Каковы методы психологической науки: Урок 2. Методы психологии

Психологический практикум Практикум №1. Методы психологии——18.10.2011г

Вопросы для обсуждения

  1. Проблема соотношения предмета и метода психологии. Методологические принципы психологической науки.

  2. Общая характеристика методов психологии. В чем заключаются достоинства и недостатки каждого метода психологического исследования?

  3. Метод и методика исследования. Каковы различия этих двух понятий?

  4. Прочитайте описание эксперимента по подчинению авторитету Стенли Милгрэма. Сформулируйте ряд вопросов, которые вы бы хотели задать исследователю.

  5. Как вы думаете, могут ли существовать этические ограничения на распространение некоторых данных психологических исследований?

  6. Какие методы психологии возможно использовать в процессе педагогической деятельности?

Задания для самостоятельной работы

Подготовьте письменные ответы на следующие вопросы:

  1. В чем заключаются различия между житейским и научным знанием? Каковы, на ваш взгляд, отличия психологии житейской и психологии научной? Приведите примеры устоявшихся житейских «психологических» убеждений.

  1. Отрасли современной психологической науки?

  1. В каких сферах общественной жизни сегодня не обойтись без психологических знаний?

  2. Какое место психология занимает или может занять в вашей жизни? Опишите те области собственной жизнедеятельности, где могут найти применение получаемые вами психологические знания.

Рекомендованная литература

Гиппенрейтер, Ю.Б. Введение в общую психологию. – М., 1998, с. 22-88.

Годфруа, Ж. Что такое психология В 2-х т. – М., 1994, т.1, с.101-126.

Майерс, Д. Социальная психология. – СПб., 1997, с.278-285.

Практикум №2. Основные этапы развития представлений о предмете психологии——25.10.2011

Вопросы для обсуждения

  1. Развитие психологии в рамках философии. Материалистические и идеалистические направления изучения психики в истории психологии.

  2. Психология как наука о поведении. Бихевиоризм о предмете психологии.

  3. Вклад психоанализа в развитие представлений о психике человека.

  4. Гуманистическая психология.

  5. Отечественная психология.

Задания для самостоятельной работы

1. Составьте таблицу, отражающую вклад каждого из известных вам направлений психологии в науку и практику. Рекомендуется включить в таблицу следующие разделы: название направления, ведущие представители, предмет исследования, методы изучения предмета, основные положения, возможности практического применения.

2. Известный американский психолог Альберт Бандура утверждал, что человек обучается через усвоение социальных моделей, ролевых образцов демонстрируемых человеку обществом. Проанализируйте содержание одной или нескольких телевизионных программ (радиопередач, журнальных статей). Какую ролевую модель она ретранслирует? Чему учит?

Рекомендованная литература

1. Гиппенрейтер, Ю.Б. Введение в общую психологию: Курс лекций. – М., 1998. – 3-36 с.

2. Хрестоматия по истории психологии /Под ред. П.Я.Гальперина, А.Н.Ждан. – М., МГУ, 1980. – С. 14-44.

3. Хрестоматия по курсу «Введение в психологию»: Учебное пособие /Ред.-сост. Е.Е.Соколова. – М., 1999. – Раздел II. – С. 68-296.

Е.Е. Соколова. Измерение и другие методы психологической науки: Psychology OnLine.Net

Е.Е. Соколова. Измерение и другие методы психологической науки
Добавлено Psychology OnLine.Net
10:11:2008 (Правка 10:11:2008)

В современной научной и учебной литературе в качестве спе­циальных методов психологии выделяют измерение и психодиа­гностические процедуры. При этом метод измерения, равно как и рассмотренные выше наблюдение и эксперимент, относят к ис­следовательским процедурам, тогда как психодиагностические средства используются при решении задач обследования (напри­мер, при постановке психологического диагноза) [48].

Под измерением понимается система процедур получения чис­ловых (количественных) характеристик свойств изучаемых в пси­хологии явлений и процессов. Использование в психологии мето­да измерения позволяет перейти от простого описания феноме­нов к выявлению количественных связей между ними и тем самым установлению законов их функционирования. С различными изме­рительными процедурами студенты знакомятся, как правило, в рам­ках психологического практикума, поэтому приведем лишь отдель­ные примеры использования этого метода в психологии.

Одним из первых энтузиастов метода измерения в психологии был немецкий физик и психолог Густав Теодор Фехнер (Fechner, 1801 — 1887). В своем известном труде «Основы психофизики» (1860) он попытался установить количественные отношения между пара­метрами физического стимула и соответствующими им свойствами ощущений. Г. Т. Фехнер полагал, что — в отличие от величины фи­зического стимула — величину соответствующего ему ощущения непосредственно измерить невозможно, поэтому он предложил ряд косвенных методов измерения ощущений, которые используются психологами до сих пор. Так, например, с помощью предложенно­го им метода минимальных изменений можно измерить величину так называемого абсолютного порога, что равнозначно косвенно­му измерению чувствительности как величины, обратной порогу.

Абсолютным порогом называется минимальная величина раз­дражителя (стимула), вызывающего едва заметное ощущение, т.е. порог представляет собой условную границу, разделяющую все раздражители на два класса: не воспринимаемых испытуемым в силу их незначительной величины и воспринимаемых. Процедура определения нижнего абсолютного порога заключается в следую­щем: испытуемому предъявляют физические стимулы (например, пятна света) в полной темноте. Например, сначала предъявляют видимое пятно света, постепенно (пошагово) уменьшая его ин­тенсивность. Испытуемый должен отвечать на каждое предъявле­ние стимула «вижу» или «не вижу». Когда он перестанет видеть предъявляемое ему пятно, начинают предъявлять «восходящий ряд» стимулов (начиная с тех, которые заведомо не воспринимаются). В какой-то момент испытуемый говорит «вижу». Опять повторяет­ся «нисходящий ряд», затем «восходящий» — и так происходит несколько раз, причем длину «восходящих» и «нисходящих ря­дов», а также момент их начала и конца варьируют, чтобы избе­жать нежелательных искажений испытуемым результатов. Как пра­вило, точка перехода от ответа «вижу» к ответу «не вижу» (это называется порогом исчезновения) не совпадает с точкой пере­хода от «не вижу» к «вижу» (порог появления). Поэтому в качестве абсолютного порога принимается среднее значение этих величин.

Различные методы измерения1 широко используются в психо­диагностике, представляющей собой «науку и практику поста­новки психологического диагноза» [9]. Чаще всего методы психо­диагностики называются тестами. Тест (проба) представляет со­бой ряд заданий различного характера, выполнение которых ис­пытуемым оценивается в количественных показателях; при этом устанавливается соответствие последних определенным нормам и стандартам. Разработка нового теста представляет собой сложней­шую деятельность, которой должен овладеть каждый психолог, специализирующийся в психодиагностике. Приведем некоторые примеры тестов для иллюстрации особенностей этого психологи­ческого метода.

Наиболее известны за пределами психологии тесты интел­лекта (тесты уровня интеллектуального развития), которые пред­ставляют собой батарею вопросов или задач (не только вербаль­ных, т.е. словесных, но и, например, «лабиринтных» задач или задач-головоломок и т.п.), решение которых оценивается опреде­ленным количеством баллов. Суммарный показатель решения за­дач, например, ребенком того или иного возраста сравнивается с «нормой» (установленной на большом количестве испытуемых дан­ного возраста), в результате определяется реальный «умственный возраст» ребенка (который может расходиться с «паспортным возрастом») и вычисляется так называемый коэффициент интел­лекта — IQ — как интегральная характеристика уровня умствен­ного развития ребенка: «умственный возраст» ребенка делится на его фактический («паспортный») возраст и полученное частное умножается на 100%. Разработаны соответствующие тесты и для взрослых (наиболее известными их них являются тесты американ­ского психолога Д.Векслера). Несмотря на постоянную критику самой идеи и методов измерения IQ, тесты интеллекта по-преж­нему широко используются в практике.

Особую группу составляют личностные тесты

. Условно их мож­но разделить на две основные группы — личностные опросники и проективные методы. Наиболее известным личностным опросни­ком является MMPI(Миннесотский многофакторный личностный опросник, созданный американскими исследователями в 40-х гг. XX в.). Он содержит 10 базисных шкал и три оценочные шкалы, которые позволяют оценить степень достоверности полученных в тесте результатов.

Проективные методы направлены на изучение целостной лич­ности и особенно бессознательных ее структур, поэтому они го­раздо менее формализованы, чем опросники. Одними из наиболее известных проективных тестов являются тест «чернильных пятен», предложенный в 1921 г. и опубликованный в доработанном виде в 1942 г. швейцарским психиатром Г. Роршахом, и

ТАТ (тематиче­ский апперцептивный тест), разработанный американским пси­хологом Г. Мюрреем и его сотрудниками в 1930-е гг. В последнем тесте испытуемому предъявляются картины (обычно 20), на кото­рых изображена какая-то не очень определенная ситуация. Так, например, на одной из картин изображен мальчик, склонившийся над скрипкой (выражение лица мальчика весьма неопределенное). На другой картине изображены две женщины: старая и молодая, со столь же неопределенным выражением лица. Испытуемому (ко­торому говорится, что исследуется «его воображение») предлага­ется написать небольшой рассказ по картине с указанием того, что происходит в данной ситуации, что, по мнению испытуемого, было перед ней (в прошлом), что ждет героев рассказа в будущем, о чем они думают, что переживают и т.п. Сам того не осознавая, испытуемый «проецирует» на героев и ситуацию свои личные мо­тивы. Обработка результатов ТАТ — особое искусство, которому посвящен целый ряд руководств, в том числе на русском языке.

Ряд используемых в психологии методов трудно отнести к ка­кой-либо особой группе, потому что они могут использоваться как для целей наблюдения, так и для психодиагностики и т.п. Таковы, например, метод анкетирования и метод беседы (ин­тервью), метод анализа результатов деятельности и др. Каждый из них имеет свою специфику, которая к тому же может меняться в зависимости от задач, решаемых с помощью данного метода. Так, например, в недавно вышедшей книге датского психолога Ст. Квале «Исследовательское интервью» приводятся две альтернативные метафоры для характеристики ролей исследователя, который про­водит интервью: исследователь как шахтер и исследователь как путешественник. Проводящий интервью «исследователь-шахтер» ищет «самородки» объективных, поддающихся подсчету фактов или сущностных смыслов изучаемого процесса «в чистом опыте собеседника, не замутненном никакими наводящими вопросами» [44, 13].

Исследователь данного типа придерживается, пишет Ст. Ква­ле, установки, что «знание пребывает внутри собеседника и его нужно добыть в чистом виде, не запачкав шахтерским прикос­новением» [44, 13]. Такое интервью используется для получения интересующих исследователя сведений, скажем, о том, каковы мнения учащихся той или иной школы об учителях этой школы (или наоборот), или суждений разных категорий населения о политике государства и т.п. Напротив, исследователь-путеше­ственник, свободно перемещаясь по малоизученной стране, всту­пает в разговоры с ее жителями, которые могут привести как самого путешественника, так и его собеседников к новым спо­собам познания и самопознания. Тем самым интервью приобретает черты «трансформирующей беседы», меняющей приорите­ты и ценности каждого из ее участников, в том числе и самого исследователя.

Нетрудно увидеть в этом разделении двух видов интервью про­тивопоставление обсуждавшихся выше естественно-научной и гуманитарной стратегий в психологии. Некоторые авторы вообще классифицируют используемые в психологии методы именно по этому основанию. Такова, например, классификация методов, предлагаемая В.И.Слободчиковым и Е.И.Исаевым [106]. К методам естественно-научно ориентированной психологии эти авторы относят практически все указанные выше методы (наблюдение, эксперимент, интервью, проводимое «исследователем-шахтером», I и т.п.). Методами гуманитарно ориентированной психологии на­зываются следующие: 1) метод интроспекции, понимаемой в дан­ном случае как метод самопознания и глубокого всматривания в самого себя, 2) методы самоотчета (письма, автобиографии, ис­поведи, дневники), 3) метод включенного наблюдения, 4) так называемое эмпатическое слушание (сопереживающее выслуши­вание исповеди собеседника), 5) идентификация (способность 1 поставить себя на место другого человека), 6) диалогическая бе-седа (собеседник психолога не рассматривается как объект иссле­дования, а выступает полноправным субъектом общения), 7) био­графический метод (реконструкция всего или части жизненного пути отдельной личности), 8) интуиция (определяемая авторами как знание, возникающее без осознания путей и условий его полу­чения), 9) интерпретация внутреннего мира другого человека, ос­нованная на аналогии, и, наконец, 10) герменевтика — искусство и теория «истолкования различного рода текстов — литературных, религиозных, исторических, научных и др.» [106, 112]. Мы приве­ли этот перечень с целью показать новичку в психологии, сколь разнообразен арсенал используемых в психологии средств, хотя мы по-прежнему убеждены, что психология представляет собой единую науку, решающую, однако, очень разные задачи.

В особую группу методов часто объединяют методы психологи­ческой практики, которые ориентированы не на исследование пси­хики и сознания, а на самую разнообразную практическую рабо­ту с ними.

Здесь выделяются прежде всего: 1) психотерапия как искусст­во воздействия на психику и личностные особенности клиента при различного рода заболеваниях или испытываемых клиентом I трудностях в социальных контактах, 2) психологическая консуль­тация, 3) психокоррекция, 4) психотренинг и т.п. Они взаимо­связаны между собой настолько, что между ними вряд ли можно провести жесткие границы. На наш взгляд, методы психотерапии в частности и методы практической психологии вообще можно расклассифицировать не столько на основании конкретных при­емов, которые при этом используются (например, индивидуальная терапия или групповые формы терапии, арттерапия или телес­но ориентированная терапия), сколько на основании тех теорети­ческих воззрений, которые стоят за любой конкретной формой практической психологии2. И поэтому (подчеркнем еще раз) зна­комство с основными теориями в психологической науке необхо­димо любому, психологу, в какой бы области практики он ни ра­ботал.

В следующем разделе нашего учебника — «Историческое вве­дение в психологию» — мы рассмотрим основные концепции пси­хологической науки в их историческом развитии. Как уже говори­лось, в условиях современного плюрализма психологии как в на­уке, так и практике это историческое рассмотрение необходимо для понимания причин возникновения той или иной концепции, ее исторической необходимости и столь же неизбежной истори­ческой ограниченности. Данный раздел не будет «кратким кур­сом» истории психологии, изучение которой предусмотрено на последующих этапах обучения. Нашей задачей будет представить основные этапы становления психологии как науки, критерием выделения которых будет решение в них предмета психологиче­ского познания.



1. Овладение психологом различными методами измерения предполагает хорошее знание математики.
2. Этот вопрос специально обсуждается в книге Е.Е. Соколовой «Тринадцать диалогов о психологии» [111].

Глава 2. Методы психологии. Основы психологии. Учебник для учащихся старших классов и студентов первых курсов высших учебных заведений

Глава 2.

Методы психологии

Как ни совершенно крыло птицы, оно никогда не смогло бы поднять ее ввысь, не опираясь на воздух. Факты – это воздух ученого. Без него вы никогда не сможете взлететь. И. П. Павлов

Методы, пути, средства, с помощью которых добываются научные факты, очень важны для любой науки, но для психологии они имеют особое значение. Чтобы понять это, давайте подумаем, как вообще строится научное исследование в других областях знаний, например в естествознании, физике, химии. Вам наверняка приходилось проводить опыты в живом уголке, на пришкольном участке и в учебных кабинетах. Всегда в ходе опыта можно четко выделить необходимые его составляющие:

во-первых, это человек, который осуществляет опыт или ведет наблюдение, тот, кто изучает, – субъект познания;

во-вторых, это то, что он изучает, – объект познания – растение, животное, химический элемент и т. д.

Теперь представьте себе, что вы исследователь-психолог, которому предстоит изучать психические особенности другого человека. Улавливаете разницу?

Да, для психолога все иначе: его объект или, как говорят в психологии, испытуемый, есть одновременно и субъект. Субъективный объект! Это не лингвистической парадокс, а особенность психологической науки: здесь могущество человеческого разума, человеческого интеллекта направлено на познание самого этого разума, самого интеллекта, чувств, воли и всего того, что составляет психику.

Говорят, что через человека природа познает самое себя. Если это так, то психология – это познание человечеством своей собственной природы. Субъект и объект исследования совпадают. Но из этого философского совпадения совсем не следует, что невозможно их ение, раздвоение в конкретных психологических исследованиях, как думали психологи-идеалисты.

Самонаблюдение

Психологи-идеалисты считали, что душа – это замкнутый в себе мир и ее познание доступно только ей самой.

«Только я сам могу судить о том, что происходит в моем внутреннем мире», «в терем тот высокий нет ходу никому». Значит, для психолога остается только один-единственный метод исследования – самонаблюдение? Этот метод иначе называется интроспекция, что в буквальном переводе означает «смотреть внутрь». Психологические трактаты до появления экспериментальной психологии основывались либо на описании ученым собственных переживаний, либо на изложении рассказов других людей об их мыслях и чувствах.

Может быть, этого и в самом деле достаточно, может быть, о себето уж мы действительно знаем «правду, всю правду, одну только правду»?

Когда-то великий французский писатель Жан-Жак Руссо, создавая «Исповедь», мечтал довести искусство психологического самоанализа до уровня самых точных наук того времени. «В известном смысле, – писал он, – я произведу на самом себе те опыты, которые физики производят над воздухом, чтобы знать ежедневные изменения в его состоянии. Я приложу к своей душе барометр, и эти опыты, хорошо налаженные и долгое время повторяемые, могут дать мне результаты столь же надежные, как и у них». С тех пор прошло более 200 лет, барометр-психометр даже писатели-фантасты еще не придумали, а проблема методов исследования – по-прежнему одна из острейших в психологии. Почему же самонаблюдение не может быть ни основным, ни единственным методом нашей науки?

Для того чтобы наблюдать и затем описывать проявления собственной психики, человеку нужно как бы раздвоиться: одно его «я» (назовем «я-деятель») активно действует, мыслит, радуется, страдает, а другое «я» (назовем его «я-наблюдатель») в это самое время оценивает, анализирует, контролирует, иными словами, «подсматривает» за первым. До определенной степени именно так действительно раздваивается психика каждого человека, начиная уже чуть ли не с трехлетнего возраста. Но далеко не все собственные психологические процессы мы способны наблюдать. Попробуйте, например, спросить у композитора, как возникла в его сознании мелодия; у ученого – как он решил ту или иную задачу; у конструктора – как он придумал новую машину. Кстати, психологи, которые изучают творчество, без устали об этом спрашивают, но в ответ слышат не очень вразумительные рассказы. Дело в том, что наше внимание обычно направлено на то, что мы делаем, а не на то, как это происходит. Многие проявления психики, например механизмы памяти, мышления, воображения, осознаются лишь частично и поэтому недоступны самонаблюдению.

Кроме того, в психике человека есть довольно обширная область переживаний, которые получили название подсознательных, неосознаваемых. Мы можем не подозревать о некоторых своих чувствах, стремлениях, мотивах поведения. И вот получается, что человек порой сам неточно определяет причины собственных поступков. Особенно ясно это можно продемонстрировать хотя бы на примере так называемого постгипнотического внушения. Загипнотизированному человеку внушают, что через определенное время после выхода из состояния гипноза он совершит определенное действие. Один врач-психотерапевт рассказал о пациентке, которой он внушил, что минут через десять после сеанса гипноза она наденет его пиджак, висящий на стуле. После сеанса, как обычно, говорили о ее самочувствии, о планах на будущее. Вдруг больная зябко поежилась, хотя в комнате было очень тепло…

– Что-то холодно, я озябла… Может быть, вы разрешите мне на минутку накинуть ваш пиджак?

– Конечно, пожалуйста…

Если врач спросит испытуемую, почему она так поступила, то в ответ услышит объяснения на первый взгляд вполне правдоподобные, но не имеющие ничего общего с известной ему, но неизвестной испытуемой истинной причиной поступка.

Не осознаваться могут и другие элементы нашей психической жизни. У нас, например, могут сохраняться воспоминания, о которых мы до поры до времени ничего не знаем. Конечно, не следует преувеличивать роль неосознаваемых моментов в жизни человека, как это делал известный австрийский психиатр 3. Фрейд, но и не считаться с ними нельзя. Впрочем, не все с этим согласны. Например, поэтесса Н. Матвеева, которая в стихотворении «Подземелья» весьма живописно рисует гипотетическое подсознание человеческой психики, иронически замечает:

Ключи от подземелий подсознанья

Звенят опять на поясе моем.

Сегодня я, заблудшее созданье,

Сойду туда с коптящим фонарем.

Как воют своды в страшной анфиладе!

А впрочем, выясняется в конце,

Что все подвалы наши – на эстраде,

Все тайны, как посмотришь, – на лице.

У нас и подсознание – снаружи.

Все просто: нам получше – вам похуже.

Кот хочет сала, палки просит пес.

Успех собрата мучит нас до слез.

Но чтоб до истин этих доискаться,

Не стоит в преисподнюю спускаться! Да, если бы все было так просто, если бы все тайные (даже порой для нас самих!) проявления психики были «на эстраде», а мотивы наших поступков сводились к необходимости удовлетворять одинаковые для всех жизненные потребности, если бы явление, как говорят философы, совпадало с сущностью, никакой науки не нужно было бы и, между прочим, необходимость в поэзии тоже автоматически отпала бы. Прав известный литовский поэт Э. Межелайтис: «Зачем, – писал он, – уступаем мы кому-то область психологических глубин и подсознанья? Почему отдаем другим сферу утонченного анализа? Мы тоже должны научиться читать едва уловимый шифр человеческой души, и тогда человек станет понятнее нам. Если же мы никогда не сделаем попытки проникнуть в эту область, она навсегда останется для нас темной, зловещей и полной опасностей». Самонаблюдение ненадежно не только потому, что человек, как мы видим, не все знает о самом себе, но и потому, что даже о своих переживаниях трудно рассказать. Прежде всего, трудно перекодировать, переплавить, перелить чувства в слова. Недаром же поэты и писатели испытывают «муки слова», «оставляют куски мяса в чернильнице», как Л. Толстой; изводят «единого слова ради тысячи тонн словесной руды», как В. Маяковский. К этим неизбежным объек тивным трудностям добавляются трудности субъективные: наш психологический словарь так беден, что нам просто порой «нечем думать» о собственном внутреннем мире и тем более «нет слов», чтобы рассказать о нем.

Конечно, при самоотчете, который требуется психологу, нужна абсолютная искренность. А это не так легко. Сравнение даже предельно искренних человеческих документов – писем, дневников, автобиографий – с действительностью почти всегда обнаруживает, что человек невольно искажает то, что происходило на самом деле: ведь человеческое восприятие субъективно. Мы смотрим на мир сквозь призму своего опыта, своих мыслей и чувств, как говорится, «судим по себе». Даже Ж.-Ж. Руссо, который обещал приложить к своей душе барометр беспристрастного анализа, оказался далеко не столь объективным, как ему самому хотелось и казалось. Его «Исповедь» – гениальное художественное произведение (не так уж мало!), но не точный протокол психической жизни человека. Польский писатель Я. Парандовский отмечал:

«Не раз перо останавливается на середине страницы, не раз глаза, смотрящие на слова, не запятнанные ложью, устрашаются тени чужой, неведомой фигуры, которая когда-то в будущем склонится над этими страницами, – достаточно мига такой рефлексии, и чистота внутреннего голоса окажется замутненной. Мы настолько тесно связаны с людьми, настолько тщательно они за нами наблюдают, подслушивают, даже когда мы находимся в полном одиночестве, что все это дает знать о себе, стоит лишь взяться за перо. Как в теле, так и в душе есть вещи, о которых человек никогда не осмелится поведать кому бы то ни было».

Предположим на минуту, что подобной самоцензуры не существует, что человек готов сказать всю правду о качествах своей личности, о своих мыслях и переживаниях. И тут выясняется, что сделать это, хотя бы в первом приближении, в состоянии очень немногие. И опять-таки не хватает слов, недостает знаний о психический жизни, умения ее анализировать.

Представим себе, что человека, далекого от техники, попросили рассказать об устройстве какого-либо двигателя и даже в помощь предложили подробный чертеж. Этот рассказ звучал бы довольно невразумительно. Примерно так: «Вот это колесико соединяется какой-то штучкой с другим колесиком побольше с зубчиками, а тут еще продолговатая штуковина с ремешком…» Мать одного инженера, владельца «Жигулей», когда хотела назвать какую-либо деталь машины, пользовалась универсальным понятием «дюндик». «Дюндик» – это и винт, и болт, и шланг – все, что имеет отношение к загадочному и неведомому и поэтому безмолвному для нее техническому миру, в тайны которого ее никто не посвятил.

Нередко на уровне «дюндика» находится способность судить о своем и чужом внутреннем мире. Это неудивительно: в школе изучение человека ограничивается его анатомией и физиологией. Психология как специальный предмет пока отсутствует. И вот результат – предлагают человеку, казалось бы, простое задание: ответить на вопрос «кто я?» двадцатью словами. Двадцать слов для характеристики своей неповторимой личности. Скуповато? Очень многим хватает и десяти.

