Инвенция в риторике это: Инвенция как раздел риторики

РИТОРИЧЕСКАЯ ИНВЕНЦИЯ В ПЕРИОД ВТОРОЙ СОФИСТИКИ, СРЕДНИЕ ВЕКА И ЭПОХУ РЕНЕССАНСА (ПЕРЕВОД ФРАГМЕНТА МОНОГРАФИИ ДЖЕНИС ЛАУЭР «РИТОРИЧЕСКАЯ ИНВЕНЦИЯ») Текст научной статьи по специальности «История и археология»

УДК 808.5

DOI 10.24147/2413-6182.2020.7(3).501-514

ISSN 2413-6182 eISSN 2658-4867

РИТОРИЧЕСКАЯ ИНВЕНЦИЯ В ПЕРИОД ВТОРОЙ СОФИСТИКИ, СРЕДНИЕ ВЕКА И ЭПОХУ РЕНЕССАНСА (ПЕРЕВОД ФРАГМЕНТА МОНОГРАФИИ ДЖЕНИС ЛАУЭР «РИТОРИЧЕСКАЯ ИНВЕНЦИЯ»)

Дж. Лауэр

Университет Пердью (Уэст-Лафайетт, США)

Аннотация: Представлен перевод фрагмента монографии Дженис Лауэр «Риторическая инвенция» (Invention in Rhetoric and Composition. West Lafayette, IN: Parlor Press: The WAS Clearninghouse, 2004), в котором рассматриваются проблемы риторической инвенции в период второй софистики, Средние века и эпоху Ренессанса.

Автор анализирует трансформации, которые претерпела инвенция с распространением христианства, ее роль в интерпретации Священного Писания. Анализируются подходы средневековых энциклопедистов к пониманию риторической аргументации и эпистемологической инвенции, а также состояние риторики в эпоху Ренессанса, когда инвенция была отнесена к логике, и в ее ведении остались исключительно вопросы стиля и акции. Во фрагменте описаны работы преимущественно европейских авторов, однако встречается анализ риторических текстов китайских и арабских философов и риторов, таких как Лю Се, аль-Фараби, Аверроэс и Авиценна. Отдельное внимание Дженис Лауэр уделяет женщинам-авторам, которые, опираясь на достижения инвенции, создавали разнообразные тексты — от научных трудов и жизнеописаний святых до драматических произведений на национальных языках и политических памфлетов. В заключительной части текста делается вывод, что в Средние века попытки примирить риторику с христианской верой привели к тому, что риторика стала применяться герменевтически и впоследствии раскололась на части, потеряв при этом эпистемологическую функцию.
В эпоху Ренессанса авторы риторических трактатов зачастую игнорировали инвенцию и занимались исключительно фигурами и тропами.

Ключевые слова: риторика, инвенция, история риторики, софистика, эпистемология, аргументация, Средние века, Ренессанс.

Для цитирования:

Лауэр Дж. Риторическая инвенция в период второй софистики, Средние века и эпоху Ренессанса (перевод фрагмента монографии Дженис Лауэр «Ри-

© J.M. Lauer, 2004

© Parlor Press, 2004

© А.А. Бондарева, перевод, 2020

торическая инвенция») // Коммуникативные исследования. 2020. Т. 7. № 3. С. 501-514. DOI: 10.24147/2413-6182.2020.7(3).501-514.

Сведения об авторе:

Лауэр (Райс) Дженис, заслуженный профессор Университета Пердью, признанный эксперт в области риторики, член Американского риторического общества (RSA), автор многочисленных работ, посвященных истории риторики и риторической инвенции

Контактная информация:

Почтовый адрес: 47907, USA, Indiana, West Lafayette, Purdue Mall, 610

E-mail: [email protected] com

Сведения о переводчике:

Бондарева Анна Александровна, аспирант Института филологии, журналистики и межкультурной коммуникации Южного федерального университета

Контактная информация:

Почтовый адрес: 344006, Россия, Ростов-на-Дону, Университетский пер., 93 E-mail: [email protected] Благодарности:

Переводчик выражает глубокую благодарность автору монографии профессору Дженис Лауэр и главному исполнительному директору издательства «Parlor Press» Дэвиду Блейксли за согласие на перевод и публикацию материала

Дата поступления статьи: 26.02.2020 Дата рецензирования: 03.03.2020 Дата принятия в печать: 13.08.2020

В период второй софистики (приблизительно со II в. н. э. до падения Римской империи в 410 г. н. э. на Западе и до VI в. н. э. на Востоке] в теорию инвенции было привнесено очень мало нового. Термин «софистика» использовался историками во многом потому, что отражал черты греческой софистической риторики: стремление к украшению речи, ее изысканности и стилистическому богатству; обращение к типам дискурса, которые связаны не с политикой и судебной сферой, а с вероятными суждениями общества и новым знанием.

Классические концепции риторики и инвенции продолжали преподаваться в эфебии (двухлетнее высшее образование] вплоть до падения Римской империи. С распространением христианства риторы стали пытаться примирить риторическую вероятность с христианской верой в Божественную истину, а потому занимались интерпретацией Священно-

го Писания и отысканием материалов, которые способствовали бы продвижению идеи Божественной истины.

Попытки сохранить тексты по классической риторике предпринимались на протяжении всех Средних веков. В результате до нас в энциклопедиях дошли лишь сокращенные версии риторической инвенции, лишенные теоретического обоснования и описания. Инвенция из эпистемологического руководства превратилась в рекомендацию по изобретению содержания, в советы по составлению писем, проповедей и созданию поэтических текстов. Ричард МакКион считал, что инвенция в этот период как бы затаилась: будучи подкрепленной логикой и философией, она в конечном счете оказала влияние на формирование схоластических и научных методов.

В эпоху Ренессанса наметились несколько направлений: 1] классическая инвенция нашла отражение в риторических текстах, написанных на национальных языках; 2] инвенция из многих работ была вытеснена фигурами (синтаксическими альтернативами] и тропами (фигурами речи]; 3] отдельные исследователи, такие как Петр Рамус, исключали инвенцию из риторики, оставляя в ведении последней лишь стиль и акцию; 4] другие же исследователи, например Фрэнсис Бэкон, относили инвенцию к неэпистемологическому процессу нахождения известного.

Проблемы второй софистики

Возвышение Римской империи привело к тому, что риторика переместилась из залов суда и собраний в учебные заведения и места проведения торжеств. За риторикой последовала и инвенция. В этот период преобладало эпидейктическое (торжественное] красноречие, а соревновательная риторика иногда служила заменой гладиаторским боям. Джордж Кеннеди вслед за Василем Флореску называл это время периодом «лите-ратуризации»: на первый план были выдвинуты вопросы стиля, а инвенция функционировала как инструмент, позволявший отыскать этосные и пафосные аргументы, которые бы продвигали идеи императора и имперскую политику. В результате инвенция редко служила эпистемологическим целям [Kennedy 1999: 5].

Кроме того, в период второй софистики стало усиливаться влияние христианства. Латинские и византийские риторы (Иоанн Златоуст, Иеро-ним, Ориген, Тертуллиан, Григорий Богослов и Августин] размышляли об отношениях между христианством и риторикой, о связи между верой и аргументами, между Божественной истиной и вероятностью. Инвенция получила герменевтический поворот — ее начали использовать для интерпретации Священных текстов и украшения проповедей [La Tourneau 1987]. По мнению Дж. Кеннеди, христианская керигма, т. е. проповедь благой вести, — это провозглашение: истина сообщения должна быть воспринята слушателями, а не доказана говорящим [Kennedy 1999: 145-146]. С по-

мощью Бога, а не риторики слушатели должны были уверовать в Христа и проникнуться мудростью Священного Писания. Вопрос взаимосвязи христианской веры и убеждения как пистиса, или доказательства, в котором вера становилась эпистемологическим убеждением, свободно выбранным и базирующемся на доверии, согласии и знании, изучал Джеймс Кинниви [Kinneavy 1987].

Для Августина инвенция была искусством экзегезы, которая направляла поиски смысла Священного Писания, а вся сила риторики служила передаче истины. Философ также занимался изучением цели исследования: во второй книге трактата «О христианском учении» он называл науку ведения диспутов полезной для понимания и разрешения библейских вопросов [Augustine 1958: 141] и обращал внимание, что для распутывания двусмысленности необходима вера.

В работе «Греческая риторика времен правления христианских императоров» Дж. Кеннеди указывал, что Августин разработал ряд общих мест, которые были им почерпнуты из Библии [Kennedy 1983: 183]. Кэти Иден полагала, что в основе августиновской интерпретации лежит различие между Священным Писанием и авторской интенцией, «примат дианоэтического (рационального] значения над семантическим»1 [Eden 1990: 50]. По мнению Августина, толкование текста должно быть неразрывно связано с этикой, ведь тот, кто его создавал, не мог лгать.

На Востоке в V в. н. э. китайский ученый Лю Се написал риторический трактат «Резной дракон литературной мысли». Чжао Хэпин пояснял, что вэнь как литературный жанр подразумевает, что текст состоит из жанровых трафаретов (другое значение слова «вэнь»). Таким образом устанавливается «мощная аналогия, в которой текст, как человеческое творение, связан с природой — творением некой «первичной» силы» [Zhao 1990: 73]. В тексте Лю Се есть части, озаглавленные как «Духовная мысль, или Воображение», «Стиль и природа», «Ветер и Кость», а также «Умение приспосабливаться к изменяющимся обстоятельствам» — в этой главе автор «рассуждает о нахождении идей, вынесении суждений о наблюдаемых явлениях и поиске вспомогательных материалов» [Zhao 1990: 148-149].

Чжао указывал на взаимодействие в данном случае актов инвенции, ориентированных на поиск содержания и на создание формы.

Проблемы инвенции в средневековой риторике

Наши знания об инвенции в Средние века частично основаны на наблюдениях того, что было сокращено, упущено или же отнесено к другим областям. В течение этого достаточно длительного периода взгляды на природу инвенции и ее цель часто представлялись в упрощенном и весьма запутанном виде. Как объяснял Р. МакКион, инвенция в Средние

1 Здесь и далее перевод цитат наш. — Примеч. пер.

века оказала влияние сразу на три интеллектуальные сферы: теорию риторики, логику и теологию. В риторических трактатах предлагалась упрощенная версия теории стасисов; приводились аргументы, касающиеся тезиса / гипотезы о том, занимается ли риторика и абстрактными, и конкретными вопросами или же только конкретными; также описывались три типа риторики (совещательная, судебная и эпидейктическая] в контексте гражданской философии [McKeon 1965: 176].

Энциклопедисты, такие как Боэций, Кассиодор и Исидор Севиль-ский, обобщая классические трактаты, сводили объяснения к нескольким предложениям или коротким дефинициям, в результате чего исчезала возможность более глубокого понимания риторической аргументации и эпистемологической инвенции. Перечисленные энциклопедисты ставили стасисы выше топики, а силлогизмы выше энтимем и примеров, что со временем открыло путь дедукции и индукции.

В четвертой книге своего труда «О топических различиях» Боэций описывает четыре категории стасисов и отделяет риторику от философии. Он ограничивает систему риторических топосов свойствами человека и ситуации и отводит общим топосам место в диалектике, а частным (специальным] — в риторике. Философ утверждал, что ритору необходимо отталкиваться от диалектической топики (в рамках логики], в то время как диалектик может оставаться в пределах своей топики [Stump 1978: 94]. М. Лефф придерживался мнения, что Боэций подчинял риторическую топику диалектической, хотя единственное различие между ними заключается лишь в предмете — конкретный он или абстрактный [Leff 1983]. Р. МакКион отмечал, что Боэций рассматривал проблему различения принципов как проблему нахождения аргументов и объектов [McKeon 1965]. П. Осмунд Люри указывал, что в тот период диалектика и риторика делили между собой сферу вероятного, но одна принимала во внимание истину, а другая — эмоции [Lewry 1983: 49]. Согласно Джозефу Миллеру, Майклу Проссеру и Томасу Бенсону, Кассиодор, опираясь на Цицерона и Фортунатиана, рассуждал о таких понятиях инвенции, как стасис, силлогизм и энтимема [Miller et al. 1973: 78]. Исидор Севильский разделял стасисы на силлогистические и судебные, общие места на «до, во время и после». Он также отделил риторику от диалектики, определяя при этом силлогизм как порождение индукции и рационализации [Miller et al. 1973: 88]. Все эти подходы, как уже было отмечено выше, сместили инвенцию в область логики.

С развитием в Средние века трех новых риторических искусств (ведения переписки, проповеди и поэзии] топика превратилась в инструмент для запоминания, расширения и описания материала для данных типов риторики. В хорошо известном труде «Искусство переписки» (Rationes dictandi] анонимного болонского автора добрые намерения пишущего рекомендуется выражать посредством соответствующих приветствий и правильного конструирования темы. Джеффри Винсофский, согласно Марти-

ну Камарго, связывал композицию письма с энтимемой, дивизией и дефиницией [Camargo 1988: 176-177]. Роберт Бейсворнский в «Форме проповеди» (Forma praedicandi] отстаивал идею о необходимости инвенции тем для проповеднической топики и описывал «хорошую инвенцию темы, как торжество: она дарует полное понимание, основанное на неизменном тексте Библии, содержит в себе только три утверждения (или менее] и хорошо согласуется с этими утверждениями, а также заключает тему, которая может служить антетемой или протемой» [Murphy 1974: 348]. Дж. Мерфи также подробно писал о том, что для Алана Лилльского Священное Писание было «двойным источником инвенции», т. е. источником идей, которые можно представить слушателям, и цитат, которыми можно их подкрепить [Murphy 1974: 309]. Алан Лилльский также в значительной степени полагался на примеры и авторитеты [Murphy 1974: 306].

В поэтическом искусстве инвенциональные практики претерпели трансформации. Говоря о влиянии Джеффри Винсофского на Роберта Ген-рисона, Роберт Киндрик отмечал, что «упор на делиберативность и упорядоченность» Джеффри Винсофского «стимулировал интеллектуальный подход к инвенции» [Kindrick 1993: 61]. Киндрик полагал, что ему удалось расширить грамматические указания до такой степени, что они превратились в инвенцию, которая, в свою очередь, стала более ориентированной на содержание и жанровую специфику.

По мнению Р. МакКиона, риторическая инвенция оказала влияние и на теологию, предложив ей методы толкования Священного Писания. Например, формальные методы были соотнесены с тремя тактиками прочтения священных текстов: аллегорической, моральной и аналогической. Августиновское же деление на вещи и символы использовалось для решения теоретических проблем [McKeon 1965: 178]. Таким образом, «нахождение» стало пониматься буквально [McKeon 1965: 178].

Позднее риторическая инвенция сформировала схоластический метод: сначала задавались вопросы и выявлялись очевидные противоречия; затем при помощи топики начинали распутывать теоретические проблемы: исследовались причинно-следственные связи, давались определения и т. д. Важную роль для этого метода играли изречения и сентенции авторитетов [McKeon 1965: 197-198]. Р. МакКион также считал, что риторическая инвенция в эпоху Средневековья сформировала логику: старая логика использовала топику для изобретения, а аналитику для вынесения суждений; новая же разделяла логику и диалектику, превращая риторику в двойника диалектики и разграничивая научные и вероятные доказательства [McKeon 1965: 191]. В Средние века топика служила источником вдохновения для научного метода и средством обнаружения вещей, но не аргументов.

На Востоке арабские философы и риторы, такие как аль-Фараби, Авиценна и Аверроэс, писали комментарии к эллинистическим риторикам,

уделяя особое внимание риторике Аристотеля. Аверроэс использовал в своих комментариях исламские примеры [Schaub 1996]. Все три философа размышляли не только над религиозными вопросами о природе Бога, первопричине и телесном воскресении, но и рассуждали о возможности с помощью риторики обращать людей в веру и поддерживать согласие внутри общества. Тем не менее эти мыслители считали «диалектику более «верным», чем риторика, способом отыскать и донести истину» [Schaub 1996: 241]. Однако Баттерворт не соглашался с такой позицей: он указывал, что Аверроэс особое внимание уделял исследовательскому потенциалу риторики [Schaub 1996: 242], особенно в поисках ответа на вопрос, что можно допускать как «истинное» в религиозном обществе [Schaub 1996: 246].

Ренессансные концепции инвенции

Классическая риторика возродилась в эпоху Ренессанса, и тогда вновь разгорелись споры относительно природы инвенции, ее цели и эпистемологии. В «Искусстве риторики», первой полной риторической работе на английском языке, Томас Уилсон описал несколько классических инвенциональных стратегий, но проигнорировал остальные. Предполагается, что его риторика, выдержавшая восемь изданий, была написана в качестве наставления молодым людям, которые служили в адвокатских палатах [Ong 1968: 54]. Уилсон включил в судебную риторику ста-сис не как начальный этап постановки вопроса, а как установление главной мысли, которая вращается вокруг классических категорий предположительного, законного и судебного [Wilson 1994: 120-124]. В демонстративную (эпидейктическую] риторику он включил специальные топосы человека, действия и вещи [Wilson 1994: 54-65], отсылая читателей к своему логическому трактату, в котором описаны общие топосы, такие как дефиниция, причина, часть и смежность вещей [Wilson 1994: 30]. Для делибе-ративного дискурса (письмо к соседу] он предлагал другую версию специальных топосов: честное, выгодное, приятное, легкое, трудное и необходимое [Wilson 1994: 70-78]. Для судебного дискурса Уилсон перечислил разнообразные топосы, соответствующие каждому типу стасисов:

• предположительное: власть, время, присутствие и т. д.;

• законное: дефиниция, противоречия, двусмысленность и т. д.;

• судебное: природа, закон, традиция, допущение и т. д. [Wilson 1994: 125-132].

