Это святое: Клятва Гиппократа  — это святое — Кто есть Кто в медицине

Клятва Гиппократа  — это святое — Кто есть Кто в медицине

— Евгений Викторович, в 2010 году коллектив руководимой вами больницы будет отмечать 50-летний юбилей. Это достаточное время для становления и совершенствования учреждения и хороший повод в очередной раз оценить его. Что ваша больница представляет собой в настоящее время? Каковы её отличительные черты?

— В наши дни муниципальное учреждение «Городская клиническая больница № 5» города Уфы является многопрофильным лечебно-профилактическим учреждением, хорошо оснащённым современным лечебно-диагностическим оборудованием, со стационаром на 240 коек и амбулаторно-поликлинической службой, где медицинская помощь оказывается населению по 74 специальностям. В составе больницы 23 структурных подразделения. Больницу № 5 отличают добрая, почти домашняя атмосфера, высокий профессионализм сотрудников, стабильность кадров и преемственность лучших традиций, что способствует росту её авторитета среди населения. Для моих коллег, как и для меня, клятва Гиппократа — это свято.

— Думаю, не ошибусь, предположив, что в Городской клинической больнице № 5 ведётся активная научно-практическая деятельность, и в ней наверняка участвуют как учёные, так и практикующие врачи, осваивая и внедряя в стенах больницы уникальные медицинские методики?

— Вы правы. Наша больница является клинической базой четырёх кафедр Башкирского государственного медицинского университета. Научные изыскания проводятся под руководством профессора, заслуженного деятеля науки Российской Федерации Р.М. Фазлыевой и профессорско-педагогического состава. Приведу лишь несколько примеров. У нас разработаны и внедрены в практику современные методы патогенетического лечения геморрагической лихорадки с почечным синдромом (ГЛПС), не имеющие аналогов в мировой практике. В оториноларингологическом центре больницы проводятся уникальные операции на среднем ухе и пластические операции на гортани и пазухах носа с применением эндоскопической техники. В неврологическом отделении на высоком уровне осуществляется медицинская реабилитация пациентов с последствиями нарушения мозгового кровообращения.

— Удаётся ли вам повышать доступность медицинской помощи и её качество? Какие плюсы в этом плане учреждение приобрело благодаря действию нацпроекта «Здоровье»?

— Все направления приоритетного национального проекта «Здоровье» реализуются в нашей больнице с начала 2006 года. Так, в женской консультации ГКБ № 5 активно ведётся работа по программе «Родовой сертификат». Введение родовых сертификатов способствует повышению качества и доступности медицинской помощи женщинам, увеличению уровня оплаты труда медицинских работников, укреплению материально-технической базы учреждения, расширению профилактических мероприятий, созданию конкурентной среды и экономических стимулов для повышения качества медицинской помощи, предоставляемой женщинам в период беременности и родов.

Своевременно проведённые мероприятия по организации и открытию кабинета врача общей практики с трёхсменным приёмом позволили без больших проблем реформировать первичное звено и максимально приблизить первичную медико-санитарную помощь к населению. А это ни много ни мало, а около пяти тысяч человек, проживающих достаточно далеко от поликлиники. Кстати, Гульнара Газизова, первый врач общей практики больницы № 5, стала победителем городского конкурса «Лучший врач года — 2006» в номинации «Лучший участковый врач, врач общей практики». Гульнара Ильсоновна — главный внештатный специалист по врачам общей практики Министерства здравоохранения Республики Башкортостан.

При поддержке городской администрации и администрации Советского района города Уфы за последние годы существенно расширена и укреплена материально-техническая база больницы.

В 2003 году построен и введён в эксплуатацию новый пищеблок, оснащённый современным технологическим оборудованием. В 2004 году женская консультация переведена в реконструированное здание с увеличением площади в три раза, полностью оснащена современным медицинским лечебно-диагностическим оборудованием. В том же 2004 году одиннадцать семей медицинского персонала с детьми получили комнаты в служебном общежитии.

 — Понятно, Евгений Викторович, как это важно для вас как для руководителя больницы, ведь жильё — это мощный стимул для закрепления кадров. А люди — это главная ценность любого учреждения. Не сомневаюсь, что на счету у руководимого вами коллектива немало достижений, и уверена, что в связи с этим вам хотелось бы назвать имена некоторых ваших сотрудников.

— В нашем большом сплочённом коллективе трудятся три доктора медицинских наук, одиннадцать кандидатов медицинских наук, семь заслуженных врачей Республики Башкортостан. Что касается имён, то нам, действительно, есть кем гордиться. Например, Радмир Анварович Шахмаметов — заведующий неврологическим отделением, врач-невролог высшей категории, заслуженный врач РБ, член правления Общества неврологов РБ, член аттестационной комиссии по неврологии, председатель формулярной комиссии по неврологии МЗ РБ, автор 28 научных публикаций по актуальным проблемам, лауреат городского конкурса «Лучший врач 2001 года» в номинации «Лучший врач-невролог». Или Флюра Асхатовна Хафизова — заведующая оториноларингологическим отделением, кандидат медицинских наук, врач-отоларинголог высшей категории, заслуженный врач Республики Башкортостан, главный внештатный отоларинголог Управления здравоохранения городского округа г. Уфы РБ, член правления Российского общества отоларингологов по Уральскому региону, член правления Ассоциации отоларингологов РБ, автор 62 научных статей. Флюра Асхатовна — победитель городского конкурса «Лучший врач года — 2004» в номинации «Лучший врач-отоларинголог», награждена дипломом II степени «Лучший врач России».

Немало заслуг у Валентины Панфиловны Поляковой, главной медицинской сестры больницы. Валентина Панфиловна — медицинская сестра высшей категории по специальностям «Организация сестринского дела» и «Сестринское дело», заслуженный работник здравоохранения Республики Башкортостан, член Ассоциации средних медицинских работников г. Уфы, член комиссии по аттестации средних медицинских работников Министерства здравоохранения Республики Башкортостан.

Заслуженным уважением пользуются в коллективе заведующие отделениями С.Я. Папкова и З.Ф. Каримова. Заведующая терапевтическим отделением № 2 Светлана Яковлевна Папкова — кандидат медицинских наук, врач-терапевт высшей категории, заслуженный врач Республики Башкортостан, победитель городского конкурса «Лучший врач года — 2003» в номинации «Лучший терапевт стационара», автор 32 научных публикаций по актуальным проблемам. Заведующая физиотерапевтическим отделением Зиля Фавзиевна Каримова — врач-физиотерапевт высшей категории, заслуженный врач Республики Башкортостан, член Ассоциации курортологов и восстановительной медицины, автор 25 научных статей, председатель первичной профсоюзной организации больницы.

И это далеко не все, кто заслуживает внимания быть упомянутым на страницах журнала. Но насколько силён кадровый потенциал больницы, легко представить и по названным именам.

«Тратить деньги на детей – это святое»

Директор Национального благотворительного фонда развития детского регби Владимир Устинов в интервью пресс-службе Федерации регби России рассказал, как прошли турниры Кубок Соколова и Краса регби в 2021 году.

Напомним, что в этом году команды дважды собирались в Сочи: сначала в апреле, а затем и в октябре.

— В 2021 году впервые в истории турнира Кубок Соколова прошел дважды, — рассказывает Владимир Устинов. – Не трудно догадаться, что в 2020 году наши соревнования провести не удалось из-за пандемии коронавируса. Нам очень хотелось, чтобы все дети остались довольны и сыграли на Кубке Соколова, поэтому весной на турнире выступали старшие (они в 2021 году уже перейдут в формат регби-12 и у нас не пройдут по возрасту), а в октябре уже ребята помладше. Мне приятно говорить, что нам удалось поднять уровень организации и проведения турнира. Для нас это главный итог 2021 года. Приведу такой интересный факт: когда в июне мы разослали приглашения на осенний турнир, в течение 3 часов свое участие подтвердили 27 (!!!) команд. Это фантастический показатель!

Во-первых, само место проведения Кубка Соколова, это отель «Бархатные сезоны», уникально в плане логистики. В первую очередь, для самих детей. От места проживания до поля, где проходят игры, всего 100-200 метров. Согласитесь, это очень важно. Практически здесь же, рядом с полем, место для питания. Качество питания стало лучше, хотя нам это обходится дороже, но для детей должно быть все самое лучшее и качественное. Это политика и моя лично, и Национального благотворительного фонда развития детского регби. Ни в одном месте в России нельзя на такой небольшой площади разместить 700 человек, а именно столько приняли участие в Кубке Соколова и в турнире Краса регби. Поэтому город-отель «Бархатные сезоны», кстати, являющийся самым крупным в Европе (он способен разместить 10 000 человек), поистине уникальное место.

Во-вторых, еще один важный момент. Все поля у нас были четко размечены без фишечек, ленточек и других атрибутов. Была настоящая разметка, как у взрослых. И для некоторых ребят это создало определенные проблемы, поначалу даже были недочеты в игре, но потом все встало на свои места.

В-третьих, хотел бы отдельно остановиться на работе судейской бригады во главе с главным арбитром Артуром Каптюхом, которая обслуживала матчи на осеннем турнире. Мы заранее договорились, что все судьи прилетят в Сочи на день раньше, а Артур с ними проведет семинар, где укажет на основные моменты и нюансы именно в соревнованиях среди детей. Плюс ко всему, после каждого игрового дня Каптюх встречался с судьями и разбирал их ошибки. Кроме того, я просил всех судей, чтобы они разъясняли детям то или иное свое решение, поскольку все это в их головах моментально откладывается и в дальнейшем они будут избегать данных ошибок и недочетов в игре. Это очень важные и, если хотите, воспитательные моменты, на которых я специально остановился отдельно.

Нам было важно, не просто провести соревнование, а сделать праздник для детей. И это нам тоже удалось. В дни турнира ребят развлекали специально приглашенные артисты, которые были одеты в костюмы известных персонажей мультфильмов, с ними дети общались и фотографировались. Конечно, старались сделать интересной для ребят и протокольную часть: я сейчас говорю о парадах открытия и закрытия турниров, церемонии награждения.

Будем думать о детях – у нас все будет хорошо. Тратить деньги на детей – это святое.

— С 2019 года в рамках Кубка Соколова проходят соревнования для девушек Краса регби. Расскажите о своих впечатлениях от этого турнира и развитии женского регби в России.

— Вы знаете, это был интересный момент. Я очень признателен Григорию Малютину, который в нашей стране, можно так сказать, зародил женское регби. И вместе с другими тренерами и специалистами поднял его в России на столь высокий уровень. Я считаю хорошим результатом, что женская сборная России по регби-7 входит в число восьми лучших команд мира.

Благодаря инициативе Григория я в свое время слетал на один из европейских турниров вместе с женской сборной России, пообщался с тренерами, которые сказали мне, что, да, мы имеем очень неплохую команду, но вот с ближайшим резервом дела обстоят, мягко говоря, не очень хорошо. После этого разговора у меня и родилась идея проводить турнир по регби-7 для девушек. Очень бы не хотелось, чтобы наша женская команда сдавала свои позиции в мировом рейтинге. Я уверен, у нас есть все возможности, чтобы находиться рядом с лучшими сборными мира. Но для этого, естественно, надо заниматься резервом, растить девочек, проводить как можно больше турниров для них.

Представляете, на осенний турнир Краса регби приехали 14 команд?! С одной стороны, это очень хорошая цифра, но с другой – неужели в такой огромной стране как Россия, мы не можем иметь куда больше команд? Это говорит о том, что при всех успехах нашего женского регби, в России оно еще недостаточно развито.

Приятно, что за всеми матчами турнира лично наблюдал главный тренер женской сборной России по регби-7 Андрей Кузин. Для девочек это огромная мотивация, чтобы проявлять себя. Мне бы очень хотелось, чтобы на наши турниры приезжали и действующие игроки, общались с ребятами, фотографировались, рассказывали о регби, проводили мастер-классы. Это крайне важно и необходимо детям.

— Еще один важный вопрос. Скажите, кто оплачивает расходы по проведению Кубка Соколова и какие затраты приходится нести участникам соревнований?

— Наш фонд, который был создан Алексеем Аркадьевичем Соколовым, существует уже 13 лет. К сожалению, Алексея Аркадьевича, в свое время стоявшего у истоков создания банка ЗЕНИТ, нет с нами уже больше 6 лет, но мы продолжаем поддерживать регби, вид спорта, который он искренне любил всю свою жизнь. В свое время лично Алексеем Аркадьевичем на счет в банке была положена солидная сумма, процент от которой должен идти на развитие детского регби. И больше никуда. Но, честно вам скажу, чтобы закрыть все расходы, этих денег не хватает. В связи с этим, я хотел бы сказать самые добрые и теплые слова в адрес благотворительной компании «Татнефть», которая также делает значительные финансовые вложения, благодаря чему нам удается проводить турнир на столь высоком уровне.

