторов риска формирования интернет-зависимости. (4).

Одним из наименее изученных личностных свойств, влияющих на развитие интернет зависимости, является социальный интеллект, как интегральная интеллектуальная способность, определяющая успешность общения и социальной адаптации, которая объединяет и регулирует познавательные процессы, связанные с отражением социальных объектов. Данная способность необходима человеку для эффективного межличностного взаимодействия и успешной социальной адаптации (1). Социальный интеллект  обеспечивает понимание поступков  и действий, речи, а также невербального  поведения (жестов, мимики) людей. Он выступает  как когнитивная составляющая коммуникативных  способностей личности и как профессионально важное качество для профессий типа «человек – человек» и некоторых профессий типа «человек – художественный образ».

В онтогенезе социальный интеллект развивается позднее, чем эмоциональная составляющая коммуникативных способностей – эмпатия. (13). Его формирование стимулируется началом обучения в школе, когда с увеличением круга общения у ребенка развивается чувствительность, социально-перцептивные способности, способность сопереживать другому без непосредственного восприятия его чувств, умение принимать точку зрения другого человека, отстаивать свое мнение (все это и составляет основу социального интеллекта).

Социальный интеллект реализует познавательные процессы, связанные с отображением человека как партнера по общению и деятельности. К процессам, составляющим социальный интеллект, относятся социальная чувствительность, социальная перцепция, социальная память и социальное мышление.

Иногда в литературе социальный интеллект отождествляется с одним из процессов, чаще всего с социальной перцепцией или с социальным мышлением.

По мнению Г.Оллпорта, социальный интеллект-это «социальный дар, необходимый для тонкого равновесия в поведении, обеспечивающего гладкость в отношениях с людьми. Для того, чтобы тактично говорить и поступать, необходимо прогнозировать наиболее вероятные реакции другого человека. Поэтому социальный интеллект связан со способностью высказывать быстрые, почти автоматические, суждения о людях. Вместе с тем социальный интеллект имеет отношение скорее к поведению, чем к оперированию понятиями: его продукт - социальное приспособление, а не глубина понимания»(12).

В данном определении социальный интеллект рассматривается как свойство, необходимое для успешного взаимодействия с людьми, которое проявляется в умении прогнозировать поведение другого человека. Однако автор связывает его более с поведенческим умением, чем с познавательной способностью.

Социальный интеллект обеспечивает понимание поступков и действий людей, понимание речевой продукции человека, а также его невербальных реакций (мимики, поз, жестов). Он является когнитивной составляющей коммуникативных способностей личности и профессионально важным качеством в профессиях типа «человек — человек», а также некоторых профессиях «человек – художественный образ».

В онтогенезе социальный интеллект развивается позднее, чем эмоциональная составляющая коммуникативных способностей – эмпатия. Его формирование стимулируется началом школьного обучения (1).

С целью исследовать особенности эмоциональной и личностной сферы подростков, склонных к Интернет-зависимому поведению, нами было проведено исследование на учениках московских школ.

В исследовании участвовали 100 подростков.

Для достижения поставленных задачи были использованы методики:

  1. Тест на Интернет-зависимость К. Янг (адаптация Буровой Л.)

  2. Тест на выявление Интернет-зависимости Чен (Шкала CIAS).

  3. Методика исследования социального интеллекта Гилфорда (адаптация Е.С. Михайловой). 

  4. Анкета участника (с целью сбора социальной информации).

Критерии включения в экспериментальную группу были следующие:

Высокий балл (50-79 для склонных и 80 и выше для достоверно зависимых) по тесту К. Янг.

Наличие как минимум двух критериев зависимого поведения по данным специально созданной анкеты участников исследования.

Исследование проводилось в два этапа. Первый этап-диагностика склонности к Интернет-зависимому поведению, и формирование групп. Второй этап -исследование особенностей эмоционального и социального интеллекта.

По результатам первичной диагностики, включающей методики Янг и анкету участника иследования на выявления Интернет-зависимости, были сформированы две группы-экспериментальная и контрольная.

В экспериментальную группу зависимым от интернета поведением вошли 32 подростка (22 мальчика и 10 девочек), средний возраст 15, 4 лет. 

В контрольную группу сравнения численностью 35 человек вошли 23 мальчика и 12 девочек, средний возраст 15.6 лет.

Обсуждение результатов.

Особенности социального интеллекта.

Мы предполагали, что социальный интеллект — то есть способность, определяющая успешность общения и социальной адаптации, которая объединяет и регулирует познавательные процессы, связанные с отражением социальных объектов,  — имеет влияние на возникновение зависимости (1),

Таблица средних рангов показателей социального интеллекта

Склонные к зависимому поведению (n=32)

Контрольная группа(n=35)

P
Субтест 1 43,94 42,90 0,909
Субтест 2 36,56 43,67 0,431
Субтест 3 34,81 43,85 0,316
Субтест 4 46,75 42,61 0,649
Субтест 5 35,88 43,2 0,418

Средний и низкий уровень социального интеллекта может в определенной степени компенсироваться другими психологическими характеристиками (например, развитой эмпатией, некоторыми чертами характера, стилем общения, коммуникативными навыками), а также может быть скорректирован в ходе активного социально-психологического обучения. Также важно принимать во внимание половые различия. Так, девочки демонстрируют более высокий уровень развития социального интеллекта, чем мальчики, по такому параметру, как «Вербальная экспрессия».

Лица с более высокими оценками обладают чувствительностью к характеру и оттенкам человеческих взаимоотношений, — это помогает им правильно понимать то, что люди говорят друг другу (речевую экспрессию) в контексте определенной ситуации, конкретных взаимоотношений. Такие люди способны находить соответствующий тон общения с разными собеседниками в разных ситуациях и имеют большой репертуар ролевого поведения (то есть они проявляют ролевую пластичность) (Социальный интеллект: теория, измерение, исследования. Под ред. Д.В. Люсина, Д.В.Ушакова.- М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2004).

Мы предполагали, что более низкий социальный интеллект способствует возникновению Интернет-аддикции, так как человек, находящийся онлайн, может сам выбирать — хочет ли он виртуального общения или нет.

Общение в сети Интернет имеет некоторые особенности. Первое, что бросается в глаза – это отсутствие невербальных процессов, соответственно невозможно прочтение мимики, жестов своего Интернет-собеседника; следовательно, затрудняется получение полной информации о содержании и эмоциональной окраске  речи собеседника. Смайлики и остальные принятые в Интернет-сообществе обозначения эмоций являются лишь суррогатом общения, которое из-за своей ограниченности не может развиться.

Мы не получили статистически значимых результатов по уровню развития социального интеллекта, однако, если рассматривать различия на уровне тенденций, то мы видим, что группа  испытуемых, склонных к Интернет-зависимому поведению, демонстрирует меньшее владение языком телодвижений, взглядов и жестов, который раньше осваивается в онтогенезе и вызывает больше доверия, чем вербальный язык.

В общении такие люди в большей степени ориентируются на вербальное содержание сообщений. И они могут ошибаться в понимании смысла слов собеседника потому, что не учитывают (или неправильно учитывают) сопровождающие их невербальные реакции.

Как говорилось ранее, это может быть вызвано невозможностью невербального общения в сети Интернет, так как оно происходит в основном в виде текстовых сообщений, не передающих эмоциональной окраски сообщения. Популярное общение через веб-камеры тоже не может передать полноту оттенков эмоционального общения из-за несовершенства качества связи.

Также группа испытуемых продемонстрировала тенденцию к худшему распознаванию различных смыслов, которые могут принимать одни и те же вербальные сообщения в зависимости от характера взаимоотношений людей и контекста ситуации общения, нежели группа сравнения.

Такие люди часто «говорят невпопад» и ошибаются в интерпретации слов собеседника.

Однако предстоит выяснить, является это предпосылкой или следствием Интернет-зависимого поведения, так как подростки могут уходить в виртуальную реальность из-за того, что там проще общаться и правильно понимать своего собеседника, — или же мы наблюдаем следствие утраты способности различать оттенки речи – эта способность после продолжительного опыта Интернет-общения, очевидно, перестает развиваться за ненадобностью.

ИССЛЕДОВАНИЕ ВЗАИМОСВЯЗИ СОЦИАЛЬНОГО ИНТЕЛЛЕКТА И КОПИНГ-СТРАТЕГИЙ (НА ПРИМЕРЕ ГРУПП С РАЗНЫМ УРОВНЕМ РАЗВИТИЯ СОЦИАЛЬНОГО ИНТЕЛЛЕКТА)

— 184 —

© Современные исследования социальных проблем

2018, Том 9, № 12 • http://ej.soc-journal.ru

стратегии исследуются в рамках реагирования человека на трудно-

сти и неудачи в выполнении учебной, профессиональной и другой

продуктивной деятельности [3, 11, 12].

Эффективность выбора копинг-стратегий авторы часто связыва-

ют с личностными характеристиками [9, 10, 19]. Так, Дж. Коннор-

Смит и С. Флэсбарт выявили связь копинг-стратегий с факторами

«Большой пятерки» [14]. К. Карвер, М. Шейер отмечают связь ко-

пинг-стратегий и оптимизма [12].

Проблемным на сегодняшний день является вопрос о связи ко-

пинг-стратегий и интеллекта [8]. Во-первых, только единичные ра-

боты посвящены связи интеллекта и копинг-стратегий, во-вторых,

результаты данных исследований противоречивы. Согласно данным

исследований [2, 4], вербальный интеллект связан отрицательной

связью с выбором непродуктивных копингов. В работе З. Сиерральта

зафиксировано отсутствие связи между психометрическим интел-

лектом и копинг-стратегиями. Только единичные работы посвящены

роли социального интеллекта в выборе копинг-стратегий. Вместе с

тем, социальный интеллект включает в себя не только познаватель-

ный, когнитивный аспект, как в случае любого другого вида интел-

лекта, но и аспект поведенческий, оказывающий влияние на среду.

Единого определения социального интеллекта в настоящее время

не существует. Однако авторы чаще всего определяют социальный

интеллект как способность понимать других людей, их взаимоот-

ношения и социальные ситуации [10, 18]. Развитый социальный

интеллект способствует высокой включенности человека в соци-

ум, его адаптации во внешней среде, благодаря способности про-

гнозирования действий как других людей так и своих собственных.

Высокий социальный интеллект, как показывают исследования, обе-

спечивает успех в различных сферах жизнедеятельности человека

и умению выбирать оптимальный способ поведения в различных

ситуациях [20, 21]. Социальный интеллект способствует инактива-

ции негативных эмоций, позволяет выбрать эффективные способы

психологической защиты в стрессовых ситуациях. Таким образом,

социальный интеллект – это важная личностная характеристика,

Журнал «Психология образования в поликультурном пространстве»

Выпуск №2 (46) (2019) 119 стр.

Оглавление выпуска журнала

УДК 159.922.736.3
DOI 10.24888/2073-8439-2019-46-2-6-12

Беляева Е. М., Гасанова О.М.

ИССЛЕДОВАНИЕ ОСОБЕННОСТЕЙ ВЗАИМОСВЯЗИ СОЦИАЛЬНОГО ИНТЕЛЛЕКТА И КРЕАТИВНОСТИ ДЕТЕЙ СТАРШЕГО ДОШКОЛЬНОГО ВОЗРАСТА

Belyaeva E.M., Gasanova O.M.

THE STUDY OF PECULIARITIES OF INTERRELATION OF SOCIAL INTELLIGENCE AND CREATIVITY OF SENIOR PRESCHOOL AGE CHILDREN

Ключевые слова:

социальный интеллект; креативность; дети старшего дошкольного возраста; дети 5-7 лет; social intelligence; creativity; children of preschool age; 5-7 year old children

Аннотация:

Статья посвящена изучению особенностей социального интеллекта и креативности детей старшего дошкольного возраста, в частности выявлению корреляционной связи между уровнем развития компонентов социального интеллекта и общим уровнем развития креативности. Существует необходимость описания особенностей связи между креативностью и социальным интеллектом, так как это может объяснить причину сложной адаптивности креативной личности в социуме, а также выявить особенности самой креативной личности. Работа содержит постановку проблемы, описание методик исследования, анализ эмпирических данных. Исследование проводилось на базе МБДОУ № 4 г. Ельца. В эксперименте принимали участие воспитанники старшей и подготовительной групп. Всего было обследовано 40 детей, из них 21 девочка и 19 мальчиков. Многокомпонентность, интегративный характер социального интеллекта подчеркивают и В.Н. Куницына, Н.А. Кудрявцева, Д.В. Ушаков, А.И. Савенков. С целью диагностики социального интеллекта детей старшего дошкольного возраста мы опирались на структуру социального интеллекта, предложенную А.И. Савенковым, в которой он выделяет когнитивный, эмоциональный и коммуникативно-организационный компоненты. В качестве диагностических методик были использованы: тест креативности Е. Торренса (адаптация Е. Туник), вопросник «Незаконченные истории», методика «Корректное использование эмоций при произнесении фразы в той или иной ситуации» (под редакцией Н.В. Микляевой) и методика «Рукавички» Г.А. Цукермана. Исследование призвано восполнить недостаток эмпирических данных в рамках изучения взаимосвязи креативности и социального интеллекта среди детей старшего дошкольного возраста.

Annotation:

The article studies the features of social intelligence and creativity of preschool children, in particular — identifies the correlation between the level of development of the components of social intelligence and the overall level of development of creativity. There is a need to describe the features of the relationship between creativity and social intelligence, as this can explain the reason for the complex adaptability of the creative personality in society, as well as to identify the features of the most creative person. The work contains the problem statement, the description of research methods, the analysis of empirical data. The study was conducted at infant school № 4 of Yelets. Pupils of the senior and preparatory groups took part in the experiment. A total of 40 children were examined, including 21 girls and 19 boys. V.N. Kunitsyna, N.A. Kudryavtseva, D.V. Ushakov, A.I. Savenkov emphasize the multicomponent and integrative nature of social intelligence. . In order to diagnose social intelligence of preschool children, we relied on the structure of social intelligence proposed by A. I. Savenkov, in which he identifies cognitive, emotional and communicative-organizational components. The following diagnostic techniques were used: E. Torrence’s creativity test (adaptated by E. Tunic), «Unfinished stories» questionnaire, the technique of «Corrective use of emotions when uttering a phrase in a given situation» (edited by N.I. Miklyaeva) and G. A. Zuckerman’s method of «Gloves». The study aims at filling the lack of empirical data in the study of the relationship of creativity and social intelligence among preschool children.

Список литературы:

  1. Альбом для экспресс-диагностики социального интеллекта детей дошкольного возраста (в 3-х раб. тетр.). Под ред. Н.В. Микляевой. М.: Директ-Медиа, 2017

  2. Воронина Л.В., Толмачева Ю.С. Роль метода проектов в развитии креативности старших дошкольников // Педагогическое образование в России. 2014. №1. С. 141-145

  3. Давыдова Т.А. Социальный интеллект и личность в связи с уровнем креативности студента // Психология XXI века. СПб.: Издат-во С.-Петерб. ун-та, 2012. С. 33-35

  4. Железнова С.В. Что мы знаем о мальчиках и девочках? Насколько эффективно воспитание и образование девочек и мальчиков без учета их психофизиологических и гендерных отличий? // Инновационные проекты и программы в образовании. 2010. № 2. С. 39-42

  5. Изотова Е.И., Никифорова Е.В. Эмоциональная сфера ребенка: теория и практика. М.: «Академия», 2004

  6. Карпенко Л.А., Петровский А.В., Ярошевский М.Г. Краткий психологический словарь. Ростов-на-Дону: «ФЕНИКС», 1998

  7. Матвеева Л.Г. Анализ понятия «социальный интеллект» // Вестник ЮурГУ. 2008. № 33. С. 51-55

  8. Савенков А.И. Социальный интеллект как проблема психологии одаренности и творчества // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2005. Т. 2. № 4. С. 94-101

  9. Тихонова Т.М., Дружинина В.Н. Как составить психолого-педагогическую характеристику на ребенка младшего школьного возраста? Карпогоры, 2018

  10. Ушаков Д.В. Социальный интеллект как вид интеллекта // Социальный интеллект: теория, измерение, исследования. М.: Институт психологии РАН, 2004. С. 11-29

  11. Чернецкая Н.И. Гендерные особенности творческого мышления младших школьников и подростков // Вестник КемГУ. 2013. № 3. Т. 1. С. 159-163

Методы диагностики социального интеллекта детей и подростков //Психологическая газета

Социальные контакты играют значительную роль в жизни любого человека. Можно с уверенностью сказать, что успешность социального взаимодействия является одним из важнейших факторов, определяющих личностное развитие человека и его судьбу. В мировой психологии способность эффективно взаимодействовать с окружающими людьми принято называть социальной компетентностью (social competence), российские психологи предпочитают использовать термин «социальный интеллект». Ученые и специалисты этой сферы полагают, что диагностика и формирование социального интеллекта крайне важны именно в детском возрасте: с дошкольного до подросткового. Интерес исследователей именно к этому возрастному периоду объясняется тем влиянием, которое оказывают взаимоотношения ребенка со сверстниками и ближайшим окружением на его социальную адаптацию, причем не только в текущем моменте развития, но и в долгосрочной перспективе. Доказанный факт: опыт позитивных отношений со сверстниками в детстве является необходимым условием успешной социализации в будущем, отсутствие же такого опыта может приводить к дезадаптации и делинквентному поведению во взрослой жизни. [1]

Феномен социального интеллекта несмотря на достаточно длительную историю изучения рассматривается до сих пор, как некое новшество, а связано это в первую очередь с методологическими трудностями психологии интеллекта, а также отсутствием у ученых единого мнения, относительно самого определения. Дмитрий Викторович Ушаков, анализируя складывающиеся в зарубежной и российской психологии теоретические представления о социальном интеллекте, выделил три относительно самостоятельных направления (Ушаков Д. В. «Социальный интеллект как вид интеллекта// Социальный интеллект. Теория, измерения, исследования», М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2004, с.20-22):

1. Социальный интеллект интерпретируется как вид познания, как особая интеллектуальная способность наряду с такими способностями, как вербальные, пространственные, математические и т.д., и отличается от них спецификой своего объекта (Х. Гарднер, Дж. Гилфорд).
2. Социальный интеллект рассматривается как компетентность в сфере коммуникации, как знания, умения и навыки, приобретенные в течение жизни (Р. Стернберг).
3. Социальный интеллект, как показывают многочисленные эмпирические исследования, следует рассматривать в качестве специфичной черты личности, которая определяет успешность социального взаимодействия.