Уилсон также перечислил пафосные [Wilson 1994: 100-103] и специальные этосные топосы, которые следовало использовать в начале текста, чтобы выразить добрые намерения [Wilson 1994: 133-139]. Примечательно, что Уилсон не упоминает энтимемы, например, когда рассуждает об эпистемологии. Луи Эгнью придерживался точки зрения, что его риторика была инструментом, который позволял связать мудрость с красноречием и тем самым создать некое знание.

В то время как Уилсон адаптировал классические и средневековые инвенциональные практики к современным ему условиям, Петр Рамус доказывал, что инвенция принадлежит логике. В своем трактате «Логика» он перечислил топосы из ключевых логических текстов, схематично описал пропозицию и силлогизм, а также изложил собственный метод движения от общего к частному с использованием дефиниций и примеров, который мог быть использован во всех текстах и быть полезен для обучения. В «Риторике», написанной вместе с Омером Талоном, он рассматривал только вопросы стиля (см. изд.: [Fenner 1966]]. Как объяснял Уолтер Онг в работе «Риторика, роман и технологии», Рамус значительно упростил сложные дискурсивные практики и сосредоточился на анализе моделей, которые позволяли найти что сказать. В книге «Рамус, метод и упадок диалога» Онг так описал это выхолащивание риторики и инвенции: «Подобное маневрирование между источниками позволяет Рамусу то одни, то другие аспекты своей диалектики связать с классической античностью. Но он нигде не объясняет своей бесцеремонной избирательности, и это, в свою очередь, отражается на всей его работе. Нет никакой когнитивной, коммуникативной или логической структуры, которая бы внутренне организовывала этот набор элементов и позволяла осмыслить его теоретически» [Ong 1958: 43].

Однако влияние Рамуса было доминирующим, а потому, по мере того как развивался Ренессанс, другие авторы риторических трактатов игнорировали инвенцию и занимались исключительно фигурами и тропами. Среди таких работ можно назвать «Трактат о схемах и тропах» Шер-ри, «Сад красноречия» Пичема и «Аркадскую риторику» Фронса.

В 1701 г. Мэри Эстел во второй части работы «Серьезное предложение» изложила логический метод и искусство риторики, подходящее для женщин и основанное на беседах с соседями. Вслед за Петром Рамусом она помещает инвенцию в ведение логики и развивает свой собственный метод рассуждения, который строится на тщательном определении вопроса; приобретении знаний о предметах и используемых терминах; исключении всего незначительного; организации мыслей от простых к сложным; разделении предмета на части для изучения таким образом, чтобы ни один аспект не остался неисследованным; концентрации на предмете без каких-либо отклонений; трактовке истины как очевидного и известного всем (однако в некоторых случаях остается необходимость довольствоваться только вероятностью] [Donawerth 2002: 101]. Риторика Эстел была нацелена на ослабление эмоций у слушателей, с тем чтобы они могли непредвзято подойти к предмету [Donawerth 2002: 101].

В период позднего Ренессанса Фрэнсис Бэкон в работе «Распространение образования» связывал риторическую инвенцию с нахождением известного; создание же нового знания становилось прерогативой наук. Не приводя аргументов, Бэкон писал: «Изобретение речи и аргументов не яв-

ляется собственностью инвенции, так как «изобретать» означает находить что-то ранее неизвестное, а не заново получать известное. Инвенция работает на основе знания, которым уже владеет наш ум, она призвана продемонстрировать то, что уместно для рассмотрения вопроса. Таким образом, инвенции как таковой не существует, но есть вспоминание и указание, которые можно применить… но так как у этого явления уже есть имя, то пусть оно будет называться инвенцией» [Bacon 1952: 58].

Положение субъектов

На протяжении периода второй софистики, Средневековья и эпохи Ренессанса авторами всё чаще становились женщины. Хотя они не составляли трактаты об инвенции, они использовали ее плоды в своих работах.

В период второй софистики женщины-писатели работали в самых разных жанрах. Гипатия Александрийская, философ, астроном и математик, создавала научные трактаты. Памфилия под именем мужа написала тридцать три книги по истории [Anderson, Zinsser 1988]. Перед тем как погибнуть на римской арене, Вида Перпетуа описала дни, проведенные в африканской тюрьме [Anderson, Zinsser 1988; Thiebaux 1994]. Эгерия вела путевой дневник [Snyder 1989; Thiebaux 1994]. Амаласунта Итальянская писала письма, адресованные императору Юстиниану и римскому сенату, а Дуода Юзесская составила книгу наставлений для своего сына [Thiebaux 1994] (см. также: [Donawerth 2002, 1998, 1990]].

В Средние века женщин-писателей стало больше. Лиола Английская оставила после себя письма и стихотворения [Thiebaux 1994]. Хрос-вита Гандерсгеймская — жизнеописания святых, драматические и эпические произведения.гарола составляла речи, письма и поэтические тексты; Лаура Черета в своих письмах писала о смерти мужа и отвечала на критику общества; Кассандра Феделе выступала с речами и писала на латыни; Гаспара Стампа издала собственные поэтические тексты, а

Антония стала автором религиозных пьес, написанных на национальном языке.

В Англии Маргарет Мор Ропер оставила комментарии к работам Эразма Роттердамского; Джейн Ангер написала послание «К благородным женщинам Англии», а Энн Аскью — книгу о пытках, которым подверглась. Мэри Эстел была автором политических памфлетов, выступала в защиту права женщин на образование и полемизировала с Джоном Локком; Элизабет Гримстон оставила размышления, представляющие собой научный синтез работ отцов церкви и Священного Писания; а Элизабет Ричардсон составила два сборника молитв. Книгу об уходе за детьми написала Элизабет Клинтон, а Дороти Ли — работу «Материнское благословение», в которой давала советы своим детям и говорила о ценности женщин.

Кроме того, множество работ создали женщины, которые находились при английском дворе, например Катерина Арагонская, королева Елизавета, принцесса Мария, Анна Болейн, Екатерина Парр [Glenn 1997; Herberg 1999; King, Rabil 1983; Miguel, Schiesari 1991; Redfern 1995; Sutherland 1995; Tebeaux, Lay 1995; Travitsky 1981; Willard 1984].

Вывод

В Римской империи периода второй софистики инвенция редко служила эпистемологическим целям, сфера ее применения сузилась до торжественного красноречия. В эпоху растущего влияния христианства риторы искали способы примирить риторику с верой и применяли ее герменевтически, т. е. для толкования Священного Писания.

В Средние века инвенция раскололась на части и проникла в другие сферы; в новых видах дискурса она играла разные роли. Интерпретирование по-прежнему доминировало над исследованием и логикой, а диалектика с ее «истиной» затмевала риторику с ее «вероятностью». Классические стасисы и топосы трансформировались для нужд новых жанров. Эпистемологическая функция риторики фактически исчезла, открыв тем самым дорогу теологии и зарождающемуся научному методу.

В эпоху Ренессанса классическая инвенция была адаптирована для национальных культур, как это можно видеть из риторики Томаса Уил-сона — первой полной риторики на английском языке. Несколько ранее Петр Рамус отнес риторическую инвенцию к логике и оставил риторике лишь вопросы стиля и акции. Решающий удар риторике нанес Фрэнсис Бэкон, когда заявил, что она лишь восстанавливает в памяти уже известное, в то время как наука с помощью индукции создает новое знание.

Список литературы /References

Anderson, B., Zinsser, J. (1988), A History of Their Own: Women in Europe from Prehistory to the Present, New York, Harper and Row publ., 591 р. Augustine (1958), On Christian Doctrine, trans. by D.W. Robertson Jr., New York,

Liberal Arts Press, xxii, 169 p. (Library of Liberal Arts, 80).

Bacon, F. (1952), Advancement Of Learning, Novum Organum, New Atlantis, ed. M. Adler, Chicago, Encyclopedia Britannica, 214 p. (Great Books of the Western World, Vol. 30).

Barratt, A. (Ed.) (1992), Women’s Writing in Middle English, London, Longman Annotated Texts, 344 p.

Camargo, M. (1988), Toward a Comprehensive Art of Written Discourse: Geoffrey of Vinsauf and The Ars Dictiminis. Rhetorica, Vol. 6, Iss. 2, pp. 167-194. DOI: 10.1525/rh.1988.6.2.167.

Donawerth, J. (2002), Rhetorical Theory by Women before 1900, New York, Rowan and Littlefield publ., 337 p.

Donawerth, J. (1998), Conversation and the Boundaries of Public Discourse in Rhetorical Theory by Renaissance Women. Rhetorica, Vol. 16, Iss. 2, pp. 181-199. DOI: 10.1525/rh.1998.16.2.181.

Donawerth, J. (1990), Bibliography of Women and the History of Rhetoric. Rhetoric Society Quarterly, Vol. 20, Iss. 4: Essays in Honor of George Yoos, pp. 403-414. DOI: 10.1080/02773949009390902.

Eden, K. (1990), The Rhetorical Tradition and Augustinian Hermeneutics in De Doctrina Christiana. Rhetorica, Vol. 8, Iss. 1, pp. 45-64. DOI: 10.1525/rh.1990.8.1.45.

Fenner, D. (1966), The Artes of Logike and Rhetorike, plainelie set foorth in the Eng-lishe tounge (1584), ed. R. Pepper, Gainesville, FL, Scholars’ Facsimiles and Reprints.

Ferrante, J. (1980), The Education of Women in the Middle Ages in Theory, Fact, and Fantasy. Labalme, P. (Ed.) Beyond Their Sex: Learned Women of the European Past, New York, New York University Press, pp. 9-42.

Glenn, C. (1997), Rhetoric Retold: Rendering the Tradition From Antiquity through the Renaissance, Carbondale, IL, Southern Illinois University Press, 248 p.

Glenn, C. (1995), Reexamining The Book of Margery Kempe: A Rhetoric of Autobiography. Lunsford, A. (Ed.) Reclaiming Rhetorica, Pittsburgh, PA, University of Pittsburgh Press, pp. 53-72.

Herberg, E. (1999), Mary Astell’s Rhetorical Theory: A Woman’s Viewpoint. Sutherland, Ch., Sutcliffe, R. (Eds.) The Changing Tradition: Women in the History of Rhetoric, Calgary, Alberta, University of Calgary Press, pp. 147-158. DOI: 10.2307/j. ctv6gqv4f.15.

Kennedy, G. (1999), Classical Rhetoric in Its Christian and Secular Tradition from Ancient to Modern Times, Chapel Hill, NC, University of North Carolina Press, 308 p.

Kennedy, G. (1983), Greek Rhetoric under the Christian Emperors, Princeton, NJ, Princeton University Press, 333 p.

Kindrick, R. (1993). Henryson and the Medieval Arts of Rhetoric, New York, Garland Publ., 360 p. DOI: 10.4324/9781315861838.

King, M., Rabil, A. (Eds.) (1983), Her Immaculate Hand: Selected Works by and about the Woman Humanists of Quattrocento Italy, Binghamton, NY, Medieval and Renaissance Texts and Studies, 167 p.

Kinneavy, J. (1987), Greek Rhetorical Origins of Christian Faith, New York, Oxford University Press, 186 p. DOI: 10.2307/1873788.

La Tourneau, M. (1987), General and Specific Topics in the De Baptismo of Tertullian. Rhetorica, Vol. 5, Iss. 1, pp. 87-105. DOI: 10.1525/rh.1987.5.1.87.

Leff, M. (1983), The Topics of Argumentative Invention in Latin Rhetorical Theory from Cicero to Boethius. Rhetorica, Vol. 1, Iss. 1, pp. 23-44. DOI: 10.1525/rh.1983.1.1.23.

Lewry, P.O. (1983), Rhetoric at Paris and Oxford in the Mid-Thirteenth Century. Rhetorica,, Vol. 1, Iss. 1, pp. 45-64. DOI: 10.1525/rh.1983.1.1.45.

McKeon, R. (1965), Rhetoric in the Middle Ages. Schwartz, J., Rycenga, J. (Eds.) The Province of Rhetoric, New York, Ronald Press, pp. 172-211.

Miguel, M., Schiesari J. (Eds.) (1991), Refiguring Woman: Perspectives on Gender and the Italian Renaissance, Ithaca, Cornell University Press, 285 p.

Miller, J., Prosser, M., Benson, T. (1973), Commentary. Cassiodorus, ‘Institutiones Divinarum et Saecularium Liitterarum, II.2: ‘On Rhetoric’. Miller, J., Prosser, M., Benson, T. (Eds.) Readings in Medieval Rhetoric, Bloomington, IN, Indiana University Press, pp. 77-78.

Murphy, J. (Ed.) (1974), Rhetoric in the Middle Ages: A History of Rhetorical Theory from Saint Augustine to the Renaissance, Berkeley, CA, University of California Press, 404 p.

Ong, W. (1958), Ramus, Method, and the Decay of Dialogue: From the Art of Discourse to the Art of Reason, Cambridge, MA, Harvard University Press, 436 p.

Ong, W. (1968), Tudor Writings on Rhetoric. Studies in the Renaissance, Vol. 15, pp. 39-69. DOI: 10.2307/2857004.

Redfern, J. (1995), Christine De Pisan and the Treasure of the City of Ladies: A Medieval Rhetorician and Her Rhetoric. Lunsford, A. (Ed.) Reclaiming Rhetorica, Pittsburgh, PA, University of Pittsburgh Press, pp. 73-92.

Schaub, M. (1996), Rhetorical Studies in America: The Place of Averroës and the Medieval Arab Commentators. Journal of Comparative Poetics, No. 16, pp. 233254. DOI: 10.2307/521837.

Snyder, J. (1989), The Woman and the Lyre, Carbondale, IL, Southern Illinois University Press, 199 p.

Stump, E. (Ed.) (1978), Boethius’s De topicis differentiis, Ithaca, NY, Cornell University Press, 264 p.

Sutherland, C. (1995), Mary Astell: Reclaimin Rhetorica in the Seventeenth Century. Lunsford, A. (Ed.) Reclaiming Rhetorica, Pittsburgh, PA, University of Pittsburgh Press, pp. 93-116.

Sutherland, Ch., Sutcliffe, R. (Eds.) The Changing Tradition: Women in the History of Rhetoric, Calgary, Alberta, University of Calgary Press, 303 p. DOI: 10.2307/j. ctv6gqv4f.

Tebeaux, E., Lay, M. (1995), The Emergence of the Feminine Voice, 1526-1640: The Earliest Published Books by English Renaissance Women. Journal of Advanced Composition, Vol. 15, no. 1, pp. 53-81.

Thiebaux, M. (Ed. and trans.) (1994), The Writings of Medieval Women: An Anthology, New York, Garland publ., 536 p.

Travitsky, B. (Ed.) (1981), The Paradise of Women: Writings by Englishwomen of the Renaissance, Westport, CN, Greenwood publ., 283 p.

Vitz, E. (1989), Medieval Narratives and Modern Narratology, New York, New York University Press, 238 p.

Ward, J. (1999), Women and Latin Rhetoric from Hrotsvit to Hildegard. Sutherland, Ch., Sutcliffe, R. (Eds.) The Changing Tradition: Women in the History of Rhetoric, Calgary, Alberta, University of Calgary Press, pp. 121-132. DOI: 10.2307/j. ctv6gqv4f.13.

Willard, C. (1984), Christine de Pizan: Her Life and Works, New York, Persea Books, 280 p.

Wilson, K. (Ed.) (1984), Medieval Women Writers, Athens, GA, University of Georgia Press, 366 p.

Wilson, T. (1994), The Art of Rhetoric (1560), ed. P. Medine, University Park, PA, Pennsylvania State University Press, 290 p.

Zhao, H. (1990), Wen Sin Diao Long: An Early Chinese Rhetoric of Written Discourse, Diss, Purdue University, 1990, 211 p.

INVENTIONAL ISSUES IN SECOND SOPHISTIC, MEDIEVAL, AND RENAISSANCE RHETORICS (RUSSIAN TRANSLATION OF THE EXTRACT FROM JANICE M. LAUER BOOK «INVENTION IN RHETORIC AND COMPOSITION»)

J.M. Lauer

Perdue University (West Lafayette, USA)

Abstract: This text is a Russian translation of an extract from Janice Lauer’s book «Invention in Rhetoric and Composition» (West Lafayette, IN, Parlor Press, The WAS Clearninghouse, 2004). The piece is devoted to inventional issues in the Second Sophistic, medieval, and Renaissance periods. The author analyses changes in invention during the spread of Christianity and the role of invention in interpreting the Scriptures. Various approaches of medieval encyclopedists to the understanding of argumentation and epistemological invention are being observed along with the state of rhetoric in the Renaissance period when invention was attributed to logic and rhetoric dealt only with the issues of style and delivery. The text is focused mainly on rhetorical works by European authors, but there are also mentioned rhetorical texts by Chinese and Arab rhetoricians and philosophers, e.g. Liu Xie, al-Farabi, Avicenna, and Averroes. The particular attention is paid to female writers who employed the achievements of inventional theory and composed a wide range of works from scientific treatises and exegeses to plays in the vernacular and political pamphlets. In the final part of the extract, it is concluded that medieval attempts to reconcile rhetoric with Christian faith resulted in the hermeneutic use of rhetoric which, in its turn, was further split into parts and lost its epistemological function. During the Renaissance period authors of rhetorical treatises frequently ignored invention and focused on tropes and figures instead.