И еще одна трудность самонаблюдения: «я-деятель» и «я-наблюдатель» не могут существовать мирно и независимо друг от друга. «Я-деятель» постоянно захватывает «я-наблюдателя», и нет уже самоанализа, а есть горячая человеческая страсть.

Психологи довольно быстро осознали всю ограниченность самонаблюдения как метода психологии. Чтобы получить как можно более подробные сведения о психике, психологам приходилось специально обучать испытуемых технике самонаблюдения, производить своеобразный отбор среди испытуемых. Но и это не было выходом из положения, поскольку вставал вопрос об универсаль ности психологических знаний, полученных из самонаблюдения та ких «изощренных» испытуемых. Возникали и принципиальные трудности. Так, известный американский психолог начала XX века У. Джемс отмечал, что, когда он пытается сосредоточиться на собственном «я», в поле внимания попадают случайные ощущения от носа, уха и т. д. В результате попытки обнаруживать своего рода тело или субстанцию «я» в акте прямого самонаблюдения не увенчались успехом. Будущее было за объективными методами исследования психики.

Да, самонаблюдение имеет много недостатков как метод научного исследования. Его легко критиковать. Труднее обойтись без него в любом психологическом исследовании. И оно служило и будет служить всегда его составной (но не основной!) частью. Иногда

наблюдения за самим собой наталкивают психолога на замысел экспериментального исследования.

Как человек узнает, например, откуда идет звук? На первый взгляд все предельно просто: звучит музыка – мы поворачиваем голову к динамику, слышим речь – оборачиваемся к говорящему человеку. Но как же тогда в кино? Звук всегда доносится из одних и тех же динамиков, установленных по бокам экрана, а зрителямслушателям кажется, что звук перемещается от персонажа к персонажу: вот один персонаж заговорил и замолчал. Потом заговорил другой – звук переместился. В правом углу экрана залаяла собака – оттуда и звук несется… Так человеку кажется. Потому что… Но ведь никто об этом до той минуты не думал и, пожалуй, ничего особенного не замечал. А известный психолог С. Л. Рубинштейн заметил и задумался. Вот как это произошло.

«Заседание, – рассказывал Рубинштейн в книге “Основы общей психологии”, – происходило в очень большом радиофицированном зале. Речи выступающих передавались через несколько громкоговорителей, расположенных слева и справа вдоль стен. Сначала, сидя сравнительно далеко, я, по свойственной мне близорукости, не разглядел выступающего и, не заметив, как он оказался на трибуне, принял его смутно видневшуюся мне фигуру за председателя. Голос (хорошо мне знакомый) выступавшего я отчетливо услыхал слева, он исходил из помещавшегося поблизости громкоговорителя. Через некоторое время я вдруг разглядел докладчика, точнее, заметил, что он сделал один, а затем еще несколько энергичных жестов рукой, совпавших с голосовыми ударениями, и тотчас же звук неожиданно переместился – он шел ко мне прямо спереди, от того места, где стоял докладчик».

Итак, на базе самонаблюдения у ученого возник вопрос о причинах столь странного поведения звука; метод познания изменился.

Обратим внимание на интересную и неизбежную особенность психологического познания состояния другого человека: оно происходит на основе самонаблюдения: «У него, очевидно… как и у меня».

В одном старом учебнике психологии это пояснялось таким примером. «В моем присутствии кто-либо плачет. Я думаю, что он переживает чувство страдания. Но могу ли я сказать, что я “воспринимаю” его чувство страдания? Нет, потому что я воспринимаю только ряд физических изменений… Я вижу капли жидкости, истекающие из его глаз, я вижу изменившиеся черты лица; я слышу прерывистые звуки, которые называются плачем. Кроме того, я ничего непосредственно не воспринимаю. Откуда же я знаю о существовании страдания у другого?

Когда я сам раньше страдал, то у меня из глаз текли слезы, я сам издавал прерывистые звуки…»

А как изучить без данных самонаблюдения переживания космонавтов во время космического полета? Что знали бы мы о психической жизни слепоглухонемых без замечательной книги слепоглухонемой О. И. Скороходовой «Как я воспринимаю, представляю и понимаю окружающий мир», которая целиком построена на самонаблюдениях?

Да, самонаблюдение – старое, испытанное, хотя и далеко не всегда надежное оружие психолога. А для каждого человека самонаблюдение – необходимый элемент самопознания и самовоспитания. Нельзя изменять себя, не рассматривая свой внутренний мир сквозь увеличительное стекло самонаблюдения. Оно уже само по себе заставляет человека изменяться.

«Пока я снимал с себя слепок, – писал французский философ М. Монтень, – мне пришлось не раз и не два ощупать и измерить себя в поисках правильных соотношений, вследствие чего и самый образец приобрел большую четкость и некоторым образом усовершенствовался».

Кстати сказать, помочь вам, ребята, научиться наблюдать за собственной психической жизнью – одна из задач этой книги. Попробуйте, начиная с сегодняшнего дня (в крайнем случае – с завтрашнего!), например, применить такое испытанное средство самоанализа и самопознания, как дневник.

Есть замечательные образцы дневниковых книг, которые написали не выдающиеся деятели науки и культуры, а ваши сверстники-старшеклассники. Разумеется, они и не подозревали, что со временем их заветные тетради будут опубликованы. Это «Девушка из Кашино» – дневник Инны Константиновой, «Дневник Нины Костериной» и «Дневник Пети Сагайдачного». Их авторы прямо со школьной скамьи шагнули в огненный шквал Великой Отечественной войны и погибли, защищая Родину, а их дневники, ставшие книгами, продолжают жить и волновать новые поколения читателей.

Объективное наблюдение Познать себя и психику друО П Р Е Д Е Л Е Н И Е гого человека можно только в деле, в деятельности. «Как можно Психика проявляется и форпознать самого себя? – спрашимируется в деятельности, да вал великий немецкий поэт и и сама она есть не что иное,

мыслитель И. В. Гете и отвекак особая психическая дечал: – Только путем действия, но ятельность, в ходе которой

никогда путем созерцания. Почеловек познает окружаюпытайся выполнить свой долг, щий мир, строит его субъеки ты узнаешь, что в тебе есть». тивный образ, его модель.

Психика проявляется и формируется в деятельности, да и сама она есть не что иное, как особая психическая деятельность, в ходе которой человек познает окружающий мир, строит его субъективный образ, его модель. Значит, можно по внешним фактам поведения судить о внутреннем мире человека, значит, в психологии можно использовать наблюдение – могучий метод современного естествознания. Каждый из нас ежедневно и ежечасно именно благодаря наблюдению судит о другом человеке, о его мыслях и чувствах, о его способностях и характере, о его отношениях к другим людям. И о нас точно так же судят: по нашим делам, по тому, что и как мы делаем, что и как говорим, по какому поводу хмуримся и что вызывает у нас улыбку.

Научное психологическое наблюдение – дело очень трудное и тонкое. Начнем хотя бы с такого деликатного вопроса: любят ли люди, когда за ними подглядывают, когда их специально изучают? Достаточно вспомнить, что даже маленькие дети по-разному ведут себя со своими родными и с чужими людьми.

«Ну, – говорят смущенные родители, – наш уже выступает!» При этом они не замечают, что и сами в присутствии посторонних ведут себя необычно: в психологическом смысле они как бы «играют» в радушных хозяев, у них появляется даже необычное, «праздничное» выражение лица, изменяется манера говорить и т. д. Космонавт А. А. Леонов и врач В. И. Лебедев в книге «Психологические проблемы межпланетного полета», о которой мы уже упоминали, называют «публичность», необходимость все время находиться под наблюдением, под чужим взглядом одной из серьезнейших трудностей экспериментальной изоляции, которую применяют для изучения влияния одиночества на психику человека.

Когда человек знает, что за ним наблюдают, пишут они, он старается постоянно удержаться в какой-то ролевой функции и скрыть от других все то, что его обуревает в данный момент. Недаром во время опытов на изоляцию некоторые тяжело переживают не столько состояние изоляции и одиночества, сколько то, что за ними непрерывно наблюдают. Эта мысль, отмечала одна женщина, прошедшая такие испытания, никогда не покидала ее и сопровождала как постоянный аккомпанемент. Испытуемая постоянно следила за собой, боясь «выглядеть неприлично». В конце опыта ей даже стало казаться, что наблюдатели, находящиеся в аппаратной, могут читать ее мысли по лицу, глазам, мимике, по любым мелким движениям, «что она полностью раскрыта». Мысли, что о ней известно больше, чем она хотела бы, не покидали ее.

Конечно, в обычных условиях подобные переживания не достигают такой остроты, но в любом случае поведение человека меняется от присутствия наблюдателя, особенно такого, о котором известно, что он нас изучает. Недаром психологи мечтают о «шапкеневидимке». Впрочем, при современной технике это более или менее достижимо – ставь незаметные телекамеры и микрофоны и наблюдай. Невидимым психолог-наблюдатель может стать и другими путями. В социальной психологии известен метод так называемого включенного наблюдения: исследователь входит в группу, которую хочет изучить, как свой человек, члены группы (испытуемые) к нему привыкают и ведут себя естественно.

«Эффект присутствия» – не единственный недостаток наблюдения. Пожалуй, еще труднее избежать другого – субъективности! Наблюдатель должен фиксировать только то, что действительно происходит, а не то, что ему кажется или что ему хочется увидеть. Рассказывают, что английский физик Э. Резерфорд даже для регистрации физических явлений сажал несколько наблюдателей, которые не знали, какой результат ожидается.

Субъект исследования должен быть объективным. Специально изучали особенности самих наблюдателей: группа квалифицированных психологов наблюдала за поведением одного и того же ребенка – совпало только двадцать процентов заключений. Кому же верить? В современном кинематографе на этой субъективности построен специальный художественный прием: один и тот же эпизод снимается несколько раз с точки зрения разных героев. В фильме японского режиссера Акиро Куросавы «Расёмон» дано, кажется, около полудесятка «видений» одного и того же эпизода персонажами фильма. И каждый раз – правда. Художественная… Каждый наблюдатель видит и то, что ему показали, и то, что ему показалось.

Чтобы результаты наблюдений были объективнее, чтобы их можно было пропустить через статистический фильтр и получить психологические факты без «маски», применяется аудио– и видеозапись, фотографирование и т. д. Но главное – это, пожалуй, хорошая программа, в которой то, что предстоит увидеть, расчленено на более или менее простые единицы. Например, для наблюдения за взаимоотношениями между маленькими детьми психолог-исследователь 1920-х гг А. С. Залужный разработал схему, в которой были предусмотрены, кажется, все возможные видимые и слышимые проявления. Вот по каким признакам позволяет судить эта программа об «асоциальном» поведении малыша: действия – отворачивается (брезгливо), убегает, защищается; речь (вернее было бы сказать, звуки),хнычет, плачет, взывает о помощи. Об «антисоциальном» в поведении свидетельствуют такие признаки: действия – разрушает, отнимает, гонится, бьет; речь – угрожает, требует, дразнит, ругается. А вот признаки доброжелательного поведения: действия – ласкает, показывает, помогает, исправляет, проявляет инициативу; речь – информирует, советует, критикует, призывает к сотрудничеству и т. д.

Кстати сказать, следуя даже хорошей программе, мы ничего не узнаем о причинах того, почему одного чаще бьют, а другого ласкают, что вызывает у нашего подопытного гнев, а что – ласку. Наблюдение чаще всего отвечает на вопрос «что?», а вопрос «почему?» остается открытым. Да и ждать интересующее психолога явление иногда приходится очень долго.

Экспериментальный метод

Однажды три студентки психологического факультета получили задание понаблюдать, как проявляются у дошкольников разные чувства: одной досталась радость, другой – печаль, а третьей не повезло – ей достался испуг.

– Хожу-хожу в детсад, смотрю-смотрю, а они не пугаются… – жаловалась она преподавателю.

– А ты испугай – и дело с концом, – посоветовал кто-то.

Совет был, конечно, вызван обстоятельствами, но он совершенно неприемлем: в психологии действует тот же древний гуманный принцип, что и в медицине: «Не навреди». При любом психологическом исследовании ученые прежде всего учитывают интересы испытуемых: совместная работа экспериментатора и того, кого он изучает, направленная на раскрытие тайн психики, должна принести пользу не только науке, но и участникам опыта.

Метод исследования, когда исследователь сам вызывает явление, которое будет изучаться, уже не наблюдение, а эксперимент. Он является главным методом современной психологии и, по словам известного французского психолога П. Фресса, не терпит спешки, но взамен медлительности и даже некоторой громоздкости дарует радость уверенности.

Интересно отметить, что первые лабораторные психологические опыты, или, точнее, психологические измерения, были вызваны нуждами астрономии.

В историю психологии вошел эпизод, связанный с увольнением некоего Киннбрука, который в конце XVIII в. работал в Гринвичской обсерватории. В обязанности Киннбрука входило определение местонахождения звезды методом Брэдли. Делалось это следующим образом. В телескопе есть ориентирующая координатная сетка из ряда вертикальных линий, средняя из которых совпадает с астрономическим меридианом. Киннбрук должен был, следя за движением звезды, засечь момент ее прохождения через меридиан. Таким путем удавалось установить положение звезды с точностью до 0,1 секунды. Но Киннбрук опаздывал с определением времени прохождения звезды почти на секунду. Директор обсерватории решил, что Киннбрук недобросовестно относится к работе, и уволил его. Когда в 1816 г. знаменитый астроном Бессель прочитал об этом случае, он решил, что дело, наверное, не в небрежности, а в чем-то другом. Может быть, наблюдатель вообще не в состоянии абсолютно точно определить время прохождения звезды через меридиан? Сравнив данные разных наблюдателей, Бессель пришел к выводу, что различия в расчетах могут достигать целой секунды и каждый ошибается по-своему, поскольку люди реагируют на те или иные раздражители с различной быстротой. Если такие невольные ошибки измерить, получится стандартное отклонение – «личная погрешность», которую можно учесть при вычислениях.

Таким образом впервые в психологии стали измерять качество человека, которое можно назвать скоростью реакции.

Посредством простого опыта вы можете измерить ее у себя. Возьмите длинную гладкую палку с сантиметровыми делениями. Расположите ее вертикально в ладони и заметьте, на какой отметке окажутся ваши пальцы. Теперь разожмите ладонь, а потом как можно быстрее постарайтесь подхватить палку. Чем быстрее вы произведете эти манипуляции, тем короче будет путь, который успеет сделать палка. Сравните свои результаты с результатами своих одноклассников, друзей.

Если бы надо было на примере какого-то одного психического явления показать в кино все типы психологических экспериментов, следовало бы выбрать исследование памяти. Первые кадры были бы посвящены немецкому психологу Г. Эббингаузу который около ста лет назад изобрел… бессмысленные слоги. Испытуемый сидит в удобном кресле и повторяет вслед за исследователем нечто странное: дат – виб – нум – дюг – рец… Или произносит парами: фоц – деб, пяц – дыч, мож – цут… Потом экспериментатор читает первый слог пары, а испытуемый отвечает ему вторым. Если вспомнит… Сколько запомнит? Надолго ли? Сколько останется в памяти через час? Два? Сутки? Иными словами, каков темп забывания?

В результате появилась знаменитая «кривая Эббингауза», роковая кривая, похожая на крутой спуск с горы: сначала стремительно летишь почти отвесно вниз – это в первый час забывается почти сорок процентов драгоценных слогов, потом плавное скольжение почти по равнине – кое-что запоминается навсегда. К сожалению, очень немногое. Кто-то сказал, что культура – это то, что остается, когда уже все забыто. К бессмысленным слогам это отношения не имеет. Зачем нужны были Эббингаузу его 2300 слогов? Он надеялся изучить память в чистом виде, память, освобожденную от… смысла. В жизни далеко не все запоминается «по Эббингаузу», но это были первые истинно психологические опыты.

Следующий пример связан уже с физиологией. Середина ХХ века. Монреаль. Великий канадский нейрохирург У. Пенфилд экспериментирует с электростимуляцией отдельных областей мозга. Электрический импульс – и в памяти больного вспыхивают поразительно яркие воспоминания прошлого. По мысли Пенфилда, когда электрод нейрохирурга случайно активизирует запись прошлого, это прошлое развертывается последовательно, «мгновение за мгновением». Описываемое явление несколько напоминает работу магнитофона или демонстрацию киноленты, на которой как бы запечатлено все, что человек некогда осознавал, то, на что он обратил внимание.

Психологические опыты в лаборатории как будто нарушают принципы, на которых построено психологическое наблюдение: испытуемый извлекается из своей обычной, привычной жизненной колеи, он знает, что его исследуют… Приходится кое-чем жертвовать ради точности исследования.

Естественный эксперимент

А что, если соединить эксперимент и наблюдение? Взять от эксперимента точность и повторяемость, а от наблюдения – естественность и жизненность ситуации. Так строится естественный эксперимент, который создал в начале XX в. русский психолог А. Ф. Лазурский. С детьми просто играют, их просто обучают. А на самом деле… Когда человек впервые ставит перед собой задачу что-то запомнить? Как влияет постановка задачи на процесс запоминания? В каком случае дети лучше запоминают: в ситуации задания или когда умственная работа по запоминанию включается в какую-то другую деятельность?

Лучший союзник психолога во всех исследованиях детей – игра. Помогла она и на этот раз. Известная исследовательница памяти З. М. Истомина предлагала детям запоминать слова в двух разных ситуациях, сериях. В ходе игры в детский сад экспериментатор брала на себя роль заведующего детсадом, а ее помощник – заведующего магазином. Испытуемый дошкольник получал важное поручение: сходить в магазин и купить… Дальше перечислялось несколько предметов (это были слова для запоминания): конфеты, крупа, мяч, краски, капуста, молоко и т. д. Маленькому покупателю вручали «деньги», корзинку, и он отправлялся в «магазин». Здесь «завмаг» спрашивал: «Что тебе поручено купить?» и отмечал, какие слова вспомнил испытуемый, который вовсе не чувствовал себя таковым: он просто играл.

Во второй серии опытов ребенка приглашали «для занятий». Экспериментатор просил его внимательно прослушать слова, чтобы потом вспомнить как можно больше. По трудности слова были такими же, как и в первой серии опытов. Результаты были подвергнуты математической обработке: сложили все слова, которые запомнили дети в первой серии, поделили на число запоминавших и полученную среднюю цифру сравнили со средней величиной, полученной во второй серии. Результат? В игре, когда знания нужны ребенку для дела, запоминается значительно больше слов, чем на занятиях.

Со школьниками эксперименты часто проводятся в виде учебных занятий. Ленинградский психолог М. П. Шардаков, работавший во второй трети ХХ в., решил проверить, как влияет установка на длительность запоминания, на его продуктивность. Иными словами, в каком случае дольше помнится: когда учат, чтобы ответить завтра, или когда отвечать придется через длительный срок? Три группы школьников одного возраста и примерно одинаковых способностей порознь учили одно и то же стихотворение, которое повторяли одинаковое количество раз. Разница была лишь в одном: ребят из первой группы предупредили, что спросят завтра, из второй – через неделю, из третьей – через месяц. А спросили всех в один и тот же день через три недели… Результаты? Конечно, лучше учить «на месяц» – помнится дольше.

«Естественно» строятся исследования и в социальной психологии. Как лучше вспоминается: когда ты наедине с самим собой или в компании? Этот остроумный опыт, проведенный Б. Ф. Ломовым, легко повторить. Сначала каждому испытуемому предлагали воспроизвести начало главы романа «Евгений Онегин». Тех, кто помнил точно, отсеяли, а тех, кто вспомнил кое-что, объединили в пары.

Вот как воспроизводили соответствующую строфу испытуемые по отдельности (буквами А и В обозначены испытуемые):

А. Дальше говорится, что Онегин читал Гомера, Демокрита… или кого-то там другого из греков… читал Адама Смита… мы его тоже проходили… Читал Адама Смита… и что-то насчет рассуждений о политэкономии…

В. Он изучал Адама Смита… и что-то говорил насчет того, как государство богатеет и чем живет и почему не нужно золота ему, когда там… что-то он имеет… а отец понять его не мог и земли отдавал в залог.

А вот как протекало коллективное припоминание:

А. Зато читал Адама Смита и был политэконом…

В. По-моему, не так. Нет слова «политэконом», тем более у Пушкина.

А. Я тоже чувствую, что что-то не так… А как?

В. Верно, что какой-то эконом… И был… какой-то эконом…

А. И был ученый эконом?

В. Кажется, «глубокий».

А. Точно! И был глубокий эконом, то есть умел судить о том…

Оба (хором): Как государство богатеет, И чем живет, и почему Не нужно золота ему, Когда… та-та, та-та имеет.

А. Какой-то продукт… Как там, в натуральном хозяйстве… Какой продукт?

В. Может, «прямой», то ли… не помню.

А. Простой?

В. Пожалуй. 2 Коломинский. Основы психологии

Далее оба воспроизводят эту часть строфы точно. Таким образом можно сделать выводы о преимуществах и особенностях коллективного «пересочинения».

Метод тестов

С методом тестов (слово «test» в переводе с английского означает «испытание, проба») в психологии связаны большие надежды и, пожалуй, еще большие разочарования. С тех пор как знаменитый английский ученый, метеоролог, генетик, криминалист и психолог, близкий родственник Ч. Дарвина Ф. Гальтон выдвинул идею точного измерения характера и умственных способностей человека, прошло почти сто лет. За это время создано несколько десятков тысяч разного рода тестов, с помощью которых, как надеялись их авторы, можно оценить все что угодно – от пригодности человека к профессии до психологической совместимости будущих супругов, – а дискуссия о возможностях тестирования не прекращается. К созданию тестов толкают психологов требования жизни.

Когда надо выяснить, каковы умственные способности человека, в состоянии ли он справиться с задачами, которые предстоит решить, подходит ли он для определенной роли вследствие особенностей своего характера, нужны надежные и короткие способы проверки – тесты.

Впервые их создали французские психологи А. Бине и Т. Симон для определения умственного развития детей. Для каждого возраста авторы предложили серию задач и вопросов, за решение которых начислялись очки. При этом установили, что двенадцатилетний ребенок, например, в среднем должен набрать сто двадцать очков. Наберешь больше – значит, по уму ты тянешь на четырнадцатилетнего, меньше – на десятилетнего. Умственный возраст может не совпадать с фактическим.

«Все возрасты покорны» одной общей черте – все любят сравнивать себя с другими. А на самом деле чаще всего различия проявляются не по принципу «хуже – лучше», а по принципу «иначе». Тесты этой качественной разницы не улавливают.

Как выглядят эти короткие задачи, вопросы, головоломки, все хорошо знают. За последние годы в наших газетах и журналах напечатано много разного рода тестов, которые называются поразному: «психологические этюды», «психологический практикум», «игра в вопросы и ответы» и т. д. У нас вышла книга английского психолога Г. Айзенка «Проверьте свои способности». Это сборник тестов на интеллект, вернее, на сообразительность, включающий изобразительные головоломки, словесные задания, числовые ряды и т. д. Конечно, скорость, с которой выполняются такие задания, в какой-то мере характеризует сообразительность. Впрочем, многие очень способные, остроумные и заслуженные в своем деле люди – конструкторы, математики, кибернетики и другие – признаются, что не умеют решать подобного рода задачи. Что из того? Ничего страшного. Надо потренироваться. Это значит, что порой тесты фактически измеряют не столько способности человека, сколько его подготовленность, общий уровень развития и образования. Поэтому иногда дети из необеспеченных семей, воспитывавшиеся в трудных условиях, показывали худшие результаты, чем их сверстники из семей с материальным достатком. Еще сложнее обстоит дело с тестами, которые призваны измерять качества личности. Главная проблема тестов такого рода в том, что они лишены серьезной научной основы, но, несмотря на это, получили широкое распространение. Еще хуже, что на основе таких произвольных оценок часто зачисляют в лицей или обычную школу, принимают или не принимают на работу и т. д.

Вот как изображает подобные испытания итальянская писательница Ориана Фаллачи в юмореске «Не гожусь я в

астронавты».

Психолог перевернул страницу. На следующей была группа вопросов под заглавием «Аналогия». Отвечая на них,

я должна была, не задумываясь, быстро найти то общее,

что имеется между называемыми мне понятиями или предметами. Этот тест, как я слыхала, имеет исключительное

значение на экзаменах будущих американских путешественников на другие планеты.

Итак:

– Апельсины, бананы?..

– Фрукты.

– Хорошо! Пальто, платье? 2 * – Одежда. – Хорошо… Собака, лев? – Животные. – Хорошо. Вода, воздух? – Элементы Земли. – Ошибка. – Почему? – Потому!.. Дерево, спирт? – Оба горят. – Плохо… – Почему? – Потому. Стебелек, бабочка? – Живые существа… – Плохо… Вы неточно ответили на важнейшие вопросы. Нет ничего общего у воды и воздуха, у дерева и спирта, у стебелька и бабочки!.. Затем доктор психологии перевернул еще одну страницу, и мы перешли к вопросам, касающимся общественных отношений. Экзаменатор предупредил, чтобы я отвечала на них с предельной скоростью… …Этим мой экзамен и закончился. Доктор закрыл книгу и холодно сообщил мне, что я отвечала плохо. Я слишком склонна к насмешкам и шуточкам и обладаю манерами антисоциального существа. Все это вместе доказывает чрезвычайно низкий уровень моего интеллекта. Он может поставить отметку 30, считая, однако, что и она слишком велика… – Чтобы вы знали, – добавил он, – средний коэффициент интеллекта у наших астронавтов около 130. Большинство имеет оценку 135 и 140… Только двое получили 123, что, впрочем, является средним показателем наших летчиков.