Большинство же психологов согласны с тем, что социальный интеллект имеет многокомпонентную структуру и формируется под влиянием множества внешних и внутренних факторов.  

Сложно оспорить тот факт, что социальный интеллект представляет собой очень важное качество человека, позволяющее понимать себя и других, устанавливать оптимальные взаимоотношения с людьми. Становление личности ребенка, его общее самочувствие и эмоциональное благополучие во многом определяются тем, как складываются его отношения с другими детьми и взрослыми вокруг него. Школьные психологи регулярно сталкиваются с такими ситуациями, как повышенная тревожность и различные эмоциональные и коммуникативные нарушения учащихся, и им явно не хватает информации о возрастных особенностях становления возрастного социального интеллекта. Несмотря на то, что в настоящее время школьной адаптации детей уделяется значительное внимание, возникающие проблемы в основном решаются путем оказания психологической поддержки (снятие тревожности, повышение уверенности в себе), при этом недооцениваются возможности оптимизации самочувствия детей за счет диагностики и развития их интеллектуальных способностей в коммуникативной сфере. Ведь именно социальный интеллект предоставляет ребенку возможность адекватно воспринимать эмоциональное состояние и личностные особенности окружающих, устанавливать дружеские отношения, рационально разрешать конфликты, корректно взаимодействовать с учителями. Методы и диагностические методики оценки социального интеллекта очень разнообразны, в том числе, вследствие отсутствия согласованной позиции ученых относительно содержания понятия этого психологического конструкта. Существуют и продолжают активно развиваться подходы и инструментарий для измерения самых различных аспектов социального интеллекта, например, социальный статус ребенка в группе, типичные паттерны социального поведения, уровень сформированности отдельных коммуникативных навыков, восприятие ребенком окружающих людей, когнитивные модели обработки социальной информации и др. В настоящее время можно выделить следующие основные методы диагностики социальной компетентности ребенка. С помощью социометрии принято оценивать статус ребенка в детском коллективе. Информацию о типичном поведении ребенка в обществе сверстников и степени сформированности у него отдельных навыков социального взаимодействия можно получить путем наблюдения или же путем интервью (родителей, учителей, самого ребенка), либо используя такие диагностические инструменты, как опросники и шкалы оценки поведения или опросники-самоотчеты. Наконец, существуют специализированные методики оценки когнитивного аспекта социальной компетентности, именно о них мы поговорим подробнее.

Способность человека понимать других людей (их убеждения, намерения, желания, цели, эмоциональные состояния и пр.) зарубежные психологи называют theory of mind (буквально – «теория разума»), на русский язык этот термин чаще всего переводится как «модель психического». Для изучения моделей психического, сложившихся у ребенка разработаны задания различного уровня сложности: 

• Самые простые задания на понимание ложных убеждений (false belief tasks), с которыми справляются большинство детей в возрасте 4 лет. Задания этого типа проверяют, понимает ли ребенок, что окружающие люди могут не знать того, что знает он сам, и потому могут быть введены в заблуждение.

• Детям 5-7 лет предлагаются задачи на понимание ложных убеждений второго порядка (second-order false tasks), с помощью которых проверяют, насколько ребенок понимает то, что думает другой человек о мыслях кого-то третьего. Также для данного возраста предлагаются задачи типа «кажется-оказывается» (reality-appearance distinction tasks) на понимание различий между демонстрируемым человеком эмоциями и тем, что он на самом деле ощущает. Задания представляют собой истории, в которых персонаж вынужден скрывать свои эмоции (положительные или негативные). 

• Для детей 8-9 лет разработан тест «Странные истории» (Happe`s strange stories tasks), проверяющий, понимает ли ребенок речевое сообщение буквально или же уже может улавливать такие нюансы, как сарказм, намеки, метафоры, юмор, иронию и т.д. Задания этого теста представляют собой истории, в которых люди говорят не то, что на самом деле имеют в виду.

• Детям 9-11 лет предлагаются задания на распознавание бестактности (recognition of faux pas tasks). Эти задания представляют собой истории, после прочтения каждой из которых ребенок должен понять, допустил ли какой-то из персонажей бестактность, что именно говорить не следовало и почему, и почему персонаж все же это сделал.

Второе направление исследования социального познания детей – изучение особенностей социального восприятия. В рамках этого направления чаще всего используются проективные методики (часто рассказ по картинке, на которой изображена какая-то социальная ситуация). [1] Примерами таких методик являются:

Тест детской апперцепции (САТ).  Тест разработан известными американскими специалистами в области ego-психологии, психиатрами-психоаналитиками Л. Беллаком и С. Беллак. CAT является проективной (апперцептивной) методикой, предназначенной для психологической диагностики эмоционального состояния, потребностей и личности детей в возрасте от 3 до 10 лет, базирующейся на изучении динамики индивидуальных различий в восприятии стандартных стимулов. Тест состоит из двух наборов по 10 картинок, изображающих животных в различных ситуациях и одного набора с фигурами людей, по которым испытуемому предлагается составить рассказ, описание того, что происходит, пофантазировать, поиграть. Его можно использовать полностью или частично, выбирая из набора карточки, соответствующие предполагаемым проблемам ребенка. САТ разрабатывался с целью выявления отношения ребенка к наиболее значимым для него людям, его мотивов. При помощи методики появляется возможность обнаружения и оценки следующих проблем, особенностей и факторов:

  • особые проблемы, связанные с питанием, и иные специфические проблемы развития;
  • проблемы конкуренции и взаимоотношений ребенка с братьями, сестрами;
  • отношение ребенка к образам родителей, а также способ их восприятия;
  • фантазии ребенка: агрессивные, фантазии, в которых отражается восприятие им мира взрослых и ощущение своего места в нем;
  • содержание ночных страхов и фобий;
  • динамика межличностных отношений;
  • особенности защитных механизмов психики ребенка;
  • особенности потребностно-мотивационной сферы ребенка;
  • адаптационные возможности ребенка;
  • наличие у ребенка каких-либо психических нарушений.

Детский вариант теста Розенцвейга. Тест предназначен для выявления эмоциональных стереотипов реагирования в стрессовых ситуациях и прогнозирования поведения в межличностном взаимодействии. Стимульный материал включает в себя набор из 24 карточек, на которых изображены люди, взаимодействующие друг с другом. Ребенку необходимо придумать ответ одного из персонажей, иллюстрирующий реакцию на фрустрирующую ситуацию. Методика подойдет для диагностики детей от 6 до 12 лет, ее можно использовать для выявления причин дезадапатации, которые часто кроются в особенностях межличностного взаимодействия детей, узости поведенческого репертуара при столкновении с трудностями и конфликтами, отсутствии опыта конструктивного решения спорных ситуаций. Тест можно использовать и для оценки эффективности социально-психологического тренинга, фиксируя изменения диапазона эмоционального реагирования при столкновении со сложным, пугающим и неожиданным. Результаты тестирования могут быть полезны для выявления степени социализации ребенка на разных этапах его развития, особенно в переходные, кризисные периоды (как возрастные, так и иного характера). Применение теста продуктивно для выявления детей с низким уровнем социальной адаптации с целью оказания социально-психологической помощи, причин неадекватного поведения учащихся по отношению к сверстникам и преподавателям (конфликтность, агрессивность, изоляция и др.). Методика применима не только для диагностики здоровых детей, но и воспитанников вспомогательных школ, имеющих легкие отклонения или задержки развития.

Инструмент, заслуживающий отдельного внимания, позволяющий дать комплексную оценку различным аспектам социального интеллекта, – тест Гилфорда. Эта методика вносит заметный вклад в преодоление существующей диспропорции между большим количеством традиционных тестов интеллекта и недостатком методик для диагностики способностей к межличностному познанию. Тест является стандартизированным измерительным инструментом, имеет четкий алгоритм проведения и интерпретации и поэтому весьма прост в применении. Он по праву считается одним из лучших в мировой психодиагностической практике и может быть эффективно использован при решении широкого круга прикладных задач в работе с детьми и подростками (начиная с 9 лет) и со взрослыми людьми. Методика включает 4 субтеста:

1. «Истории с завершением»: измеряет фактор познания результатов поведения, то есть способность понимать связь между поведением и его последствиями, способность предвосхищать дальнейшие поступки людей на основе анализа реальных ситуаций общения (семейного, делового, дружеского), предсказывать события, основываясь на понимании чувств, мыслей, намерений участников коммуникации.

2. «Группы экспрессии»: измеряет фактор познания классов поведения, а именно способность к логическому обобщению, выделению общих существенных признаков в различных невербальных реакциях человека. То есть, способность оценивать состояния, чувства, намерения людей по их невербальным проявлениям: мимике, позам, жестам.

3. «Вербальная экспрессия»: измеряет фактор познания преобразований поведения, а именно, способность понимать изменение значения сходных вербальных реакций человека в зависимости от контекста вызвавшей их ситуации. То есть, степень чувствительности к характеру и оттенкам человеческих взаимоотношений, понимания того, что люди говорят друг другу (речевой экспрессии) в контексте определенной ситуации, определенных взаимоотношений.

4. «Истории с дополнением»: измеряет фактор познания систем поведения, то есть способность понимать логику развития ситуаций взаимодействия, значения поведения людей в этих ситуациях. Успешное выполнение субтеста предполагает способность адекватно отражать цели, намерения, потребности и внутренние мотивы участников коммуникации, предсказывать последствия их поведения [2, 3].

Обобщая информацию по методам оценки такого сложного и важного понятия, как социальный интеллект, можно сказать, что к настоящему моменту психологи владеют обширным и разнообразным диагностическим инструментарием, позволяющим изучать самые различные аспекты этого психологического феномена. Выбор конкретных методов зависит от возраста ребенка, от непосредственной проблемы, которую необходимо решить, от условий для проведения диагностики, доступных психологу источников информации о ребенке. В данный момент специалисты продолжают активно работать над модификацией существующего психодиагностического инструментария, а также стараются найти новые, более совершенные методы, позволяющие прогнозировать успешность ребенка в социальных взаимодействиях и выявлять причины возникающих у него трудностей. 

Статья создана на основе авторских материалов:

1. Ясюкова Л.А., Белавина О.В. Социальный интеллект детей и подростков. – М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2017. – 181 с.
2. Михайлова Е.С. Социальный интеллект: концепции, модели, диагностика. – СПб.: Изд-во С.-Петерб. Ун-та, 2007. – 266 с.
3. Михайлова Е.С. Тест Гилфорда. Диагностика социального интеллекта: методическое руководство. – СПб.: ИМАТОН, 2018. – 56 с.

Шалаева, Татьяна Ивановна — Использование методики исследования социального интеллекта в профконсультировании : Метод. пособие


Поиск по определенным полям

Чтобы сузить результаты поисковой выдачи, можно уточнить запрос, указав поля, по которым производить поиск. Список полей представлен выше. Например:

author:иванов

Можно искать по нескольким полям одновременно:

author:иванов title:исследование

Логически операторы

По умолчанию используется оператор AND.
Оператор AND означает, что документ должен соответствовать всем элементам в группе:

исследование разработка

author:иванов title:разработка

оператор OR означает, что документ должен соответствовать одному из значений в группе:

исследование OR разработка

author:иванов OR title:разработка

оператор NOT исключает документы, содержащие данный элемент:

исследование NOT разработка

author:иванов NOT title:разработка

Тип поиска

При написании запроса можно указывать способ, по которому фраза будет искаться. Поддерживается четыре метода: поиск с учетом морфологии, без морфологии, поиск префикса, поиск фразы.
По-умолчанию, поиск производится с учетом морфологии.
Для поиска без морфологии, перед словами в фразе достаточно поставить знак «доллар»:

$исследование $развития

Для поиска префикса нужно поставить звездочку после запроса:

исследование*

Для поиска фразы нужно заключить запрос в двойные кавычки:

«исследование и разработка«

Поиск по синонимам

Для включения в результаты поиска синонимов слова нужно поставить решётку «#» перед словом или перед выражением в скобках.
В применении к одному слову для него будет найдено до трёх синонимов.
В применении к выражению в скобках к каждому слову будет добавлен синоним, если он был найден.
Не сочетается с поиском без морфологии, поиском по префиксу или поиском по фразе.

#исследование

Группировка

Для того, чтобы сгруппировать поисковые фразы нужно использовать скобки. Это позволяет управлять булевой логикой запроса.
Например, нужно составить запрос: найти документы у которых автор Иванов или Петров, и заглавие содержит слова исследование или разработка:

author:(иванов OR петров) title:(исследование OR разработка)

Приблизительный поиск слова

Для приблизительного поиска нужно поставить тильду «~» в конце слова из фразы. Например:

бром~

При поиске будут найдены такие слова, как «бром», «ром», «пром» и т.д.
Можно дополнительно указать максимальное количество возможных правок: 0, 1 или 2. 4 разработка

По умолчанию, уровень равен 1. Допустимые значения — положительное вещественное число.
Поиск в интервале

Для указания интервала, в котором должно находиться значение какого-то поля, следует указать в скобках граничные значения, разделенные оператором TO.
Будет произведена лексикографическая сортировка.

author:[Иванов TO Петров]

Будут возвращены результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, Иванов и Петров будут включены в результат.

author:{Иванов TO Петров}

Такой запрос вернёт результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, но Иванов и Петров не будут включены в результат.
Для того, чтобы включить значение в интервал, используйте квадратные скобки. Для исключения значения используйте фигурные скобки.

Изучение общего уровня социального интеллекта вьетнамских студентов

 

Статья посвящена изучению общего уровня социального интеллекта вьетнамских студентов. В исследовании использовался тест «Социальный интеллект» Дж. Гилфорда.

Ключевые слова: социальный интеллект, вьетнамский студент.

 

Социальный интеллект — это интегральная интеллектуальная способность, определяющая успешность общения и социальной адаптации, которая объединяет и регулирует познавательные процессы, связанные с отражением социальных объектов (человека как партнера по общению или группы людей). К процессам, его образующим, относятся социальная чувствительность, социальная перцепция, социальная память и социальное мышление. Иногда в литературе социальный интеллект отождествляется с одним из процессов, чаще всего с социальной перцепцией или с социальным мышлением [4].

Тест Дж. Гилфорда и М. Салливена позволяет не только измерить уровень развития социального интеллекта в целом, но и оценить частные способности к познанию поведения людей (способность предвидеть последствия поведения, способность адекватно отражать вербальную и невербальную экспрессию, способность понимать внутренние мотивы поведения и логику развития сложных ситуаций межличностного взаимодействия) [1, с. 1].

Методика исследования социального интеллекта имеет много достоинств, связанных с ее прогностическими возможностями. Поэтому ее применение позволит расширить и разнообразить диапазон психодиагностических методик, используемых в практике профессионального отбора, особенно для профессий типа «человек- человек» [3, с. 1].

В данной работе использована методика «социальный интеллект» Дж. Гилфорда для исследования общего уровня социального интеллекта вьетнамских студентов.

Исследование проведено на 45 вьетнамских студентов. Cтудентам предлагается ответить на четыре субтеста (1 субтест — «Истории с завершением», 2 субтест — «Группы экспрессии», 3 субтест — «Вербальная экспрессия» и 4 субтест — «Истории с дополнениями). Субтесты диагностируют четыре способности в структуре социального интеллекта: познание классов, систем, преобразований и результатов поведения. Два субтеста имеют в своей факторной структуре также второстепенные веса, касающиеся способности понимать элементы и отношения поведения.

Стимульный материал представляет собой набор из четырех тестовых тетрадей. Каждый субтест содержит от 12 до 15 заданий. Время проведения субтестов ограничено.

После завершения процедуры обработки результатов получаются стандартные баллы по каждому субтесту, отражающие уровень развития соответствующих способностей к познанию поведения вьетнамских студентов. Полученные результаты приведены в табл. 1.

Таблица 1

Результаты уровня социального интеллекта в каждом субтесте вьетнамских студентов

Уровень

 

Субтесты

Низкий

Средне-слабый

Средний

Средне-сильный

Высокий

абс.

%

абс.

%

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Субтест № 1

2

4,4

8

17,8

28

62,2

6

13,3

1

2,2

Субтест № 2

1

2,2

8

17,8

24

53,3

12

26,7

0

0,0

Субтест № 3

17

37,8

24

53,3

4

8,9

0

0,0

0

0,0

Субтест № 4

2

4,4

28

62,2

13

28,9

2

4,4

0

0,0

 

          Субтест № 1 — «Истории с завершением»: Большинство вьетнамских студентов со средними (62,2 %) и среднесильными (13,3 %) оценками по субтесту умеют предвидеть последствия поведения. Они способны предвосхищать дальнейшие поступки людей на основе анализа реальных ситуаций общения (семейного, делового, дружеского), предсказывать события, основываясь на понимании чувств, мыслей, намерений участников коммуникации.

          Субтест № 2 — «Группы экспрессии»: У вьетнамских студентов есть средние (53,3 %) и среднесильные значения (26,7 %). Такие студенты, скорее всего, придают большое значение невербальному общению, обращают много внимания на невербальные реакции участников коммуникации. Чувствительность к невербальной экспрессии существенно усиливает способность понимать других.

          Субтест № 3 — «Вербальная экспрессия»: Студенты с низкими оценками (37,8 % и 53,3 % студентов на низких и среднеслабых уровнях) по субтесту плохо распознают различные смыслы, которые могут принимать одни и те же вербальные сообщения в зависимости от характера взаимоотношений людей и контекста ситуации общения. Такие люди часто «говорят невпопад» и ошибаются в интерпретации слов собеседника.