Key words: rhetoric, invention, rhetorical history, sophistics, epistemology, argumentation, Middle Ages, Renaissance.

For citation:

Lauer, J.M. (2020), Inventional issues in Second Sophistic, Medieval, and Renaissance rhetorics (Russian translation of the extract from Janice M. Lauer book «Invention in Rhetoric and Composition»). Communication Studies (Russia), Vol. 7, no. 3, pp. 501-514. DOI: 10.24147/2413-6182.2020.7(3).501-514. (in Russian).

About the author:

Lauer (Rice), Janice M., Distinguished Professor at the Perdue University, a recognized expert in rhetoric, member of The Rhetoric Society of America (RSA) and an author of numerous works on rhetorical invention and historical rhetoric

Corresponding author:

Postal address: 610, Purdue Mall, West Lafayette, Indiana, 47907, USA E-mail: [email protected] About translator:

Bondareva, Anna Alexandrovna, PhD student at the Institute of Philology, Journalism and Cross-Cultural Communication of the Southern Federal University

Corresponding translator:

Postal address: 93, Universitetskii per., Rostov-on-Don, 344006, Russia E-mail: [email protected] Acknowledgements

We would like to express our sincere gratitude to the author of the monograph Prof. Janice M. Lauer (Rice) and CEO of Parlor Press Prof. David Blakesley for permission to translate and publish the material

Received: February 26, 2020 Revised: March 3, 2020 Accepted: August 13, 2020

Риторический канон. Его этапы. | Distanz.ru – сетевая система обучения

Подпишитесь на бесплатную рассылку видео-курсов:

Риторический канон — это система специальных знаков и правил, которые берут свое начало еще в древней риторике. Следуя этим правилам, можно найти ответы на следующие вопросы: что сказать? в какой последовательности? как (какими словами)? Иначе говоря, риторический канон прослеживает путь от мысли к слову, описывая три этапа: изобретение содержания, расположение изобретенного в нужном порядке и словесное выражение. Ядром современной общей риторики является тот путь от мысли к слову, который в классической риторике описывается как совокупность ряда этапов (или как канон риторики — совокупность правил, приёмов; то, что твердо установлено; стало традиционным, общепринятым; нечто, служащее нормативным образцом. Перечислим эти этапы: Инвенция (лат. inventio) — или “нахождение, изобретение”, умение изобрести содержание речи, осмыслить и продумать содержание речи; второй этап — Диспозиция (лат. dispositio) — расположение изобретенного, структура, композиция речи; третий этап — Элокуция (лат. elocutio) — словесное оформление речи, украшение ее, выбор т. н. “цветов красноречия» — специальных фигур и тропов, служащих украшению и эстетическому наслаждению речи; четвертый этап — Меморио (лат. memorio) — запоминание речи, умелое использование приемов, помогающих запомнить подготовленный материал для публичной речи и, наконец, пятый этап — Акцио (лат. actio) — само произнесение речи, этап, теснейшим образом связанный с техникой речи и жестами, мимикой и позой оратора в процессе произнесения речи. По мнению Цицерона, вся деятельность оратора предстает в этих пяти частях. Это как бы образец (парадигма) мыслительной и речевой деятельности. Конкретно об этапах классического риторического канона: Классическая риторика разработала образец (канон), согласно которому речь на своем пути от мысли к слову проходит пять этапов (в соответствии с этими этапами называются и разделы риторики). Итак, риторика «возложила на себя контроль за всеми стадиями процесса трансформации предмета в слово». Назовем эти разделы (этапы): 1. Инвенция (лат. Inventio) или «нахождение», «изобретение» — invenire quid dicere — «изобрести, что сказать». На этом этапе, по рекомендации риторики, отбирался материал для будущего сообщения. Речь шла прежде всего отнюдь » не о языковом материале» — речь шла о предметах реальной действительности, часть которых предлагалось выбрать из всего предметного многообразия мира, а выбрав, отграничить от прочих, чтобы в дальнейшем перейти к их изучению: во-первых, по отношению к «другим предметам», оставшимся в стороне после отбора, и, во-вторых, изнутри. Инвенция предлагала говорящему систематизировать собственные знания по поводу отобранных им предметов, сопоставить их с наличными на данный момент времени знаниями других и определить, какие из них и в каком количестве должны быть представлены в будущем сообщении» (13,11). Итак, инвенция поставила во главу угла предмет и обеспечивала «доброкачественность предметного содержания сообщения». 2. Диспозиция (лат. Dispositio) — «расположение» — inventa disponere — «расположить изобретенное». Второй раздел, «получив в свое распоряжение уже «готовый к Понятия становились объектом логических и аналогических процедур. Они определялись, делились, сочетались между собой, сополагались и противополагались». (13,11). Весь этот процесс регулировался определенными правилами, соблюдение которых позволяло говорящему избежать логических ошибок. Кроме того, диспозиция «предлагала модели расположения понятий в составе единого речевого целого». Таким образом, центральное место в диспозиции занимало понятие, «диспозиция гарантировала доброкачественность понятийного аппарата говорящего». 3. Элокуция (лат. Elocutio) — «словесное оформление мысли», «собственно красноречие» «ornare vebris» — «украсить словами». Этот раздел разработал множество приемов (фигур и тропов), с помощью которых можно создать смысловые эффекты необыкновенной силы. Если диспозиция опиралась на логику, то «элокуция открывала перед говорящим область паралогики. Те же самые процедуры, которые были запрещены с точки зрения логики и считались паралогическими (т.е. ошибочными с т. з. логики) приобретали здесь новый смысл: негативное использование логики и преобразование их в законы паралогики создавало эффекты необыкновенной силы». (13,11). «Стало быть, тем, вокруг чего строилась элокуция и что естественным образом завершало преобразование исходного предмета, было слово: отныне слово начинало жить самостоятельной жизнью как один из элементов вербального мира». (13,12). 4. Мемория (лат. Memorio) — «память», запоминание речи. Этот раздел разрабатывал приемы запоминания материала. «Фактически владение меморией должно было обеспечить говорящему постоянную доступность сведений из имеющегося у него «банка данных» и возможность быстро и кстати воспользоваться любым из этих сведений». (13,13). 5. Акция (лат. Actio hipocrisis) — «актерское», «театральное исполнение речи», ее произнесение. Здесь риторика давала советы по поводу пластического решения произносимой речи. Внешнему виду оратора всегда уделялось большое значение, он должен был производить благоприятное впечатление на публику. Поэтому речь его должна быть продумана с точки зрения силы звучности, длительности пауз, сопровождения жестами.

Риторический канон является системой воспроизводимых действий, специальных знаков и правил, которые берут свое начало еще в древней риторике. Риторический канон включает в себя пять этапов . изобретение, расположение изобретения, словесное оформление мысли, запоминание, произнесение речи.( инвенция, диспозиция, элокуция, меморио, Actio hypocrisis) Разберем каждый из них, первый этап подготовки речи,инвенция на котором оратор должен определить, о чем он будет говорить. Именно на этом этапе определяется, что будет доказывать или говорить аудитории оратор и каким образом он будет доносить свои мысли до слушателей. Во многом именно данный этап определяет то, как будет выглядеть будущая речь. Следующий этап, диспозиция на данном этапе оратор должен организовать материал, изобретенный в процессе инвенции, т.е. расчленить его и обеспечить определенную последовательность в речи. Характерной чертой любого речи является линейность, поэтому оратору и нужно так расположить предварительно отобранный материал. Третий этап это элокуция , в котором рассматриваются средства и приемы словесного выражения замысла. Публичное высказывание предназначено для аудитории, которая стремится правильно понять ритора и ожидает от него точной и ясной формулировки мыслей. Если ритор ограничивается задачей быть правильно понятым аудиторией, ему достаточно соблюсти общепринятые нормы речи. Но если тема требует от аудитории значительных усилий, то элементарной культуры речи недостаточно: сложное содержание невозможно выразить простыми средствами. Следующим этапом является меморио, данный этап был предназначен для ораторов, которым требовалось запоминать подготовленные ими речи для последующего публичного воспроизведения, и имел более психологический, нежели филологический характер. В нем содержался перечень приемов, позволявших запоминать относительно большие объемы текстовой информации, в основном с опорой на комплексные визуальные образы, и наконец завещающий пятый этап Actio hypocrisis

Риторический канон — это модель речевых действий, которая обеспечивает эффективное достижение автором, поставленных им целей, определяя и раскрывая тему. Это древняя схема построения речевого произведения, которая лежит в основе создания любого текста. Риторический канон насчитывает пять этапов от мысли к речи: — изобретение (инвенция). При помощи инвенции образуют высказывания на уровне замысла. Автор находит проблему, определяет предмет мысли, находит аргументы и разрабатывает содержание высказывания. Изобретая содержание речи говорящий думает в трех измерениях: о слушателях и их эмоциях, о впечатлении, которое он производит на аудиторию, о доказательности самой речи. — расположение (диспозиция). Происходит композиционное построение текста, установление смысловых частей, определение их последовательности. Основные этапы построения речи — введение, развитие темы, заключение. — украшение (элокуция). Этап выражения мыслей в слова. Происходит тщательный отбор слов, что определяется соотнесением речи с особенностями общения, а также таких языковых средств, которые должны вызывать восхищение. — запоминание (мемориа). Этот этап относится, в первую очередь, к устной речи. Оратор должен запомнить свою речь, а не читать ее по бумаге. Оратор должен помнить свое заготовленное выступление, т.к. это способствует живому общению с аудиторией. — произнесение (акцио). На этом этапе речь превращается в звучащее слово. Здесь задействован весь комплекс умений и знаний, связанных с мимикой, жестами, техникой речи.

Тесты по теме «Риторика»

Риторика

Тема 1: «Основные понятия. Риторическое построение»

1 Риторика – это филологическая дисциплина, изучающая отношение:

А Слова к мысли

Б Мысли к слову

В Понятия к выражению

2 Греческому понятию «риторика» соответствует латинское:

А Элоквенция

Б Инвенция

В Элокуция

3 Формула: «риторика – искусство убеждать» – принадлежит:

А Цицерону

Б Квинтилиану

В Аристотелю

4 Автором формулы: «риторика – искусство говорить хорошо» – является:

А Цицерон

Б Квинтилиан

В Аристотель

5 Лучшая формулировка конкретных задач обучения риторике: «оратор должен изобрести, расположить, украсить» – принадлежит:

А Цицерону

Б Квинтилиану

В Аристотелю

6 Риторика традиционно подразделяется на:

А Конкретную и абстрактную

Б Общую и частную

В Частную и общественную

7 Частная риторика изучает:

А Принципы построения целесообразной речи

Б Культуру речи и стилистику текста

В Конкретные виды речи

8 Изобретение речи – это:

А Инвенция

Б Элокуция

В Диспозиция

9 Стилистическое оформление речи, ее выражение – это:

А Инвенция

Б Элокуция

В Диспозиция

10 Риторическое построение традиционно составляют:

А Пять частей

Б Семь частей

В Три части

11 Создание высказывания на уровне замысла – это:

А Расположене

Б Элокуция

В Изобретение

12 Создание высказывания на уровне композиции – это:

А Расположение

Б Элокуция

В Изобретение

13 Создание высказывания на уровне текста – это:

А Расположение

Б Элокуция

В Изобретение

14 Память как часть риторического построения, свойственная в основном ораторской прозе, была обязательной для:

А Античных риторик

Б Риторик средних веков

В Риторик нового времени

15 Два типа: 1) создание замысла высказывания, завершающееся формулировкой предложения; 2) нахождение поля аргументации, его анализ и разработка – характеризуют:

А Действие

Б Память

В Изобретение

16 Цель риторического изобретения заключается в построении замысла целесообразного высказывания, предназначенного:

А Любой аудитории в любых обстоятельствах

Б Конкретной аудитории в конкретных обстоятельствах

В Любой аудитории в конкретных обстоятельствах

17 Правила произнесения речи перед аудиторией, приемы интонирования, постановка голоса, мимика, жест, сценическое движение, а в широком смысле и публикация – все это характеризует:

А Действие

Б Память

В Изобретение

18 Риторическим построением называется:

А Создание завершенного высказывания

Б Метод создания завершенного высказывания

В Создание высказывания на уровне композиции

Риторика

Тема 2: «История красноречия»

  1. Учеником Эмпедокла из Агригента, оратором-софистом является:

    1. Аристотель

    2. Горгий

    3. Сенека

  2. Афинский оратор Лисий был наиболее искусен в:

    1. Политическом красноречии

    2. Судебном красноречии

    3. Эпидейктическом красноречии

  3. Начало закругленному ритмическому периоду положил:

    1. Лисий

    2. Горгий

    3. Исократ

  4. Призывая греков к объединению против македонского царя, Демосфенv произносил речи, названные впоследствии:

    1. Буколиками

    2. Вергиликами

    3. Филиппиками

  5. Характеристика Дионисия Галикарнасского: этот оратор следовал сжатости и пафосу Фукидида, силе характеристики Лисия, искусному распределению частей Исократа – относится к:

    1. Аристотелю

    2. Демосфену

    3. Протагору

  6. Итог развития классического греческого красноречия подвел Аристотель в трактате:

    1. «Оратор»

    2. «Ритор»

    3. «Риторика»

  7. С точки зрения логики риторику оценивал:

    1. Аристотель

    2. Платон

    3. Фукидид

  8. Родиной риторики является:

    1. Древняя Греция

    2. Древний Египет

    3. Древний Рим

  9. Аристотель, опираясь на собственную разработку учения о силлогизме, главным в риторике признавал:

    1. Приемы, усиливающие экспрессивность речи

    2. Способы убеждения

    3. Стиль произносимой речи

  10. Политическое устройство Древнего Рима требовало развития красноречия:

    1. Патетического

    2. Теоретического

    3. Практического

  11. Ораторы – аристократы, возглавившие борьбу плебеев за свои права:

    1. Братья Гракхи

    2. Катон Старший и Катон Младший

    3. Братья Флавии

  12. Наследником риторической традиции Гракхов и Мария считается:

    1. Цезарь

    2. Цицерон

    3. Светоний

  13. В ответ на риторическое произведение Цицерона «Об ораторе» Цезарь написал трактат:

    1. «Об аналогии»

    2. «Об антологии»

    3. «Об эклоге»

  14. Цезарь и Цицерон выступали с речами по делу о:

    1. Тирании Верреса

    2. Суде Солона

    3. Заговоре Катилины

  15. Автором книг «Об ораторе», «Брут», «Оратор» является:

    1. Сенека

    2. Цезарь

    3. Цицерон

  16. Заслуга создания «нового красноречия» принадлежит:

    1. Сенеке

    2. Цезарю

    3. Цицерону

  17. Автором трактата «О причинах упадка красноречия» является:

    1. Марк Фабий Квинтилиан

    2. Марк Тулий Цицерон

    3. Марк Лициний Красс

  18. Включение постоянного вопроса: «Так что же?» в диатрибу определяет синтаксические особенности стиля:

    1. Цицерона

    2. Сенеки

    3. Квинтилиана

  19. Первым русским риторикам предшествовал трактат Георгия Херобоска:

    1. «Об образах»

    2. «О словах»

    3. «О впечатлениях»

  20. Первые занятия риторикой на Руси проводились:

    1. На княжеских дворах

    2. В монастырях

    3. В боярских вотчинах

  21. «Поэтика» (1705 г.) и «Риторика» (1706 г.) как вершины теоретической мысли доломоносовского периода принадлежат перу:

    1. Иосифа Волоцкого

    2. Кариона Истомина

    3. Феофана Прокоповича

  22. В «Риторике» (1748 г.) М.В. Ломоносова выделяются три основных традиционных раздела:

    1. Об изображении, об украшении, о расположении

    2. Об изобретении, об украшении, о расположении

    3. Об изобретении, об образовании, о расположении

  23. Формирование риторической школы российских академиков связано с именами:

    1. М.М. Сперанского, А.С. Никольского, И.С. Рижского

    2. И. Галятовского, М.М. Сперанского, И.С. Рижского

    3. М.М. Сперанского, А.С. Никольского, П.С. Пороховщикова

  24. Наиболее показательными, излагающими основы общего и частного красноречия, являются учебные риторики:

    1. Ф.Ф. Зелинского и П.С. Пороховщикова

    2. А.С. Никольского и И.С. Рижского

    3. Н.Ф. Кошанского и К. Зеленецкого

  25. А.И. Галич в «Теории красноречия для всех родов прозаических сочинений» (1830 г.) предложил следующую классификацию фигур:

    1. Фигуры слов и фигуры мыслей

    2. Фигуры осмысления, выделения и диалогизма

    3. Грамматические, ораторские и поэтические фигуры

  26. «Краткое руководство к красноречию» М.В. Ломоносова построено:

    1. По ораторскому канону

    2. По традиционному принципу, но с объединением вопросов общей и частной риторик

    3. Как новаторское произведение, опровергающее традиционное построение

  27. Автором работы обобщающего характера «Очерки по истории красноречия» (1899 г.) является:

    1. И.П. Триодин

    2. Н.А. Энгельгардт

    3. А.Г. Тимофеев

  28. Русское судебное красноречие начинает активно развиваться:

    1. После реформы 1861 г., освободившей крестьян от крепостной зависимости

    2. После судебной реформы 1864 г., вводившей суд присяжных

    3. После реформы 1864 г., вводившей институт земства

  29. Автором работы «Нравственные начала в уголовном процессе» является:

    1. К.К. Арсеньев

    2. Ф.Н. Плевако

    3. А.Ф. Кони

  30. Образ оратора представлен в работе К.Л. Луцкого:

    1. «Судебное красноречие»

    2. «Оратор на суде»

    3. «Риторика в судебном зале»

  31. Любимыми риторическим средствами А.Ф. Кони являются:

    1. Ирония и гипербола

    2. Гипербола и негодование

    3. Ирония и негодование

  32. Человеком, «у которого ораторскоeeeeeeeeeeee56е искусство переходило во вдохновение», называли:

    1. А.Ф. Кони

    2. Ф.Н. Плевако

    3. П.С. Пороховщикова

  33. Автором книги о А.Ф. Кони был:

    1. К.К. Арсеньев

    2. К.Л. Луцкий

    3. П.С. Пороховщиков

  34. П.С. Пороховщиков всесторонне проанализировал проблему судебного красноречия в книге:

    1. «Оратор в судебном зале»

    2. «Судебное красноречие»

    3. «Искусство речи на суде»

  35. Судебное красноречие – это:

    1. Род речи

    2. Вид речи

    3. Построение речи

  36. Русский судебный оратор, солидарный с Квинтилианом, утверждавшим: «…в заключении следует открыть все источники красноречия и натянуть все паруса»:

    1. А.Ф. Кони

    2. В.Д. Спасович

    3. К.Л. Луцкий

  37. Такие характеристики как: 1) владение фундаментальными знаниями, 2) большой информационный запас, 3) владение построением речи, 4) владение речевой культурой – составляют понятие:

    1. Высокообразованной личности

    2. Личности оратора

    3. Сильной языковой личности

  38. Расцвет риторики связывают с:

    1. Демократическими формами политического устройства

    2. С деспотическими формами политического устройства

    3. С автократическими формами политического устройства

  39. Центральны проблема неориторики: «проблема речевого взаимодействия, лежащего в основе любой социальной интеграции» – была сформулирована:

    1. Бангелем

    2. Дюбуа

    3. Перельманом

  40. По формулировке А.К. Михальской, современная риторика – это:

    1. Школа слова

    2. Школа мысли

    3. Школа мысли и только потом школа слова

  41. Риторический идеал современности составляет:

    1. речь целесообразная, осмысленная и приносящая людям благо

    2. речь гармоническая, осмысленная и объединяющая

    3. речь осмысленная, убеждающая и цивилизованная

  42. Предметом государственной идеологии, знанием, превращающимся в действительное умение, риторика является в:

    1. России

    2. США

    3. Японии

  43. Теория речевых действий как основная черта неориторики наиболее успешно развивается в:

    1. России

    2. США

    3. Японии

  44. Страна, в которой риторика повседневного общения находится в начале своего развития:

    1. Россия

    2. США

    3. Япония

  45. Усиление контактов между людьми разных национальностей породило:

    1. Психориторику

    2. Этнориторику

    3. Футориторику

Риторика

Тема 3: «Теория аргументации. Структура ораторской речи»

  1. Представление идеальной личности, образ действия которой побуждает к определенной оценке поступка, идеи, человека является аргументом:

    1. Модели

    2. Антимодели

    3. Квазимодели

  2. Главным инструментом выработки новой идеи, связывающим данное высказывание с эпидейктической концепцией является:

    1. Аргумент к норме

    2. Аргумент к причине

    3. Аргумент к доктрине

  3. С точки зрения риторики, установление факта, аргумента к лицу, к причине, к обстоятельствам, к норме являются:

    1. Судительной аргументацией

    2. Судебной аргументацией

    3. Совещательной аргументацией

  4. Норма расширяется применительно к случаю в:

    1. Судительной аргументации

    2. Аргументации истолкования

    3. Прагматической аргументации

  5. Сведение или разведение норм, к которым относится установленный факт, является:

    1. Аргументом к норме

    2. Аргументом к обстоятельствам

    3. Аргументом к совместимости

  6. Предметом совещательной аргументации является:

    1. Возможное

    2. Действительное

    3. Нереальное

  7. Принцип восхождения, обращенный к обществу или его части с тем, чтобы были приложены усилия для достижения цели, лежит в основе:

    1. Аргументации прецедента

    2. Аргументации направления

    3. Аргументации прогресса

  8. Заслуга создания европейского динамического типа личности принадлежит:

    1. Аргументу восхождения

    2. Аргументу модели

    3. Аргументу к доктрине

  9. Эпидейктическая и судительная аргументация является идеологическим обоснованием для:

    1. Совещательной аргументации

    2. Аргументации истолкования

    3. Аргументации направления

  10. Согласно каноническому представлению середина высказывания развертывается в последовательности:

    1. Побуждение, опровержение, перечисление

    2. Изложение, подтверждение, опровержение

    3. Опровержение, перечисление, опровержение

  11. В начальной части высказывания оратор стремится сконцентрировать внимание аудитории на:

    1. Уместности и необходимости высказывания

    2. Риторической аргументации

    3. Эмоциональной оценке

  12. Представление данных в благоприятном для целей ритора виде является задачей:

    1. Описания

    2. Изложения

    3. Повествования

  13. Изображение предмета как существующего независимо от ситуации общения – это:

    1. Рассуждение

    2. Повествование

    3. Описание

  14. С точки зрения общей риторики, рассказ о событиях в повествовательном порядке; средство достижения согласия аудитории – это:

    1. Рассуждение

    2. Повествование

    3. Описание

  15. Частью речи, содержащей аргументацию, имеющую целью обоснование позиции ритора путем критики или разоблачения несовместимых с ней высказываний или позиций, является:

    1. Опровержение

    2. Предложение

    3. Побуждение

  16. Частью построения, означающей окончание речи и непосредственный переход к действию, организованному мыслью, является:

    1. Опровержение

    2. Предложение

    3. Побуждение

  17. «Обычное», «с ораторской предосторожностью», «внезапное» – это роды:

    1. Вступления

    2. Предложения

    3. Перечисления

  18. Следствие из аргументации, непосредственно связанное с побуждением или выделяющееся в отношении к высказыванию – это:

    1. Обобщение

    2. Вывод

    3. Побуждение

Риторика

Тема 4: «Специфика ораторской речи»

  1. Система целесообразно отобранных и согласованных средств, которые используются для выражения определенных смыслов – это:

    1. Стиль

    2. Язык

    3. Структура речи

  2. С понятием стиля тесно связан такой этап риторического построения, как:

    1. Память

    2. Действие

    3. Элокуция

  3. Понятие «правильность и чистота слога» означает:

    1. Следование нормам литературного языка

    2. Подбор выразительных средств, образующих язык писателя

    3. Следование нормам литературного языка и создание автором системы языковых ресурсов, которыми он пользуется сознательно и целесообразно

  4. Условиями чистоты слога являются:

    1. Точность и легкость слога

    2. Ясность и точность слога

    3. Ясность и уместность слога

  5. Соответствие способа выражения ситуации речи и ожидания аудитории – это:

    1. Уместность

    2. Гармоничность

    3. Точность

  6. Живость слога как соответствие речи движению мысли достигается быстрой сменой:

    1. Темы

    2. Идеи

    3. Образов

  7. Соответствие планов выражения и содержания высказывания ритмической мере, которая соотносит объемы целого и частей фразы или произведения, означает:

    1. Ясность слога

    2. Гармоничность слога

    3. Легкость слога

  8. Невозможность замены использованного слова – это критерий:

    1. Точности слога

    2. Ясности слога

    3. Уместности слога

  9. Характеристика: «…слова и обороты определены в значении и употреблении, фразы построены умело без случайных двусмысленных выражений, запоминается и легко воспроизводится» – относится к:

    1. Точности слога

    2. Ясности слога

    3. Живости слога

  10. Слова, которые могут встретиться в любой литературной письменной и устной речи, составляющие основу понимания речи и представленные в толковых словарях, относятся к:

    1. Общелитературной лексике

    2. Специальной лексике

    3. Нелитературной лексике

  11. К специальной литературной лексике относятся:

    1. Общенаучные и общетехнические слова

    2. Термины

    3. Общенаучные и общетехнические слова, а также термины

  12. Различать, в каком качестве употреблено слово важно потому, что:

    1. Многие общенаучные слова и термины совпадают по форме между собой, а также с общелитературными словами

    2. Термины имеют несколько значений

    3. Часто значение термина непонятно

  13. Авторитетный ритор, владеющий терминологией, связанной с предметом речи, должен обращаться к терминологии:

    1. Время от времени

    2. По мере необходимости

    3. Постоянно

  14. Значения юридических терминов:

    1. Нормативны, общеобязательны, но изменяются в процессе развития правовой практики

    2. Нормативны, общеобязательны и неизменны

    3. Нормативны и обязательны для конкретной ситуации

  15. Слова, вышедшие из употребления в первоначальном значении, но употребляемые в значении переносном или измененном, называются:

    1. Историзмы

    2. Архаизмы

    3. Неологизмы

  16. Слова, недавно созданные или введенные в оборот в новом значении:

    1. Историзмы

    2. Современные слова

    3. Неологизмы

  17. Статус слова в языке определяется:

    1. Происхождением и историей употребления

    2. Лексическим значением

    3. Эмоциональной окраской

  18. Лексика, порожденная тем или другим языком и употребляемая в нем, называется:

    1. Заимствованной

    2. Исконной

    3. Общелитературной

  19. Риторическими фигурами, образующими смысловое и стилистическое единство высказывания как завершенной мысли, являются фигуры:

    1. Осмысления

    2. Выделения

    3. Диалогизма

  20. Риторическими фигурами, оформляющими фразу или отдельное положение речи, являются фигуры:

    1. Осмысления

    2. Выделения

    3. Диалогизма

  21. Риторическими фигурами, организующими композиционно значимый ход мысли, являются фигуры:

    1. Осмысления

    2. Выделения

    3. Диалогизма

  22. Окружение – риторическая фигура, состоящая из:

    1. Анафоры

    2. Эпифоры

    3. Сочетания анафоры и эпифоры

  23. Характеристика выделяемого слова посредством слов или оборотов, уточняющих его значение или раскрывающих свойства – это определение:

    1. Эпитета

    2. Метафоры

    3. Метонимии

  24. Риторическая фигура, создаваемая путем намеренного использования стилистической погрешности – это:

    1. Перифраз

    2. Плеоназм

    3. Рефрен

  25. Условное наименование «фигуры» на основании того, что они являются не способами выражения, а риторическими приемами, получили:

    1. Фигуры диалогизма

    2. Фигуры выделения

    3. Фигуры осмысления

  26. Риторическая фигура – это:

    1. Индивидуальный, авторский прием словесного оформления мысли

    2. Типичный, воспроизводимый прием словесного оформления мысли

    3. Единичный прием словесного оформления мысли

  27. Намеренное выдвижение ритором контраргумента и ответ на него – это:

    1. Риторический вопрос

    2. Сообщение

    3. Предупреждение

Ключи к тестам

Тема 1: «Основные понятия. Риторическое построение»

1) Б

2) А

3) В

4) Б

5) А

6) Б

7) В

8) А

9) Б

10) А

11) В

12) А

13) Б

14) А

15) В

16) Б

17) А

18) Б

Тема 2: «История красноречия»

  1. B

  2. B

  3. C

  4. C

  5. B

  6. C

  7. A

  8. A

  9. B

  10. C

  11. A

  12. A

  13. A

  14. C

  15. C

  16. A

  17. A

  18. B

  19. A

  20. B

  21. C

  22. B

  23. A

  24. C

  25. B

  26. B

  27. C

  28. B

  29. C

  30. A

  31. C

  32. B

  33. A

  34. C

  35. A

  36. C

  37. C

  38. A

  39. A

  40. C

  41. A

  42. B

  43. C

  44. A

  45. B

Тема 3: «Теория аргументации. Структура ораторской речи»

  1. A

  2. C

  3. A

  4. B

  5. C

  6. A

  7. B

  8. A

  9. C

  10. B

  11. A

  12. B

  13. C

  14. B

  15. A

  16. C

  17. A

  18. B

Тема 4: «Специфика ораторской речи»

  1. A

  2. C

  3. A

  4. B

  5. A

  6. C

  7. B

  8. A

  9. B

  10. A

  11. C

  12. A

  13. B

  14. A

  15. B

  16. C

  17. A

  18. B

  19. A

  20. B

  21. C

  22. C

  23. A

  24. B

  25. A

  26. B

  27. C

Тема лекции № 2. Инвенция. Топика в организации речемыслительной деятельности

Мотивация.

Данное занятие направлено на формирование у студента интереса к речемыслительной деятельности.

3. Учебная цель:

Изучить смысловые модели, лежащие в основе умения думать.

4. Воспитательная цель:

Сосредоточить внимание студентов на значении интеллектуальных ценностей для развития и самовыражения личности.

5. Задачи лекции:

Дать знания об основных смысловых моделях – топах, по которым человек думает.

6. План лекции:

1. Содержание и структура инвенции

2. Понятие смысловой модели (топа)

3. Содержание и структура основных смысловых моделей (топов)

 

Содержание и структура инвенции. Инвенция нацеливала оратора на тщательный поиск темы, содержания выступления исходя из цели речи. В древности называли такие способы поиска темы, как пристальное наблюдение за собой, людьми и вещами, размышление над знанием и тщательное обдумывание мыслей, изучение образцов, упражнения. Схема инвенции — нравы, аргументы, страсти.

Нравы — это, по сути дела, использование впечатления, производимого на аудиторию. Нравы определяли требования к личности оратора, к его поведению, позволяющему произвести благоприятное впечатление на аудиторию, наладить с ней контакт. К добродетелям оратора греки относили серьезность, доброжелательность, скромность. Речь идёт прежде всего об этической стороне речи об этосе).

В инвенции описываются риторические способы обоснования своего мнения (размышления, аргументации), различные виды умозаключений, например, такие, как:

1) силлогизм (две явно выраженные посылки, один вывод):

«Всё, что развивает ум, полезно изучать. Математика развивает ум. Следовательно, математику полезно изучать»;



2) энтимема (вид силлогизма, в котором одна посылка остается неявной, «в уме»): «Математику полезно изучать хотя бы потому, что она развивает ум»;

3) эпихейрема (развернутый силлогизм): «Полезно изучать всё, что развивает наш ум, делает его более гибким. Всякий согласится, что изучение математики — прекрасный способ развития ума, что изучать математику полезно и необходимо»;

4) дилемма (разновидность силлогизма, в котором есть две противоположные посылки): «Выполнить требование начальника — пойти против своих убеждений, не выполнить — вызвать его гнев»;

5) сорит (цепочка связанных положений, при развитии которых следующее положение вытекает из предыдущего): «Учение помогает нам развивать ум. Развитый ум помогает правильно решать трудные проблемы в нашей жизни. Правильное решение жизненных проблем содействует нашему счастью и благополучию. Следовательно, учение содействует нашему счастью и благополучию».

Третья часть инвенции — наука о страстях (патетика), она учит оратора, как вызывать у аудитории необходимые эмоции и чувства. При этом рекомендуется осторожное обращение с патетикой, высмеивается злоупотребление страстями.

Общие правила инвенции требуют гармонии нравов, аргументов и страстей.

В инвенции существовал раздел топики, который обучал моделям речемыслительной деятельности.

Понятие смысловой модели (топа). Инвенция, обучая искусству аргументации, опиралась на различные способы изобретения, «размножения» идей, некие смысловые модели. Это концентрированное знание, его можно увидеть в таком «сгущенном» виде, например, в пословицах: «Не плюй в колодец – пригодится воды напиться». Однако если к ним присмотреться повнимательнее, можно увидеть общие схемы мышления, с помощью которых мы познаем мир. В данном случае это причинно-следственные связи. В античности подобные схемы-и модели были выделены и получили название общих мест, или топов (topos – место) из-за их обобщающей природы. В основе выделения топов лежат единые для всех законы мышления, способы мысленного выделения из окружающей нас действительности предметов, явлений и процессов, их описания, классификации, поисков связей между ними. Таких топов в эпоху античности выделялось до 40 (род, вид, определение, целое, части, свойства, сопоставление, причина, следствие и другие).

Содержание и структура основных смысловых моделей (топов). Рассмотрим 10 наиболее важных смысловых моделей (топов).