Вот так-то!

Сказанное вовсе не означает, что не существует серьезных тестов, что все тесты вредны и их проведение ничего не дает. И в нашей стране, и за рубежом разработаны опросники и тесты, которые помогают психологам и психотерапевтам разобраться в сложных проблемах, иногда даже не осознаваемых до конца самими испытуемыми. Особенно интересны проективные тесты.

Всем, наверное, приходилось фантазировать, глядя на причудливые облака. Один видит в них верблюда или медведя, другому кажется, что облако похоже на лицо в профиль, третьему… А что, если человек как бы проецирует на эти неопределенные узоры то, что его волнует? На этом предположении и построен тест Г. Роршаха. Испытуемому показывают серию бесформенных чернильных пятен, а он должен сказать, на что они похожи. Потом ответы обрабатываются по определенным правилам. Вместо пятен можно предложить серию неопределенных размытых рисунков: «Посмотрите и скажите, что привело к этой ситуации, что происходит сейчас и чем это закончится».

Или, например, чтобы узнать, как относятся дети к детскому саду и воспитательнице, можно применить такой прием. Дошкольнику показывают картинку – его сверстник идет в сад, затем следующую – он уходит из сада. У ребенка на картинках нет лица. Испытуемый должен дорисовать лицо – веселое или грустное. Может быть, проще спросить? Проще, но менее надежно. Даже маленькие дети часто отвечают так, как, с их точки зрения, понравится взрослому… Именно поэтому, кстати сказать, в психологических исследованиях косвенные вопросы нередко вернее ведут к цели, чем прямые.

Словесные (вербальные) методы исследования

Беседа (интервью), вопросы исследователя к испытуемому всегда входят в структуру почти всех методов. Беседа – «это взаимный разговор, общительная речь между людьми, словесное их сообщение, размен чувств и мыслей на словах» (В. И. Даль).

Беседа (интервью) может выступать как самостоятельный метод изучения человека и в этом качестве требует большого искусства и соблюдения определенных правил. Прежде всего необходимо установить доброжелательные, доверительные отношения между интервьюером (исследователем) и респондентом (так называют того, кого опрашивают, интервьюируют).

Различают стандартизованные беседы, в ходе которых всем задают одинаковые вопросы в определенной последовательности, и не-стандартизованные – содержание вопросов варьируется по ходу исследования в связи с ответами испытуемых. При проведении беседы (интервью) большое значение имеет правильная постановка вопросов. Вопросы должны быть четкими и понятными. Нельзя использовать непонятные слова, не следует допускать сдвоенных и содержащих подсказку вопросов. Вопросы могут быть прямые и косвенные. Можно, например, спросить: «Какие предметы в школе тебе больше всего нравятся?», а можно поставить вопрос иначе: «По каким предметам ты бы добавил часы в расписании, а по каким уменьшил?» Когда в исследовании необходимо было выяснить, как относятся первоклассники к школе и учительнице, вопросы были сформулированы так: «Ты хотел бы вернуться в детский сад? Почему?», «Если бы ты был учительницей, ты бы поступал точно так, как учительница, не совсем так или совсем не так?»

Различают опросы с открытыми и закрытыми вопросами. В первом случае отвечающему дают возможность самому сформулировать ответ. Во втором – он выбирает из предложенных формулировок.

Метод беседы часто использовал в своих исследованиях психологии детей замечательный швейцарский психолог Жан Пиаже. Он писал: «Как трудно удержаться от чрезмерного многословия, особенно педагогу, расспрашивая ребенка! Как трудно удержаться от невольного внушения ему своих мыслей! А всего труднее отыскать средний путь, избежав чрезмерной систематичности, вызванной заранее разработанной концепцией, и полной хаотичности фактов, к которой приводит отсутствие какой-либо направленной гипотезы! В сущности говоря, хороший экспериментатор должен соединять в себе два обычно несовместимых качества: он должен знать, как наблюдать, то есть позволять ребенку говорить совершенно свободно, не прерывая его высказываний и не отклоняя их ни в одну сторону, и в то же самое время он должен быть постоянно настороже, чтобы не пропустить ничего важного; каждую минуту он должен иметь в виду какую-нибудь рабочую гипотезу, хоть какую-либо теорию, правильную или ложную, и стремиться ее проверить. Начинающий исследователь либо подсказывает ребенку то, что он ожидает от него получить, либо же не подсказывает ему совершенно ничего, потому что не ищет ничего определенного; нечего и говорить, что в этом случае он ничего и не найдет. Короче, это нелегкая задача» (Флейвел Дж. Генетическая психология Жана Пиаже. М., 1967. С. 49).

Разумеется, исследования великого психолога касаются не только словесных методов, но относятся ко всем методам психологии. Экспериментальная психология – наука молодая. Идет поиск… Но как бы далеко ни продвинулась разработка психологических методов, один человек всегда будет загадкой для другого. А разгадка… Для этого порой требуется целая жизнь.

Самопроверка • Самопознание • Самовоспитание Заседание второе Вопросы и задания 1. Сознательная или бессознательная деятельность проявляется в приведенных ниже примерах? А. У больного белой горячкой (последствие алкоголизма) реальная действительность заслоняется многочисленными яркими галлюцинациями: ему мерещатся черти, которые ругают его, строят рожи, грозят; он видит, как на него нападают животные, насекомые, лезут на него, кусают; он слышит голоса, угрожающие убить его. Спасаясь от «преследователей», он иногда получает тяжелые травмы, увечья. Б. Во время сеанса гипноза испытуемому, находящемуся в гипнотическом состоянии, было предложено «украсть» бумажник у товарища. Испытуемый не мог выполнить это задание гипнотизера. Между тем другие приказы (умыться, взять книгу и т. п.) испытуемый выполнял. В. Ученик быстро и правильно умножает многозначные числа, но не помнит правила их умножения. Г. Шестиклассник, которого поддразнивания одноклассников вывели из себя, изорвал учебники и тетради, ударил одного из соучеников. Д. Выпускник школы поступил в педагогический университет и объясняет это тем, что он любит детей и ему нравится понятно излагать математические доказательства. 2. Найдите признаки основных методов психического исследования: наблюдения и эксперимента.

А. Изучение проводится в естественных для испытуемого условиях.

Б. Психолог активно вызывает изучаемое явление.

В. Испытуемые не знают, что стали объектом психологического изучения.

Г. Исследование проводится в специальной лаборатории с применением приборов.

Д. Течение психического явления фиксируется с помощью специальных приборов.

Е. Психолог не вмешивается в течение изучаемого психического явления.

Эксперимент Попробуйте вспомнить и записать стихотворение, которое

вы заучивали несколько лет назад (например, «Бородино»

М. Ю. Лермонтова). Попросите сделать то же самое своего друга или подругу. Сравните записи. Теперь попытайтесь

вспомнить вместе. Сделайте вывод о преимуществах коллективного вспоминания.

Лабораторная работа № 6. Методы психологической науки. Наблюдение. — КиберПедия

Цель: с помощью метода наблюдения определить особенности проявления типов темперамента в различных ситуациях (эмоциоанльно значимых)

Форма работы: индивидуальна, групповая.

Ход работы: составление плана наблюдения ( минимум 5- 7 пунктов, по образцу), ведение протокола наблюдения, наблюдение за испытуемым в течении недели в различных эмоционально значимых ситуациях.

Пример плана

1. Как испытуемый ведет себя, когда необходимо активно действовать:

А) легко включается в деятельность — с

Б) активно действует — х

Б) действует без лишних слов — ф

Г) действует робко, неуверенно — м

2) . Как разговаривает объект в значимых для него ситуациях:

А) легко, уверенно, темп речи быстрый — с

Б) речь импульсивна — х

В) замедленный темп речи -ф

Г) речь маловыразительна -м

3. Как ведет себя в непривычных ситуациях:

А) свободно,уверенно,естественно-с

Б) возбуждённо,импульсивно-х

В) скованно,неестественно-ф

Г) ступор-м

4) Как испытуемый воспринимает другого при урегулировании общих проблем и решении общих целей:

А)  Как личность- с

Б)  Сквозь призму целей деятельности- х

В)  Сквозь призму своих целей-ф

Г)  Сквозь призму его целей-м

5) Как испытуемый ведет себя в ситуации взаимодействмя с людьми с несоответствующей реакцией:

А)  Проявляет терпимость- с

Б)  Проявляет неуверенность- х

В)  Нападает- ф

Г)  Защищается- м

6) Как ведёт себя в незнакомой враждебной компании:

А) Отражает нападения-с

Б) Пытается достич превосходства над другим-х

В) Проявляет неуверенность-ф

Г) Психологически отсутствует-м

 

 

                                   Вывод

Темперамент-флегматик.

В деятельности имеет место быстрота ума и речи.Порог сензетивности на внешние раздражители высокий.Низкая эмоциональная доступность.Неграмотность в эмоциональной сфере.Эти качества припятствуют адекватному восприятию внешней реальности и достижению целей.

 

Лабораторная работа № 10. Метод опроса – анкета

Цель: Ознакомиться с методом анкетирования. Составить анкету на тему: «Социокультурные ценности студента»

Форма работы: индивидуальная, групповая

Ход работы

Составить анкету до 15 вопросов, (сделать из предлагаемых вопросов) представить в анкете 3 открытых типа вопросов, 2 – дихотомических закрытых, остальные смешанные, либо закрытые с множественным выбором.

 

             Анкета.

1 .Ваш пол?

2.Это ваше первое высшее образование?

3.С какими уровнями ценностей вы знакомы?

4.Какими нравственными ценностями вы руководствуетесь?

5.Как по вашему,что означают высказывания-”Не мы такие,жизнь такая”.”Все так живут”.

6.На данный момент, есть ли у вас,возможность реализовать себя в одной из видов деятельности?

а)Нет возможности.

б)В учёбе.

в)В работе.

г)В спорте.

д)В досуговой деятельности.

7.Как вы считаете при отделении студента от родителей,в силу определённых причин,влияние интернета может изменить взгляды на жизнь?

а)Усилить влияние через “виртуальных собеседников” с негативными последствиями.

б)Увеличить жестокость и агрессивность.

в)Вовлечь в антиобщественную деятельность.

г)Нет так не считаю.

8.В процессе обучения,что для вас является приоритетным?

а)Самостоятельная,познавательная,творческая деятельность.

б)Ориентация на успех.

в)Процесс самоизменения.

9.Для решения и реализации результатов вы лучше умеете:

а)Работать с информацией,её поиском,анализом.

б)Находить варианты решений,прогнозировать последствия.

в)Вести дескуссию,слушать собеседника,излогать мысли,искать компромисс.

10.Работая в группе,какая деятельность наиболее вам интересна?

а)Совместная газета.

б)Сочинения.

в)Драматизация.г)Ролевые игры.

11.При оценки меры своего участия в общественной деятельности,какой вопрос вас больше волнует?

а)Что мы делали.

б)Как мы делали.

в)Каковы результаты.

г)Како мой личный вклад в решение проблемы.

12.Участвуя в проекте,организации и проведении праздника,какая деятельность вам ближе?

а)Медиаподдержка.

б)Аудиоподдержка.

в)Видеосъёмка.

г)Фотосъёмка.

13.Делаете ли вы поправку в противоречиях на условия текущей жизни?

а)Впредставлениях о способах достижения целей.

б)В представлениях о желаемых и должными качествами личности.

в)Противоречия между когнетивным и поведенческим компонентом

г)

14.В будущей профессиональной деятельности вас привлекает:

а)Содержание работы.

б)Материальное вознаграждение.

в)Хорошие условия труда.

г)Карьерный рост.

15.На сколько долговременно распланирована ваша жизнь?

а)Живу одним днём.

б)На несколько месяцев.

в)На один год.

г)На 10 лет.

д)На всю жизнь.

| Университет Падуи

Срок применения — А.Ю. 2022/23:

1-й звонок: 7 января — 7 марта 2022 года — ВЕБ-САЙТ ЗАЯВОК (для иностранных студентов) — Пожалуйста, проверьте  Звонок для поступления

Эта межуниверситетская программа бакалавриата совместно с Университетом Падуи и Болонским университетом применяет передовой, инновационный междисциплинарный подход к исследованиям в области наук о жизни и взаимодействию между здоровьем человека и окружающей средой.

Первые два года охватывают общие биологические принципы, анатомию и физиологию человека, механизмы болезней и передовые методы биомедицинских исследований. На третьем курсе студенты могут выбрать одну из двух учебных программ: биологические основы болезней человека (Падуя) или влияние окружающей среды на здоровье человека (Болонья).

ТРЕБОВАНИЯ К УЧАСТИЮ

  • Диплом средней школы (или его эквивалент) с адекватными базовыми знаниями по математике, навыками аналитического и логического мышления.
  • английский TOLC-I. Пожалуйста, проверьте веб-страницу TOLC
  • Уровень B2 (CEFR) на английском языке.

СТРУКТУРА ПРОГРАММЫ

1 курс: Основы математики; Химия; Принципы биологии; Физика с приложениями к биологическим системам; Биохимия 1; Биохимия 2; биостатистика; Микробиология.

2-й курс: Молекулярная биология и генетика; Клетки, ткани, эмбриология и развитие; Глобальные изменения и биология человека; Вычислительные методы в биоинформатике; Анатомия и психология; Введение в гигиену окружающей среды; Патология.

3-й год:

  • Учебная программа «Здоровье человека» (в Падуанском университете): клиническая и молекулярная биология; Генетика человека; эпидемиология, общественное здравоохранение и биоэтика; Иммунология и иммунопатология; Фармакология и фармакогеномика
  • Учебная программа по гигиене окружающей среды (Болонский университет): физиология окружающей среды; Ботаника и взаимодействие растений с окружающей средой; Молекулярные основы редактирования генома; Микробиология изменения климата для здоровья человека; Метаболизм растений для здоровья и питания человека

КАРЬЕРНЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ  

Выпускники могут продолжить свое образование даже за границей или выйти на рынок труда в качестве помощников по исследованиям в области биомедицины / окружающей среды, способных применять стандартизированные экспериментальные методы, анализировать данные, представлять результаты и составлять письменные отчеты.Они также могут сдать национальный квалификационный экзамен для вступления в профессиональный реестр биологов (младший биолог).

Рэй, Уильям Дж.: 9781544389448: Amazon.com: Books

Уильям Дж. Рэй — почетный профессор психологии Пенсильванского государственного университета. Он получил докторскую степень в Университете Вандербильта и был научным сотрудником в области медицинской психологии в Медицинском центре Калифорнийского университета в Сан-Франциско. Он получил степень бакалавра в колледже Эккерд, где узнал о ценности первоисточников и необходимости интегрировать информацию с разных точек зрения.В рамках своей клинической подготовки он работал в ряде психиатрических больниц и клиник по всей стране, где научился ценить опыт людей с психическими расстройствами. За свою карьеру он работал приглашенным профессором и исследователем в Гавайском, Мюнстерском, Римском, Тюбингенском и Констанцском университетах. В Penn State он был директором программы SCAN (специализация в области когнитивной и аффективной нейронауки), а ранее был директором программы клинической психологии.Его исследования были сосредоточены на подходе к клиническим вопросам с точки зрения неврологии. Он использовал психофизиологические методы и методы визуализации мозга, такие как ЭЭГ, МЭГ, DTI и фМРТ, для изучения эмоциональности, психопатологии и индивидуальных различий. Эти исследования можно найти в многочисленных статьях, главах книг и книгах. Его работы были опубликованы в таких журналах, как Science, Proceedings of the National Academy of Sciences, Journal of Neuroscience, Psychophysiology, Physiological Reviews, Journal of Personality and Social Psychology, Developmental Psychology, Journal of Abnormal Psychology, Cognitive Brain Research, Biological Psychology, NeuroImage и клиническая нейрофизиология.Эта работа финансировалась как национальными, так и международными агентствами, включая NIH, NIMH, НАСА, НАТО и DAAD. Помимо научной деятельности, важной частью его карьеры было преподавание. Его учебники включают «Аномальную психологию»; Методы психологии поведения и опыта; Психофизиологические методы (совместно с Робертом Стерном и Карен Куигли) и Эволюционная психология: перспективы нейронауки в отношении человеческого поведения и опыта.

Методы исследования в психологических науках – Австралийский справочник по карьере в области психологических наук

Тони Мачин и Эрих Фейн

Область психологии характеризуется разнообразием исследовательских вопросов, связанных с человеческим мышлением и поведением.Таким образом, психология состоит из нескольких отдельных дисциплин, таких как клиническая и организационная психология. Хотя психологические исследования охватывают широкий спектр областей с различным содержанием, в основе того, как психологи отвечают на исследовательские вопросы в этих различных областях, есть немало общего. Это не означает, что не существует различий в подходах к исследованию, используемых в разных областях исследования. Однако эти различия в значительной степени связаны с различиями в акцентах и ​​в конкретных тактиках, используемых для достижения целей исследования.Более широкие принципы и фундаментальные эмпирические или основанные на данных стратегии, которыми руководствуются психологи в различных субдисциплинах, по большей части одни и те же. Следовательно, при использовании подходов к открытию и построению знаний, которые отличаются от этих общих принципов и стратегий, исследователи должны попытаться объяснить, почему они приняли такой подход.

Если вы обнаружите, что вам трудно понять некоторые концепции в этой главе, не беспокойтесь — это темы, которые продолжают изучать специалисты в области психологии.Действительно, понимание этих концепций требует практики. Признавая, что у читателей разный опыт в этой области, в конце этой главы есть указатель ключевых слов. Кроме того, существует множество дополнительных ресурсов, которые помогут вам узнать больше об этих темах. Открытый (бесплатный) доступ к основам статистики включает книгу Энди Филда (2019 г.) Discovering Statistics, проект Noba Project (2021 г.) и недорогой курс Дэниела Лейкенса (2019 г.) под названием «Улучшение ваших статистических выводов». Эти ресурсы не заменяют университетский курс по методам исследования или статистике, но они могут предоставить вспомогательную справочную информацию, если вы хотите создать более прочную основу в этих ключевых областях.

Принципы и процедуры, которыми руководствуются психологи при изучении вопросов исследования, мы обычно называем «психологическими методами исследования». Цель этой главы — познакомить читателей с ключевыми принципами, на которые опираются почти все ученые-психологи при проведении психологических исследований. Понимание методов исследования, безусловно, важно для любого студента, чья конечная цель состоит в том, чтобы начать карьеру психолога-исследователя либо в академических кругах, либо в прикладных условиях.Однако это также важно для многих профессий, не связанных с исследованиями: например, многие профессии требуют, чтобы сотрудники были «потребителями» психологических исследований. Эти люди могут не проводить исследования, но часто будут опираться на предыдущие исследования для разработки планов действий, помогающих достичь своих целей (например, рекламные фирмы разрабатывают кампании по продуктам, менеджеры пытаются разрешить конфликты между сотрудниками и т. д.). Действительно, даже люди, принимающие решения в своей личной жизни, могут оказаться потребителями психологических исследований (т.г., родитель ребенка с поведенческими проблемами, рассматривающий различные планы вмешательства). Независимо от условий, чтобы быть информированным потребителем психологических исследований и развивать свою психологическую грамотность, необходимо понимать ключевые принципы, которыми руководствуются при проведении исследований.

Обсуждая психологические методы исследования, эта глава основана на ряде ключевых шагов, которые должен предпринять исследователь при проведении любой исследовательской программы. Для простоты представления эти шаги следуют простой последовательности.Эта последовательность является логической последовательностью, и, как мы увидим, некоторые шаги действительно нельзя предпринять, не завершив сначала более ранние шаги. Порядок некоторых шагов может быть обратным или даже выполняться одновременно. Чтобы проиллюстрировать этот процесс проектирования, будет использоваться повторяющийся гипотетический пример исследовательской программы: как страх и гнев могут влиять на агрессию.

Мы (Тони и Эрих) адаптировали исходную главу, созданную Воганом-Джонстоном, Фабригаром и Лоуренсом (2019 г.), чтобы отразить австралийский контекст, и полностью принимаем на себя ответственность за исправленную главу и любые ошибки или упущения.

Формулировка вопросов исследования

Первым шагом в любой исследовательской программе является формулировка исследовательского вопроса. В конечном счете, любое исследование настолько полезно, насколько полезен исследовательский вопрос, для решения которого оно предназначено. Кроме того, как мы увидим, многие решения, принимаемые на более поздних стадиях исследовательского процесса, зависят от характера вопроса, на который должно ответить исследование.

Вопросы описательного и логического исследования

При формулировании вопроса исследования в первую очередь необходимо решить, будет ли цель исследования носить в основном описательный или выводной характер. Описательные исследовательские вопросы в основном сосредоточены на описании одного или нескольких психологических или поведенческих конструктов в данной области интересов. Например, исследователя, изучающего агрессию, может интересовать распространенность вербальной агрессии на рабочем месте. Этот исследователь может захотеть определить долю сотрудников на рабочих местах в Австралии или Новой Зеландии, которые были словесно унижены или оскорблены своими коллегами. Кроме того, в Австралии проводится несколько крупномасштабных исследований баланса между работой и личной жизнью, таких как Австралийский индекс работы и личной жизни (Fein, Skinner, & Machin, 2017), который включает переменные, связанные с агрессивным надзором.

Хотя психологические исследования иногда носят преимущественно описательный характер, большинство психологических исследований преследуют преимущественно логические цели. Инференциальное исследование включает в себя изучение отношений между психологическими и поведенческими конструкциями. Например, в контексте агрессии исследователь может захотеть узнать, какие характеристики сотрудников на рабочем месте связаны с тем, что они являются виновниками вербальной агрессии. В этом случае хорошо разработанное исследование может предположить, что определенные характеристики людей (например,например, личность) и ситуации (например, оскорбительный надзор) могут способствовать возникновению вербальной агрессии. Очевидно, что оба типа исследовательских вопросов (описательные и логические) полезны и интересны. Однако, если мы в конечном счете хотим понять, почему что-то происходит и/или как мы можем на это повлиять, исследование должно выйти за рамки чисто описательного уровня и начать решать вопросы, связанные с выводами.

Исследовательские и подтверждающие исследовательские вопросы

Если предположить, что исследовательский вопрос основан на выводах, следующее соображение состоит в том, будет ли этот вопрос рассматриваться исследовательским или подтверждающим образом.В поисковом исследовании у исследователей нет конкретных ожиданий, а скорее более общие представления об ответе на вопрос. Например, исследователь, интересующийся тем, какие характеристики связаны с вероятностью совершения вербальной агрессии на рабочем месте, может измерить широкий спектр различных характеристик сотрудников (например, их склонность испытывать различные эмоции, их уровень старшинства на рабочем месте). организация, различные черты личности), а затем провести анализ, чтобы увидеть, какие характеристики связаны с агрессией.Напротив, для подтверждающего исследования исследователь указывает, какие факторы могут вызвать агрессию и, возможно, даже когда и почему такие факторы оказывают свое влияние. Эти гипотез обычно выводятся из прошлых исследований и/или некоторых теорий, касающихся интересующего явления. Затем исследователь сосредотачивает внимание в первую очередь на тех факторах, которые, как предполагается, приводят к интересующему результату.

Оба подхода имеют свои преимущества и ограничения.Сила поискового исследования заключается в том, что оно побуждает исследователей широко мыслить об интересующем явлении и максимизирует возможность наткнуться на неожиданные открытия. Однако, хотя поисковые исследования часто рассматривают широкий спектр возможностей, они редко являются оптимальными проверками какого-либо одного объяснения. Напротив, подтверждающие исследования, как правило, имеют узкую направленность, но обычно обеспечивают более систематические и полные тесты факторов, для изучения которых они предназначены. Например, если исследование должно охватывать широкий спектр различных характеристик сотрудников, которые могли бы предсказать их склонность к вербальной агрессии, может оказаться невозможным широкое измерение каждого фактора (например,г., исследователь может включить только несколько вопросов, измеряющих каждый фактор). Напротив, если исследователь явно постулирует, что склонность испытывать эмоции страха и гнева являются основными детерминантами агрессии, исследователь может включить очень обширные измерения каждой эмоции и, возможно, даже несколько различных типов измерений каждой эмоции. . Однако эти два подхода не исключают друг друга. В самом деле, часто программа исследований использует исследовательский подход на ранних этапах, а затем постепенно переходит к более подтверждающему подходу.

Базовые и прикладные вопросы исследования

Последнее соображение на этапе формулирования исследовательского вопроса заключается в том, будет ли исследование направлено в первую очередь на решение основного (т. е. теоретического) исследовательского вопроса, а не прикладного исследовательского вопроса. Фундаментальные исследования направлены на формулирование и проверку фундаментальных психологических принципов, регулирующих интересующую область. Например, исследователь может быть заинтересован в разработке теории роли эмоций в агрессии.Целью этого исследователя является разработка принципов, объясняющих, какие конкретные эмоции усиливают или ослабляют агрессию и почему эти эмоции оказывают такое влияние на агрессию. Таким образом, цель состоит в том, чтобы прийти к фундаментальному пониманию отношений между конструктами эмоций и конструктом агрессии.