Конечно, есть и другие партнеры, которые нам помогают: это компании «Вспорте», MR Group, есть частные лица, помогающие и поддерживающие нас.

Что касается расходов для команд, которые участвуют в Кубке Соколова, то это только перелет до города Сочи, здесь все затраты мы берем на себя: трансфер, проживание, питание.

— Поделитесь планами на ближайший год, будут ли какие-то изменения в формате проведения Кубка Соколова и Красы регби? Что ждать участникам и любителям регби?

— Сейчас думаем о том, чтобы ввести практику приглашения на Кубок Соколова команд из других стран, но сами понимаете, что всемирная проблема нынешнего времени с пандемией коронавируса не дает нам в этом плане развернуться и воплотить все планы в жизнь. Кроме того, обсуждаем введение отборочных турниров, чтобы на Кубок Соколова приезжали уже сильнейшие команды из регионов РФ.

Кубок Соколова в 2022 году мы планируем провести в октябре, именно, как турнир, где соберутся лучшие коллективы России с возможным приглашением зарубежных команд. Сделаем хороший, топовый турнир. Что касается турнира девочек, то его мы планируем провести два раза: весной и осенью. Одним словом, планов много. Работаем!

Фото Елены Тишиной

Это святое начинание — Олег Добродеев о строительстве Главного храма ВС РФ

Генеральный директор «ВГТРК» сказал, что строительство храма это долг перед всеми ветеранами, живыми и склонившими голову на полях сражений за Родину.

В Подмосковном парке «Патриот» появится Главный храм ВС РФ. Его строительство приурочено к 75-летней годовщине победы в Великой Отечественной Войне.
Инициатива возведения храма принадлежит министерству обороны РФ и лично Сергею Шойгу, который первым пожертвовал на строительство.

Важно, что все работы будут вестись на народные деньги. Для решения всех текущих вопросов учрежден Благотворительный фонд «Воскресение».

Помимо церковных служб в Главном храме планируется разместить музей, проводить научные занятия и рассказывать об истории российского воинства. Инициативу Сергея Шойгу активно комментируют известные личности, среди которых — генеральный директор «ВГТРК» Олег Добродеев.

«Я всей душой поддерживаю возведение Главного храма вооруженных сил России. Это святое начинание. В России всегда возводили памятники для того чтобы вспоминать, чтобы в памяти остались главные вехи нашей истории.

То, что этот памятник должен быть возведен к 75-тию нашей великой победы особенно важно. Еще более важно то, что этот храм будет возведен на народные деньги. Такая традиция так же существовала в нашей стране всегда.

В этот день мы будем вспоминать ветеранов, мы помним их совсем молодыми, во всяком случае люди моего поколения. В каждой семье кто то воевал, защищал нашу страну. Поэтому, поддерживая эту инициативу, я вспоминаю своего деда Ивана Лазаревича, который всю войну провоевал на Черном море на торпедных катерах. Он был удостоен медали «За освобождение Кавказа». Вспоминаю и второго своего деда Тихона Логиновича который был военным врачом, как во время первой так и второй мировых войн.

Поэтому я считаю, что возведение такого храма это знак уважения. Это долг памяти перед ветеранами. Перед теми, кого мы помним, кого мы знали. Это настолько важно сейчас, что среди моих знакомых и близких я знаю множество людей поддержавших эту инициативу. Поддержал ее и я», — заверил Олег Добродеев.

Если вы тоже не хотите оставаться в стороне и оказать посильную помощь в строительстве храма, то все необходимые для этого реквизиты вы можете найти на нашем сайте по этой ссылке.

АКАДЕМИК В.И. МОЛОДИН: «ПОЛЕ – ЭТО СВЯТОЕ»

Романтика полевых работ — непременная составляющая специальности археолога: ежегодные экспедиции, беседы у костра, курганы в вечерних сумерках, из-за которых, кажется, вот-вот вылетят скифские всадники. Фактор везения тоже не стоит исключать: с трудом найденный могильник могли разграбить за много сотен лет до того, как его коснулась лопата археолога, сохранность находок всегда под вопросом — недаром острословы прозвали археологию «наукой о битых черепках». И все-таки только работа ученых этой специальности позволяет нам судить о том, как жил человек тысячи лет назад.

Присуждение Демидовской премии заместителю директора Института археологии и этнографии СО РАН академику Вячеславу Молодину можно считать полностью закономерным: будущих лауреатов выбирают коллеги-эксперты по совокупности достижений, а у Вячеслава Ивановича одних научных работ более 1400, в том числе 62 монографии (включая коллективные), опубликованные не только в России — добрая сотня трудов переведена и издана в 20 странах Европы, Азии и Америки. Открытия сибирского ученого — комплекс могильников пазырыкской культуры на плато Укок, протогородское поселение Чича в Здвинском районе Новосибирской области, пазырыкское захоронение воина в северо-западной части Монгольского Алтая — прекрасно известны и коллегам, и представителям прессы, отмечены российскими и международными премиями. И, что особенно ценят журналисты, с Вячеславом Ивановичем всегда интересно беседовать — романтика специальности способствует увлекательным рассказам, а междисциплинарный подход к исследованию археологических памятников дает нетривиальный взгляд на древнюю историю человечества. Поэтому наша коллега из Новосибирска с удовольствием воспользовалась «премиальным» поводом для встречи с выдающимся исследователем.

— Давайте начнем с романтики. Выбор специальности был осознанным? Когда вы поняли, что археология вас интересует?

— Человеку свойственно хвалить «свои» времена, но, рискуя быть банальным, хочу отметить, что во времена моей юности мы были серьезно озабочены проблемой будущего — куда пойти учиться, кем работать. И это хорошо, поскольку работа и семья — основы человеческой жизни. Мы беседуем с вами в самом конце рабочего дня, и мне уже хочется пойти домой. А утром с таким же нетерпением я буду стремиться в институт. Конечно, мальчишкой я не избежал влияния другой романтики — военной. Недавно закончилась Великая Отечественная война, истории ее героев были на слуху, потом Гагарин полетел в космос. Скажу честно, мечтал стать летчиком, но, когда не взяли в аэроклуб по причине недостаточно хорошего зрения, пришлось задуматься о другой профессии. И в 11-м классе мне повезло: попал на лекцию академика Алексея Павловича Окладникова в Новосибирском географическом обществе. Лекция меня потрясла — буквально влюбился и в ученого, и в археологию, которой уже начал интересоваться под влиянием книг. Конечно, учась на первом курсе Новосибирского педагогического института у профессора Татьяны Николаевны Троицкой, сподвижницы Алексея Павловича, я задумывался, туда ли поступил. Но только до первой экспедиции.

— И где проходили ваши первые в жизни раскопки?

— Обязательной археологической практики у студентов пединститута тогда не было. Татьяна Николаевна по частям выбивала деньги у музея, вуза, общества охраны памятников на добровольную экспедицию. Собралась ехать со школьниками еще в мае — мне, чтобы участвовать, пришлось досрочно сдать сессию. И мы с ребятами из села Листвянские Шахты (Черепановский район Новосибирской области), где историческим кружком руководил выпускник профессора Троицкой, поехали в район села Чингисы на Оби. Там было великолепное поселение, размытое Обским морем: весь берег был завален археологическим материалом, который охотно собирало местное население. Герань у сельских жителей росла в горшках эпохи поздней бронзы, представляете? Мы раскапывали первый в моей жизни курган тюркского времени. И я окончательно понял: все атрибуты полевой работы — это мое, вплоть до комаров.

— Самое время спросить об учителях. Насколько я знаю, Татьяна Николаевна Троицкая до сих пор здравствует…

— Да, слава Богу, и голова остается удивительно светлой — с ней интересно обсуждать любые проблемы. Попал я к ней на учебу, надо сказать, случайно: хотел учиться в НГУ, у академика Окладникова. Но не прошел по конкурсу, который, конечно, был сумасшедшим: последний год одиннадцатилетней программы обучения в школах, поступали и выпускники одиннадцатых классов, и только что окончившие десятиклассники, а набирали всего 25 человек. Впрочем, большой конкурс меня не оправдывает — готовиться надо было лучше. Когда меня постигла неудача, двоюродный брат, оканчивавший исторический факультет Новосибирского пединститута, рассказал о Татьяне Николаевне, которая занималась классическими скифами, и посоветовал поступать в пединститут, чтобы специализироваться у нее по археологии. Так я и сделал. В ту пору я был у профессора Троицкой единственным студентом, планировавшим связать свою дальнейшую судьбу с археологией, и она уделяла мне особое внимание, давая прекрасные уроки не только по специальности, но и, так сказать, в житейском плане. Никогда не забуду ее фразу, сказанную после расстроивших меня неудачных раскопок: «Если ты собрался заниматься наукой, розы, конечно, будут, но шипы будут обязательно». Очень верно подмечено. Когда я учился на пятом курсе, Татьяна Николаевна договорилась с академиком Окладниковым, чтобы я выступил с докладом на заседании сектора археологии Института истории, филологии и философии СО РАН. Тема доклада — «Эпоха неолита Верхнего Приобья» — стала потом темой моей дипломной работы. И, поскольку окончил я вуз с отличием, Алексей Павлович взял меня в заочную аспирантуру, став в конце концов моим научным руководителем, о чем я и мечтал в одиннадцатом классе.

— В представлении на Демидовскую премию академик Николай Добрецов, больше десяти лет руководивший Сибирским отделением РАН, в качестве ваших основных достижений назвал открытие комплекса памятников пазырыкской культуры на алтайском плато Укок и исследование протогородского поселения Чичабург, которое он поэтично окрестил «новосибирской Троей». Вы согласны с такой формулировкой?

— В целом согласен. Николай Леонтьевич понимает, о чем говорит. Мы 11 лет проработали бок о бок в президиуме СО РАН, я был его замом, затем первым замом. Это человек, по-настоящему неравнодушный к науке. Он приезжал ко мне в экспедицию, как раз на раскопки Чичи. Чича — замечательная находка, здесь мы впервые по-настоящему применили междисциплинарный подход. Когда мы с моим германским другом и коллегой Германом Парцингером (кстати, в 2016 году его избрали иностранным членом РАН) собирались начинать раскопки на берегу озера Малая Чича в Новосибирской области, мы знали, что там есть остатки древнего городища, но на поверхности была лишь малая часть укреплений. Профессор Парцингер пригласил к сотрудничеству немецких специалистов из Мюнхенского центра геофизики — Й. Фассбиндера и его коллег, но из-за напряженного графика они смогли прилететь лишь на пару дней. Поэтому в первый вечер, когда мы все у костра отмечали встречу, геофизики расшифровывали результаты изысканий первого дня в своей палатке. Никогда не забуду: прибегает Йорг Фассбиндер с округлившимися глазами и зовет нас к компьютеру, с экрана которого выплывает улица древнего города с домами и переулками, мощнейшие системы обороны. Оказывается, огромная площадь рядом с цитаделью была занята крупной торговой факторией IX-VII века до н.э. (переходный период от эпохи бронзы к эпохе железа), внезапно покинутой жителями — то ли из-за стихийного бедствия, то ли из-за набега воинственных соседей, то ли из-за эпидемии. Можно было на выбор копать в любом месте. Раскопки показали, что в течение трех столетий в Чичабург сухопутным, а возможно, и водным путем (соседнее озеро Чаны — «пульсирующее», может разливаться до Иртыша) стекались люди с севера и с юга, покинувшие насиженные места по причине мощнейшего похолодания в Западной Сибири, которое геологи назвали даже «малым ледниковым периодом». В результате раскопок и дальнейших исследований керамики, металла, радиоуглеродных данных мы в значительной степени реконструировали образ жизни человека той эпохи, зафиксировали смешение разных культур — и северной, и южной, и автохтонной, то есть присущей местному населению.

За сделанное же немного ранее, в самые тяжелые для науки 1990-е годы, открытие уникальных комплексов пазырыкской культуры скифского времени (VI–III век до н.э.) мы с моей супругой Натальей Викторовной Полосьмак в июне 2005 года получили Государственную премию. У меня диплом за номером 4 (выдавались по алфавиту, первый — у Беллы Ахмадулиной), чем я, конечно, горжусь. Начинала раскопки на плато Укок Наталья Викторовна — именно она в 1993 году обнаружила знаменитую «алтайскую принцессу». Потом и я, решив не отставать, через два года нашел целый куст могильников, где тоже была мерзлота, что обеспечило сохранность памятников. На плато Укок были открыты и древнейшие — с моей точки зрения — в истории человечества наскальные изображения. Когда из-за противодействия властей Республики Алтай мы не смогли больше вести раскопки на этом плато, по инициативе президента АН Монголии академика Чадраа организовали экспедицию в Монгольский Алтай, где с помощью уже сибирских геофизиков во главе с академиком Михаилом Эповым обнаружили несколько курганов с линзами вечной мерзлоты. Работа российско-германо-монгольской экспедиции в 2006 году по нарастанию напряжения напоминала фильм Хичкока. В первом раскопанном кургане мерзлота была, а захоронения не было — впадина оказалась естественного происхождения, второй курган был начисто разграблен, и только в третьем, раскопки которого начали уже в последние дни, обнаружили великолепный погребальный комплекс пазырыкского воина, аналогов которого по сохранности я не знаю.