          Субтест № 4 — «Истории с дополнением»: Студенты с низкими оценками (4,4 % и 62,2 % студентов на низких и среднеслабых уровнях) по субтесту испытывают трудности в анализе ситуаций межличностного взаимодействия и, как следствие, плохо адаптируются к разным родам взаимоотношений между людьми (семейным, деловым, дружеским и другим).

Для исследования общего уровня развития социального интеллекта (интегрального фактора познания поведения) вьетнамских студентов, мы провели классифицирующий анализ значений суммы баллов 45 вьетнамских студентов, которые определяются на основе композитной оценки. Полученные результаты приведены в табл. 2.

Таблица 2

Результаты общего уровня развития социального интеллекта вьетнамских студентов

Уровень

 

Объект

Низкий

Средне-слабый

Средний

Средне-сильный

Высокий

абс.

%

абс.

%

абс.

%

абс.

%

абс.

%

Вьетнамские студенты

0

0,0

39

86,7

6

13,3

0

0,0

0

0,0

 

В таблице 2 показано, что большое количество вьетнамских студентов находятся на низком уровне развития социального интеллекта (86,7 % и 23,3 % студентов на среднеслабых и средних уровнях).

В результате анализа сделан вывод, что вьетнамские студенты с низким социальным интеллектом могут испытывать трудности в понимании и прогнозировании поведения людей, что усложняет взаимоотношения и снижает возможности социальной адаптации. Уровень развития социального интеллекта в большей степени определяет успешность адаптации при поступлении на работу, чем уровень развития общего интеллекта. Вьетнамские студенты с низким социальным интеллектом обычно нелегко уживаются в коллективе, способствуют поддержанию оптимального психологического климата, проявляют больше интереса, смекалки и изобретательности в работе.

 

Литература:

 

  1.      Михайлова Е. С. Тест Дж. Гилфорда и М. Салливена. Диагностика социального интеллекта. Методическое руководство. — СПб.: ИМАТОН, 2006. — 56 с.
  2.      Михайлова Е.  С. Социальный интеллект. Концепции, модели, диагностика. — СПб.: СПбУ, ISBN 978–5-288–04409–0. 2007.
  3.      Шалаева Т. И. Использование методики исследования социального интеллекта в профконсультировании составитель — http://window.edu.ru/resource/264/50264/files/49.pdf. 40 с.
  4.      http://psylab.info/ Тест «Социальный интеллект» Гилфорда. Материал Psylab.info — энциклопедии психодиагностики.

«Социальный интеллект» в исследованиях |

Социальный интеллект как концепция была предложена психологом Эдвардом Торндайком в 1920 году. По его собственным словам, социальный интеллект — это «способность понимать мужчин и женщин, мальчиков и девочек и управлять ими, а также действовать разумно в человеческих отношениях». . Таким образом, по самому определению концепция относится как к когнитивным аспектам (способность понимать людей), так и к практическим аспектам (способность иметь дело с ними и реагировать на них).

В последующие годы Мосс и Хант определяли его в том же духе как «способность ладить с другими», а П.Е. Вернон в 1930-х годах продвигал его, описывая его как «Социальный интеллект отражается в общей способности ладить с людьми в целом, социальная техника или непринужденность в обществе, знание социальных вопросов и восприимчивость к раздражителям от других членов группы, а также понимание временных настроений или основных черт личности незнакомцев ».

За этим последовало затишье с точки зрения конкретных исследований этой концепции, пока Гарднер в 1980-х не предложил новую модель множественного интеллекта с межличностным и внутриличностным как двумя из них.Вместе они рассматриваются с точки зрения социального интеллекта. По его словам, «социальный интеллект позволяет людям использовать ресурсы других. Мы обнаруживаем, что значительная часть эффективного интеллекта людей в некотором смысле находится за пределами мозга. Это означает, что вы можете использовать интеллект для других людей, если знаете, как его достичь и как использовать. Поэтому лучшая стратегия — мобилизовать окружающих вас людей ».

Итак, по его словам, межличностный интеллект включает способность читать настроения, мотивы и другие психические состояния других людей; а внутриличностные включают способность получать доступ к собственным чувствам и оценивать их, а также использовать их для управления своим поведением.Он также считал, что это основа EI с большим упором на познание и понимание, чем на чувство.

Исследователи Форд и Тисак обнаружили конвергентную и дивергентную значимость социального интеллекта. Они также обнаружили, что социальный интеллект лучше предсказывает поведенческую меру социальной эффективности, чем академический интеллект. Фактически, в течение того десятилетия исследователи согласились, что социальный интеллект отличается от общего интеллекта и может служить лучшим предсказателем поведения.

В начале 1990-х исследователь Заккаро и его коллега рассматривали социальный интеллект в двух аспектах:

(a) Социальное понимание и

(b) Ситуационно-подходящее поведение.

По их мнению, социально-интеллектуальные люди осведомлены о социальной ситуации, включая проблемы и потребности других (социальная восприимчивость). Они также могут вести себя соответствующим образом в различных социальных ситуациях (поведенческая гибкость).

Примерно в то время исследователи Космицки и Джон описали социально умного человека как человека, который:

  • Хорошо понимает мысли, чувства и намерения людей;
  • Умеет общаться с людьми;
  • Обладает обширными знаниями правил и норм человеческих отношений;
  • Умеет видеть точку зрения других людей;
  • Хорошо адаптируется в социальных ситуациях;
  • Теплый и заботливый; и
  • Открыт для нового опыта, идей и ценностей.

В конце 90-х Саловей и Майер в своей работе рассматривали эмоциональный интеллект как часть социального интеллекта. По их словам, это включает в себя умение контролировать чувства и эмоции себя и других. Это способность различать сигналы и использовать эту информацию для управления мыслями и действиями других. Социальный интеллект — это способность использовать эмоциональный интеллект в социальных ситуациях. Включает в себя взаимодействие с другими людьми и готовность оценивать социальную ситуацию вокруг.

Но проблема в названии социального интеллекта «интеллектом» заключалась в том, чтобы проверить его на критериях «интеллекта», данных исследователями Бояцисом и Сала. По их мнению, чтобы классифицироваться как «интеллект», понятие должно быть:

1) Наблюдаемое поведение

2) Относится к биологическому и, в частности, нервно-эндокринному функционированию. То есть, каждый кластер следует дифференцировать по типу задействованных нейронных цепей и эндокринной системы

3) Относится к результатам жизни и работы

4) Достаточно отличается от других личностных конструкций, так что эта концепция повышает ценность понимания человеческой личности и поведения

5) Меры концепции как психологической конструкции должны удовлетворять основным критериям надежной меры, то есть показывать конвергентную и дискриминантную достоверность.

Эту проблему решал человек Дэниел Гоулман . Он, несомненно, был человеком, который внес наибольший вклад в исследования биологического и, в частности, нейроэндокринного функционирования в контексте социального интеллекта. В своей основополагающей книге он обсудил «социальный интеллект» с точки зрения неврологии, тем самым выполнив второй критерий Бояциса и Сала для того, чтобы социальный интеллект мог считаться интеллектом. Его вклад в становление социального интеллекта как области огромен.

В последующие годы такие исследователи, как Карл Альбрехт, переработали модель множественного интеллекта и заявили, что у людей есть шесть основных измерений интеллекта. Социальный интеллект фигурирует в качестве одного из них и определяется как «успешное взаимодействие с другими в различных контекстах», с близким термином «эмоциональный интеллект», определяемым как «самооценка и способность регулировать или управлять своими реакциями на опыт». Исследователь Сил и его сотрудники полагали, что этот термин был определен как поведенческое проявление межличностного осознания эмоций, потребностей, мыслей и восприятий других, а также навигации в более широкой социальной среде и работы с другими.

В еще одном важном повороте в своих последующих работах Гоулман (2006) и Бояцис и Гоулман (2006) переклассифицировали свой набор компетенций и кластеров на два отдельных аспекта. Межличностные кластеры (социальная осведомленность и управление отношениями) были переименованы в компетенции социального интеллекта (SI); а внутриличностные кластеры (самосознание и самоконтроль) были переименованы в компетенции эмоционального интеллекта (ЭИ).

Новый термин, эмоциональный и социальный интеллект (ESI) помогает отличить поведенческие проявления внутриличностного осознания и управления эмоциями внутри себя (EI) от поведенческих проявлений межличностного осознания эмоций других людей. потребности, мысли и восприятия, а также ориентироваться в более широкой социальной среде и работать с другими (SI).

Эта интегрированная концепция ESI предлагает больше, чем удобную основу для описания человеческих предрасположенностей — она ​​предлагает теоретическую структуру для организации личности и связи ее с

теория действий и производительности труда. Это также помогло ему позиционироваться как компетенция. Поскольку, по словам Бояциса, компетенция — это « основная характеристика человека, которая приводит или вызывает эффективную или превосходную производительность », поэтому компетенция ESI определяется как способность распознавать, понимать и использовать эмоциональную информацию о себе. (EI) или другие (SI), которые приводят или вызывают эффективную или превосходную производительность .

Подход к корреляции социального и эмоционального интеллекта четко отражен Бар-Оном, который использует концепцию эмоционального и социального интеллекта. Эта модель включает набор взаимосвязанных эмоциональных и социальных компетенций, которые определяют, насколько эффективно мы понимаем и выражаем себя, как мы понимаем и ладим с другими людьми и как мы справляемся с повседневной деятельностью.

На практике они могут дополнять друг друга, поскольку они дополняют абстрактный интеллект.Человек — цельная личность, карьера которой неотделима от личной или семейной жизни. Эмоциональный интеллект необходим для жизни человека, потому что он помогает воспринимать, понимать эмоции и управлять ими. Он представляет собой личную, природную мудрость, которая позволяет ему жить радостно, преодолевать и решать повседневные проблемы и добиваться успеха.

Социальный интеллект — это способность общаться с людьми, воспринимать социальные ситуации, правильно их интерпретировать и соответствующим образом реагировать.Это умение создавать гармоничные межличностные отношения и умение разрешать конфликты. Один компонент не может существовать без другого.

По словам Гоулмана, Бояциса и Макки, это определение может быть расширено до «того, как люди ведут себя и свои отношения». Итак, ESI — это набор компетенций или способностей, организованных по двум отдельным аспектам (эмоциональному и социальному) в том, как человек: (а) осознает себя; (б) управляет собой; (c) знает о других; и (г) управляет своими отношениями с другими.

Основываясь на исследовании компетенций и объединив его, Гоулман, Бояцис и Макки представили модель ESI с 18 компетенциями, сгруппированными в четыре кластера и два аспекта.

Исследователь Шон определил социально умных людей как:

  • Они уверены в социальных обстоятельствах.
  • Они проявляют неподдельный интерес к своим собратьям и демонстрируют их.
  • Они способны адаптироваться, понимать и эффективно реагировать.
  • Они ясно и настойчиво выражают свои эмоции и чувства.
  • Они осознают внутренний и внешний локус контроля.

Карл Альбрехт примерно в 2009 году разработал пять основных параметров социального интеллекта, таких как ситуационный радар, присутствие / направление, подлинность, ясность и сопереживание (можно рассматривать как аббревиатуру SPACE ).

  1. S Информационный радар (осведомленность): способность читать ситуации, понимать социальный контекст и выбирать поведенческие стратегии, которые с наибольшей вероятностью будут успешными
  2. P Резенс: внешнее ощущение себя, которое воспринимают другие: уверенность, чувство собственного достоинства и самоуважение.
  3. A Подлинность: противоположность фальшивке. Подлинность — это способ поведения, который порождает ощущение честности как с самим собой, так и с другими.
  4. C Характерность: способность ясно выражать свои мысли, эффективно использовать язык, ясно объяснять концепции и убеждать с помощью идей.
  5. E Мпатия: способность создавать чувство связи с другими; чтобы привлечь их на вашу волну и предложить им двигаться вместе с вами и к вам.

В это десятилетие согласованными аспектами социального интеллекта во всех исследованиях были: знание социальных ситуаций, точная интерпретация социальной ситуации и навыки надлежащего поведения в этой социальной ситуации. Хопкинс и Билимория считали, что для того, чтобы считаться социально умным, нужно хорошо разбираться в человеческих отношениях. Краун определил это как способность эффективно взаимодействовать с другими в любой социальной ситуации. Эммерлинг и Бояцис описывают компетенцию в области социального интеллекта как способность осознавать, понимать и действовать на основе эмоциональной информации о других, которая приводит к эффективной работе.

Таким образом, то, что было предложено Торндайком в первой половине 1900-х годов, первоначально воспринималось коллегами-исследователями как единая концепция. Однако позже другие стали рассматривать социальный интеллект как набор двух личностных интеллектов, разделенных на межличностный и внутриличностный интеллект, включающий знания о себе и других.

Многие ученые предложили несколько различных способов стать социально разумным. Считается, что это способность выполнять межличностные задачи и разумно действовать в отношениях.Это рассматривается как способность, позволяющая вести себя адекватно для достижения желаемой цели. Считается, что SI предполагает умение во взаимоотношениях.

Некоторые исследователи даже считали, что социальные аспекты интеллекта могут иметь такое же значение, как и когнитивные. Однако большинство из них согласились с тем, что социальный интеллект включает в себя знание социальных ситуаций и умение точно воспринимать и интерпретировать ситуации, чтобы помочь человеку успешно вести себя в этой ситуации. Другими словами, это всегда рассматривалось как способность эффективно взаимодействовать с другими.

В важном исследовании Зюсс, Вайс и Зайдель сосредоточили внимание на более потенциальной концепции SI, а не на поведенческих подходах и более широком понятии социальной компетентности (т. Е. Включающей как когнитивные, так и некогнитивные способности и навыки). ).

В подходе, основанном на потенциале, SI охватывает только когнитивные способности как необходимые предпосылки для социально компетентного поведения.Следовательно, социальное компетентное поведение является частью внешнего критерия, а не конструктом. Социально компетентное поведение, с другой стороны, зависит от когнитивных (т.е. SI) и некогнитивных предпосылок (например, намерений, мотивации, личностных качеств, ценностей, норм и т. Д.).

Таким образом, SI был определен как многомерная конструкция когнитивных способностей, основанная на интегративной модели, полученной из обзора литературы. Эта модель объединяет как теоретические, так и операционные определения SI. В своей текущей версии модель различает следующие области когнитивных способностей и частично подтверждается данными мультитрейт-мультиметодного (MTMM) исследования, проведенного Вайсом и Зюссом в 2007 году. Таким образом, SI имеет пять качеств:

Социальное понимание ( SU ) также социальный вывод, социальная интерпретация или социальное суждение) представляет собой способность понимать социальные стимулы на фоне данной социальной ситуации. Он также включает в себя различные требования, такие как распознавание психических состояний за словами, понимание наблюдаемого поведения в социальном контексте, в котором оно происходит, и декодирование социальных сигналов.

Социальная память (SM) представляет собой способность хранить и вспоминать объективно заданную социальную информацию, которая может различаться по сложности. Концепция SM была первоначально введена Моссом, а также появилась в работах Штернберга, Конвея, Кетрона и Бернштейна как память для имен и лиц.

Социальное восприятие (SP) представляет собой способность быстро воспринимать социально значимую информацию в более или менее сложных ситуациях. SP отличается от SU тем, что полагается только на объективно представленную информацию, чтобы исключить требования толкования.

Социальная гибкость (SF) — это способность производить как можно больше и как можно более разнообразных решений или объяснений социальной ситуации или социальной проблемы. Эта концепция была первоначально введена в структуру модели человеческого интеллекта Гилфорда (1967) в области дивергентного производства поведенческого содержания.

Социальные знания (SK) включают в себя знания по социальным вопросам, индивидуальный фонд знаний о социальном мире или знание правил этикета.В отличие от остальных измерений, СК сильно зависит от социальных ценностей окружающей среды и не рассматривается как чисто когнитивное измерение.

Социальный интеллект и традиционные методы исследования: вместе сильнее, чем по отдельности

Как профессионал в области маркетинговых исследований, я часто слышу о пробелах и ограничениях, которые традиционные исследования рынка методологии (использование фокус-групп, глубинных интервью, этнография, опросы, юзабилити-исследования и т. д.) настоящее время. Эти О своих проблемах мне говорят как коллеги, так и клиенты. По этой теме существует ряд официальных документов, в частности: предвзятость, неточный отзыв, влияние модератора, нехватка глубины анкет, профессиональные респонденты портят образцы, высокая стоимость проведения мультигеографических исследований и т. д. Однако многие из этих официальных документов не предлагают способа преодолеть эти препятствия; они просто предполагают, что препятствия существовать.

Я предлагаю решение: восполнение пробелов, которые традиционные представлены маркетинговые исследования с качественными и количественными социальными интеллект (Facebook, Twitter, форумы, блоги, мульти-интеллект, и т. д.) исследования для создания комплексной исследовательской стратегии. Это не будет будет оскорблять традиционные методы исследования и не будет рекламный ролик о тактике исследования социального интеллекта. Вместо этого покажет, что, объединив эти две несовершенные методологии и наборы данных вместе, мы, как исследователи, можем преодолеть препятствия обе.

Увеличение стоимости, снижение затрат и обеспечение качества за счет интеграции социальных разведка

Исследователи рынка не используют новые методологии или новые наборы данных ради инноваций; они делают это, чтобы заполнить присущие другим методологиям пробелы и предоставляют исчерпывающую информацию для своих клиентов. Это видно время и время снова на протяжении всей истории маркетинговых исследований — с момента появления проективных методик в XIX веке, все путь к использованию медицинского оборудования для отслеживания мозговых волн и движения сетчатки в 21 веке! Мы постоянно поиск способов улучшить понимание и сделать это с меньшими затратами.Исследования социального интеллекта — новейший пример этого. феномен, и используя его в сочетании с традиционными методологиями и наборами данных, вы можете преодолеть пять наиболее пожаловались на пробелы в традиционных количественных и качественных исследованиях:

[Загрузите PDF, чтобы увидеть таблицу]

Ориентация на аудиторию и получение прямой обратной связи от традиционных методологий

Хотя исследования социального интеллекта заполняют многие пробелы, представленные традиционными количественными и качественными методологии, это еще не все солнечные лучи и радуги. Как и у любой другой методологии, у нее есть свои недостатки и недостатки. Но опять же, когда социальный интеллект используется в сочетании с традиционными методологиями, эти недостатки можно смягчить. В частности, традиционные методологии исследования рынка могут решить проблему отсутствия демографических данных в наборе данных социальной разведки, таргетинг и сегментирование определенных рынков на основе этих демографических данных, а также сложность получения прямого обратная связь по нишевым темам и потенциальному залогу.