Напротив, вопросы прикладного исследования, как правило, сосредоточены на конкретной проблеме. Обычно они делают акцент на прогнозировании или влиянии на результат, а не на понимании того, почему этот результат прогнозируется или на него влияет данный фактор.Действительно, вопросы прикладного исследования часто фокусируются на эффектах конкретных мер или вмешательств, а не на том, почему эти меры или манипуляции достигают своей цели и/или на эффектах более широкой концепции, представляющей интерес, которую, как предполагается, представляет мера или вмешательство. Однако некоторые прикладные исследования также будут включать рассмотрение потенциальных теоретических или концептуальных причин, поскольку такие рамки обеспечивают основу для будущих исследований. Например, исследователя-прикладника может заинтересовать проверка того, предсказывает ли конкретная мера гнева агрессию сотрудников или снижает ли конкретная программа управления гневом агрессию сотрудников.В этом случае исследование могло бы проверить влияние программы управления гневом на агрессию сотрудников и могло бы объяснить его или ее результаты с помощью концептуальной модели.

Как и в случае с другими различиями, различия между фундаментальными и прикладными исследовательскими вопросами не являются взаимоисключающими. Часто фундаментальные исследования могут иметь конечной целью разработку принципов, которые можно использовать для решения прикладных задач. Точно так же изучение прикладных вопросов часто может способствовать пониманию основных вопросов.Таким образом, это различие является скорее вопросом акцента, чем фундаментальной разницей в характере решаемого исследовательского вопроса. Однако это различие в акцентах влияет на методологические решения, которые исследователь может принять на последующих этапах исследовательского процесса.

Выбор зависимых переменных

После того, как исследователь сформулировал исследовательский вопрос — и предполагая, что этот вопрос носит логический характер — следующим шагом исследователя является определение конкретных интересующих конструктов.Точнее, конструкты — это те психологические элементы внутри людей и групп, которые, как считается, различаются в зависимости от людей и/или ситуаций. Хотя цель всех выводных исследований состоит в том, чтобы определить взаимосвязь между конструктами, некоторые из этих исследований включают просто поиск ассоциаций между конструктами, тогда как другие исследования проверяют предполагаемые причинно-следственные связи между интересующими конструктами. Исследователь не может напрямую оценивать «страх», «агрессию» или другие конструкты, а вместо этого выбирает конкретные меры, которые представляют конструкты наблюдаемым образом.Меры, представляющие конструкты результатов в гипотетических отношениях, называются «зависимыми переменными», потому что они концептуально зависят от уровней одной или нескольких независимых переменных — тема, которая будет рассмотрена позже в этой главе.

После определения конструктов, которые предполагается изучать, необходимо более точно их определить. Некоторые конструкции легче определить, чем другие. Например, при измерении психологических конструктов, таких как личность, существует множество концептуализаций личности, в том числе модели «большой пятерки» и HEXACO.Напротив, физические характеристики, такие как рост и вес, часто имеют общепринятые определения, которые последовательно применяются в разных областях исследований. Имейте в виду, что то, как исследователь решит определить переменные исследования, повлияет на результаты исследования, на сопоставимость результатов с другими исследованиями, в которых изучались те же конструкции, и на способность операционализировать конструкции таким образом, который позволит , разумное и осмысленное измерение.

Например, существует множество способов характеристики агрессии (например,г., Арчер и Койн, 2005). Для некоторых исследовательских вопросов может оказаться очень полезным широкое осмысление, включающее косвенную, реляционную и социальную агрессию. В других случаях может быть предпочтительнее очень конкретное определение агрессии как «причинение физического вреда другим». Даже в рамках этой, казалось бы, суженной концептуализации физического вреда требуют ответа важные концептуальные вопросы: например, должно ли учитываться простое желание или стремление причинить физический вред или только агрессивные действия, которые фактически выражены участником?

Операционализация — это формальный термин для специального определения конструкций, связанных с конкретными показателями.Например, если кто-то хочет измерить индивидуальную агрессию, экспериментатор должен решить, как — то есть какой метод измерения — следует использовать для получения точного измерения (например, используя шкалу самоотчета, методы наблюдения). Таким образом, одним из возможных способов операционализации индивидуальной агрессии может быть самоотчет с использованием Шкалы агрессии (например, Orpinas & Frankowski, 2001). Исследователи, как правило, надеются, что смогут сделать выводы из меры обратно к конструкции, которую она пытается зафиксировать.При операционализации зависимых переменных необходимо стремиться к выбору мер, которые достаточно чувствительны, чтобы можно было обнаружить влияние независимой переменной на зависимую переменную. Меры должны стремиться точно отразить интересующий конструкт – тема, которая будет подробно обсуждаться позже, как конструктивная валидность .

Уровень измерения. Существует четыре основных категории уровня измерения. Номинальные шкалы включают любую меру, баллы для которой даны в виде категориальных меток.Например, в нашем исследовании страха/гнева и агрессии мы могли бы оценить культурный фон участников (например, немецкий, китайский) в качестве номинальной переменной. Обратите внимание, что номинальные шкалы, подобные этой, не предполагают ранжирования категорий. То есть такие культуры, как Германия или Китай, не являются вариантами, которые варьируются в рамках одного континуума предоставляемых вариантов, а представляют собой категории, которые выбираются.

И наоборот, порядковые шкалы обеспечивают упорядочение категорий. Например, в качестве меры можно попросить людей ранжировать несколько агрессивных мыслей, которые они испытывают, от наиболее агрессивных до наименее агрессивных.Здесь варианты ответов упорядочены от наиболее агрессивных до наименее агрессивных: единый континуум. Однако следует также признать, что между ранжированием нет стандартного расстояния: то есть психологическое расстояние, подразумеваемое разрывом между первой и второй наиболее агрессивными мыслями, не должно соответствовать расстоянию между четвертой и пятой наиболее агрессивными мыслями.

Интервальные данные предоставляют варианты ответов, которые расположены через равные промежутки. В психологии часто сложно создать действительно интервальное масштабирование.Представьте себе шкалу самооценки гнева в диапазоне от 1 (легкий гнев) до 2 (умеренный гнев) и 3 (сильный гнев). Психологическое расстояние между вариантами ответа, такими как от слабого до умеренного, по сравнению с умеренным и сильным, хотя и должно быть равным, может не обязательно быть эквивалентным друг другу, что затрудняет формирование действительно интервальных измерений. Однако, когда несколько элементов объединяются вместе, псевдоинтервальное масштабирование часто работает аналогично истинному интервальному масштабированию, и такие агрегированные порядковые данные часто можно рассматривать статистически, как если бы они были интервальными (Harpe, 2015).

Данные отношения дополнительно добавляют истинную нулевую точку. Например, если в качестве поведенческого измерения агрессии используется то, что участники бьют куклу, отсутствие ударов указывает на полное отсутствие такого поведения. Это имеет значение, например, при умножении по шкале, при сравнении уровней шкалы. 2 по шкале самооценки гнева не означает «удвоение» гнева, как 1, но человек, дважды ударивший куклу, проявляет в два раза больше этого типа агрессии по сравнению с тем, кто ударил один раз.

В психологии обычно используются методы измерения. Наиболее распространенным методом измерения, используемым в психологии, является измерение самоотчета . Эти меры просят участников устно сообщить о своем отношении к интересующей психологической или поведенческой конструкции, как правило, с использованием той или иной формы структурированной рейтинговой шкалы. Инструменты самоотчета обычно считаются прямыми измерениями , потому что участников напрямую просят оценить свои собственные психологические характеристики.Примеры включают опросник депрессии Бека (Beck et al., 1996) или пятифакторный опросник NEO (Costa & McCrae, 1991). Одна проблема, которая обычно возникает при использовании показателей самоотчета, заключается в том, что они восприимчивы к социально желательным ответам (Paulhus, 1991), а это означает, что респонденты могут искажать свои ответы, чтобы представить себя в выгодном свете. Например, люди могут недооценивать степень своего гнева или страха, если сильное проявление этих эмоций считается неуместным.Другая проблема заключается в том, что люди не всегда могут дать точные ответы о себе. Например, на ответы самооценки влияет когнитивная доступность соответствующей информации (например, Strack et al., 1988), что делает эти ответы восприимчивыми к влиянию в зависимости от того, как сформулированы вопросы. Кроме того, у людей может просто не быть совершенного интроспективного самосознания (Nisbett & Wilson, 1977) и, следовательно, они не могут точно описать, почему они думают или чувствуют определенным образом.

Другим распространенным методом сбора данных является использование косвенных показателей , которые относятся к инструментам, которые оценивают участников, не прося их напрямую дать самооценку своих психологических качеств (De Houwer, 2006; Gawronski & De Houwer, 2014). Довольно распространенной формой косвенного измерения является неявное измерение , относящееся к показателям, которые оценивают относительно неконтролируемые и автоматические типы ответов участников. Примеры неявных измерений включают в себя задачу «Имя-буква» (NLT; LeBel & Gawronski, 2009; Nuttin, 1985), тест на неявные ассоциации (IAT; Greenwald et al., 1998) и Процедура ошибочной атрибуции аффекта (AMP; Payne et al., 2005). Хотя эти неявные измерения довольно разнообразны по форме, они работают, оценивая время реакции или тонкие модели реакции, которые было бы трудно намеренно контролировать. Например, имплицитные измерения часто оценивают, насколько быстро люди объединяют объекты, следуя логике, согласно которой сходные объекты или идеи «конгруэнтны» для респондентов и легко объединяются в категории. Например, людей, которые быстро соединяют «хорошее» с «белым», но медленно «хорошее» с «черным», можно рассматривать как предпочитающих белых чернокожим.Другие имплицитные измерения предполагают, что лежащие в основе чувства по отношению к объекту можно оценить по тому, как чувства респондентов распространяются на стимулы, представленные вскоре после этого. AMP, например, очень кратко показывает участникам изображение объекта отношения (штрих), а затем просит их оценить свое отношение к нейтральному стимулу (например, оценить, насколько им нравится бессмысленная форма). Люди, оценивающие нейтральный стимул как «плохой» после просмотра определенного простого объекта, считаются имеющими негативное мнение об этом основном объекте (Payne et al., 2005).

Одна из причин, по которой косвенные меры часто поддерживаются, заключается в том, что они считаются крайне устойчивыми к проблемам социальной желательности (Petty et al., 2012). Например, при измерении расистских взглядов с помощью шкалы самоотчетов психологи могут быть обеспокоены тем, что у респондентов будет мощная мотивация не признавать расистские взгляды. Косвенная мера может разрушить эти опасения по поводу социальной желательности путем измерения чрезвычайно тонкой разницы во времени реакции, которую было бы трудно контролировать.Можно отметить, что некоторые исследования выявили особые условия, при которых респонденты могут время от времени контролировать «имплицитные» ответы (Klauer & Teige-Mocigemba, 2007), но в целом респондентам гораздо труднее намеренно контролировать свои ответы на эти задания. Таким образом, неявные меры не могут быть полностью защищены от социальной желательности или других мотивированных попыток контроля, но они очень устойчивы к таким предубеждениям в ответах.

Одно общее наблюдение о неявных мерах заключается в том, что они не всегда демонстрируют высокий уровень сходимости со своими явными аналогами.Хотя критики иногда называют эту низкую конвергенцию проблемой, низкие корреляции могут просто указывать на то, что имплицитные измерения фиксируют уникальную дисперсию в конструкциях, которые не могут уловить традиционные измерения самоотчетов. Важно отметить, что это означает, что прямые и косвенные меры могут иметь дополнительную достоверность при прогнозировании поведения — это означает, что использование обоих типов мер для прогнозирования поведения более эффективно, чем использование только одного типа мер. Обзоры показали, что действительно можно наблюдать возрастающую достоверность имплицитных и эксплицитных установок (Friese et al., 2008). Кроме того, каждый тип меры может быть уникальным в определенных контекстах. В условиях, когда люди преднамеренны и вдумчивы, явные показатели обладают большей прогностической силой, тогда как неявные измерения лучше используются для предсказания спонтанного поведения (Asendorpfet al., 2002).

Часто в психологии психологические процессы выводятся на основе физических изменений, происходящих в мозге участников или других частях тела. Физиологические показатели регистрируют такие процессы, как колебания напряжения в нейронах головного мозга (т.д., мозговая активность), фиксируемая с помощью электроэнцефалографии (ЭЭГ), метаболические процессы с помощью позитронно-эмиссионной топографии (ПЭТ), кровоток в головном мозге с помощью функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ). Например, некоторые исследователи оценивали реакции людей на страх, оценивая активацию их миндалевидного тела с помощью методов, включая магнитоэнцефалографию (Moses et al., 2007). Cacioppo и Tassinary (1990) рассказали о впечатляющих достижениях нейропсихологии в неинвазивном исследовании активности мозга.Как и неявные измерения, физиологические измерения часто считаются более предпочтительными, чем самоотчетные измерения, поскольку они могут предотвратить попытки участников контролировать свои реакции. Хотя эти меры, таким образом, имеют большое значение для решения определенных проблем, одним общим ограничением этих методов является то, что из-за требуемой сложной технологии их администрирование требует высококвалифицированных технических специалистов, и поэтому они являются дорогостоящими и требуют много времени для использования. Более того, многие нейропсихологи предупреждали читателей об опасностях чрезмерного предположения о причинно-следственных связях между «сигналами» мозга и эмоциями, мыслями или действиями участников (Cacioppo et al., 2003).

Точно так же, как имплицитные и физиологические измерения работают, фиксируя неконтролируемые реакции респондентов, меры наблюдения позволяют социологам получать информацию от своих испытуемых посредством оценки явного поведения участников. Наблюдения могут быть сделаны с осознанием или без осознания участниками того, что такие наблюдения происходят. Например, агрессия измерялась путем измерения того, сколько острого соуса участники положили в стакан с водой, предположительно предназначенный для того, чтобы следующий участник мог войти в лабораторию, при этом большое количество острого соуса указывало на агрессивное поведение (Lieberman et al., 1999).

Всестороннее объяснение разработки новых мер выходит за рамки этой главы, но заинтересованным читателям доступны рекомендации (John & Benet-Martinez, 2014; Simms, 2008). Вместо этого в следующем разделе основное внимание уделяется вопросам надежности и валидности измерений — двум фундаментальным психометрическим свойствам.

Хотя и надежность, и валидность в измерении имеют решающее значение, надежность требуется для того, чтобы мера была валидной, но валидность не требуется, чтобы мера была надежной.В принципе, надежность просто относится к согласованности, с которой мера предоставляет одну и ту же информацию, хотя она представлена ​​во многих формах. Например, психологи могут измерять один и тот же конструкт у одних и тех же людей в течение определенного промежутка времени, используя одну и ту же меру. Если мера обеспечивает согласованные измерения во времени, а конструкция, которую она оценивает, остается стабильной, люди, получившие низкие или высокие оценки в какой-то момент времени, должны продолжать делать это позже — это называется надежностью повторного тестирования . Конечно, конструкты, которые, как ожидается, изменятся со временем (например, острое переживание страха), обычно не измеряются с высокой надежностью повторного тестирования, потому что реакции участников меняются из-за мимолетной природы эмоций. Однако считается, что многие черты, такие как личность (Costa & McCrae, 1993), относительно стабильны на протяжении всей жизни, а высокая надежность повторных тестов указывает на то, что измерения этих конструктов дают согласованную информацию.

Другим инструментом для оценки надежности является степень, в которой независимые оценщики судят о чем-либо эквивалентным образом: «надежность между экспертами». Например, если бы наблюдателей попросили оценить агрессивное поведение, демонстрируемое участниками, межэкспертная надежность была бы высокой, если бы все судьи наблюдали и регистрировали одинаковое количество агрессивного поведения. Если бы оценки судей полностью отличались от одной к другой, это было бы свидетельством того, что их наблюдениям не хватает надежности, то есть непоследовательности. Точно так же при оценке различных вопросов, которые, как считается, оценивают одну и ту же базовую конструкцию, «внутренняя согласованность» относится к ситуации, когда пункты сильно коррелируют друг с другом из-за того, что респонденты дают одинаковые ответы по всем пунктам (Henson, 2001).Например, сильно напуганный человек должен выразить, что он «напуган», «напуган» или «напуган». Основным принципом является последовательность: последовательные ответы на эти вопросы одними и теми же респондентами будут указывать на то, что вопросы отражают одну и ту же конструкцию, а это означает, что они надежны.

После ввода показателей в действие также важно убедиться, что они отображают достоверность . Мера действительна в той мере, в какой она точно определяет количественно то, что она призвана измерять. Конструктивная валидность относится к степени, в которой мера конкретно и точно отражает предполагаемую конструкцию (Cook & Campbell, 1979; Shadish et al., 2002). Хотя тексты методологии часто вводят десятки уникальных типов валидности, как если бы каждый из них был совершенно отдельным, многие из них лучше всего рассматривать как аналогичные типы доказательств, которые позволяют исследователям определить, имеет ли мера конструктную валидность. Собрав эти многочисленные типы доказательств, исследователи объединили их в последовательный аргумент в пользу конструктной валидности.Например, «валидность критерия» — это степень, в которой мера связана с другими мерами, которые логически должны быть связаны с ее конструкцией. Это действительно свидетельствует о конструктивной валидности меры: если мера эффективно отражает ее конструкцию, она должна быть связана с вещами, к которым относится ее конструкция. Например, при разработке самооценки страха эта мера страха должна быть связана с поведением избегания, потому что люди мотивированы избегать вещей, которые их пугают.Если они действительно коррелируют, это согласуется с представлением о том, что мера страха точно или достоверно измеряет страх. Точно так же методологи ссылаются на «дискриминантную валидность» , когда мера показывает минимальные связи с нерелевантными переменными. Например, показатель страха не должен быть тесно связан с показателями социальной желательности. Действительно, если мера страха была отрицательно связана с мерой социальной желательности, это может указывать на то, что люди отрицают любой страх, который они испытывают, из-за проблем социальной желательности, таких как нежелание казаться испуганным.Это поставило бы под угрозу конструктную достоверность меры страха, потому что мера страха больше не будет измерять только страх.

Если мера, по мнению экспертов или неспециалистов, отражает ее конструкцию, то говорят, что она обладает « внешней валидностью». Еще раз, это свидетельствует о достоверности конструкции. Если эксперты по эмоциям считают, что элементы измерения страха не отражают страх, это может вызвать опасения по поводу конструктивной валидности измерения. Интересно, что иногда мера обладает внешней валидностью невыгодно.Например, если участники знают, что шкала предназначена для измерения агрессии, то вполне вероятно, что участники могут не согласиться с пунктами, которые выглядят неагрессивными, в той мере, в какой агрессия является социально неприемлемой или антинормативной. Таким образом, для получения точных результатов иногда бывает выгодно уменьшить лицевую валидность в зависимости от интересующей конструкции — другими словами, увеличить тонкость шкалы до (Holden & Jackson, 1979).

После определения зависимой переменной исследователь выбирает одну или несколько независимых переменных (IV), которые представляют собой переменные, концептуализированные как предсказывающие или влияющие на DV.Многие из тех же критериев, которые используются для оценки DV, также применимы при рассмотрении IV. Например, надежность и валидность IV так же важны, как и для DV, и часто оцениваются одними и теми же способами. Продолжая пример страха или гнева, вызывающих агрессию, страх/гнев были бы IV – переменными, понимаемыми как увеличение или уменьшение агрессии. Однако IV не совсем похожи на DV. Во-первых, DV всегда измеряются, тогда как IV могут быть измерены или ими можно манипулировать. Как измерение, так и манипулирование имеют некоторые преимущества и недостатки, и каждое из них ставит перед исследователем несколько конкретных вопросов.

Манипуляции — это изменения в конструкциях, вызванные преднамеренной стимуляцией или торможением этих конструкций в ходе некоторого процесса исследования. Одним из распространенных типов прикладных психологических вмешательств являются обучающие вмешательства, направленные на воздействие на знания и навыки. Другим примером могут быть клинические и консультационные вмешательства, влияющие на эмоциональное состояние. В нашем повторяющемся примере, связанном с гневом, манипуляцией будет любое действие, направленное на активное изменение текущего уровня гнева или страха участников.Как и в случае с DV, исследователи должны рассмотреть множество способов, которыми страх/гнев могут быть реализованы. Можно напомнить участникам о времени, когда они испытывали страх/гнев в своей собственной жизни (вспомнить эмоцию – например, Baker & Guttfreund, 1993) или прочитать вымышленные рассказы, предназначенные для того, чтобы заставить участников испытать страх/гнев (эмоции, стимулированные повествовательной вовлеченностью). . Можно использовать обман для возбуждения гнева — например, у Нисбетта и Коэна (1996) сообщник «случайно» натыкался на участников, когда они шли по коридору, что вызывало у участников гнев.Несмотря на то, что они совершенно разные, все эти манипуляции предназначены для стимуляции внутривенного вливания.

Одной из причин включения манипуляции, а не измерения своего IV, является то, что манипуляция имеет преимущества в отношении внутренней достоверности , что отражает способность исследователей делать причинно-следственные утверждения о взаимосвязи между переменными исследования. Представьте себе измерение страха (наш «IV»), а затем измерение агрессии (наш «DV») всего через несколько секунд после этого. Если предположить, что между этими показателями существует связь, какой вывод может сделать исследователь? Не ясно, что страх вызвал агрессию.Еще одна возможность заключалась в том, что участники уже чувствовали агрессию до того, как был измерен страх. Если бы это было так, то эти агрессивные намерения вызывали у участников чувство страха и все еще присутствовали, когда измерялась агрессия. Таким образом, в данном случае страх мог так же легко вызвать агрессию (этот риск иногда называют обратной причинностью ). Возможно, более вероятно, что третья конструкция может быть ответственна за то, что две другие конструкции кажутся связанными.Например, участники могли испытывать физиологическое возбуждение на более раннем этапе процедуры. Это возбуждение заставило их одобрить предметы страха, потому что их сердце бешено колотилось, а ладони вспотели, поэтому они сделали вывод, что чувствуют страх. Кроме того, их возбуждение заставляло их вести себя более агрессивно. Обратите внимание, что в этом случае возбуждение было фактически ответственно за то, что обе переменные, по-видимому, «увеличивались вместе» ( covary) , и между страхом и агрессией не существовало реальной причинно-следственной связи.Эту угрозу внутренней валидности иногда называют проблемой третьей переменной .

Эти типы ассоциаций, которые мешают прямой связи между IV и DV, могут представлять серьезную угрозу для внутренней валидности. Теперь представьте, что половину группы участников случайным образом назначают смотреть пугающую сцену из фильма, которая вызывает повышенный страх, а другую половину — смотреть непугающую сцену, которая не увеличивает страх (таким образом, страхом манипулируют). То есть каждый участник имеет равную вероятность оказаться в любом из экспериментальных условий.Поскольку люди распределяются по этим группам случайным образом, маловероятно, что третья переменная вызвала различия в страхе между двумя группами. Это связано с тем, что любые идиосинкразические индивидуальные различия между участниками будут случайным образом распределяться по условиям. Вместо этого различия между группами, скорее всего, связаны с эффектами манипуляции, что помогает установить причинно-следственную связь, в которой внутривенное введение вызывает DV. Способность исследователей делать такие причинно-следственные утверждения называется внутренней валидностью.

Таким образом, распространенным выбором при использовании манипуляций является включение контрольной группы , представляющей состояние, в котором находились бы участники, если бы они не подвергались интересующей вас части манипуляции. Например, рассмотрим все элементы просмотра пятиминутного пугающего видеоклипа — пять минут звуковых и визуальных стимулов, ощущение ношения наушников, сидения в кресле и (надеюсь) чувство страха. Контрольная группа контролирует как можно больше этих нерелевантных аспектов, оставляя различаться только переменную страха в разных группах.Так, контрольная группа может просмотреть пятиминутный видеоклип (сидя, в наушниках) с эмоционально «нейтральной» сценой, например, с механиком, чинящим посудомоечную машину. Различия в групповом поведении теперь можно объяснить только страхом, а не сидением в наушниках или просмотром фильма в целом, поскольку даже скучная сцена с посудомоечной машиной содержит все эти элементы.

Такое группирование участников, при котором одни испытывают одно состояние, другие испытывают другое состояние, а третьи испытывают контрольное состояние, характерно для модели между участниками , которая помогает исследовать причинно-следственные связи путем случайного распределения человек по одному из два условия и изучение различий, возникающих между группами.В качестве альтернативы, в схеме внутри участников каждый участник будет проходить каждое условие. Повторно используя пример с просмотром видео, дизайн с участием внутри участников может включать в себя просмотр всех участников обоих клипов, измеряя агрессию после каждого клипа. В этом случае случайного распределения не требуется, поскольку в обоих условиях участвуют одни и те же люди. Однако исследователь часто меняет порядок презентации — половина участников смотрит контрольный фильм перед пугающим, а половина смотрит в обратном порядке (этот процесс иногда называют уравновешивающим порядком условий).В противном случае порядок показа фильма мог бы объяснить любые различия между условиями.