— Насколько я понимаю, и работы на плато Укок, и исследование монгольских находок — яркий пример сотрудничества ученых разных специальностей — геофизики определяли, где копать, химики анализировали красители, генетики — ДНК…

— Да, именно тогда мы впервые начали заниматься палеогенетикой — по инициативе академиков Анатолия Деревянко (тогда директора нашего института) и Владимира Шумного (в то время директора Института цитологии и генетики). Образовалась исследовательская группа — Михаил Иванович Воевода (недавно стал академиком), Аида Герасимовна Ромащенко и «примкнувшая» талантливая молодежь. Я очень горжусь нашей коллективной монографией «Мультидисциплинарные исследования населения Барабинской лесостепи V–I тысячи лет до н.э.: археологический, палеогенетический и антропологический аспекты», изданной в 2013 году, поскольку основные мои научные интересы сосредоточены в Барабинской лесостепи. Там выявлен целый ряд неизвестных культур, по материалам раскопок я защитил кандидатскую, затем докторскую диссертацию «Бараба в древности: от первого появления человека до прихода русских». Тему, кстати, предложил Алексей Павлович Окладников.

Сотрудничество с генетиками продолжаем и сегодня. Тем более что замечательные открытия ждут археологов буквально под боком. 13 лет я исследовал могильник Сопка в Новосибирской области — очень информативный памятник, где были сосредоточены культуры разных эпох. Сейчас работаем недалеко от этой Сопки — на комплексе Тартас-1 в Венгеровском районе Новосибирской области. И каждый год приносит нам удивительные  находки от эпохи неолита до позднего средневековья. Тартас ограблен, конечно, но деликатно — достаточно много непотревоженных захоронений, что для археолога большая удача. На сегодняшний день вскрыто около 30 тысяч квадратных метров и исследовано около 700 захоронений. Думаю, предстоит еще не один год работы.

— Если позволите, вопрос личного характера: вы с супругой оба — именитые археологи, вы — академик, Наталья Викторовна — членкор… Случай достаточно редкий. Не мешают ли научные разногласия плавному течению семейной жизни?

— Поскольку Наталья Викторовна была одной из моих учениц, на первых порах нашей совместной жизни мой авторитет был доминирующим. Но она очень быстро встала на ноги — защитила кандидатскую, потом докторскую, и мы уже разговаривали на равных. Оба мы — люди независтливые, всегда только радовались успехам друг друга. К тому же одинаковая специальность упрощает работу: если мне нужны какие-то справки по Индии или Центральной Азии — обращаюсь за советом к жене, она сейчас изучает гунно-сарматское время. И я всегда готов поделиться информацией. Что касается разногласий, какая же без них наука. Я и коллегам говорю: если твоя точка зрения обоснована, подтверждена аргументами — ты имеешь на нее полное право. Я только рад, что ребята способны самостоятельно мыслить. Так же и в семье.

— Помимо научной деятельности вы много лет занимались тем, что принято называть «научно-организационной работой», которая, безусловно, отнимает время от собственно науки. Можно ли сказать, что это время потрачено не зря?

— Когда Николай Леонтьевич Добрецов пригласил меня в заместители председателя Сибирского отделения РАН, я был категорически против — отсутствовал опыт административной работы, если не считать институтскую. Помню, директор нашего института Анатолий Пантелеевич Деревянко и коллеги уговаривали меня целую ночь. В результате я согласился, но это были очень трудные годы — пришлось заниматься совершенно новыми вещами: курировал сотрудничество с вузами, когда стал первым заместителем — отвечал за координацию научных центров, вошел в президиум РАН. Конечно, пришлось сократить срок экспедиций — председатель отпускал меня только на месяц, остальные дни — в счет отпуска, научился работать в самолетах. И все-таки после 11 лет работы заместителем председателя отделения понял — это был исключительно полезный опыт, убежден в этом и сейчас. Во-первых, существенно расширился мой интеллектуальный багаж — вник в проблемы организации науки, лично познакомился практически со всеми ведущими учеными Сибирского отделения. Во-вторых, именно тогда стал больше внимания уделять команде — один бы я ничего не успел, нужно было дополнять друг друга, так работать продолжаю и сегодня. В-третьих,  мы делали действительно нужные вещи. Взять хотя бы конкурс интеграционных проектов: в рамках поддержанных грантами президиума СО РАН междисциплинарных исследований научные коллективы, в том числе из нашего института, достигли выдающихся результатов, по итогам работ издано около 50 томов, и, кстати говоря, первый том был посвящен моему проекту по пазырыкской культуре, чем искренне горжусь. К сожалению, в результате академической реформы конкурс прекратился. Между тем я убежден, что междисциплинарный подход — самый перспективный, а потому надеюсь на возрождение подобных проектов в системе РАН.

— Мы встречаемся в начале нового года. Каковы ваши планы на 2017-й?

— Расписание уже составлено по октябрь включительно. Надеюсь подготовить пятую монографию по результатам раскопок на Сопке вместе с учеником и коллегой Артемом Гришиным, в работе еще книга по поздней бронзе Прииртышья. Вскоре должен на месяц поехать в Германию — уже готовлю материалы к поездке, чтобы там спокойно писать. В октябре состоится очень важное событие — Пятый Всероссийский археологический съезд в Белокурихе, где я отвечаю за работу секции мультидисциплинарных исследований в археологии. А с конца мая по октябрь выезжаем на раскопки в Барабу. Поле — это святое.

Беседу вела

Ольга КОЛЕСОВА

На фото слева внизу: мужская мумия

с татуировкой, плоскогорье Укок, пазырыкская культура,

III в. до н.э.;

прорисовка татуировки на плече у мужчины.

 

Месяц: 

февраль

Номер выпуска: 

2

Абсолютный номер: 

1150

«Ново-Татарское кладбище — это святое место» — Реальное время

Историк и колумнист «Реального времени» об истории возникновения татарских кладбищ на территории Казани

Фото: Олег Тихонов

Осквернение надмогильных камней на Ново-Татарском кладбище Казани заставило общественность вспомнить историю этого уголка города. Историк Радик Салихов, уже ранее в своей авторской колонке рассказывавший об истории формировании слободы, в продолжение темы в беседе с корреспондентом «Реального времени» вспоминает, как появлялись татарские погосты в столице Татарстана.

«Невозможно было между городскими кварталами и улицами держать захоронения, их всегда выносили»

— Прежде чем перейти к истории Ново-Татарского кладбища, хотелось бы узнать, какие еще на территории Казани были значимые мусульманские захоронения?

— Наиболее известные из них — зират XIII—XIV веков на территории Кабанского городища, мавзолеи казанских ханов в Кремле, большой некрополь XVI века в районе Гостиного двора по улицам Кремлевской и Чернышевского и другие.

Что касается Забулачной части Казани, то, по сведениям Шигабутдина Марджани, одно из старейших мусульманских кладбищ находилось на месте Сенного базара. Сегодня это квартал в пределах улиц Московской, Камала, Столбова и Парижской Коммуны. Оно существовало еще в период Казанского ханства и, скорее всего, относилось к известной по источникам Кураишевой слободе. Марджани писал, что во время штурма города в октябре 1552 года хан Шах Али, воевавший на стороне Ивана Грозного, после неудачного боя у Ногайских ворот отступил со своими воинами к этому зирату и, прячась в его зарослях, беспрепятственно переправился через Булак в сторону Арского поля.

После взятия Казани, жители Татарской слободы вплоть до конца XVI века продолжали здесь хоронить усопших. В XVII столетии действовало небольшое кладбище в районе современных улиц Насыри и Тукая. Однако самый большой мусульманский зират этого периода находился за чертой слободы и занимал большую территорию, которую можно сегодня ограничить улицами Татарстан, Гаспринского и Карима Тинчурина. На нем хоронили в течение почти 100 лет, вплоть до середины XVIII века. Здесь нашли свой последний приют представители знатных и старинных фамилий города: Апанаевых, Чукиных, Субаевых, Замановых и других. Затем, когда возникла Ново-Татарская слобода и мусульманская часть города расширилась от Булака до Плетеней, в районе современной 5-й городской больницы было открыто новое татарское кладбище, именовавшееся в народе «Ике бистэ арасы» («Кладбище между двух слобод»).

По сведениям Шигабутдина Марджани, одно из старейших мусульманских кладбищ находилось на месте Сенного базара. Фото из архива А.Дубина aif.ru

И, наконец, открытое в конце того же XVIII столетия кладбище в Ново-Татарской слободе, уже в самом начале XIX века стало единственным мусульманским некрополем в городе. Разумеется, за исключением Адмиралтейской и Пороховой слобод.

Частое возникновение новых кладбищ объясняется развитием мусульманской части города, который наступал, расширялся. Все-таки невозможно было между городскими кварталами и улицами держать захоронения, их всегда выносили за пределы населенных пунктов.

Тем не менее такие зираты не оставались заброшенными пустырями. Мусульманские общины стремились возводить на них мечети, тем самым ставя своеобразный памятник своим предкам.

Например, в XIX веке жители слободы выкупили у города пустующий участок земли, на котором когда-то было старое кладбище. Инициатором покупки стал купец второй гильдии Мухаметзян Аитов, опасавшийся, что священную землю могут использовать под какие-то хозяйственные цели. А другой богатый предприниматель Мухаметзян Казаков выстроил здесь в 1875 году большую каменную мечеть. То же самое произошло и на месте кладбища между двух слобод, где в 1906 году была построена деревянная мечеть.

В советское время эти культовые здания были снесены, там началась массовая застройка, захватившая часть территории бывших кладбищ.

Из выдающихся религиозных деятелей на Ново-Татарском кладбище захоронен Шигабутдин Марджани — богослов и первый национальный историк. Фото archive.gov.tatarstan.ru

Новое кладбище возникло в конце XVIII века

— А когда началась история Ново-Татарского кладбища?

— Кладбище в Ново-Татарской слободе, или Новое кладбище, возникло в конце XVIII века. Оно какое-то время существовало одновременно с кладбищем между двух слобод. В полной мере стало использоваться в начале XIX столетия. На нем хоронили как жителей Старо-Татарской слободы, так и Ново-Татарской.

— Какое социальное значение имеет Ново-Татарское кладбище?

— Его смело можно назвать уникальным памятником татарской культуры, потому что многие выдающиеся сыны и дочери татарского народа — представители предпринимательского сообщества, духовенства, писатели, поэты, музыканты, композиторы, театральные деятели, ученые — последний приют нашли именно на этом кладбище. Здесь сохранилось довольно много памятников мусульманской эпиграфики, являющихся яркими образцами историко-культурного наследия.

В дореволюционный период там были захоронены крупные промышленники, торговцы, которые являлись своеобразными хозяевами татарской Казани — это братья Юнусовы, представители клана Апанаевых, Утямышевых, Галеевых и многих других. Здесь же покоится знаменитый татарский благотворитель, купец первой гильдии Ахмед Хусаинов, Можно очень долго перечислять. Практически вся элита татарского общества того времени, которая проживала в Казани (это XIX и начало XX века), похоронена именно на Ново-Татарском кладбище.

Из выдающихся религиозных деятелей: Шигабутдин Марджани — богослов и первый национальный историк, Галимджан Баруди — богослов, педагог-реформатор, первый демократически избранный муфтий Оренбургского духовного собрания, создатель медресе «Мухаммадия» и многие другие. Здесь покоятся великий Тукай, классик нашей литературы Фатых Амирхан, просветитель Каюм Насыри, Хусаин Ямашев, Габдулла Кариев. Почти все, кем в Татарстане гордятся сегодня, похоронены там. В этом уникальность мемориального комплекса. Больше нигде такого в мире у татар нет. Только здесь, на этой территории в черте Казани существует наш неповторимый и бесценный пантеон.

«Мы должны сначала понять, что есть на этом кладбище. Тут надо комплексно подходить: и работники муниципалитета, и «Ритуала», и научных учреждений, и общественных организаций, других структур вместе должны посмотреть буквально каждый метр квадратный». Фото evening-kazan.ru

«Мы должны сначала понять, что есть на этом кладбище»

— Как вы относитесь к предложению закрыть Ново-Татарское кладбище для захоронений и сделать из него мемориал?

— Во-первых, там следует провести фронтальное, глубокое исследование с составлением подробнейшей карты, с указанием наиболее ценных захоронений. То есть мы должны сначала понять, что есть на этом кладбище. Тут надо комплексно подходить: и работники муниципалитета, и «Ритуала», и научных учреждений, и общественных организаций, других структур вместе должны посмотреть буквально каждый метр квадратный.

И, конечно же, здесь нужна целенаправленная работа по благоустройству, вложению средств в создание каких-то особых мемориальных зон, как на многих иностранных кладбищах делается. В Баку, например, кладбище, на котором похоронен их первый президент, — это очень чистый, благоустроенный и в то же время красивый, с такой особой атмосферой мемориальный парк. Туда приезжают иностранные делегации, возлагают цветы. Это общенациональное место памяти.

По поводу захоронений: если у семьи есть там место родовое, где уже на протяжении многих десятилетий или столетий люди хоронят своих близких, ну кто может извне прервать эту традицию? Пусть практика этих семейных родовых захоронений остается. Главное, чтобы все поддерживалось в порядке и чистоте. Также учитывая, что здесь сформировался своеобразный пантеон народных героев, то, конечно же, будут продолжаться захоронения выдающихся деятелей.

Со временем, может быть, эта земля просто станет мемориальным музеем-кладбищем. Но до этого момента надо провести просто огромную работу по ряду направлений. И, конечно, это больших финансовых затрат потребует.

«В последние годы периодически всплывают в средствах массовой информации сообщения о каких-то единичных случаях погромов, но разрушений такого масштаба не было никогда». Фото Олега Тихонова

«У татар не принято было даже рукой показывать в сторону погоста»

— Не могу не упомянуть ужасный погром на кладбище, произошедший буквально недавно. Хотелось бы узнать, были ли до революции случаи вандализма? А в наши дни?

— Акты вандализма на кладбищах происходили в период захватнических войн особенно в средневековье. В новое время, в дореволюционный период об этом уже не могло быть и речи. Общество обладало ярко выраженным религиозным менталитетом, вековыми традициями мирного сосуществования народов на нашей земле. Осквернение памяти усопших считалось большим грехом, люди даже в мыслях не могли такое держать. Трепетное отношение к захоронениям было у всех народов края. Есть примеры, когда русские предприниматели участвовали в благоустройстве территории татарского кладбища. Был такой промышленник Вараксин, который помогал попечителю кладбища купцу Мухаметзяну Галееву с установкой каменного ограждения. В свою очередь, мусульмане помогали в таких же богоугодных делах русским предпринимателям.

В то время, да и сейчас, у татар не принято было даже рукой показывать в сторону погоста, рубить там деревья, чтобы не тревожить покой ушедших. Поэтому типичное татарское кладбище очень часто напоминает густой лес. Это было святое место, а святотатство в виде каких-то погромов считалось немыслимым.

Вандализм начался в первые десятилетия советской власти, когда старательно избавлялись от наследия прошлого, боролись с религией. Достаточно вспомнить судьбу знаменитого Троицкого кладбища в Елабуге. На многих сельских татарских кладбищах тогда тоже сносились памятники духовным деятелям, представителям буржуазного класса. Впрочем, это продолжалось недолго.

В последние годы периодически всплывают в средствах массовой информации сообщения о каких-то единичных случаях погромов, но разрушений такого масштаба не было никогда. Наверное, впервые в истории этого кладбища произошло такое массовое поругание могил.

«Мне трудно сказать, кому и зачем это надо было делать, но это, как мне думается, жестокий, мракобесный акт, попирающий все наши традиции, все этические нормы, которые культивировались, развивались у народов, проживающих в Татарстане». Фото Олега Тихонова

— Каково ваше отношение к погрому? Как думаете, что это было — провокация или обыкновенный вандализм?

— Все это можно назвать чудовищным преступлением и против морали, и против нравственности. Конечно, территория кладбища огромная, там даже при наличии какой-то современной системы охраны все равно могут произойти какие-то эксцессы. Поэтому необходим общественный контроль в этой сфере, бережное отношение к традициям, соответствующее воспитание подрастающего поколения.

Мне трудно сказать, кому и зачем это надо было делать, но это, как мне думается, жестокий, мракобесный акт, попирающий все наши традиции, все этические нормы, которые культивировались, развивались у народов, проживающих в Татарстане. Это однозначно идет вразрез с позитивными процессами, происходящими в республике. Это сделали люди, не считающие себя частью нашего общества.

Единственное, что радует — люди мудро не поддались на провокацию, быстро начали восстанавливать надмогильные камни, власти оперативно отреагировали на случившееся.

Все извлекли уроки. Поэтому у меня есть большая надежда на то, что больше подобное печальное событие не повторится.

Лина Саримова

Священная корова Определение и значение

📙 Уровень средней школы

Показывает уровень класса в зависимости от сложности слова.

📙 Уровень средней школы

Показывает уровень класса в зависимости от сложности слова.


сущ.

физическое лицо, организация, учреждение и т. д., которые считаются освобожденными от критики или допроса.

ВИКТОРИНА

ПРОВЕРЬТЕ СЕБЯ НА «ЕГО» ПРОТИВ. «ЭТО»!

Апострофы могут быть хитрыми; докажи, что знаешь разницу между «это» и «это» в этой хитроумной викторине!

Вопрос 1 из 8

На ферме корм для цыплят существенно отличается от корма для петухов; ______ даже не сравнимо.

Происхождение священной коровы

Впервые зафиксировано в 1905–1910 гг.; в отношении традиционной неприкосновенности коровы у индусов

Слова рядом священная корова

сакрэктомия, священный, священный бабуин, священный бамбук, священный колледж, священная корова, священное сердце, священный ибис, священный лотос, священное чудовище, священный гриб

Словарь .com без сокращений На основе Random House Unabridged Dictionary, © Random House, Inc., 2022

Слова, связанные со священной коровой

Как использовать священную корову в предложении

.expandable-content{display:none;}.css-12x6sdt.expandable.content-expanded >.expandable-content{display:block;}]]>
  • Если заново изобрести культовый журнал означает нацелиться на священных коров музыки и найти способы кричать с крыш, и Ной Шахтман, и Гас Веннер, кажется, готовы сделать именно это.

  • Они были очень, очень подозрительны ко мне и очень защищали своих священных коров, так что это было очень грубое пробуждение.

  • Член городского совета Шон Эло-Ривера хочет дать чаевые священной корове, которой является Народный указ.

  • На самом деле, одним из самых священных праздников для мусульман является жертвоприношение Авраама, известное как Курбан-Байрам.

  • Нет золотой середины в подчинении наших священных прав капризам иностранных тиранов.

  • Это дойная корова, раздающая миллиарды телекомпаниям и вознаграждающая своих спонсоров огромными рейтингами и постоянно растущими доходами.

  • Одна вещь, которую я делаю, чтобы уважать людей, которые хотят сохранить хип-хоп «священным», это называть себя рэп-кабаре.

  • Резервация является суверенной индейской землей, и гризли является священным животным для этих племен.

  • Сверхъестественные утверждают, что религия была открыта человеку Богом, и что форма этого откровения — священная книга.

  • Я привел его в порядок, пока вы были в Лондоне; стыдно было оставить святое место в таком состоянии.

  • У него было пять дочерей от первой жены; нет никакой причины, по которой эта великолепная корова, которую я выбрал, не произвела на свет дюжину мальчиков.

  • В моей тюрьме нет ни цепей, ни стальных наручников, которые раздражают конечности, ни охранников, которые угрожали бы и запугивали меня.

  • Здесь пара достигла «Бурой коровы» и удалилась в свои покои.

ПОСМОТРЕТЬ БОЛЬШЕ ПРИМЕРОВ ПОСМОТРЕТЬ МЕНЬШЕ ПРИМЕРОВ



популярные статьиli{-webkit-flex-basis:49%;-ms-flex-preferred-size:49%;flex-basis:49%;} Только экран @media и (максимальная ширина: 769 пикселей){.css-2jtp0r >li{-webkit-flex-basis:49%;-ms-flex-preferred-size:49%;flex-basis:49%;} }@media только экран и (максимальная ширина: 480px){.css-2jtp0r >li{-webkit-flex-basis:100%;-ms-flex-preferred-size:100%;flex-basis:100%;}}]]>

Определения священной коровы в британском словаре


существительное

неформальный человек, учреждение, обычай и т. д., необоснованно признанные не подлежащими критике

Происхождение слова для священной коровы

намек на индуистскую веру в то, что скот является священным © William Collins Sons & Co. Ltd., 1979, 1986 © HarperCollins Издательства 1998, 2000, 2003, 2005, 2006, 2007, 2009, 2012

Культурные определения священной коровы


Фигурально все, что не поддается критике: «Этот жилищный проект — настоящая священная корова: городской совет не слышать об отказе от него.В Индии последователи индуизма считают коров священными и не едят их, потому что верят, что животные содержат души умерших людей.

Новый словарь культурной грамотности, третье издание Авторское право © 2005 г., издательство Houghton Mifflin Harcourt Publishing Company. Опубликовано издательством Houghton Mifflin Harcourt Publishing Company. Все права защищены.

Другие идиомы и фразы со священной коровой


Человек или предмет, невосприимчивый к критике или допросу, как в Правилах, регулирующих пресс-конференцию, стали священной коровой в этой администрации.Этот термин намекает на почетный статус коров в индуизме, где они являются символом щедрости Бога к человечеству. Он используется в переносном смысле примерно с 1900 года.

Словарь идиом Американского наследия® Авторские права © 2002, 2001, 1995, издательство Houghton Mifflin Harcourt Publishing Company. Опубликовано издательством Houghton Mifflin Harcourt Publishing Company.

Другие читают li{-webkit-flex-basis:100%;-ms-flex-preferred-size:100%;flex-basis:100%;}только экран @media и (max-width: 769px){.css-1uttx60 >li{-webkit-flex-basis:100%;-ms-flex-preferred-size:100%;flex-basis:100%;}}только экран @media и (максимальная ширина: 480px){ .css-1uttx60 >li{-webkit-flex-basis:100%;-ms-flex-preferred-size:100%;flex-basis:100%;}}]]>

племя смотрит в будущее

Как защитить священное место

В последние годы другие племена в Вашингтоне с некоторым успехом добивались различных форм репатриации. Известно, что доисторические останки коренного человека, известного как Кенневикский человек, найденные в регионе, который включает Конфедеративные племена резервации Колвилл, были возвращены коалиции племен бассейна Колумбии в 2017 году для захоронения после многих лет споров.Другой случай связан с племенем Нижнего Эльва Клаллам на Олимпийском полуострове, в котором строительство моста было приостановлено, а затем окончательно остановлено после того, как в 2003 году были обнаружены сотни тысяч артефактов и человеческих останков из древней деревни Клаллам под названием Це-уит-дзен.

А в прошлом году закончилась 50-летняя аренда 35 акров исконных земель племени сукуамиш вдоль индейской резервации Порт-Мэдисон, и племени вернулось право собственности. Первоначально этот район сдавался в аренду как средство дохода для племени, чьи чиновники считали это лучшим способом действий во время экономической нужды.Председатель Suquamish Леонард Форсман говорит, что племя планирует построить «новую современную деревню Suquamish», которая будет включать жилье и поликлинику. Форсман описывает планы развития как «настоящее возрождение народа суквамиш на родине их предков».

«Я действительно благодарен нашим людям за то, что они держались и ждали этого… веря, что когда-нибудь мы осуществим мечты, которые наши предыдущие поколения должны были осуществить для нас», — говорит он. До сих пор, по его словам, земля, принадлежащая Суквамишу, была разбросана.

«Для нас, чтобы иметь район, который будет рядом с услугами, рядом с водой, рядом с культурными объектами — мы действительно с нетерпением ждем восстановления нашего присутствия здесь», — говорит он.

Росс, вице-председатель Сноквалми, говорит, что в случае его племени и многих других трудно доказать, что место является священным: «Сейчас система такова, что мы должны найти кости и останки, чтобы что-то доказать». Это особенно сложно в случае племени сноквалми, особенно потому, что, как говорит Росс, их захоронения часто происходили над землей на деревьях, оставляя после себя мало вещественных доказательств.

Когда в 2015 году началось строительство кольцевой развязки на древних могильниках Сноквалми, некоторые члены племени надеялись, что найденный на этом месте артефакт, наконечник снаряда, предотвратит засыпку территории. Но заявление из города в то время поддержало мнение сторонних археологов, которые сказали, что находка была изолированным открытием. Город Сноквалми продолжал строительство. Теперь, как владельцы, Племя Сноквалми может предотвратить дальнейшее развитие на своей земле.

Часто, говорит Росс, самая большая проблема в защите священных мест – это заставить людей, не принадлежащих к коренному населению, прислушаться.

«Их проблема в образе мышления, — говорит он. «Когда я объясняю вам или кому-либо еще — членам правления PSE, политикам, кому-то в этом роде, — когда я говорю им, что это место для меня священно, их глаза стекленеют. Они не знают, что это значит. Но если я скажу им, что это церковь, шпиль или что-то в этом роде, они поймут».

«Они должны быть открыты», — говорит он. «Это не обязательно должно быть здание, не обязательно иметь крест, не обязательно участие святого, чтобы это было священное место.

Росс и другие члены племени говорят, что улучшенные вывески на этом месте могут лучше понять общественность. С тех пор, как в конце 1890-х годов была построена первая гидроэлектростанция, большая часть рассказов о водопаде была сосредоточена на основателе станции Чарльзе Бейкере; В старых брошюрах о Сноквалми-Фолс история коренных народов упоминается лишь кратко. По сей день туристы могут прочитать историю Бейкера на выставке, установленной PSE в верхней и нижней парковых зонах у водопада. (В то время как одна панель среди нескольких других на выставке рассказывает историю водопада как национально зарегистрированного исторического места и отмечает его культурную ценность для сноквалми, некоторые члены племени выразили заинтересованность в добавлении дополнительной информации об истории коренных народов этого места.)

Страница из печатного выпуска Seattle Post-Intelligencer от 26 июня 1949 года. (Специальные коллекции публичной библиотеки Сиэтла)

Продолжение борьбы за водопад Сноквалми

Представитель PSE говорит, что поток водопада обычно составляет 100 кубических футов в секунду в дневное время и 25 кубических футов в секунду ночью. PSE также увеличивает поток в некоторые выходные и праздничные дни летом (например, он удваивает поток со 100 до 200 кубических футов в секунду во время Дня труда).

В прошлом часто происходили переговоры о потоке; PSE однажды предложила увеличить поток для Snoqualmie в запрошенные дни — в одной статье из журнала Earth Island Journal за 1994 год сообщалось, что PSE предложила установить «индейские дни потока», когда поток водопада будет увеличен с уведомлением за 24 часа. для духовных нужд, которые, как говорится в статье, племя сочло «оскорбительными и неуважительными». PSE также отводила меньше воды из водопада в мае и июне с 2005 года после судебной тяжбы с племенем Сноквалми.

«Текущий график требований к переменному расходу в течение года изменил способ, которым PSE использует сток реки Сноквалми для производства электроэнергии», — написал представитель PSE по электронной почте.

Хотя председатель племени Сноквалми Роберт де лос Анхелес и другие члены совета племени надеются на другое соглашение в будущем, они также заинтересованы в том, чтобы предпринять шаги, чтобы напомнить посетителям о культурном значении этого места более непосредственными способами.

«Мы не хотим много менять», — говорит де лос Анхелес о сайте.Но, добавляет он, необходимо больше контекста: «Я хотел бы видеть гораздо больше ссылок на наше племя и культурные ценности, которые эта местность имеет для нас».

Хотя покупка земли является огромным шагом для племени Сноквалми, Росс надеется, что это поможет им в разговорах с PSE, с которыми они обсуждали проблемы в течение многих лет.

«Мы собираемся сохранить его таким, какой он есть, — говорит он, — но мы собираемся поделиться историей народа Сноквалми [и] просвещать людей о том, что культурное значение и священные места так же важны, как и Ватикан». к католикам.”

Salish Lodge & Spa и водопад Сноквалми, 1 ноября 2019 года. Водопад Сноквалми — самое важное священное место для племени Сноквалми. (Дороти Эдвардс/Crosscut)

 

Определение вашего священного пространства

У нас во дворе есть детский игровой набор. Это одна из тех выдумок типа «что-то вроде форта, вроде качелей», которые возможны только в пригородах.Раньше дети часами возились с ним, но в последнее время он бездействует. Однако наш старший сын, кажется, недавно заново открыл его. Мы обнаружим, что он сидит там по полчаса, слегка покачиваясь взад-вперед, скручиваясь в узлы на качелях и снова раскручиваясь.

На днях жена спросила его, почему он так много времени проводит на качелях. Он на мгновение задумался, а затем ответил: «Это место, где я могу думать. Я хорошо думаю на качелях». (Аааа… он сын своего отца.)

Несколько лет назад мы планировали пристройку к нашему дому, и за новым гаражом нашлось идеальное угловое место для домашнего офиса. Я помню, как обосновал это, заявив, что «мне нужно место, где я мог бы заниматься делом своей жизни».

Дело моей жизни. Мое священное пространство. Шахта .

Мы построили это место, и с тех пор я использую его как личное убежище. Я оборудовал его письменным столом, небольшим и удобным диваном, полками с книгами и большим количеством места для доски.Окна выходят на природный заповедник. Там я пишу и думаю в основном.

Я читаю мощный сборник интервью Джозефа Кэмпбелла под названием [amazon_link id=»0385418868″ target=»_blank» container=»» container_class=»» ]The Power Of Myth[/amazon_link]. В одном разделе Кэмпбелл приводит доводы в пользу того, что в вашей жизни должно быть такое священное место:

.

[Священное место] сегодня абсолютно необходимо каждому. У вас должна быть комната или определенный час или около того в день, где вы не знаете, что было в газетах в то утро, вы не знаете, кто ваши друзья, вы не знаете, что вы кому-то должны, вы не знаю, что кто-то должен вам.Это место, где вы можете просто испытать и показать, кто вы есть и кем вы могли бы быть. Это место творческой инкубации. Сначала вы можете обнаружить, что там ничего не происходит. Но если у вас есть священное место и вы его используете, что-то в конце концов произойдет.

Он продолжает…

Наша жизнь стала настолько экономической и практической по своей направленности, что, когда вы становитесь старше, требования момента к вам настолько велики, что вы едва ли понимаете, где вы, черт возьми, находитесь и что вы намереваетесь сделать.Вы всегда делаете то, что от вас требуется. Где твоя станция счастья? Вы должны попытаться найти его. Возьмите фонограф и включите музыку, которую вы действительно любите, даже если это банальная музыка, которую никто не уважает.

Мне нравится это описание священного пространства как «станции блаженства» или физического места, где ваша единственная задача — преследовать то, что вызывает у вас чувство удивления и подталкивает вас к неизведанному. Я думаю, это то, что я имел в виду, когда сказал: «…делать дело своей жизни.«Работа всей моей жизни, безусловно, не имеет ничего общего с построением бизнеса. Это намного больше. Это более постоянно. Это место, которое я занимаю в жизни других людей, которым я живу, чтобы служить и любить, включая семью и друзей.

Итак… где твое священное место? Где находится ваша «станция счастья»? У тебя есть одна? Если да, то где?

Позиционируя себя как «торговца оружием для творческой революции», Тодд Генри учит лидеров и организации внедрять методы, которые ведут к повседневному блеску.Он является автором пяти книг ( «Случайное творчество», «Умри пустым», «Громче, чем слова», «Пасти тигров», «Код мотивации »), которые были переведены более чем на дюжину языков, а также выступает и консультирует в десятках отраслей по вопросам творчества. , лидерство и любовь к работе.

ПРОЙДИТЕ НАШ БЕСПЛАТНЫЙ ВИДЕОКУРС ИЗ 12 ЧАСТЕЙ

Узнайте, как структурировать свою жизнь и работать, чтобы быть плодовитым, блестящим и здоровым.

Sacred Steel: традиционная священная афро-американская стальная гитарная музыка во Флориде

icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

101

Не позволяйте дьяволу ездить Сонни Тредуэй 3:03
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

102

В саду Сонни Тредуэй 3:08
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

103

У креста Сонни Тредуэй 2:49
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

104

Зови его по имени Гленн Ли 3:36
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

105

Не проходи мимо меня, о Нежный Спаситель Гленн Ли 2:35
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

106

Радостные звуки Гленн Ли 4:27
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

107

Просто прогулка поближе с тобой Вилли Исон 4:59
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

108

Маленькая деревянная церковь на холме Вилли Исон 4:28
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

109

Франклин Д.Рузвельт, друг бедняка Вилли Исон 5:59
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

110

Это Святая Церковь Сонни Тредуэй 7:17
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

111

У креста Сонни Тредуэй 2:18
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

112

Удивительная Грейс Сонни Тредуэй 1:52
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

113

Бог с тобой Сонни Тредуэй 0:55
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

114

Заключительная молитва Сонни Тредуэй 0:25
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

115

Слава Господу всем Генри Нельсон 7:55
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

116

Удивительная Грейс Генри Нельсон 4:47
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

117

Восхваление музыки Обри Гент 4:22
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

118

Отец во имя Иисуса Обри Гент 3:13
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

119

Дом Божий Март Обри Гент 4:29
icon-circle-playsvg-новая кнопка паузы

120

Бог с тобой Обри Гент 1:42

Заманчиво рассматривать аспекты вашего бизнеса как священные.Я сделал и ошибся

Когда вы начинаете свой бизнес, у вас, вероятно, есть некоторые первоначальные предположения. Возможно, вы на 100 % уверены в своей целевой демографической группе. Или вы точно знаете, как будете продвигать и продавать продукт. И, конечно же, как вы будете это ценить. Оставленные без возражений, эти верования могут стать почти священными или, что еще хуже, устаревшими.

Когда в 2015 году мы с моим соучредителем Брайаном основали Tovala – службу доставки еды по подписке, основанную на умных духовках, — я определенно рассматривал некоторые аспекты компании как нечто высеченное в камне.Я ошибался. Каждому предпринимателю нужно усвоить то, что сделал я: в бизнесе нет ничего священного.

Наш продукт сложный, новый для мира, и когда мы запускали его, он был дорогим. Мы были убеждены, что люди должны сначала попробовать еду. Даже предлагая наш продукт в Интернете, мы удвоили тактику личного тестирования, участия во многих мероприятиях и даже купили перед запуском грузовик с едой (отличный пример того, чего не следует делать). Результатов просто не было. Мы развернулись (к сожалению, медленно) и начали подвергать сомнению гипотезу «попробуй, прежде чем купить».»

Сегодня реальность не может быть дальше от наших первоначальных убеждений. В прошлом году наша клиентская база удвоилась, потому что потребители сделали именно то, в чем мы изначально сомневались — они купили продукт премиум-класса в Интернете, не попробовав его сначала. В прошлый Киберпонедельник, мы продавали духовку каждые 37 секунд. Если бы мы не изменили свое мышление на раннем этапе, мы могли бы не быть там, где мы сейчас. Для начинающих предпринимателей: не цепляйтесь слишком сильно за ранние впечатления.

Еще одно ограничивающее убеждение стало значительные возможности для улучшения— наше меню.Многие из наших первоначальных блюд имели тенденцию быть изысканными, потому что это нравилось большей части нашей команды и то, что, как мы «предполагали», понравится нашим клиентам. «Предположение», что понравится вашим клиентам, было ошибкой № 1. Как только мы начали обсуждать с клиентами и потенциальными клиентами меню, мы поняли, что ошиблись, но мы все еще беспокоились о том, чтобы представить блюда, которые отличались от ожиданий, которые мы уже установили. . Постепенно мы начали осваивать тестирование вещей, которые могли бы быть неприкосновенными.

Теперь мы рассматриваем наше меню как место для постоянного повторения.В прошлом году мы впервые запустили завтрак в качестве первоначального испытания. Наша цель состояла в том, чтобы определить, действительно ли использование 10 процентов нашего меню для вариантов завтрака будет ценным компромиссом. В конце концов ответ был утвердительным, но более важным было то, что наши глаза были широко открыты, что могло быть и нет. Вместо того, чтобы быть слишком дорогим с нашим меню, мы теперь рассматриваем его как канал, чтобы продолжать узнавать о предпочтениях наших клиентов. Как и в нашем меню, все компании могут найти каналы для продолжения обучения.Крупные компании могут проводить испытания изолированно, а небольшие компании имеют прекрасную возможность проявить гибкость. Что бы ни работало лучше всего для вашей компании, не позволяйте страху нанести ущерб бренду помешать вам попробовать что-то другое.

Сначала нам пришлось избавиться от двух предыдущих предположений, но никогда не поздно подвергнуть сомнению давние убеждения. Если и был один аспект, который я скептически относился к изменению, так это цена нашей духовки. Исторически сложилось так, что мы считали невозможным изменить цену печи из-за того, что могут подумать наши нынешние клиенты и как это может повлиять на поведение новых клиентов.Затем, в 2021 году, мы действительно начали решать проблему барьера для входа, и стало ясно, что ключом к этому может стать снижение цены на печь. Гарантии не было, но мне нужно было только оглянуться на предыдущие тесты, чтобы понять, что мы не должны бояться потерпеть неудачу.

Результаты? Рост нашего годового регулярного дохода (ARR) более чем на 100 процентов в течение пяти месяцев. Математика сработала. Мы увеличили коэффициент конверсии, меньше тратили на рекламу и сохранили показатель удержания, соответствующий созданию совершенно новой категории «еда, подключенная к интернету».«Успех нашего теста ценообразования доказал мне, что независимо от того, находится ли предприниматель на второй неделе или, как и мы, уже шесть лет пути, готовность постоянно бросать вызов и тестировать остается столь же важной.

Это было бы ошибкой. успокоиться и прекратить тестирование на этом. В 2022 году мы продолжим активно тестировать такие вещи, как предложение новых продуктов питания, альтернативы упаковки и бесплатные пробные версии, а также десятки других вещей в каждой функции. команде рассматривать каждый из этих проектов как возможность переоценить наши мысли, и я призываю каждого предпринимателя поступать так же.

Проверьте свои предположения. Попробуй что-нибудь новое. Будьте готовы и готовы к неудачам: тестирование чего-то, что, как вы знаете, сработает, на самом деле не является тестированием. Не позволяйте страху перед переменами или избавлением от прошлых убеждений удерживать вас от риска.

Мнения, выраженные здесь обозревателями Inc.com, являются их собственными, а не мнениями Inc.com.

Гора Великий Бурхан Халдун и окружающий ее сакральный ландшафт

Выдающаяся универсальная ценность

Краткое обобщение

Великий Бурхан Гора Халдун и окружающий ее ландшафт лежат в центральной части Хэнтийской горной цепи, образующей водораздел между Северным Ледовитым и Тихим океанами, где бескрайние среднеазиатские степи встречаются с хвойными лесами сибирской тайги.Вода с постоянно покрытых снегом гор питает значительные реки, текущие как на север, так и на юг. Высоко в горах находятся леса, а ниже — горная степь, а внизу — открытые луга, изрезанные реками, питающими заболоченные луга.

Бурхан-Халдун связан с Чингисханом как его известное место захоронения и, в более широком смысле, с созданием им Монгольской империи в 1206 году. Это одна из четырех священных гор, которые он обозначил при жизни в рамках официального статуса, который он дал традиции поклонения горам, основанные на давних шаманских традициях, связанных с кочевыми народами.Традиции поклонения горам пришли в упадок, когда в конце 15 века был принят буддизм, и с тех пор, похоже, не было преемственности традиций и ассоциаций. С 1990-х годов поощряется возрождение поклонения горам, а старые шаманские ритуалы возрождаются и объединяются с буддийскими ритуалами. Празднования, спонсируемые государством, теперь проходят каждое лето на горе вокруг рек и трех каменных овоо (или каменных пирамид из камней).

Гора Великий Бурхан-Халдун имеет несколько построек, кроме трех крупных каменных овоо-ов вдоль троп, соединенных с маршрутом паломничества.Пирамиды из камней, по-видимому, были разрушены в 17 веке, но сейчас восстановлены с деревянными столбами наверху. Путь паломничества начинается примерно в 20 км от горы у моста через реку Херлен у Порогового перевала, где также находится крупный овоо. Оттуда паломники едут верхом к большому Белийн овоо, сделанному из стволов деревьев и украшенному голубыми шелковыми молитвенными платками, а оттуда к главному овоо неба на вершине горы. Священность горы тесно связана с ее чувством изоляции и ее воспринимаемой «первозданной» природой.

Гора Великий Бурхан-Халдун и окружающий ее священный ландшафт, как священная гора, оказались в центре событий, коренным образом изменивших Азию и Европу между 12-м и 14-м веками, и имеют прямую связь с Чингисханом и его формальным признанием поклонения горам. .

Критерий (iv) : Священная гора Бурхан-Халдун отражает формализацию поклонения горам Чингис-ханом, ключевой фактор в его успехе в объединении монгольских народов во время создания Монгольской империи, событие, имеющее жизненно важное историческое значение для Азии и мировая история.

Критерий (vi) : Священная гора Бурхан-Халдун прямо и ощутимо связана с «Тайной историей монголов» — историко-литературным эпосом, признанным мировым значением после внесения его в Реестр «Память мира». В «Тайной истории» записаны связи между горой и Чингисханом, его официальное признание поклонения горам и формальный статус Бурхан Халдун как одной из четырех священных гор, обозначенных при его жизни.

Целостность

Участок имеет адекватные атрибуты в пределах своих границ, чтобы отразить масштаб и размах напуганной горы, хотя границы должны быть отмечены в соответствии с природными особенностями.Необходимо осуществлять текущую программу работы по документированию и картированию археологических памятников, которые могут укрепить ассоциации с Чингисханом или традициями поклонения горам и привести к их защите.

Подлинность

Все природные и культурные атрибуты горы Бурхан-Халдун демонстрируют свою ценность. Различные части горы уязвимы для роста туризма, который может серьезно изменить ощущение изоляции, если не будет должным образом управляться, а также для чрезмерного выпаса скота, который может повлиять на его «воспринимаемую» нетронутую природу и на археологические памятники.

Требования к защите и управлению

Хотя большая часть горы Большой Бурхан-Халдун расположена на территории Особо охраняемой природной территории Хан-Кентий (ООПТ Хан-Кентий), небольшая территория к северо-западу и значительно большая территория к югу находятся за пределами этой охраняемой зоны. В 2015 году планируется включить весь объект и его буферную зону в территорию КК ООПТ. КК ООПТ предлагает правовую защиту, но это касается охраны природы и окружающей среды, а не охраны культурного наследия.Необходимо обеспечить дальнейшую защиту культурного наследия и гарантировать, что на территории объекта не будет разрешена горнодобывающая или добывающая промышленность. Буферная зона входит в состав буферной зоны КК ООПТ. В настоящее время буферная зона собственности не имеет ни защиты культурных ценностей, ни каких-либо нормативных процедур, связанных с землепользованием или новым строительством, и необходимо внедрить и то, и другое.

С 1990 года и возобновлением старых монгольских обычаев, связанных со священными горами, национальные традиции и обычаи охраны природы в Монголии и законы, связанные с «Халх Джурам», были возрождены и теперь включены в государственную политику.16 мая 1995 года первый Президент Монголии издал новый Указ «О поддержке инициатив по возрождению традиции поклонения Богд-хану Хайрхану, Бурхан-Халдуну (Хану Хэнтию) и горам Отгонтенгер». В Указе говорится о поддержке государством инициатив по возрождению поклонения горам, как описано в первоначальном Законодательном документе Монголии и как «изложено в соответствии с официальным Указом». Еще один Указ Президента «О порядке проведения церемоний поклонения и подношения государственных священных гор и овоо» предусматривает правовые инструменты для организации посетителей во время проведения крупных государственных церемоний поклонения.Любая деятельность на самой горе Бурхан-Халдун, кроме ритуалов поклонения, традиционно запрещена. Однако сотрудники заповедника KK занимаются тушением пожаров, защитой леса, вырубкой и восстановлением леса, а также борются с незаконной охотой и вырубкой леса.

На национальном уровне управление объектом находится в ведении Министерства природы, окружающей среды и окружающей среды, а также Министерства культуры, спорта и туризма. На местном уровне местные органы власти на уровне аймаков, соумов и сумов несут ответственность за обеспечение местной защиты.Несмотря на то, что в администрации сомонов есть люди, ответственные за охрану окружающей среды, по-видимому, не существует каких-либо официальных договоренностей по работе с культурным наследием. Должна быть создана Администрация по охране объекта всемирного наследия, ответственная за природную и культурную охрану и сохранение объекта, хотя для этого не указаны ни сроки, ни обязательства по предоставлению адекватных ресурсов. Традиционная защита поддерживается давней традицией поклонения природе и священным местам.Например, запрещено тревожить землю, воду, деревья и все растения, животных и птиц в священных местах, охотиться или рубить лес для торговли.

Проект Плана управления был представлен как часть досье номинации. Он продлится с 2015 по 2025 год и будет охватывать как культурное, так и природное наследие. Он включает в себя как долгосрочные (2015-2025 гг.), так и среднесрочные (2015-2020 гг.) планы. Проект Плана управления еще не утвержден и не реализован. Перед завершением и принятием необходима дополнительная работа по дополнению Плана, чтобы он мог обеспечить надлежащую основу для управления имуществом, и необходимо обеспечить необходимое финансирование от заинтересованных организаций вместе с дальнейшей поддержкой со стороны помощи и международных донорских организаций.Археологические памятники на горе, которые могут способствовать более широкому пониманию поклонения горам, официально не идентифицированы и не охраняются. Оба эти аспекта должны быть отражены в Плане.

Хотя существует план управления охраняемой территорией Ханхентий, который реализуется администрацией особо охраняемой природной территории Ханхентий, он ограничивается сохранением природной среды, и, по-видимому, в настоящее время нет активного управления ее культурными атрибутами, а также это работа, управляемая конкретными культурными стратегиями и политикой.Эти упущения необходимо устранить.

Коренные народы сталкиваются с юридическими барьерами для защиты священных мест

Туристы, мчащиеся на север по трассе штата Аризона 64 в сторону национального парка Гранд-Каньон, редко замечают скалистый выступ, возвышающийся над плоским пространством плато Коконино примерно в 2 милях к востоку.

Но для Хавасу Баая, известного миру как Племя Хавасупай или «Люди Сине-Зеленой Воды», изолированный холм является центром их земель и духовной жизни.

Red Butte (Wii’I Gdwiisa или «Гора Сжатого Кулака») — живот Матери-Земли. Мат Таав Тиивджунмдва, луг примерно в 3 милях к северу от характерной горы недалеко от южного края каньона, является ее пупом.

Но Ред Бьютт и Мат Таав Тийвджунмдва являются частью национального леса Кайбаб и не находятся в пределах земельных границ хавасупаев, которые были выселены из национального парка Гранд-Каньон в 1919 году. Это означает, что федеральное агентство, а не контроль Хавасупай землю, решая, кто и как ее использует.Это означает, что хавасупаи должны отстаивать свои интересы вместе с другими государственными землепользователями.

И часто это означает, что кому-то другому разрешено использовать землю и, в глазах Хавасупаи, осквернять ее.

Коренные народы всегда считали определенные места, такие как горы, родники, определенные рощи деревьев, скалы или места с петроглифами, священными местами. Эти объекты служат церквями, так же как синагоги, мечети, храмы или другие сооружения служат христианам, евреям, мусульманам, индуистам и другим религиозным общинам.

Но, как и в случае с Ред Бьютт и Мат Таав Тийвджунмдва, многие из этих территорий лежат за пределами земельных границ племенных доверенностей, часто на общественных землях. Некоторые из самых известных мест находятся в Аризоне и южной долине реки Колорадо.

Федеральные законы, призванные защищать эти места или религиозные обряды коренных американцев, часто терпят неудачу. Некоторые эксперты в области права говорят, что федеральное правительство, похоже, практикует двойные стандарты, когда речь идет о защите религиозных прав коренных народов.

Племена должны иметь дело с вращающейся дверью федеральных чиновников и оппозицией заинтересованных сторон, таких как компании по отдыху или добывающие компании.Они также сталкиваются с недостатком знаний общественности об этих местах и ​​о том, почему коренные народы борются за то, чтобы уберечь их от вреда или, по крайней мере, дальнейшего вреда.

Скопировать текстСкопировать текст этой цитатыЦитата скопирована Рекс Тилуси, покойный председатель Havasupai в 1992 году на слушаниях по делу
. Деньги не стоят будущего, разрушения, загрязнения нашего дома, воды, воздуха, земли, растений, дикой природы.

В Ред-Бьютте конфликт вырос из лесов и других земель, окружающих Гранд-Каньон, которые пронизаны урановой рудой, которая пронзает землю длинными тонкими «брекчиевыми трубками».

Закон о добыче полезных ископаемых 1872 года дает гражданам США право предъявлять претензии на федеральные земли. Одна претензия привела к бездействующей шахте на плато в окрестностях Мат Таав Тиивджунмдва. единственное американское племя, которое до сих пор живет ниже южного края Гранд-Каньона, уже давно обеспокоено шахтой, опасаясь, что радиоактивные материалы загрязнят их водоснабжение и испортят сверкающие бирюзовые воды, которые ищут туристы, которые обеспечивают членов племени их основным источником дохода. , делая то, что осталось от родины их предков, непригодным для жизни.

Ущерб окружающей среде может непоправимо изменить экологию Каньона, говорят Хавасупаи, и по мере ухудшения ситуации они могут погибнуть как отдельный народ.

«Когда (горнодобывающая компания) услышала о нашем протесте (против них), они подошли к нам и предложили нам деньги, и мы сказали им: «Нет, нам не нужны ваши деньги», — сказал покойный председатель Havasupai Рекс Тилуси. во время слушаний 1992 года по добыче урана в общинах коренных народов.

«Деньги не стоят будущего, разрушения, загрязнения нашего дома, воды, воздуха, земли, растений, дикой природы.Когда эти вещи загрязнены, деньги никогда не покроют разрушения, которые произойдут, если мы позволим этим горнодобывающим компаниям прийти и осквернить области, которые мы считаем очень священными». сражения, чтобы предотвратить дальнейшее развитие шахты. В одном случае 9-й окружной апелляционный суд постановил, что, поскольку Ред-Бьютт не был признан «историческим объектом», имеющим право на включение в Национальный реестр исторических мест до 2010 года, Лесная служба не нужно было учитывать это место, когда в 1986 году он проводил исследование воздействия на окружающую среду и консультации с племенами.

Племя заявило, что его единственная надежда сейчас предотвратить открытие любых других шахт — это запрет на добычу полезных ископаемых на земле возле Каньона, мера, которая была принята Палатой представителей США в феврале и ожидает решения Сената.

Группа протестует против добычи урана возле Гранд-Каньона во время межплеменного духовного собрания племени хавасупай в 2018 году. Марк Хенле/Республика

Но шахта рядом с Ред-Бьютт не закрылась, потому что это предшествовало принятию закона.

Это такое бюрократическое препятствие. Коренные народы продолжают сражаться по всей Аризоне и на юго-западе.Их давние духовные связи с землей были нарушены законами, перечеркнутыми границами и правилами, которые открывают общественные земли для прибыльного использования.

Недалеко от Ред-Бьютт, недалеко от Флагстаффа, пики Сан-Франциско были центром конфликтов из-за использования очищенных сточных вод на пике, известном как дом хопи катсинам, святых людей, которые приносят живительный дождь трем столовые горы хопи среди других мероприятий. Более дюжины племен считают Пики священными.

Южная гора в Фениксе, часть второго по величине городского парка страны, является священным местом для народов О’одхэм и Пи-Пош, однако отрог вершины был снесен для строительства автострады.

Гора Грэм в восточной Аризоне была потеряна для народа апачей росчерком президентского пера и серьезно повреждена десятилетиями лесозаготовок, отдыха и огромной обсерватории.

Ок-Флэт, к востоку от Верхнего, приговорен к уничтожению, несмотря на то, что он является жизненно важным священным местом для апачей.

Инталии Блайт, одни из крупнейших геоглифов в США, находятся под защитой, но другие в этом районе находятся под угрозой вандализма или непреднамеренного разрушения.

Племена пытались сохранить эти пространства, но проиграли судебные дела и административные решения, их духовные притязания были отклонены законом.

И со временем эти священные для коренных народов места — от отдаленных гор до городского парка Феникса — стали спорными пространствами.

Южная гора

После долгой битвы автострада Южной горы была завершена, несмотря на протесты членов племени, которые утверждали, что проект разрушит священное место.После долгой битвы автострада Саут-Маунтин была завершена, несмотря на протесты членов племени, которые утверждали, что проект разрушит священное место. После долгой битвы автострада Саут-Маунтин была завершена, несмотря на протесты членов племени, которые утверждали, что проект разрушит священное место. Шерил Эванс/Республика Аризона; Майкл Чоу, Эммануэль Лозано/Республика

Философия федерального правительства по утверждению морального и религиозного превосходства над коренными народами может восходить к директиве, изданной папой 15-го века.

Стивен Ньюкомб, Шони и Ленапе, почти 40 лет изучал, как международное право влияет на законы США, применимые к коренным нациям и народам. Его исследование показало, что в 1493 году издание папской буллы, или декрета, передало власть над Западным полушарием христианским правителям.

Этот указ повлиял на отношение США к христианству как к высшей религии, сказал Ньюкомб, автор книги «Язычники в земле обетованной: расшифровка доктрины христианских открытий».Председатель Верховного суда США Джон Маршалл упомянул «Доктрину открытий» по крайней мере в одном из трех решений, написанных им в начале 19 века и известных как «Трилогия Маршалла», которые заложили основу федерального закона Индии.

Маршалл писал, что В 1496 году король Великобритании Генрих VII поручил исследователю Джону Каботу открыть страны, неизвестные тогда христианам, и объявить их от имени короля. язычниками и, в то же время, признавая прежний титул любого христианского народа, который мог сделать предыдущее открытие.

«Главный судья проводит различие между христианами и туземцами, которые являются «язычниками», — сказал Ньюкомб. чтобы завладеть землями, которые Бог завещал им как вечное владение или наследие».

Супериор находится недалеко от Ок-Флэт и других священных мест. Группы апачей подали в суд, чтобы помешать федеральному правительству разрешить медному руднику занять землю, священную для племен Аризоны. .Шерил Эванс/Республика

С 1883 по 1934 год США официально запрещали религиозные обряды коренных американцев посредством «Кодекса преступлений против индейцев». Документ был направлен на уничтожение коренных культур путем прекращения религиозных и культурных обрядов.

Профессор права на пенсии Роберт Н. Клинтон отметил в своем блоге в 2008 году, что медицинские практики, танцы коренных народов, вручение брачных подарков семье невесты, традиционные взаимные дарения подарков и другие обычаи считаются наказуемыми правонарушениями, иногда с отказом в еде за нарушения. , в других случаях с тюремными сроками.

Уполномоченный по делам индейцев Джон Коллиер применил более прогрессивный подход к проблемам коренных народов. Он издал циркуляр 1934 года, положивший конец этой практике: «Культурная свобода индейцев во всех отношениях должна считаться равной свободе любой неиндейской группы».

Конгресс принял Закон о свободе вероисповедания американских индейцев 1978 года, известный как AIRFA. Законодательство было направлено на то, чтобы отменить давнюю федеральную политику, запрещавшую коренным народам исповедовать свою религию.

Это программное заявление установило федеральную политику, направленную на «защиту и сохранение для американских индейцев их неотъемлемого права на свободу верить, выражать и исповедовать традиционные религии американских индейцев, эскимосов, алеутов и коренных гавайцев».Законодательство также призывало к доступу к культурным объектам, использованию и владению священными объектами и свободе отправления культа.

Закон о восстановлении свободы вероисповедания 1993 г. запрещает правительствам штатов или федеральным правительствам возлагать значительные бремена на религиозные обряды человека, за исключением определенных

Другие федеральные законы регулируют порядок принятия агентствами решений о проектах на государственных землях и защиты культурных и религиозных пространств коренных народов

  • Закон о древностях 1906 г. дал президенту право создавать национальные памятники для сохранения исторических памятников и построек, доисторических объектов и другие объекты, представляющие исторический или научный интерес.
  • Национальный закон о сохранении исторических памятников от 1966 года, или NHPA, контролирует сохранение активов, которые считаются важными для истории США. Один раздел требует, чтобы федеральные агентства определили и изучили, какое влияние конкретный проект окажет на здания или участки, и требует консультаций с племенами, когда речь идет об археологических раскопках, артефактах и ​​культурно и религиозно важных объектах . NHPA также требует разработки альтернатив, которые могли бы предотвратить, смягчить или свести к минимуму ущерб сайту.
  • Закон об охране исторического наследия привел к созданию Национального реестра исторических мест, за которым наблюдает Служба национальных парков. Традиционные культурные ценности – это места, имеющие культурное, религиозное или историческое значение для племенной общины, которые могут быть включены в национальный реестр.
  • Закон о национальной политике в области охраны окружающей среды, или NEPA, определяет, как федеральные агентства оценивают экологические последствия таких проектов, как шахта на федеральной земле, и информируют общественность о любых неблагоприятных последствиях, которых нельзя избежать.Законодательство 1970 также требует, чтобы агентства перечисляли альтернативы, которые могут повлиять на окончательное решение.
  • Закон о защите могил коренных американцев и репатриации, или NAGPRA, обеспечивает защиту мест захоронения коренных жителей и контроль над останками коренных народов, погребальными и священными объектами, а также культурным наследием на федеральных землях или землях племен. Служба национальных парков следит за соблюдением закона.
  • В нескольких штатах действуют законы NAGPRA, регулирующие места захоронения коренных жителей и культурное наследие.Государственный музей Аризоны управляет постановлениями штата как на государственных, так и на частных землях.
  • В 1996 году президент Билл Клинтон приказал федеральным управляющим земельными ресурсами, «когда это практически возможно», обеспечивать доступ к общественным землям для коренных религиозных деятелей и избегать неблагоприятного воздействия на целостность священных мест. В 2000 году Клинтон также издал приказ о налаживании содержательных консультаций и сотрудничества с племенами.

Все эти законы имеют недостатки.

Члены племени обеспокоены тем, что водопад Хавасупай может быть заражен радиацией, если урановые рудники вблизи Гранд-Каньона попадут в грунтовые воды.Пэт Шаннахан/Республика

Марк Финк, старший юрист Центра биологического разнообразия, сказал, что такие законы, как NEPA, дают общественности возможность участвовать в принятии государственных решений о земле, позволяют другим агентствам, таким как Агентство по охране окружающей среды, Управление по рыболовству и рыболовству США. Служба охраны дикой природы и государственные агентства должны взвешивать проекты и создавать возможности для государственных земельных агентств «смотреть, прежде чем прыгать» в проекты, которые могут оказать влияние на экологию.

Но Финк сказал, что суды ясно дали понять, что NEPA является процессуальным законом, а не принудительным актом.Это означает, что федеральным агентствам не нужно прислушиваться к отчетам, которые они генерируют, при вынесении окончательного решения по проекту, известному как «Отчет о решении», за исключением соблюдения обязательных к исполнению законов, таких как Закон об исчезающих видах или Закон о чистой воде.

Хотя эти законы содержат некоторые положения для частных и государственных земель, NEPA и NHPA распространяют защиту объектов культурного наследия, захоронений предков и ландшафтов в первую очередь на общественные земли, сказал Шеннон О’Локлин, исполнительный директор и поверенный Ассоциации по делам американских индейцев. .

Она сказала, что эта ситуация создает «шахматную доску» охраны культурного наследия между федеральными землями, другими государственными землями и частными землями.

Canyon Mine, урановый рудник недалеко от Гранд-Каньона, 2018 год. Марк Хенле/Республика

«Наше культурное наследие и священные места должны рассматриваться с такой же комплексной защитой по всей стране, а не только на федеральной земле», – сказала она.

В некоторых штатах Среднего Запада или вдоль реки Миссисипи, где культура строительства курганов господствовала на протяжении столетий до прихода европейцев, сказал О’Лафлин, некоренные жители считают, что у них есть карт-бланш на раскопки и разграбление священных мест.

«Эти штаты относились к этим местам так, как будто они являются их собственным культурным наследием, а не коренными народами вокруг них», — сказала она.

Консультации с племенами, которые обязательны во всех областях предложений по федеральным земельным проектам, являются больной темой для племен.

«NEPA и NHPA требуют только соблюдения процессов консультаций», — сказал О’Локлин. «Для многих консультация — это просто процедурная галочка».

И, по ее словам, эффективная консультация зависит от персонала на месте в любое конкретное время.«Это зависит от того, кто укомплектовывает агентство», — сказал О’Лафлин.

Это дает федеральным управляющим земельными ресурсами большую свободу действий в использовании и защите земель и ресурсов, сказал Джон Уэлч, профессор Университета Саймона Фрейзера и руководитель программ защиты ландшафтов и объектов в Archeology Southwest.

«Священные места не имеют особой и обязательной защиты», — сказал он.

The Arizona Republic разговаривала со многими вождями племен и племенными организациями, которые почти единодушно согласились с оценками О’Локлин и Уэлч.

В одном примере Республика получила письмо от пуэбло зуни президенту Джо Байдену относительно распоряжения, направленного на продвижение расового равенства и поддержку малообеспеченных сообществ.

«Без прямого, основательного и восстановительного противостояния и постоянного существенного устранения и исправления географической несправедливости действий, программ и процедур правительства и колониальных поселенцев, которые произошли — и продолжают происходить — в пространстве и времени, администрация Байдена-Харриса …. не может искренне, осмысленно, честно или эффективно продвигать какие-либо разумные уровни или формы справедливости и поддержки коренных народов», — говорится в письме, подписанном губернатором Зуни Вэлом Р. Пантеахом.

«Наоборот», — говорится в письме. , «Администрация будет просто увековечивать и воспроизводить продолжающиеся несправедливости по этнической чистке коренных народов с исконных земель.»

Агентства часто проводят лишь беглые консультации или, в худшем случае, утверждают, что просто отправка письма-уведомления племени выполняет протоколы консультаций.Другие обращаются к племенному сообществу только в самом конце проекта, что не дает племени возможности участвовать в обсуждениях или помогать развивать проект таким образом, чтобы все стороны могли с ним жить.

О’Лафлин, гражданин народа чокто, противопоставил защиту культурных и священных мест законам о чистом воздухе и воде или защите исчезающих видов, которые регулируются по всей стране, а не только на общественных землях.

«Если орел умрет и упадет на участок земли здесь, я не имею абсолютно никаких прав на этого орла», — сказал О’Локлин.«Я не могу взять его часть, я не могу его использовать и не могу из него что-то сделать. Я должен позвонить федералам».

Она имеет в виду федеральные законы и постановления, защищающие орлов и их части. Даже будучи членом признанного на федеральном уровне племени , которое имеет законные права на владение и использование орлиных перьев или частей орла, О’Локлин все равно должен соблюдать эти законы.

Она сказала, что поскольку NAGPRA не требует, чтобы захоронения оставались на месте, позиция правительства, по-видимому, такова: «Мы просто должны выкопать это и заплатить, чтобы предки хранились в музее.

Результат: «В федеральном законе нет ничего, что требуется для того, чтобы место считалось священным, — сказал О’Лафлин. — Законодательство не требует сохранения священного места». на дне пустыни давным-давно коренными жителями по неизвестной причине Племена считают эту землю священной и хотят сохранить ее для будущих поколений. Blythe Intaglios были созданы на дне пустыни давным-давно местными жителями по неизвестной причине. Племена считают эту землю священной и хотят сохранить ее для будущих поколений.Blythe Intaglios были созданы на дне пустыни давным-давно местными жителями по неизвестной причине. Племена считают эту землю священной и хотят сохранить ее для будущих поколений. Майкл Чоу, Томас Хоторн/Республика; Шерил Эванс/Республика

Ущерб культурам коренных народов от разрушения священных мест может быть катастрофическим, сказал Дэвид Мартинес, доцент кафедры американских индейских исследований в Университете штата Аризона.

«Если вы проложите дорогу через священное место, то вы поместите что-то, что не уважает это пространство, как принадлежащее обитающим там духам», — сказал он.»Одним из самых непосредственных последствий является гибель части вашей культуры».

Защитники культурных прав коренных народов отмечают, что сама земля придает месту священное значение. Они говорят, что если эти сайты будут изменены или уничтожены, то духовность, которую они хранят, исчезнет.

Скопировать текстСкопировать текст этой цитатыЦитата скопирована Дэвид Мартинес, адъюнкт-профессор исследований американских индейцев в ASU
Многие общины считают, что развитие нарушило связь между людьми и духом.

Это потому, что как только это место будет уничтожено или заражено артефактами, которые, по словам Мартинеса, американцы считают прогрессом, многие медики не вернутся на это место.

«Они думают, что это заражено», — сказал Мартинес, зарегистрированный член индейской общины реки Гила, которого зовут Акимел О’одхам и Хиа Сед О’одхам.

Несмотря на десятилетия исследований, проводимых федеральными агентствами, местные религиозные обряды, которые зависят от конкретных мест, постоянно игнорируются при принятии решений о землепользовании.

The Republic изучила отчеты за последнее десятилетие в Аризоне и обнаружила, что федеральные исследования воздействия на окружающую среду подробно объясняют культурный ущерб, который может быть нанесен альтернативными проектами, и предлагают стратегии смягчения последствий, такие как удаление археологических артефактов.

Горнодобывающие компании и разработчики утверждают, что их проекты будут экологически безопасными. Они обещают финансировать археологические фирмы и нанимать членов племени, чтобы спасти те артефакты или растения, которые они могут, до того, как земля уступит место раскопкам или мощению.

Но практики племенной культуры и правоведы говорят , что законы и политика, направленные на поддержку религиозных прав Первой поправки, далеки от защиты религиозных прав коренных жителей. Профессора права Стефани Холл Барклай и Михалин Стил недавно опубликовали в Harvard Law Review статью с подробным описанием недостатков этих законов.

«Бессердечное разрушение священных мест коренных народов — это не просто тревожный пережиток прошлого», — написали они. Совсем недавно, в 2020 году, США взорвали места захоронения апачей, чтобы расчистить землю для пограничной стены.В 2018 году федеральный суд постановил, что место захоронения коренных жителей и каменный алтарь, которые до сих пор используются для религиозных церемоний , могут быть снесены бульдозерами «просто для расширения дороги».

Машины засыпают искусственным снегом Arizona Snowbowl в 2019 году. Горнолыжный курорт использует переработанные сточные воды для заснеживания своих склонов. Томас Хоторн/Республика

Ученые писали, что Закон о восстановлении свободы вероисповедания, пункт о свободном вероисповедании в Первой поправке и другие подобные средства правовой защиты были выпотрошены судами, когда дело доходит до религии коренных народов, лишая их возможности защищать священные места.

Люнг против кладбища северо-западных индейцев, дело, которое преподается на многих курсах права индейцев как один из главных виновников ослабления Закона о свободе вероисповедания американских индейцев, подготовило почву для других будущих дел о священных местах коренных народов.

В 1988 году Верховный суд США вынес решение против племен Северной Калифорнии, стремящихся не допустить, чтобы лесовозная дорога нанесла непоправимый ущерб священным местам, даже после того, как исследование воздействия на окружающую среду рекомендовало Лесной службе США запретить строительство дороги.

«Даже если предположить, что действия правительства здесь фактически лишат индейцев возможности исповедовать свою религию, Конституция просто не содержит принципа, который мог бы оправдать удовлетворение юридических требований ответчиков», — написала судья Сандра Дэй О’Коннор от имени большинство.

Суд также написал, что федеральное правительство имеет право использовать свою землю, как бы оно ни решило, и что, если правительство не принуждает племя или члена племени отказываться от государственных льгот, таких как социальное обеспечение или другие льготы, исповедовать свою религию , на эти религиозные обряды не ложится существенное бремя.

«Когда правительство создало препятствие, которое физически препятствует возможности верующих-христиан получить доступ к своим священным местам, мы рассматриваем это как особенно вопиющее бремя для религиозных обрядов», — Барклай, неиндейец, и Стил, которому . гражданин нации сенека индейцев Нью-Йорка, написал. «Но когда правительство оскверняет, разрушает и лишает доступа к священным местам коренных народов, делая физически невозможным проведение предыдущих религиозных церемоний в этих местах, принуждение испаряется.»

Барклай и Стил согласились с оценкой О’Локлин о том, что охраняемые виды часто получают больше защиты, чем коренные народы, за их религиозные обряды на государственных землях.   

В последние годы несколько священных и культурных объектов в Аризоне и южной Калифорнии оказались под угрозой. , или повреждены. Практики и защитники племенной культуры говорят, что они были духовно, химически или физически загрязнены, что привело к культурным и религиозным потерям, иногда навсегда.

«Многие общины считают, что развитие нарушило связь между людьми и духом», — сказал Мартинес.

И если в этом месте перестанут проводиться церемонии, сказал он, или если знахари или другие представители культуры перестанут исповедовать свою религию, культуры пострадают от пренебрежения и в конечном итоге могут погибнуть.

Ок-Флэт

Разрешение Коппер хочет добыть медь в Оук-Флэт, кемпинге в Национальном лесу Тонто.Земля считается священной для апачей и других племен Аризоны, и группа подает в суд, чтобы остановить сделку с землей. Резолюция Коппер хочет добывать медь в Оук-Флэт, кемпинге в Национальном лесу Тонто. Земля считается священной для апачей и других племен Аризоны, и группа подает в суд, чтобы остановить сделку с землей. Резолюция Коппер хочет добывать медь в Оук-Флэт, кемпинге в Национальном лесу Тонто. Земля считается священной для апачей и других племен Аризоны, и группа подает в суд, чтобы остановить сделку с землей.Майкл Чоу, Томас Хоторн/Республика; Шерил Эванс/Республика

Священные земли по-прежнему сталкиваются с новыми угрозами. Одно из событий, которое касается мохаве, а также кечан, чемеуэви и других народов южных пустынь, — это распространение солнечных растений.

«С вторжением солнечной энергии, — сказала председатель индейских племен реки Колорадо Амелия Флорес, — мы попытались установить отношения с BLM, поскольку она контролирует те земли, на которых находятся места, вырезанные нашими предками, будь то петроглифы , скальные святилища или даже тропы.»

Около 10 миллионов акров земель, контролируемых Бюро землеустройства, в пустынях Мохаве и Сонора в Калифорнии подпадают под действие Плана сохранения возобновляемых источников энергии в пустыне. миллионов акров земли, включая федеральные и нефедеральные земли, признает богатое культурное и племенное наследие юго-восточной Калифорнии, а также разнообразие растений и животных, таких как пустынные черепахи, которым угрожает опасность.План направлен на защиту уязвимых культурных и экологических объектов, позволяя солнечным растениям прорастать, как черные озера, на дне пустыни в отдельных местах.

Путешественники проходят мимо петроглифов в парке Саут-Маунтин в Фениксе. Шерил Эванс/Республика

Но племена все еще обеспокоены тем, что тысячелетние свидетельства их существования в суровых землях исчезнут под бульдозерами и тротуаром. Экологические группы разделяют эту обеспокоенность, особенно после того, как администрация Трампа попыталась внести поправки в план, чтобы обеспечить более быстрое утверждение проектов по возобновляемым источникам энергии и инфраструктуры широкополосной связи.Администрация Байдена отменила этот шаг в феврале.

Президент Джо Байден сделал консультации с племенами и укрепление межправительственных отношений приоритетной задачей. В день своего вступления в должность Байден направил федеральным агентствам меморандум, в котором, по его словам, подтверждались принципы исполнительного распоряжения эпохи Клинтона.

Меморандум о взаимопонимании создал межведомственные протоколы по защите священных мест в 2012 году. Первоначальное соглашение должно было истечь в 2017 году, но было продлено до 2024 года.

В первый день своего пребывания в должности в марте министр внутренних дел Деб Хааланд встретилась с несколькими журналистами из числа коренных американцев, в том числе с репортером из Республиканской партии, и рассказала о своих целях в управлении крупнейшим агентством США. Во время онлайн-встречи она пообещала дать племенам больший голос в управлении государственными землями.

«Я хочу убедиться, что у каждого племени есть возможность поговорить со мной, поговорить с другими агентствами федерального правительства, и что эти голоса чрезвычайно важны», — сказала она.«Я хочу, чтобы эпоха, когда племена были на втором плане, закончилась, и я хочу убедиться, что у них есть реальные возможности занять место за столом».

Департамент внутренних дел отказался комментировать эту историю.

Лесная служба «привержена обеспечению постоянного уровня защиты священных мест американских индейцев и коренных жителей Аляски на землях Национальной лесной системы», — заявил представитель Министерства сельского хозяйства.

Агентство имеет прочные рабочие отношения с Департаментом внутренних дел и имеет целью пересмотр и обновление межведомственного меморандума о защите священных мест, сказал представитель.Агентство также хочет обеспечить, чтобы «племена имели надлежащее право голоса в земельных вопросах, связанных с индийскими священными местами».

Скопировать текстСкопировать текст этой цитатыЦитата скопирована Кора Макс-Филлипс, правозащитник навахо
Наша духовная связь с природой никогда не будет понята за пределами культур коренных народов.

Сторонники прав коренных народов предлагают различные шаги, которые могут помочь упростить защиту культурных и священных мест или, по крайней мере, не так сложно, как в прошлые годы.

Ранние и частые консультации между племенами и агентствами — это одна из стратегий, которая может помочь защитить священные места, — сказал О’Лафлин.

«Нам нужно определить консультации как основное право и управлять им таким образом», — сказала она.

Как это делают некоторые группы коренных народов в других странах, племена могли бы найти ресурсы для оценки объектов религиозного и культурного наследия до предполагаемого использования, такого как шахты и лесозаготовки. По словам О’Локлин, эти оценки будут считаться конфиденциальными правительством племени, если только они не понадобятся.

В письме племени зуни содержится призыв к оценке и преобразованию Закона о сохранении национального исторического наследия и Закона об охране окружающей среды, которые, по словам племени, создают структурные барьеры для вклада племени и уважения к культурным ценностям племени.

В этих и других подобных законах заложена концепция племенного культурного материала как археологического, что, по словам племени , позволяет правительствам «делегитимировать неархеологические утверждения о роли материальной культуры в поддержке притязаний на определенные культурные принадлежности и традиции и, таким образом, на землю.» 

Мартинес сказал, что больше американцев должны признать, что культуру стоит защищать.

«Я думаю, что американское общество все еще находится под влиянием этой архаичной идеологии плавильного котла, которая стала популяризированной 100 лет назад вместе с политической повесткой дня Тедди Рузвельта», — сказал он. «Это идеология была навязана индейцам в системе резерваций, включая весь проект школы-интерната, чтобы они ассимилировались в американском плавильном котле». — сказал Мартинес.

«Это повестка дня Америки на будущее, потому что чем больше существующего разнообразия, в том числе разнообразия коренных народов, тем лучше для такой демократии, как Соединенные Штаты, которые претендуют на то, чтобы представлять широкий спектр людей, и предполагают, что здесь живут люди со всех уголков земного шара».

Мартинес надеется научить людей понимать, что, когда они слышат, что культура коренных народов находится под угрозой, они реагируют так же, как если бы услышали, что киты в опасности.Другими словами, он сказал, что хочет, чтобы люди «чувствовали больше возмущения тем, что эти вещи происходят в первую очередь».

Кора Макс-Филлипс, правозащитница племени навахо, говорит, что проблема выходит далеко за рамки толкования законов. «Когда мы подходим к слову «священность», западное общество не имеет ни малейшего представления о том, что это такое», — сказала она. «Наша духовная связь с природой никогда не будет понята за пределами культур коренных народов».

Но у Maxx-Phillips тоже есть идея, как разрешить это недоразумение.«Я смотрю, как мы начинаем работать над межкультурным взаимопониманием», — сказала она.

«Я думаю, что это, возможно, поможет нам понять нашу человечность.»

Дебра Крол охватывает коренные народы на пересечении климата, торговли и культуры на юго-западе.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.