Топ «род – вид»

Этот топ отражает универсальный закон человеческой мысли – её нисхождение от общего к частному (дедукция) или восхождение от частного к общему (индукция). Например, рассуждая о породах собак, мы понимаем, что общим (родовым) понятием по отношению к собаке будет «домашнее животное». В свою очередь понятие «собака» мы можем разложить на некие разновидности, например, на охотничьи, сторожевые, комнатные, которые делятся на породы: овчарка, пинчер, спаниель и т.п. И овчарки в развитие этого понятия могут быть восточноевропейскими, кавказскими и др.

Разновидность является подразделением в топе «род – вид». Осознание предмета кроме возведения к общему (роду, родовой идее) требует умения разделять всё на некие вариативные подвиды. Например, осмысляя понятие «игра», мы выделим игру как детское развлечение, как творческий, актёрский акт, как манипулирование и т.д.

Топ «определение»

Определение (definitio, дефиниция) служит ясности и точности речи и является важным элементом её структуры. Часто определение звучит в самом начале речи. Определить предмет речи – значит назвать его общий род (клён – дерево, зима – время года) и видовое, специфическое отличие от других предметов того же рода (демократия – политический строй, основанный на признании принципов народовластия, свободы и равноправия). Риторические определения могут быть менее строгими, в том числе образными (метафорическими) и парадоксальными: «Лиса – всем известный зверь, своей хитростью вошедший в пословицу», «Зима – сон природы», «Лень – двигатель прогресса».

Топ «целое – части»

Осмысление содержания происходит с использованием модели «целое – части». Это значит, что явление действительности, предмет речи можно рассмотреть:

а) как часть некоего целого и рассуждать также и об этом целом. Если вы говорите о Владивостоке, то можете рассмотреть его в составе и Приморского края, и России;

б) как целое, состоящее из элементов, и говорить об этих элементах. Например, рассказ о Владивостоке — это рассказ о специфике его районов – мыса Чуркин, Второй Речки, 71-го микрорайона и т.д.

Разделение предмета речи на части – непростая задача. Необходимо выделить и описать именно только значимые (функционально или ценностно) части предметов, важные, заметные, бросающиеся в глаза элементы, отличающие предмет от других, сходных с ним объектов.

Части предмета речи могут служить характеристикой целого. Вспомним портрет Базарова, который даёт Тургенев в романе «Отцы и дети». Одежда-балахон и красные большие руки Базарова подчёркивают сущность этого человека и противопоставляют его миру Кирсановых. Часть может гиперболизироваться (преувеличиваться) в целях создания выразительного образа, достижения комического эффекта:

Сидит милый на крыльце

С выраженьем на лице.

А у милого лицо

Занимает всё крыльцо.

Топ «свойства»

Под топом «свойства» подразумеваются очень близкие друг другу смысловые модели: признаки предмета, его качества, функции, его характерные действия. Умение вычленять свойства, определяющие предмет, а не только перечислять равнодушно всё подряд, без разбора – главное и второстепенное, важное и неважное – это умение свидетельствует о субъективном, личностном взгляде на предмет речи, с одной стороны, и о грамотном, объективном, аналитическом подходе к явлениям действительности, — с другой. Таким образом, чтобы правильно применять топ «свойства», необходимо избирать только существенные, характерные признаки, функции, качества объекта, интересные для говорящего и для слушающих, и выражать собственное мнение, собственную оценку. Для большей выразительности можно прибегать к топу «свойства» в изменённом виде, например, как бы замещая этим единственным свойством весь предмет. Это происходит, когда мы даём персонажам «говорящие» фамилии: Правдин у Фонвизина, Коробочка у Гоголя и т.п.

Топ «сопоставление»

Смысловая модель «сопоставление» отражает универсальность мыслительных операций, направленных на поиск сходства и различия в окружающей нас действительности. Топ «сопоставление» существует в двух видах – сравнение и противопоставление. Если мы ищем сходство (аналогию) между предметами, мы сравниваем. Если фиксируем своё внимание на различиях, то противопоставляем. Сравнение – это механизм познания. Одно познаётся через другое: «Голос любимой подобен флейте», «Человек в драке сходен с животным», «Шум моря похож на удары огромного тамбурина».

Противопоставление часто реализуется через специальную фигуру речи – антитезу: «Ты и убогая, ты и обильная, ты и могучая, ты и бессильная, матушка Русь». Обыгрывание сравнения и противопоставления в одном и том же отрывке даёт интересную, образную картину, помогает глубже понять явление: «Нет, я не Байрон, я другой, ещё неведомый избранник, как он, гонимый миром странник, но только с русскою душой» (так писал о себе М.Ю. Лермонтов).

Топ «причина и следствие»

Это один из универсальных топов, отражающих причинно-следственные отношения между явлениями в мире и, соответственно, между понятиями, идеями, передающими эти отношения. Эта смысловая модель существует в двух разновидностях: в виде веера и в виде цепочки.

Веер передаёт наличие многих причин у явления и массу следствий из одного события, явления:

причина

следствие причина

причина

 

причина

причина следствие

причина

Когда вы приходите к врачу, жалуясь на боли в сердце, он пытается найти причину болезни в вашей наследственности, в образе жизни, в привычках и т.п. Ваше рассуждение на тему: «Книга – лучший подарок» будет полно причинно- следственных обоснований этого тезиса.

«Цепочка» позволяет, постоянно переходя от причины к следствию, сделать некий вывод:

 

причина следствие следствие следствие.

 

причина причина

 

Пример «цепной» реакции находим у С. Маршака: «Лошадь захромала – командир убит; конница разбита – армия бежит. Враг вступает в город, пленных не щадя, потому что в кузнице не было гвоздя».

Топ «обстоятельства»

Этот топ выражает место, время, условия осуществления действия. Если топ «причина – следствие» наиболее характерен для рассуждения, то без смысловой модели «обстоятельства» немыслимо повествование: «В половине двенадцатого с северо-запада, со стороны деревни Чмаровки, в Старгород вошёл молодой человек лет двадцати восьми», — так впервые появляется в романе Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев» Остап Бендер.

Модель «обстоятельства» помогает ответить на вопросы: где? когда? при каких условиях? каким образом?

Топ «пример»

Данный топ представляет собой конкретный факт, взятый оратором из собственного опыта, опыта других людей, из истории, но также и из фольклорных источников, художественной литературы, Священного Писания. Эта смысловая модель опирается на практицизм и прагматизм нашего мышления, на доверие тому, что было в самой реальности, а не приобретено в ходе рассуждений.

Из художественной литературы заимствуются сходные ситуации, служащие подтверждением обобщённости и повторимости рассматриваемых обстоятельств. Приводить примеры нужно из области, знакомой слушателям, доступной уровню их восприятия. Пример может быть единичным, но чаще оратор использует несколько примеров, подтверждающих его точку зрения.

Топ «свидетельство»

Топ «свидетельство» носит ещё одно название –«обращение к авторитетам». Это чаще всего цитаты, изречения, принадлежащие авторитетным людям, тем, кому мы доверяем, кем восхищаемся. Ими могут быть видные учёные, известные общественные и политические деятели, поэты, писатели, философы, древние мудрецы. Например: «Как сказал Н.Карамзин, монументы возвышают дух народа».

В качестве свидетельства нередко используются пословицы и поговорки как выразители народной мудрости.

Не менее убедительна и цитата из Священного писания, которая вводится в текст с указанием на источник: «В Священном Писании сказано: блаженны нищие духом, ибо их будет царствие небесное» и т.п.

Топ «имя»

Эта смысловая модель обращает нас к внутренней форме слова, к происхождению (этимологии) слова. Так, понять, что такое «образование», поможет выяснение того, что такое «образ» – понятие, лежащее в основе слова «образование». Тогда образование предстанет перед нами как «выставление некоего образца», образа, по подобию которого формируется конечный продукт обучения; как некая идеальная модель знания, к которой направлены усилия учителя.

Мы лучше поймём, что такое Владивосток как город, стоящий на страже границ России между Востоком и Западом, если разложим его имя на две составляющие: владеть и Восток, владеть Востоком.

7. Оснащение лекции.Лекция проводится в режиме электронной презентации.

Литература

1. Голуб И.Б., Неклюдов В.Д. Русская риторика и культура речи. . Учеб. пособие. – М: Логос, 2011.// ЭБС «Университетская библиотека on-line» http://www.biblioclub.ru/

2. Аннушкин В. И. Риторика. Вводный курс. Учебное пособие. — М.: Флинта, 2011 / Университетская библиотека on-lain

3. Михальская А.К. Риторика. 10-11 кл. Базовый уровень: учебник. — М.: Дрофа, 2013.

4. Гринько Е.Н. «Риторика и риторическая культура: история и теория» — Владивосток, ДВГТУ, 2004 (традиционная и электронная версия)

 


Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:

Содержание античной риторики реферат по зарубежной литературе

Реферат по лингвистике на тему: «Содержание античной риторики» 2009 Согласно античному канону риторика включает в себя пять частей, Кроме аргументов, различающихся по форме рассуждения, в риторике рассматривались также аргументы, учитывающие источник, происхождение. Таковыми признавались: пример — силлогизм, одной из посылок которого является исторический факт или интересное событие; индукция — общий вывод, проистекающий из различных частных примеров; «личный» аргумент — вывод, проистекающий из посылок, действий или слов оппонента, противопоставленных оратором своим собственным посылкам, действиям или словам. Среди общих способов убеждения Аристотель уделяет основное внимание примеру и энтимеме. При этом предпочтение он оказывает энтимеме как собственно риторическому средству: «Примерами следует пользоваться в том случае, когда для доказательства нет энтимем, ибо убеждают с их помощью, когда же энтимемы есть, то примерами следует пользоваться как свидетельствами после энтимем в виде эпилога, тогда как в начале они похожи на индукцию, а ораторским речам индукция не свойственна, за исключением немногих случаев, когда же они помещены в конце, то похожи на свидетельства, а свидетель всегда вызывает доверие. Поэтому если поместить их в начале, необходимо говорить много, а в конце — достаточно одного примера, ибо свидетель, заслуживающий веры, полезен даже один». Правила применения аргументов: 1) доказательства — основа ораторской речи; 2) доказательства следует не столько умножать, сколько взвешивать; 3) отбрасывать аргументы, которые могут быть отвергнуты. В основе классического учения о «страстях» лежит представление о двух главных человеческих страстях — Любви и Ненависти. Именно они формируют все другие, второстепенные чувства. По определению Аристотеля, «страсти — это все то, под влиянием чего изменяется состояние людей и принимаются различные решения, а также то, с чем связано огорчение или удовольствие: например, гнев, сострадание, страх и всем им подобные и противоположные им чувства». Аристотель дает подробную характеристику чувству гнева, пренебрежения, милости, любви, страха, стыда и другим человеческим свойствам, используемым оратором в «искусстве* убеждать» аудиторию. Он описывает также возможное воздействие речи на людей различных возрастных и социальных групп. Соотношение между «нравами», «аргументами» и «страстями», т.е. тремя основными разделами инвенции, можно выразить следующей формулой поведения оратора: привлечь нравом, убедить аргументом, тронуть чувством. Общие правила инвенции, обязательные для любого оратора: 1)»нравы», «аргументы» и «страсти» должны взаимодействовать для достижения единой цели — убеждения; 2) один из трех подходов должен быть выбран в качестве доминирующего; 3)»нравы» и «страсти» более всего подходят для сочинений, адресованных «слабым, чувственным людям и молодежи»; 4) аргументы должны преобладать в речи, обращенной к людям степенным и разумным; 5) злоупотребление нравами и страстями легко высмеивается; 6) использование опыта предшествующих поколений ораторов. Кроме собственно доказательств к инвенции относятся также «общие места» аргументов. Античные риторы подчеркивали, что все сюжеты, темы, объекты ораторского выступления имеют определенное сходство и могут рассматриваться под общим углом зрения. Такое сходство может быть внутренним, исходящим из самого предмета — внутренние общие места и внешним, представляющим собой дополнительную аргументацию не обязательно логического характера — внешние общие места. Таким образом, инвенцию можно назвать этапом упорядочивания мысли о предмете речи. Она предполагает выбор определенной стратегии аргументации. Эта стратегия может быть обусловлена тем образом, который оратор предполагает создать у аудитории, либо той реакцией слушателей, на которую рассчитывает оратор, либо потенциальной возможностью раскрытия темы сообщения. Классическая инвенция обращена к анализу трех сторон акта коммуникации, которые ныне принято называть: отправитель речи — получатель речи — сама речь. В современной лингвистической теории этим составляющим акта коммуникации уделяется значительное место. Диспозиция. Основное назначение диспозиции — членение тематического материала, полученного в результате инвенции, и определение порядка следования частей. Огромное внимание, с которым античные ораторы относились к данному этапу работы над речью, нагляднее всего демонстрируют следующие слова Платона: «Всякая речь должна быть составлена, словно живое существо, — у нее должно быть тело с головой и ногами, причем туловище и конечности должны подходить друг к другу и соответствовать целому» — цит. по. Оратор должен ясно представлять себе общий принцип и частные задачи речи и в соответствии с этим строить свою аргументацию. Согласно античному канону речь делится на шесть частей: введение, предложение, повествование, подтверждение, опровержение и заключение. Для менее значительных тем диспозиция может быть ограничена тремя основными частями: вступлением, подтверждением и заключением. Главным общим правилом диспозиции является следующее: оратор должен помнить о цельности сочинения и с этой целью кратко, в одной фразе, резюмировать и держать в уме свое мнение по поводу излагаемого сюжета. Я думаю, что это правило могло бы сослужить добрую службу многим современным публичным сочинителям. Введение. Главная цель введения — расположить в свою пользу аудиторию. Для достижения этой цели применяются три типа введения: простое, косвенное и внезапное — резко эмоциональное начало, применяемое в редких случаях. Классическим примером внезапного начала может служить одна из знаменитых речей Цицерона Катилине: «Quousque tandem abutere, Catilina, patientia nostra? Quam diu etiara furor iste tuus nos eludet? Quem ad 2) заключение требует точности изложения и разнообразия в стиле; 3) из подтверждения отбираются наиболее сильные места; 4) при использовании «страстей» следует помнить об умеренности; 5) стиль заключения должен быть живым и эмоционально насыщенным. Диспозиция является следующим этапом работы автора над речью, этапом, предшествующим непосредственной вербализации замысла. Необходимость этого этапа диктуется двумя фундаментальными свойствами речи — линейностью и дискретностью. В результате инвенции тема оказывается расчлененной на несколько частей, позволяющих наглядно представить себе содержание речи. Таким образом, если инвенция является этапом конкретизации и упорядочивания мысли, то основное содержание диспозиции сводится к синтагматической аранжировке темы. Но тема как набор субконцептов не имеет линейной конфигурации, она не может быть сразу, единовременно обрушена на аудиторию. Дело в том, что если при зрительном восприятии пейзажа или картины, как отмечает Ватте, «мысли входят в наше сознание толпой» — цит. по), то при восприятии речи «мысли, привязанные к… словам, появляются друг за дружкой, достигая таким образом сознания слушающего». Таким образом, с одной стороны, линейность речи диктует необходимость линейного представления субконцептов, составляющих тему. С другой стороны, дискретность речи, возможность вычленения отдельных фрагментов сообщения облегчает автору концептуальное построение речи в соответствии со своими коммуникативными намерениями. Античные авторы обращали внимание на многие особенности речи, которые в современной науке являются предметом специального изучения. Вспомним, например, известный в психологии «закон первого и последнего места», согласно которому при прочих равных условиях лучше запоминается та информация, которая расположена в начале и конце сообщения. Этот закон прекрасно согласуется с античным правилом расположения аргументов в речи, когда наилучшим признается так называемый гомеров порядок. Располагая наиболее важные элементы доказательства в начале и конце речи, античные авторы добивались высшей убедительности своих выступлений. Элокуция — это словесное выражение того, что уже содержательно определено и расчленено, а также расположено в определенном порядке. Именно на этом этапе замысел автора получает свою конкретную словесную форму. Элокуция как центральная часть риторики, как учение о словесном выражении в дальнейшем стала основой для выделения стилистики в качестве самостоятельной лингвистической дисциплины. Содержание элокуции составляют общие наблюдения над различными грамматическими формами и конструкциями, описание и классификация риторических фигур, учение о стиле и его разновидностях, учение о «формах» стиля и «формах» речи. Еще Аристотелем были выделены три вида конструкций: предложение, или выражение простого суждения, фраза, или связка суждений, образующая умозаключение; период, или связка умозаключений, служащая полному раскрытию развернутой концепции. По мнению Н.А. Безменовой, именно в риторике была выдвинута гипотеза об уровневой организации текста: «Если природа создала определенные законы для взаимной аранжировки слов, то они должны сохраняться и для частей в периоде, и для периодов в целой речи». Идея аналогии, касающаяся взаимного расположения и отношений между мелкими и крупными языковыми единицами, была, как известно, популярна в античные времена; популярна она и в наши дни). Предметом особой заботы риторов было описание различных фигур речи. Согласно традиции, идущей от Цицерона, фигуры делятся на два больших класса: фигуры мысли и словесные фигуры. Основное различие между этими двумя большими классами состоит в том, что фигуры мысли зависят исключительно от воображения или изменения мысли: фигура остается одной и той же, даже если в ней заменить все слова. Словесные фигуры зависят от выбора слова, они могут исчезнуть при замене слов. Например, при замене в фигуре «сто парусов» слова «парус» на «парусник», мысль сохранится, но фигура исчезнет. Предметом риторики являются прежде всего словесные фигуры. Фигуры дикции затрагивают звуковой состав слов: например, синкопа — это выпадение одного или нескольких звуков в середине слова. Фигуры конструкции представляют собой структуры, выражение смысла которых происходит за счет грамматической конструкции: например, силлепс — это объединение в синтаксическом построении двух или более однородных членов, так или иначе различающихся в грамматическом отношении. Выделяются также фигуры, в рамках которых слова сохраняют свое прямое значение, и фигуры с переносным значением слов — тропы. Особое место в риторике отводится изучению фигур с переносным значением — тропов. Переносный смысл, создающий троп, возникает в результате определенной модификации прямого смысла. Квинтилиан дает следующее определение этому понятию: «Троп есть выразительная перемена или искусный перенос слова или речи от собственного значения на другое» — цит. по. Основными тропами в риторике признаются метафора, метонимия, синекдоха, эпитет, антономаза, катахреза, ономатопея, перифраза, аллегория, ирония, гипербола. Самым красивым и наиболее употребительным тропом с давних пор считается метафора. По словам Квинтилиана, она «дарована нам самой природой». Античные авторы обращали внимание на то, что от выбора того или иного слова, того или иного образного выражения может зависеть весь смысл фразы. Аристотель, полемизируя с софистами, писал: «Неверно утверждение Брисона, что сквернословия нет, поскольку одно слово можно сказать вместо другого, если они значат одно и то же. Это ошибка, ибо одно слово более употребительно, более пригодно, чем другое, чтобы представить дело наглядно. Кроме того, разные слова представляют предмет не в одном и том же свете, так что и с этой стороны следует предположить, что одно слово прекраснее или безобразнее другого». Далее: «То же и в области эпитетов, можно образовывать их от худшего или постыдного, например эпитет «матереубийца», но можно и от лучшего, например «мститель за отца». Точно так же и Симонид, когда победитель состязания в беге на колесницах, Более мелкие положения могли ассоциироваться с различными предметами мебели и т.п. Во время выступлений он никогда не испытывал затруднений с воспроизведением речи, потому что «прогулка по дому» позволяла ему заглянуть во все укромные уголки и тем самым последовательно коснуться всех необходимых разделов речи. После V в. н.э. античная мнемотехника одновременно с падением Римской империи почти полностью попадает в забвение. Произнесение — искусство произнесения речи. Успехи в красноречии, как полагали античные авторы, во многом связаны с огромной работой над техникой речи. Знаменитые ораторы древности работу над исполнением речи считали само собой разумеющимся делом. Ср. следующую мысль Цицерона: «Нужно ли мне еще распространяться о самом исполнении, которое требует следить и за телодвижениями, и за жестикуляцией, и за выражением лица, и за звуками и оттенками голоса?» В произнесении речи основное внимание ораторы уделяли голосу, мимике и жесту. Аристотель называет три фактора, определяющих искусство владения голосом: «Декламационное искусство предполагает в основном использование голоса: как его следует применять для выражения той или иной страсти, например, когда нужно говорить громким голосом, когда тихим, когда средним, и как выбирать интонации, например пронзительную, глухую и среднюю, и какие ритмы употреблять для каждого данного случая. Ибо есть три вещи, на которые обращают внимание: сила, гармония и ритм». По словам Цицерона, существуют «два элемента, украшающие прозаическую речь: приятность слова и приятность размеров. В словах заключается как бы некий материал, а в ритме — его отделка». Древние ораторы овладели искусством фиксации голосовых тонов, своего рода нотной записи декламации с помощью диакритических знаков, служащих для отметки просодии. В те времена существовала мелопея, или искусство создания определенных модуляций голоса. Так, например, Исократ советовал не допускать столкновения гласных, а также повторения одинаковых слогов на стыке слов. Квинтилиан предупреждал о том, что согласные так же, как и гласные, могут «враждовать» между собой, например, если на стыке слов встречаются конечный s и начальный х, еще худшая картина наблюдается при столкновении двух s, в результате чего, по его словам, получается «шипение». В античной риторике важное место отводилось мимике и жестикуляции. Изучение правил владения мимикой и жестом, по методу Демосфена, должно было сопровождаться комплексом упражнений перед зеркалом. Риторы полагали, что жест должен сопровождать мысль и голос шаг за шагом, не обгоняя их и не задерживаясь перед ними. По их мнению, жесты должны иметь между собой определенную связь: как не всякая мысль может находиться в непосредственной близости с другой, так и не всякий жест приличествует другому. Существовало несколько общих положений о жестикуляции, например: жест правой руки должен идти с левой стороны и заканчиваться на правой; левая рука сопровождает правую; если левая рука идет одна, это означает, вместе с поворотом головы направо, презрение или отказ; кисти рук не поднимаются выше линии плеч, или, в крайнем случае, глаз, а также не опускаются ниже пояса даже в том случае, когда оратор говорит стоя и т.п. В завершение краткого обзора античной риторики обратим внимание читателя на взаимосвязанность и взаимообусловленность всех пяти этапов работы ораторов древности над речью. В классическом каноне каждый из рассмотренных выше этапов признается обязательной и необходимой составной частью работы любого оратора над речью. В ходе исторического развития эти пять операций значительно видоизменились. Так, учение об элокуции стало основой современной стилистики, учение о запоминании пребывало в забвении несколько веков и по-настоящему возрождается только в современную эпоху. Диалогический характер античного выступления. Исключительным предметом риторики был монологический текст. Однако из этого наблюдения не следует, что античные ораторы преуменьшали значение диалога с аудиторией. Они прекрасно умели устанавливать и поддерживать тесный контакт со слушателями. Многие выступления знаменитых ораторов представляли собой «свернутый» диалог, в рамках которого можно было реализовать интеллектуальное и эмоциональное воздействие на публику. Рассмотрим, например), одну из речей Цицерона. Цицерон, давно уже не державший речей в сенате, берет слово, чтобы поблагодарить Цезаря за прощение оклеветанного и впавшего в немилость Марцеллия. Оратор прекрасно осведомлен о крайнем недоумении, царившем среди сенаторов из- за его длительного молчания. Ср.: Долго я хранил молчание. Но не из-за страха. Мешала боль за друга. Пока существует сострадание, нет места клевете. Истина всегда торжествует. Этот лаконичный текст вызвал овацию римских сенаторов. Однако он оказывается почти непонятным читателю, если не восстановить внутренний диалог, который Цицерон ведет с аудиторией. «Долго я хранил молчание*. Эта фраза звучит как вызов на диалог для объяснения своего молчания, которое молва приписывала опасению Цицерона оказаться неугодным Цезарю. Эта фраза с неизбежностью провоцирует молчаливый вопрос аудитории: «Почему?» В самом деле, почему оратор хранил столь долгое молчание? Ответ Цицерона скор и лаконичен: «Но не из-за страха». Оратор отвергает оскорбительное предположение публики о его страхе перед гневом Цезаря. Этот краткий ответ провоцирует новый, уточняющий вопрос аудитории: «Почему же тогда?» Следующая фраза Цицерона ставит все на свои места: «Мешала боль за друга*. Это уже почти вызов Цезарю, личным врагом которого был Марцеллий. Предположительно, следующий вопрос аудитории мог быть таким: «Почему же сегодня заговорил?» Цицерон отвечает на это: «Пока существует сострадание, нет места клевете*. Сильное слово клевета, брошенное как обвинение Цезарю, снимает неоднозначность трактовки этой фразы: о чьем сострадании идет речь — Цезаря, которого