Часто рекомендуется учитывать аналогичный контрольный список приоритетов при использовании мер или манипуляций. Рассмотрите проблемы смешанных переменных. Одним из распространенных возражений против измерения IV является то, что на измерения почти всегда влияют конструкции, отличные от предполагаемых. Например, может быть трудно измерить страх, если на измерение не повлияет невротизм участников (черта личности, при которой люди испытывают хроническую отрицательную эмоциональность).Таким образом, манипуляции могут показаться лучше, потому что они не вносят подобных путаниц. Однако манипуляции могут также привносить нерелевантные путаницы, если манипуляции влияют на конструкты, отличные от предполагаемых (см. Fiedler et al., 2012). Например, манипуляция, направленная на усиление страха, может также вызвать у некоторых участников грусть, злость или удивление, что затрудняет вывод о том, что в конечном итоге ответственно за любые эффекты агрессии. Таким образом, независимо от того, измеряет ли исследователь IV или манипулирует им, он все равно должен учитывать, как нерелевантные переменные могут повлиять на достоверность их исследования.

Во-вторых, вопросы прозрачности или степени, в которой участники могут понять истинную цель исследования — имеют отношение как к измеряемым, так и к манипулируемым IV. Например, обычно важно, чтобы участники не знали точной гипотезы исследования, чтобы они просто не действовали так, как, по их мнению, должны (т. е. характеристик спроса — Орн, 1962). Предположим, что исследование состоит только из измерения страха и гнева перед измерением агрессии. Участники могут сделать вывод, что исследователь хочет знать, предсказывают ли страх и/или гнев агрессию, и действовать соответственно (действуя либо для подтверждения, либо для опровержения этой гипотезы).Один из способов избежать этой проблемы — использовать одну из многих мер, предназначенных для тонкого измерения конструкта, чтобы не быть очевидным в отношении того, что интересует экспериментатора, как обсуждалось выше. Еще одно простое решение — включить мер-наполнителей — шкал, которые исследователи не хотят оценивать, которые включены, чтобы запутать участников в понимании цели исследования. Участники, как правило, предполагают, что все показатели исследования имеют отношение к исследовательским вопросам экспериментатора, и, следовательно, эти фиктивные измерения отбрасывают их предположение об истинной гипотезе.

В некоторых случаях манипуляции могут также сделать цели исследования прозрачными. Если участники понимают, что с ними должна сделать манипуляция, они могут действовать по-другому из-за своего понимания целей исследования экспериментатора. Прозрачность является особой проблемой для планов внутри участников, потому что они часто подразумевают участникам, что экспериментатор хочет знать, как что-то меняется в зависимости от условий, каждое из которых испытал каждый участник. Напротив, в планах между участниками план часто хорошо скрыт просто потому, что участники не знают, что испытывают другие участники, и, следовательно, не знают, с чем сравниваются их ответы / действия.Одна предосторожность, которая часто является разумной, состоит в том, чтобы включить воронкообразное интервью (Page & Scheidt, 1971). Во время воронкообразного интервью участникам задают все более наводящие вопросы об их опыте участия в исследовании и о том, какова, по их мнению, цель исследования. Участники, которые действительно поняли цель исследования, предположительно заявят об этом, когда их спросят, и исследователи могут решить, следует ли уточнить манипуляцию, сократить данные о подозрительных лицах или просто провести статистические тесты с включением и без включения подозрительных участников для оценки воздействия. подозрения.

Понятие конструктной валидности ранее было введено применительно к измерениям, но оно применимо и к манипуляциям. Рассмотрим предыдущий пример столкновения с участниками, чтобы вызвать гнев. На самом деле, в первую очередь участники, выросшие в южных, а не северных штатах США, почувствовали гнев в связи с постановочным столкновением в коридоре (Nisbett & Cohen, 1996) — северян довольно часто этот опыт забавлял. Это поднимает критический вопрос: для кого манипуляция может активировать предназначенную для нее конструкцию? Тот же стимул, который напугал бы ребенка, может не вызвать страха у взрослых.Самый простой способ определить, имеет ли манипуляция конструктную валидность, — это проверка манипуляции , выполняемая либо во время исследования, либо на отдельном пилотном образце. Проверка манипуляции обычно задает участнику вопрос, непосредственно связанный с конструктом: например, после просмотра (надеюсь) страшного видеоклипа участников могут спросить: «Насколько страшным был этот фильм?» или «Насколько вы напуганы?». Если клип страха кажется более страшным, чем контрольный клип, следует произвести повышенные оценки страха.

Контекст

Далее мы рассмотрим элементы исследовательского контекста, которые исследователь должен учитывать при планировании исследования. В социальных науках контекст обычно описывает интересующую группу населения (людей), а также место и время (обстановку), в которых проводится исследование. Контекст имеет большое значение для психологов как минимум по двум причинам. Во-первых, контекст помогает определить, как должны быть разработаны измерения и манипуляции для оптимального захвата конструкции (т. е. достоверности конструкции).Точно так же, как некоторые меры эффективны только для детей (например, «Я хочу свою маму» как показатель страха), некоторые стимулы имеют разное психологическое значение в определенные эпохи. Например, подумайте, как менялось значение имени «Джон Ф. Кеннеди» с 1962 по 1964 год (его убийство произошло в 1963 году) или как слова «Джон Ф. Кеннеди» могли иметь совершенно иное значение для респондента, который был человек, живший в 1960-е годы, по сравнению с респондентом, родившимся в двадцать первом веке. Это очень важно в психологии, потому что это означает, что измерения и манипуляции, изначально разработанные для одного контекста, могут работать или не работать эффективно в других контекстах.В конечном счете ученых-психологов интересуют отношения между конструктами, а не измерениями. Таким образом, материалы должны быть признаны конструктивно обоснованными в заданном контексте и в заданной популяции , прежде чем они смогут обоснованно проверить взаимосвязь конструктов. Часто приходится учитывать компромисс. Материалы, специально адаптированные для конкретной группы населения, могут быть чрезвычайно мощными инструментами для изучения этой группы, но могут потребовать серьезной переоценки и процесса разработки при изучении альтернативных групп, что делает попытки обобщения более трудоемкими.

Вторая причина, по которой контекст и население имеют значение, заключается в том, что иногда психологи хотят проверить внешнюю достоверность или обобщаемость результатов. Предположим, психологи обнаружат, что страх причинно вызывает агрессивные реакции у детей. Конечно, из этого автоматически не следует, что такие же отношения будут иметь место и у взрослых, чьи способности к эмоциональной саморегуляции могут быть существенно разными. Если предположить, что среди взрослых использовалась действительная по конструкции манипуляция страхом, а также допущение, что использовалась действительная по конструкции мера агрессии, связь страха и агрессии можно было бы исследовать и среди взрослых.Возникнет ассоциация или нет, тогда будет проверяться внешняя достоверность связи страха/агрессии, то есть насколько обобщаема связь между переменными.

Участники

В психологии исследуемая совокупность обычно представляет собой очень большую группу людей, о которых исследователь хочет сделать выводы. Исследователи создают критериев включения и критериев исключения , чтобы помочь в процессе определения интересующей совокупности.Первый относится к характеристикам, которые дадут участнику право на участие, а последний лишит субъекта права участвовать в запланированном сборе данных. Например, если социолог интересовался уровнем агрессии осужденных за уголовные преступления несовершеннолетних правонарушителей в Австралии, то критерием включения может быть возраст (<18 лет). Критерием исключения будет отсутствие судимости.

Измерение каждого человека в интересующей совокупности практически невозможно (Banerjee & Chaudhury, 2010), что требует от психологов проверки своих гипотез с использованием подмножества интересующей совокупности, известной как выборка .В некоторых случаях исследователи стремятся получить действительно случайных выборок , что гарантирует, что каждый член исследуемой совокупности имеет равную вероятность включения в выборку. Одной из ситуаций, в которой важна случайная выборка, является случай, когда для исследователя важен описательный анализ. Например, если исследователи хотят точно знать, каков средний уровень агрессии среди австралийских несовершеннолетних правонарушителей, неслучайная выборка, вероятно, подорвет точность их описательных оценок.

Действительно случайные выборки часто невозможно получить (Sweetland, 1972), что приводит к сбору данных с помощью удобной выборки , что означает, что выборка получается из более доступной подгруппы населения. Студенты университетов — классический пример удобной выборки, когда интересующая нас совокупность — это «все люди», потому что студенты часто легко доступны исследователям — например, участие в исследованиях в обмен на бонусные оценки по их курсам или небольшие денежные выплаты.Однако студенты университетов могут отличаться от представителей широкой общественности в некоторых важных аспектах: они, вероятно, имеют более высокий уровень образования, могут иметь более критический подход к оценке заявлений об эффективности продукта или вмешательства и так далее. Следовательно, стоит рассмотреть вопрос о том, отличается ли удобная выборка от генеральной совокупности по конкретным конструктам, представляющим интерес для исследователя. Например, перцептивный психолог, изучающий зрительное восприятие, может считать, что студенты университета вполне репрезентативны для людей в отношении палочек и колбочек в их сетчатке.Для этого исследователя атрибуты, по которым студенты университетов могут отличаться от населения в целом, вероятно, не будут мешать проверке их ключевых гипотез.

Другие случаи могут быть более неоднозначными, и полезность удобных выборок также может зависеть от типа исследуемого вопроса. Например, если у студентов университета необычно развиты когнитивные навыки (например, навыки запоминания и критического мышления), это, вероятно, будет искажать описательные исследовательские вопросы о когнитивных навыках или способностях.Однако выводное исследование требует более тщательного изучения использования удобных выборок, когда такие выборки слабо совпадают с интересующей совокупностью. Например, неясно, может ли удобная выборка студентов университета эффективно отображать более широкую совокупность или совокупность, состоящую из людей разного возраста. Например, у выборки студентов австралийских университетов могут быть другие отношения между страхом/гневом и агрессией по сравнению с детьми или пожилыми людьми.То есть взаимосвязь между эмоциями и агрессией (выводной вопрос) может сама по себе различаться в зависимости от возраста. Одна из возможностей, если исследователя беспокоят такие возрастные эффекты, состоит в том, чтобы собрать репрезентативную выборку. Однако это решение не лишено проблем. Например, предположим, что страх связан с усилением агрессии у молодых людей, но вместо этого дети становятся менее агрессивными, когда боятся. Если бы исследователь взял равные выборки детей и молодых людей, исследование могло бы не показать эффекта страха, хотя на самом деле есть два совершенно разных эффекта, которые маскируются, потому что эти два паттерна развиваются в противоположных направлениях.Действительно, если у исследователей есть разумные основания подозревать, что такие различия имеют место для разных типов выборки, они могут захотеть провести несколько исследований, каждое из которых собирает выборку из разных групп населения. В этом гипотетическом случае исследование 1 должно выявить положительную связь между страхом и агрессией у молодых людей, а исследование 2 — отрицательную связь у детей. Альтернативный подход предполагает преднамеренное объединение обеих групп в рамках одного большого исследования (например, половина молодых людей, половина детей), а затем статистический анализ любых различий между группами.

Другим соображением, касающимся населения, является размер выборки  , то есть количество случаев или наблюдений, полученных участниками исследования. Существует множество методов для определения подходящего размера выборки, обычно называемых анализом мощности , но математическая основа для этих расчетов слишком сложна, чтобы ее можно было полностью изложить здесь. Как правило, большие выборки снижают вероятность того, что результат будет представлять собой статистическую «случайность» или ложноположительный результат.Это связано с тем, что по мере того, как наша выборка становится больше, она лучше приближается к совокупности, о которой мы хотим сделать выводы. Например, если 10 000 австралийских женщин были опрошены на предмет агрессии на рабочем месте, выводы, которые можно сделать об опыте австралийских женщин, связанном с агрессией на рабочем месте, с большей вероятностью будут отражать совокупность всех австралийских женщин, чем размер выборки из 10 австралийских женщин.

Хотя некоторые психологи выступают за то, чтобы всегда увеличивать размер выборки, есть несколько моментов, которые следует учитывать при принятии решения о подходящем размере выборки.Конечно, это правда, что больший размер выборки увеличивает статистическую мощность или способность обнаруживать логические закономерности между переменными там, где они действительно существуют. Точно так же описательная статистика становится более точной при больших выборках. Однако есть и другие соображения, которые необходимо учитывать при планировании исследования. Например, исследователи могут быть ограничены в методологиях, которые могут работать с такими огромными выборками. Например, исследователи могут собрать тысячи или даже миллионы участников с помощью методов краудсорсинга или массового онлайн-тестирования (т.g., YourMorals.org – Iyer, 2019), но, как мы подробно расскажем в следующем разделе, онлайн-исследования имеют как преимущества, так и недостатки, связанные с ними.

Последний вопрос, требующий пристального внимания к населению, заключается в том, как будут разрабатываться стимулы и меры для различных групп населения. Как обсуждалось ранее, научные исследования проводятся с использованием мер и манипуляций для операционализации абстрактных конструкций. Таким образом, крайне важно, чтобы меры/манипуляции имели предполагаемое значение в каждой конкретной группе населения.Рассмотрим, например, если бы исследователи использовали один и тот же религиозный вопросник для исследования как на Золотом Берегу, так и в сельской местности Квинсленда. В этом случае религиозные предметы могут иметь разное значение для обеих групп населения, потому что вопросы могут восприниматься по-разному в зависимости от множества факторов — слова в вопросах могут быть неизвестны или иметь совершенно разное значение в разных группах населения. Соответственно, некоторые методологи выступают за анализ инвариантности измерений (Millsap & Meredith, 2007; Widaman & Grimm, 2014), который использует математическую процедуру, чтобы установить, работают ли элементы измерения одинаково в группах на психометрическом уровне.Без установления, как минимум, базовых уровней инвариантности измерений сравнение между группами становится сомнительным. Снова используя приведенный выше пример, становится проблематичным повторить исследование жителей центральной части Мельбурна по сравнению с сельскими и региональными викторианцами, если психологическая мера имеет совершенно другую психометрическую структуру для этих двух групп.

Настройка

Основным фактором при настройке является то, проводится ли исследование в лаборатории, в онлайн-опросе или в полевых условиях.Преимущества и недостатки этих контекстов стимулировали продуктивные исследования и дискуссии. Например, лабораторные исследования иногда подвергались критике за отсутствие обыденного реализма или за то, что они были искусственными и неприменимыми к ситуациям «реального мира» (Ilgen & Favaro, 1985). Однако психологи редко пытаются создавать контексты, буквально напоминающие «реальный мир», вместо этого сосредотачиваясь на опыте участников исследования как на психологически значимом (Berkowitz & Donnerstein, 1982).Вспомните, например, что валидность конструкта зависит от мер и/или манипуляций, способных зафиксировать или произвести у участников психологические конструкты, такие как страх, гнев или агрессия. Например, опыт социального отвержения может быть совершенно сфабрикованным и искусственным, но если он кажется участникам реальным, тогда все же можно оценить причинно-следственные гипотезы о последствиях ощущения отверженности. Точно так же можно опасаться, что участники будут знать, что их изучают в лаборатории, и поэтому будут вести себя необычно из-за того, что за ними наблюдают.Однако часто этим риском можно управлять. Во многих экспериментах используются вводящие в заблуждение процедуры — или планы между участниками, которые скрывают другие условия от участников — чтобы скрыть истинную цель исследования. Например, исследования апатии свидетелей изучают, как участники реагируют на чрезвычайные ситуации (Latané & Darley, 1970). Хотя психологи не могут с этической точки зрения помещать людей в реальную чрезвычайную ситуацию, они могут заставить участников поверить, что они посещают лабораторию с одной целью, и смоделировать чрезвычайную ситуацию, например, человека, кричащего от боли из соседней комнаты.Когда участники заступаются, они верят, что реагируют на реальную чрезвычайную ситуацию, не связанную с экспериментом, и поэтому опасения по поводу того, что участники «чувствуют себя изученными», иногда можно контролировать.

Практически лаборатория предлагает исследователям множество важных преимуществ, таких как возможность контролировать внешние переменные, такие как время суток, температура, шум и отвлекающие факторы и так далее. Хотя такая переменная, как «температура», может показаться психологу не сразу важной, обратите внимание, что комнатная жара связана с агрессией (Baron & Bell, 1975).Казалось бы, не относящиеся к делу переменные среды могут напрямую влиять на психологические процессы. Кроме того, лабораторное оборудование, такое как оборудование для физиологических измерений или компьютеры, которые могут оценивать время реакции, может быть предоставлено в лаборатории с относительной легкостью. Однако недостатком является то, что некоторые виды опыта нелегко культивировать в лаборатории. Например, несмотря на то, что психологи могут изучать формирование групп в лаборатории, более сложно изучить долгосрочные процессы групповой идентичности в рамках одночасового лабораторного исследования, и нецелесообразно заставлять участников посещать лабораторию в течение многих лет или десятилетий, необходимых для некоторых процессов. разворачиваться.Точно так же такие темы, как серьезные романтические отношения, тяжелая утрата и т. д., может быть трудно воспроизвести в лаборатории, и их лучше изучать в естественном контексте.

Несмотря на то, что не удается решить все проблемы, связанные с лабораторными исследованиями, одной из альтернатив традиционной лаборатории является проведение исследований в онлайн-среде. У этой настройки есть несколько преимуществ. Относительно легко запросить большие выборки участников, особенно при использовании технологий краудсорсинга, таких как Amazon Mechanical Turk или Crowdflower.Кроме того, чрезвычайно редкие (например, лица с низкой распространенностью заболеваний) или отдаленные группы (например, когда американский исследователь хочет изучить японское население) гораздо легче получить с помощью онлайн-исследований. Однако критики предположили, что уровень внимания в Интернете может колебаться, особенно среди участников университетов, проводящих онлайн-исследования (Hauser & Schwarz, 2016). Другие утверждают, что эту проблему «невнимательности в сети» можно решить с помощью проверки внимания (Goodman et al., 2013; но см. Hauser & Schwarz, 2015).Конечно, онлайн-исследования, как правило, включают участников, которые знают, что их изучают, и поэтому отмеченные выше опасения по поводу предвзятости презентации могут снова вызвать беспокойство. Что касается контроля ученых-психологов над окружающей средой респондентов, здесь ответ неоднозначен. Например, онлайн-исследование может требовать, чтобы участники работали в частной, непрерывной рабочей среде, но редко может навязывать такое поведение участникам. Точно так же многочисленные случайные переменные будут колебаться среди участников онлайн-выборок.Такие переменные, как комнатная температура, плотность людей в помещении и фоновый шум, не могут контролироваться напрямую. Кроме того, онлайн-исследования могут ограничивать исследователей в выборе мер и манипуляций. Например, исследователи могут предложить онлайн-участникам социальное взаимодействие на веб-форумах или в чатах, но многие аспекты социального взаимодействия (например, физическое присутствие, невербальное общение) трудно охватить в онлайн-исследованиях. Точно так же некоторые измерения (например, физиологические) невозможно получить в онлайн-контексте, что снова ограничивает виды исследований, которые психологи могут проводить в этом формате.

Наконец, некоторые психологи приводят доводы в пользу преимуществ полевых исследований , часто протестуя против явного сокращения полевых исследований в современной психологической науке (Cialdini, 2009). Полевые исследования имеют некоторые преимущества, например, как правило, довольно легко скрыть цель исследования. Например, полевые исследования, в которых изменяются тонкие аспекты окружающей среды, такие как изменение знаков, присутствующих в районе, и наблюдение за результатами, не позволят участникам осознать, что их изучают, и, следовательно, позволят достоверно оценить их реакции. .Однако недостатком полевых исследований является то, что, хотя внешнее поведение может быть легко обнаружено и изучено, внутренние процессы, такие как личное отношение участников и эмоции к стимулам, может быть трудно оценить в этих условиях. Еще одним потенциальным недостатком полевых исследований является то, что многие факторы окружающей среды, которые легко контролировать в лаборатории (например, температура, ветер, присутствие прохожих), гораздо труднее стандартизировать и регулировать в полевых условиях. Планирование и пристальное внимание к таким факторам могут частично снизить эти риски, но вероятная повышенная нестабильность шумовых переменных в полевых исследованиях может помешать проверке выводов.

Различные контексты сбора данных (в лаборатории, онлайн, в полевых условиях и т. д.) имеют определенные преимущества и недостатки. Одной из альтернатив выбора одного метода и принятия всех соответствующих недостатков является проведение нескольких исследований с использованием нескольких методов. Например, исследователь может начать с проверки связи гнева с агрессией с помощью лабораторного эксперимента на студентах университета; затем проведите аналогичный тест, используя большую выборку онлайн-участников, которые более сильно различаются по демографическим переменным; а затем провести полевое исследование, в котором скрыто отслеживается связь гнева с агрессией (т.г., в условиях рабочего места).

Анализ

После завершения исследования последними этапами исследовательского процесса являются анализ данных, интерпретация результатов и отчет о результатах. В психологических исследованиях большинство исследований используют данные, которые носят количественный характер. Количественные данные относятся к информации, выраженной в какой-либо числовой форме. Например, ответы людей на 7-балльную оценочную шкалу, указывающую уровень гнева, который они сейчас испытывают, могут быть представлены целыми числами от 1 до 7.После сбора данных исследователь должен сформулировать статистический анализ данных, который соответствует интересующему вопросу.

Если цели исследования носят чисто описательный характер, анализ обычно включает вычисление описательной статистики для интересующих показателей. Описательная статистика обобщает общую картину ответов для данного показателя в выборке. Двумя наиболее распространенными типами описательной статистики являются индексы центральной тенденции (т.д., индексы единственного ответа, наилучшим образом характеризующего выборку в целом; например, среднее значение оценок гнева в выборке) и индексы изменчивости (т. е. показатели степени, в которой ответы очень похожи или отличаются друг от друга в выборке — например, диапазон оценок гнева в выборке) .

Однако, как отмечалось ранее, большинство психологических исследований включают в себя исследовательские вопросы, основанные на выводах (т. е. вопросы, касающиеся взаимосвязи между двумя или более психологическими или поведенческими конструкциями).В этих случаях исследователям доступны различные логические статистические данные. Конкретный тип выводной статистики, который будет наиболее подходящим для решения данного исследовательского вопроса, зависит от ряда факторов. Детальное обсуждение этих различных типов статистических тестов, очевидно, выходит далеко за рамки этой главы. Однако в широком смысле есть несколько факторов, которые определяют выбор исследователем статистических тестов. Во-первых, важным соображением является характер исследуемых отношений.Например, интересует ли исследователя только взаимосвязь между двумя переменными? В качестве альтернативы, интересуют ли исследователя отношения нескольких независимых переменных к одной зависимой переменной или, возможно, отношения нескольких независимых переменных к нескольким зависимым переменным? Во-вторых, какова шкала измерения анализируемых переменных? Являются ли они переменными чисто номинального уровня (например, Квинсленд по сравнению с Новым Южным Уэльсом), чисто интервальным уровнем (полностью согласен или полностью не согласен) или смесью? Наконец, каковы свойства распределения переменных? Отражают ли оценки переменных нормальное распределение? В зависимости от ответов на такого рода вопросы одни типы анализа будут более подходящими, чем другие, потому что они делают больше или меньше предположений об этих свойствах данных.

Хотя у исследователей есть широкий спектр различных типов статистических тестов, из которых они могут выбирать, наиболее часто используемые статистические тесты основаны на концепции проверки значимости гипотез (NHST). Проще говоря, эти тесты оценивают гипотезу о том, что интересующие отношения ( альтернативная гипотеза ) не существуют в популяции. Тесты считаются статистически значимыми, если они дают значение вероятности (значение p ), равное или меньшее .05. Статистическая значимость на уровне 0,05 указывает на то, что полученные данные статистически отличаются от ожидаемых, если бы нулевая гипотеза была верна, и эта разница менее чем на 5 процентов может быть обусловлена ​​только случайностью. В этих случаях говорят, что исследователь отверг нулевую гипотезу (т. е. отверг гипотезу о том, что взаимосвязь не существует в популяции).

Тесты считаются «незначимыми», если они дают значение вероятности (p) больше, чем .05. То есть считается, что тест не предоставил достаточных доказательств существования взаимосвязи, если существует более 5 % вероятности того, что наблюдаемая взаимосвязь могла возникнуть просто случайно. В таких случаях говорят, что исследователь «не смог отвергнуть нулевую гипотезу».