[Загрузите PDF, чтобы увидеть таблицу]

Социальные сети в действии: тематическое исследование с Учебный отдел

Нас нанял отдел обучения и сертификации одного крупнейших софтверных компаний мира, чтобы узнать, как обучение предпочтения изменились с появлением и ростом облачных технологии.

Есть ли спрос на облачные решения для обучения в технологический сектор? Если да, то заполняет ли кто-нибудь этот пробел на рынке и как они это делают?

Как клиенты хотели бы узнать и получить сертификаты для облачных технологий?

Чем отличаются предпочтения по обучению и сертификации в поколение?

[Загрузите PDF, чтобы увидеть изображение]

С учетом этих вопросов, крайний срок быстро приближается, и скромный исследовательский бюджет, мы создали трехуровневое исследование стратегия:

  • Три фокус-группы с тремя целевыми сегментами: миллениалы, сертифицированные пользователи с конкурентоспособными сертификатами и сертифицированные пользователи с сертификатами Клиента
  • Короткий десятиминутный опрос с использованием внутренней технологии панель респондентов
  • «Виртуальная этнография», в которой мы исследуем эти темы. качественно в сфере социального интеллекта путем погружения мы в сфере социального интеллекта и читаем через тысячи сообщений, созданных пользователями

Чтобы понять мотивы такого поведения, мы дополнили опрос качественными методиками, фокус группы и исследования социального интеллекта, чтобы сделать выводы стратегический и действенный.

Мы быстро поняли, что каждая из трех методик, которые у нас были выбранный предлагает уникальные преимущества и недостатки. Пока фокус группы предоставят богатую качественную информацию и дословно, это даст нам относительно небольшую выборку. Мы рассматривали возможность увеличения количество фокус-групп, но это было непомерно дорого. К дополнять, проверять и развивать фокус-группы, которые мы использовали социальный интеллект.

  • Хотя опрос позволит понять, как клиенты вели себя, это не поможет нам понять драйверы и мотивации такого поведения.
  • Хотя исследования социального интеллекта предлагали низкую цену, высокая выборка и глубокое качественное понимание, было бы сложно для нас, чтобы выявить элемент изучения поколений, потому что люди редко указывают свой возраст и поколение в социальных профили разведки. Мы дополнили социальный интеллект методика с сегментированными фокус-группами и опросом сравнения данных, чтобы выявить и количественно оценить поколенческие различия.

Используя эту трехуровневую методологию, мы обратились к каждому вопрос с методологией, которая лучше всего подходит для ответа на него — не оставлять пробелов в исследованиях и не ставить перед собой задачи.Используя социальные сети в качестве дополнения к традиционным методологиям, мы также смогли развернуть проект в короткие сроки (менее 6 недель с момента подписания контракта) и при скромном бюджете. Наконец, включение социальных сетей позволило нам получить очень нишевые, но важные идеи о поведении при онлайн-обучении которые мы не смогли бы обнаружить в офлайн-режиме методология. Например, мы обнаружили распространенность онлайн- геймификация как средство обучения миллениалов.

Наш клиент, старший менеджер по маркетинговым исследованиям, лучше всех рассказал сила многометодного подхода:

Этот подход работает как я работаю, когда делаю критическое решение — принятие разрозненные источники информация, которая работает вместе, чтобы указать действие.

Интеграция набора социальных данных в процесс исследования: шаг за шагом

Хотя большинство исследователей могут признать тот факт, что социальные данные обширный, мощный и недорогой источник данных — все еще есть сомнения принять его как дополнение к традиционным исследованиям, потому что трудно определить правильное место и подходящее время для использования социальных интеллект в процессе исследования.По правде говоря, нет «правильного время »использовать набор социальных данных; это зависит от потребностей клиента, бюджет и имеющиеся знания по теме. Ниже четыре из выделены наиболее распространенные варианты использования социального интеллекта и объясняется польза каждого из них.

Изучить

Начните с широкого качественного глубокого погружения в социальный интеллект. Это поможет вам понять, какие вопросы нужно задавать в центре внимания. группы, в опросах и т. д.Качественная разведка открывает много неизвестные, такие как потенциальные варианты использования или невысказанные представления.

Раскрыть

Вы можете легко определить поведение с помощью опросов, веб-аналитики, Данные CRM и др. Что сложнее и что социальное поддается хорошо, чтобы найти ПОЧЕМУ за этим поведением. Поведение изменения, но основные движущие силы и мотивации, которые люди считают более постоянным и в конечном итоге может помочь вашей компании подготовиться для поощрения и облегчения будущего поведения; не просто отслеживать текущие.

Подтвердить

Потратив сотни тысяч долларов на традиционные исследования, имеет смысл проверить и количественно оценить эти результаты через социальный интеллект. Подтверждение социального интеллекта Insights придает первоначальным выводам достоверность как внутри компании, так и внешне. Вы даже можете измерить распространенность тем, что упрощает расстановку приоритетов для стратегий и действий. Хотя эту проверку можно выполнить традиционными методами, социальный интеллект обеспечивает проверку на основе миллионов данных баллов со всего мира и делает это за относительно низкую Стоимость.

Колея

Социальный интеллект — одна из немногих динамических данных в реальном времени. наборы, которые существуют. Постоянно отслеживая темы через социальные сети интеллекта, вы можете постоянно следить за темой, чтобы вы не упустите ни одной возможности между лонгитюдными исследованиями.

Заключение

Как исследователи социального интеллекта, так и традиционные рынки исследователей, мы обязаны нашим клиентам и нашей дисциплине предоставлять наиболее полную и исчерпывающую информацию, которую мы можем получить, при сохранении бюджета и соблюдении сроков.Чтобы выполнить это ответственности, нам нужно использовать несколько методологий и использовать сила триангуляции в нашем исследовании.

Нам нужно выйти за пределы убеждения, что нам нужно выбрать одно или другие — исследования социального интеллекта или традиционные исследования рынка. Вместе мы сильнее, чем врозь.

(PDF) Измерение социального интеллекта — методология MESI

www. ccsenet.org/ass Asian Social Science Vol. 10, № 6; 2014

96

извлеченных факторов, которая представляет собой степень, в которой можно распознать намерения, чувства и

слабости других.Люди могут адаптироваться к другим, угадывать их желания, а также выполнять их. Уровень обработки социальной информации

также важен для манипуляции.

Фактор социальной раздражительности MESI отрицательно коррелирует со всеми тремя факторами TSIS. Это означает, что реализация

социального интеллекта и его отдельных компонентов в значительной степени связана с контролем

собственных эмоций. Напротив, невозможно ожидать высокого уровня социального интеллекта и эффективного решения

социальных ситуаций от человека, который не может контролировать эти эмоции и чьи эмоции сильно влияют на его

или ее когнитивные и поведенческие реакции в социальных ситуациях.

Интересно, что фактор манипуляции MESI положительно коррелирует с двумя факторами TSIS — социальными навыками и социальной обработкой информации

. Эти корреляции подтверждают исходное предположение, что социальный интеллект заряжен нейтрально

, которое обсуждалось во введении к этой статье в связи с пониманием социального интеллекта

в контексте дискуссий о его возможном просоциальном или антисоциальном характере (Kosmitzki &

John, 1993; Kaukiainen et al., 1999). Фактор манипуляции одновременно отрицательно коррелирует с фактором социальной осведомленности

, который явно просоциально заряжен.

5. Заключение

Социальный интеллект — важный фактор предсказания и интерпретации человеческого поведения в различных социальных

контекстах социальной практики. Предполагается, что представленная концепция и методика выявления социального интеллекта

как одной из характеристик личности продуктивна.На данный момент полученные верификационные данные о концепции и методологии

и

служат свидетельством значимости этого процесса и составляют

в пользу применения перформативного подхода к измерению социального интеллекта, который, с точки зрения

, является практическим. потребности и использование, очень желательно на практике. Одновременно представленные результаты подтверждают

идею о нейтральном заряде в просоциальном смысле и его влиянии на поведение.Методология MESI в сравнении с TSIS

представляет более широкую концепцию взгляда на социальный интеллект, который включает когнитивные,

эмоциональные и социальные компоненты.

Мы полностью осознаем ограничения и недостатки наших выводов и необходимость проверки представленной концепции и методологии

в гораздо более широком контексте, особенно в культурном контексте.

Ссылки

Andrew et al. (2008). Отношения между эмпатией и макиавеллизмом: альтернатива

теории эмпатии-систематизации.Личность и индивидуальные различия, 44, 1203-1211.

http://dx.doi.org/10.1016/j.paid.2007.11.014

Барнс, М. Л., и Стернберг, Р. Дж. (1989). Социальный интеллект и расшифровка невербальных сигналов. Разведка, 13,

263-287. http://dx.doi. org/10.1016/0160-2896(89)

-6

Бар-Он Р. (2006). Запретная модель эмоционально-социального интеллекта (ESI). Псикотема, 18, 13-25.

Чен, Л. (2008). Влияние сочувствия на разговорный английский в колледже.Азиатские социальные науки, 4 (8), 142-146.

Форд М. Э. и Тисак М. С. (1983). Дальнейший поиск социального интеллекта. Журнал педагогической психологии, 75,

196-206. http://dx.doi.org/10.1037/0022-0663.75.2.196

Frankovský, M., & Birknerová, Z. (2013). Различия в социальном и макиавеллистическом интеллекте

студентов-менеджеров из Чехии и Словакии. CBU International Conference Proceedings 2013,

135-143. Прага: Среднечешский университет.http://dx.doi.org/10.12955/cbup.2013.26

Frankovský, M., Lajčin, D., & Sláviková, G. (2012). Социальный интеллект как предиктор поведения менеджеров в

сложных ситуациях управленческой работы. Менеджмент 2012: Управление исследованиями и бизнесом в свете практических потребностей

, 476-486. Прешов: Книжник.

Франковски М., Штефко Р. и Баумгартнер Ф. (2006). Поведенчески-ситуационный подход к исследованию социального интеллекта

.Studia Psychologica, 48 (3), 251-258.

Гарднер, Х. (1983). Множественный интеллект: теория множественного интеллекта. Нью-Йорк: Основные книги.

Гоулман Д. (2006). Эмоциональный интеллект. Нью-Йорк: Bantam Books.

Каукиайнен, А., Бьоркквист, К., Остерман, К., Лагерспец, К., и Форсблом, С. (1995). Социально-оценочный интеллект

(PESI). Турку, Финляндия: Департамент психологии Университета Турку.

Каукиайнен, А., Бьерквист, К., Лагерспец, К., Эстерман, К., Салмивалли, К., Ротберг, С., & Альборн, А. (1999).

Взаимосвязь между социальным интеллектом, эмпатией и тремя типами агрессии. Агрессивный

Социальный интеллект

После исследований Гилфорда ряд исследователи продолжили попытки определить социальные интеллекта и определить его отношение к общему абстрактный интеллект. Большинство этих исследований явно использовать логику мультитрейт-мультиметодная матрица (Campbell & Fiske, 1959), используя множество социальных и несоциальный интеллект и изучение конвергентных обоснованность альтернативных мер в каждой области, и их дискриминантная достоверность в разных доменах (например, Sechrest & Jackson, 1961).

Например, Китинг (1978) измерял социальные интеллект с батареей инструментов, включая Тест определения проблем Реста (1975), полученный из Теория нравственного развития Колберга (1963); Тест социальной проницательности Чапина (1942), в котором подлежат разрешению различных социальных дилемм; и Индекс социальной зрелости Гоу (1966), самоотчет шкала, полученная из Калифорнийской психологической Инвентарь, измеряющий эффективное социальное функционирование. Применяя мультитрейт-мультиметодный анализ, Китинг не нашли доказательств того, что социальный интеллект, поэтому определен, отличался от академического интеллекта. Таким образом, средняя корреляция между тестами в пределах каждый домен был на ниже, чем на соответствующее среднее значение по доменам. Хотя фактор Анализ выявил два фактора, каждый из которых состояла из смеси двух типов интеллекта тест.Наконец, Китинг обнаружил, что три меры абстрактного интеллекта были на самом деле лучше предикторы индекса социальной зрелости Гофа (1966) чем оставшиеся два показателя социальной интеллект. Однако следует отметить, что Предполагаемые меры социального интеллекта Китинга: очень вербальный характер, поэтому некоторое заражение абстрактные вербальные и рассудочные способности могут быть ожидал.

В ответ на исследование Китинга (1978) Форд и Тисак (1983) провели еще более существенное исследование с участием более 600 старшеклассников. Четыре меры вербальных и математических способностей были получены из школьные записи об оценках и результаты стандартизированных тестов. Социальный интеллект измерялся самооценкой, сверстниками и рейтинги учителей социальной компетентности, Hogan’s (1969) тест на эмпатию, самоотчеты о социальной компетентности и суждение, основанное на индивидуальном интервью.В в отличие от результатов Китинга (1968), Форд и Тисак обнаружил, что меры академического и социального интеллект нагружен разными факторами. Более того, три рейтинга социальной компетентности и Хогана шкала эмпатии более предсказывала оценки социальной компетентности во время интервью, чем академические меры. Форд и Тисак приписали эти результаты отбора социального интеллекта меры по критерию поведенческого эффективность в социальных ситуациях, а не когнитивное понимание их.Перефразируй: меры вербальной способности, включая стандартные показатели IQ, вероятно, будут сильно коррелировать с словесные, но не невербальные измерения социальных интеллект.

Аналогичные выводы были получены рядом других следователи (например, Brown & Anthony, 1990), включая Марлоу (1986; Марлоу и Беделл, 1982), кто собрал большую батарею личностных мер якобы задействуя различные аспекты социальных интеллект.Факторный анализ этих инструментов дал пять измерений социального интеллекта: интерес и забота о других людях, социальные исполнительские способности, эмпатические способности, эмоциональные выразительность и чувствительность к эмоциям других выражения, а также социальная тревога и отсутствие социальных самоэффективность и чувство собственного достоинства. Факторные оценки по этим измерения социального интеллекта были существенно не связаны с мерами вербального и абстрактного интеллект.

Однако при оценке исследований, подобных Марлоу (1986), Следует отметить, что кажущаяся независимость социальный и общий интеллект может быть не менее частично артефакт вариативности метода. в отличие от GWSIT и батареи когнитивных и меры дивергентного производства, разработанные Гилфордом группа, мнимые меры Марлоу социальной интеллект — это шкалы самооценки, тогда как его меры вербального и абстрактного интеллекта были обычные виды объективных тестов производительности.В одна только разница в методах сбора данных может объясните, почему социальные и вербальные / абстрактные измерения выстроились по разным факторам. В любом случае измерение индивидуальных различий в социальных интеллект с помощью шкал самооценки является основным отход от традиции тестирования интеллекта, и кажется важным подтвердить выводы Марлоу. используя объективные показатели эффективности различных аспекты социального интеллекта.

Например, Frederickson, Carlson, & Ward (1984) использовали обширную процедуру оценки поведения, вместе с батареей тестов производительности школьные способности и достижения, а также медицинские и решение немедицинских проблем. Кроме того, каждый предмет провели 10 интервью с симулированными медицинскими пациенты и немедицинские клиенты.На основании кодировок их поведение на собеседовании, каждый предмет получил рейтинги организованности, теплоты и контроля. Ни один из меры способностей, достижений или поведение при решении проблем существенно коррелирует с любой из рейтингов социальных интеллект. Лоуман и Лиман (1988), используя количество показателей эффективности, полученные доказательства для три измерения социального интеллекта: социальные потребности и интересы, социальные знания и социальные способности.Интересно, что корреляции всех трех размеры со средним баллом, прокси для академический интеллект были либо нулевыми, либо отрицательными.

С другой стороны, Стрикер и Рок (1990) управлял батареей показателей эффективности социальный интеллект и обнаружил, что точность испытуемых в оценке человека и ситуации, изображенной в записанное на видео интервью соотносилось с устным способность. Вонг, Дэй, Максвелл и Меара (1995) построенные меры социального восприятия (точность в расшифровка вербального и невербального поведения), социальная понимание (точность в интерпретации социального поведения) и социальное знание (знание правил этикет). Факторный анализ показал, что социальные восприятие и понимание были тесно связаны, ни этих измерений были тесно связаны с социальными знания, и ни одна из социальных способностей не была связанные с традиционными академическими способностями.

Расширение исследования Wong et al., Jones and Day (1997) основывали свой анализ на исследовании Кеттелла (1971). различие между жидким и кристаллизованным интеллект. В социальной сфере кристаллизовались интеллект отражает накопленные человеком фонд знаний о социальном мире, в том числе его или ее словарный запас для представления социальных поведение и ситуации; гибкий интеллект контраст, отражает способность человека быстро и точно решать проблемы, поставленные новыми социальными ситуации. Джонс и Дэй собрали четыре такта каждый вид способностей, включая словесные и графические показатели эффективности, самооценки и учитель рейтинги. У них также было несколько критериев академической способность. Подтверждающий факторный анализ тестирования различных конкретные модели отношений между социальными и академический интеллект показал, что кристаллизовалось социальный интеллект отличался от жидкого социальный интеллект, но не академический интеллект.

Очевидно, что больше исследований с использованием необходимы меры, прежде чем делать какие-либо окончательные выводы можно нарисовать об отношениях между различными аспектами социального интеллекта (конвергентная валидность) и отношения между социальным интеллектом и другими интеллектуальные способности (дискриминантная валидность).