(PDF) риторические стратегемы

37

культуре и позволяет нам видеть мир только через определенную «форточку», в

одной только перспективе. Как у австралийских аборигенов, у которых, как

отметил Лев Успенский, недостаточно обобщающих слов: например, есть слова

для обозначения пальм, папоротников, лиан, а слов для обозначения «деревьев

вообще» – нет. Такая судьба…

Однако иногда возникают совсем уж фатальные формы, например, когда

кто-то начинает строить риторическую машинерию порабощения. (Нужно ли

здесь еще раз напомнить об аморальности?) Язык вражды «меха-низменно»

избирает в качестве мишени национальные, гендерные или религиозные

особенности и, захватывая пространство масс-медиа, порождает нелепейшие

социальные обобщения, которые требуются для создания образа врага.

Рецептов много. Может происходить тонкая подмена понятий, когда ключевые

слова приобретают другое значение и человек невольно начинает мыслить

иными категориями. А может совершаться грубое риторическое насилие.

Умело манипулируя «нагруженными терминами», такой оратор добивается

полной покорности и беспрекословного повиновения своей жертвы. Так,

греческого философа Гегесия прозвали «увещевающим умереть» за то, что под

воздействием его речей многие слушатели охотно кончали с собою. В ХХ веке

в секте «Небесные врата» тело человека заранее дегуманизировалось,

называясь «контейнером» и «оболочкой». А слова «покинуть планету» и

«спасти собственную жизнь» означали самоубийство. Поэтому, когда лидер

секты объявил, что пора «сбрасывать оболочки» и «покидать планету», адепты

безропотно выпили яд. Конечно, такая манипуляция сознанием невозможна без

взаимодействия. Жертвой подмены понятий человек может стать лишь в том

случае, если он выступает как ее соавтор, невольный соучастник. Только если

человек под воздействием полученных сигналов перестраивает свои воззрения,

мнения, настроения, цели – и начинает действовать по новой программе –

манипуляция состоялась. А если он усомнился, уперся, защитил свою

программу, он жертвой не становится. Манипуляция – это соблазн. Соблазн

новой реальностью.

Классическая риторика 101: Пять канонов риторики — Изобретение

Добро пожаловать в нашу серию статей о классической риторике. Сегодня мы начинаем сегмент из пяти частей, посвященный Пяти канонам риторики. Как вы помните из нашего краткого введения в классическую риторику, Пять канонов риторики представляют собой систему и руководство по созданию мощных речей и письма. Это также шаблон, по которому можно судить об эффективной риторике. Пять канонов были собраны и организованы римским оратором Цицероном в его трактате De Inventione, , написанном около 50 г. до н.э.150 лет спустя, в 95 году нашей эры, римский ритор Квинтилиан более глубоко исследовал Пять канонов в своем знаменательном 12-томном учебнике по риторике I nstitutio Oratoria. Его учебник и, следовательно, «Пять канонов риторики» стали основой риторического образования еще в средневековье.

Довольно истории. Каковы пять канонов риторики? Рад, что ты спросил.

Пять канонов риторики:

  • inventio (изобретение): процесс развития и уточнения ваших аргументов.
  • dispositio (расположение): процесс систематизации и систематизации ваших аргументов для максимального воздействия.
  • elocutio (стиль): процесс определения того, как вы представляете свои аргументы с помощью фигур речи и других риторических приемов.
  • memoria (запоминание): процесс обучения и запоминания вашей речи, чтобы вы могли произносить ее без использования заметок. Работа с памятью заключалась не только в запоминании слов конкретной речи, но и в запоминании известных цитат, литературных ссылок и других фактов, которые можно было использовать в импровизированных речах.
  • actio (доставка): процесс отработки того, как вы произносите речь, используя жесты, произношение и тон голоса.

Если вы посещали курс публичных выступлений, вам, вероятно, преподавали версию «Пяти канонов». Они также составляют основу многих курсов композиции.

В течение следующих нескольких недель мы рассмотрим каждый из пяти канонов по отдельности и исследуем, как мы используем их в повседневных ситуациях, чтобы быть более эффективными коммуникаторами.Готовы начать? Давайте начнем с разговора о первом каноне риторики: изобретении.

Что такое изобретение?

Изобретение, согласно Аристотелю, предполагает «открытие наилучших доступных средств убеждения». Это может показаться простым, но изобретение, возможно, является самым сложным этапом в создании речи или письменного произведения, поскольку оно закладывает основу для всех остальных этапов; вы должны начать с нуля, чтобы построить основу вашего произведения. На этапе изобретения цель состоит в том, чтобы провести мозговой штурм по поводу того, что вы собираетесь сказать и как вы собираетесь это сказать, чтобы максимально убедить.Любой хороший оратор или писатель скажет вам, что они, вероятно, проводят больше времени на этапе изобретения, чем на любом другом.

Возьмите судью Верховного суда Антонина Скалиа. Да, этот человек поляризован и является громоотводом для споров, но юристы и юристы всего политического спектра признают его одним из лучших писателей-юристов в истории Верховного суда. Он умеет брать сложные вопросы и аргументы и превращать их в короткие, убедительные и часто остроумные предложения и абзацы.Даже если вы не согласны с его мнением, вы часто думаете: «Черт возьми, это был действительно хороший аргумент!»

В чем секрет риторических способностей судьи Скалии? Тратить много-много времени на фазу изобретений. В интервью о процессе письма Скалиа объяснил, что он проходит «длительный процесс прорастания» идей, прежде чем положить перо на бумагу (или пальцы на клавиатуру). Скалия проводит мозговой штурм в своей машине по дороге домой с работы и в спортзале во время тренировки.Этот процесс прорастания длится от нескольких дней до даже нескольких недель. Но время, потраченное на простое размышление и мозговой штурм, окупается, когда он, наконец, приступает к письму. Я считаю, что это верно и для моей собственной жизни; мои лучшие сообщения — это те, которые я позволяю просачиваться в моем мозгу в течение долгого времени, месяцев, даже лет. Я обдумываю идеи, когда чищу зубы и гуляю. Когда я наконец сажусь писать, идеи вылетают, уже хорошо выдержанные и выдержанные.

Что следует учитывать на этапе изобретения

Итак, о чем вы должны думать на этапе изобретений? Без какого-либо направления и руководства мозговой штурм часто может быть бесплодным и разочаровывающим. Обдумывание следующих элементов может повысить эффективность ваших сессий изобретений.

Ваша аудитория. Одним из ключевых факторов создания убедительной риторики является адаптация вашего сообщения к вашей конкретной аудитории.Как можно лучше узнайте общие демографические и культурные особенности вашей аудитории. Чего боится ваша аудитория? Каковы их желания? Что им нужно? Эта информация поможет вам решить, какие факты следует использовать в своей риторике, а также поможет определить, какие средства убеждения были бы наиболее эффективными для использования.

Ваши доказательства. Планируя выступление или письмо, соберите все доказательства, которые сможете найти.Доказательствами могут быть факты, статистика, законы или индивидуальные свидетельства. Всегда хорошо иметь хорошую смесь, но помните, что разные аудитории убеждают разные типы доказательств. Некоторым людям нужны холодные, неопровержимые факты и статистика, чтобы их убедить. Другие находят свидетельства коллег или авторитетного авторитета более убедительными. Часть знакомства с вашей аудиторией состоит в том, чтобы выяснить, какие доказательства они найдут наиболее убедительными и убедительными.

Средства убеждения. Вы ведь помните три средства убеждения? Пафос, логотипы и этос? Это время, когда вы хотите определить, какой из трех убедительных призывов вы будете использовать в своей речи. В идеале у вас должна получиться хорошая смесь всех трех, но опять же, разные аудитории будут лучше убеждены с помощью разных призывов. Использование пафоса (обращение к эмоциям), чтобы убедить комнату, полную ученых, в том, что вы открыли холодный синтез, вероятно, далеко не продвинет вас. Ориентация на логотипов сработает намного лучше.Опять же, все дело в том, чтобы ваша риторика соответствовала вашей аудитории.

Сроки. Люди восприимчивы к определенным идеям в разное время, в зависимости от контекста. Люди часто советуют парам не ложиться спать рассерженными, чтобы решить свои проблемы, прежде чем бросить мешок. Но по ночам мы устали и капризны; наша защита не работает. Попытка передать свою точку зрения в это время часто приводит к тому, что небольшая проблема превращается в нечто гораздо большее. С другой стороны, хороший ночной сон часто помогает взглянуть на вещи в перспективе.Скорее всего, ваш супруг будет охотнее выслушивать вас утром. Как в браке, так и со всем в жизни; важность выбора времени нельзя недооценивать. Представьте идею сокращения расходов на работе в тот же день, когда были уволены пять любимых вами сотрудников, и вы получите ледяной и враждебный прием. Представьте его через полгода, и люди действительно его послушают.

Другой аспект хронометража — это продолжительность вашей речи или письма. В некоторых случаях уместна длинная, хорошо развитая речь с нюансами; в других случаях более эффективной будет более короткая и убедительная презентация.Опять же, это часто зависит от вашей аудитории и контекста вашего выступления.

Авраам Линкольн был мастером хронометража. Его Геттисбергское обращение — одно из самых известных выступлений в истории. Многие люди не знают, что Lincoln не был основным докладчиком в тот день; скорее, эта честь выпала на долю известного оратора Эдварда Эверетта. Эверетт выступил с двухчасовой речью, в которой проявились некоторые из лучших навыков ораторского искусства и риторики; он привлек внимание публики. Линкольн подошел к стенду, и доставил свой адрес менее чем за пять минут .Хотя современная аудитория не была слишком впечатлена, Эверетт знал, что был свидетелем величия. Он написал Линкольну: «Я был бы рад, если бы мог льстить себе, что я подошел к центральной идее события за два часа так же близко, как вы за две минуты». И, конечно, 150 лет спустя никто не цитирует Эверетта и даже не вспоминает, как он говорил в Геттисберге, но все помнят Линкольна и знакомы с его словами. Время имеет значение.