Когда анализ исследования приводит к точному заключению о наличии взаимосвязи между переменными, говорят, что исследование имеет высокую достоверность статистического заключения (см. Cook & Campbell, 1979; Shadish et al., 2002). Концептуально есть две формы ошибок, которые исследователь может допустить при статистическом тесте, что приводит к низкой статистической достоверности выводов. Ошибка типа I возникает, когда исследователь делает ложный вывод о существовании взаимосвязи (т. е. ошибочно отвергает нулевую гипотезу). Традиционно исследователи считали эту форму ошибки очень серьезной и устанавливали уровень риска такой ошибки в своих статистических тестах (называемый альфа-уровнем ) на уровне .05. Недавно некоторые исследователи призвали к еще более строгим альфа-уровням как средству повышения достоверности статистических выводов психологических исследований (например, Benjamin et al., 2017). Ошибка типа II возникает, когда исследователь делает ложный вывод об отсутствии доказательств существования взаимосвязи (т. е. неправильно принимает нулевую гипотезу). Хотя традиционно исследователи уделяли меньше внимания этой форме ошибки, исследователи считали эту форму ошибки проблематичной и традиционно устанавливали свой уровень риска совершения такой ошибки в своих статистических тестах (называемых бета-версией) на уровне .20. Это означает, что исследователи пытаются собрать достаточно данных, чтобы риск ошибочного вывода об отсутствии связи (когда связь действительно существует) не превышал 20 процентов.

Методологи выявили ряд потенциальных угроз достоверности статистических выводов исследования (например, см. Cook & Campbell, 1979; Shadish et al., 2002). Например, достоверность статистического теста может быть подорвана, если основные допущения теста будут нарушены.Например, во многих тестах предполагается, что показатели уровня интервала или отношения подчиняются нормальному распределению. Другие тесты предполагают, что каждый набор наблюдений, составляющих выборку, независим друг от друга (например, что ответы, предоставленные одним человеком в выборке, никоим образом не связаны с ответами, предоставленными другим человеком в выборке). Исследователи иногда могут исправить такие проблемы, выбрав статистический тест с менее строгими предположениями, такой как непараметрический тест.

Другие угрозы достоверности статистических выводов отражают более фундаментальные, а иногда, возможно, даже более преднамеренные ошибки со стороны исследователей.Обеспокоенность по поводу такого рода ошибок привлекла большое внимание в последние годы и побудила некоторых исследователей призвать к серьезным изменениям в методах проведения психологических исследований (Lilienfeld, 2017; Lilienfeld & Waldman, 2017). Одной из проблем, вызывающих озабоченность, является тот факт, что многие исследования, проводимые в области психологии, имеют недостаточную статистическую мощность. Статистическая мощность относится к вероятности того, что исследование правильно отклонит нулевую гипотезу. Традиционно статистическая мощность прежде всего беспокоила в отношении ошибок типа II (т.г., Коэн, 1988). Однако недавно методологи отметили, что в контексте одного исследования — поскольку исследования с низкой мощностью, как правило, с большей вероятностью дают аномальные результаты — низкая мощность иногда также может приводить к ошибкам типа I (например, Button & Munafò, 2017).

Еще одна проблема, вызвавшая большой интерес, — это набор практик, известных как QRP ( Сомнительные исследовательские практики —  см. John et al., 2012; Simmons et al., 2011). QRP охватывают широкий спектр методов сбора, анализа и отчетности, большинство из которых считаются проблематичными, поскольку они могут подорвать достоверность статистических выводов исследования.Некоторые из этих методов связаны с неполным отчетом о результатах. Например, исследователь может проводить анализ нескольких зависимых переменных, но затем сообщать результаты только для зависимых переменных, которые оказывают значительное влияние, или проводить несколько различных типов анализа одной зависимой переменной и сообщать только об анализе, который дает значительный эффект. Точно так же исследователь может провести исследование, включающее несколько экспериментальных условий, но затем сообщить результаты только для тех условий, которые приводят к значительным различиям.В качестве альтернативы исследователь может провести несколько исследований, а затем сообщить только о тех исследованиях, которые дают значительный эффект.

Другие методы включают в себя изменения самого набора данных или способа его анализа. Например, исследователь может решить исключить участников из набора данных на основании того, усилит ли их удаление ключевые эффекты интереса к исследованию. В качестве альтернативы исследователь может постепенно добавлять участников данных к существующему набору данных и основывать свое решение о прекращении добавления участников исключительно на том, когда добавление участников дает значительный эффект.

Как показывают эти примеры, многие QRP являются практиками, которые предназначены для получения значительного эффекта без какого-либо четкого обоснования, кроме того факта, что они дают желаемый результат для исследователей, которые могут быть заинтересованы в выявлении значительного эффекта. Таким образом, эти методы могут увеличить частоту ошибок типа I. Действительно, хотя каждая практика сама по себе потенциально может подорвать достоверность статистических выводов, риск еще выше, когда несколько из этих практик выполняются в сочетании друг с другом (Simmons et al., 2011).

Короче говоря, было поднято множество вопросов о том, как ученые-психологи проводят исследования, и они часто сопровождаются рекомендациями по повышению статистической достоверности исследований. Однако другие комментаторы предположили, что существуют проблемы, присущие NHST как научному инструменту, и что никакие реформы существующей практики в конечном итоге не помогут устранить эти ограничения. Эти комментаторы утверждали, что требуются альтернативные статистические подходы.Например, некоторые предлагали отказаться от традиционных статистических тестов или, по крайней мере, дополнить их отчетами о величинах эффекта и соответствующих доверительных интервалах (например, Cumming, 2014; Schmidt, 1996). Другие выступали за использование байесовской статистики (например, Wagenmakers et al., 2017). Ограничения по объему не позволяют обсуждать эти альтернативы, и на сегодняшний день ни одна из них не получила широкого признания в психологии. Однако психологи продолжают обсуждать их потенциальные преимущества и недостатки.Это остается важной областью исследований для психологов-экспериментаторов и количественных психологов, а также для людей, которые интерпретируют и дают политические рекомендации на основе исследований, основанных в основном на выводах, основанных на статистике. Практики в этой области должны оставаться в курсе событий в этой развивающейся области, поскольку эти решения имеют важные последствия для применения существующих исследований.

Shrout and Rodgers (2018, p. 504) приходят к выводу, что ученые-психологи должны «заниматься методологически обоснованными, этически обоснованными исследованиями, в которых вероятностные решения принимаются явно и соблюдаются в рамках открытого исследовательского процесса», что подтверждается очень полезной таблицей (см. их Таблица 1), в которой изложен ряд рекомендаций по исследовательской практике, предназначенных для ускорения построения знаний в психологии и уменьшения опасений по поводу успеха репликации как в поисковых (E), так и в подтверждающих (C) исследованиях.Их прогноз состоит в том, что «будущее психологической науки светлое» (стр. 506), что также способствует процветанию профессии психолога.

В предыдущих разделах в первую очередь объяснялась методология социальных наук с целью максимизации надежности и достоверности результатов исследования. Однако ученые-психологи должны сбалансировать свои интересы в получении надежных, достоверных результатов с несколькими важными этическими принципами, которые определяют, как следует проводить исследования.В самом деле, можно представить себе научные исследования, которые могли бы быть очень надежными и достоверными, но этически вопиющими. Например, если исследователя интересовало влияние социально-экономического статуса на агрессивное поведение, было бы методологически обоснованным случайным образом относить детей при рождении к приемным родителям, которые бедны или богаты. Однако такое исследование, очевидно, будет считаться этически проблематичным. В исследовательском контексте термин «этика» описывает «хорошее» или «справедливое» отношение к различным группам и отдельным лицам, участвующим в исследовательском процессе.Способы определения того, что является «хорошим» или «справедливым», выходят за рамки этой главы. Однако в Австралии существуют широкие профессиональные рекомендации, такие как Национальное заявление об этическом поведении в исследованиях человека (2007 г.), которые служат руководящими принципами, которые необходимо учитывать при планировании и проведении исследований.

Хотя исследователи обсуждали и обсуждали многие аспекты исследовательской этики на протяжении десятилетий, а конкретные руководящие принципы и процедуры различаются в зависимости от региона и дисциплины, почти во всех системах особое внимание уделяется трем фундаментальным принципам исследовательской этики.Эти три основных принципа являются обязательными для надлежащей практики: 1) предоставлять участникам информацию, достаточную для информированного выбора об участии или отказе, 2) сведение к минимуму вреда для участников и 3) сохранение конфиденциальности ответов участников.

Информированное согласие — это принцип, согласно которому участники должны иметь разумное представление о том, что от них ожидается в ходе исследования, и о возможных преимуществах/вредах, которые могут на них повлиять. Например, участники должны знать, может ли исследование причинить им вред (в том числе физический, эмоциональный, финансовый/профессиональный, межличностный или другие виды вреда), и сколько времени им требуется в качестве участников.Кроме того, участники должны быть заранее проинформированы о проблемах, в том числе о том, будут ли их данные конфиденциальными и/или анонимными (см. ниже), или информация о них будет получена из источников, отличных от них самих (например, из их академических стенограмм). Дело в том, что согласие участников на участие в исследовании имеет смысл только в том случае, если они знают, что их просят сделать.

Одной из потенциальных проблем информированного согласия является тот факт, что некоторые психологические вопросы лучше решать, частично или полностью вводя участников в заблуждение относительно аспектов исследования.Например, когда исследователи хотят тайно отслеживать агрессивное поведение участников, это может подорвать ненавязчивый характер этого измерения, если участники знают, что за ними наблюдают. Точно так же некоторые косвенные измерения основаны на том, что участники не знают, что измеряется, и в некоторых случаях мера может быть подорвана, если участники осознают, что измеряется. В других случаях участникам предоставляется ложная информация об обществе, действиях других участников эксперимента, цели исследования (часто предоставляется как прикрытие, в котором исследователи создают фиктивную цель исследования) или о самом участнике. (т.е.г., ложно информируя участников о том, что у них плохой интеллект).

Обман иногда считается приемлемым — при условии, что необходимо эффективно изучить интересующий вопрос — когда для информирования участников в конце исследования используется отчетный документ или другой метод. Отчет часто будет содержать несколько элементов, таких как объяснение того, что является правдой (например, какова была настоящая цель исследования) и почему обман был сочтен необходимым.Поскольку эта новая информация может повлиять на желание участников принять участие, в некоторых случаях может быть уместно дать участникам вторую возможность дать согласие на участие в исследовании. Например, возвращаясь к примеру скрытого наблюдения за агрессивным поведением, исследователь может раскрыть это скрытое наблюдение в конце исследования и предложить удалить запись, если участник не дает согласия на сохранение этих данных исследователем. В конце концов, они изначально дали согласие, не зная, что такие данные должны быть собраны.Отсутствие первоначального раскрытия информации может быть необходимо, поскольку мониторинг не был бы скрытым, если бы участники были предупреждены об этом, когда они впервые давали согласие.

Второй принцип — минимизация вреда. То есть подверженность участников потерям, боли и/или ущербу должна быть максимально снижена. В некоторых исследованиях может потребоваться некоторое использование вреда, например, когда участникам наносят болезненные удары током, чтобы вызвать гнев (например, Berkowitz & LePage, 1967). Минимизация вреда здесь предполагает тщательное масштабирование шока: он должен быть болезненным (достаточно, чтобы вызвать гнев), но не более болезненным (чтобы свести к минимуму страдания участников).Когда это возможно, исследователи должны подчеркивать, каким образом участие может служить возможностью роста — например, шансом лучше понять себя — а не вредным. Помимо этического, это имеет и практическое преимущество: участники, которые смотрят на исследования и исследователей в более позитивном ключе, вероятно, с большей вероятностью поймут важность и ценность исследований в области психологии.

Возвращаясь к повторяющемуся примеру, исследователь, который хочет вызвать страх у участника, должен стремиться к тому, чтобы участники испытывали страх только до тех пор, пока это необходимо для проверки исследовательского вопроса.Страх обычно считается негативной, неудобной эмоцией, поэтому, хотя исследователи могут этически изучать страх, они также должны стараться уважать потребности участников. Например, исследователи могут закончить исследование индукцией положительных эмоций (Вестерманн и др., 1996), чтобы обратить вспять вред. Кроме того, рассмотрите обман в контексте минимизации вреда. Ранее мы подчеркивали потенциальную проблему обмана при информированном согласии, но существует также риск того, что обман может причинить вред: участники могут чувствовать себя глупо, «попавшись» на вводящую в заблуждение манипуляцию.Таким образом, может быть целесообразно напомнить участникам, что большинство экспериментов обнаруживают лишь незначительные показатели подозрительности: почти все «попадаются на это», поэтому участники не должны чувствовать себя смущенными. Возможно, что какой-то обман может причинить другой вред, например, предоставить участникам неточную информацию о том, что у них есть проблемы со здоровьем. Иногда исследователи могут предоставить правдивую информацию в форме подведения итогов, например, предоставить настоящую статистику о социальных фактах, когда в эксперименте были предоставлены ложные факты, или напомнить участникам бакалавриата о том, что средний студент бакалавриата обладает высоким интеллектом, когда им ложно сказали, что им не хватает интеллекта.Цель состоит в том, чтобы компенсировать вред, причиненный ложной информацией.

Третий важный принцип — конфиденциальность данных участников. Два аспекта конфиденциальности данных участников: анонимность (т. е. степень, в которой идентифицирующая информация участников отделена от данных их исследования) и конфиденциальность (т. е. сохраняют ли исследователи идентифицирующую информацию участников при себе). Там, где это возможно, обычно рекомендуется сохранять анонимность данных участников, отключая идентифицирующую информацию участников (т.г., имя, адрес электронной почты) из их ответных данных. Это может иметь несколько преимуществ, таких как защита прав участников на неприкосновенность частной жизни. Это также позволяет исследователям обмениваться данными с другими, не ставя под угрозу конфиденциальность участников. В некоторых случаях необходимо, чтобы данные были неанонимными хотя бы временно, например, когда исследователь отслеживает выборку участников в разные моменты времени и хочет сопоставить ответы участников во времени. В лонгитюдных исследованиях это может означать, что данные можно идентифицировать десятилетиями! Однако после завершения сбора данных, как правило, впоследствии можно обезличить данные, удалив из данных эту идентифицирующую информацию.

Как правило, даже неанонимные данные должны быть конфиденциальными, а это означает, что исследователь не будет делиться какими-либо ассоциациями идентификаторов и данных с другими, даже если исследователь может лично связать идентификаторы с данными. Таким образом, общий принцип конфиденциальности участников заключается в том, что конфиденциальность должна поддерживаться настолько, насколько это возможно с точки зрения логистики. Связывая это с согласием, в тех случаях, когда конфиденциальность невозможно распространить на участников, эти участники должны, по крайней мере, знать, каковы должны быть их ожидания в отношении конфиденциальности, желательно, когда они первоначально дают согласие.

Существует открытый доступ к курсу электронного обучения по этике исследований, разработанному сотрудниками Университета Южного Квинсленда, который доступен в Интернете и содержит подробное объяснение принципов этики, лежащих в основе исследования, и советы по заполнению заявки на этику исследований человека.

Цели курса:

  • введение в исследовательскую этику
  • риски и преимущества методологии исследования
  • набор и сбор данных
  • сбор, использование и управление данными и информацией
  • исследовательская ценность, целостность и требования к мониторингу
  • сообщение результатов исследований.

Психологические исследования охватывают множество различных тем, областей специализации и интересов, таких как организационная, клиническая и когнитивная психология. Однако фундаментальные концептуальные шаги, необходимые для проведения высококачественных исследований, во многом схожи. В этой главе основное внимание уделялось определению вопросов исследования, выбору зависимых и независимых переменных, вопросам, связанным с условиями и населением, анализу данных и этике. Важно помнить, что целые главы и статьи были посвящены углубленному изучению каждой из этих отдельных тем (и других) — мы предоставили много ссылок на примеры статей и глав повсюду.Важно отметить, что мы надеемся, что в этой главе будут освещены часто недооцениваемые навыки, которые развиваются в результате обучения психологии. Программы бакалавриата в области психологии должны подготовить студентов к эффективной оценке методологических вопросов исследования, включая размер выборки, риски, связанные с третьими переменными, вероятность наличия сомнительной исследовательской практики, наличие строгих этических гарантий, использование соответствующих статистических тестов, и согласуются ли выводы исследователя с результатами статистических тестов, основанных на используемой методологии. Все эти навыки ценятся не только в академических кругах.В Австралии, например, навыки психологического исследования могут привести к оценке исследований для разработки политики, интерпретации данных опросов, собранных в прикладных условиях, и предоставлению доказательств, подтверждающих собственную профессиональную практику. В целом профессионалы, которые проявляют вдумчивое и критическое отношение к качеству доказательств, пользуются большим спросом в самых разных областях и часто демонстрируют отличительные черты психологической исследовательской подготовки

.

Щелкните раскрывающийся список ниже, чтобы просмотреть ключевые слова и понятия, изученные в этой главе.

Эта глава была адаптирована Тони Мачином, Школа психологии и консультирования, Университет Южного Квинсленда, и Эрихом Фейном, Школа психологии и консультирования, Университет Южного Квинсленда. Он был адаптирован из Vaughan-Johnston, TI, Fabrigar, LR, & Lawrence, K. (2019). Методы исследования в психологических науках. В ME Norris (Ed.), The Canadian Handbook for Careers in Psychological Science . Кингстон, Онтарио: eCampus Ontario. Под лицензией CC BY NC 4.0. Получено с https://ecampusontario.pressbooks.pub/psychologycareers/chapter/researchmethods/

.

Отправьте нам свой отзыв: Мы будем рады услышать от вас! Пожалуйста, отправьте нам свой отзыв.

Арчер, Дж., и Койн, С.М. (2005). Комплексный обзор косвенной, реляционной и социальной агрессии. Обзор личности и социальной психологии, 9 (3), 212–230. https://doi.org/10.1207%2Fs15327957pspr0903_2

Асендорпф, Дж. Б., Банс, Р., и Маке, Д.(2002). Двойная диссоциация между явной и неявной самооценкой личности: случай застенчивого поведения. Журнал личности и социальной психологии, 83 (2), 380–393. https://psycnet.apa.org/doi/10.1037/0022-3514.83.2.380

Бейкер Р.К. и Гуттфренд Д.О. (1993). Влияние процедур индукции письменных автобиографических воспоминаний на настроение. Журнал клинической психологии, 49 (4), 563–568. https://doi.org/10.1002/1097-4679(199307)49:4<563::AID-JCLP22704>3.0.CO;2-W

Банерджи, А. и Чаудхури, С. (2010). Статистика без слез: Популяции и выборки. Журнал промышленной психиатрии, 19 (1), 60–65. https://doi.org/10.4103/0972-6748.77642

Барон Р.А. и Белл П.А. (1975). Агрессия и жар: опосредующие эффекты предыдущей провокации и воздействие агрессивной модели. Журнал личности и социальной психологии, 31 (5), 825–832. https://doi.org/10.1037/h0076647

Бек, А. Т., Стир, Р.А., Браун, Г.К. (1996). Опись депрессии Бека-II . https://www.apa.org/pi/about/publications/caregivers/practice-settings/assessment/tools/beck-depression

Бенджамин, Д. Дж., Бергер, Дж. О., Йоханнессон, М., Носек, Б. А., Вагенмакерс, Э. Дж., Берк, Р., … и Чезарини, Д. (2018). Переопределить статистическую значимость. Природа, поведение человека, 2 (1), 6–10. https://doi.org/10.1038/s41562-017-0189-z

Берковиц, Л., и Доннерштейн, Э. (1982). Внешняя валидность не глубже кожи: некоторые ответы на критику лабораторных экспериментов. Американский психолог, 37 (3), 245–257. https://doi.org/10.1037/0003-066X.37.3.245

Берковиц, Л., и ЛеПейдж, А. (1967). Оружие как стимул, вызывающий агрессию. Journal of Personality и Социальная психология, 7 (2), 202–207. https://doi.org/10.1037/h0025008

Баттон, К.С., и Мунафо, М.Р. (2017). Обеспечение воспроизводимых исследований. В С. О. Лилиенфельд и И. Д. Вальдман (ред.), Психологическая наука под пристальным вниманием: недавние проблемы и предлагаемые решения (стр.22–33). Джон Уайли и сыновья. https://doi.org/10.1002/97811110

Качиоппо, Дж. Т., Бернтсон, Г. Г., Лориг, Т. С., Норрис, С. Дж., Рикетт, Э., и Нусбаум, Х. (2003). То, что вы визуализируете мозг, не означает, что вы можете перестать использовать голову: учебник и набор основных принципов. Журнал личности и социальной психологии, 85 (4), 650–661. https://doi.org/10.1037/0022-3514.85.4.650

Качиоппо, Дж. Т., и Тассинари, Л. Г. (1990). Вывод психологического значения из физиологических сигналов. Американский психолог, 45 (1), 16–28. https://doi.org/10.1037//0003-066x.45.1.16

Чалдини, Р. Б. (2009). Мы должны расстаться. Перспективы психологической науки, 4 (1), 5–6. https://doi.org/10.1111%2Fj.1745-6924.2009.01091.x

Коэн, Дж. (1988). Статистический анализ мощности для наук о поведении (2-е изд.). Лоуренс Эрлбаум Ассошиэйтс.

Кук, Т. Д., и Кэмпбелл, Д. Т. (1979). Квази-эксперимент: вопросы проектирования и анализа полевых условий.Издательство колледжа Рэнда МакНалли.

Коста, П.Т., младший, и МакКрей, Р.Р. (1991 ). Пятифакторная инвентаризация NEO (NEO-FFI), форма S (для взрослых). https://www.parinc.com/Products/Pkey/274

Коста, П.Т., и Маккрей, Р.Р. (1993). Психологические исследования в Балтиморском лонгитюдном исследовании старения. Zeitschrift fur Gerontologie, 26 (3), 138–141. https://europepmc.org/article/med/8337906

Камминг, Г. (2014). Новая статистика: почему и как. Психологическая наука, 25 (1), 7–29. https://doi.org/10.1177%2F0956797613504966

Образовательный фонд Динера. (2021). Noba Проект [Домашняя страница]. https://nobaproject.com

Де Хауэр, Дж. (2006). Что такое неявные меры и почему мы их используем? В RW Wiers & AW Stacy (Eds.), Справочник имплицитного познания и зависимости (стр. 11–28). Мудрец. https://us.sagepub.com/en-us/nam/handbook-of-implicit-cognition-and-addiction/book227075

Фейн, Э.К., Скиннер, Н., и Мачин, Массачусетс (2017). Интенсификация труда, вмешательство в работу и личную жизнь, стресс и самочувствие австралийских рабочих. Международные исследования менеджмента и организации , 47 (4), 360–371. https://doi.org/10.1080/00208825.2017.1382271

Фидлер, К., Катцнер, Ф., и Крюгер, Дж. И. (2012). Долгий путь от контроля α-ошибок до собственно валидности: проблемы с недальновидными ложноположительными дебатами. Перспективы психологической науки, 7 (6), 661–669.https://www.jstor.org/stable/44282621

Филд, А. (2019) Обнаружение статистики [Домашняя страница]. Получено с https://www.discoveringstatistics.com

Фризе, М., Хофманн, В., и Шмитт, М. (2008). Когда и почему неявные меры предсказывают поведение? Эмпирические доказательства сдерживающей роли возможности, мотивации и зависимости от процесса. Европейский обзор социальной психологии, 19 (1), 285–338. https://doi.org/10.1080/10463280802556958

Гавронски, Б.и Де Хаувер, Дж. (2014). Имплицитные меры в социальной психологии и психологии личности. В HT Reis & CM Judd (Eds.), Справочник по методам исследования в социальной психологии и психологии личности (2-е изд.). Издательство Кембриджского университета.

Гудман, Дж. К., Крайдер, К. Э., и Чима, А. (2013). Сбор данных в плоском мире: сильные и слабые стороны образцов Mechanical Turk. Журнал принятия поведенческих решений, 26 (3), 213–224. https://doi.org/10.1002/bdm.1753

Гринвальд, А. Г., МакГи, Д. Е., и Шварц, Дж. Л. (1998). Измерение индивидуальных различий в неявном познании: тест на неявную ассоциацию. Журнал личности и социальной психологии, 74 (6), 1464–1480. https://doi.org/10.1037/0022-3514.74.6.1464

Harpe, SE (2015). Как анализировать данные Лайкерта и других рейтинговых шкал. Currents in Pharmacy Teaching and Learning, 7 (6), 836–850. https://doi.org/10.1016/j.cptl.2015.08.001

Хаузер, Д.Дж. И Шварц Н. (2015). Это ловушка! Учебные манипулятивные проверки побуждают к систематическому мышлению над «хитрыми» задачами. Sage Open, 5 (2). https://doi.org/10.1177%2F2158244015584617

Хаузер, Д. Дж., и Шварц, Н. (2016). Внимательные Turkers: участники MTurk лучше справляются с онлайн-проверкой внимания, чем участники тематического пула. Методы исследования поведения, 48 (1), 400–407. https://doi.org/10.3758/s13428-015-0578-z

Хенсон, РК (2001).Понимание оценок надежности внутренней согласованности: концептуальный учебник по коэффициенту альфа. Измерение и оценка в консультировании и развитии, 34 (3), 177–189. https://doi.org/10.1080/07481756.2002.12069034

Холден, Р. Р., и Джексон, Д. Н. (1979). Тонкость пункта и валидность лица в оценке личности . Журнал консалтинговой и клинической психологии, 47 (3), 459–468. https://doi.org/10.1037/0022-006X.47.3.459

Ильген, Д. Р., и Фаверо, Дж.Л. (1985). Ограничения в обобщении от психологических исследований до процессов служебной аттестации. Academy of Management Review, 10 (2), 311–321. https://doi.org/10.2307/257972

Айер, Р. (2019) YourMorals.org [Домашняя страница]. Получено с https://www.yourmorals.org/index.php

Джон, О. П., и Бенет-Мартинес, В. (2014). Измерение: надежность, проверка конструкции и построение масштаба. В HT Reis & CM Judd (Eds.), Справочник по методам исследования в социальной психологии и психологии личности (2-е изд., стр. 339–369) Издательство Кембриджского университета.