Социальный интеллект как когнитивный модуль

Исключение из общего правила, что социальные интеллект играет небольшую роль в научных теориях интеллекта теория кратных интеллект , предложенный Гарднером (1983, 1993).В отличие от Спирмена (1927) и других сторонников всеобщего интеллекта (например, Jensen, 1998), Гарднер предположил, что интеллект не является единым когнитивным способности, но их семь (а может, и больше) совершенно разные виды интеллекта, каждый гипотетически отделен от других, и каждый гипотетически связанный с другим мозгом система.В то время как большинство из этих предполагаемых интеллектов (лингвистический, логико-математический, пространственный, музыкальный, и телесно-кинестетический) являются «когнитивными» способностями чем-то напоминает первичное умственное мышление Терстона. способностях, две из них явно личные и социальные в природа. Гарднер определяет внутриличностный интеллект как способность человека получить доступ к его или ее собственная внутренняя эмоциональная жизнь и межличностных интеллект как способность человека замечать и различать других людей.

Хотя множественный интеллект Гарднера (1983) конструкции индивидуальных различий, в которых некоторые предполагается, что люди или некоторые группы имеют больше эти способности, чем другие, Гарднер не полагается на традиционные психометрические процедуры — шкала построение, факторный анализ, мультитрейт-мультиметод матрицы, внешние коэффициенты достоверности и т. д.— за документирование индивидуальных различий. Скорее его предпочтительный метод — несколько импрессионистский анализ, основанный на схождении признаков, представленных восемь различных линий доказательств.

Главный из этих признаков — изоляция мозгом урон , так что одна форма интеллекта может избирательно нарушаться, оставляя другие формы относительно нетронутый; и исключительных случаев , люди, обладающие исключительным уровнем возможность в одной области на фоне нормального или даже нарушение способностей в других областях (в качестве альтернативы человек может показать необычно низкое уровни способностей в одной области на заднем плане нормального или исключительно высокого уровня способностей в другие).Так, например, Гарднер (1983) утверждает, что неврологические тематические исследования, которые повреждают префронтальные доли коры головного мозга могут выборочно ухудшают личный и социальный интеллект, оставив другие способности нетронутыми. Классический случай Финеас Гейдж может служить примером (Macmillan, 1986). С другой стороны, в случае Лурии (1972) Зазецкий, «человек с разрушенным миром», выдержал повреждение затылочной и теменной долей, которое серьезно ослабил большинство его интеллектуальных способностей, но оставил свои личные и социальные способности относительно нетронутый.Гарднер также отмечает, что, хотя оба Down синдром и болезнь Альцгеймера имеют тяжелые когнитивные последствия, но мало влияют на способности человека ладить с другими людьми, болезнь Пика щадит по крайней мере, некоторые когнитивные способности, в то время как серьезно нарушение способности человека взаимодействовать с другие. В смежных работах Тейлор и Кадет (1989) предположил, что три разные системы мозга обеспечивают неврологический субстрат социального интеллекта: сбалансированная или интегрированная корковая подсистема, которая полагается на долговременную память, чтобы делать сложные социальные суждения; фронтально-доминирующая подсистема, которая организует и генерирует социальное поведение; и лимбически-доминантный подсистема, которая быстро производит эмоциональные реакции к событиям. Однако следует отметить, что с исключение эмоций (для авторитетного резюме, см. LeDoux, 1996; см. также Kihlstrom, Mulvaney, Tobias, & Tobis, 1998), исследование неврологические основы социального познания и поведение очень импрессионистское и спекулятивное (для обзора нейропсихологических подходов к социальное познание и социальный интеллект, см. Klein И Kihlstrom, 1998).

Что касается выдающихся личностей, Гарднер предлагает Зигмунда Фрейда и Марселя Пруста как «вундеркиндов» в области внутриличностного интеллекта, и Махатма Ганди и Линдон Джонсон как их коллеги в области межличностных интеллект. Каждый из этих людей, Гарднер претензии, демонстрируют высокий уровень личных и социальных интеллект на фоне более «нормального» способности в других областях. С отрицательной стороны, Гарднер отмечает, что детский аутизм (болезнь Каннера синдром, синдром Вильямса и др.) сильно нарушает способность человека понимать других людей и ориентироваться в социальном мире.

Кроме того, Гарднер постулирует несколько других знаков. предполагая разные типы интеллекта. Среди это идентифицируемых основных операций , вместе с экспериментальными задачами , которые позволяют анализ этих основных операций и психометрических тесты , которые выявляют индивидуальные различия в умение их выполнять.Что касается социальных разведки, конечно, основные операции которые составляют основу исследований социального познания: восприятие человека и формирование впечатления, причинный атрибуция, личная память, социальная категоризация, управление впечатлениями и тому подобное. Социальная литература по познанию предлагает множество парадигм для изучение этих операций, конечно, а иногда эти экспериментальные процедуры были переведены в методы анализа отдельных различия (например,г., Kihlstrom & Nasby, 1981; Насби И Kihlstrom, 1985). Например, Каесс и Витриол (1955) изучал память на имена и лица; Сечрест и Джексон (1961) исследовали индивидуальные различия в способность предсказывать поведение других людей в разного рода ситуации; и Штернберг и его коллеги (Barnes & Sternberg, 1989; Sternberg & Smith, 1985) оценили отдельные различия в способности декодировать невербальные коммуникации.

Ли основные операции, связанные с социальными познание качественно отличается от вовлеченных Однако несоциальное познание — открытый вопрос. При восприятии эмоций на лице может показаться, что качественно отличаться от мысленного поворота изображения буквы R , рабочее предположение в большинстве исследование социального познания заключается в том, что психические процессы такие же, как и в несоциальное познание.Так, например, Кантор и Мишель (1979) лично исследует прототипы восприятие было задумано как довольно прямой перевод новаторской работы Роша (1978) о нечетком множестве подходы к несоциальным категориям. И пока это вполне правдоподобно предположить, что восприятие лица, самые социальные раздражители, следуют за особыми rules и опосредуется специальной областью мозга (например,грамм., Farah, 1996), недавние экспериментальные и нейровизуальные исследования свидетельства показывают, что распознавание лиц — это просто пример более широкого опыта для определения объекты на подчиненных уровнях категоризации (Готье, 1998).

Одно потенциально важное различие между социальной и несоциальной сфер, конечно же, социальное познание объекта (т.е., человек) представленный в сознании наблюдателя умный и сознательный. Таким образом, воспринимаемый человек может попытаться контролировать впечатление, создаваемое воспринимающим, через различные стратегии управления впечатлениями (Гоффман, 1959; Джонс, Питтман, 1982). К еще больше усложняет ситуацию, воспринимающий вполне может быть осознавая возможность стратегического самопрезентации и, таким образом, скорректировать его или ее восприятия соответственно, в то время как человек воспринимаемое может модулировать его или ее действия по управлению впечатлениями, чтобы минимизировать эти исправления. Такие ритуалов взаимодействия (Goffman, 1967) вряд ли возникнут в несоциальном восприятие и познание.

Помимо экспериментального и психометрического доказательства, Гарднер (1983) также предполагает, что качественно разные формы интеллекта будут показать отличительных историй развития. От с точки зрения онтогенеза , то гипотеза состоит в том, что приобретение и овладение компетенции в социальной сфере следуют другому траектория развития, от младенчества до подросткового возраста и взрослой жизни до старости, чем другие способности.Точно так же из филогенетического точки зрения, гипотеза была бы такой личной и межличностные способности отслеживают разные эволюционные пути. Таким образом, Гарднер (1983) цитирует Gallup (1970, 1998; Gallup, Marino, & Эдди, 1997), обнаружив, что люди и шимпанзе, но другие приматы (и не другие млекопитающие) не проходят зеркальный тест самопознания.

Наконец, Гарднер утверждает, что каждая форма интеллект закодирован в уникальной системе символов которой можно манипулировать данной способностью и передается культурой. Для некоторых из предложенных им разумных существ, существование системы символов довольно очевидно: письменный язык, математический символы и музыкальные обозначения являются яркими примерами.В качестве доказательства, указывающие на особый личный символ системы, Гарднер цитирует этнографию Гирца (1975). работы на Яве, Бали и Марокко, что выявило значительное культурное разнообразие средств, с помощью которых люди сохраняют чувство собственного достоинства и правила, которые регулируют их социальные отношения — личные и социальные интеллект, приобретенный в процессе социализации. Конечно, в английском языке есть большая словарный запас — 17 953 по одним подсчетам (Allport & Odbert, 1937), которые могут представлять людей когнитивные, эмоциональные и мотивационные состояния, поведенческие установки и другие психосоциальные характеристики. А в западной культуре структуры, подобные классической четырехчастной классификации темперамент (меланхолик, флегматик, холерик и сангвиник; Кант, 1798/1978) и Большая пятерка личностные аспекты (невротизм, экстраверсия, доброжелательность, добросовестность и открытость опыт; John, 1990) обычно используются для уловить и передать суть чужого личность.

Прототип социального интеллекта

Хотя социальный интеллект оказался трудным для психометрии, чтобы операционализировать, кажется, играют важную роль в наивных, интуитивных концепции интеллекта. Продолжение более ранней работы Рош (1978), Кантор (Кантор и Мишель, 1979; Cantor, Smith, French, & Mezzich, 1980) и Neisser (1979), Штернберг и его коллеги спросили субъекты должны перечислить поведение, которое они считали характеристика интеллекта, академического интеллекта, повседневный интеллект и неразумность; два дополнительные группы предметов по 250 поведения из первого списка с точки зрения того, как «характеристика» каждого идеального человека обладающий каждой из трех форм интеллекта (Штернберг, Конвей, Кетрон и Бернштейн, 1981).Факторный анализ рейтингов непрофессионалов дала фактор «социальной компетентности» в каждом контекст. Прототипные модели поведения, отражающие социальные компетенции были:

Принимает других такими, какие они есть;
Допускает ошибки;
Проявляет интерес к миру в целом;
Вовремя на встречи;
Имеет социальную совесть;
Думает, прежде чем говорить и делать;
Проявляет любопытство;
Не делает поспешных суждений;
Выносит справедливые суждения;
Хорошо оценивает актуальность информации для проблема под рукой;
Чуток к нуждам и желаниям других людей;
Откровен и честен с собой и другими; и
Проявляет интерес к ближайшему окружению.
Интересно, что отдельное измерение социальной компетентности не появлялись постоянно в рейтингах группы специалистов по разведке. Скорее, эксперты измерения, ориентированные на вербальный интеллект и способность решать проблемы, с социальной компетентностью явно появляющиеся только в рейтингах идеальных «практически умный» человек.Возможно, эти специалисты разделял пренебрежительное отношение Векслера (1939) к социальным интеллект.

Аналогичное исследование было проведено Космицки и Джоном. (1993). Основано в основном на предыдущих исследованиях Орлика. (1978), эти исследователи составили список из 18 особенности, которые составляют неявное представление людей о социальный интеллект. Когда испытуемых просили оценить насколько каждая функция была необходима для их личного понимание социального интеллекта, следующее размеры стали наиболее важными для прототипа:

Понимает мысли, чувства людей, и намерения хорошие;
Умеет общаться с людьми;
Обладает обширными знаниями правил и норм человеческого связи;
Умеет видеть точку зрения других людей;
Хорошо адаптируется в социальных ситуациях;
Теплый и заботливый; и
Открыт для нового опыта, идей и ценностей.


В другой части исследования испытуемых просили: оцените понравившегося человека по каждому из этих признаков. После статистического учета дифференциала симпатии черт, факторный анализ дал четкое измерение социального интеллекта, определяемое атрибуты, перечисленные выше. Остальные два фактора были названы социальное влияние и социальная память.

Недавнее психометрическое исследование социального интеллекта использовали методологию, аналогичную методике Sternberg et al. (1981) и Космицки и Джон (1993). Шнайдер, Акерман и Канфер (1996) попросили испытуемых произвести описания социально грамотного поведения. Эти дескрипторы затем были сопоставлены и сокращены, чтобы сформировать Анкета социальной компетентности, в которой участвуют попросили оценить степень описания каждого элемента их типичное социальное поведение. Факторный анализ выявили семь измерений социальной компетентности: экстраверсия, теплота, социальное влияние, социальное понимание, социальная открытость, социальная целесообразность и социальная дезадаптация. Совокупные баллы по этим размеры практически не коррелировали с мерами количественной и вербальной / логической способности. На Основываясь на этих выводах, Schneider et al.заключил что «пора положить конец остаточным понятиям что социальная компетентность является монолитной единицей, или что это просто общий интеллект, применяемый к социальным ситуаций »(стр. 479). Как и в исследовании Марлоу (1986), однако использование самоотчетов социальный интеллект ставит под сомнение этот вывод, который еще предстоит подтвердить с использованием объективных показателей меры различных измерений в социальных домен.

Sternberg et al. (1981) отметили, что в отличие от явные теории интеллекта, которые пытаются объяснять, что такое интеллект, неявные теории попытка захватить мнение людей о том, что слово интеллект средства. Социальный интеллект играл небольшую роль в Ранний компонентный взгляд Штернберга на человека интеллект (Sternberg, 1977, 1980; но см. Sternberg, 1984), в котором предполагалось сосредоточить внимание на навыки рассуждения и решения проблем, представленные традиционные тесты интеллекта.Однако социальные интеллект явно представлен в более свежий триархический вид интеллекта (Штернберг, 1984, 1985, 1988). Согласно триархическая теория, интеллект состоит из аналитические, творческие и практические способности. Практический интеллект определяется с точки зрения решение проблем в повседневном контексте и явно включает социальный интеллект (Sternberg & Wagner, 1986).По словам Штернберга, каждый тип интеллект отражает работу трех различных виды компонентных процессов: компоненты производительности, которые решают проблемы в различных областях; исполнительный метакомпоненты, которые планируют и оценивают решение проблем; и компоненты приобретения знаний, с помощью которого изучаются первые два компонента. К еще больше усложняют ситуацию, Штернберг (1985, 1988) утверждает, что измерение всех форм интеллект чувствителен к контексту, в котором он оценивается.Это может быть особенно актуально для практический и социальный интеллект: например, правильный ответ на вопрос о социальном суждении может ну будет иначе, если это будет в корпоративной (Wagner & Sternberg, 1985) или военный (Legree, 1995) контекст.

Для Штернберга эти способности и, следовательно, их лежащие в основе компоненты, вполне могут быть независимы друг от друга.Нет никакого смысла, например, что человек, который силен в аналитических интеллект также будет сильным в творчестве и практический интеллект. В любом случае отношение среди различных интеллектуальных способностей есть эмпирический вопрос. Ответ на этот вопрос, конечно, требует что у нас есть адекватные инструменты для оценки социальных интеллект — тесты, которые адекватно отбирают домен, о котором идет речь, помимо того, что он надежен и действительный.В настоящее время эти инструменты не кажутся существовать. Однако будущие исследователи, желающие сделать можно посоветовать начать с интуитивно понятная концепция социального интеллекта ум непрофессионала. Ведь социальный интеллект это социальная конструкция, а не только академическая.

В отличие от рассмотренных психометрических подходов выше, взгляд социального интеллекта на личность (Кантор и Килстрём, 1987, 1989; Кантор и Флисон, 1994; Кантор и Харлоу, 1994; Kihlstrom И Кантор, 1989; см. также Cantor & Kihlstrom, 1982; Кантор и Циркель, 1990; Снайдер и Кантор, 1998) не рассматривает социальный интеллект как черта или группа черт, по которым люди могут быть сравнили и оценили по шкале от низкого до высокого.Скорее, взгляд на личность со стороны социального интеллекта начинается с предположения, что социальное поведение является интеллигентным — что это опосредовано когнитивными процессами восприятие, память, рассуждение и решение проблем, вместо того, чтобы опосредоваться врожденными рефлексами, условные реакции, развитые генетические программы и подобное, аналогичное, похожее. Соответственно, точка зрения социального интеллекта конструирует индивидуальные различия в социальном поведении — публичные проявления личности — быть продукт индивидуальных различий в знаниях которые люди используют в своих социальных взаимодействия. Причины различий в социальных знаниях различия в социальном поведении, но это не делает смысл конструировать меры социального IQ.В важная переменная не сколько социальная интеллект у человека есть, а скорее то, что социальный интеллект, которым он или она обладает.

Эволюция когнитивных взглядов на личность

Взгляд социального интеллекта на личность имеет свои истоки в социально-познавательной традиции теория личности, в которой построение и рассуждение процессы имеют центральное значение для вопросов социальной адаптации. Так, Келли (1955) охарактеризовал людей как наивных ученые генерируют гипотезы о будущем межличностные события на основе набора личных конструкции относительно себя, других и мира в большой. Эти конструкции были идиографическими в отношении как для содержания, так и для организации. Частные лица могут быть ранжируются по сложности их личных создавать системы, но важная проблема для Келли знал, какие личные конструкции человека мы.Помимо сложности, идиосинкразическая природа системы личного построения исключали многие номотетические сравнение.

Хотя теория Келли была несколько иконоборческой, аналогичные события произошли в эволюции теории социального обучения личности. Начальный формулировка теории социального обучения (Миллер и Dollard, 1941), сочетание фрейдистских психоанализ и теория обучения Халлиана, считали, что личность была в значительной степени усвоенным поведением, и это понимание личности требует понимания социальные условия, в которых он был приобретен. Однако медленный рост когнитивных теорий обучение (например, Tolman, 1932) вскоре предоставило когнитивное вкус самой теории социального обучения. Таким образом, привычка и драйв сыграл небольшую роль в фильме Роттера (1954). когнитивная теория социального обучения. В отличие от более ранние бихевиористские концепции организменного реакции на раздражители окружающей среды, контролируемые объективные непредвиденные обстоятельства подкрепления (например,грамм., Скиннер, 1953; Staats & Staats, 1963), Роттер утверждал, что поведение человека отражает выбор, который последовал из их голов в конкретная ситуация и их ожиданий результатов их поведения. Точно так же Бандура (Bandura & Walters, 1963; Bandura, 1973) утверждали для приобретения социальных знаний через наставление и пример, а не прямой опыт наград и наказаний, а затем (1986) различать ожидания результата подчеркнуто Роттером (1954), и ожидания самоэффективность — индивидуальное суждение веры относительно его или ее способности выполнять действия требуется для достижения контроля над событиями в ситуация. Самоэффективность обеспечивает когнитивную основу для мотивации, но следует понимать, что суждения о самоэффективности очень контекстно-зависимый. Хотя Роттер (1966) предложил мера индивидуальных различий внутреннего и внешнего локус контроля, Бандуре и в голову не могло прийти предложить номотетический инструмент для измерения индивидуальные различия в общей самоэффективности ожидания.Важное соображение не является ли человек относительно высоким или низким самооценка компетентности, а скорее, человек чувствует себя компетентным для выполнения определенного поведение в какой-то конкретной ситуации.

Непосредственный предшественник социального интеллекта взгляд на личность принадлежит Мишелю (1968, 1973) когнитивная реконцептуализация социального обучения личность. Хотя иногда в бихевиористской языка, провокационная критика Мишелем (1968) личностный подход к личности был явно когнитивным в природе: «[Он] должен знать … что означает, что стимул приобрел для субъекта. Оценка усвоенное значение стимулов является ядром социальных оценка поведения »(с. 190). Таким образом, понимание индивидуальные различия в социальном поведении требуют понимание индивидуальных различий в значении дано поведению, его результату и ситуации в который имеет место.

Этот акцент на субъективном значении ситуация пометила раннюю теорию Мишеля как познавательный по своей природе. С тех пор Мишель (1973) расширил свое понимание личности до включают большое количество различных конструкций, некоторые получено из более ранних работ Келли, Роттера и Бандура и др. , Отражающие ввоз в теория личности о концепциях, возникающих в лабораторное исследование когнитивных процессов человека.Все истолковываются как изменяемые индивидуальные различия, продукты когнитивного развития и социального обучения, которые определяют, какими будут особенности ситуации воспринимается и интерпретируется. Таким образом, они способствуют построение смысла стимула ситуации — иными словами, к когнитивному построение самой ситуации — к которой человек в конечном итоге отвечает.

С точки зрения Мишеля (1973), наиболее важный продукт познавательного и социального развития обучение — это индивидуальный репертуар из когнитивных и поведенческие строительные компетенции — способность заниматься самыми разными навыками, адаптивное поведение, включая как открытые действия, так и скрытая умственная деятельность. Эти конструкции компетенции настолько близки, насколько Мишель подходит к психометрическое понятие социального (или, если на то пошло, , а не социальных) понятие интеллекта.

Важность восприятия и интерпретации события в системе Мишеля требуют второго набора переменные человека, связанные с кодировкой стратегии , управляющих избирательным вниманием, и личных конструкции — Келли-подобных категорий, которые фильтровать восприятие людей, воспоминания и ожидания.Затем, конечно, вслед за Роттером и Бандура, Мишель также подчеркивает роль стимул-результат, поведение-результат и самоэффективность ожиданий относительно результатов экологические события и личное поведение, а также как ожидания самоэффективности. Также в соответствии с Согласно теории Роттера, Мишель отмечает, что поведение будет регулируется субъективными ценностями связанных с разными исходами.Последний набор соответствующих переменных состоит из систем саморегулирования и планы, добровольно поставленных целей и последствий которые регулируют поведение в отсутствие (или вопреки) социальные мониторы и внешние ограничения.

Модель разведки

С когнитивной точки зрения, Mischel’s «когнитивно-социальные переменные обучающегося человека» все представляют знания и опыт человека — интеллект — в отношении себя и окружающих социальный мир.После Винограда (1975) и Андерсона (1976), этот социальный интеллект (Cantor & Kihlstrom, 1987) подразделяется на два широких категорий: декларативных знаний , состоящих абстрактных понятий и конкретных воспоминаний и процедурных знания , состоящие из правил, навыков и стратегии, с помощью которых человек манипулирует и трансформирует декларативные знания и переводит знания в действие. Индивидуальный фонд декларативные знания, в свою очередь, могут быть разбиты далее в контекстно-свободную семантическую память о мире в целом и эпизодических воспоминаниях для событий и событий, каждый из которых связан с уникальный пространственно-временной контекст, составляющий автобиографическая запись человека (Tulving, 1983). Точно так же можно подразделить процедурные знания. с точки зрения когнитивных и моторных навыков.Эти концепции, личные воспоминания, правила толкования и планы действий — это когнитивные структуры личность. Вместе они составляют экспертизу который определяет индивидуальный подход к решению проблемы общественной жизни.

Когнитивная архитектура социального интеллекта будут знакомы из литературы по социальным познание (обзор см. в Cantor & Kihlstrom, 1982; Фиск и Тейлор, 1991; Кильстрём и Hastie, 1997) — литература, которая, что интересно, зародилась в ранних психометрических попытках измерять индивидуальные различия в социальном интеллекте.Таким образом, для Вернона (1933) одна из характеристик социально интеллигентным человеком было то, что он или она были толк в личности — суждение, которое естественно, привело к вопросам, как люди формируют впечатлениями личности (Asch, 1946) или занимаются восприятие человека (Bruner & Tagiuri, 1954), как а также к неявным теориям личности (Bruner & Tagiuri, 1954; Cronbach, 1955), которые лежит в основе таких впечатлений и восприятий.В частности, Кронбах утверждал, что неявные теория личности состояла из его или ее знание «обобщенного Другого» (1955, стр. xx): мысленный список важных аспектов личности, а также оценки среднего и дисперсии каждое измерение в популяции, а также оценка ковариаций между несколькими размеры.Кронбах утверждал, что этот интуитивный знания могут быть широко распространены и приобретены как следствие социализации и аккультурации процессы; но он также предполагал, что будет индивидуальные и культурные различия в этих знаниях, приводящие к индивидуальным и групповым различиям в социальных поведение. Исследования формирования впечатления, неявное теория личности, а затем и причинно-следственные связи (е.г., Келли, 1967), социальные категории (Cantor & Mischel, 1979; Кантор, Мишель и Шварц, 1982b) и сценарии (Schank & Abelson, 1977), и воспоминания человека (Хасти, Остром, Эббесен, Вайер, Гамильтон и Карлстон, 1980) предоставили фундамент для анализа социального интеллекта структуры и процессы личности.

Вслед за Келли (1955) и Мишелем (1973), Кантором и Kihlstrom (1987) согласовал социальных концепций a центральный статус как когнитивные структуры личности.Если цель восприятия — действие, и если каждый акт восприятия — это акт категоризации (Брунер, 1957), особые категории, которые организуют восприятие людьми себя, других, межличностное поведение и социальный мир, в котором поведение имеет первостепенное значение в когнитивный анализ личности.Что-нибудь из этого концепции касаются мира других людей и места, где мы с ними сталкиваемся: знание личности типы (например, успешные и альтруисты; Кантор и Mischel, 1979) и социальные группы (например, женщины и WASPS; Гамильтон, 1981) и ситуации (например, слепой свидания и собеседования; Кантор, Мишель и Шварц, 1982а). Остальные понятия касаются личного мир: знание того, кем мы являемся, как в общие и частные классы ситуаций (например,грамм., успешный на работе, но альтруист дома; Kihlstrom И Кляйн, 1994; Кильстром, Марчезе и Кляйн, 1996), и наши теории о том, как мы дошли до этого (например, взрослый ребенок алкоголиков или оставшийся в живых ребенок сексуальное насилие; Росс, 1989). На основании исследований категоризация в несоциальных областях (например, Rosch, 1978; Росс и Сполдинг, 1994), социальные концепции могут рассматриваться как структурированные как нечеткие множества вокруг резюме прототипы, возможно, вместе с представительными образцы, которые олицетворяют категорию и относятся к друг друга через запутанные иерархии, отражающие концептуальные отношения. Некоторые из этих концептуальных отношения могут быть универсальными, а другие могут быть очень согласованный в рамках индивидуальной культуры; но, как Келли (1955) утверждал, что некоторые из них могут быть весьма своеобразными. Независимо от того, делятся ли они с другими, концептуальные знания человека о социальном мир составляет основную часть его или ее декларативного социальный интеллект.

Еще один важный набор декларативных социальных знаний структуры представляют собой автобиографическая память (Конвей, 1990; Рубин, 1996; Томпсон, 1996, 1998). В контексте социальных интеллект, автобиографическая память включает в себя рассказ о собственных действиях и опыте человека, но это также включает в себя то, что он или она узнал через опыт о действиях и опыте конкретных других людей (Hastie et al. , 1980), и события, которые произошли в частности ситуации. Хотя социальные концепции включают в себя больше или менее абстрактный и контекстно-свободный семантический память, автобиографическая память эпизодическая память — каждый фрагмент повествования привязан к конкретное место в пространстве и времени (Tulving, 1983). Кроме того, каждое сознательное автобиографическое память связана с мысленным представлением о себя как агента или пациента какого-либо действия, или стимул или человек, переживающий какое-то состояние (Kihlstrom, 1997).В рамках этой связи с собой каждый фрагмент автобиографической памяти есть, по крайней мере, в принцип также связан со знанием о эмоциональное и мотивационное состояние человека в данный момент рассматриваемого события. Таким образом, автобиографический память богата содержанием и сложна по структуре — настолько богато и сложно, что неудивительно, что большинство когнитивных психологов прибегают к помощи лаборатории задания с запоминанием слов и картинок.

С процедурной стороны значительная часть репертуар социального интеллекта состоит из правила толкования для понимания социальных опыт: для побуждения социальных категорий и определение членства в категории, приписывание причинно-следственная связь, предполагающая поведение других людей предрасположенности и эмоциональные состояния, формирование суждений симпатии и ответственности, разрешая когнитивные диссонанс, кодирование и извлечение воспоминаний о наших свое и чужое поведение, предсказывая будущее событиях и проверке гипотез о наших социальных суждения. Некоторые из этих процедур являются алгоритмическими в природа, а другие — эвристические ярлыки (Нисбетт И Росс, 1980). Некоторые вводятся в действие намеренно, в то время как другие вводятся в действие автоматически, без особого внимание и когнитивные усилия с нашей стороны (для резюме см. Bargh, 1994; Кильстрем, 1987, 1996a, 1996b; Wegner & Bargh, 1998). Но они все часть процессуального репертуара социальных интеллект.

Учитывая это резюме, должно быть ясно, что из с точки зрения теории социального интеллекта личности, оценка социального интеллекта совершенно другой характер, чем это было из психометрическая точка зрения. С психометрической точки зрения точки зрения, на поставленные вопросы есть ответы, которые правильно или неправильно: умные люди тоже дружелюбны «Как вы знаете, когда человек счастлив или грустит? Это правильно посмеяться на похоронах? Таким образом, возможно, при хотя бы в принципе, чтобы оценить точность социальные знания человека, и эффективность его или ее социальное поведение. Однако, как отмечается в Вначале подход социального интеллекта к личность отказывается от такого ранжирования людей. Скорее чем спрашивать, насколько социально интеллектуален человек , по сравнению с какой-то нормой, взгляд социального интеллекта на личность спрашивает, какой у человека социальный интеллект , который он или она может использовать для руководства своим межличностное поведение.Фактически, социальная интеллект подход к личности меньше заинтересован в оценке индивидуального репертуара социальный интеллект, чем в стремлении понять общие когнитивные структуры и процессы вне какая индивидуальность построена, как они развиваются на протяжении жизни человека, и как они играют роль в постоянном социальном взаимодействии. За это разум, Кантор и Кильстрем (1987, 1989; Kihlstrom & Cantor, 1989) не предложили никаких индивидуальные различия меры, с помощью которых человек можно оценить социальный интеллект.

Социальный интеллект в жизненных задачах

Хотя взгляд социального интеллекта на личность отклоняется от психометрического подхода к социальным разведданные по вопросу оценки, согласен с некоторыми современными психометрическими взглядами, которые интеллект зависит от контекста.Так, у Штернберга (1985, 1988) триархическая теория, социальный интеллект часть обширного репертуара знаний, с помощью которого человек пытается решить практические задачи встречаются в физическом и социальном мире. Согласно Кантору и Килстрому (1987), социальные интеллект специально предназначен для решения проблемы общественной жизни, и в частности управления жизненных задач , текущих задач (Klinger 1977) или личных проектов (Little, 1989), который лицо выбирает для себя, или что другие люди навязывают ему извне. Другими словами, социальный интеллект человека не может быть оценивается абстрактно, но только в отношении домены и контексты, в которых он выставлен и жизненные задачи, для которых он предназначен. И даже в в этом случае об «адекватности» нельзя судить по точки зрения внешнего наблюдателя, а скорее с точка зрения субъекта, жизненные задачи которого в игре.

Жизненные задачи представляют собой комплексную единицу анализа для анализа взаимодействия человека и ситуация. Они могут быть явными или неявными, абстрактный или ограниченный, универсальный или уникальный, устойчивые или сценические, редкие или обычные, плохо определенные или четко определенные проблемы. Какими бы ни были их особенности, они придают смысл жизни человека, и служить для организации его или ее повседневной деятельности. Они определяются с субъективной точки зрения человек: это задачи, которые человек воспринимает себя как «работает и посвящает энергия для решения в течение определенного периода жизни (Cantor & Kihlstrom, 1987, стр. 168). Первый и в первую очередь, жизненные задачи формулируются индивидуумом как релевантный для себя, требующий много времени и значимый.Они обеспечить своего рода организационную схему для деятельности человека, и они встроены в продолжающаяся повседневная жизнь человека. И они являются реагировать на требования, структуру и ограничения социальной среды, в которой живет человек. На людей навязываются жизненные задачи, а пути в к которым они приближаются, может быть ограничено социокультурные факторы.Однако в отличие от сценические взгляды Эриксона (1950) и его популяризаторы (например, Levinson, 1978; Sheehy, 1976), взгляд со стороны социального интеллекта на личность не предлагать всем в определенном возрасте заниматься в одних и тех же жизненных задачах. Вместо этого периоды переход, когда человек входит в новый учреждений, именно в те времена, когда индивидуальные различия в жизненных задачах становятся наиболее очевидный.

Например, Кантор и ее сотрудники выбрали переход из средней школы в колледж как особенно информативный период для исследования жизни задач (Кантор, Аккер и Кук-Фланаган, 1992; Кантор И Флисон, 1991, 1994; Кантор и Харлоу, 1994; Кантор и Лэнгстон, 1989; Кантор и Малли, 1991; Кантор, Норем, Лэнгстон, Циркель, Флисон и Кук-Фланаган, 1991; Кантор, Норем, Ниденталь, Лэнгстон и Брауэр, 1987; Циркель и Кантор, 1990).Первый курс — это не просто удобно для академических исследователей для изучения: переход от от средней школы до колледжа и взрослой жизни критически важно этап развития, на котором многие люди уезжают дома впервые установить различные независимые привычки и образ жизни. И хотя решение поступить в колледж могло быть принято за них (а может и не быть решением вообще, но просто факт жизни), студентам еще многое предстоит свободы действий, чтобы решить для себя, что они собираются делать с возможностью — какие жизненные задачи будут занять их в течение следующих четырех лет.Соответственно, когда студентов колледжа просят перечислить свои жизненные задачи, они перечисляют задачи социальной жизни (например, найти друзей или , будучи одиноким ) так часто, как они перечисляют академические (например, получают хорошие оценки или резьба будущее направление ). И хотя большинство жизненные задачи студентов можно было бы объединить в относительно небольшое количество общих категорий, их отдельные конструкции этих задач были достаточно уникальный, и привел к столь же уникальным стратегиям для действие.

Разумный характер погони за жизненными задачами четко проиллюстрировано стратегиями, развернутыми в служба. Люди часто начинают понимать проблему под рукой, моделируя набор правдоподобных результатов, связывая их с предыдущим опытом, хранящимся в автобиографическая память. Они также формулируют конкретные планы действий и следить за их продвижением к цель, обращая особое внимание на факторы окружающей среды которые стоят на пути, и определяют, фактический результат соответствует их первоначальным ожиданиям.Много познавательной деятельности при решении жизненных задач включает формирование причинно-следственной связи результатов, И в поисках подсказок автобиографической памяти о том, как все могло бы пойти по-другому. Особенно убедительные свидетельства умных природа стремления к жизненной задаче наступает, когда неизбежно планы идут наперекосяк или какое-то непредвиденное событие расстраивает прогресс. Затем человек наметит новый путь к цели или даже выбрать новую совместимую цель с высшей жизненной задачей. Разум освобождает нас от рефлекса, тропизма и инстинкта в социальной жизни как в несоциальных сферах.

Хотя психометрические и личностные взгляды социальный интеллект противостоит многим важным баллы, например вопрос сравнительной оценки людей, они прекрасно сходятся в недавнем работа по развитию социального интеллекта (для обзоры, см. Greenspan, 1979; Гринспен, 1997).Из конечно, социальный интеллект всегда играл роль в концепции умственной отсталости. Этот психиатрический диагноз требует не только свидетельств субнормального интеллектуальное функционирование (т. е. IQ <70), но также продемонстрированные доказательства обесценения в "общение, уход за собой, домашняя жизнь, социальные и навыки межличностного общения, использование ресурсов сообщества, самостоятельность, функциональные академические навыки, работа, досуг, здоровье и безопасность »(American Psychiatric Ассоциация, 1994, стр.46). Другими словами, диагноз умственной отсталости предполагает дефицит социальный, а также академический интеллект. Более того, формулировка диагностических критериев подразумевает, что социальный и академический интеллект не очень коррелирован - требуется положительное свидетельство и формы нарушения, то есть наличие одного не может быть выведено из присутствия другого.