Формат аргумента. Итак, у вас есть смутное представление о том, о чем вы должны писать или говорить.Сложнее всего взять эту расплывчатую идею и превратить ее в конкретную тему или тезис. Без каких-либо указаний о том, как это сделать, мужчина может часами ломать себе голову, но никуда не денется. К счастью для нас, древние риторы оставили нам несколько изящных шпаргалок по разработке формата и темы наших аргументов, к которым мы обратимся дальше.

Древние помощники на этапе изобретения

Стазис. Стазис — это процедура, призванная помочь ритору развить и прояснить основные моменты его аргументации.Стазис состоит из четырех типов вопросов, которые задает сам говорящий. Их:

  1. Фактические вопросы: О чем именно я говорю? Это человек? Идея? Проблема? Он действительно существует? В чем источник проблемы? Есть ли факты, подтверждающие истинность этого мнения?
  2. Вопросы определения : Как лучше всего определить эту идею / объект / действие? Какие есть разные части? Можно ли его сгруппировать с похожими идеями / объектами / действиями?
  3. Вопросы по качеству: Это хорошо или плохо? Это правильно или неправильно? Это легкомысленно или важно?
  4. Вопросы процедуры / юрисдикции: Это подходящее место для обсуждения этой темы? Какие действия я хочу, чтобы мой читатель / слушатель предпринял?

Эти вопросы могут показаться совершенно элементарными, но поверьте мне, когда вы изо всех сил пытаетесь осмыслить идею темы речи или письма, стазис имеет почти волшебный способ сосредоточить ваше мышление и помочь вам развить аргумент.Не пропустите это.

Топои (Разделы изобретений). Топои, или темы состоят из набора категорий, которые предназначены для того, чтобы помочь писателю или оратору найти взаимосвязь между идеями, что, в свою очередь, помогает организовать его мысли в убедительные аргументы. Аристотель организовал различные риторические темы в своем трактате «Искусство риторики ». Он разделил темы на две большие категории: общие и особые. Мы сосредоточимся на общих темах, поскольку они более общие и применимы к повседневным риторическим ситуациям.(Если вам нужна дополнительная информация по специальным темам, см. Здесь.) Ниже я перечислил несколько общих тем, которые особенно полезны при формировании аргументов.

  • Определение. Мой профессор классиков вбил мне в голову, что в любых риторических дебатах определения имеют жизненно важное значение. Обычно побеждает тот, кто может диктовать и контролировать значение слова или идеи. Политики знают это и тратят много энергии, работая над тем, чтобы сформулировать и определить дебаты в своих собственных терминах и в своей собственной манере.Тема определения требует, чтобы автор определил, как он классифицирует идею, какова ее сущность и в какой степени она имеет эту сущность.
  • Сравнение. Вы, вероятно, знакомы с этим еще со времен средней школы, когда вам приходилось писать сочинения для сравнения и сопоставления. Это отличный способ исследовать и организовывать. Но реальная сила сравнения заключается в его способности помочь вам разработать убедительные аналогии и метафоры, которые останутся с вашей аудиторией.
  • Причина и следствие. Возможно, вы находитесь на собрании мэрии, выступая против нового постановления, которое требует от ресторанов отображать информацию о питании во всех своих продуктах питания. Вы можете использовать причину и следствие как эффективный способ убедить слушателей, что это плохая идея. Используя убедительные фактические доказательства, представьте некоторые из возможных пагубных последствий выполнения постановления. (т. е. дорого для бизнеса, дополнительные расходы городских властей на регулирование и т. д.)
  • Обстоятельства дела. В этом разделе рассматривается, что возможно, а что невозможно в зависимости от обстоятельств.Обращаясь к теме обстоятельств, вы также можете попытаться сделать выводы о будущих фактах или событиях, обратившись к событиям в прошлом. «Я знаю, что солнце взойдет завтра, потому что оно вставало каждый день на протяжении тысячелетий», — это очень простой пример темы обстоятельств в действии.

Стазис и топои — это лишь отправные точки, которые помогут вам организовать свои мысли и аргументы.

На сегодня хватит. Надеюсь, вы узнали что-то, что можно применить в своей жизни.В следующий раз мы обсудим канон аранжировки.

Классическая риторика 101 Серия
Введение
Краткая история
Три средства убеждения
Пять канонов риторики — изобретение
Пять канонов риторики — расположение
Пять канонов риторики — стиль
Пять канонов риторики — Воспоминание
Пять канонов риторики — Доставка
Логические заблуждения
Бонус! 35 величайших речей в истории

Теги: риторика

Пять канонов риторики: для лучшего общения

Пять канонов риторики — классический подход к пониманию эффективного общения.К ним относятся: изобретение (что сказать), расположение (структура содержания), стиль (выбор языка), запоминание (изучение презентации) и доставка (использование не только слов).

Сводка по проекту World of Work

Пять канонов риторики

Эффективное общение и презентация — это то, что люди изучали на протяжении тысячелетий. Это навыки, которые можно улучшить как с помощью знаний и теории, так и с практикой.

Цицерон считается одним из величайших ораторов Рима.

Древние греки и римляне особенно интересовались ораторским искусством и общением. Некоторые из их сохранившихся текстов подробно описывают пять основных «канонов» риторики. Фактически, пять канонов риторики были приписаны римскому оратору, сенатору и консулу Цицерону. Считается, что он написал их примерно в 50 г. до н.э. (Кстати, «Трилогия Цицерона» Роберта Харриса — прекрасное представление об очаровательном человеке.)

Пять канонов риторики — это просто пять навыков, которые необходимы людям, чтобы хорошо общаться.Хотя эти каноны появились очень давно, они по-прежнему актуальны для всех, кто хочет создавать и предлагать эффективные коммуникации сегодня. Мы рассмотрим каждый из них по очереди.

Изобретение

Изобретение — это процесс придумывания того, что вы хотите сказать, чтобы убедить аудиторию в вашей точке зрения. Какие ключевые сообщения и моменты помогут вам убедить аудиторию в своей точке зрения?

Для того, чтобы хорошо пройти этот этап, требуется ясность цели и понимание предмета и вашей аудитории.На этом этапе вам также необходимо выбрать стиль презентации (а теперь и среду) и решить, какой длины должна быть ваша презентация.

Расположение

Речи, как и музыка, должны быть тщательно аранжированы.

Аранжировка — это процесс структурирования вашего контента. Вам нужно привести в порядок все замечательные вещи, о которых вы думали на стадии изобретения, чтобы они работали вместе и чтобы они помогли вам донести свое послание и убедить вашу аудиторию.

Современная аранжировка обычно состоит из трех этапов: введения, тела и заключения.Классическая схема, которую использовал бы Цицерон, состояла из пяти этапов: введение, констатация нейтральных фактов, аргументация, опровержение альтернативных позиций, завершение презентации. Эту схему можно использовать, если хотите, хотя большинство людей придерживается трехэтапного подхода.

Важно продумать организацию всех форм и средств коммуникации и убедиться, что то, что вы выбираете, подходит вашей аудитории и выбранной вами среде.

Стиль

Стиль — это процесс выбора языка и построения вашей презентации так, чтобы вызвать эмоциональный отклик.Это пафосная часть риторического треугольника.

Красноречие и структурирование помогают достичь этого результата, равно как и умелое использование эмоционального языка и риторических приемов, таких как аналогия, аллюзия и аллитерация.

Юлий Цезарь был современником Цицерона.

Память

Память — это способность запоминать достаточно, чтобы вы могли говорить полностью и свободно, без заметок. Это было необходимо в римскую эпоху, когда писались каноны и ораторам приходилось говорить часами.Хотя сейчас это, возможно, немного менее важно, это все еще очень полезный навык.

Многие великие ораторы заранее визуализируют свои презентации, проводят «генеральные репетиции», исследуют свое окружение и понимают несколько уровней своих презентаций (от полного текста до нескольких ключевых пунктов).

Доставка

Каноны используются и сегодня.

Доставка — последний из пяти канонов риторики. Это предполагает использование всех доступных вам инструментов для эффективного общения.Мы знаем, что слова — лишь крошечная часть коммуникации (см. Модель коммуникации 7-38-55), и что для максимальной эффективности в качестве коммуникаторов нам необходимо использовать ряд методов и инструментов.

Акцент, тон голоса, изменение темпа, паузы, громкость, жестикуляция, язык тела, позиционирование и реквизит — все это инструменты, которые помогут эффективно изложить ваши аргументы.

Дополнительные сведения

Эффективное общение — ключевой навык в мире работы. Мы написали еще несколько сообщений по этой теме.Сюда входят ироничные азы общения, 7 принципов общения и 10 советов по улучшению презентаций. Мы также немного писали об убеждении и влиянии. Посты включают 6 принципов убеждения Чалдини и мотивированную последовательность Монро.

Мы также исследовали важную роль, которую коммуникации и истории играют в организационных изменениях. Возможно, вам понравится этот подкаст, в котором исследуется эта идея.

Обзор проекта World of Work

Единственная модель, но очень хорошая.Есть причина, по которой он существовал более 2000 лет, и о нем до сих пор говорят. Причина в том, что он охватывает многое из того, что важно для общения.

Хотя при подготовке наших сообщений (и наших подкастов) мы на самом деле не используем эту модель, мы по-прежнему считаем, что ее понимание важно и полезно для большинства людей, которые хотят создавать и предоставлять эффективные и убедительные сообщения.

Ваш любимый подкаст-плеер!

Вы можете послушать любой из выпусков наших подкастов на своем любимом проигрывателе подкастов через подлинк.

Источники

Содержание этого поста основано на различных статьях из Интернета, но текст Цицерона «De Inventione» является исходным источником, на котором они были основаны.

Обратная связь

Если вы видите какие-либо ошибки на этой странице или хотите оставить отзыв, свяжитесь с нами

цитировать

Карриер, Дж. (2019). Пять канонов риторики: для лучшего общения. Получено [вставить дату] из проекта «Мир работы»: https: // worldofwork.io / 2019/07 / пять канонов риторики /

Канонов риторики: применение изобретений к презентациям

Каждый докладчик стремится создать мощную речь, которая оставит у аудитории неизгладимое впечатление.

Получите сотни слайдов PowerPoint бесплатно.

Зарегистрируйте бесплатную учетную запись сегодня.

Войти Сейчас

Древние греки и римляне были в авангарде разработки таких эффективных речей. Сегодня мы выбрали один канон классической риторики, чтобы обсудить, как он может стать основой вашей презентации.

История риторических знаний

Хотя древние египтяне были известными ораторами, греки были первой цивилизацией, которая систематизировала публичные выступления в то, что теперь известно как риторика. Именно великий философ Аристотель ввел основы риторического знания. Спикеры из Рима развили эту идею в ходе дальнейших исследований, которые привели к созданию пяти канонов риторики.

Этими этапами были: изобретение , расположение , стиль , память и доставка , эти каноны служат в качестве основных схем для создания убедительной речи.

Давайте сосредоточимся на риторике изобретения.

А как насчет изобретения

?

Римские ученые Цицерон и Квинтилиан описали изобретение как процесс развития и уточнения ваших аргументов. В двадцатом веке исследователи изобрели его заново, посчитав его наиболее важным процессом, поскольку он определяет направление вашего сообщения.

Приходит ли вам на ум наука, когда вы видите слово «изобретение»? Этот канон — наука о презентации, которую вы можете использовать для более плавной речи.

Invention контролирует всю идею вашего основного обсуждения. Это позволяет вам классифицировать ключевые моменты, чтобы вы могли реализовать правильное вращение, необходимое для каждой идеи.

Проведение исследований автоматически оптимизирует ваши мысли.

Применение изобретения

При планировании убедительного произведения этап изобретения является началом вашей основной идеи. Это все равно, что изобретать новый гаджет, в котором вам нужно сопоставлять факты и коллективно проводить исследования.

Мы перечислили несколько риторических тем Аристотеля, чтобы помочь вам сформулировать свои аргументы:

Сравнение

Сравнение проводится после того, как вы определили конкретную проблему для обсуждения.Это этап, на котором вы можете использовать игровой язык. Передайте сообщение, используя такие образы речи, как метафоры, сравнения и даже аналогии.

Причина и следствие

Причинно-следственная связь существует уже несколько десятилетий. Используйте это, чтобы укрепить свои аргументы, а также убедить слушателей принять всю идею.

Обстоятельства

Самое замечательное в обстоятельствах — это то, что они позволяют вашей аудитории определять, что возможно, а что невозможно.Дополните свой аргумент реалистичным обращением, опираясь на факты и свидетельства из надежных источников.

Риторический канон изобретательства предлагает отличную основу для организации ваших мыслей. При правильном применении у вас будет меньше забот о том, чтобы произносить речь с помощью более убедительной и эффективной линзы.

Начните свои презентации прямо с овладения изобретением в риторической манере.

Загрузите бесплатные шаблоны PowerPoint прямо сейчас.

Получайте профессионально оформленные слайды PowerPoint еженедельно.

Зарегистрироваться сейчас

Список литературы

«Классические каноны риторики Цицерона: их актуальность и важность для корпоративной работы». Maryvican.worpress.com. 23 апреля 2008 г. По состоянию на 29 апреля 2015 г.
«Как организовать свои идеи с помощью раскадровки презентации». SlideGenius, Inc . 1 сентября 2014 г. По состоянию на 29 апреля 2015 г.
«Улучшите свои презентации с помощью метафоры». SlideGenius, Inc . 17 ноября 2014 г. Проверено 29 апреля 2015 г.
Ньюболд, Кертис. «Как 5 риторических канонов (изобретение, аранжировка, стиль, запоминание и исполнение) сделают вас более убедительными». Парень визуального общения. 6 апреля 2015 г. По состоянию на 29 апреля 2015 г.
McKay, Brett & Kate. «Классическая риторика 101: пять канонов риторики — изобретение». Искусство мужественности. 26 января 2011 г. По состоянию на 29 апреля 2015 г.

Изображение: «Аид и Персефона» с сайта wpclipart.com

Изобретение — Написание Общин

Изобретение относится к процессу создания контента (например,g., слова на странице, музыкальные символы, математические уравнения, изображения и анимация.) Изобретения подпитываются интеллектуальной открытостью, установкой на рост, верой в процесс письма, верой, стойкостью и оптимизмом.


В письменных исследованиях Изобретение концептуализировано как стратегия или процесс создания. Исторически Изобретение является одним из 5 канонов риторики (Изобретение, Аранжировка, Стиль, Память, Доставка).

Возможно, потому, что они обладают установкой на данность и еще не открыли для себя порождающую силу языка — некоторые люди не считают себя творческими.Они оставляют за собой термины творческий или инновационный для людей, которые пишут литературу, создают произведения искусства, изобретают продукты или руководят научными открытиями. Люди, которые разрабатывают новые теории, продукты и идеи, безусловно, заслуживают того, чтобы их называли «творческими» или «новаторскими», но подавляющее большинство из нас тоже может быть творческим.

Наши идеи, идеи, продукты и произведения искусства не могут изменить мир; они могут даже не восприниматься другими как творческие, потому что другим они могут показаться знакомыми или прозаичными.Однако если мы разрабатываем новые для нас идеи, истории и произведения искусства (которые мы не копируем), тогда мы проявляем творческий подход. Наши творения могут не обогатить общество в целом, но они могут обогатить нашу личную жизнь и, возможно, жизни окружающих нас людей. Со временем наши творческие проекты «малой с» могут превратиться в творческий проект «большой с» — то, что действительно меняет то, как люди думают о мире. Ежедневный творческий подход и упорный труд над решением проблем со временем могут привести к прорыву как для нас самих, так и для других.

Для писателей изобретения — это место, где происходит волшебство. Писатели не зацикливаются на писательстве из-за тяжелой работы. Напротив, писателей вдохновляет радость открытий, блаженство находить то, что они хотят сказать, во время написания.

От изобретений к инновациям

Один из лучших способов раскрыть свой потенциал — это выяснить, что вас интересует. Сотрудничество, Жанр, Информационная грамотность, Изобретение, Редакция, Образ мышления изобретателя, Организация, Исследования, Риторика, Стиль и Редактирование — более увлекательные процессы, когда конечный результат имеет для вас большое значение.

«Когда вы чувствуете, что не продуктивны, это не обязательно потому, что вы ленивы или у вас есть вредные привычки, это потому, что вы не работаете над правильными проектами и не нашли те, которые внутренне мотивирующий и значимый для вас ».

— Адам Грант , https://tim.blog/2019/12/05/adam-grant/

Для других обстоятельств, вы знаете, в остальных 99% жизни, особенно когда вы работаете на других людей, еще есть надежда.Человеческий разум процветает, когда ему бросают вызов.