Джон, Л.К., Левенштейн, Г., и Прелек, Д. (2012). Измерение распространенности сомнительных исследовательских практик с поощрением за правду. Психологическая наука, 23 (5), 524–532. https://doi.org/10.1177%2F0956797611430953

Клауэр, К.С., и Тейге-Моцигемба, С. (2007). Управляемость и ресурсозависимость при автоматической оценке. Журнал экспериментальной социальной психологии, 43 (4), 648–655.https://doi.org/10.1016/j.jesp.2006.06.003

Лакенс, Д. (2019) Улучшение ваших статистических выводов [Онлайн-курс]. https://www.coursera.org/learn/statistical-inferences

Латане, Б., и Дарли, Дж. М. (1970). Прохожий без ответа: Почему он не помогает? Серия «Психология века». Appleton-Century Crofts.

Лебель, Э. П., и Гавронски, Б. (2009). Как определить, что содержится в имени: тщательная проверка оптимальности пяти алгоритмов подсчета очков для задачи «имя-буква». Европейский журнал личности, 23 (2), 85–106. https://doi.org/10.1002/per.705

Либерман, Дж. Д., Соломон, С., Гринберг, Дж., и МакГрегор, Х. А. (1999). Горячий новый способ измерения агрессии: выделение острого соуса. Агрессивное поведение, 25 (5), 331–348. https://doi.org/10.1002/(SICI)1098-2337(1999)25:5<331::AID-AB2>3.0.CO;2

Лилиенфельд, С.О. (2017). Кризис репликации психологии и культура грантов: выпрямление корабля. Перспективы психологической науки, 12 (4), 660–664.https://doi.org/10.1177%2F17456687745

Лилиенфельд, С.О., и Вальдман, И.Д. (ред.). (2017). Психологическая наука под пристальным вниманием: недавние проблемы и предлагаемые решения. Джон Уайли и сыновья.

Миллсап, Р. Э., и Мередит, В. (2007). Факторная инвариантность: исторические перспективы и новые проблемы. В R. Cudeck and RC MacCallum (Eds.), Факторный анализ на 100: историческое развитие и будущие направления (стр. 131–152). Лоуренс Эрлбаум Ассошиэйтс.https://doi.org/10.1111/j.1751-5823.2008.00054_24.x

Мозес, С. Н., Хоук, Дж. М., Мартин, Т., Хэнлон, Ф. М., Райан, Дж. Д., Тома, Р. Дж., … и Теше, Д. (2007). Динамическая нейронная активность, записанная миндалевидным телом человека во время кондиционирования страха с помощью магнитоэнцефалографии. Бюллетень исследований мозга, 71 (5), 452–460. https://doi.org/10.1016/j.brainresbull.2006.08.016

Нисбетт, Р. Э. и Коэн, Д. (1996). Культура чести: психология насилия на Юге. Вествью Пресс.

Нисбетт, Р. Э., и Уилсон, Т. Д. (1977). Рассказывая больше, чем мы можем знать: Вербальные отчеты о психических процессах. Psychological Review, 84 (3), 231–259. https://doi.org/10.1037/0033-295X.84.3.231

Наттин, М.Дж., младший (1985). Нарциссизм за пределами гештальта и осознания: эффект буквы имени. Европейский журнал социальной психологии , 15 (3), 353–361. https://doi.org/10.1002/ejsp.2420150309

Орн, Массачусетс (1962). О социальной психологии психологического эксперимента: с особым упором на характеристики спроса и их последствия. Американский психолог, 17 (11), 776–783. https://doi.org/10.1037/h0043424

Орпинас, П., и Франковски, Р. (2001). Шкала агрессии: самооценка агрессивного поведения подростков. Журнал раннего подросткового возраста, 21 (1), 50–67. https://doi.org/10.1177/0272431601021001003

Пейдж, М.М., и Шейдт, Р.Дж. (1971). Эффект неуловимого оружия: осведомленность о требовании, опасение оценки и слегка сложные предметы .Журнал личности и социальной психологии, 20 (3), 304–318. https://doi.org/10.1037/h0031806

Паулхус, Д. (1991). Измерение и контроль систематической ошибки ответа. В J. Robinson, PR Shaver, & LS Wrightsman (Eds.), Измерения личностных и социально-психологических установок , Vol. 1. (стр. 17–59). Академическая пресса.

Пейн, Б.К., Ченг, К.М., Говорун, О., и Стюарт, Б.Д. (2005). Чернильное пятно для отношения: неверная атрибуция влияния как неявное измерение. Журнал личности и социальной психологии, 89 (3), 277–293. https://doi.org/10.1037/0022-3514.89.3.277

Петти, Р. Э., Фацио, Р. Х., и Бриньоль, П. (2012). Отношения: выводы из новых неявных показателей. Психологическая пресса.

Шмидт, Ф.Л. (1996). Тестирование статистической значимости и совокупные знания в психологии: значение для обучения исследователей. Психологические методы, 1 (2), 115–129. https://doi.org/10.1037/1082-989X.1.2.115

Шадиш В. Р., Кук Т. Д. и Кэмпбелл Д. Т. (2002) Экспериментальные и квазиэкспериментальные планы для обобщенного причинно-следственного вывода. Wadsworth Cengage Learning.

Шраут, ЧП, и Роджерс, Дж. Л. (2018). Психология, наука и построение знаний: расширение взглядов на кризис репликации. Ежегодный обзор психологии, 69 , 487–510, https://doi.org/10.1146/annurev-psych-122216-011845

Симмонс, Дж. П., Нельсон, Л. Д., и Симонсон, У.(2011). Ложно-положительная психология: нераскрытая гибкость в сборе и анализе данных позволяет представить что-либо как значимое. Психологическая наука, 22 (11), 1359–1366. https://doi.org/10.1177%2F0956797611417632

Simms, LJ (2008). Классические и современные методы построения психологической шкалы. Компас социальной психологии и психологии личности, 2 (1), 414–433. https://doi.org/10.1111/j.1751-9004.2007.00044.x

Страк, Ф., Мартин, Л.Л., и Шварц, Н.(1988). Подготовка и общение: социальные детерминанты использования информации в суждениях об удовлетворенности жизнью. Европейский журнал социальной психологии, 18 (5), 429–442. https://doi.org/10.1002/ejsp.2420180505

Свитленд, А. (1972). Сравнение методов случайной и неслучайной выборки . Рэнд Корп.

Воан-Джонстон, Т.И., Фабригар, Л.Р., и Лоуренс, К. (2019). Методы исследования в психологических науках. В ME Norris (Ed.), . Канадский справочник по карьере в области психологии. Электронный кампус Онтарио. https://ecampusontario.pressbooks.pub/psychologycareers/chapter/researchmethods/

Вагенмакерс, Э. Дж., Верхаген, Дж., Ли, А., Мацке, Д., Штайнгровер, Х., Роудер, Дж. Н., и Мори, Р. Д. (2017). Необходимость проверки байесовской гипотезы в психологической науке. В С. О. Лилиенфельд и И. Д. Вальдман (ред.), Психологическая наука под пристальным вниманием: недавние проблемы и предлагаемые решения (стр. 123–138). Джон Уайли и сыновья.

Вестерманн, Р., Spies, K., Stahl, G., & Hesse, FW (1996). Относительная эффективность и достоверность процедур индукции настроения: метаанализ. Европейский журнал социальной психологии, 26 (4), 557–580. https://doi.org/10.1002/(SICI)1099-0992(199607)26:4%3C557::AID-EJSP769%3E3.0.CO;2-4

Видаман, К.Ф., и Гримм, К.Дж. (2014). Продвинутая психометрия: подтверждающий факторный анализ, теория ответов на вопросы и изучение инвариантности измерений. В HT Reis, & CM Judd (Eds.), Справочник по методам исследования в социальной психологии и психологии личности (2-е изд.). Издательство Кембриджского университета.

Пожалуйста, ссылайтесь на эту главу как:

Мачин, Т., и Фейн, Э. (2022). Методы исследования в психологических науках. В Т. Мачин, Т. Мачин, К. Джеффрис и Н. Хоар (ред.), Австралийский справочник для карьеры в области психологии . Университет Южного Квинсленда. https://usq.pressbooks.pub/psychologycareers/chapter/research-methods-in-the-psychological-sciences/.

2.1 Психологи используют научный метод в своих исследованиях – Введение в психологию

Цели обучения

  1. Описать принципы научного метода и объяснить его важность в проведении и интерпретации исследований.
  2. Отличать законы от теорий и объяснять, как разрабатываются и проверяются исследовательские гипотезы.
  3. Обсудите процедуры, которые исследователи используют для обеспечения этичности своих исследований с людьми и животными.

Психологи — не единственные люди, которые стремятся понять человеческое поведение и решить социальные проблемы. Философы, религиозные лидеры и политики, среди прочих, также стремятся дать объяснение человеческому поведению. Но психологи считают, что исследование — лучший инструмент для понимания людей и их отношений с другими.Вместо того чтобы принять утверждение философа о том, что люди обладают (или не обладают) свободой воли, психолог будет собирать данные, чтобы эмпирически проверить, способны ли люди активно контролировать свое поведение. Вместо того чтобы согласиться с утверждением политика о том, что создание (или закрытие) нового центра психического здоровья улучшит жизнь людей в центре города, психолог эмпирически оценит влияние лечения психических заболеваний на качество жизни получателей.Утверждения, сделанные психологами, являются эмпирическими, а это значит, что они основаны на систематическом сборе и анализе данных .

Научный метод

Все ученые (будь то физики, химики, биологи, социологи или психологи) вовлечены в основные процессы сбора данных и составления выводов об этих данных. Методы, используемые учеными, разрабатывались в течение многих лет и обеспечивают общую основу для разработки, организации и обмена информацией.Научный метод — это набор допущений, правил и процедур, которые ученые используют для проведения исследований .

В дополнение к требованию, чтобы наука была эмпирической, научный метод требует, чтобы используемые процедуры были объективными или свободными от личных предубеждений или эмоций ученого . Научный метод запрещает, как ученые собирают и анализируют данные, как они делают выводы из данных и как они делятся данными с другими. Эти правила повышают объективность, помещая данные под пристальное внимание других ученых и даже общественности в целом.Поскольку данные сообщаются объективно, другие ученые точно знают, как ученый собирал и анализировал данные. Это означает, что им не нужно полагаться только на собственную интерпретацию данных учеными; они могут сделать свои собственные, потенциально отличные выводы.

Большинство новых исследований предназначены для воспроизведения — то есть для повторения, добавления или изменения — результатов предыдущих исследований. Таким образом, научный метод приводит к накоплению научных знаний посредством отчетов об исследованиях, а также дополнений и модификаций этих результатов, опубликованных другими учеными.

Законы и теории как организационные принципы

Одной из целей исследования является организация информации в осмысленные утверждения, которые можно применять во многих ситуациях. Принципы, которые являются настолько общими, что применимы ко всем ситуациям в данной области исследования , называются законами. В физических науках есть хорошо известные законы, такие как закон всемирного тяготения и законы термодинамики, и есть некоторые общепризнанные законы в психологии, такие как закон эффекта и закон Вебера.Но поскольку законы являются очень общими принципами и их обоснованность уже хорошо установлена, сами они редко подвергаются непосредственному научному тестированию.

Следующей ступенью ниже законов в иерархии организующих принципов является теория. Теория — это интегрированный набор принципов, который объясняет и предсказывает многие, но не все, наблюдаемые взаимосвязи в данной области исследования . Одним из примеров важной теории в психологии является теория стадий когнитивного развития, предложенная швейцарским психологом Жаном Пиаже.Теория утверждает, что по мере взросления дети проходят ряд когнитивных стадий, каждую из которых необходимо освоить последовательно, прежде чем может произойти переход к следующей когнитивной стадии. Это чрезвычайно полезная теория для человеческого развития, потому что ее можно применять ко многим различным содержательным областям и проверять разными способами.

Хорошие теории обладают четырьмя важными характеристиками. Во-первых, хорошие теории являются общими , то есть они обобщают множество различных результатов.Во-вторых, они экономны , что означает, что они обеспечивают максимально простое описание этих результатов. Стадийная теория когнитивного развития отвечает обоим этим требованиям. Он может объяснить изменения в поведении, связанные с развитием, в самых разных областях, и все же он делает это экономно — выдвигая гипотезу о простом наборе когнитивных стадий. В-третьих, хорошие теории дают идеи для будущих исследований . Теория стадий когнитивного развития применялась не только для изучения когнитивных навыков, но и для изучения нравственного (Kohlberg, 1966) и гендерного (Ruble & Martin, 1998) развития детей.

Наконец, хорошие теории поддаются фальсификации (Popper, 1959), а это означает, что интересующие нас переменные могут быть адекватно измерены, а связи между переменными, которые предсказаны теорией, могут быть показаны посредством исследования как неверные . Теория стадий когнитивного развития фальсифицируема, потому что стадии когнитивных рассуждений можно измерить, и потому что, если исследования обнаружат, например, что дети учатся новым задачам до того, как они достигнут когнитивной стадии, которая, как предполагается, требуется для этой задачи, тогда теория будет ошибочной. показать, что это неправильно.

Ни одна теория не может объяснить поведение во всех случаях. Скорее, каждая из теорий ограничена тем, что они делают точные предсказания в одних ситуациях или для одних людей, но не в других ситуациях или для других людей. В результате происходит постоянный обмен между теорией и данными: существующие теории модифицируются на основе собранных данных, затем новые модифицированные теории делают новые предсказания, которые проверяются новыми данными, и так далее. Когда будет найдена лучшая теория, она заменит старую.Это часть накопления научных знаний.

Гипотеза исследования

Теории обычно формулируются слишком широко, чтобы их можно было проверить в рамках одного эксперимента. Поэтому ученые используют более точное изложение предполагаемой связи между отдельными частями теории — исследовательскую гипотезу — в качестве основы для своих исследований. Гипотеза исследования — это конкретное и поддающееся фальсификации предсказание об отношениях между двумя или более переменными , где переменная — это любой атрибут, который может принимать разные значения у разных людей, в разное время или в разных местах .Гипотеза исследования утверждает существование взаимосвязи между интересующими нас переменными и конкретным направлением этой взаимосвязи. Например, исследовательская гипотеза «Употребление марихуаны уменьшит обучение» предсказывает, что существует связь между переменной «употребление марихуаны» и другой переменной, называемой «обучение». Точно так же в исследовательской гипотезе «Участие в психотерапии уменьшит тревогу» переменные, которые, как ожидается, будут связаны, — это «участие в психотерапии» и «уровень тревоги».

В абстрактной форме идеи, формирующие основу исследовательской гипотезы, называются концептуальными переменными. Концептуальные переменные — это абстрактных идей, лежащих в основе исследовательских гипотез . Иногда концептуальные переменные довольно просты — например, «возраст», «пол» или «вес». В других случаях концептуальные переменные представляют более сложные идеи, такие как «беспокойство», «когнитивное развитие», «обучение», самооценка или «сексизм».

Первый шаг в проверке исследовательской гипотезы включает преобразование концептуальных переменных в измеряемые переменные, которые представляют собой переменных, состоящих из чисел, представляющих концептуальные переменные .Например, концептуальная переменная «участие в психотерапии» может быть представлена ​​как измеряемая переменная «количество часов психотерапии, накопленных пациентом», а концептуальная переменная «употребление марихуаны» может быть оценена путем оценки участников исследования по шкале от от 1 до 10, как часто они употребляют марихуану или проводят анализ крови, который измеряет присутствие химических веществ в марихуане.

Психологи используют термин операциональное определение для обозначения точного описания того, как концептуальная переменная превращается в измеряемую переменную .Отношения между концептуальными и измеряемыми переменными в исследовательской гипотезе представлены на рисунке 2.1 «Схема исследовательской гипотезы». Концептуальные переменные представлены в кружках вверху рисунка, а измеряемые переменные представлены в квадратах внизу. Две вертикальные стрелки, которые ведут от концептуальных переменных к измеряемым переменным, представляют рабочие определения двух переменных. Стрелки указывают на ожидание того, что изменения в концептуальных переменных (психотерапия и тревога в этом примере) вызовут изменения в соответствующих измеряемых переменных.Измеренные переменные затем используются для получения выводов о концептуальных переменных.

Рисунок 2.1 Схема исследовательской гипотезы

В этой исследовательской гипотезе концептуальная переменная посещения психотерапевта операционализируется с использованием количества часов психотерапии, которые клиент прошел, а концептуальная переменная тревожности операционализируется с использованием уровней тревожности, о которых сообщают пациенты. Гипотеза исследования состоит в том, что больше психотерапии будет связано с меньшей тревогой.

В Таблице 2.1 «Примеры операционных определений концептуальных переменных, которые использовались в психологических исследованиях» перечислены некоторые потенциальные операционные определения концептуальных переменных, которые использовались в психологических исследованиях. Читая этот список, обратите внимание, что в отличие от абстрактных концептуальных переменных измеряемые переменные очень специфичны. Эта специфика важна по двум причинам. Во-первых, более конкретные определения означают меньшую опасность того, что собранные данные будут неправильно поняты другими.Во-вторых, конкретные определения позволят будущим исследователям повторить исследование.

Таблица 2.1 Примеры операционных определений концептуальных переменных, которые использовались в психологических исследованиях

Концептуальная переменная Операционные определения
Агрессия
  • Количество нажатий кнопки, которая накладывает шок на другого учащегося
  • Количество секунд, затрачиваемых на подачу звукового сигнала впереди идущему автомобилю после включения зеленого сигнала светофора
Межличностное влечение
  • Количество дюймов, на которое человек отводит свой стул от другого человека
  • Количество миллиметров расширения зрачка, когда один человек смотрит на другого
Удовлетворенность сотрудников
  • Количество дней в месяц, когда сотрудник приходит на работу вовремя
  • Рейтинг удовлетворенности работой от 1 ( совсем не доволен ) до 9 ( очень доволен )
Навыки принятия решений
  • Количество групп, способных правильно решить групповое задание
  • Количество секунд, за которое человек решает задачу
Депрессия
  • Количество отрицательных слов, использованных в творческом рассказе
  • Количество приемов у психотерапевта

Проведение этических исследований

Один из вопросов, который должны решить все ученые, касается этики их исследований.Физики обеспокоены потенциально опасными последствиями их экспериментов с ядерными материалами. Биологи обеспокоены потенциальными результатами создания генетически модифицированных человеческих младенцев. Исследователи-медики мучаются из-за этического отказа от потенциально полезных лекарств в контрольных группах в клинических испытаниях. Точно так же психологи постоянно рассматривают этику своих исследований.

Исследования в области психологии могут вызывать стресс, вред или неудобства для людей, которые участвуют в этих исследованиях.Например, исследователи могут потребовать от студентов-психологов принять участие в исследовательских проектах, а затем обмануть этих студентов, по крайней мере временно, относительно характера исследования. Психологи могут вызывать у своих участников стресс, тревогу или плохое настроение, подвергать их слабым ударам электрическим током или убеждать их вести себя таким образом, который нарушает их моральные устои. И исследователи могут иногда использовать животных в своих исследованиях, потенциально причиняя им вред в процессе.

Решения о том, являются ли исследования этичными, принимаются с использованием установленных этических кодексов, разработанных научными организациями, такими как Американская психологическая ассоциация, и федеральными правительствами.В Соединенных Штатах Министерство здравоохранения и социальных служб предоставляет руководящие принципы этических стандартов в исследованиях. Некоторые исследования, такие как исследования заключенных, проведенные нацистами во время Второй мировой войны, почти всеми воспринимаются как аморальные. Другие процедуры, такие как использование животных в исследованиях по проверке эффективности лекарств, вызывают больше споров.

Научные исследования предоставили информацию, которая улучшила жизнь многих людей. Следовательно, неразумно утверждать, что, поскольку научные исследования требуют затрат, исследования не должны проводиться.В этом аргументе не учитывается тот факт, что проведение исследований , а не , сопряжено со значительными затратами и что эти затраты могут превышать потенциальные затраты на проведение исследований (Rosenthal, 1994). В каждом случае, прежде чем приступить к проведению исследования, ученые попытались определить потенциальные риски и преимущества исследования и пришли к выводу, что потенциальные преимущества проведения исследования перевешивают потенциальные затраты для участников исследования.

Характеристики проекта этического исследования с участием людей
  • Между исследователем и участником устанавливаются доверительные и позитивные отношения.
  • Учитываются права как экспериментатора, так и участника, и отношения между ними являются взаимовыгодными.
  • Экспериментатор относится к участнику с заботой и уважением и старается сделать исследование приятным и информативным.
  • Перед началом исследования участнику предоставляется вся информация, имеющая отношение к его или ее решению об участии, включая любые возможные физические опасности или психологический стресс.
  • Участнику предоставляется возможность получить ответы на вопросы о процедуре, что гарантирует его свободный выбор участия.
  • После окончания эксперимента любой использованный обман предается огласке и объясняется его необходимость.
  • Экспериментатор тщательно опрашивает участника, подробно объясняя лежащую в его основе исследовательскую гипотезу и цель экспериментальной процедуры и отвечая на любые вопросы.
  • Экспериментатор сообщает, как с ним можно связаться, и предлагает предоставить информацию о результатах исследования, если участник заинтересован в ее получении.(Стангор, 2011)

В этом списке представлены некоторые из наиболее важных факторов, которые психологи учитывают при разработке своих исследований. Наиболее прямой этической задачей ученого является предотвращение причинения вреда участникам исследования. Одним из примеров является известное исследование Стэнли Милгрэма (1974), посвященное подчинению авторитету. В этих исследованиях экспериментатор побуждал участников бить электрическим током другого человека, чтобы Милгрэм мог изучить, в какой степени они будут подчиняться требованиям авторитетной фигуры.Большинство участников продемонстрировали высокий уровень стресса в результате психологического конфликта, который они испытали между агрессивным и опасным поведением и выполнением инструкций экспериментатора. Исследования, подобные исследованиям Милгрэма, больше не проводятся, потому что научное сообщество в настоящее время гораздо более восприимчиво к потенциалу таких процедур создавать эмоциональный дискомфорт или вред.

Еще одна цель этического исследования — гарантировать участникам свободный выбор в отношении того, хотят ли они участвовать в исследовании.Студентам на занятиях по психологии может быть разрешено или даже необходимо участвовать в исследованиях, но им также всегда предоставляется возможность выбрать другое исследование или вместо этого выполнять другие действия. И как только эксперимент начинается, участник исследования всегда может выйти из эксперимента, если он или она пожелает. Обеспокоенность свободой выбора также возникает в институциональных условиях, например, в школах, больницах, корпорациях и тюрьмах, когда учреждения требуют от отдельных лиц пройти определенные тесты или когда сотрудников просят или просят участвовать в исследованиях.

Исследователи также должны защищать конфиденциальность участников исследования. В некоторых случаях данные могут быть анонимными, если респонденты не будут указывать какую-либо идентифицирующую информацию в своих вопросниках. В других случаях данные не могут быть анонимными, поскольку исследователю необходимо отслеживать, кто из респондентов предоставил данные. В этом случае один из методов заключается в том, чтобы каждый участник использовал уникальный кодовый номер для идентификации своих данных, например, последние четыре цифры идентификационного номера учащегося.Таким образом, исследователь может отслеживать, кто какую анкету заполнил, но никто не сможет связать данные с тем, кто их предоставил.

Возможно, наиболее распространенной этической проблемой для участников поведенческих исследований является степень, в которой исследователи используют обман. Обман происходит всякий раз, когда участники исследования не полностью и полностью информированы о характере исследовательского проекта до участия в нем . Обман может происходить активным образом, например, когда исследователь говорит участникам, что он или она изучает обучение, тогда как на самом деле эксперимент касается подчинения авторитету.В других случаях обман более пассивен, например, когда участникам не сообщают об изучаемой гипотезе или потенциальном использовании собираемых данных.

Некоторые исследователи утверждают, что ни в каком исследовании нельзя использовать обман (Baumrind, 1985). Они утверждают, что участникам всегда следует говорить полную правду о характере исследования, в котором они участвуют, и что, когда участников обманывают, будут негативные последствия, такие как возможность того, что участники могут прийти к другим исследованиям, уже ожидая быть обманутыми.Другие психологи защищают использование обмана на том основании, что он необходим для того, чтобы участники действовали естественно, и позволяет изучать психологические явления, которые в противном случае не могли бы быть исследованы. Они утверждают, что было бы невозможно изучать такие темы, как альтруизм, агрессия, послушание и стереотипы, без использования обмана, потому что, если бы участники были заранее проинформированы о том, что включает в себя исследование, это знание, безусловно, изменило бы их поведение. Кодексы этики Американской психологической ассоциации и других организаций позволяют исследователям использовать обман, но эти кодексы также требуют от них четкого рассмотрения того, как их исследование может быть проведено без использования обмана.

Обеспечение этичности исследований

Принятие решений об этичности исследований включает в себя взвешивание затрат и выгод от проведения по сравнению с отказом от проведения данного исследовательского проекта. Затраты связаны с потенциальным вредом для участников исследования и поля, в то время как выгоды включают потенциал для расширения знаний о человеческом поведении и предоставления различных преимуществ, в том числе образовательных, для отдельных участников. В большинстве случаев этика данного исследовательского проекта определяется с помощью анализа затрат и результатов , в котором затраты сравниваются с выгодами.Если кажется, что потенциальные затраты на исследование перевешивают любые потенциальные выгоды, которые могут быть от него получены, то исследование не следует продолжать.

Добиться оптимального соотношения затрат и результатов непросто. Во-первых, невозможно заранее узнать, как повлияет та или иная процедура на каждого человека или животное, участвующее в ней, или какую пользу для общества может принести исследование. Кроме того, то, что этично, определяется текущим состоянием мышления в обществе, и, таким образом, воспринимаемые затраты и выгоды со временем меняются.Положения Министерства здравоохранения и социальных служб США требуют, чтобы все университеты, получающие средства от департамента, создали Институциональный контрольный совет (IRB) , чтобы определить, соответствуют ли предлагаемые исследования требованиям департамента. Институциональный наблюдательный совет (IRB) — это комитет, состоящий не менее чем из пяти членов, целью которого является определение соотношения затрат и результатов исследований, проводимых в учреждении . IRB утверждает процедуры всех исследований, проводимых в учреждении, до того, как исследование может быть начато.Совет может предложить внести изменения в процедуры или (в редких случаях) проинформировать ученого о том, что исследование нарушает руководящие принципы Министерства здравоохранения и социальных служб и, следовательно, вообще не может быть проведено.

Одним из важных инструментов обеспечения этичности исследований является использование информированного согласия . Образец формы информированного согласия показан на рисунке 2.2 «Образец формы согласия». Информированное согласие, , проводимое до того, как участник начнет исследовательскую сессию, предназначено для объяснения процедур исследования и информирования участника о его или ее правах во время исследования .Информированное согласие как можно больше объясняет истинный характер исследования, особенно все, что может повлиять на готовность к участию, но в некоторых случаях оно может утаивать некоторую информацию, которая позволяет исследованию работать.

Рисунок 2.2 Образец формы согласия

Форма информированного согласия объясняет процедуры исследования и информирует участника о его или ее правах во время исследования.

Адаптировано из Stangor, C.(2011). Методы исследования в области поведенческих наук (4-е изд.). Маунтин-Вью, Калифорния: Cengage.

Поскольку участие в исследовании может вызвать долгосрочные изменения в участниках исследования, все участники должны быть полностью опрошены сразу же после их участия. Подведение итогов представляет собой процедуру, предназначенную для полного объяснения целей и процедур исследования и устранения любых вредных последствий участия .

Исследования с животными

Поскольку животные составляют важную часть мира природы и поскольку некоторые исследования не могут проводиться с участием людей, животные также являются участниками психологических исследований.Большинство психологических исследований с использованием животных сейчас проводятся на крысах, мышах и птицах, а использование других животных в исследованиях сокращается (Thomas & Blackman, 1992). Как и в случае этических решений с участием людей, был разработан набор основных принципов, которые помогают исследователям принимать обоснованные решения в отношении таких исследований; резюме показано ниже.

Руководство APA по гуманному уходу и использованию животных в исследованиях

Ниже приведены некоторые из наиболее важных этических принципов из руководства Американской психологической ассоциации по исследованиям на животных.

  • Психологи приобретают, ухаживают, используют и утилизируют животных в соответствии с действующими федеральными, государственными и местными законами и правилами, а также с профессиональными стандартами.
  • Психологи, обученные методам исследования и имеющие опыт ухода за лабораторными животными, контролируют все процедуры, связанные с животными, и несут ответственность за обеспечение надлежащего учета их комфорта, здоровья и гуманного обращения.
  • Психологи следят за тем, чтобы все лица, находящиеся под их наблюдением и использующие животных, были проинструктированы по методам исследования, а также по уходу, содержанию и обращению с используемыми видами животных в той мере, в какой это соответствует их роли.
  • Психологи прилагают разумные усилия, чтобы свести к минимуму дискомфорт, инфекции, болезни и боль животных.
  • Психологи используют процедуру, подвергающую животных боли, стрессу или лишениям, только когда альтернативная процедура недоступна и цель оправдана ее предполагаемой научной, образовательной или прикладной ценностью.
  • Психологи проводят хирургические процедуры под соответствующей анестезией и следуют методикам, позволяющим избежать инфицирования и свести к минимуму боль во время и после операции.
  • Когда жизнь животного должна быть прекращена, психологи действуют быстро, стараясь свести к минимуму боль и в соответствии с принятыми процедурами. (Американская психологическая ассоциация, 2002 г.)
Понимание исследований на животных — Кролик в исследованиях для испытаний на животных — CC BY 2.0.

Психологи могут использовать животных в своих исследованиях, но они прилагают разумные усилия, чтобы свести к минимуму дискомфорт, который испытывают животные.

Поскольку использование животных в исследованиях связано с личной ценностью, люди, естественно, не согласны с этой практикой.Хотя многие люди признают ценность таких исследований (Plous, 1996), меньшинство людей, включая активистов по защите прав животных, считает, что проводить исследования на животных неправильно с этической точки зрения. Этот аргумент основан на предположении, что, поскольку животные такие же живые существа, как и люди, им нельзя причинять никакого вреда.

Однако большинство ученых отвергают эту точку зрения. Они утверждают, что такие убеждения игнорируют потенциальные преимущества, которые приносят и продолжают приносить исследования на животных.Например, лекарства, которые могут снизить заболеваемость раком или СПИДом, могут быть сначала испытаны на животных, а операции, которые могут спасти человеческие жизни, могут быть впервые проведены на животных. Исследования на животных также привели к лучшему пониманию физиологических причин депрессии, фобий, стресса и других заболеваний. Таким образом, в отличие от борцов за права животных, ученые считают, что, поскольку исследования на животных приносят много пользы, такие исследования могут и должны продолжаться до тех пор, пока гарантируется гуманное обращение с животными, используемыми в исследованиях.

Ключевые выводы

  • Психологи используют научный метод для создания, накопления и представления научных знаний.
  • Фундаментальные исследования, которые отвечают на вопросы о поведении, и прикладные исследования, которые находят решения повседневных проблем, информируют друг друга и работают вместе для развития науки.
  • Отчеты об исследованиях, описывающие научные исследования, публикуются в научных журналах, чтобы другие ученые и неспециалисты могли ознакомиться с эмпирическими данными.
  • Принципы организации, включая законы, теории и исследовательские гипотезы, придают структуру и единообразие научным методам.
  • Проблемы проведения этических исследований имеют первостепенное значение. Исследователи уверяют, что участникам предоставляется свободный выбор участия и что их конфиденциальность защищена. Информированное согласие и подведение итогов помогают обеспечить гуманное обращение с участниками.
  • Анализ затрат и результатов используется для определения того, какие исследования следует и не следует проводить.

Упражнения и критическое мышление

  1. Приведите пример из личного опыта того, как вы или ваши знакомые извлекли пользу из результатов научных исследований.
  2. Найдите и обсудите исследовательский проект, который, по вашему мнению, имеет этические проблемы. Объясните, почему вас беспокоят эти опасения.
  3. Укажите, что вы думаете об использовании животных в исследованиях. Когда можно и нельзя использовать животных? Какие принципы вы использовали, чтобы прийти к этим выводам?

Каталожные номера

Американская психологическая ассоциация.(2002). Этические принципы психологов. Американский психолог, 57 , 1060–1073.

Баумринд, Д. (1985). Исследования с использованием преднамеренного обмана: новый взгляд на этические вопросы. Американский психолог, 40 , 165–174.

Кольберг, Л. (1966). Когнитивно-развивающий анализ детских полоролевых концепций и установок. В EE Maccoby (Ed.), Развитие половых различий . Стэнфорд, Калифорния: Издательство Стэнфордского университета.

Милграм, С.(1974). Подчинение власти: экспериментальный взгляд . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Харпер и Роу.

Плюс, С. (1996). Отношение к использованию животных в психологических исследованиях и образовании. Психологические науки, 7 , 352–358.

Поппер, К.Р. (1959). Логика научного открытия . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Основные книги.

Розенталь, Р. (1994). Наука и этика в проведении, анализе и отчете о психологических исследованиях. Психологические науки, 5 , 127–134.

Рубль, Д., и Мартин, К. (1998). Гендерное развитие. В W. Damon (Ed.), Справочник по детской психологии (5-е изд., стр. 933–1016). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: John Wiley & Sons.

Стангор, К. (2011). Методы исследования в области поведенческих наук (4-е изд.). Маунтин-Вью, Калифорния: Cengage.

Томас Г. и Блэкман Д. (1992). Будущее анималистики в психологии. Американский психолог, 47 , 1678.

Майор психологии | Государственный университет Болла

Психология — одна из самых популярных специальностей в США.S. — открывает двери для широкого круга карьерных возможностей или готовит вас к дальнейшим академическим занятиям. Возможно, вы подумываете о том, чтобы стать учителем психологии в старшей школе или заняться другой карьерой, связанной с психологией, сразу после окончания колледжа. Или, может быть, академический мир — это ваше предназначение, а степень бакалавра — надежный трамплин для дальнейшего обучения. Независимо от ваших целей, специализация Ball State в области психологии поможет вам их достичь.

Миссия

Миссия Департамента психологических наук состоит в том, чтобы способствовать предпрофессиональному и гуманитарному обучению в области психологических наук на уровне бакалавриата, уделяя особое внимание развитию а) критического мышления; б) технологическая компетентность; в) коммуникативная компетентность; г) компетентность в области разнообразия; д) личная и профессиональная этика; и f) базовое понимание психологии как в лабораторных, так и в экспериментальных условиях.

Чему вы научитесь

Эта специальность предлагает базовое понимание психологической науки как в лабораторных, так и в экспериментальных условиях. Ваши кредиты в курсовой работе по психологии будут включать прочную основу вводных исследований, статистики, методов исследования и других фундаментальных знаний.

После этого вы создадите гибкую среду обучения, адаптированную к вашим потребностям и интересам, с широким выбором, включая курсовую работу в:

  • обучение и познание
  • мотивация и эмоции
  • личность
  • психопатология
  • разнообразие
  • социальная психология

Каково это — изучать психологию в Ball State

Поскольку вы специализируетесь на психологических науках, у вас будет множество возможностей для академического признания, от студенческих организаций до обществ чести.

Одним из примеров является наша ежегодная постерная сессия, на которой у вас будет возможность представить свое исследование — отличный способ произвести впечатление на потенциальных работодателей или приемную комиссию аспирантуры.

В государственном университете Болла есть отделение Psi Chi, национального общества чести в области психологии.

Каждый год мы награждаем студентов, которые соответствуют требованиям членства в обществе. Организация посвящает себя продвижению науки и поддержке передового опыта в области научных исследований.

Просто быть принятым в Пси-Чи — это честь и признание больших успехов в учебе.Затем членство в обществе основывается на этой чести, стимулируя академический и профессиональный рост, общение и практический опыт.

Наша программа ведомственных наград также отмечает выдающиеся академические достижения в области психологии.

Если вы хотя бы младший, имеете средний балл 3,5 или выше и решили работать над диссертацией с отличием под бдительным присмотром доктора философии. наставник факультета, вы имеете право подать заявку на получение ведомственных наград.

Что касается реального, основанного на опыте обучения, то это вполне может быть вторым именем Ball State.

В дополнение к иммерсивному обучению у студентов бакалавриата по специальности психология есть прекрасные возможности применить то, что они узнали в классе, во время стажировок бакалавриата, связанных с психологией.

Основные требования

Мы требуем минимальный средний балл 2.0 на всех завершенных курсах PYSY.

Кредиты

Всего до выпускника: 120

  • Основная учебная программа университета: 81
  • Основной: 39

Курсы

Некоторые из классов, которые вы будете проходить, включают:

  • PSYS 100 Введение в психологию
  • PSYS 241 Статистика
  • PSYS 284 Методы исследования в психологических науках
  • PSYS 295 Планирование карьеры в области психологии
  • PSYS 285 Профессиональная этика в психологии

Полный список всех курсов, которые вы будете проходить, и их описания см. в нашем Каталоге курсов.

Посмотреть каталог

Что вы можете сделать со степенью в области психологических наук?

После Ball State наши специалисты по психологии находят работу в социальных службах, научных кругах, коммерческих, некоммерческих и государственных организациях. Еще одним популярным направлением карьеры для наших выпускников является стать учителем средней школы. Наши выпускники также работали на различных студенческих должностях в университетских городках, а также в качестве инструкторов и воспитателей для умственно отсталых.

Возможные должности (как с дополнительным обучением, так и без него) включают:

Узнайте больше о карьерных возможностях

Оплата вашего образования

Стипендии факультета

Помимо десятков вариантов финансирования, предлагаемых Управлением финансовой помощи и стипендий штата Болл, наш департамент присуждает стипендии нашим собственным студентам.Найдите стипендию.

Готов подать заявку?

Прием в Ball State является выборочным, и мы тщательно рассматриваем все заявки на индивидуальной основе. Подать заявку на поступление несложно. Воспользуйтесь нашим удобным, всеобъемлющим и безопасным онлайн-приложением.

Хотите узнать больше?

Лучший способ получить истинное представление о штате Болл — провести здесь некоторое время, поэтому мы рекомендуем вам и вашей семье запланировать посещение кампуса. Совершите экскурсию, посетите информационную сессию, встретьтесь с профессором в нашем районе и задайте множество вопросов.Или, если вы предпочитаете поговорить с кем-то напрямую по телефону или электронной почте, пожалуйста, свяжитесь с нами.

Психологические науки – требования программы бакалавриата · Каслтонский университет

Эта специальность предназначена для студентов, заинтересованных в любой из многих профессий в области психологии, включая клиническую психологию, консультирование, школьную психологию или экспериментальную психологию. Он предназначен для подготовки студентов к поступлению в магистратуру и докторантуру в этих областях.Кроме того, он готовит заинтересованных студентов к началу практики в области психического здоровья сразу после окончания учебы. Эта специальность сочетает в себе курсовую работу, посвященную пониманию и практике психологической науки, с возможностью получить практический опыт работы с психологами-практиками и исследователями.

Выпускники программы бакалавриата в области психологических наук смогут достичь следующих целей обучения, которые представляют собой сочетание отраслевых знаний и приложений, а также «коммуникативных навыков», которые развиваются в рамках сильной программы гуманитарных наук.Эти цели адаптированы из рекомендаций Американской психологической ассоциации для бакалавриата по психологии.

Цель 1: База знаний по психологии

1.1 Описать ключевые концепции, принципы и всеобъемлющие темы психологии

1.2 Использовать и оценивать теории для объяснения и прогнозирования поведения, включая преимущества и ограничения в выбранных рамках

1.3 Сравнить , противопоставление и основные дисциплины критической психологии

1.4 Обобщить важные аспекты истории психологии, включая ключевые фигуры, основные проблемы и теоретические конфликты

Цель 2: Научные исследования и критическое мышление

2.1 Прочитать и обобщить сложные идеи, включая будущие направления, из психологических источников и исследований точно

2.2 Определить и разработать всеобъемлющую стратегию поиска и использования соответствующих научных данных (например, баз данных, заслуживающих доверия журналов) для решения психологических вопросов

2.3 Разработка и проведение комплексных исследований для проверки гипотезы, основанной на операционных определениях

2.4 Применять знания об исследовательских навыках, необходимых для того, чтобы быть информированным потребителем результатов исследования или критиковать неподтвержденные заявления о поведении

2.5 Оценивать эффективность методов исследования при проведении исследования вопрос

Цель 3: Этическая и социальная ответственность в разнообразном мире

3.1 Применение этических стандартов для оценки психологической науки и практики

3.2 Разработать основанные на психологии стратегии для содействия социальным изменениям с целью уменьшения дискриминационных практик

3.3 Использовать личные возможности для продвижения гражданских, социальных и глобальных результатов, которые приносят пользу обществу

3.4 Четкое определение роли психологии в разработке, разработке и распространении государственной политики

3.5 Ищите возможность служить другим посредством волонтерской работы, практики и ученичества

Цель 4: Общение

4.1 Составлять четкие и краткие письменные сообщения для определенной аудитории (например, непрофессионалы, коллеги, профессионалы)

4.2 Использовать грамматику, соответствующую профессиональным стандартам и правилам (например, стиль письма APA)

4.3 Создавать связные и интегрированные устные аргументы на основе обзора соответствующую литературу по психологии

4.4 Проведение сложных презентаций в рамках соответствующих ограничений

4.5 Четкое взаимодействие с людьми с разными способностями, опытом и культурными взглядами

Цель 5: Профессиональное развитие

5.1 Признавать ценность и применение исследований и навыков решения проблем в предоставлении доказательств, выходящих за рамки личного мнения, для поддержки предлагаемых решений

5.2 Точная самооценка качества работы путем объединения внешних стандартов и ожиданий со своими собственными критериями эффективности

5.3 Учет отзывов преподавателей , наставников, супервайзеров и экспертов для повышения производительности

5.4 Успешное сотрудничество в сложных групповых проектах

5.5 Сформулировать непредвиденные обстоятельства карьерного плана на основе точной самооценки способностей, достижений, мотивации и рабочих привычек

Чтобы получить степень бакалавра психологических наук, студенты должны пройти следующие курсы:

Все необходимые курсы по психологии должны быть пройдены с оценка 2.0 и выше.

Пройти следующие основные курсы психологии (29 баллов):

Код Курс кредитов

фунтов на квадратный дюйм 1012

Введение в психологию

Обзор самых разнообразных тем, изучаемых учеными-психологами.Цель курса — познакомить студентов с терминами, понятиями и методами психологической науки.

Ограничения Этот курс эквивалентен Введению в психологию; студенты не получат кредит за оба курса.

Этот курс соответствует требованиям общего образования в области социальных наук.

Каждый семестр

3

фунтов на квадратный дюйм 1050

Рост и развитие человека

Обзор психологии развития человека от внутриутробного периода до поздней взрослой жизни.Основное внимание уделяется теоретическим и практическим последствиям исследований развития для когнитивного, личностного и социального развития. Особое внимание будет уделено взаимодействию между созреванием и опытом.

Этот курс соответствует требованиям общего образования в области социальных наук.

Каждый семестр

3

фунтов на квадратный дюйм 3010

Теории личности

Изучение индивидуальных различий в поведении человека.Особое внимание уделяется результатам исследований, касающихся факторов обучения, опыта и познания, способствующих развитию личности.

Предпосылки: Любой курс психологии или одобрение инструктора

Только пружина

3

фунтов на квадратный дюйм 3040

Когнитивная психология

Изучает исследования по основным темам когнитивной науки: восприятие, внимание, память, мышление и язык.Когнитивная лаборатория обеспечит практическую демонстрацию важных экспериментов в области когнитивной психологии.

Предпосылки: Любой курс психологии или одобрение инструктора

Осень

4

фунтов на квадратный дюйм 3070

Аномальная психология

Описание и классификация девиантного поведения. Подчеркнута преемственность между нормальной и разной степенью дезадаптации.

Требования: Любой курс психологии или разрешение инструктора

Осень

3

фунтов на квадратный дюйм 3151

Психологические исследования I

Введение в научный метод применительно к поведению. Акцент делается на развитии научных взглядов, а также на развитии основных исследовательских навыков сбора, анализа и интерпретации данных.

Этот курс соответствует требованиям общего образования в области цифровой и компьютерной грамотности.

Необходимое условие: PSY 3040 или PSY 3410 или разрешение инструктора

Осень

4

фунт/кв.дюйм 3152

Психологические исследования II

Способствует дальнейшему развитию научных взглядов и исследовательских навыков.Студенческое исследование, проведенное в PSY 3151 Psychological Research I, доработано и подготовлено к публикации. Включает лабораторию статистики с использованием SPSS.

Необходимое условие: PSY 3151

Пружина

4

фунтов на квадратный дюйм 3410

Биопсихология

Этот курс посвящен мозгу и нервной системе с акцентом на нейронные механизмы поведения.Темы включают клеточные и анатомические отделы нервной системы, молекулярные механизмы нейротрансмиссии, сенсорные и двигательные системы, развитие нервной системы, пластичность и эмоции. Лабораторная часть этого курса охватывает основы нейроанатомии, электрофизиологии и других методов изучения мозга и поведения.

Предпосылки: Любой курс психологии или разрешение инструктора

Плата Комиссия $50

Пружина

4

фунтов на квадратный дюйм 4240

Просеминар по психологии

В этом курсе студенты услышат презентации о своей работе от приглашенных психологов.Это даст возможность пообщаться с профессионалами в этой области и увидеть широту их работы. Этот курс также предоставит инструкции по написанию резюме и подаче заявления на работу или программы для выпускников.

Условие: Любой курс психологии 3000 уровня или разрешение инструктора

пружина

1

И пройти следующие курсы (18 кредитов):

Код Курс кредитов

МАТ 2021

Статистика I

Этот курс готовит студентов к использованию количественных методов в соответствующих областях.Охвачены описательная и выводная статистика, включая оценку, проверку гипотез, линейную регрессию и корреляцию. Исследуются основные инструменты описательной статистики, дискретной вероятности, биномиального распределения, нормального распределения, t-распределения, оценок и размеров выборки, проверки гипотез, элементарной корреляции и регрессии, таблиц сопряженности. Студенты регулярно используют графические калькуляторы и программы для работы с электронными таблицами.

Этот курс соответствует требованиям общего образования по математике.

Каждый семестр

3

фунтов на квадратный дюйм 3420

Этика и разнообразие

Этот курс познакомит студентов с этикой и вопросами разнообразия в психологии. Студенты будут учиться выявлять этические проблемы и социокультурные факторы, которые могут на них повлиять, и узнают о важности этического поведения в психологической практике.

Предпосылки: Любой курс психологии или одобрение инструктора

Пружина

3

фунтов на квадратный дюйм 4320

Передовые исследования

  • И один курс 4000 уровней по психологическим наукам 3 кр
  • И не менее двух факультативов по психологическим наукам 6 кр

Этот курс предназначен для студентов, которые хотели бы провести интенсивный исследовательский проект под пристальным наблюдением и руководством факультета психологии.Студенты будут нести ответственность за сбор, анализ, интерпретацию и устную презентацию данных на национальной или региональной исследовательской конференции.

Условие: PSY 3151 или разрешение инструктора

Периодически

3

(Общее количество кредитов, необходимых для получения степени бакалавра психологических наук: 47)

И выполнить требования университета для общего образования

Посмотреть требования к общему образованию.

Психологическая наука под пристальным вниманием: последние вызовы и предлагаемые решения

Список вкладчик VII

Введение: психологические науки в перспективе X

Часть I Cross Вызовы резания в психологическую науку 1

1 Максимизация воспроизводимости вашего исследования 3
Открытое научное сотрудничество

2 Поддержка воспроизводимых исследований 22
Кэтрин С.Баттон и Маркус Р. Мунафо

3 Отвращение психологии к нулю и почему многое из того, что вы считаете правдой, не является правдой 34
Мориц Хине и Кристофер Дж. Фергюсон

4 Ложноотрицательные результаты 53

9157 Клаус Фидлер и Мальте Шотт

5 На пути к прозрачному освещению психологических наук 73
Этьен П. Лебель и Лесли К. Джон

6 Эффекты упадка: типы, механизмы и личные размышления 85 Йотцна Ватцна Протэн и Витцна В.Schooler

7 Обратный вывод 108 8 Joachim I. Krueger

8 Тестирование байесовской гипотезы в психологической науке 123
ERIC Jan Wagenmakers, Джозин Верхаген, Александр Ли, Дора Мацке, Елена Стейнгеро , Джеффри Н. Роудер и Ричард Д. Мори

Часть II Область Конкретные проблемы психологической науки 139

9 (Частичный, но) реальный кризис в социальной психологии: анализ социального влияния Причины и решения 141
Энтони Р.Pratkanis

10 Популярность как бедный прокси для утилиты: случай неявных предубеждений 164
Gregory Mitchell и Philip E. Tetlock

11 подозрительно высоких корреляции в визуализации мозга исследования 196
Edward Vult и Harold Pashler

12 Критические проблемы исследований генетической ассоциации 221
Элизабет Пром Уормли, Эми Эдкинс, Ирвин Д. Уолдман и Даниэль Дик

13 Переоценена ли эффективность «антидепрессантов»? 250
Бретт Дж.DEACON и GLEN I. SPIELMANS

14 Подводные камни в парапсихологических исследованиях 271
Ray Hyman

Часть III психологические и институциональные препятствия на высокий Качественная психологическая наука 295

15 Слепой анализ в качестве коррекции для Подтверждающая предвзятость в физике и психологии 297
Robert J. MacCoun and Saul Perlmutter

16 Эффекты лояльности в исследованиях и практике клинической психологии 323
Marcus T.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.