В то время как общепринятый диагностический критерий умственная отсталость делает основной упор на IQ и интеллектуальное функционирование Гринспен (1979) утверждал что он должен подчеркивать социальные и практические интеллект вместо этого. С этой целью Гринспен предложил иерархическая модель социального интеллекта. В этом модель, социальный интеллект состоит из трех компоненты: социальная чувствительность , отраженная в принятие ролей и социальные выводы; социальное понимание , включая социальное понимание, психологическую проницательность, и моральное суждение; и социальное общение включение референтной коммуникации и социальной проблемы решение.Социальный интеллект, в свою очередь, — это только один компонент адаптивного интеллекта (остальные концептуальный интеллект и практический интеллекта ), который, в свою очередь, объединяет физических компетентность и социально-эмоциональная адаптация (темперамент и характер) как основные параметры личная компетентность в широком смысле. Гринспен сделал не предлагать специальные тесты для любого из этих компонентов социального интеллекта, но предполагал, что они могут быть получено из экспериментальных процедур, используемых для изучения социальное познание в целом.

Все это хорошо, но пока критерий для нарушения интеллектуального функционирования явно введены в действие порогом IQ, пока нет стандарт, по которому нарушенное социальное функционирование — ослаблен социальный интеллект может быть определенный.Шкала социальной зрелости Вайнленда (Doll, 1947 г.) стал важным шагом в этом направлении: инструмент, который дает совокупную оценку социальных возраст (аналогично умственному возрасту) и социальный частное (по аналогии с интеллектом частное, рассчитанное делением социального возраста на хронологический возраст). Тем не менее, это показательный момент что этот инструмент для оценки социальных интеллект и другие аспекты адаптивного поведения был введен почти через полвека после первого Шкала IQ была представлена ​​Бине и Саймоном.В Vineland, который недавно был переработан (Sparrow, Balla, & Cicchetti, 1984), но его адекватность как уровень социального интеллекта скомпрометирован тот факт, что языковые функции, моторика, профессиональные навыки, забота о себе и самостоятельность оцениваются так же, как и социальные отношения. Как альтернативу, Тейлор (1990) предложил полуструктурированное интервью с социальным интеллектом, охватывающее такие области, как социальная память, нравственное развитие, распознавание и реакция на социальные сигналы, а также социальные суждение. Однако Тейлор признает, что такой интервью, идиографически построенное так, чтобы брать учет особых социальных окружающей среде, не может легко дать числовые оценки какие люди можно сравнивать и оценивать. Более важнее, чем ранжирование людей, по мнению Тейлора точки зрения, это определить области высоких и низких функционирует в различных средах, с которыми сталкиваются человека, и определить степень соответствия между человеком и средой, в которой он или она живет.Эта последняя цель, конечно, основной упор взгляда социальной интеллигенции на личность, поддерживаемая Кантором и Кильстремом (1987).

Еще один шаг в сторону от психометрического акцента на ранжирование в сторону социально-когнитивного акцента на общие процессы иллюстрируются недавними тенденциями в исследование аутизма. В частности, было предложено Лесли (1987) и Барон-Коэн (1995), среди других, что у аутичных детей и взрослых отсутствует «теория разум «(Premack & Woodruff, 1978; см. также Flavell, Грин и Флавелл, 1995; Гопник и Мельцов, 1997; Wellman, 1990), которым они могут приписать психические состояния другим людям и размышлять о себе психическая жизнь (краткий обзор см. в Klein & Kihlstrom, 1998).Например, Барон-Коэн, Лесли, и Фрит (1985) предположили, что основной дефицит аутизм заключается в том, что пораженные дети не могут цените убеждения, отношения и взгляды других людей. опыт может отличаться от их собственного. Этот гипотеза поставила проблему оценки социальных интеллект людей с ограниченными возможностями (включая умственные отсталость и неспособность к обучению, а также аутизм; см. Greenspan & Love, 1997) непосредственно в контакте с литературой по развитию социальных познание у нормальных детей, которое с 1970-х годов (Flavell, 1974; Flavell & Ross, 1981; Шанц, 1975).Таким образом, научные понимание социального познания в целом начали влиять на исследования и теорию на отдельных различия в социальном познании.

Тем не менее, проблема остается. Основной дефицит в аутизм один из социального интеллекта, как Барон-Коэн (1995) претензии? В этом отношении интересно отметим, наряду с Гарднером (1983), что аутичные люди могут демонстрировать нарушение способности понимать психические состояния других, но сохраненные способности справляться когнитивно с несоциальными объектами и событиями, а также чтобы понять социальные ситуации, в которых они не требуется для понимания чужих знаний, вера, чувства и желания. С другой стороны, Брунер и Фельдман (1993) предположили, что эти дефицит социального познания вторичен по отношению к дефициту в общем когнитивном функционировании. Таким образом, хотя исследования нормального и ненормального развития больше в тесном контакте с общими социально-познавательными теории, чем раньше, фундаментальные вопросы терпят: Социальное познание — это отдельная способность от несоциальной? познание? Социальный интеллект отличается от других от общего интеллекта к социальным домен?

Как любят говорить психологи, дальнейшие исследования необходимо ответить на эти вопросы.Однако мы можем надеюсь, что будущие исследования социального интеллекта имеют другой характер, чем в прошлый. Один из самых заметных и тревожных, особенности истории интеллекта как мало контакт между инструментами был которые мы оцениваем индивидуальные различия в интеллектуальных способность и наше понимание процессов, которые обеспечивают когнитивную основу интеллектуальных способностей (Штернберг, 1977). Тест IQ, который когда-то рекламировался как «самое яркое достижение психологии на сегодняшний день» (Herrnstein, 1974, стр. 62), почти полностью атеоретический, прагматически сконструированный для моделируйте то, что дети делают в школе. То же самое и с социальным интеллектом, который слишком часто была концептуализирована неформально и оценена средства набора тестов, подстроенных жюри (Уокер И Фоли, 1973).Возможно новое теоретическое подходов, таких как взгляд на социальный интеллект личности и взгляд на «теорию разума» развитие изменит эту ситуацию, так что будущие обзоры такого рода смогут описать обоснованные оценки социального интеллекта в понимании общей социально-познавательной процессы, из которых индивидуальные различия в социальное поведение.

Точка зрения, представленная в этой главе, на основе исследования, поддержанного Grant MH-35856 от Национальный институт психического здоровья и гранты БНС-84-11778 и БНС-87-18467 от Национального Научный фонд. Благодарим Дженнифер Бир, Уильям Флисон, Роберт Харлоу и Лилиан Парк за их комментарии во время подготовки этой статьи.

Как повысить свой социальный интеллект

Люди с социальным интеллектом могут чувствовать, что чувствуют другие люди, интуитивно знать, что говорить в социальных ситуациях, и казаться уверенными в себе даже в большой толпе. Вы можете думать об этих людях как о людях, обладающих навыками работы с людьми, но на самом деле они обладают социальным интеллектом.

Теория социального интеллекта была впервые выдвинута на передний план американским психологом Эдвардом Торндайком в 1920 году. Он определил это как «способность понимать мужчин и женщин, мальчиков и девочек и управлять ими, действовать разумно в человеческих отношениях». Никто не рождается социально умным. Вместо этого он включает в себя набор навыков, которым человек овладевает со временем.

Признаки социального интеллекта

Люди с социальным интеллектом демонстрируют основные черты характера, которые помогают им общаться и общаться с другими.

  • Эффективное слушание: Человек, обладающий социальным интеллектом, не слушает просто для того, чтобы отвечать, но действительно обращает внимание на то, что человек говорит.Другие участники беседы уходят, чувствуя, что их поняли и установили связь.
  • Навыки разговора: Вы когда-нибудь видели, чтобы кто-то «работал в комнате»? У них есть разговорные навыки, которые позволяют им вести дискуссию практически с кем угодно. Они тактичны, уместны, юмористичны и искренни в этих разговорах, и они помнят детали о людях, которые позволяют диалогу быть более значимым.
  • Управление репутацией: Социально интеллигентные люди учитывают впечатление, которое они производят на других людей .Управление репутацией, считающееся одним из самых сложных элементов социального интеллекта, требует тщательного баланса — человек должен продуманно произвести впечатление на другого человека, оставаясь при этом подлинным.
  • Отсутствие аргументов: Человек с социальным интеллектом понимает, что спорить или доказывать свою точку зрения, заставляя другого человека чувствовать себя плохо, — это не выход. Они не отвергают идеи других людей, а слушают их непредвзято, даже если это не идея, с которой они лично согласны.

Как развивать социальный интеллект

В то время как некоторым людям может показаться, что они развивают социальный интеллект, не прилагая особых усилий, другим приходится работать над его развитием. К счастью, определенные стратегии могут помочь человеку развить социальные навыки. Эти тактики могут помочь вам развить социальный интеллект:

  • Обращайте пристальное внимание на то, что (и кто) вас окружает. Социально интеллигентные люди наблюдательны и обращают внимание на тонкие социальные сигналы от окружающих.Если вы думаете, что у кого-то в вашей жизни есть сильные навыки работы с людьми, понаблюдайте, как они взаимодействуют с другими.
  • Работа над повышением эмоционального интеллекта. Хотя эмоциональный интеллект похож на социальный интеллект, он больше связан с тем, как вы управляете своими эмоциями и сочувствуете другим. Для этого нужно распознавать, когда вы испытываете эмоцию, что поможет вам распознать эту эмоцию в других, и соответствующим образом регулировать их. Эмоционально интеллигентный человек может распознавать и контролировать негативные чувства, такие как разочарование или гнев, в социальной обстановке.
  • Уважайте культурные различия. Более того, ищите культурные различия, чтобы понять их. Хотя большинство людей учатся навыкам работы с людьми у своей семьи, друзей и окружающего их сообщества, социально грамотный человек понимает, что у других могут быть разные реакции и обычаи в зависимости от их воспитания.
  • Практикуйте активное слушание. Развивайте свой социальный интеллект, работая над коммуникативными навыками, что требует активного слушания.Не перебивай. Найдите время, чтобы подумать о том, что говорит кто-то другой, прежде чем отвечать. Слушайте, как говорят другие, чтобы понять, что они на самом деле имеют в виду.
  • Цени важных людей в своей жизни. Социально интеллигентные люди поддерживают глубокие отношения с значимыми для них людьми. Обратите внимание на эмоции супруга и детей, друзей, коллег и других сверстников. Если вы игнорируете самых близких людей в своей жизни, вы не понимаете, как с ними общаться.

Слово Verywell

Освоить социальный интеллект непросто — если бы это было так, на вечеринке никогда не было бы еще одного неловкого разговора. Однако стремление к развитию сильного социального интеллекта может привести к более богатой жизни или, по крайней мере, к более легкому поиску новых друзей.

Изучите социальные ситуации. Обратите внимание на то, что люди делают хорошо, и на ошибок, которых вы хотите избежать. После этого подумайте о том, что вы хотите делать по-другому в следующей социальной ситуации, в которую попадете.

Будьте активны в улучшении своих навыков. И помните, что иногда вы собираетесь напортачить. Учитесь на своих неудачах, а также на своих успехах.

Социальный интеллект и биология лидерства

В 1998 году один из нас, Дэниел Гоулман, опубликовал на этих страницах свою первую статью об эмоциональном интеллекте и лидерстве. Ответ на вопрос «Что делает лидером?» был полон энтузиазма. Люди в деловом сообществе и за его пределами начали говорить о жизненно важной роли, которую сочувствие и самопознание играют в эффективном лидерстве.Концепция эмоционального интеллекта продолжает занимать видное место в литературе по лидерству и в повседневной практике коучинга. Но за последние пять лет исследования в развивающейся области социальной нейробиологии — изучение того, что происходит в мозгу во время взаимодействия людей — начинают открывать новые тонкие истины о том, что делает хорошего лидера.

Важное открытие состоит в том, что некоторые действия лидеров — в частности, проявляют сочувствие и приспосабливаются к настроениям других — буквально влияют как на химию их собственного мозга, так и на химию их последователей.Действительно, исследователи обнаружили, что динамика лидер-последователь не является случаем, когда два (или более) независимых мозга сознательно или бессознательно реагируют друг на друга. Скорее, отдельные умы в некотором смысле сливаются в единую систему. Мы считаем, что великие лидеры — это те, чье поведение сильно зависит от системы взаимосвязанности мозга. Мы помещаем их на противоположный конец нейронного континуума от людей с серьезными социальными расстройствами, такими как аутизм или синдром Аспергера, которые характеризуются недоразвитием областей мозга, связанных с социальным взаимодействием. Если мы правы, из этого следует, что действенный способ стать лучшим лидером — это найти аутентичные контексты, в которых можно изучить те виды социального поведения, которые укрепляют социальные схемы мозга. Другими словами, эффективное лидерство — это не столько умение справляться с ситуациями или даже овладение набором социальных навыков, сколько развитие искреннего интереса и таланта к воспитанию положительных чувств у людей, сотрудничество и поддержка которых вам необходимы.

Представление о том, что эффективное лидерство заключается в наличии мощных социальных цепей в мозгу, побудило нас расширить нашу концепцию эмоционального интеллекта, которую мы основали на теориях индивидуальной психологии.Более основанная на отношениях конструкция для оценки лидерства — это социальный интеллект , который мы определяем как набор межличностных компетенций, построенных на определенных нейронных цепях (и связанных эндокринных системах), которые вдохновляют других на эффективность.

Идея о том, что лидерам нужны социальные навыки, конечно, не нова. В 1920 году психолог из Колумбийского университета Эдвард Торндайк указал, что «лучший механик на заводе может потерпеть неудачу в качестве мастера из-за недостатка социального интеллекта». Совсем недавно наш коллега Клаудио Фернандес-Араос обнаружил при анализе новых руководителей высшего звена, что тех, кого нанимали за самодисциплину, драйв и интеллект, позже иногда увольняли из-за отсутствия базовых социальных навыков.Другими словами, люди, которых изучал Фернандес-Араос, обладали огромным умом, но их неспособность к социальному взаимодействию на работе была профессионально обреченной на провал.

Новым в нашем определении социального интеллекта является его биологическая подоплека, которую мы рассмотрим на следующих страницах. Основываясь на работе нейробиологов, наших собственных исследованиях и консультационных усилиях, а также на выводах исследователей, связанных с Консорциумом по исследованиям эмоционального интеллекта в организациях, мы покажем вам, как трансформировать недавно полученные знания о зеркальных нейронах, веретенообразных клетках и осцилляторах. в практическое, социально разумное поведение, которое может укрепить нейронные связи между вами и вашими последователями.

Последователи отражают своих лидеров — буквально

Пожалуй, самым ошеломляющим недавним открытием в поведенческой нейробиологии является идентификация зеркальных нейронов в широко разбросанных областях мозга. Итальянские нейробиологи обнаружили их случайно, наблюдая за конкретной клеткой в ​​мозгу обезьяны, которая срабатывала только тогда, когда обезьяна поднимала руку. Однажды лаборант поднес к своему рту рожок мороженого и вызвал реакцию в клетке обезьяны. Это было первое свидетельство того, что мозг изобилует нейронами, которые имитируют или отражают то, что делает другое существо.Этот ранее неизвестный класс клеток мозга работает как нейронная сеть Wi-Fi, позволяя нам ориентироваться в нашем социальном мире. Когда мы сознательно или бессознательно обнаруживаем чужие эмоции через их действия, наши зеркальные нейроны воспроизводят эти эмоции. Вместе эти нейроны мгновенно создают ощущение общего опыта.

Зеркальные нейроны имеют особое значение в организациях, поскольку эмоции и действия лидеров побуждают последователей отражать эти чувства и поступки. Эффекты активации нейронных схем в мозгу последователей могут быть очень мощными.В недавнем исследовании наша коллега Мари Дасборо наблюдала две группы: одна получила отрицательные отзывы о производительности, сопровождаемые положительными эмоциональными сигналами, а именно кивками и улыбками; другой получил положительный отзыв, который был поставлен критически, с хмурыми глазами и прищуренными глазами. В последующих интервью, проведенных для сравнения эмоционального состояния двух групп, люди, получившие положительную обратную связь, сопровождаемую отрицательными эмоциональными сигналами, сообщили, что чувствовали себя хуже по поводу своей работы, чем участники, получившие добродушную отрицательную обратную связь.По сути, доставка была важнее самого сообщения. И все знают, что когда люди чувствуют себя лучше, они лучше работают. Итак, если лидеры надеются извлечь максимум из своих сотрудников, они должны продолжать быть требовательными, но таким образом, чтобы в их командах создавалось позитивное настроение. Сам по себе старый подход кнута и пряника не имеет смысла; традиционных систем стимулирования просто недостаточно, чтобы добиться от последователей максимальной эффективности.

Вот пример того, что работает.Оказывается, существует подмножество зеркальных нейронов, единственная задача которых — обнаруживать улыбки и смех других людей, вызывая в ответ улыбки и смех. Самоконтролируемый и лишенный чувства юмора босс редко задействует эти нейроны членов своей команды, но босс, который смеется и задает спокойный тон, заставляет эти нейроны работать, вызывая спонтанный смех и сплачивая свою команду в процессе. Как показал в своем исследовании наш коллега Фабио Сала, сплоченная группа — это та группа, которая работает хорошо.Он обнаружил, что лидеры с высокими показателями вызывают смех у подчиненных в среднем в три раза чаще, чем лидеры со средними показателями. Другое исследование показало, что хорошее настроение помогает людям эффективно воспринимать информацию и быстро и творчески реагировать. Другими словами, смех — серьезное дело.

В одной университетской больнице в Бостоне это, безусловно, имело значение. Два врача, которых мы назовем доктором Берк и доктором Гумбольдтом, боролись за пост генерального директора корпорации, которая управляла этой и другими больницами.Оба они возглавляли отделения, были превосходными врачами и опубликовали множество широко цитируемых научных статей в престижных медицинских журналах. Но у них были очень разные личности. Берк был напряженным, сосредоточенным на задаче и безличным. Он был безжалостным перфекционистом с воинственным тоном, который постоянно держал его сотрудников в напряжении. Гумбольдт был не менее требователен, но он был очень доступным, даже игривым, в отношениях с персоналом, коллегами и пациентами. Наблюдатели отметили, что люди улыбаются и дразнят друг друга — и даже высказывают свое мнение — больше в отделе Гумбольдта, чем в отделе Берка.Ценные таланты часто заканчивались уходом из отдела Берка; напротив, выдающиеся люди тяготели к более теплому рабочему климату Гумбольдта. Признавая социально-интеллектуальный стиль руководства Гумбольдта, правление больничной корпорации выбрало его новым генеральным директором.

«Точно настроенный» лидер

Великие руководители часто говорят о том, что нужно руководить интуицией. Действительно, наличие хороших инстинктов широко признано преимуществом для лидера в любом контексте, будь то чтение настроения в своей организации или ведение деликатных переговоров с конкурентами.Исследователи лидерства характеризуют этот талант как способность распознавать закономерности, обычно возникающие из обширного опыта. Их совет: доверяйте своей интуиции, но принимайте много решений. Конечно, это разумная практика, но у менеджеров не всегда есть время посоветоваться с десятками людей.

Результаты нейробиологии предполагают, что этот подход, вероятно, слишком осторожен. Интуиция тоже находится в мозгу, частично вырабатываемых классом нейронов, называемых веретенообразными клетками из-за их формы.У них размер тела примерно в четыре раза больше, чем у других клеток мозга, с очень длинной ветвью, которая облегчает прикрепление к другим клеткам и более быструю передачу им мыслей и чувств. Это сверхбыстрое соединение эмоций, убеждений и суждений создает то, что ученые-бихевиористы называют нашей системой социального руководства. Клетки веретена запускают нейронные сети, которые вступают в игру всякий раз, когда нам нужно выбрать лучший ответ из множества — даже для такой рутинной задачи, как определение приоритетности списка дел. Эти ячейки также помогают нам определить, заслуживает ли кто-то доверия и подходит (или не подходит) для работы.В течение одной двадцатой секунды наши веретенообразные клетки вырабатывают информацию о том, как мы относимся к этому человеку; такие «тонкие» суждения могут быть очень точными, как показывают последующие показатели. Следовательно, лидеры не должны бояться действовать в соответствии с этими суждениями при условии, что они также настроены на настроения других.

Такая настройка буквально физическая. Последователи эффективного лидера испытывают с ней взаимопонимание — или то, что мы и наша коллега Энни МакКи называем «резонансом». Большая часть этого чувства возникает бессознательно, благодаря зеркальным нейронам и веретено-клеточной схеме.Но задействован и другой класс нейронов: Осцилляторы координируют людей физически, регулируя, как и когда их тела движутся вместе. Вы можете увидеть осцилляторы в действии, когда смотрите на людей, собирающихся поцеловаться; их движения выглядят как танец, одно тело плавно реагирует на другое. Такая же динамика возникает, когда два виолончелиста играют вместе. Мало того, что они берут свои ноты в унисон, но и благодаря осцилляторам, правые полушарии двух музыкантов скоординированы более тесно, чем левая и правая части их мозга.

Разжигание социальных нейронов

Активизация социальных нейронов очевидна повсюду вокруг нас. Однажды мы проанализировали видео, на котором Херб Келлехер, соучредитель и бывший генеральный директор Southwest Airlines, прогуливается по коридорам Лав Филд в Далласе, узловом аэропорту авиакомпании. Мы практически могли видеть, как он активировал зеркальные нейроны, осцилляторы и другие социальные схемы в каждом человеке, с которым он встречался. Он широко улыбался, здоровался с клиентами за руки, рассказывая им, насколько он ценит их бизнес, обнимал сотрудников и благодарил их за хорошую работу.И он получил ровно то, что дал. Типичной была стюардесса, лицо которой загорелось, когда она неожиданно встретила своего босса. «О, моя дорогая!» — выпалила она, переполнившись теплом, и крепко обняла его. Позже она объяснила: «Все просто чувствуют себя с ним как семья».

К сожалению, нелегко превратить себя в Херба Келлехера или доктора Гумбольдта, если вы им еще не являетесь. Мы не знаем четких методов усиления зеркальных нейронов, веретенообразных клеток и осцилляторов; они активируются тысячами в секунду во время любого столкновения, и их точные схемы стрельбы остаются неуловимыми.Более того, застенчивые попытки продемонстрировать социальный интеллект часто могут иметь неприятные последствия. Когда вы намеренно пытаетесь координировать движения с другим человеком, срабатывают не только осцилляторы. В таких ситуациях мозг использует другие, менее искусные схемы, чтобы инициировать и направлять движения; в результате взаимодействие кажется вынужденным.

Путь к развитию вашей социальной сети — это усердно работать над изменением своего поведения.

Единственный способ эффективно развить свою социальную схему — это предпринять тяжелую работу по изменению своего поведения (см. «Первобытное лидерство: скрытый фактор высокой производительности», нашу статью HBR с Энни Макки в декабре 2001 года).Компаниям, заинтересованным в развитии лидерства, необходимо начать с оценки готовности людей участвовать в программе изменений. Энергичные кандидаты должны сначала выработать личное видение перемен, а затем пройти тщательную диагностическую оценку, похожую на медицинское обследование, чтобы определить слабые и сильные стороны общества. Вооружившись обратной связью, стремящийся лидер может пройти обучение в конкретных областях, где развитие социальных навыков принесет наибольшую пользу. Тренинг может варьироваться от репетиций лучших способов взаимодействия и опробования их при каждой возможности, до того, как тренер отслеживает, а затем расспрашивает о том, что он наблюдает, до обучения непосредственно на примере для подражания.Вариантов много, но путь к успеху всегда труден.

Как стать умнее в социальном плане

Чтобы понять, что включает в себя обучение социальному интеллекту, рассмотрим случай с одним из руководителей высшего звена, которого мы назовем Дженис. Она была нанята в качестве менеджера по маркетингу в компанию из списка Fortune 500 из-за ее делового опыта, выдающегося опыта работы в качестве стратегического мыслителя и планировщика, репутации откровенного говорящего и способности предвидеть деловые проблемы, которые имели решающее значение для достижения целей.Однако в течение первых шести месяцев работы Дженис запуталась; другие руководители считали ее агрессивной и самоуверенной, лишенной политической проницательности и пренебрежительной к тому, что она говорила и кому, особенно к руководству.

Чтобы спасти этого многообещающего лидера, босс Дженис вызвал Кэтлин Кавалло, организационного психолога и старшего консультанта Hay Group, которая немедленно провела всестороннюю оценку Дженис. Ее непосредственные подчиненные, коллеги и менеджеры дали Дженис низкие оценки за сочувствие, ориентацию на услуги, приспособляемость и управление конфликтами.Кавалло узнал больше, проведя конфиденциальные беседы с людьми, наиболее тесно сотрудничавшими с Дженис. Их жалобы касались ее неспособности установить взаимопонимание с людьми или даже заметить их реакцию. Итог: Дженис не умела ни читать социальные нормы группы, ни распознавать эмоциональные сигналы людей, когда она нарушала эти нормы. Еще более опасно то, что Дженис не осознавала, что слишком прямолинейна в продвижении вверх. Когда у нее были серьезные разногласия с менеджером, она не знала, когда отступать.Ее подход «давай выложим все на стол и перемешай» ставил под угрозу ее работу; высшее руководство устало.

Когда Кавалло представила этот отзыв о производительности как тревожный сигнал для Дженис, она, конечно же, была потрясена, обнаружив, что ее работа может быть в опасности. Однако больше всего ее расстроило осознание того, что она не оказывает желаемого воздействия на других людей. Кавалло инициировал тренировки, на которых Дженис рассказывала о заметных успехах и неудачах своего времени.Чем больше времени Дженис тратила на анализ этих инцидентов, тем лучше она понимала разницу между убежденным выражением идеи и поведением питбуля. Она начала предугадывать, как люди могут отреагировать на нее на встрече или во время отрицательной оценки эффективности; она отрабатывала более хитрые способы изложения своего мнения; и она разработала личное видение перемен. Такая умственная подготовка активирует социальные сети мозга, укрепляя нейронные связи, необходимые для эффективных действий; Вот почему олимпийские спортсмены тратят сотни часов на мысленный анализ своих движений.

В какой-то момент Кавалло попросил Дженис назвать лидера в ее организации, у которого были отличные навыки социального интеллекта. Дженис определила старшего менеджера-ветерана, который мастерски владел искусством критики и умел выражать несогласие на встречах без ущерба для отношений. Она попросила его помочь ей обучить ее, и она перешла на работу, на которой могла работать с ним, — должность, которую она занимала два года. Дженис посчастливилось найти наставника, который считал, что часть работы лидера — развивать человеческий капитал.Многие начальники предпочли бы обойтись без проблемного сотрудника, чем помогать ему выздороветь. Новый босс Дженис взял ее на себя, потому что он признал другие ее сильные стороны как неоценимые, и его чутье подсказывало ему, что Дженис может стать лучше под руководством.

Перед встречами наставник Дженис научил ее, как выражать свою точку зрения на спорные вопросы и как разговаривать с начальством, и он моделировал для нее искусство обратной связи. Наблюдая за ним изо дня в день, Дженис научилась подтверждать людей, даже когда она оспаривала их позиции или критиковала их работу.Проведение времени с живой, дышащей моделью эффективного поведения обеспечивает идеальную стимуляцию для наших зеркальных нейронов, что позволяет нам непосредственно испытывать, усваивать и в конечном итоге подражать тому, что мы наблюдаем.

Преобразование Дженис было подлинным и всеобъемлющим. В каком-то смысле она шла одним человеком, а выходила другим. Если задуматься, это важный урок нейробиологии: поскольку наше поведение создает и развивает нейронные сети, мы не обязательно являемся пленниками наших генов и опыта раннего детства.Лидеры могут измениться, если, как Дженис, будут готовы приложить усилия. По мере того, как она прогрессировала в своем обучении, социальное поведение, которое она изучала, становилось для нее все больше и больше. С научной точки зрения, Дженис укрепляла свои социальные связи с помощью практики. И по мере того, как другие отвечали ей, их мозги более глубоко и эффективно соединялись с ее мозгом, тем самым укрепляя контуры Дженис в добродетельном кругу. Итог: Дженис прошла путь от увольнения до повышения на два уровня выше.

Эта статья также встречается в:

Через несколько лет некоторые сотрудники Дженис покинули компанию, потому что были недовольны, поэтому она попросила Кавалло вернуться. Кавалло обнаружил, что, хотя Дженис овладела способностью общаться и взаимодействовать с руководством и коллегами, она все же иногда пропускала сигналы от своих подчиненных, когда они пытались выразить свое разочарование. С дополнительной помощью Кавалло Дженис смогла переломить ситуацию, переключив внимание на эмоциональные потребности сотрудников и отрегулировав свой стиль общения.Опросы общественного мнения, проведенные с сотрудниками Дженис до и после второго раунда коучинга Кавалло, показали резкое повышение их эмоциональной приверженности и намерения остаться в организации. Дженис и ее сотрудники также увеличили годовой объем продаж на 6%, а после еще одного успешного года она стала президентом многомиллиардного подразделения. Очевидно, что компании могут получить большую выгоду, направив людей на программу, которую завершила Дженис.

Жесткие показатели социального интеллекта

Наше исследование, проведенное за последнее десятилетие, подтвердило, что существует большой разрыв в производительности между социально разумными и социально неразумными лидерами.Например, в крупном национальном банке мы обнаружили, что уровни компетентности руководителя в области социального интеллекта позволяют прогнозировать ежегодную служебную аттестацию более убедительно, чем компетентность эмоционального интеллекта, связанная с самосознанием и самоуправлением. (Краткое описание нашего инструмента оценки, который фокусируется на семи измерениях, см. На выставке «Являетесь ли вы социально интеллектуальным лидером?»)

Социальный интеллект оказывается особенно важным в кризисных ситуациях. Рассмотрим опыт сотрудников крупной канадской провинциальной системы здравоохранения, которая пережила резкие сокращения и реорганизацию.Внутренние опросы показали, что передовые работники разочаровались в том, что они больше не могут оказывать своим пациентам должный уход. Примечательно, что работники, лидеры которых имели низкий уровень социального интеллекта, сообщали о неудовлетворенных потребностях в уходе за пациентами в три раза чаще, а об эмоциональном истощении в четыре раза чаще, чем их коллеги, которые поддерживали своих лидеров. В то же время медсестры с руководителями, обладающими социальным интеллектом, сообщали о хорошем эмоциональном здоровье и повышенной способности заботиться о своих пациентах даже во время стресса от увольнений (см. Врезку «Химия стресса»).Эти результаты должны быть обязательными для чтения советами директоров компаний в кризисной ситуации. Такие советы обычно отдают предпочтение опыту над социальным интеллектом при выборе человека, который будет руководить учреждением в трудные времена. Кризисному менеджеру нужно и то, и другое.

• • •

По мере того, как мы исследуем открытия нейробиологии, мы поражаемся тому, насколько близко лучшие психологические теории развития соотносятся с недавно созданной схемой мозга. Еще в 1950-е годы, например, британский педиатр и психоаналитик Д.У. Винникотт пропагандировал игру как способ ускорить обучение детей. Точно так же британский врач и психоаналитик Джон Боулби подчеркнул важность обеспечения надежной базы, на которой люди могут стремиться к достижению целей, рисковать без необоснованного страха и свободно исследовать новые возможности. Упорные руководители могут счесть абсурдно снисходительным и финансово несостоятельным заниматься подобными теориями в мире, где мерилом успеха является чистая прибыль.Но по мере того, как новые способы научного измерения человеческого развития начинают подтверждать эти теории и напрямую связывать их с производительностью, так называемая мягкая сторона бизнеса в конце концов начинает казаться не такой уж мягкой.

Версия этой статьи появилась в сентябрьском номере журнала Harvard Business Review за 2008 год.

Что такое социальный интеллект и почему его следует преподавать в школах — Обсерватория образовательных инноваций

Социальный интеллект — это способность общаться и формировать отношения с сочувствием и напористостью.Это происходит от знания себя и правильного управления эмоциями. Можно сказать, что это тесно связано с эмоциональным интеллектом, но это не совсем то же самое.

Эмоциональный интеллект возникает в результате самоанализа и охватывает такие аспекты, как эмоциональное осознание и роль эмоций в процессе решения проблем. Это больше связано с тем, как люди управляют собой до того, как вступят в контакт с другим человеком.

Когда вы начинаете взаимодействовать, должны включиться навыки социального интеллекта, наряду с эмоциональным интеллектом, который охватывает такие задачи, как выражение, диалог, слушание, примирение и обучение через общение с другими.

Какие способности передает социальный интеллект?

Социальный интеллект управляет необходимыми способностями для эффективного общения на основе эмпатии, самопознания, слушания и чтения эмоций. Это следующие способности:

1. Вербальная и невербальная беглость

Разговорные навыки — это самая основная форма социального интеллекта. Вербальные и невербальные выражения являются основными платформами для отправки любого сообщения. Использование правильных слов, идеального тона и ясного намерения лежит в основе первого шага к эффективному общению.

2. Знание социальных правил и ролей

Когда вы взаимодействуете с группой, знание ее социальных правил, обычаев и идиосинкразии является фундаментальным навыком для социально умных людей. Это облегчает взаимодействие с людьми, принадлежащими к разным социальным группам, например, с людьми разного возраста, страны, религии или культурной идентичности.

3. Навыки аудирования

Активное слушание способствует развитию социального интеллекта.Это помогает общаться с другими людьми, предотвращает конфликты и позволяет учиться через диалог. Это значительно способствует личностному росту.

4. Понимание того, как работают эмоции других людей

Понимание того, что вызывает эмоции людей (отрицательные или положительные), является ключевым компонентом в проявлении эмпатии. Эта компетенция обеспечивает общение, которое принимает во внимание атрибуты и чувства других людей, что делает сообщение подлинным и эффективным.

5. Эффективное выполнение социальных ролей

Эта способность позволяет людям адаптироваться к различным социальным условиям. Четкое представление о том, чего от нас ждут в различных условиях, снижает стресс в любой ситуации и способствует более конструктивному взаимодействию.

6. Я-образ и управление впечатлениями

Это способность представить себя таким образом, чтобы соединиться с другими, не выходя слишком далеко за пределы нашей природной личности.Цель состоит в том, чтобы поддерживать искреннее поведение, которое привлекает других, проявляет сочувствие и укрепляет наше представление о себе.

Почему социальный интеллект необходим для образования и будущей работы?

Социальный интеллект использует управление эмоциями и самосознание для улучшения взаимодействия, развития лидерства и выполнения уникальных интеллектуальных задач.

Было много споров об автоматизации и о потенциальной безработице, которую это могло вызвать.Способность работников к переподготовке, адаптации и непрерывному обучению будет необходима им для сохранения своей ценности на рынке труда.

Чем меньше задача поддается компьютеризации, тем больше вероятность, что ее выполнят люди. Политический обозреватель и комик Джон Оливер предлагает глубокое понимание этой темы. В статье об автоматизации он дает точное представление о том, почему социальный интеллект так важен для создания рабочих мест, которые могут выполнять только люди: «Вы можете выполнять ряд нестандартных задач, требующих социального интеллекта, сложного критического мышления и творческих задач. решение », — сказал Оливер, отвечая на вопрос мальчика, который спросил о возможных работах, которые он мог бы выполнять в будущем, которые не могли бы выполнять роботы.

Социальный интеллект необходим для раскрытия навыков эффективного общения, диалога и командной работы для создания оптимальной и продуктивной рабочей среды. До недавнего времени социальный интеллект был приоритетом, которым обладали немногие люди, в основном потому, что у них уже было правильное мышление для этого и они приобрели соответствующие навыки на этом пути, но обучение развитию социального интеллекта является относительно новым.

Сегодня невозможно обойтись без обучения социальному интеллекту, потому что это лучший ресурс для создания и поддержания хорошей культуры труда и защиты рабочих мест в эпоху все большей автоматизации.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.