Интеллектуальные стратегии, составляющие процесс письма, неизменно приводят к творческому мышлению. Обсуждение идей с друзьями и экспертами (сотрудничество), наблюдение за тем, как другие создают тексты, обращающиеся к аналогичным риторическим ситуациям (жанр), изучение темы (информационная грамотность), управление процессами письма (мышление), проведение эмпирических исследований (исследования) и попытки проинформировать, развлечь или убедить кого-то (Риторика) — эти интеллектуальные стратегии порождают творческое мышление и более глубокое обучение.Письмо как способ мышления и обучения:

Сотрудничество
Люди, которых вы знаете, и то, как они реагируют на ваши идеи, формируют ваше представление о том, что возможно в жизни.
Жанр
Информационная грамотность
Писатели работают с информацией для создания тем, историй и исследовательских вопросов, о которых можно писать (см. Особенно «Стипендия как беседа»). Следовательно, ваше отношение к информации играет важную роль в том, что говорится и что остается недосказанным.
Образ мышления
В 1898 году американский изобретатель Томас Эдисон, цитируемый в The Ladies Home Journal , сказал: «Гений — это 1 процент вдохновения и 99 процентов пота». Хотя сейчас афоризм Эдисона является клише, он остается таким же верным, как и в начале 1900-х годов.

Возможно, больше всего изобретение формируется мышлением. Акт Изобретения характеризуется духом открытости, оптимизма и игры. Для многих изобретение — лучшая часть письма.В конце концов, изобретение — это то место, где происходит волшебство, когда писатели вдохновляются радостью открытий, блаженством находить то, что они хотят сказать, когда они пишут. Тем не менее, верно и то, что некоторые письменные задания не требуют всей вашей творческой способности — например, написание списка покупок или быстрый твит. Но суть в том, что если у вас нет мышления роста, если вы не можете заглушить внутренний редактор и играть в игру «Вера», вы не добьетесь больших успехов в изобретении.

Организация
Исследования
Дисциплинарные сообщества (например,g., инженерное дело, медсестринское дело, химия) имеют давние традиции относительно того, как постулировать и проверить утверждения о знаниях. Изучение новых способов развития требований к знаниям дает писателям возможность присоединяться к новым сообществам, что укрепляет нашу социальную природу как людей.
Риторика
Где передний край? Что эксперты по теме в настоящее время считают наиболее важными оставшимися вопросами исследования и методами исследования?

Invention @

Writing Commons

Помимо приверженности делу и доверия к процессу, вы можете улучшить свои способности к инновациям, творчеству и нарушению статус-кво, используя следующие стратегии изобретений: черчение, эвристика изобретений и предварительные исследования.

  1. Изобретение
    1. Чертеж
      1. Диктовка
      2. Пример
      3. Freewrite
    2. Эвристика (предварительные упражнения)
      1. Burke’s Pentad
      2. Планировщик документов
      3. Журналистские вопросы
      4. Journal О задании тегов
      5. i
      6. Визуализация
        1. Кластеризация / карты пауков
        2. Временная шкала / карты блок-схемы
        3. Иерархические карты
        4. Моделирование / теоретические карты
  2. Предварительные исследования

Изобретение Эндрю Р.Клайн доктор философии.

Изобретение

Чтобы узнать о доступных средствах убеждения.

Требовательность и аудитория — основные составляющие риторическая ситуация, в которой человек находится вынуждены общаться с аудиторией. Диапазон возможностей бесконечно, от удара молотком себе по большому пальцу и крика брань в адрес президента, приносящего присягу и приносящего инаугурационная речь.

Бедняга легко догадался, что сказать. кто ударил его большим пальцем, другие риторические ситуации требуют разной степени подумал, прежде чем общаться. Мы должны понять, что сказать, чтобы достичь наша желаемая цель. И это роль первого канона риторики: изобретение.

Риторическая ситуация требует, чтобы мы обнаружили:

  1. Аудитория и ее потребности / желания / мысли относительно ситуация.
  2. Какие виды доказательств (факты, свидетельские показания, статистика, законы, максимы, примеры, авторитет) для использования с конкретными аудитория.
  3. Как лучше обратиться к аудитории (логика, эмоции, характер).
  4. На какие темы работать? исследуйте ситуацию и генерируйте идеи.
  5. Лучшее время и пропорции для общения (кайрос).
Большая часть этого процесса происходит вполне естественно, поскольку мы сталкиваемся с ряд риторических ситуаций каждый день. Например, предположим вы обсуждаете планы на обед с двумя друзьями, и вы хотите пойти в конкретный ресторан. Мы достаточно хорошо справляемся с подобными ситуациями. естественно, основываясь на большом опыте общения с нашими друзьями, их потребности / желания, какие призывы работают с ними и как лучше всего рассчитать время и оцените наши комментарии или предложения.У тебя нет думать об изобретении. Вы просто высказываете свое мнение на основе длинных опыт работы с подобными ситуациями.

Однако предположим, что вы призваны выступить на форуме соседских политических кандидатов или написать письмо редактору по гражданскому вопросу. Хотя некий количество естественных риторических навыков будет присутствовать (ученый Джордж Кеннеди говорит, что риторика действует как инстинкт), не лучше ли для достижения цели иметь под рукой систему генерации правильный и эффективный материал?

Однако процесс изобретения не является жестким.Нет набора или правильный способ его использования. Искусство риторики требует от каждого ритор, чтобы признать изменчивую и условную природу человека дела. То, что работает сегодня, завтра может не сработать. Что работает с одна аудитория, скорее всего, не будет работать с другой.

Теория стазиса

Довольно часто крайняя необходимость влечет за собой разногласия. Изобретение Стратегия теории застоя предоставляет систему для открытия корни разногласий, чтобы их можно было устранить.

Разве мы не всегда знаем источник наших разногласий? К сожалению, мы не. Большая часть умственного и нецивилизованного дискурса нашей культуры основан на недоразумении (преднамеренном и ином) источники разногласий. Ритор, который более глубоко погрузится в вопросы, возможно, стоит ответить на эти вопросы перед написанием или говорящий:

  1. Гипотеза: какой поступок / вещь следует учитывать? Является ли существовать? Это правда? Откуда это? Как это началось? Что это причина? Можно ли это изменить.
  2. Определение: Как мы определяем действие / вещь? Что это за? Какие части и как они связаны. К какому классу относится это принадлежит?
  3. Качество: Насколько серьезен / важен поступок / вещь? Это хорошо или плохо (как так)? Это правильно или неправильно (как так)? Это почетно или бесчестно (как так)?
  4. Процедура: Должны ли мы передать акт / вещь официальному процедура? Какие действия в отношении действия / вещи возможны и желательно (как так).

Вы могли бы признать вопросы теории стазиса похожими на основные критические вопросы, которые мы изучаем в школе. Процесс критическое мышление — это процесс изобретения. Чтобы узнать, что мы думать — это обнаружить, что мы (могли бы) сказать.

… следующий Расположение


Назад

Изобретение как будущее цифровой риторики

Введение

Этот пост является продолжением моей предыдущей работы над Родольфом Тёпфером и риторическими историями новых медиа-практик ( Inventing Comics ) и знаменует собой начало двух книжных проектов: (1) перевод книги Анри Сен-Симона ( с Олиндой Родригес), эссе 1825 года, признанное одним из первых отсылок к литературному и художественному авангарду, термин, сознательно заимствованный из французских вооруженных сил как метафора нового социального и институционального (академического) порядка для постиндустриальных обществ; и (2) монография, созданная на основе работ Тёпфера и Сен-Симона, под предварительным названием « Риторика и гуманитарные науки в университете с избирателями ».

Эти два текущих проекта напрямую связаны с работой Тёпфера как «изобретателя» графических повествований — по крайней мере, в западной традиции; В восточной традиции Хокусай разработал раннюю форму манги тринадцатью годами ранее, примерно в 1814 году (ср. Миченер). Обзор научных и теоретических работ Тёпфера о том, что он называет своим «скромным искусством», форма литературы в гравюрах была получена из западных историй и традиций искусства и гуманитарных наук, в частности риторики, и адаптирована к новым научным и гуманитарным наукам. технологическая среда Европы в разгар промышленного роста.Как пишет Тьерри Смолдерен в книге «Происхождение комиксов », «… если читать одновременно серьезную и комическую стороны творчества Тёпфера… становится ясно, что визуальный язык прогрессивного действия, который он собрал вместе, объединил все системы, все предписания и все модели, которые, по его мнению, характеризовали глупость индустриального мира »(47).

Родольф Топфер и появление художественного / литературного авангарда

Целью Тёпфера формализовать этот язык было больше, чем критика индустриального мира.Однако, в то время как его педагогические и художественные труды о практике составления графических повествований говорят нам, что изобретение технологий, сделавших карандаши, бумагу и печать более дешевыми и эффективными, позволило его экспериментам с письмом в новых медиа возможны ( Essais ; Mainardi, 2017 ), его журналы и переписка рассказывают нам другую историю. Например, в журнальной записи 1838 года Тёпфер называет себя «товарищем» «авангарда» через тринадцать лет после публикации эссе Сен-Симона в стиле диалога и манифеста «L’Artiste, Le Savant, et L’Industriel »(Töpffer, Correspondence 323n55; Pitteloud 220).

«Художник» говорит нам в этом диалоге, что дисциплины искусства и письма должны служить в качестве фронта социального порядка, разработанного для формирующихся научных и технологических обществ: «Мы обращаемся к воображению и чувствам людей: поэтому мы должны добиться наиболее яркого и решительного действия; и если сегодня нам кажется, что мы не играем никакой роли или, в лучшем случае, второстепенную, это было результатом отсутствия у искусств общего стремления и общей идеи, которые необходимы для их энергии и успеха »(Калинеску 103).Общее стремление авторов выходит далеко за рамки технической или промышленной поддержки. Скорее, видение авторов состоит в том, чтобы перевернуть традиционный социальный порядок, с искусством в первую очередь знаний, науками во втором порядке и промышленностью в третьем. Общее стремление или общая идея, которые они имеют в виду, заключается в том, что этот художественный и литературный авангард будет институциональным движением (для руководящих органов, академических и других институтов), направленным на содействие новым этическим и моральным практикам глобального общества. через изобразительное и популярное искусство (т.е. индустрии развлечений).

«Комиксы» Тёпфера, кажется, участвовали в этом раннем авангарде, предлагая интересный взгляд на его мотивы, который не всегда признается в исследованиях комиксов и тем более в традиционных историях риторики. Многое из того, что предлагали Тёпфер и Сен-Симон в начале девятнадцатого века, претворяется в жизнь в (научном) исследовании современной цифровой риторики, хотя и с более широким спектром технологий, направленных на усиление риторического внимания, и индустрии развлечений с гораздо большим влиянием на продолжающееся этическое культивирование общественной, гражданской и глобальной жизни в технологическом обществе (см.Валлор, Технология и добродетели 35-117).

Electracy, авангард современного искусства / литературы и будущее гуманитарных наук

Сегодня работа Тёпфера больше всего перекликается с работой Грегори Ульмера о социальной машине (аппарате) электричества, теоретическим предложением переосмыслить общую идею целей и задач гуманитарного и гуманитарного образования в постиндустриальном (электоральном) обществе. («Экран обучения»). Для более полного обсуждения этой цели см. Презентацию Ульмера в 2015 году: «Дисциплины H’MMM (Beyond steAm) Electrate Pedagogy»:

Графические повествования в этом контексте служат средством переосмысления и переосмысления будущих подходов к образованию в области гуманитарных наук (в целом) и риторики (в частности) в обществе, которое все больше упорядочивается, находится под влиянием и культивируется творческими и популярными способами использования. новых и появляющихся медиа.

Хотя наши средства массовой информации и экология вышли далеко за рамки того, что Сен-Симон и Тёпфер могли себе представить в начале 1800-х годов, их видение общего стремления искусства и гуманитарных наук остается открытым вопросом. Таким образом, для определения будущего цифровой риторики (и других творческих и популярных средств массовой информации) может потребоваться, чтобы мы начали организовывать искусство и гуманитарные науки вокруг общего стремления культивировать практики социальной и практической мудрости в индустрии развлечений.В процессе мы можем приблизиться к выполнению заявленных целей литературного и художественного авангарда для нашей собственной эпохи: служить авангардом этической жизни (благополучия; жизни, достойной того, чтобы жить) в обществах, насыщенных и организована с помощью постоянно новых цифровых технологий.

В основе этого раннего авангарда лежит желание изобрести то, что Джефф Райс и Брайан МакНели недавно назвали «сетевой гуманитарной работой, основанной на гуманитарных науках, которая находится не в одном пространстве или объекте исследования, а во взаимодействиях — сети». множества сайтов обучения »(3).Прослеживая эту предысторию цифровых гуманитарных наук, мы можем узнать об аналогичных усилиях в первые десятилетия промышленной революции и внести свой вклад в «более широкие сети связанных мыслей, идеалов и действий» (Райс и МакНели, 18) по переосмыслению общая идея и общая направленность гуманитарного образования в XXI веке и в последующий период. Сен-Симон, Тёпфер и Ульмер, каждый из которых работает в разные эпохи научного развития, разделяют такое видение гуманитарных наук, основанных на методах изобретений и повторных изобретений в наших интерактивных сетях.Выполнение этой работы — это поиск того, что они считали возможным для электрического (электорального) университета.

Изображение на обложке адаптировано из апрельского 1878 года заголовка журнала L’Avant-Garde , публикующего «Администрация и труды авангарда» в Шо-де-Фон (провинция Невшатель, Швейцария). [Найдено здесь на Викискладе.]

Список литературы

Калинеску, Матей. Пять лиц современности: модернизм, авангард, декаданс, китч, постмодернизм .Дарем, Северная Каролина: издательство Duke University Press, 1987. Печать.

Миченер, Джеймс А. Эскизы Хокусая: выдержки из манги . Кларендон, VT: Tuttle Publishing, 1989. Печать.

Питтелуд, Антуан. Родольф Тёпфер в Вале: дополнительные тексты «Зигзагообразных путешествий» и «Новых Женевских» . « Париж: L’Age d’Homme, 2006. Печать.

Райс, Джефф и Брайан МакНели. «Введение: сетевые гуманитарные науки» в Сетевые гуманитарные науки: в университете и за его пределами. Андерсон, Южная Каролина: Parlor Press, 2018. Печать.

Сен-Симон, Анри. «L’Artiste, le Savant, et L’Industriel» в Opinions Littéraires, Philosophiques, et Industriels . Париж: Galerie de Bossange Père, Libraire, 1825: 331-392. Распечатать.

Смолдерен, Тьерри. Происхождение комиксов: от Уильяма Хогарта до Уинзора Маккея . Джексон: Университет Миссисипи Press, 2014. Печать.

Тёпфер, Родольф. Соответствие Complète: Mi-octobre 1832 8 septembre 1838 .Женева: Droz 2007. Печать.

-. Essais Sur le Beau Dans Les Arts . Женева: Альбер Обер, 1858. Электронная книга. https://tinyurl.com/y8hbu66l.

-. Изобретая комиксы: новый перевод эссе Родольфа Тёпфера о графическом повествовании, медийной риторике и эстетической практике . Андерсон, Южная Каролина: Parlor Press, 2017. Печать.

Улмер, Грегори Л. «Дисциплины H’MMM (Beyond steAm) Избирательная педагогика». YouTube. 9 апреля 2018 г. Web. 12 сентября 2018 г. https: // www.youtube.com/watch?v=5NIqbphU4QY

-. «Экран обучения» в Networked: A (networked_book) about (networked_art) . Ред. Авторы и соавторы сетевого книжного проекта. N.d. Интернет. 12 сентября 2018 г. http://ulmer.networkedbook.org/the-learning-screen-introduction-electracy

Валлор, Шеннон. Технологии и добродетели: философское руководство к будущему, которого стоит желать . Нью-Йорк: Oxford University Press, 2016. Печать.

Каноны композиции | Институт Цирцеи


Классическая риторика состоит из пяти канонов, которые упорядочивают задачу риторика.Первые три — изобретение, аранжировка и красноречие — определяют процесс письма и составляют основу «Утраченные инструменты письма ».

Если бы мы спросили вас, что вам кажется сложным в процессе написания, что бы вы ответили? Когда мы задаем этот вопрос во время семинара, мы слышим такие ответы:

  • Начало работы
  • Установление фактов
  • Защита аргумента
  • Перемещение считывателя
  • Идеи оформления
  • Переход от одной мысли к другой
  • Достаточно сказать
  • Не слишком много говорю
  • Говорить правильно

Знакомо? Вы заметили, что каждый из них попадает в одну из трех широких категорий: придумывание идей, упорядочивание идей и надлежащее их выражение.

Это универсальные проблемы письма, с которыми сталкивается каждый писатель. Если вы можете их решить, вы сможете эффективно писать. Проще говоря, хорошо писать — значит придумать, что сказать, расположить материалы в лучшем порядке и соответствующим образом выразить свои мысли.

Решение этих проблем было целью классических риторов, таких как Аристотель, Цицерон и Квинтиллиан. Они заметили, что люди преодолевают их, работая через три этапа, по одному на каждую задачу. Они дали этим этапам названия, переведенные на английский язык следующим образом:

  • Изобретение (придумывает идеи)
  • Композиция (на заказ)
  • Красноречие (правильное выражение ваших идей)

Эти решения составляют три канона классической композиции, которые вы найдете в «Утраченных инструментах письма».

В каждом эссе (или уроке, если хотите) ваш ученик будет практиковать Изобретательство, Аранжировку и Речь отдельно и в указанном порядке, приобретая инструменты для каждого канона, а затем объединяя их в новое эссе.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *