Эксперимент вселенная 25 как рай стал адом: как рай от Великий Немой за 07.07.2019

как рай от Великий Немой за 07.07.2019

Появилась категория «отверженных», которых изгоняли в центр бака, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «отверженных» можно было по искусанным хвостам, выдранной шерсти и следам крови на теле. Отверженные состояли прежде всего из молодых особей, не нашедших для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных условиях бака мыши жили долго, стареющие мыши не освобождали места для молодых грызунов. Поэтому часто агрессия была направлена на новые поколения особей, рождавшихся в баке.

После изгнания самцы ломались психологически, меньше проявляли агрессию, не желали защищать своих беременных самок и исполнять любые социальные роли. Хотя периодически они нападали либо на других особей из общества «отверженных», либо на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к рождению детенышей, становились все более нервными, так как в результате роста пассивности среди самцов они становились менее защищенными от случайных атак. В итоге самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако агрессия парадоксальным образом не была направлена только на окружающих, не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали своих детенышей и перебирались в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались от размножения. В результате рождаемость значительно упала, а смертность молодняка достигла значительных уровней.

Вскоре началась последняя стадия существования мышиного рая — фаза D, или фаза смерти, как ее назвал Джон Кэлхун. Символом этой стадии стало появление новой категории мышей, получившей название «красивые». К ним относили самцов, демонстрирующих нехарактерное для вида поведение, отказывающихся драться и бороться за самок и территорию, не проявляющих никакого желания спариваться, склонных к пассивному стилю жизни. «Красивые» только ели, пили, спали и очищали свою шкурку, избегая конфликтов и выполнения любых социальных функций. Подобное имя они получили потому, что в отличие от большинства прочих обитателей бака на их теле не было следов жестоких битв, шрамов и выдранной шерсти, их нарциссизм и самолюбование стали легендарными. Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в баке «красивые» и самки-одиночки, отказывающиеся размножаться и убегающие в верхние гнезда бака, стали большинством.

Рай стал адом. Эксперимент «Вселенная-25»

Периодически ученые ставят эксперименты

Часто довольно глупые (то женщины должны родить от обезьяны, то обезьяна – от мужчины), но некоторые нельзя оценивать так однозначно, может, стоит задуматься. Многие «мыслители» хотели понять, каким должно быть общество.

Американский ученый Джон Кэлхун провел такой эксперимент под названием «Вселенная-25». Как всегда, подопытные мыши (ученые оригинальностью не отличаются: если разрешено проводить на людях, проводят на людях, нет – на лабораторных мышках)

Идея абсолютно проста: идеальные условия существования для небольшой группы, никто ничего не делает, каждый получает по потребностям. Пищи и воды сколько хочешь, полная безопасность (хищников нет), болезней тоже (заразных нет). Чем не рай на земле или как минимум социально защищенное общество? Плодись и размножайся.

Результат эксперимента: все погибли.

Какие можно сделать выводы? Рассмотрим ход эксперимента.

Ход эксперимента

Был изготовлен бак 2 х 2 метра. Естественно поддерживалась оптимальная температура для мышей – 20 градусов. Особо следует отметить гордость экспериментаторов: они так организовали систему снабжения, что 10 000 мышей могли есть и пить, при этом не один не был бы обделен, то есть ешь и пей сколько хочешь, ты никому не мешаешь.

Эксперимент начался с четырех пар абсолютно здоровых мышей. Все быстро освоились, не жизнь, а рай. В таких условиях стали быстро размножаться. Количество жителей «рая» стремительно растет. За 50–60 дней количество жителей удваивалось, но на 315 день прирост значительно снизился.

Мышей было уже около 600. Формируются основы взаимного общения (напоминаю, это мыши, люди более жестоки). Пространства меньше, возникли сразу иерархия и что-то напоминающее современную социальную жизнь.

В изолированной сфере появились изгои – мышки, которых общество не приняло. Над ними всячески издевались, кусали, шкуры были все в ранах. Это прежде всего молодые мыши, которые не смогли завоевать своего места в «мышином раю».

Итог, если все идеально – матерые самцы агрессивно относились к молодежи, еще готовой дать отпор. Избитые молодые самцы теряли «мужественность» и уже не могли защитить своих самок, не обладая для этого необходимой социальной агрессией.

Что интересно, проблемы были и среди самок. Отсутствует активность самцов, мышки-девочки (самки) стали очень агрессивными. Свою агрессию направили на детей. Обыденным случаем стало убийство самкой своих детенышей. Самки, убившие своих детенышей, отказывались от дальнейшего размножения. Рождаемость и смертность резко поменялись. «Рай» оказался для мышей адом.

Последняя стадия мышиного «рая». Ученый озаглавил ее «красавчики». Новая разновидность мышей. Это самцы, никакого интереса к самкам, никакого интереса к борьбе за территорию. Они выбирали свою жизнь – поесть, поспать, поухаживать за шкурой. Любых конфликтов избегали, так же как и выполнения каких-то общественно-социальных функций. Что интересно, быстро большинство самцов стали неправильными. Ели, пили, спали, распространился гомосексуализм.

В мышином «раю» процветали насилие, жестокость, гомосексуализм и каннибализм при наличии избыточного количества пищи и воды. Самки, которым случалось рождать детенышей, практически сразу их убивали.

Спустя 1780 дней после начала эксперимента скончался последний житель мышиного рая.

Последствия:

  • детеныши умирали;
  • самки в «мышином раю» фактически не беременели, беременность достигла ноля;
  • «красавцы» обходились без самок;
  • все умерли.

Выводы

Эксперимент показал, при условии неограниченного доступа мыши (нет, не человека) к любым ресурсам и соответственно благам мыши сразу потеряли природную функцию – добиваться самок, размножаться, защищать потомство.

Результат – мыши вымерли.

Без труда, напряжения и стресса, необходимых для добычи пищи, мужчины превращаются в «красивых», которым совершенно плевать на все, кроме себя любимого, а женщины остаются без защиты. Хотя, с другой стороны… к женщинам тоже есть претензии (они предпочитают называть себя девушками).

Полагаю, что отказ от борьбы, преодоления – это первая стадия гибели как отдельного человека, так и общества. Мышиный рай – наглядный пример.

Эксперимент «Вселенная 25»: как рай стал адом | Реконструктор сознания

Фото использовано в качестве иллюстрации. Открытый источник Яндекс — картинки.

Фото использовано в качестве иллюстрации. Открытый источник Яндекс — картинки.

Учёный попытался создать рай на земле.
В 1968 году учёный-этолог Джон Кэлхун, на базе Американского национального института психического здоровья, поставил впечатляющий эксперимент.
Кэлхун, провел аналогию социума мышей с человеческим обществом и на этом сходстве попытался предсказать будущее для всего человечества.

Для этого учёный создал так называемый «рай» для белых мышей.

В лабораторных условиях, был выстроен квадратный загон 2х2 м. и высотой — 1,5 м., откуда подопытные не сумели бы выбраться. В конструкции поддерживалась благоприятная температура, присутствовали в изобилии корм и вода, постоянно пополнялись материалы для строительства гнезд. Грызуны находились под беспрерывным контролем ветеринаров, которые отслеживали состояние их здоровья. Были предприняты все необходимые меры безопасности: исключалось присутствие хищников и распространение массовых инфекций. Загон очищали раз в неделю и поддерживали в постоянной чистоте. То есть, для мышей было создано идеальное жизнеобеспечивающее пространство. Учёный описывал свою конструкцию как «мышиную утопию», а свой эксперимент назвал «Вселенная-25». Загон был рассчитан на 3840 мышей, забежим наперед и отметим, что максимальная численность популяции во время опыта достигла уровня 2200 особей и после только сокращалась.

Когда для эксперимента было всё подготовленно в мышиный рай запустили 4 пары грызунов. С этого момента отсчитывается стадия А — период освоения. Через 55 дней мышиные семьи начали давать потомство. С момента появления первых детёнышей началась фаза — В. Каждые следующие 55 дней, численность грызунов удваивалась. Уже через 315 дней скорость размножения уменьшилась, теперь количество популяции умножалась в двое каждые 145 дней — фаза С. На этом этапе в загоне стало гораздо меньше места, а количество мышей перевалило за 600 штук. У них успела сформироваться своя иерархия и определенная социальная жизнь.

1) Появилась каста «отверженных», что состояла в основном из молодых особей, они были загнаны в центр бака и постоянно становились жертвами агрессии. Вызвано это было тем, что в идеальных условиях загона мыши долго жили и стареющие поколения не освобождали места в социальной нише для молодых особей. Именно поэтому, агрессия была направлена в основном на молодых грызунов. Узнать их можно было по искусанным хвостам и выдранной шерсти. После изгнания самцы, ломались психологически и не желали защищать своих беременных самок.

2) Самки стали более агрессивными, поскольку им самим приходилось защищать свое потомство. Позже, их агрессия перекинулась и на детёнышей, которых они убивали и перебирались в верхние гнезда, становясь отшельниками и отказываясь от размножения.

В результате рождаемость упала, а смертность молодняка достигла высоких результатов. В фазу вступила стадия D — смерть мышиного рая. На этой стадии появилась новая категория мышей — «красивые».

3) «Красивыми» — назвали мышей, что проявляли не характерное для своего вида поведение. Они не вступали в борьбу за самку и территорию, не проявляли желания к размножению. Они только ели, пили, спали и чистили свою шерстку.

В последствии «красивые» и самки-отшельницы, стали большинством. Средняя продолжительность жизни мышей составила 776 дней, что на 200-ти дней превысило границу репродуктивного возраста. Количество беременностей в последней фазе «мышиного рая» равнялась нулю.

Девиантное поведение спровоцировала у мышей гомосексуализм. Также в мышином социуме, не смотря на изобилие пищи процветал каннибализм. Популяция вымирала и на 1780 день опыта умер последний обитатель «мышиного рая». Мышиный социум самоуничтожился. Рай превратился в ад.

Эксперимент назвали «Вселенная-25», потому что это была 25 (последняя) попытка создать мышиный рай, результат которой был как все предыдущие.

Таким вот образом, на примере мышиного социума, учёному удалось отследить поведения «общества» в условиях сытой беспроблемной жизни. Выявить прямую связь с людьми не составит труда. Вот вам пример люмпенов, матерей-одиночек, насилия в семье, беспричинной агрессии, обленившихся граждан, содомии и социального выживания.

мы ВКонтакте: https://vk.com/reconstructorsoznanija
мы в Telegram: https://t.me/reconstructorsoznanija
Поддержать проект: Благотворительный фонд «ВСПЛЕСК» http://bfvsplesk.ru/
Сайт Вадима Герливанова: https://gerlivanovvadim.ru
Проект Мировед: https://m.vk.com/@-182859210-proekt-miroved
Мы предоставляем доступ к видеозаписям лекций Вадима Герливанова. Каждый, кто не смог приехать на семинар, может посмотреть его в записи.
Просьба обращаться к Дмитрию личным сообщением: https://vk.com/id84912388 .
Статьи:
Свод рекомендаций для тех, кто хоронит.
Немного о свастике.
РЕАБИЛИТАЦИЯ КОЛОВРАТА.
Карма или по-русски Судьба.
Сознание и его время.
Зачем уничтожают коловрат?
Кон — логика природы. Часть 2
Система Саморегуляции Мира. С чего начать изучение.

Эксперимент «Вселенная-25» — мышиный рай

Эксперимент Вселенная-25 – это научное исследование, во время которого для популяции мышей были созданы максимально комфортные условия жизни. У грызунов было обилие корма и воды, им не угрожали хищники, а также было достаточно места для размножения.

Однако к концу эксперимента все мыши вымерли. О том, почему это случилось, и какое значение это имеет для науки вообще и человечества в частности – мы расскажем прямо сейчас.

Эксперимент «Вселенная-25»

Американский ученый-этолог Джон Кэлхун провел немало интересных опытов в 60-х и 70-х годах прошлого века. Для своих экспериментов он использовал крыс и мышей. Кэлхун пытался понять, что ждет человечество в будущем.

Вследствие множества исследований над мышами ученый сформулировал новое понятие – «поведенческая раковина». Под данным выражением подразумевался переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселения и скученности.

Эксперименты этолога вызвали большой интерес в научном мире. Особенную озабоченность проявили специалисты, проживающие в западных государствах, поскольку после окончания Второй мировой войны (1939-1945) там наблюдался настоящий бэби-бум. Ученые впервые серьезно задумались над тем, как перенаселение планеты может повлиять на образ жизни людей.

Вселенная-25, или как рай стал адом

Наибольшую популярность Джону принес эксперимент «Вселенная-25», проведенный с мышами в 1972 г. Цель заключалась в том, чтобы изучить и понять то, насколько плотность популяции может влиять на жизнь грызунов. Экспериментатор создал прекрасные условия для полноценного существования и размножения мышей.

Была построена большая конструкция 2х2 м и высотой в 1,5 м. Внутри нее всегда поддерживалась максимально комфортная для мышей температура (+20°C). Мыши не испытывали недостатка в корме и воде. Кроме этого, для мышей были сделаны гнезда для взращивания потомства.

Автор эксперимента следил за тем, чтобы загон содержался в постоянной чистоте. Особое внимание уделялось безопасности мышей. Их регулярно осматривали ветеринары, чтобы исключить появление какой-либо эпидемии.

Интересно, что в загоне могли одновременно пить воду более 6140 мышей, а питаться до 9500. При этом проблемы с «жильем» у грызунов могли возникнуть только в том случае, если бы их количество превысило 3840 особей. Однако такого никогда не было. Максимальное число мышей не превышало 2200 особей.

Мышиный рай

В самом начале эксперимента Вселенная-25 внутрь загона поместили 4 пары здоровых мышей, которые весьма быстро привыкли к новой обстановке и начали активно размножаться. Этот период освоения Джон обозначил фазой A.

Фаза B началась с того момента, когда в «мышином государстве» начало появляться потомство. В это время численность грызунов удваивалась каждые 55 дней. Однако через 10 месяцев ситуация изменилась – наступила фаза C.

Начиная с 315 дня проведения эксперимента Вселенная-25, темп рождения мышей существенно снизился: количество грызунов удваивалось уже каждые 145 дней.

К этому времени в загоне проживало порядка 600 особей, среди которых сформировалась иерархия и некая социальная жизнь. При этом ме́ста становилось все меньше.

«Отверженные»

Появилась категория «отверженных», которых выгоняли в центр загона, после чего они превращались в жертв.

Эти мыши часто подвергались агрессии, по причине чего у них были искусаны хвосты, а тело покрывали окровавленные раны.

Как правило «отверженными» становились молодые мыши, которые не успели достичь какого-либо положения среди своих сородичей.

То есть старые мыши, которые смогли обрести хорошие жилища и получить определенный социальный статус, не освобождали мест для своего потомства. В связи с этим, агрессия прежде всего проявлялась в отношении молодых особей.

Когда самцы становились изгоями мышиного общества, они ломались психологически, старались избегать конфликтных ситуаций и даже не стремились заботиться о своих беременных самках. При этом периодически они могли нападать на таких же «отверженных» грызунов.

Самки

Беременные самки становились более нервными, поскольку из-за пассивности самцов им приходилось самостоятельно защищаться от возможных атак.

В результате самки начинали драться со своими обидчиками, заступаясь за детенышей. Интересен факт, что такая агрессия нередко была направлена и к своему потомству.

Во время эксперимента Вселенная-25 было зафиксировано множество случаев, когда самки загрызали своих мышат, после чего занимали верхние гнезда.

Кэлхун внутри полигона для экспериментов с мышами, 1970 год

Они утрачивали интерес к размножению и начинали вести аскетический образ жизни. Как следствие, рождаемость резко упала, а смертность молодых мышей существенно возросла.

«Красивые»

После этого в эксперименте началась последняя фаза D – стадия смерти. Ее особенностью стало рождение новой категории мышей, получившей название «красивые».

К последнему виду относились самцы, которые были совершенно не похожи на своих прародителей. Они не дрались за территорию, вели спокойный образ жизни и совершенно не интересовались самками. «Красивые» только питались, ухаживали за собой и не стремились выполнять какие-либо социальные функции.

Такое прозвище эта категория мышей получила вследствие того, что в отличие от своих сородичей, они не имели на своем теле никаких ран или выдранных клоков шерсти.

Кэлхун вместе со своими коллегами поражался тому, что происходило в загоне. «Красивые» наряду с самками-одиночками не желали спариваться, предпочитая жить на верхних этажах «мышиного царства». В конечном счете, их начало становиться все больше и больше.

Финальная стадия

Средний возраст мыши в завершающей фазе развития составил 776 дней, что на 200 дней превышало высшую границу репродуктивного возраста.

Смертность молодняка равнялась 100%, а количество беременных самок со временем снизилось до 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуализм, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение.

Интересен факт, что, несмотря на то, что в загоне по-прежнему было изобилие корма и воды, в мышином обществе процветал каннибализм. Самки не хотели заботиться о потомстве, а просто убивали его. Все это приводило к тотальному вымиранию.

На 1780 день после старта эксперимента умерла последняя мышь.

Дополнительный шанс

Предвидя такой печальный исход, Кэлхун провел ряд экспериментов на 3 фазе смерти. Из загона взяли несколько небольших групп мышей и поместили их в другое место, где были все условия для полноценной жизни. Говоря простым языком, «красивым» и самкам-одиночкам создали точно такие условия, как и для первых 4 пар мышей.

На удивление ученых, эти грызуны по-прежнему отказывались размножаться и выполнять какие-либо социальные роли. Вследствие того, что самки не производили потомства, все мыши умерли от старости.

Такие же результаты были замечены во всех переселенных группах. Абсолютно все мыши вымерли, имея идеальные условия для размножения и нормальной жизни.

Две смерти

После окончания эксперимента Кэлхун сформулировал собственную теорию двух смертей. Первую из них он назвал

смерть духа.

Когда молодняк не смог заполнить свою нишу в социальной иерархии, это привело к серьезному конфликту между взрослыми и молодыми мышами. При этом уровень необоснованной агрессии значительно увеличился.

Джон Кэлхун

В связи с перенаселением «мышиного рая» и повышению степени физического контакта, недавно родившиеся грызуны были сосредоточены исключительно на самых простых вещах.

При изобилии мира и средств к существованию, мышей интересовали только еда, сон и уход за собой. В итоге грызуны, сломленные психологически, не были заинтересованы в борьбе за территорию, ухаживанием за самками и защите потомства.

Подобное поведение мышей экспериментатор назвал «первой смертью» или «смертью духа». По мнению Кэлхуна такая смерть в конечном счете приводит к буквальной кончине грызунов. То есть все особи обрекаются на неминуемую гибель, в каких бы комфортных условиях они ни находились.

Как-то раз у Джона поинтересовались о причинах возникновения «красивых» мышей. Проведя прямую аналогию с людьми, он ответил, что для любого человека вполне нормально жить в напряженной среде, наполненной разными трудностями и переживаниями.

Мыши, отказавшиеся от борьбы за выживание, превратились в эгоцентричных «красавцев», способных только есть, спать и следить за своим внешним видом.

Кэлхун провел параллели со многими современными представителями сильного пола, выполняющими какую-либо рутинную работу и не имеющими в себе «стержня».

Такие мужчины уже умерли духом, что выражается в потере оригинальности и неспособности выдерживать давление со стороны социума. В результате, подобных мужчин вскоре ожидает «вторая смерть», но на этот раз уже физическая.

Вероятно вы, дорогой читатель, до сих пор не понимаете, почему эксперимент Кэлхуна назывался «Вселенная-25». Дело в том, что это была 25 попытка ученого создать рай для мышей. Предыдущие 24 эксперимента закончились смертью всех мышей…

Если вам понравился данный пост – поделитесь им в социальных сетях и подписывайтесь на сайт interesnyefakty.org. С нами всегда интересно!

Понравился пост? Нажми любую кнопку:

Интересные факты:

Эксперимент «Вселенная-25»: как рай стал адом

В комментах спорят о этичности проведения параллелей между крысами и людьми, утверждают что были только мыши. Наделяют человека некими способностями противостоять  потребительским искушения и вырываться за красные флажки. Но далеко ли вырвешься на тарзанке… Всем, кому интересна социальная психология и поведенческие линии в обществе, будет интересно.Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточный простор для размножения. Однако в результате вся колония мышей вымерла. Почему это произошло? И какие уроки из этого должно вынести человечество?

Американский ученый-этолог Джон Кэлхун провел ряд удивительных экспериментов в 60–70-х годах двадцатого века. В качестве подопытных Д. Кэлхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего для человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин, «поведенческая раковина» (behavioral sink), обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселения и скученности. Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел определенную известность в 60-е годы, так как многие люди в западных странах, переживавших послевоенный бэби-бум, стали задумываться о том, как перенаселение повлияет на общественные институты и на каждого человека в частности.

[Далее]



Свой самый известный эксперимент, заставивший задуматься о будущем целое поколение, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH). Целью эксперимента «Вселенная-25» был анализ влияния плотности популяции на поведенческие паттерны грызунов. Кэлхун построил настоящий рай для мышей в условиях лаборатории. Был создан бак размерами два на два метра и высотой полтора метра, откуда подопытные не могли выбраться. Внутри бака поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20 °C), присутствовала в изобилии еда и вода, созданы многочисленные гнезда для самок. Каждую неделю бак очищался и поддерживался в постоянной чистоте, были предприняты все необходимые меры безопасности: исключалось появление в баке хищников или возникновение массовых инфекций. Подопытные мыши были под постоянным контролем ветеринаров, состояние их здоровья постоянно отслеживалось. Система обеспечения кормом и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли бы одновременно питаться, не испытывая никакого дискомфорта, и 6144 мышей потреблять воду, также не испытывая никаких проблем. Пространства для мышей было более чем достаточно, первые проблемы отсутствия укрытия могли возникнуть только при достижении численности популяции свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей никогда в баке не было, максимальная численность популяции отмечена на уровне 2200 мышей.

Эксперимент стартовал с момента помещения внутрь бака четырех пар здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы освоиться, осознать, в какую мышиную сказку они попали, и начать ускоренно размножаться. Период освоения Кэлхун назвал фазой А, однако с момента рождения первых детенышей началась вторая стадия B. Это стадия экспоненциального роста численности популяции в баке в идеальных условиях, число мышей удваивалось каждые 55 дней. Начиная с 315 дня проведения эксперимента темп роста популяции значительно замедлился, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало собой вступление в третью фазу C. В этот момент в баке проживало около 600 мышей, сформировалась определенная иерархия и некая социальная жизнь. Стало физически меньше места, чем было ранее.

Появилась категория «отверженных», которых изгоняли в центр бака, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «отверженных» можно было по искусанным хвостам, выдранной шерсти и следам крови на теле. Отверженные состояли, прежде всего, из молодых особей, не нашедших для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных условиях бака мыши жили долго, стареющие мыши не освобождали места для молодых грызунов. Поэтому часто агрессия была направлена на новые поколения особей, рождавшихся в баке. После изгнания самцы ломались психологически, меньше проявляли агрессию, не желали защищать своих беременных самок и исполнять любые социальные роли. Хотя периодически они нападали либо на других особей из общества «отверженных», либо на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к рождению, становились все более нервными, так как в результате роста пассивности среди самцов они становились менее защищенными от случайных атак. В итоге самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако агрессия парадоксальным образом не была направлена только на окружающих, не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали своих детенышей и перебирались в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались от размножения. В результате рождаемость значительно упала, а смертность молодняка достигла значительных уровней.

Вскоре началась последняя стадия существования мышиного рая — фаза D или фаза смерти, как ее назвал Джон Кэлхун. Символом этой стадии стало появление новой категории мышей, получившей название «красивые». К ним относили самцов, демонстрирующих нехарактерное для вида поведение, отказывающихся драться и бороться за самок и территорию, не проявляющих никакого желания спариваться, склонных к пассивному стилю жизни. «Красивые» только ели, пили, спали и очищали свою шкурку, избегая конфликтов и выполнения любых социальных функций. Подобное имя они получили потому, что в отличие от большинства прочих обитателей бака на их теле не было следов жестоких битв, шрамов и выдранной шерсти, их нарциссизм и самолюбование стали легендарными. Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в баке «красивые» и самки-одиночки, отказывающиеся размножаться и убегающие в верхние гнезда бака, стали большинством.

Средний возраст мыши в последней стадии существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составила 100%, количество беременностей было незначительным, а вскоре составило 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуализм, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненно необходимых ресурсов. Процветал каннибализм при одновременном изобилии пищи, самки отказывались воспитывать детенышей и убивали их. Мыши стремительно вымирали, на 1780 день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Предвидя подобную катастрофу, Д. Кэлхун при помощи коллеги доктора Х. Марден провел ряд экспериментов на третьей стадии фазы смерти. Из бака были изъяты несколько маленьких групп мышей и переселены в столь же идеальные условия, но еще и в условиях минимальной населенности и неограниченного свободного пространства. Никакой скученности и внутривидовой агрессии. По сути, «красивым» и самкам-одиночкам были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в баке экспоненциально размножались и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, «красивые» и самки-одиночки свое поведение не поменяли, отказались спариваться, размножаться и выполнять социальные функции, связанные с репродукцией. В итоге не было новых беременностей и мыши умерли от старости. Подобные одинаковые результаты были отмечены во всех переселенных группах. В итоге все подопытные мыши умерли, находясь в идеальных условиях.

Джон Кэлхун создал по результатам эксперимента теорию двух смертей. «Первая смерть» — это смерть духа. Когда новорожденным особям не стало находиться места в социальной иерархии «мышиного рая», то наметился недостаток социальных ролей в идеальных условиях с неограниченными ресурсами, возникло открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, увеличился уровень немотивированной агрессии. Растущая численность популяции, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, всё это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных только к простейшему поведению. В условиях идеального мира, в безопасности, при изобилии еды и воды, отсутствии хищников, большинство особей только ели, пили, спали, ухаживали за собой. Мышь — простое животное, для него самые сложные поведенческие модели — это процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах. От всего вышеперечисленного сломленные психологически мыши отказались. Кэлхун называет подобный отказ от сложных поведенческих паттернов «первой смертью» или «смертью духа». После наступления первой смерти физическая смерть («вторая смерть» по терминологии Кэлхуна) неминуема и является вопросом недолгого времени. В результате «первой смерти» значительной части популяции вся колония обречена на вымирание даже в условиях «рая».

Однажды Кэлхуна спросили о причинах появления группы грызунов «красивые». Кэлхун провел прямую аналогию с человеком, пояснив, что ключевая черта человека, его естественная судьба — это жить в условиях давления, напряжения и стресса. Мыши, отказавшиеся от борьбы, выбравшие невыносимую легкость бытия, превратились в аутичных «красавцев», способных лишь на самые примитивные функции, поглощения еды и сна. От всего сложного и требующего напряжения «красавцы» отказались и, в принципе, стали не способны на подобное сильное и сложное поведение. Кэлхун проводит параллели со многими современными мужчинами, способными только к самым рутинным, повседневным действиям для поддержания физиологической жизни, но с уже умершим духом. Что выражается в потере креативности, способности преодолевать и, самое главное, находиться под давлением. Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегство от напряжения, от жизни полной борьбы и преодоления — это «первая смерть» по терминологии Джона Кэлхуна или смерть духа, за которой неизбежно приходит вторая смерть, в этот раз тела.

Возможно, у вас остался вопрос, почему эксперимент Д. Кэлхуна назывался «Вселенная-25»? Это была двадцать пятая попытка ученого создать рай для мышей, и все предыдущие закончились смертью всех подопытных грызунов…

Источник.

Скученность — путь в поведенческую клоаку

Влияние скученности (толпы) на наше поведение- это вопрос, интересующий психологов в течении десятилетий. Возможно,вы замечали,как изменяются ваши собственные эмоции и поведение в ситуации, когда вы оказываетесь в толпе или просто вокруг вас слишком много людей.Вы можете уйти в себя и постараться, чтобы вас не замечали; вы можете поискать возможности как то выбраться из толпы; или же вы можете почувствовать раздражение и даже агрессию.То, как вы реагируете на толпу,зависит от многих факторов.

[Далее]

Обратите внимание на то, что название обсуждаемой здесь статьи использует выражение плотность населения (скученность),а не толпа. Эти два понятия могут показаться весьма сходными,однако психологи их отчетливо разграничивают.

«Плотность» относится к количеству индивидов в каком то определенном пространстве. Если 20 человек занимают комнату 4*4 метра, эту комнату,вероятно можно рассматривать как очень перенаселенную(то есть здесь имеет место большая плотность населения).Однако понятие » толпа» относится к субъективному психологическому ощущению,которое создается количеством окружающих людей ( плотностью). Так,если вы будете пытаться сконцентрировать внимание на решении трудной задачи в комнате,в которой находится 20 человек,вы будете воспринимать их как большую толпу.И наоборот,если вы окажетесь в этой же комнате на вечеринке с 20 друзьями,скорее всего ощущения толпы у вас не будет.

Были проведены исследования, использующие экспериментальных животных.Одну серию самых ранних и самых классических опытов такого типа провел Джон Б.Калхаун в 1062 году. Калхаун создал условия,при которых группы белых крыс смогли так размножиться, что их популяция в 2 раза превысила численность зверьков,которую можно считать нормой для помещения 3*4 метра, и наблюдал их » социальное» поведение в течении 16 ти месяцев.

Вот некоторые результаты некоторых из крайних форм поведения,которые наблюдались.

1. Агрессия. Обычно в естественных условиях крысы-самцы дерутся с другими самцами за доминирующее положение в социальной иерархии.В этом исследовании тоже наблюдались драки среди наиболее агрессивных самцов. разница заключалась в том, что в отличие от происходящего в природных условиях для сохранения своего положения самцы должны были не просто драться,но драться часто; при этом во многих случаях в крисиных разборках принимали участие сразу несколько самцов. Тем не менее, по наблюдениям,самые сильные крысы из центральных отсеков характеризовались наиболее нормальным поведением. Однако даже у этих животных иногда наблюдались признаки паталогии,они как будто «сходили с ума»: нападали на самок,крысят и менее активных самцов и у них появлялась склонность ,обычно не свойственная крысам,а именно кусать за хвосты других крыс.

2. Подчинение. В противоположность этой крайней агресии,другие гп=руппы крыс-самцов избегали драк за доминирование.Одна из таких групп состояла из самцов,наиболее здоровых с виду. Они были упитанными , и их мех был в хорошем состоянии,без обычных проплешин-результатов сражений. Однако в социальном смысле эти крысы были пораженцами. Они двигались по отсекам будто бы во сне или в состоянии гипнотического транса, игнорируя всех остальных крыс, а те, в свою очередь,игнорировали их. Этих самцов совершенно не интересовала сексуальная активность, они не делали никаких попыток сближения с самками,даже если у тех был период течки.
Другая группа самцов,наоборот,была слишком активна, и они постоянно стремились,незаметно для доминирующего самца,найти готовых к спариванию самок. Калхаун придумал для них термин » испытатели». Доминирующие самцы часто атаковали их, но » испытатели» никогда не были заинтересованы в драках за статус.Они были гиперсексуальны,и многие из них даже поедали себе подобных!

3. Сексуальные отклонения. Эти » испытатели» также отказывались принимать участие в нормальных для крыс ритуалах спаривания. Обычно крыса-самец преследует самку,пока она не скроется в свою нору. Затем самец терпеливо ждет и даже » танцует» особый танец ухаживания перед входом в нору самки. В конце концов самка выходит, и происходит спаривание. В эксперименте этот ритуал соблюдался большинством сексуально активных самцов, за исключением «испытателей». Они совершенно отказывались ждать и следовали за самкой прямо в ее нору. Иногда в гнездах, устроенных самками в норе, были крысята,которые не выживали, и позднее именно здесь обнаружилось, что » испытатели» становились » пожирателями себе подобных».
Другая группа крыс-самцов получила название «пансексуалы»,потому что пытались спариваться со всеми крысами без разбора. Они приближались с сексуальными целями к другим самцам,молодняку и самкам, у которых не было в это время течки. Эти самцы представляли собой подчиненную группу, их часто атаковали более доминирующие самцы,но «пансексуалы» никогда не дрались за доминирование.

4. Репродуктивные аномалии. У крыс имеется естественный инстинкт строительства гнезд. В исследовании им были предоставлены неограниченные количества нарезанной полосками бумаги. Самки обычно очень активно занимаются строительством гнезд,когда приближается срок появления на свет крысят.Они собирают подходящий материал и делают из него подстилку.Затем они устраивают гнездо таким образом,чтобы в середине было углубление для крысят. Однако самки в » поведенческой клоаке» постепенно утрачивали свое стремление строить адекватные гнезда.Сначала они теряли способность делать углубление в середине гнезда. Затем, по мере того как проходило время, они собирали все меньше и меньше бумажных полосок и,наконец,стали поизводить на свет крысят прямо на опилках,которыми был покрыт пол в отсеках.

Крысы-матери потеряли также материнсую способность при появлении какой то опасности переносить крысят с одного метса на другое. Они перемещали кого то из крысят и забывали про остальных или же, перенося своих крысят на другое место, бросали их на пол. Обычно такие кысята оказывались покинутыми и погибали. Потом взрослые крысы съедали их.Уровень сметности крысят в скученных отсеках был очень высок,колеблясь от 80 до 90 процентов.

Кроме таких недостатков материнского инстинкта,самки в скученных отсеках в период течки подвергались преследованию больших групп самцов,пока физически уже были не способны избежать встречи с ними. У этих самок были большие осложнения в протекании беременности и в родах. К концу опыта почти половина из них умерла.
Если логически расширить применение этих выводов,их можно отнести к людям,находящихся в условиях перенаселенности. Одним из важных аспектов исследования заключается в том, что они служат началом других исследований, таких как изучение воздействия фактора перенаселенности на человека.

Одним из примеров окружения, в котором может возникнуть эквивалент поведенческой клоаки,можно считать слишком переполненную тюрьму. Было обнаружено, что в переполненных тюрьмах был значительно выше уровень смертности, убийств,самоубийств,заболевемости и дисциплинарных проблем.

Еще одним открытием оказалось то, что фактор толпы ( при перенаселенности) оказывает отрицательное воздействие на способность решать проблемы. И наконец, при большом скоплении людей повышается артериальное давление, а сердце бьется чаще. Кроме этого, другие люди воспринимаются как более враждебно настроенные, а время течет тем медленнее, чем больше вокруг чужих людей.

Многие исследования показали,что люди, которые росли в городских условиях при высокой плотности населения, имеют повышенный риск развития у них шизофрении и биполярного расстройства ( маниакально- депрессивный психоз). Однако значение здесь имеет не чрезмерная плотность населения где то рядом, по соседству, а скорее речь может идти о плотности населения в отдельно взятых домах(много людей занимают малое пространство), и именно это обстоятельство может быть причиной,что у таких людей в последующей жизни чаще случаются душевные заболевания. Живущие в неблагоприятных условиях скученности при вынужденном взаимодействии подвергаются воздействию множества инфекций, и последствия этого могут привести к нарушениям психики.

Женщины, живущие в домах, где проживает только одна семья,имеют значительно более высокий уровень воспризведения потомства, и при этом дети у нее более желанные,чем это имеет место у женщин,живущих в домах,где обитает много семей. И это не зависит от основных социальных,экономических и демографических различий этих семей. В городах всего мира,где дома для одной семьи были уничтожены и их заменили здания, где проживает много разных семей и существует большая плотность населения,это скученность будет способствовать активации биологических сил, сокращающих рождаемость, и следовательно,через несколько поколений мы увидим негативные последствия этой перенаселенности.
Calhoun J.B. (1962)

Источник (ст.330)

Эксперимент «Вселенная-25»: рай стал адом

Самый известный эксперимент, который заставил человечество задуматься о будущем целого поколения, был проведен в 60−70-е годы ХХ века совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH).

Исследование Джона Кэлхуна приобрело определенную славу, когда многие люди в западных странах, переживших послевоенный бэйби-бум, начали задумываться о том, как перенаселение или демографический взлет повлияет на общество и на каждого человека в частности.

Суть — американский ученый-этолог Джон Кэлхун провел ряд увлекательных экспериментов в 60−70-е годы ХХ века.

В качестве эксперимента Кэлхун неизменно выбирал грызунов. Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создано пристанище: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточно места для размножения.

Джон Кэлхун

Цель эксперимента «Вселенная-25» — предсказание будущего человеческого общества.

Результат — многочисленные эксперименты на колониях грызунов показали переход к деструктивному и девиантному поведению с точки зрения перенаселения и перенаселенности.

В связи с этим, Кэлхун сформулировал новый термин «поведенческая утечка» (поведенческая утечка). Однако в результате целая колония мышей погибла. Почему это случилось? И какие уроки это принесет человечеству?

Эксперимент «Вселенная-25»

«Вселенная-25»

В 1947 году, чтобы пристально следить за своими подопечными, Кэлхун построил «крысиный город» на четверть акра за своим домом и наполнил его мышиными парами. Он ожидал, что сможет разместить там 5000 крыс, но в течение двух лет, которые он наблюдал за городом, население никогда не превышало 150. В этот момент крысы стали слишком напряженными, чтобы размножаться. Они начали странно себя вести, катая грязь в шары, а не копая нормальные туннели. Они шипели и сражались.

Заинтригованный, Кэлхун построил еще один, немного больший мегаполис для крыс — на этот раз в сарае, с пандусами, соединяющими несколько разных комнат. Затем он построил еще и еще, балансируя между покровителями, которые поддерживали его исследования, и формулируя его работу с точки зрения численности населения: сколько человек может содержать город грызунов, не теряя коллективного разума?

[embedded content]

К 1954 году он работал под эгидой Национального института психического здоровья, который предоставил ему целые комнаты для строительства его родентопий. У некоторых из них были крысы, а у других — мыши. Как застройщик грызунов в сфере недвижимости, он включил все лучшие удобства: подъемные стены, воронки для еды, которые могли обслуживать два десятка клиентов одновременно, жилье, которое он описал как «прогулочные однокомнатные квартиры».

Тем не менее, в определенный момент, каждый из этих райских мест рухнул.

«От поведенческих последствий роста плотности населения проблем нам не избежать», — писал Кэлхун в ранней статье. Даже Вселенная 25 — самая большая и лучшая из всех мышиных, созданная после четверти века исследований — не смогла сломать эту модель. В конце октября родился первый помет щенков мыши. После этого население удваивалось каждые два месяца — 20 мышей, затем 40, а затем 80. Дети выросли и имели собственных детей. Семьи стали династиями, создавая и удерживая лучшую недвижимость в клетке. К августу 1969 года население составляло 620 человек.

Вид «Вселенная-25» извне

Затем, как всегда, все изменилось. Такой быстрый рост оказывает слишком большое давление на образ жизни мыши. Когда новые поколения достигли совершеннолетия, многие не могли найти себе друзей или места в социальном порядке — мышиный эквивалент супруга и работы. Самки спинстеров отступили в высокие дома, где они жили одни, вдали от семейных кварталов.

Матерые самцы собрались в центре Вселенной, рядом с едой, где они томились и атаковали друг друга. Тем временем переутомленные мышиные мамы и папы стали постоянно перемещать потомство, чтобы избежать своих сомнительных соседей. Они также перенесли стресс на своих детей, слишком рано выгоняя их из гнезда или даже теряя их во время ходов по коридорам.

Рост населения снова замедлился. Большинство мышей-подростков еще больше отступили от общественных ожиданий, тратя все свое время на еду, питье, сон и уход за шерстью, отказываясь бороться или даже пытаться вступить в брак. (Эти особи были навсегда изменены — когда коллега Кэлхуна попытался перевезти некоторых из них в более нормальные ситуации, они не помнили, как что-либо делать.) В мае 1970 года, чуть менее чем через 2 года после начала исследования, родился последний ребенок и население вошло в погружение вечного старения. Неясно, когда именно погиб последний обитатель Вселенной 25, но это было, вероятно, где-то в 1973 году.

[embedded content]

Рай не мог длиться даже пол десятилетия

В 1973 году Кэлхун опубликовал свое исследование «Вселенная 25» под названием «Квадрат смерти: взрывной рост и гибель популяции мышей». Проще говоря, это интенсивный академический опыт чтения. Он цитирует свободно из Книги Откровения, выделяя курсивом определенные слова (например, «убивать мечом и голодом, и мором, и дикими зверями»). Он дал своим заявленным открытиям броские имена — мыши, которые забыли, как спариваться, были «красивыми», крысы, которые толпились вокруг бутылок с водой, были «социальными пьющими». Общим общественным понятием была «поведенческая утечка». Другими словами, это было именно то, что можно ожидать от человека, который всю свою жизнь совершенствовал искусство мышиной дистопии.

Наиболее пугающими являются параллели, которые он проводит между грызунами и человеческим обществом. «Я в основном буду говорить о мышах, — начинает он, — но мои мысли о человеке». Он объясняет, что оба вида уязвимы к двум типам смерти — души и тела. Несмотря на то, что он убрал физические угрозы, это привело к тому, что жители Вселенной 25 оказались в духовно нездоровом положении. Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегство от напряжения, жизнь полная борьбы и преодоления — это «первая смерть» по терминологии Джона Кэлхуна или смерть духа, за которой неизбежно приходит вторая смерть, в этот раз тела.

Эксперимент Джона Кэлхуна назывался «Вселенная-25», потому как это двадцать пятая попытка ученого создать рай для мышей, и все предыдущие закончились смертью всех подопытных грызунов.

Источник https://bad-android.com/blogs/42845-eksperiment-vselennaya-25-raj-stal-adom

Эксперимент ‘Вселенная-25’: как рай стал адом

Казак-берег

Что то вспомнилось на фоне происходящего в мире. Может интересно кому почитать будет.

Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточный простор для размножения. Однако в результате вся колония мышей вымерла. Почему это произошло? И какие уроки из этого должно вынести человечество?

Американский ученый-этолог Джон Кэлхун провел ряд удивительных экспериментов в 60-70-х годах двадцатого века. В качестве подопытных Д. Кэлхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего для человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин, ‘поведенческая раковина’ (behavioral sink), обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселения и скученности. Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел определенную известность в 60-е годы, так как многие люди в западных странах, переживавших послевоенный бэби-бум, стали задумываться о том, как перенаселение повлияет на общественные институты и на каждого человека в частности.
Свой самый известный эксперимент, заставивший задуматься о будущем целое поколение, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH). Целью эксперимента ‘Вселенная-25’ был анализ влияния плотности популяции на поведенческие паттерны грызунов. Кэлхун построил настоящий рай для мышей в условиях лаборатории. Был создан бак размерами два на два метра и высотой полтора метра, откуда подопытные не могли выбраться. Внутри бака поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20 ?C), присутствовала в изобилии еда и вода, созданы многочисленные гнезда для самок. Каждую неделю бак очищался и поддерживался в постоянной чистоте, были предприняты все необходимые меры безопасности: исключалось появление в баке хищников или возникновение массовых инфекций. Подопытные мыши были под постоянным контролем ветеринаров, состояние их здоровья постоянно отслеживалось. Система обеспечения кормом и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли бы одновременно питаться, не испытывая никакого дискомфорта, и 6144 мышей потреблять воду, также не испытывая никаких проблем. Пространства для мышей было более чем достаточно, первые проблемы отсутствия укрытия могли возникнуть только при достижении численности популяции свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей никогда в баке не было, максимальная численность популяции отмечена на уровне 2200 мышей.
ксперимент стартовал с момента помещения внутрь бака четырех пар здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы освоиться, осознать, в какую мышиную сказку они попали, и начать ускоренно размножаться. Период освоения Кэлхун назвал фазой А, однако с момента рождения первых детенышей началась вторая стадия B. Это стадия экспоненциального роста численности популяции в баке в идеальных условиях, число мышей удваивалось каждые 55 дней. Начиная с 315 дня проведения эксперимента темп роста популяции значительно замедлился, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало собой вступление в третью фазу C. В этот момент в баке проживало около 600 мышей, сформировалась определенная иерархия и некая социальная жизнь. Стало физически меньше места, чем было ранее.
Появилась категория ‘отверженных’, которых изгоняли в центр бака, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу ‘отверженных’ можно было по искусанным хвостам, выдранной шерсти и следам крови на теле. Отверженные состояли, прежде всего, из молодых особей, не нашедших для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных условиях бака мыши жили долго, стареющие мыши не освобождали места для молодых грызунов. Поэтому часто агрессия была направлена на новые поколения особей, рождавшихся в баке. После изгнания самцы ломались психологически, меньше проявляли агрессию, не желали защищать своих беременных самок и исполнять любые социальные роли. Хотя периодически они нападали либо на других особей из общества ‘отверженных’, либо на любых других мышей.
Самки, готовящиеся к рождению, становились все более нервными, так как в результате роста пассивности среди самцов они становились менее защищенными от случайных атак. В итоге самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако агрессия парадоксальным образом не была направлена только на окружающих, не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали своих детенышей и перебирались в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались от размножения. В результате рождаемость значительно упала, а смертность молодняка достигла значительных уровней.
Вскоре началась последняя стадия существования мышиного рая — фаза D или фаза смерти, как ее назвал Джон Кэлхун. Символом этой стадии стало появление новой категории мышей, получившей название ‘красивые’. К ним относили самцов, демонстрирующих нехарактерное для вида поведение, отказывающихся драться и бороться за самок и территорию, не проявляющих никакого желания спариваться, склонных к пассивному стилю жизни. ‘Красивые’ только ели, пили, спали и очищали свою шкурку, избегая конфликтов и выполнения любых социальных функций. Подобное имя они получили потому, что в отличие от большинства прочих обитателей бака на их теле не было следов жестоких битв, шрамов и выдранной шерсти, их нарциссизм и самолюбование стали легендарными. Также исследователя поразило отсутствие желания у ‘красивых’ спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в баке ‘красивые’ и самки-одиночки, отказывающиеся размножаться и убегающие в верхние гнезда бака, стали большинством.
Средний возраст мыши в последней стадии существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составила 100%, количество беременностей было незначительным, а вскоре составило 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуализм, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненно необходимых ресурсов. Процветал каннибализм при одновременном изобилии пищи, самки отказывались воспитывать детенышей и убивали их. Мыши стремительно вымирали, на 1780 день после начала эксперимента умер последний обитатель ‘мышиного рая’.
Предвидя подобную катастрофу, Д. Кэлхун при помощи коллеги доктора Х. Марден провел ряд экспериментов на третьей стадии фазы смерти. Из бака были изъяты несколько маленьких групп мышей и переселены в столь же идеальные условия, но еще и в условиях минимальной населенности и неограниченного свободного пространства. Никакой скученности и внутривидовой агрессии. По сути, ‘красивым’ и самкам-одиночкам были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в баке экспоненциально размножались и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, ‘красивые’ и самки-одиночки свое поведение не поменяли, отказались спариваться, размножаться и выполнять социальные функции, связанные с репродукцией. В итоге не было новых беременностей и мыши умерли от старости. Подобные одинаковые результаты были отмечены во всех переселенных группах. В итоге все подопытные мыши умерли, находясь в идеальных условиях.
Джон Кэлхун создал по результатам эксперимента теорию двух смертей. ‘Первая смерть’ — это смерть духа. Когда новорожденным особям не стало находиться места в социальной иерархии ‘мышиного рая’, то наметился недостаток социальных ролей в идеальных условиях с неограниченными ресурсами, возникло открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, увеличился уровень немотивированной агрессии. Растущая численность популяции, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, всё это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных только к простейшему поведению. В условиях идеального мира, в безопасности, при изобилии еды и воды, отсутствии хищников, большинство особей только ели, пили, спали, ухаживали за собой. Мышь — простое животное, для него самые сложные поведенческие модели — это процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах. От всего вышеперечисленного сломленные психологически мыши отказались. Кэлхун называет подобный отказ от сложных поведенческих паттернов ‘первой смертью’ или ‘смертью духа’. После наступления первой смерти физическая смерть (‘вторая смерть’ по терминологии Кэлхуна) неминуема и является вопросом недолгого времени. В результате ‘первой смерти’ значительной части популяции вся колония обречена на вымирание даже в условиях ‘рая’.
Однажды Кэлхуна спросили о причинах появления группы грызунов ‘красивые’. Кэлхун провел прямую аналогию с человеком, пояснив, что ключевая черта человека, его естественная судьба — это жить в условиях давления, напряжения и стресса. Мыши, отказавшиеся от борьбы, выбравшие невыносимую легкость бытия, превратились в аутичных ‘красавцев’, способных лишь на самые примитивные функции, поглощения еды и сна. От всего сложного и требующего напряжения ‘красавцы’ отказались и, в принципе, стали не способны на подобное сильное и сложное поведение. Кэлхун проводит параллели со многими современными мужчинами, способными только к самым рутинным, повседневным действиям для поддержания физиологической жизни, но с уже умершим духом. Что выражается в потере креативности, способности преодолевать и, самое главное, находиться под давлением. Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегство от напряжения, от жизни полной борьбы и преодоления — это ‘первая смерть’ по терминологии Джона Кэлхуна или смерть духа, за которой неизбежно приходит вторая смерть, в этот раз тела.
Возможно, у вас остался вопрос, почему эксперимент Д. Кэлхуна назывался ‘Вселенная-25’? Это была двадцать пятая попытка ученого создать рай для мышей, и все предыдущие закончились смертью всех подопытных грызунов:
https://www.youtube.com/watch?v=0Z760XNy4VM

Эксперимент Вселенная-25: Как Рай стал Адом

В рамках социального эксперимента для популяции мышей были созданы райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточное пространство для размножения. Однако в результате вымерла вся колония мышей. Почему это случилось? И какие уроки должно извлечь из этого человечество?

Американский этолог Джон Кэлхун провел ряд удивительных экспериментов в 60-70-х годах ХХ века.Д. Калхун неизменно выбирал грызунов в качестве экспериментальных объектов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего человеческого общества.

В результате многочисленных экспериментов на колониях грызунов Кэлхун сформулировал новый термин — «поведенческий сток», обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселенности и скученности.

Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел некоторую известность в 60-е годы, когда многие люди в западных странах, переживающих послевоенный бэби-бум, начали задумываться о том, как перенаселение повлияет на государственные учреждения и на всех в частности.

Свой самый известный эксперимент, заставивший целое поколение задуматься о будущем, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH).

Каждую неделю аквариум чистили и поддерживали в постоянной чистоте, принимали все необходимые меры безопасности: исключали появление хищников в аквариуме или возникновение массовых заражений. За подопытными мышами постоянно наблюдали ветеринары, постоянно следили за их состоянием здоровья.

Система обеспечения пищей и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли одновременно есть, не испытывая никакого дискомфорта, а 6144 мыши могли потреблять воду, не испытывая никаких проблем.

Места для мышей было хоть отбавляй, первые проблемы с отсутствием укрытия могли возникнуть только когда популяция достигла более 3840 особей. Однако такого количества мышей в аквариуме никогда не было, максимальная численность популяции отмечена на уровне 2200 мышей.

Эксперимент начался с момента помещения внутрь аквариума четырех пар здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы привыкнуть, понять, в какой мышиной сказке они оказались, и начать быстро размножаться.

Калхун назвал период развития фазой А, но с момента рождения первых детенышей начался второй этап В. Это стадия экспоненциального роста популяции в аквариуме в идеальных условиях, количество мышей удваивалось каждые 55 дней.

Начиная с 315-го дня эксперимента скорость роста популяции значительно замедлилась, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало вступление в третью фазу С. На тот момент в аквариуме жило около 600 мышей, сформировалась определенная иерархия и определенная общественная жизнь. Физически места меньше, чем было раньше.

Появилась категория «изгоев», которых выгоняли в центр танка, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «изгоев» можно было по обкусанным хвостам, вырванным волосам и следам крови на теле.Изгои состояли в основном из молодых особей, не нашедших для себя социальной роли в мышиной иерархии.

После изгнания самцы сломались психологически, меньше проявляли агрессии, не желали защищать своих беременных самок и выполнять какие-либо социальные роли. Хотя они периодически нападали то на других особей из общества «изгоев», то на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к рождению детенышей, становились все более нервными, в результате повышения пассивности у самцов они стали менее защищены от случайных нападений.В результате самки стали проявлять агрессию, часто дерутся, защищая потомство.

Однако агрессия, как это ни парадоксально, была направлена ​​не только на других, не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали своих детенышей и переселялись в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались размножаться. В результате рождаемость значительно упала, а смертность молодняка достигла значительных показателей.

Вскоре начался последний этап существования мышиного рая — фаза D, или фаза смерти, как назвал ее Джон Кэлхун.Символом этого этапа стало появление новой категории мышей, получившей название «красивые». Среди них были самцы, демонстрирующие нехарактерное для вида поведение, отказывающиеся драться и бороться за самок и территорию, не проявляющие желания спариваться и склонные к пассивному образу жизни.

«Красавцы» только ели, пили, спали и чистили кожу, избегая конфликтов и выполняя любые социальные функции. Такое название они получили потому, что, в отличие от большинства других обитателей танка, на их телах не было следов жестоких боев, шрамов и ободранной шерсти, их самолюбование и самолюбование вошли в легенды.

Исследователя также поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, у последней волны рождений в аквариуме, «красивых» и одиноких самок, отказывающихся от размножения и убегающих в верхние гнезда танк стал большинством.

Исчезающие мыши практиковали гомосексуальность, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненных ресурсов. Каннибализм процветал при одновременном изобилии пищи, самки отказывались выращивать детенышей и убивали их.Мыши стремительно вымирали, на 1780-й день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Предвидя такую ​​катастрофу, Д. Калхун с помощью своего коллеги доктора Х. Мардена провел ряд экспериментов на третьем этапе фазы смерти. Несколько небольших групп мышей удаляли из аквариума и переселяли в столь же идеальные условия, но также в условия минимальной популяции и неограниченного свободного пространства.

Нет скученности и внутривидовой агрессии.По сути, у «красивых» и одиноких самок были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в аквариуме экспоненциально размножались и создавали социальную структуру.

Но, к удивлению ученых, «красивые» и одинокие самки не изменили своего поведения, отказались спариваться, размножаться и выполнять социальные функции, связанные с размножением. В результате новых беременностей не было, а мыши умирали от старости.

Подобные одинаковые результаты наблюдались во всех переселенных группах.Все подопытные мыши погибли, находясь в идеальных условиях.

Джон Кэлхун создал теорию двух смертей на основе результатов эксперимента. «Первая смерть» — это смерть духа. Когда у новорожденных особей не было места в социальной иерархии «мышиного рая», не хватало социальных ролей в идеальных условиях с неограниченными ресурсами, происходило открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, повышался уровень немотивированной агрессии. .

В идеальном мире, в безопасности, с обилием еды и воды и отсутствием хищников, большинство особей только ели, пили, спали и заботились о себе.Мышь — животное простое, для нее самыми сложными моделями поведения являются процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах. Психически сломленные мыши отказывались от всего вышеперечисленного.

Кэлхун называет этот отказ от сложных моделей поведения «первой смертью» или «смертью духа». После наступления «первой смерти» физическая смерть («вторая смерть» в терминологии Кэлхуна) неизбежна и является вопросом короткого времени.В результате «первой гибели» значительной части населения вся колония обречена на вымирание даже в условиях «рая».

Однажды Кэлхуна спросили о причинах появления группы грызунов «прекрасных». Кэлхун провел прямую аналогию с человеком, пояснив, что ключевой особенностью человека, его естественным предназначением является жизнь в условиях давления, напряжения и стресса.

Мыши, отказавшиеся от борьбы, выбравшие невыносимую легкость бытия, превратились в аутичных «красавиц», способных лишь на самые примитивные функции — есть и спать.«Красавицы» отказывались от всего сложного и требующего напряжения и в принципе стали неспособны к такому сильному и сложному поведению.

Кэлхун проводит параллели со многими современными мужчинами, способными лишь на самые рутинные, повседневные действия для поддержания физиологической жизни, но с уже умершим духом. Что выражается в потере творчества, способности преодолевать и, главное, находиться под давлением. Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегства от напряжения, от жизни, полной борьбы и преодоления, — это «первая смерть» по терминологии Джона Кэлхуна, или смерть духа, за которой неизбежно следует вторая смерть, на этот раз — тела. .

Возможно, у вас остался вопрос: почему эксперимент Д. Кэлхуна назвали «Вселенная-25»? Это была двадцать пятая попытка ученого создать рай для мышей, а все предыдущие закончились гибелью всех подопытных грызунов…

В тот раз парень пытался построить утопию для мышей и все пошло прахом Ад

В 1968 году Джон Б. Кэлхун, специалист по поведению животных и контролю над популяцией, построил то, что было по сути утопией для мышей, специально созданной для удовлетворения всех их потребностей.Несмотря на то, что он изо всех сил старался, чтобы жители его идеального мышиного общества никогда ни в чем не нуждались, в течение 2 лет практически все население было мертво. Так что случилось?

Мышиная утопия Кэлхуна, получившая название «Вселенная 25», была построена с учетом потребностей ее обитателей и была разработана специально для удовлетворения всех их прихотей. Содержащий в изобилии пищу, воду, постельные принадлежности и, по крайней мере, первоначально пространство, вольер был описан следующим образом:

Резервуар площадью 101 квадратный дюйм, окруженный стенами высотой 54 дюйма.Первые 37 дюймов стены были устроены таким образом, чтобы мыши могли взобраться наверх, но им не давали сбежать 17 дюймов голой стены выше. К каждой стене было припаяно шестнадцать вертикальных сетчатых туннелей — назовем их лестничными клетками. От каждой лестничной клетки открывались четыре горизонтальных коридора, каждый из которых вел к четырем скворечникам. Всего это 256 ящиков, в каждом из которых может поместиться пятнадцать мышей.

Хорошо разбираясь в популяциях грызунов из десятков предыдущих экспериментов (это становится очевидным, когда вы понимаете, что вольер назывался Вселенная 25), Кэлхун ожидал, что его мышиный рай сможет надежно и, что более важно, комфортно разместить 3840 мышей.Однако перед этим ему нужно было выбрать пресловутых Адама и Еву из своего мышиного Эдемского сада. В конце концов Кэлхун остановился на четырех племенных парах мышей, специально выведенных для эксперимента и отобранных вручную из самых здоровых особей из собственной племенной колонии Национального института здоровья.

Перед обсуждением того, что произошло дальше, мы должны дать некоторую справочную информацию о том, как начинался этот эксперимент и чего он надеялся достичь. До создания Вселенной 25 Кэлхун провел ряд подобных экспериментов с грызунами, начиная с 1940-х годов, и все они закончились неудачей, когда популяция либо застопорилась, либо обратилась сама в себя.

Например, в одном из экспериментов Кэлхун создал вольер, в котором легко могли разместиться 5000 крыс, но конечная популяция никогда не превышала 200, несмотря на неограниченное количество пищи, воды и полное отсутствие хищников или угроз. Кроме того, Кэлхун заметил, что, опять же, несмотря на достаточное пространство, его грызуны часто собирались вместе, что приводило к нарушению социальной структуры среди населения. Это необычное явление побудило Кэлхауна ввести фразу «поведенческая раковина», чтобы описать то, что, по его мнению, было неизбежным крахом любого перенаселенного общества.

Эксперименты Кэлхуна в конечном итоге привлекли внимание Национального института психического здоровья или NIMH, которые были заинтригованы наблюдаемыми эффектами перенаселения грызунов, в частности, можно ли применить какое-либо из наблюдаемых явлений к людям. С этой целью NIMH предоставил Калхауну доступ к небольшому участку земли в Мэриленде, которым они владели, и финансирование, необходимое для строительства Вселенной 25. Заявленная цель эксперимента заключалась в том, чтобы просто увидеть, будет ли процветать «идеальное» общество.

Первоначально эксперимент оказался успешным, и мыши жили в относительной гармонии, и в течение года популяция из восьми суперздоровых мышей увеличилась до приличных 620 особей.

Большое внимание уделялось тому, чтобы о мышах заботились, пища и вода были неограниченными, что позволяло мышам есть и пить, когда им заблагорассудится, и всегда было место и чистая подстилка, чтобы самки могли выращивать детенышей в мире и безопасности.

Несмотря на это, Кэлхун заметил, что после 315 дня эксперимента дела пошли не так. Прежде всего, произошло заметное падение прироста населения. В то время как изначально популяция мышиного рая удваивалась каждые 55 дней, после 315-го дня она удваивалась, согласно заметкам Кэлхуна, примерно каждые 145 дней.В этом не было большого смысла, поскольку в то время еще оставалось достаточно места для размещения дополнительных 3000 мышей.

В дополнение к падению прироста населения Кэлхун также заметил резкое изменение в поведении как самцов, так и самок. Социальные связи фактически разорвались, и мыши-самцы, не имея причин защищать свою территорию или источник пищи (поскольку и того, и другого было в изобилии), впали в уныние, образуя группы, которые случайным образом нападали друг на друга без всякой причины. Точно так же самки начали бросать детенышей или даже нападать на них, и медленно, но верно и самцы, и самки просто перестали размножаться.

В преддверии этого некоторые самцы мышей начали постоянно спариваться с любыми мышами, оказавшимися поблизости, будь то самцы или самки. Многие из мышей также стали просто убивать и поедать друг друга, несмотря на обилие других источников пищи; матерей бросали младенцев, мыши собирались группами по 50 и более особей в загонах, рассчитанных на 15 особей, в то время как загоны с обильной подстилкой стояли пустыми в нескольких дюймах друг от друга.

Больше всего интриговала небольшая группа самцов и самок, которые полностью ушли из общества мышей, чтобы жить на верхних уровнях вольера, который Кэлхун назвал «Прекрасными».

Эти мыши ничего не делали, кроме как спали, ели и ухаживали за собой (это сделало их шерсть заметно более гладкой, что, наряду с их изоляцией, означающей отсутствие шрамов от нападений, привело к их прозвищу). Казалось, они потеряли интерес ко всем значимым социальным связям, отказываясь взаимодействовать или спариваться.

Последнее рождение во Вселенной 25 произошло на 600-й день, и с этого момента население медленно сокращалось. Даже когда популяция сократилась до уровня, на котором мыши ранее процветали, они отказывались размножаться или возвращались к своему прежнему способу взаимодействия.

Через несколько месяцев все мыши погибли. Кэлхун отметил, что, хотя население выживало в течение многих месяцев после этого, оно фактически умерло на 315-й день — день, когда социальные связи разорвались, заявив: «Их дух умер («первая смерть»). Они больше не способны к более сложному поведению, совместимому с выживанием вида. Виды в таких условиях умирают».

Кэлхун рассматривал свои эксперименты как предупредительный сигнал для человечества, поскольку он верил, что перенаселение неизбежно приведет к социальному коллапсу и, следовательно, к вымиранию человечества.Другие относятся к его работе менее нигилистически и считают, что его результаты несопоставимы с тем, что произошло бы в человеческом обществе, поскольку, в конце концов, мы немного более сложные и самосознательные существа, чем мыши.

Тем не менее, в работе Кэлхуна часто упускается то, что было после него, в ходе которого он продолжал исследовать и настраивать переменные среды, пытаясь найти способы удержать мышей от вымирания, даже когда плотность популяции росла. И действительно, ему это удавалось, например, в одном случае путем простого поощрения творческих способностей определенных мышей различными способами.Придание им своего рода цели здесь действительно сработало: «творческие» мыши продолжали процветать намного больше, чем можно было бы ожидать от предыдущих экспериментов.

В конце концов, каково бы ни было мнение о том, действительно ли работа Кэлхуна имеет отношение к людям, все равно довольно увлекательно, что почти утопия грызунов привела к мышиному эквиваленту чистки.

Если вам понравилась эта статья, вам также может понравиться наш новый популярный подкаст The BrainFood Show (iTunes, Spotify, Google Play Music, Feed), а также:

Развернуть для ссылок

Исследователь, который любил крыс и подпитывал наши страхи о конце света

Кэлхун, 40 лет работавший психологом-исследователем в Национальном институте психического здоровья, обнаружил, что сильная скученность вызывает ужасные изменения в поведении животных.Изменения были настолько глубокими, что общественный порядок рухнул, и в конечном итоге вся популяция грызунов исчезла.

Его открытия привели к концепции «поведенческой раковины» и предположили, что эволюция дала животным, возможно, включая людей, врожденную и необратимую кнопку самоуничтожения, чтобы не допустить перенаселения видов в их среде обитания. Он создал модель конца света того, что может произойти, если люди не смогут замедлить рост своего населения.

Работа Кэлхуна захватила воображение публики в середине 1960-х годов, когда росло осознание демографического взрыва и разрушения, которое люди уже нанесли окружающей среде.Выпуск журнала Scientific American за 1962 год, посвященный первым результатам его экспериментов, стал одной из наиболее цитируемых статей по психологии и был включен в такие антологии, как «Сорок исследований, изменивших психологию». Кэлхун и его грызуны также стали предметом антиутопического фэнтези и поп-культуры, вдохновляя книги, комиксы и фильмы от «Бегства Логана» до «Миссис Уилсон». Фрисби и крысы из NIMH». Кэлхун не стеснялся публиковать свои открытия или их зловещие параллели с человеческим поведением — практика, которая вызвала массу критики в научном сообществе.Но Кэлхун чувствовал, что последствия его работы требуют широкой аудитории и чувства безотлагательности.

«Крысы и мыши, конечно, не идеальные модели людей», — сказал он The Washington Post в профиле 1971 года. «Но катастрофа, которую они представляют, настолько убедительна, что мир не может дождаться доказательств каждого шага в уравнении».

История продолжается под рекламой

Калхун, умерший в 1995 году в возрасте 78 лет, покинул NIMH при далеко не счастливых обстоятельствах в 1980-х годах, примерно в то время, когда внимание агентства сместилось с исследований на животных на фармакологию.Но он также добился признания, достигнутого лишь горсткой других социологов, таких как Павлов и Скиннер. Его работа завоевала популярность как раз тогда, когда целое поколение превозносило достоинства пригородов и спасалось от кажущейся развращенности городов, и это стимулировало движение за нулевой прирост населения и помогло нам понять, как люди ведут себя в общежитиях, тюрьмах и других людных местах. Это все еще чувствуется в архитектуре и городском дизайне.

«Значение работы Кэлхуна для социальной мысли было неоспоримым», — писал Эдмунд Рамсден в 2011 году для Общества истории науки в издательстве Чикагского университета.

Все началось в 1947 году, когда Кэлхун спросил соседа, может ли он построить крысиную колонию на четверти акра свободной земли за своим домом в Таусоне, штат Мэриленд, согласно отчету 2009 года, опубликованному в Journal of Social History. Кэлхун, который в то время работал в Университете Джона Хопкинса, изучая способы контроля над популяциями грызунов, подсчитал, что его «крысиный город» мог вместить до 5000 крыс, но вместо этого по неочевидным причинам он остановился на отметке около 150.

История продолжается под рекламой

Итак, Кэлхун решил изменить эти колонии, чтобы создать крысиную утопию или мышиный рай.В ходе эксперимента, который длился с 1965 по 1973 год, он построил мышиную колонию с 256 «квартирами» в башнях, напоминавших многоэтажки. Обширные места для кормления стали местом сбора для общения. Были предприняты шаги для улучшения гигиены колонии и снижения заболеваемости. Мышей, которые проявляли необычное поведение, помечали краской. Данные были собраны и закодированы на 750 000 перфокарт для компьютерного анализа.

Из восьми первоначальных пар мышей популяция резко возросла, пока колония не задохнулась от животных и не появилось дисфункциональное поведение.

Десятки молодых мышей-самцов, не сумев найти место в группах, где доминируют другие, превратились в мародерствующие банды, нападавшие на самок и молодых мышей. Сексуальное и материнское поведение также претерпели кардинальные изменения. Некоторые самцы мышей стали исключительно гомосексуальными или гиперсексуальными. Матери бросали своих детенышей или иногда нападали на них. Детская смертность подскочила до 96 процентов.

История продолжается под рекламой

Другое поведение казалось еще более странным. Группы самок мышей — «Крысоловы», как называл их Кэлхун, — слепо следовали за посторонними предметами, такими как его обувь, независимо от того, сколько раз мыши сталкивались с ними; как будто они не могли учиться.Другие мыши превратились в инертные комки меха, «отщепенцы», полностью отдалившиеся от общества. Пожалуй, самыми странными были те, кого Кэлхун называл «прекрасными», которые целыми днями одержимо ухаживали за собой. Насилие и агитация стали обычным явлением, пока едва ли можно было найти мышь, которая не была бы в пятнах крови, с укушенным и обглоданным хвостом.

Среди такого глубокого убожества и хаоса мыши разучились быть мышами. Они перестали размножаться, и их популяция рухнула.

Это было тревожное видение, которое, казалось, перекликалось с опытом миллионов жителей американских городов.Кэлхун раздул пессимизм, сделав конкретные предсказания, что если людям не удастся замедлить экспоненциальные темпы роста населения, к 2027 году их может постичь аналогичное вымирание. , и его вера в жизнестойкость людей. Он обнаружил, что некоторые виды девиантного поведения в ином свете можно рассматривать как творческую деятельность: одна группа покорных самцов начала рыть норы таким образом, что это сократило социальные контакты, но при этом стало более эффективным.

И точно так же, как Кэлхун изменил поведение животных, поработав над физическим устройством колонии, он полагал, что люди могут противостоять последствиям перенаселенности, изменяя окружающую среду. Благодаря технологиям и культуре люди могли расширить «концептуальное пространство», позволяющее им жить в мире среди множества людей. К концу 20 века, предсказал он, мир будет объединен в единую сеть, и ученые получат беспрецедентные средства для сотрудничества, возможно, используя взаимосвязанные компьютеры для формирования «мирового мозга».«Новые концепции и более продуманный дизайн позволят людям не только жить рядом, но и процветать.

«Именно благодаря этому расширению концептуального пространства — благодаря проектированию новых зданий, новых технологий, новых социальных и интеллектуальных сетей — человечеству открылось более желаемое будущее», — говорят авторы «Журнала социальной истории».

И это, по словам Кэлхуна, должно быть «День рассвета».

История продолжается под рекламой

Как стареющее общество влияет на нас: NPR

ШАНКАР ВЕДАНТАМ, ХОЗЯИН:

Из NPR, это СКРЫТЫЙ МОЗГ.Я Шанкар Ведантам. Летом 1968 года ученый создал небольшую металлическую комнату в Национальном институте психического здоровья в Мэриленде. Он был известен как Вселенная 25. И если подойти достаточно близко, то можно было услышать его восемь крошечных обитателей…

(МЫШИНЫЙ ПИСК)

ВЕДАНТАМ: …Мыши.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

ВЕДАНТАМ: Вселенная 25 была мышиной утопией. Там были туннели, в которых можно было играть, и полоски бумаги, в которых можно было гнездиться. Еда и вода были в изобилии.Не было болезней, от которых можно было бы заболеть, кошек, которых можно было бы бояться, ни дождя, ни снега, ни ветра. Оставалось только есть, играть и размножаться. И воспроизведение было ключевым, потому что у ученого Джона Калхуна возник вопрос. Что произойдет, когда популяция мышей станет больше, а размеры комнаты станут меньше? Может ли изменение числа вызвать изменение в поведении? Вскоре у мышей начали рождаться дети.

(МЫШИНЫЙ ПИСК)

ВЕДАНТАМ: Потом эти младенцы выросли и родили своих детей.И эти дети выросли и родили своих детей. И дальше, и дальше, и дальше — от десятков мышей к сотням мышей, к тысячам мышей, все сгрудились в металлической комнате размером 9 футов на 9 футов, дергаясь, бегая, визжа.

(ПРИСК МЫШЕЙ)

ВЕДАНТАМ: Вскоре это уже не казалось утопией. Подробности случившегося вызывают тревогу. Было слишком много молодых мышей и слишком мало места. Было мало мест для гнездования и недостаточно места на вершине социальной иерархии мышей.В конце концов, орда мышей-самцов с более низким статусом превратилась в изгоев, проводящих весь день, сбившись в кучу в центре комнаты, пустых и апатичных. Из-за того, что так много самцов отвлеклись и отвлеклись, кормящим самкам некому было защищать свои гнезда, и они стали агрессивными. Социальный порядок рухнул.

(МЫШИНЫЙ ПИСК)

ВЕДАНТАМ: В какой-то момент почти у каждой мыши в вольере был поврежденный хвост от укусов других мышей. Через некоторое время мыши перестали размножаться.В конце концов, все население было мертво.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

ВЕДАНТАМ: Джон Кэлхун внимательно наблюдал, как его крысиный рай превратился в ад для грызунов. И тогда он пришел к спорному выводу. Вселенная 25 была для нас метафорой. Это был каждый город, пригород и деревня, спроецированные в будущее по всему миру. Когда слишком много людей соревнуются за партнеров, убежище и социальное положение, мы в конечном итоге уничтожим себя, как те мыши.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

VEDANTAM: На этой неделе в программе HIDDEN BRAIN мы вновь обращаемся к этому ужасному предсказанию, сделанному полвека назад.И мы находим поворот в истории конца света, гораздо более странный, чем все, что мог себе представить Джон Кэлхун.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

VEDANTAM: За десятилетия, прошедшие с тех пор, как Джон Кэлхун создал свою мышиную утопию, мир сильно изменился. В городах живет намного больше людей. Они работают на рабочих местах, которых не существовало в 1960-х годах. И их выбор в отношении того, жениться ли и заводить ли детей, часто очень отличается от решений предыдущих поколений. Геронтолог Сара Харпер рассматривает связи между этими изменениями и тем, что происходит в больших масштабах с населением планеты.

В своей книге «Как изменение численности населения изменит наш мир» она показывает, как крупномасштабные демографические сдвиги влияют на интимные аспекты нашей жизни — от количества детей, которых мы выбираем, до того, как мы заботимся о стареющих родителях. Они также имеют огромное значение для нашей экономической жизни и благополучия планеты.

Сара Харпер, добро пожаловать в СКРЫТЫЙ МОЗГ.

САРА ХАРПЕР: Спасибо.

ВЕДАНТАМ: В 1968 году Сара, биолог Стэнфордского университета по имени Пол Эрлих, опубликовала книгу.И называлась она «демографическая бомба». Какова была ее центральная идея?

ХАРПЕР: Центральным предупреждением в этой книге было то, что у нас будет массовый, неконтролируемый рост населения — настолько, что мы собираемся увеличить примерно до 24 миллиардов человек на планете, и что это просто должно было произойти. быть совершенно неустойчивым.

ВЕДАНТАМ: Итак, я хочу показать вам небольшую ленту о тех страхах, которые породили такие книги, как «Демографическая бомба». Этот кусок ленты, который я вам проиграю, взят из недавнего документального фильма.Послушайте.

(ФУНКЦИЯ ТЕЛЕПЕРЕДАЧИ «РЕТРОРЕПОРТАЖ»)

ГОВАРД К. СМИТ: Перенаселенность, которую так давно предсказывали, подкралась к нам. Неделя за неделей становится хуже.

МАСУД ОЛУФАНИ: В 1960-х годах по Америке начал распространяться новый вид страха.

СМИТ: К концу этого века США могут разорваться по швам. Если мы гуманными средствами не ограничим нашу численность, то численность будет ограничена еще большим голодом и дефицитом и последующими социальными конфликтами.

ВЕДАНТАМ: Сара, я хочу, чтобы вы немного поговорили об этой идее, а именно о том, что страх состоял в том, что перенаселение может фактически уничтожить нас. И этот страх повлиял не только на людей, читающих книги, но и на политиков и планировщиков во всем мире, верно?

ХАРПЕР: Это было время, когда мы действительно думали, что к концу века максимальное население мира достигнет 24 миллиардов. Если вы помните, существовала старая мальтузианская идея, возникшая в Европе и возникшая на пару сотен лет раньше, что там, где вы занимаетесь сексом, у вас рождаются дети, а поскольку люди хотят секса, у них всегда будут дети.И, как следствие, население должно было перерасти известную в то время способность мира прокормить себя. И это был несколько более изощренный аргумент, появившийся в 1960-х годах. Но в основном идея была та же, что мы просто не сможем накормить, напоить, приютить то количество людей, которое ожидала планета.

ВЕДАНТАМ: Итак, у демографов есть термин, называемый уровнем замещения. Это несколько клинический способ описать интуитивную концепцию.Когда женщины детородного возраста в стране рожают в среднем около двух детей, численность населения остается неизменной. Если их больше двух, население увеличивается. Если меньше двух, население падает. У вас потрясающая статистика об уровне замещения в двух третях стран на планете. Что это такое?

ХАРПЕР: Без того, чтобы мы на самом деле осознавали, что это происходит, я бы сказал, что около 10-15 лет назад стали появляться статистические данные о том, что мы были на самом деле — в двух третях стран мира, женщины были на уровне, почти или ниже замены.И это было действительно удивительно, потому что Европейскому и Североамериканскому региону потребовалось около 200 лет, чтобы пройти демографический переход, перейти от высокой рождаемости к низкой рождаемости. И здесь, внезапно примерно через 25 лет, мы поняли, что особенно во многих частях Азии, во многих частях Латинской Америки, Южной и Восточной Европы у нас есть женщины, которые пережили довольно большой детородный возраст, во многих случаях до двухлетнего возраста.

ВЕДАНТАМ: Изменения, о которых говорит Сара, настолько драматичны, что их стоит повторить.Во многих частях Европы и Северной Америки женщины постепенно стали рожать меньше детей. Этот сдвиг происходил на протяжении двух столетий. Но такой же сдвиг занял всего 25 лет в тех частях мира, которые прошли этот переход совсем недавно. Сара говорит, что демографы предвидели изменения численности населения, которые мы наблюдаем, а не то, насколько быстро они будут происходить.

ХАРПЕР: Потому что я думаю, что демографы на самом деле правильно определяют тенденцию, но они ошибаются в темпе. И мы не представляли, как быстро это произойдет.И это было очень, очень важно, потому что, когда я говорю, что мы достигнем 24 миллиардов, отчасти причиной был темп, с которым у нас рождались дети, и тот факт, что этот темп замедлится, но для замедления потребуется так много времени. что цифры будут огромными, прежде чем мы действительно начнем сокращать рождаемость. И каждая девочка, которая рождается в любой части мира, конечно же, является потенциальной матерью, и поэтому популяции очень, очень легко просто резко увеличиться, если у вас рождается большое количество, особенно девочек.

ВЕДАНТАМ: Таким образом, эти демографические изменения имеют огромное значение для нашей экономики, для сетей социальной защиты, для образования, здравоохранения, для иммиграции. На самом деле, трудно представить домен, которого не коснутся эти изменения. И мы поговорим о последствиях через мгновение, но я хочу начать с понимания природы этих изменений. Вы говорите, что, как правило, есть четыре основных этапа перехода стран от высокого прироста населения к замедленному приросту населения, а иногда и к его сокращению.Что это за этапы, Сара?

ХАРПЕР: Итак, мы начинаем с очень высокого уровня деторождения и очень высокого уровня смертности. И именно такой была Европа 200 лет назад. И тогда, что обычно происходит, детская смертность начинает падать. И поскольку младенческая смертность падает, женщины начинают понимать, что если у них будет много детей, у них будет много детей, и поэтому мы переходим к третьей стадии, когда рождаемость падает. И затем, в конце концов, у нас низкая рождаемость, низкая смертность.Так люди живут дольше. И мы достигаем того финального этапа, который сейчас происходит в большинстве стран с высоким уровнем дохода, где у большинства рождающихся детей есть возможность прожить долгую и здоровую жизнь.

Итак, в Африке, где у нас очень высокая рождаемость, у нас много детей. В наших странах со средним уровнем дохода, где количество детей сократилось — поэтому у них мало детей-иждивенцев, — они еще не начали стареть, поэтому их большой бум связан с большим количеством рабочих.А потом мы приходим к странам с высоким уровнем дохода, где у нас низкая рождаемость и низкая смертность, и в целом у нас стареющее население.

ВЕДАНТАМ: Чтобы лучше представить себе, как со временем может меняться демографическая кривая в стране, давайте вернемся в Англию 1800-х годов. В начале 19 века жизнь там была не так хороша.

ХАРПЕР: Определенно, в Англии у нас был мир с очень плохой санитарией. Честно говоря, большинство людей ели довольно дрянную пищу.Распределение еды было не особенно хорошим. И как следствие, заболеваемость была высокой. Люди получили много инфекций. Многие инфекции, которые они получили, были связаны с окружающей средой, в которой они жили. Животные и люди в сельской местности жили очень близко друг к другу. У нас по-прежнему не было элементарных санитарных условий во многих европейских городах. И поэтому смерть присутствовала повсюду.

Но то, что мы сделали в том столетии, было весьма примечательно. Мы начали действительно улучшать санитарию. Мы позаботились о том, чтобы была чистая вода.Системы транспортировки пищевых продуктов значительно расширились. Так внезапно люди, которые жили внутри страны, могли есть рыбу из-за наличия мяса. У нас была даже концепция, как правильно хранить продукты в летние месяцы. И как следствие, люди просто стали здоровее. Они смогли отогнать болезни и стали жить дольше.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

VEDANTAM: К тому времени, когда азиатские и африканские страны начали переход, технологии, лежащие в основе вакцин и многих других вмешательств в области общественного здравоохранения, были легко доступны.Были изобретены системы утилизации отходов и водопровода и чистой воды. Это означало, что страны Азии и Африки могли за десятилетия сделать то, на что Европе потребовалось столетие или даже больше. Поскольку движущие силы демографических изменений проявлялись по-разному в разных частях мира, Сара говорит, что это привело к скачкам в разных группах населения в разных странах. Оказывается, в вашей стране могут быть самые разные проблемы и возможности в зависимости от того, много ли в ней молодежи, много людей трудоспособного возраста или много стариков.

ХАРПЕР: По мере того, как эти страны проходят то, что мы называем демографическим переходом, у нас появляются эти выпуклости разных возрастных групп, и они действительно оказывают влияние на общество. Так, например, если вы посмотрите на многие из тех обществ, которые все еще находятся в странах Африки к югу от Сахары, они имеют огромное количество — до 40%, 45% их населения составляют дети.

И если у вас есть общество, в котором много детей, то многие ресурсы этих обществ, как национальные ресурсы, так и ресурсы сообществ, домохозяйств и семей, сосредоточены на сохранении той огромной массы населения, которую составляют дети. — развивать их, обучать их, не давать им умереть, оберегать их.И это означает, что этим обществам на самом деле довольно сложно совершить скачок к тому, что мы называем демографическим дивидендом, когда мы переходим от маленьких детей к взрослым и способным быть продуктивными. И мы можем быть продуктивными по-разному. Можем работать в семейном или домашнем хозяйстве. Мы можем работать в формальной или городской или экономической экономике. Или мы можем быть опекунами. Но это означает, что мы приносим больше пользы нашему обществу и нашему сообществу, чем получаем от него.

А затем, если вы переместитесь в те общества, которые стареют, когда у нас будут не столько пожилые люди, сколько пожилые, более слабые взрослые — и это очень старые и, как правило, во многих обществах сейчас, это люди, вероятно, в возрасте 80 лет и старше. 90-е годы — они, опять же, вытягивают ресурсы общества, а не обязательно способствуют им.И именно поэтому экономики, сообщества и общества страдают от выпуклости в возрастной группе своего населения.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

VEDANTAM: Когда-то демографы использовали изображение пирамиды, чтобы описать, как выглядит население в большинстве стран мира. На вершине пирамиды было много младенцев и детей, значительное количество людей трудоспособного возраста и очень небольшое количество пожилых людей. Когда люди стали жить дольше, пирамида превратилась в небоскреб — все больше и больше людей доживают до 70, 80, 90 лет.Все чаще сегодня небоскреб превращается в перевернутую пирамиду — мало детей, сокращающееся население трудоспособного возраста и много пожилых людей.

Когда мы вернемся, мы рассмотрим проблемы и возможности мира, в котором многие люди будут жить после 100 лет.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

VEDANTAM: Сара Харпер утверждает, что опасения по поводу демографического взрыва во многих странах все чаще заменяются опасениями по поводу демографического взрыва.В то время как многие бедные страны по-прежнему быстро растут, многие другие остаются на одном уровне, а многие богатые страны сокращаются. Сара говорит, что эта история коренится в различных выборах, которые женщины могут сделать в разных частях мира. Она рассматривает этот выбор через тематические исследования женщин, в том числе женщину, которую она называет Варей. С работницей отеля Варей она познакомилась во время поездки в Сингапур.

ХАРФЕР: Варя прекрасна. Я до сих пор на связи с Варей. Так что Варя была очень яркой, подвижной, интеллигентной женщиной.И когда я встретил ее, ей было чуть за 30, и она рассказала мне историю своей жизни. И она сказала, что когда она была подростком, она путешествовала из Малайзии в Сингапур и получила работу в одном из этих очень больших американских отелей. И прежде всего, она была основной уборщицей. И медленно, она работала свой путь вверх. А теперь она купила обслуживание номеров.

И она сказала мне: у меня проблема, и проблема в том, что на протяжении многих лет один из мальчиков, с которым я ходила в школу, который живет в моем родном городе в Малайзии, хочет жениться на мне.Я не хотел жениться, потому что мне нравится моя жизнь в Сингапуре. Отель мне действительно нравится, и я зарабатываю деньги, и у меня отличная жизнь. И я знала, что если я выйду замуж, мне придется вернуться и жить со своей семьей и с его семьей, а я не хотела этого делать. Но в конце концов, за пару лет до этого, она решила выйти замуж. И еще она сказала, что проблема в том, что он хочет ребенка, и в этот раз я не смогу выделиться на фоне семьи. На данный момент я все еще работаю в отеле, но если у меня будет ребенок, мне придется вернуться в это сообщество.

Но самое интересное во второй части истории, а именно в том, что после этого разговора я через пару лет вернулся в тот отель, выследил ее и сказал: ну, как дела? А у вас когда-нибудь был ребенок? И она сказала, да, я сделала. У меня был маленький мальчик. И на самом деле отель мне очень, очень понравился. Мне изменили часы работы, но за моим сыном присматривает свекровь, и это просто фантастика. Вы знаете, на самом деле я могу совмещать материнство и работу в Сингапуре.И я сказал, а как насчет еще одного ребенка? И она сказала, что абсолютно нет. У меня будет только один ребенок.

И это, я думаю, очень, очень драматическая история, которая показывает, как быстро может произойти этот переход. Итак, она происходила из очень, очень большой сельской малайзийской семьи, и все же она смогла принять решение родить только одного ребенка. Итак, в одном поколении вы переходите от шести-восьми детей к одному. Но вы видите динамику. Вы можете понять, почему это может произойти.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

ВЕДАНТАМ: Эта история показывает, почему вы видите огромные изменения в коэффициентах рождаемости в течение короткого промежутка времени.Безусловно, эти изменения неравномерны по всей планете, не только между странами, но и внутри них. Но опасения, высказанные в таких книгах, как «Демографическая бомба» или в ужасающем эксперименте Джона Кэлхуна с мышами — что мы не сможем прокормить себя, что голод и война неизбежны — эта история ужасов в значительной степени не сбылась. Однако вместо этого вырисовываются очертания новой проблемы — старение населения при сокращении рабочей силы.

ХАРПЕР: Мы должны понимать, что 21-й век — это настоящее время демографического перехода, что в этом столетии мы увидим — как мы думаем — почти во всех странах мира будет меньше людей старшего возраста, где мы живем дольше и рожаем меньше детей.

ВЕДАНТАМ: Я хотел бы потратить несколько минут на изучение Соединенных Штатов. Кажется, это что-то вроде выброса в демографических тенденциях, которые вы описываете. Это богатая страна, население которой, похоже, не сокращается.

ХАРПЕР: Соединенные Штаты особенно интересны. Это богато. Он экономически по-прежнему жив. Здесь по-прежнему достаточно высокая рождаемость для развитой экономики. Но он не сокращается, потому что у него все еще довольно активная миграционная политика.Если вы сравните это с двумя европейскими странами — то есть, когда мы смотрим на стареющие страны в Европе, есть две менее старые страны — Великобритания и Франция. Почему это? Это потому, что мы всегда компенсировали наше старение за счет иммиграции как квалифицированных, так и менее квалифицированных людей в наше население. Это повысило нашу рождаемость и поддержало нашу экономику на плаву. И это именно то, что Соединенным Штатам удалось сделать.

Раньше я жил в Чикаго, и мне нравилось жить в Чикаго.Мои дети ходили в школу, которую раньше называли, знаете, радужной школой, потому что там было так много разных народов со всего мира. И я думаю, что действительно важный урок заключается в том, чтобы сказать, что с демографической точки зрения перемещение по миру на самом деле является очень естественным балансированием. И, знаете, нужно приветствовать такую ​​возможность, чтобы иметь возможность не только выходить в разные места, но и принимать людей со всего мира. Она движет экономикой, меняет культуру, и за ней будущее.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

ВЕДАНТАМ: Сара, в ходе нашего исследования для этого эпизода мы случайно наткнулись на другую Сару Харпер, которая тоже из Оксфорда — ну, вообще-то, из Оксфордского Дома. Это община в Канаде. Я хочу проиграть вам кассету.

(ЗВУКОВОЙ ФАЙЛ АРХИВНОЙ ЗАПИСИ)

НЕИЗВЕСТНАЯ ГРУППА: (поет) С днем ​​рождения, дорогая Сара.

НЕИЗВЕСТНЫЙ РЕПОРТЕР: Празднование 109-летия Сары Харпер.Она благодарит толпу в Кри.

ВЕДАНТАМ: Итак, Сара Харпер умерла пару лет назад после того, как ей исполнилось 110 лет, что сделало ее так называемой сверхдолгожительницей. Итак, этот вопрос к вам, Сара. Увидим ли мы еще много Сар Харпер в ближайшие десятилетия?

ХАРПЕР: Я думаю, это замечательно, и я очень на это надеюсь. да. На данный момент все свидетельствует о том, что наше население живет дольше, и наши самые старые люди также живут дольше. Так что это всегда было большой дискуссией.Почему мы живем дольше? Мы живем дольше, потому что уровень смертности начинает снижаться на протяжении всей жизни. И в какой-то момент мы думали, что отодвинем смерть, которая была, знаете, в среднем в 40-х годах, когда, вы знаете, половина населения Европы умерла к середине 40-х годов 150 лет назад. Мы думали, что сможем отодвинуть смерть, но на самом деле, как только мы достигнем 65 лет, большинство людей умрут к 70 или 80 годам. Теперь мы знаем, что по мере того, как мы отодвигаем смерть все дальше и дальше, мы действительно начинаем увеличивать продолжительность жизни, настолько, что, например, некоторые недавние исследования показали, что половина детей, рождающихся в настоящее время в Японии, вероятно, доживут до 107 лет.Половина детей, рождающихся в настоящее время в США, доживут до 104 лет.

ВЕДАНТАМ: Вау.

ХАРПЕР: Итак, я думаю, что эта идея — я имею в виду, вы знаете, моя бабушка умерла в начале 70-х, и все ушли, ну — прожили прекрасную жизнь. Она умерла в начале 70-х. В наши дни, если вы… если люди умирают в возрасте 70 лет, черт возьми, они были молоды, потому что мы оттеснили их в наших странах с высоким уровнем доходов, так что мы ожидаем, что большинство людей доживут до 80 лет. И мы знаем, что многие, многие люди доживают до 80 или даже 90 лет.И число долгожителей резко увеличивается. Я имею в виду, что мы сделали некоторое моделирование долгожителей в Штатах, и к концу века у вас будет более 6 миллионов долгожителей, живущих одновременно в США. Поэтому некоторые люди называют 21-й век веком долгожителей.

VEDANTAM: Одно из основных следствий демографических изменений, которые вы описываете, связано с так называемым коэффициентом поддержки. Что это за число, Сара?

ХАРПЕР: Таким образом, коэффициент поддержки обычно представляет собой количество людей трудоспособного возраста — и, следовательно, если хотите, производящих и продуктивных — по отношению к людям старше этого возраста.И людей это очень беспокоит, потому что они говорят: «Смотрите; исторически у нас было пять рабочих на одного пожилого человека, а теперь у нас будет только два рабочих на каждого пожилого человека.

ВЕДАНТАМ: Сара подчеркивает, что последствия сокращения коэффициента поддержки не в далеком будущем.

ХАРПЕР: Я думаю, одна из вещей, которую мы должны понять, это то, что этого не произойдет. Это происходит сейчас. Так что я бы сказал, что в большинстве стран с высоким уровнем дохода большинство мужчин и женщин — не миллениалы, но большинство мужчин и женщин в возрасте 50 и даже 60 лет на самом деле уже ощущают влияние старения населения.Итак, если вы вернетесь и посмотрите на 20-30 лет назад, у нас не было огромного количества людей в возрасте 80-90 лет. Теперь мы это делаем, и большинство людей в возрасте от 50 до 60 лет либо ухаживают за пожилыми людьми, либо помогают их поддерживать, либо заботятся о них. Это происходит сейчас.

Я имею в виду, что нагрузка особенно на женщин в возрасте от 40 до 50 лет, я думаю, невероятная. Поэтому женщин просят быть на рынке труда. Некоторые из них становятся бабушками, и их просят присматривать за внуками, чтобы их дети могли выйти на рынок труда, но они также заботятся о своих пожилых родителях, которым за 70-80 лет.А в некоторых случаях они заботятся о своих бабушках и дедушках.

ВЕДАНТАМ: Я хочу немного поговорить о том, как происходящие изменения могут повлиять на сети социального обеспечения. Когда мы впервые создавали пенсии, что мы имели в виду с точки зрения того, как долго они будут поддерживать людей? И как происходящие демографические изменения изменили или усложнили эту картину?

ХАРПЕР: Насчет пенсий дело именно в том, почему у нас изначально была пенсионная система? И когда вводились пенсии, они не должны были давать людям возможность иметь длительные периоды отдыха после трудовой деятельности.Это не значит, что это не то, что на самом деле очень полезно, но это не то, чем все это было. Это было просто для поддержки людей в последние несколько месяцев или всего за один или два года до их смерти, потому что они больше не могли работать. И для сравнения: когда Бисмарк ввел в Европе концепцию пенсии по старости, половина европейского населения умерла к 45 годам. И все же он взял 65 лет в том возрасте, с которого должна начинаться пенсия. Так что, если вы хотите экстраполировать это сейчас, на самом деле государственный пенсионный возраст в странах с высоким уровнем дохода должен составлять 103 года.

VEDANTAM: Другие сообщения предполагают, что Бисмарк установил возраст выхода на пенсию на уровне 70 лет. Каким бы ни было точное число, оно предполагает, что сопоставимый возраст выхода на пенсию в наше время был бы значительно выше, чем сегодня.

ХАРПЕР: Потому что половина нашего населения доживает до 80 лет. Итак, вы видите, как система, которая была страховкой, превратилась в 20-м веке, если хотите, в концепцию, в которой люди чувствовали, что имеют право на этот период оплачиваемый досуг в конце жизни.И я думаю, никто не будет сопротивляться этому. Просто вместо пяти или 10 лет, в некоторых случаях, это 20 или 30 лет оплачиваемого досуга в конце нашей жизни. И я думаю, что люди начинают говорить, что это просто невыносимо, когда мы собираемся иметь — помните — не только люди, живущие дольше, но, в настоящее время, большие когорты бэби-бума, все приближающиеся к старости в одно и то же время.

ВЕДАНТАМ: Итак, я действительно слышу, как вы говорите, что изменение численности населения действительно подняло серьезные моральные вопросы, потому что правительства должны решать, кому распределять ресурсы.Очевидно, что вы можете инвестировать как в молодых, так и в старых, но в какой-то момент есть компромиссы, и политикам придется противостоять этому.

ХАРПЕР: Я думаю, одна из действительно интересных вещей, о которых я говорю в книге, заключается в том, что старение в обществе, которое само стареет, сильно отличается от старения в молодом обществе. И если вы посмотрите на случай, например, в Африке, где они — в простом количестве, там очень много пожилых людей. Но они составляют очень небольшой процент населения, потому что молодежи так много, и поэтому большая часть ресурсов инвестируется в молодых людей.Если посмотреть на Штаты и, в частности, на многие европейские страны и некоторые наши дальневосточные страны вроде Кореи и Японии, где очень-очень мало молодежи и много — и большой процент пожилых людей, неизбежно, ресурсы будут переданы пожилым людям.

И я думаю, что одна из вещей, о которых мы сейчас говорим, это то, что мы называем договором поколений, а договор поколений существует везде. И идея в том, что когда вы взрослый, если у вас есть ребенок, вы заботитесь об этом ребенке.А потом этот ребенок вырастает, вы становитесь старше, и ребенок заботится о вас. А в традиционном обществе это делалось бы внутри семьи. На самом деле вы физически заботитесь о своих пожилых родителях, бабушках и дедушках. И в современном обществе мы делаем это через здравоохранение, долгосрочный уход, пенсии. И молодежь платит налоги, и на это финансируется целая система поддержки пожилых людей.

И я думаю, что на данный момент существует реальная неудовлетворенность, опять же, из-за этого очень, очень большого поколения бэби-бумеров, которые действительно искажают население, как говорят некоторые молодые люди, на самом деле, должны ли мы переосмыслить это? И некоторые пожилые люди говорят, может быть, нам нужно работать дольше.Нам нужно иметь возможность экономить больше. Нам нужно по-настоящему взглянуть на то, как работают пенсии в целом, чтобы мы могли гораздо больше заботиться о себе в старости, когда мы переживаем своего рода выпуклость пожилых людей, которая происходит в этом столетии.

ВЕДАНТАМ: Итак, некоторые богатые страны пытаются обратить вспять сокращение численности населения, частично помня об этих тенденциях. Вы упомянули в качестве примера Румынию и Францию ​​как две страны, которые пытались повысить рождаемость, но шли к этому совершенно по-разному.Чему они научились и чему мы можем научиться у них?

ХАРПЕР: Я думаю, что сообщение из тех стран, которые пытались повысить рождаемость — и, конечно же, в Румынии, было очень драконовским. Они абсолютно запретили, в основном, контрацепцию и аборты, а женщин заставляли рожать детей. И как только этот режим пал, так и рождаемость у них резко упала. А в Румынии сейчас один из самых низких уровней рождаемости в Европе. Франция поступила совсем иначе. Франция попыталась дать финансовые стимулы.Но я думаю, что мы должны отступить. Мы знаем, что на нашу окружающую среду оказывается огромное давление, и страны с высоким уровнем доходов потребляют гораздо больше, чем любые другие народы на этой планете. И поэтому, я думаю, мы действительно должны спросить себя, правильно ли для стран с высоким уровнем дохода пытаться увеличить количество детей, которые у них есть, и, следовательно, увеличить потребление, которое они имеют на нашей планете?

А во-вторых, демографически это просто не работает. Итак, Венгрия в настоящий момент, например, является страной, которая пытается поощрять женщин иметь больше детей, потому что они обеспокоены сокращением своего населения и уменьшением числа работающих в своем населении.Они не хотят использовать иммиграцию, которая является естественным способом поддержки стареющего населения. Если они добьются успеха, все, что они собираются сделать, это иметь 20 лет множества детей, потому что требуется 20 лет, прежде чем у вас появится ребенок, способный выйти на рынок труда.

Так что у них будет много пожилых иждивенцев, много молодых иждивенцев. На самом деле, если хотите, они ухудшат соотношение поддержки или соотношения числа иждивенцев, то есть рабочих к иждивенцам, и все, что они делают, — это просто отсрочивают старение своего населения.Так что лучше нам понять, что в 21 веке не нужно большое количество людей, чтобы управлять экономикой.

ВЕДАНТАМ: В мире сокращается население. Хорошо ли это, когда дело доходит до изменения климата? Я хочу поговорить о паре потенциально положительных последствий изменений, которые мы наблюдаем. И мне кажется, из того, что вы только что сказали, что меньший мир — это потенциально мир, который оказывает меньшее влияние на окружающую среду.

ХАРПЕР: Абсолютно.Я имею в виду, что в настоящее время мы не столько говорим о численности населения, сколько о его потреблении или углеродном следе. И я должен сказать, что одна из худших стран — я очень сожалею об этом — это США. Вы потребляете на человека в четыре или пять раз больше ресурсов Земли, чем большинство африканцев. Европейцев у нас в два-три раза больше. Мы все обязаны сказать: смотрите; немыслимо, что люди в Южном полушарии будут жить в такой бедности, в которой они живут в ближайшие десятилетия.Мы должны позволить им и поддержать их, чтобы увеличить их потребление еды и воды и товаров и поднять их уровень жизни. И единственный способ сделать это — сократить потребление на Севере. И один из способов сделать это — не иметь большого количества детей, которые будут способствовать нашему общему потреблению.

Так что я думаю, что сокращающееся население на самом деле хорошее население. И мы боимся старения населения, но мы не должны бояться старения населения, пока мы можем поддерживать здоровье нашего населения.И если вы думаете о Саре Харпер, которая, очевидно, была — вы знаете, казалось, прожила очень хорошую, здоровую жизнь, а затем умерла в очень старом возрасте, ну, вот к чему мы должны стремиться, чтобы мы жили долго. люди, которые вносят свой вклад в свою жизнь. Они здоровы и подтянуты. И мы действительно как бы сглаживаем слабость и зависимость до самого конца нашей жизни, и тогда нам не нужно беспокоиться о старении населения.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

ВЕДАНТАМ: Сара говорит, что многие из демографических изменений, которые она наблюдает по всему миру, также проявились в ее собственной жизни.

ХАРПЕР: Итак, 15 лет назад мои родители переехали в мою деревню. И они были фантастическими, активными бабушкой и дедушкой для моей семьи — у меня трое детей — просто замечательные. А потом лет шесть-семь назад они стали немного слабее, а потом четыре года назад мой отец очень-очень внезапно умер и оставил мою мать, которой было чуть за 90. И она переехала к нам, и мы заботились о ней два года, а потом она умерла.

Итак, я бы сказал, что у меня, как и почти у всех, кого я знаю, был период в четыре или пять лет, когда я был полностью сосредоточен на благополучии моих родителей.И, как я уже сказал, все, кого я знаю в моем возрасте, находятся в такой ситуации. Но я должен сказать, что это было также фантастически для моих детей. Итак, мои дети были в позднем подростковом возрасте, им едва исполнилось 20. Они были в университете, но часто возвращались домой. И я думаю, что быть с моими родителями, их бабушками и дедушками на том этапе их жизни было невероятно полезно. Я имею в виду, они все были с моей матерью, которая умерла дома. И я думаю, что они так много узнали о ценности жизни.

И, в частности, можно сказать, что моя мать, когда ей было за 90, можно сказать, что она не вносила вклад, но она вносила невероятно вклад.Она действительно внесла свой вклад в нашу семью, будучи пожилым человеком, живущим с нами, просто будучи частью нашей семьи и помогая. Вы знаете, мы живем в очень разделенном по возрасту обществе, и я думаю, что тем больше мы сможем сблизить поколения, и мои дети в подростковом возрасте очень ценили опыт моей матери. Так что да, это просто… это было очень личное путешествие за последние несколько лет.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

ВЕДАНТАМ: Сара Харпер — профессор геронтологии Оксфордского университета.Она автор книги «Как изменение численности населения изменит наш мир». Сара, спасибо, что присоединились ко мне сегодня на HIDDEN BRAIN.

ХАРПЕР: Спасибо.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

VEDANTAM: Шоу этой недели было спродюсировано Лушиком Вахба и Лаурой Кверел. Его редактировали Райна Коэн и Тара Бойл. В нашу команду входят Дженни Шмидт, Парт Шах, Томас Лу и Кэт Шукнехт. Наша невоспетая героиня на этой неделе — Элисон Хофер. Она работает инженером службы поддержки в отделе цифровых медиа NPR.Это означает, что она одна из тех, кто отвечает на наши просьбы о помощи, когда что-то идет не так с публикацией нашего подкаста. Спасибо, Элисон, за усердную работу по устранению технических неполадок и за то, что делаете это спокойно и коллегиально.

Чтобы узнать больше о HIDDEN BRAIN, вы можете найти нас на Facebook и Twitter. Если вам нравится сегодняшнее шоу, не забудьте поделиться им с одним другом. Я Шанкар Ведантам, а это NPR.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

Copyright © 2020 NPR.Все права защищены. Посетите страницы условий использования и разрешений нашего веб-сайта по адресу www.npr.org для получения дополнительной информации.

Стенограммы

NPR создаются в кратчайшие сроки подрядчиком NPR. Этот текст может быть не в своей окончательной форме и может быть обновлен или пересмотрен в будущем. Точность и доступность могут отличаться. Официальной записью программ NPR является аудиозапись.

Экспериментальная вселенная

Мышиный рай. Как небесная жизнь убивает. Эксперимент с идеальными условиями для жизни мышей.Язык — основа мышления

Эксперимент «Вселенная-25»: как рай стал адом

Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточное пространство для размножения. Однако в результате вымерла вся колония мышей. Почему это случилось? И какие уроки должно извлечь из этого человечество?

Американский этолог Джон Кэлхун провел серию удивительных экспериментов в 60-х и 70-х годах ХХ века.В качестве подопытных Д. Кэлхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин «поведенческий сток», обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселенности и скученности. Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел некоторую известность в 60-е годы, так как многие люди в западных странах, переживающих послевоенный бэби-бум, начали задумываться о том, как перенаселение повлияет на социальные институты и каждого человека в частности.

Свой самый известный эксперимент, заставивший целое поколение задуматься о будущем, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH). Целью эксперимента «Вселенная-25» был анализ влияния плотности популяции на модели поведения грызунов. Калхун построил настоящий рай для мышей в лабораторных условиях. Был создан резервуар размером два на два метра и высотой полтора метра, из которого испытуемые не могли выбраться.Внутри резервуара поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20°С), в изобилии корм и вода, а также были созданы многочисленные гнезда для самок. Каждую неделю аквариум очищали и содержали в постоянной чистоте, принимали все необходимые меры безопасности: исключали появление хищников в аквариуме или возникновение массовых инфекций. За подопытными мышами постоянно наблюдали ветеринары, постоянно следили за их здоровьем. Система обеспечения пищей и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли питаться одновременно, не испытывая никакого дискомфорта, а 6144 мыши могли потреблять воду, не испытывая никаких проблем.Места для мышей было хоть отбавляй, первые проблемы с отсутствием убежища могли возникнуть лишь тогда, когда популяция достигала свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей в аквариуме никогда не было; максимальная численность популяции зафиксирована на уровне 2200 мышей.

Эксперимент начался с того момента, как внутрь аквариума поместили четыре пары здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы привыкнуть, понять, в какой мышиной сказке они оказались, и начать размножаться в ускоренном темпе.Калхун назвал период развития фазой А, но с момента рождения первых телят начался второй этап. Это стадия экспоненциального роста популяции в аквариуме в идеальных условиях, количество мышей удваивалось каждые 55 дней. Начиная с 315-го дня эксперимента скорость роста популяции значительно замедлилась, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало вступление в третью фазу С. На тот момент в аквариуме жило около 600 мышей, определенное сложилась иерархия и определенная общественная жизнь.Сейчас физически меньше места, чем было раньше.

Появилась категория «изгоев», которых выгоняли в центр танка, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «изгоев» можно было по обкусанным хвостам, вырванным волосам и следам крови на теле. Изгоями были, прежде всего, молодые особи, не нашедшие для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных аквариумных условиях мыши жили долго, стареющие мыши не уступали места молодым грызунам.Поэтому агрессия часто была направлена ​​на новые поколения особей, родившихся в аквариуме. После изгнания самцы сломались психологически, проявляли меньше агрессии, не желали защищать своих беременных самок и играть какие-либо социальные роли. Хотя время от времени они нападали то на других особей из общества «изгоев», то на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к родам, становились все более нервными, так как в результате повышения пассивности у самцов они стали менее защищены от случайных нападений.В результате самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако, как это ни парадоксально, агрессия была направлена ​​не только на окружающих; не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали своих детенышей и переселялись в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались размножаться. В результате рождаемость значительно снизилась, а смертность молодняка достигла значительных показателей.

Вскоре начался последний этап существования мышиного рая — фаза D или фаза смерти, как назвал ее Джон Кэлхун.Символом этого этапа стало появление новой категории мышей под названием «красивые». Среди них были самцы, демонстрирующие нехарактерное для вида поведение, отказывающиеся драться и борющиеся за самок и территорию, не проявляющие желания к спариванию, склонные к пассивному образу жизни. «Красавицы» только ели, пили, спали и чистили кожу, избегая конфликтов и выполняя какие-либо социальные функции. Такое название они получили потому, что, в отличие от большинства других обитателей танка, на их телах не было следов ожесточенных боев, шрамов и вырванных волос, их самолюбование и самолюбование вошли в легенды.Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в аквариуме, «красивых» и одиночных самок, отказывающихся от размножения и убегающих в верхние гнезда аквариума. , стало большинством.

Средний возраст мыши на последнем этапе существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составляла 100 %, количество беременностей было незначительным, а вскоре и 0.Вымирающие мыши практиковали гомосексуальность, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненных ресурсов. Каннибализм процветал при изобилии пищи, при этом самки отказывались выращивать своих детенышей и убивали их. Мыши быстро вымерли, на 1780-й день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Предвидя подобную катастрофу, Д. Калхун с помощью своего коллеги доктора Х. Мардена провел серию экспериментов на третьей стадии смерти.Несколько небольших групп мышей удаляли из аквариума и переселяли в столь же идеальные условия, но также в условия минимальной популяции и неограниченного свободного пространства. Отсутствие скученности и внутривидовой агрессии. По сути, у «красивых» и одиноких самок были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в аквариуме размножались в геометрической прогрессии и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, «красивые» и одинокие самки не изменили своего поведения, отказались от спаривания, размножения и выполнения социальных функций, связанных с размножением.В результате новых беременностей не было, а мыши умирали от старости. Аналогичные результаты были схожими во всех группах переселенцев. В результате все подопытные мыши погибли в идеальных условиях.

Джон Кэлхун создал теорию двух смертей по результатам эксперимента. «Первая смерть» — это смерть духа. Когда в социальной иерархии «мышиного рая» не было места новорожденным, не хватало социальных ролей в идеальных условиях с неограниченными ресурсами, возникало открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, повышался уровень немотивированной агрессии.Рост населения, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, все это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных лишь к простейшему поведению. В идеальном мире, в безопасности, с обилием пищи и воды и отсутствием хищников, большинство особей только ели, пили, спали и ухаживали за собой. Мышь — животное простое, для него самыми сложными моделями поведения являются процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах.Психически сломленные мыши отказывались от всего вышеперечисленного. Кэлхун называет этот отказ от сложных моделей поведения «первой смертью» или «смертью духа». После первой смерти физическая смерть («вторая смерть» в терминологии Кэлхуна) неизбежна и является делом короткого времени. В результате «первой гибели» значительной части популяции вся колония обречена на вымирание даже в условиях «рая».

Кэлхуна однажды спросили о причинах появления группы «красивых» грызунов.Кэлхун провел прямую аналогию с человеком, пояснив, что ключевой особенностью человека, его естественным предназначением является жизнь в условиях давления, напряжения и стресса. Мыши, отказавшиеся от борьбы, выбрали невыносимую легкость бытия, превратились в аутичных «красавиц», способных лишь к самым примитивным функциям, кушать и спать. «Красавцы» отказались от всего сложного и требующего стресса и в принципе стали неспособны к такому сильному и сложному поведению. Кэлхун проводит параллели со многими современными мужчинами, способными лишь на самые рутинные, повседневные действия для поддержания физиологической жизни, но с уже мертвым духом.Это выражается в потере творчества, способности преодолевать и, главное, находиться под давлением. Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегство от стресса, от жизни полной борьбы и преодоления — это и есть «первая смерть» в терминологии Джона Кэлхуна или смерть духа, после которой неизбежно наступает вторая смерть, это время тело.

Возможно, у вас остался вопрос, почему эксперимент Д. Калхуна назвали «Вселенная-25»? Это была двадцать пятая попытка ученого создать рай для мышей, а все предыдущие закончились гибелью всех подопытных грызунов…

История эксперимента ВСЕЛЕННАЯ 25

Сначала история Вселенной 25 эксперимент, а потом, как всегда, ряд выводов.

Еще в 1943 году Джон Б. Кэлхун (1917-1995), известный американский эколог и зоопсихолог, начал серию экспериментов на грызунах (норвежских крысах, а позже и белых мышах) на тему моделирования возможного поведения человеческого общества на переполненной планете (что оказалось актуальным в условиях перенаселенного города).

Кэлхун ввел термин для социальной психологии — «поведенческая оболочка».
Поведенческий сток — или социальная поведенческая недостаточность, поведенческая ловушка: явление нарастания отклонений от норм поведения (например, отказ от всех социальных взаимодействий) при высокой плотности населения, например, в городе.

эксперимент ВСЕЛЕННАЯ 25?

Кэлхун наиболее известен своим экспериментом под названием «Вселенная 25» (название эксперимента говорит о том, что в течение 40 лет он повторялся 25 раз и неизменно получал тот же результат).
Что представлял собой эксперимент ВСЕЛЕННОЙ 25?

Калхун устроил рай для мышей: квадратный бак два на два, высотой полтора метра (см. рисунок).
Внутри аквариума была любимая еда, умеренный и комфортный климат, чистота, гнезда для самок, горизонтальные и вертикальные ходы для самцов. И самое главное, отсутствие хищников. Мы создали идеальные условия для самой счастливой жизни грызунов.

UNIVERSE 25 отправлено в рай четыре пары здоровые, породистые мыши.
Всего было 256 гнезд , в каждом из которых могло жить 15 мышей, всего — до 3840 мышей … Каждые несколько недель «мышиная вселенная» очищалась от грязи и мусора. За здоровьем питомцев следили ветеринары.

Через 104 дней эксперимента у них появилось первое потомство. Родители позаботились о детях. Во «Вселенной 25» начался «Золотой век».
Мыши любили друг друга, и популяция удваивалась каждые 55 дней, но счастье длилось недолго.

Джон Кэлхун искал ответ именно на проблему перенаселения, которая для многих ученых того времени была главной причиной социальной несправедливости в обществе. Кэлхун утверждала, что вытеснение ее собственным может разрушить общество до того, как у голода появится шанс сделать это. В его «Вселенной 25» еды было в достатке, а мыши активно занимались созданием себе подобных.

Через 315 дней эксперимента рост популяции мышей замедлился.Более 600 мышей теперь жили бок о бок во Вселенной 25. Самцам стало труднее защищать свою территорию, им теперь приходилось протискиваться через ходы, свободных социальных ролей места почти не осталось, как и свободного пространства.

Отверженные и нарциссы …

Во «Вселенной 25» появилась категория «изгоев», которых выгоняли в центр танка, они часто становились жертвами агрессии.
Отличить группу «изгоев» можно было по обкусанным хвостам, вырванным волосам и следам крови на теле.

«Отверженные» состояли, прежде всего, из молодых особей, не нашедших для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных условиях танковых мышей жили долго, стареющие мыши не уступали место молодым грызунам.

Поэтому агрессия часто была направлена ​​на новые поколения особей, родившихся в резервуаре. После изгнания самцы сломались психологически , проявляли меньше агрессии, не желали защищать своих беременных самок и играть какие-либо социальные роли.
Хотя время от времени они нападали либо на других особей из общества «изгоев», либо на любых других мышей.

Вскоре матери начали психовать — нападая на своих детей, рождаемость упала … Одиночные самки перебрались в самые верхние труднодоступные гнезда, а у самцов все чаще стал наблюдаться ярко выраженный нарциссизм.

«Самовлюбленные» не дрались, не желали плотских утех — только ели, спали и предавались самолюбованию. Но в то же время в дальних углах процветали каннибализм, комовой грех и насилие.Мышиное общество начинает разваливаться !

Через 18 месяцев после начала эксперимента рост мыши UNIVERSE 25 окончательно остановился.
А через месяц (600 дней от начала небесной жизни) при очень низком количестве новых беременностей смертность малолетки достигла 100%.

Вымирающие мыши практиковали гомосексуальность, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях превышения жизненных ресурсов. Каннибализм процветал при изобилии пищи, при этом самки отказывались выращивать своих детенышей и убивали их.Мыши быстро вымерли, на 1780-й день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Попытки спасти Вселенную 25

Ученый много раз повторял свой эксперимент в течение 40 лет, поэтому Кэлхун с помощью своего коллеги доктора Х. Мардена предпринял ряд попыток спасти эксперимент на третьей стадии смерти.

Из переполненного резервуара изъяли несколько небольших групп мышей и переселили в такие же идеальные условия, как и первые 4 пары мышей, они жили в условиях минимальной популяции и неограниченного свободного пространства.Отсутствие скученности и внутривидовой агрессии.

Фактически, для «нарциссов» и одиноких самок были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в аквариуме экспоненциально размножались и создавали социальную структуру.

Но, к удивлению ученых, «нарциссы» и самки-одиночки своего поведения не изменили , отказались спариваться, размножаться и выполнять социальные функции, связанные с размножением.

В результате эксперимента новых беременностей не было, мыши погибли от старости.Аналогичные результаты были схожими во всех группах переселенцев. Все подопытные мыши умерли при этом в идеальных условиях новых «вселенных 25».

Результаты эксперимента UNIVERSE 25

Джон Кэлхун создал теорию двух смертей на основе результатов эксперимента UNIVERSE 25.
«Первая смерть» — это смерть духа … В идеальном мире, в безопасности, с обилием еды и воды, и отсутствием хищников, большинство особей только ели, пили, спали , и следили за собой.

Мышь — животное простое, для него наиболее сложными моделями поведения являются процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах. Из всех вышеперечисленных сломанных психологически мышей отказались. Кэлхун называет аналогичный отказ от сложных моделей поведения «первой смертью» или «смертью духа».

После первой смерти физическая смерть («вторая смерть» в терминологии Кэлхуна) неизбежна и является делом короткого времени.В результате «первой смерти» значительная часть населения всей колонии обречена на вымирание даже в условиях «рая».

Выводы эксперимента UNIVERSE 25

1. Люди, конечно, не мыши.
Однако по мере того, как я описывал процессы во Вселенной 25, мне на ум пришли десятки случаев одинакового поведения людей.
Нам нужно быть более внимательными к себе и другим.

2.Когда в жизни человека нет цели, он деградирует даже в Раю.
Статистика психических заболеваний в самых «рафинированных» странах Европы говорит о том, что без духовного прогресса человек не может достичь удовлетворения в жизни.

3. «Смерть духа» — самое страшное, что может ожидать человека.
Дай Бог каждому из нас избежать подобной ситуации. Не стоит делать из своей жизни серию экспериментов.

4.Главный вывод: наша система ценностей определяет наши результаты в жизни.
Чем сильнее ценности и чем больше в них духовных идей, тем счастливее мы проживем наш отрезок Вечности 🙂

Давайте обсудим статью.
Спасибо.

Американский этолог Джон Кэлхун провел серию удивительных экспериментов в 60-х и 70-х годах ХХ века. В качестве подопытных Д. Калхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего человеческого общества.В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин «поведенческий сток», обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселенности и скученности. Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел некоторую известность в 60-е годы, так как многие люди в западных странах, переживающих послевоенный бэби-бум, начали задумываться о том, как перенаселение повлияет на социальные институты и каждого человека в частности.

Свой самый известный эксперимент, заставивший целое поколение задуматься о будущем, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH).Целью эксперимента «Вселенная-25» был анализ влияния плотности популяции на модели поведения грызунов. Калхун построил настоящий рай для мышей в лабораторных условиях. Был создан резервуар размером два на два метра и высотой полтора метра, из которого испытуемые не могли выбраться. Внутри резервуара поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20°С), в изобилии корм и вода, а также были созданы многочисленные гнезда для самок. Каждую неделю аквариум очищали и содержали в постоянной чистоте, принимали все необходимые меры безопасности: исключали появление хищников в аквариуме или возникновение массовых инфекций.За подопытными мышами постоянно наблюдали ветеринары, постоянно следили за их здоровьем. Система обеспечения пищей и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли есть одновременно, не испытывая никакого дискомфорта, а 6144 мыши могли потреблять воду, не испытывая никаких проблем. Места для мышей было хоть отбавляй, первые проблемы с отсутствием убежища могли возникнуть лишь тогда, когда популяция достигала свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей в аквариуме никогда не было; максимальная численность популяции зафиксирована на уровне 2200 мышей.


Эксперимент начался с того момента, как внутрь аквариума поместили четыре пары здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы привыкнуть, понять, в какой мышиной сказке они оказались, и начать размножаться в ускоренном темпе. Калхун назвал период развития фазой А, но с момента рождения первых телят начался второй этап. Это стадия экспоненциального роста популяции в аквариуме в идеальных условиях, количество мышей удваивалось каждые 55 дней.Начиная с 315-го дня эксперимента скорость роста популяции значительно замедлилась, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало вступление в третью фазу С. На тот момент в аквариуме жило около 600 мышей, определенное сложилась иерархия и определенная общественная жизнь. Сейчас физически меньше места, чем было раньше.

Появилась категория «изгоев», которых выгоняли в центр танка, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «изгоев» можно было по обкусанным хвостам, вырванным волосам и следам крови на теле.Изгоями были, прежде всего, молодые особи, не нашедшие для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных аквариумных условиях мыши жили долго, стареющие мыши не уступали места молодым грызунам. Поэтому агрессия часто была направлена ​​на новые поколения особей, родившихся в аквариуме. После изгнания самцы сломались психологически, проявляли меньше агрессии, не желали защищать своих беременных самок и играть какие-либо социальные роли.Хотя время от времени они нападали то на других особей из общества «изгоев», то на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к родам, становились все более нервными, так как в результате повышения пассивности у самцов они стали менее защищены от случайных нападений. В результате самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако, как это ни парадоксально, агрессия была направлена ​​не только на окружающих; не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям.Часто самки убивали своих детенышей и переселялись в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались размножаться. В результате рождаемость значительно снизилась, а смертность молодняка достигла значительных показателей.

Вскоре начался последний этап существования мышиного рая — фаза D или фаза смерти, как назвал ее Джон Кэлхун. Символом этого этапа стало появление новой категории мышей под названием «красивые». Среди них были самцы, демонстрирующие нехарактерное для вида поведение, отказывающиеся драться и борющиеся за самок и территорию, не проявляющие желания к спариванию, склонные к пассивному образу жизни.«Красавицы» только ели, пили, спали и чистили кожу, избегая конфликтов и выполняя какие-либо социальные функции. Такое название они получили потому, что, в отличие от большинства других обитателей танка, на их телах не было следов ожесточенных боев, шрамов и вырванных волос, их самолюбование и самолюбование вошли в легенды. Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в аквариуме, «красивых» и одиночных самок, отказывающихся от размножения и убегающих в верхние гнезда аквариума. , стало большинством.

Средний возраст мыши на последнем этапе существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составляла 100%, количество беременностей было незначительным, а вскоре и 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуальность, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненных ресурсов. Каннибализм процветал при изобилии пищи, при этом самки отказывались выращивать своих детенышей и убивали их.Мыши быстро вымерли, на 1780-й день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Предвидя подобную катастрофу, Д. Калхун с помощью своего коллеги доктора Х. Мардена провел серию экспериментов на третьей стадии смерти. Несколько небольших групп мышей удаляли из аквариума и переселяли в столь же идеальные условия, но также в условия минимальной популяции и неограниченного свободного пространства. Отсутствие скученности и внутривидовой агрессии.По сути, у «красивых» и одиноких самок были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в аквариуме размножались в геометрической прогрессии и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, «красивые» и одинокие самки не изменили своего поведения, отказались от спаривания, размножения и выполнения социальных функций, связанных с размножением. В результате новых беременностей не было, а мыши умирали от старости. Аналогичные результаты были схожими во всех группах переселенцев. В результате все подопытные мыши погибли в идеальных условиях.


Джон Кэлхун создал теорию двух смертей на основе результатов эксперимента. «Первая смерть» — это смерть духа. Когда в социальной иерархии «мышиного рая» не было места новорожденным, не хватало социальных ролей в идеальных условиях с неограниченными ресурсами, возникало открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, повышался уровень немотивированной агрессии. Рост населения, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, все это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных лишь к простейшему поведению.В идеальном мире, в безопасности, с обилием пищи и воды и отсутствием хищников, большинство особей только ели, пили, спали и ухаживали за собой. Мышь — животное простое, для него самыми сложными моделями поведения являются процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах. Психически сломленные мыши отказывались от всего вышеперечисленного. Кэлхун называет этот отказ от сложных моделей поведения «первой смертью» или «смертью духа».После первой смерти физическая смерть («вторая смерть» в терминологии Кэлхуна) неизбежна и является делом непродолжительного времени. В результате «первой смерти» значительной части населения обречена вся колония на вымирание даже в условиях «рая».


Кэлхуна однажды спросили о причинах появления группы «красивых» грызунов. Кэлхун провел прямую аналогию с человеком, пояснив, что ключевой особенностью человека, его естественным предназначением является жизнь в условиях давления, напряжения и стресса.Мыши, отказавшиеся от борьбы, выбрали невыносимую легкость бытия, превратились в аутичных «красавиц», способных лишь к самым примитивным функциям, кушать и спать. «Красавцы» отказались от всего сложного и требующего стресса и в принципе стали неспособны к такому сильному и сложному поведению. Кэлхун проводит параллели со многими современными мужчинами, способными лишь на самые рутинные, повседневные действия для поддержания физиологической жизни, но с уже мертвым духом. Это выражается в потере творчества, способности преодолевать и, главное, находиться под давлением.Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегство от стресса, от жизни полной борьбы и преодоления — это и есть «первая смерть» в терминологии Джона Кэлхуна или смерть духа, после которой неизбежно наступает вторая смерть, это время тело.

Возможно, у вас остался вопрос, почему эксперимент Д. Калхуна назвали «Вселенная-25»? Это была двадцать пятая попытка ученого создать рай для мышей, а все предыдущие закончились гибелью всех подопытных грызунов…

Новости Объявления — что это?
Политика в США и западном мире на всех уровнях основана на лжи
Несколько статей, чтобы сделать обоснованное заявление:.
01-11-2019
Слава и первая смерть
Футуристическая фантастика:.
27-07-2019
Почему артисты становятся президентами
О том, как матерые журналисты, блогеры и артисты используют свое мастерство, чтобы лгать в пользу своих перформансов и активно продвигать эту ложь изощренной, давно отрепетированной риторикой.
: .
26-06-2019

Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточно места для размножения. Однако в результате вымерла вся колония мышей. Почему это случилось? И какие уроки должно извлечь из этого человечество?

Американский этолог Джон Кэлхун провел серию удивительных экспериментов в 60-х и 70-х годах ХХ века.В качестве подопытных Д. Калхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего человеческого общества.

В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин — «поведенческий сток», означающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселенности и скученности.

Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел некоторую известность в 60-е годы, так как многие люди в западных странах, переживающих послевоенный бэби-бум, начали задумываться о том, как перенаселение повлияет на социальные институты и каждого человека в частности.

Свой самый известный эксперимент, заставивший целое поколение задуматься о будущем, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH).

Целью эксперимента «Вселенная-25» был анализ влияния плотности популяции на модели поведения грызунов. Калхун построил настоящий рай для мышей в лабораторных условиях.

Создан резервуар размером два на два метра и высотой полтора метра, из которого испытуемые не могли выбраться.Внутри резервуара поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20°С), в изобилии корм и вода, а также были созданы многочисленные гнезда для самок.

Каждую неделю аквариум чистили и содержали в постоянной чистоте, принимали все необходимые меры безопасности: исключали появление хищников в аквариуме или возникновение массовых заражений. За подопытными мышами постоянно наблюдали ветеринары, постоянно следили за их здоровьем.

Система обеспечения пищей и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли есть одновременно, не испытывая никакого дискомфорта, а 6144 мыши могли потреблять воду, не испытывая никаких проблем.

Места для мышей было хоть отбавляй, первые проблемы с отсутствием укрытия могли возникнуть только когда популяция превысила 3840 особей. Однако такого количества мышей в аквариуме никогда не было; максимальная численность популяции зафиксирована на уровне 2200 мышей.

Эксперимент начался с того момента, как внутрь аквариума поместили четыре пары здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы привыкнуть, осознать, в какой мышиной сказке они оказались, и начать размножаться в ускоренном темпе.

Калхун назвал период развития фазой А, но с момента рождения первых телят начался второй этап. Это стадия экспоненциального роста популяции в аквариуме в идеальных условиях, количество мышей удваивалось каждые 55 дней.

Начиная с 315-го дня эксперимента скорость роста популяции значительно замедлилась, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало вступление в третью фазу С. На тот момент в резервуаре жило около 600 мышей. , сформировалась определенная иерархия и определенная общественная жизнь.Сейчас физически меньше места, чем было раньше.

Появилась категория «изгоев», которых выгоняли в центр танка, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «изгоев» можно было по обкусанным хвостам, вырванным волосам и следам крови на теле. Изгоями были преимущественно молодые особи, не нашедшие для себя социальной роли в мышиной иерархии.

Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных аквариумных условиях мыши жили долго, стареющие мыши не уступали места молодым грызунам.Поэтому агрессия часто была направлена ​​на новые поколения особей, родившихся в аквариуме.

После изгнания самцы сломались психологически, меньше проявляли агрессии, не желали защищать своих беременных самок и играть какие-либо социальные роли. Хотя время от времени они нападали то на других особей из общества «изгоев», то на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к рождению детенышей, становились все более нервными, так как в результате повышенной пассивности самцов они стали менее защищены от случайных нападений.В результате самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство.

Однако, как ни парадоксально, агрессия была направлена ​​не только на окружающих; не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали своих детенышей и переселялись в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались размножаться. В результате рождаемость значительно снизилась, а смертность молодняка достигла значительных показателей.

Вскоре начался последний этап существования мышиного рая — фаза D, или фаза смерти, как назвал ее Джон Кэлхун.Символом этого этапа стало появление новой категории мышей под названием «красивые». Среди них были самцы, демонстрирующие нехарактерное для вида поведение, отказывающиеся драться и борющиеся за самок и территорию, не проявляющие желания к спариванию, склонные к пассивному образу жизни.

«Красавцы» только ели, пили, спали и чистили кожу, избегая конфликтов и выполняя любые социальные функции. Такое название они получили потому, что, в отличие от большинства других обитателей танка, на их телах не было следов ожесточенных боев, шрамов и вырванных волос, их самолюбование и самолюбование вошли в легенды.

Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в аквариуме, «красивых» и одиночных самок, отказывающихся от размножения и убегающих в верхние гнезда танк, стало большинство.

Средний возраст мыши на последнем этапе существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составляла 100 %, количество беременностей было незначительным, а вскоре и 0.

Исчезающие мыши практиковали гомосексуальность, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненных ресурсов. Каннибализм процветал при изобилии пищи, при этом самки отказывались выращивать своих детенышей и убивали их. Мыши быстро вымерли, на 1780-й день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Предвидя подобную катастрофу, Д. Кэлхун с помощью своего коллеги доктора Х. Мардена провел серию экспериментов на третьей стадии смерти.Несколько небольших групп мышей удаляли из аквариума и переселяли в столь же идеальные условия, но также в условия минимальной популяции и неограниченного свободного пространства.

Нет скученности и внутривидовой агрессии. По сути, у «красивых» и одиноких самок были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в аквариуме размножались в геометрической прогрессии и создавали социальную структуру.

Но, к удивлению ученых, «красивые» и одинокие самки не изменили своего поведения, отказались спариваться, размножаться и выполнять социальные функции, связанные с размножением.В результате новых беременностей не было, а мыши умирали от старости.

Аналогичные результаты были одинаковыми для всех переселенных групп. Все подопытные мыши погибли в идеальных условиях.

Джон Кэлхун создал теорию двух смертей по результатам эксперимента. «Первая смерть» — это смерть духа. Когда в социальной иерархии «мышиного рая» не было места новорожденным, не хватало социальных ролей в идеальных условиях с неограниченными ресурсами, возникало открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, повышался уровень немотивированной агрессии.

Рост населения, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта — все это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных лишь к простейшему поведению.

В идеальном мире, в безопасности, с обилием еды и воды и отсутствием хищников, большинство особей только ели, пили, спали и заботились о себе. Мышь — животное простое, для него самыми сложными моделями поведения являются процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах.Психически сломленные мыши отказывались от всего вышеперечисленного.

Кэлхун называет этот отказ от сложных моделей поведения «первой смертью» или «смертью духа». После наступления «первой смерти» физическая смерть («вторая смерть» в терминологии Кэлхуна) неизбежна и является делом короткого времени. В результате «первой гибели» значительной части популяции вся колония обречена на вымирание даже в условиях «рая».

Кэлхуна однажды спросили о причинах появления группы «красивых» грызунов.Кэлхун провел прямую аналогию с человеком, пояснив, что ключевой особенностью человека, его естественным предназначением является жизнь в условиях давления, напряжения и стресса.

Мыши, отказавшиеся от борьбы, выбрали невыносимую легкость бытия, превратились в аутичных «красавчиков», способных лишь на самые примитивные функции — есть и спать. «Красавцы» отказались от всего сложного и требующего стресса и в принципе стали неспособны к такому сильному и сложному поведению.

Кэлхун проводит параллели со многими современными мужчинами, способными лишь на самые рутинные, повседневные действия для поддержания физиологической жизни, но с уже мертвым духом. Это выражается в потере творчества, способности преодолевать и, главное, находиться под давлением. Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегство от стресса, от жизни, полной борьбы и преодоления, — это и есть «первая смерть» по терминологии Джона Кэлхуна, или смерть духа, за которой неизбежно наступает вторая смерть, на этот раз — тела.

Возможно, у вас остался вопрос: почему эксперимент Д. Кэлхуна назвали «Вселенная-25»? Это была двадцать пятая попытка ученого создать рай для мышей, а все предыдущие закончились гибелью всех подопытных грызунов…

Эксперимент Вселенная-25 Научное исследование, в ходе которого были созданы максимально комфортные условия жизни для популяции мышей. У грызунов было много еды и воды, им не угрожали хищники, а также было достаточно места для размножения.

Однако к концу эксперимента все вымерли. Мы расскажем вам прямо сейчас, почему это произошло, и какое значение это имеет для вообще и для человечества в частности.

Эксперимент «Вселенная-25»

Американский этолог Джон Кэлхун провел множество интересных экспериментов в 60-х и 70-х годах прошлого века. Он также использовал мышей для своих экспериментов. Кэлхун пытался понять, что ждет человечество в будущем.

Благодаря многочисленным исследованиям на мышах ученый сформулировал новое понятие — «поведенческая оболочка».Это выражение означало переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселенности и скученности.

Опыты этолога вызвали большой интерес в научном мире. Особую озабоченность проявляли специалисты, проживающие в западных странах, так как после окончания учебы (1939-1945 гг.) там был настоящий бэби-бум. Ученые впервые всерьез задумались о том, как перенаселение планеты может повлиять на образ жизни людей.

Вселенная 25, или как рай стал адом

Самым популярным экспериментом Джона стал эксперимент «Вселенная-25», проведенный на мышах в 1972 году.Цель состояла в том, чтобы изучить и понять, как плотность популяции может повлиять на жизнь грызунов. Экспериментатор создал прекрасные условия для полноценного существования и размножения мышей.

Построено большое сооружение 2х2 м и высотой 1,5 м. Внутри него всегда поддерживалась максимально комфортная для мышей температура (+20°С). Мыши не испытывали недостатка в еде и воде. Кроме того, для мышей были сделаны гнезда для выращивания потомства.

Автор эксперимента следил за тем, чтобы загон постоянно содержался в чистоте.Особое внимание уделялось безопасности мышей. Их регулярно осматривали ветеринары, чтобы исключить появление какой-либо эпидемии.

Интересно, что воды в вольере могли одновременно пить более 6140 мышей, а накормить до 9500. При этом проблемы с «жильем» у грызунов могли возникнуть только в том случае, если их численность превышала 3840 особей. Однако этого никогда не происходило. Максимальное количество мышей не превышало 2200 особей.

Мышиный рай

В самом начале эксперимента Вселенная-25 внутрь загона поместили 4 пары здоровых мышей, которые очень быстро освоились в новой среде и начали активно размножаться.Джон обозначил этот период развития как фазу А.

Фаза B началась, когда потомство стало появляться в «мышином состоянии». За это время численность грызунов удваивалась каждые 55 дней. Однако через 10 месяцев ситуация изменилась – началась фаза С.

Начиная с 315-го дня эксперимента Вселенная-25 скорость рождения мышей значительно снизилась: количество грызунов удваивалось каждые 145 дней.

К этому времени в загоне проживало около 600 особей, среди которых сложилась иерархия и своего рода общественная жизнь.При этом места становилось все меньше и меньше.

«Отверженные»

Эти мыши часто подвергались агрессии, из-за чего их хвосты были укушены, а тело покрывалось кровавыми ранами.

Как правило, «изгоями» становились молодые мышата, не сумевшие добиться какого-либо положения среди сородичей.

То есть старые мыши, сумевшие найти хорошие жилища и получить определенный социальный статус, не давали места своему потомству.В связи с этим агрессия в первую очередь проявлялась по отношению к молодым особям.

Когда самцы стали изгоями мышиного общества, они сломались психологически, старались избегать конфликтных ситуаций и даже не стремились заботиться о своих беременных самках. При этом они могли периодически нападать на таких же «отверженных» грызунов.

Женщины

Беременные самки стали более нервными, так как из-за пассивности самцов им приходилось защищаться от возможных нападений самостоятельно.

В результате самки стали драться со своими обидчиками, заступаясь за детенышей. Интересен тот факт, что такая агрессия часто была направлена ​​на их потомство.

В ходе эксперимента Вселенная-25 было зафиксировано множество случаев, когда самки прогрызали своих мышей, после чего те занимали верхние гнезда.


Кэлхун на полигоне для экспериментов с мышами, 1970 год

Они потеряли интерес к разведению и стали вести аскетический образ жизни. В результате рождаемость резко упала, а смертность молодых мышей значительно возросла.

«Красивая»

После этого эксперимента началась последняя фаза D — стадия смерти. Его особенностью стало рождение новой категории мышей под названием «красивые».

К последним видам относились самцы, полностью отличавшиеся от своих предков. Они не дрались за территорию, вели спокойный образ жизни и совершенно не интересовались самками. «Красавцы» только ели, ухаживали за собой и не стремились выполнять какие-либо социальные функции.

Кэлхун и его коллеги поражались происходящему в загоне.«Красавицы» вместе с одинокими самками не желали спариваться, предпочитая жить на верхних этажах «мышиного царства». Со временем их стало становиться все больше и больше.

Заключительный этап

Средний возраст мыши в заключительной фазе развития составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхний предел репродуктивного возраста.

Смертность молодняка составила 100%, а количество беременных самок со временем уменьшилось до 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуальность, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение.

Интересен тот факт, что, несмотря на то, что в загоне по-прежнему было в изобилии еда и вода, в мышином обществе процветал каннибализм. Самки не хотели заботиться о потомстве, а просто убивали его. Все это привело к полному вымиранию.

На 1780-й день после начала эксперимента погибла последняя мышь.

Дополнительный шанс

Предвидя такой печальный исход, Кэлхун провел серию опытов в 3-й фазе смерти.Несколько небольших групп мышей взяли из загона и поместили в другое место, где были все условия для полноценной жизни. Говоря простым языком, «красивым» и одиноким самкам были созданы точно такие же условия, как и для первых 4 пар мышей.

К удивлению ученых, эти грызуны по-прежнему отказывались размножаться и выполнять какие-либо социальные роли. Из-за того, что самки не давали потомства, все мыши погибли от старости.

Во всех группах переселенцев наблюдались одинаковые результаты.Вымерли абсолютно все мыши, получив идеальные условия для размножения и нормальной жизнедеятельности.

Две смерти

После окончания эксперимента Кэлхун сформулировал собственную теорию двух смертей. Первую из них он назвал смертью духа .

Когда молодняк не смог заполнить свою нишу в социальной иерархии, это привело к серьезному конфликту между взрослыми и молодыми мышами. При этом значительно возрос уровень необоснованной агрессии.


Джон Кэлхун

Из-за перенаселения мышиного рая и возросшего уровня физического контакта новорожденные грызуны сосредоточились исключительно на самых простых вещах.

При изобилии мира и средств к существованию мышей интересовала только еда, сон и забота о себе. В результате психологически сломленных грызунов не интересовала борьба за территорию, забота о самках и защита потомства.

Экспериментатор назвал такое поведение мышей «первой смертью» или «смертью духа».По мнению Кэлхуна, такая смерть в конечном итоге приводит к буквальной гибели грызунов. То есть все особи обречены на неминуемую гибель, в каких бы комфортных условиях они ни находились.

Однажды Джона спросили о причинах появления «красивых» мышей. Проводя прямую аналогию с людьми, он ответил, что для любого человека вполне нормально жить в напряженной среде, наполненной различными трудностями и переживаниями.

Мыши, бросившие борьбу за выживание, превратились в эгоистичных «красавиц», которые могут только есть, спать и наблюдать за своим внешним видом.

Кэлхун провел параллели со многими современными представителями сильного пола, выполняющими любую рутинную работу и не имеющими в себе «стержня».

Такие мужчины уже умерли духом, что выражается в потере оригинальности и неспособности противостоять давлению со стороны общества. В результате таких мужчин вскоре ждет «вторая смерть», но на этот раз уже физическая.

Вероятно, Вы, уважаемый читатель, до сих пор не понимаете, почему эксперимент Калхуна назвали «Вселенная-25».Дело в том, что это была 25-я попытка ученого создать рай для мышей. Предыдущие 24 эксперимента закончились гибелью всех мышей…

Понравился пост? Нажмите любую кнопку.

Эксперимент с идеальными условиями для жизни мышей. Как небесная жизнь убивает. Эксперимент с идеальными условиями для жизни мышей Universe 25 true

Эксперимент «Вселенная-25»: как рай стал адом

Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточное пространство для размножения.Однако в результате вымерла вся колония мышей. Почему это случилось? И какие уроки должно извлечь из этого человечество?

Американский этолог Джон Кэлхун провел серию удивительных экспериментов в 60-х и 70-х годах ХХ века. В качестве подопытных Д. Калхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин «поведенческий сток», обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселенности и скученности.Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел некоторую известность в 60-е годы, так как многие люди в западных странах, переживающих послевоенный бэби-бум, начали задумываться о том, как перенаселение повлияет на социальные институты и каждого человека в частности.

Свой самый известный эксперимент, заставивший целое поколение задуматься о будущем, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH). Целью эксперимента «Вселенная-25» был анализ влияния плотности популяции на модели поведения грызунов.Калхун построил настоящий рай для мышей в лабораторных условиях. Был создан резервуар размером два на два метра и высотой полтора метра, из которого испытуемые не могли выбраться. Внутри резервуара поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20°С), в изобилии корм и вода, а также были созданы многочисленные гнезда для самок. Каждую неделю аквариум очищали и содержали в постоянной чистоте, принимали все необходимые меры безопасности: исключали появление хищников в аквариуме или возникновение массовых инфекций.За подопытными мышами постоянно наблюдали ветеринары, постоянно следили за их здоровьем. Система обеспечения пищей и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли есть одновременно, не испытывая никакого дискомфорта, а 6144 мыши могли потреблять воду, не испытывая никаких проблем. Места для мышей было хоть отбавляй, первые проблемы с отсутствием убежища могли возникнуть лишь тогда, когда популяция достигала свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей в аквариуме никогда не было; максимальная численность популяции зафиксирована на уровне 2200 мышей.

Эксперимент начался с того момента, как внутрь аквариума поместили четыре пары здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы привыкнуть, понять, в какой мышиной сказке они оказались, и начать размножаться в ускоренном темпе. Калхун назвал период развития фазой А, но с момента рождения первых телят начался второй этап. Это стадия экспоненциального роста популяции в аквариуме в идеальных условиях, количество мышей удваивалось каждые 55 дней.Начиная с 315-го дня эксперимента скорость роста популяции значительно замедлилась, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало вступление в третью фазу С. На тот момент в аквариуме жило около 600 мышей, определенная иерархия и сложилась определенная общественная жизнь. Сейчас физически меньше места, чем было раньше.

Появилась категория «изгоев», которых выгоняли в центр танка, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «изгоев» можно было по обкусанным хвостам, вырванным волосам и следам крови на теле.Изгоями были, прежде всего, молодые особи, не нашедшие для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных аквариумных условиях мыши жили долго, стареющие мыши не уступали места молодым грызунам. Поэтому агрессия часто была направлена ​​на новые поколения особей, родившихся в аквариуме. После изгнания самцы сломались психологически, проявляли меньше агрессии, не желали защищать своих беременных самок и играть какие-либо социальные роли.Хотя время от времени они нападали то на других особей из общества «изгоев», то на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к родам, становились все более нервными, так как в результате повышения пассивности у самцов они стали менее защищены от случайных нападений. В результате самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако, как это ни парадоксально, агрессия была направлена ​​не только на окружающих; не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям.Часто самки убивали своих детенышей и переселялись в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались размножаться. В результате рождаемость значительно снизилась, а смертность молодняка достигла значительных показателей.

Вскоре начался последний этап существования мышиного рая — фаза D или фаза смерти, как назвал ее Джон Кэлхун. Символом этого этапа стало появление новой категории мышей под названием «красивые». Среди них были самцы, демонстрирующие нехарактерное для вида поведение, отказывающиеся драться и борющиеся за самок и территорию, не проявляющие желания к спариванию, склонные к пассивному образу жизни.«Красавицы» только ели, пили, спали и чистили кожу, избегая конфликтов и выполняя какие-либо социальные функции. Такое название они получили потому, что, в отличие от большинства других обитателей танка, на их телах не было следов ожесточенных боев, шрамов и вырванных волос, их самолюбование и самолюбование вошли в легенды. Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в аквариуме, «красивых» и одиночных самок, отказывающихся от размножения и убегающих в верхние гнезда аквариума. , стало большинством.

Средний возраст мыши на последнем этапе существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составляла 100%, количество беременностей было незначительным, а вскоре и 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуальность, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненных ресурсов. Каннибализм процветал при изобилии пищи, при этом самки отказывались выращивать своих детенышей и убивали их.Мыши быстро вымерли, на 1780-й день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Предвидя подобную катастрофу, Д. Калхун с помощью своего коллеги доктора Х. Мардена провел серию экспериментов на третьей стадии смерти. Несколько небольших групп мышей удаляли из аквариума и переселяли в столь же идеальные условия, но также в условия минимальной популяции и неограниченного свободного пространства. Отсутствие скученности и внутривидовой агрессии.По сути, у «красивых» и одиноких самок были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в аквариуме размножались в геометрической прогрессии и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, «красивые» и одинокие самки не изменили своего поведения, отказались от спаривания, размножения и выполнения социальных функций, связанных с размножением. В результате новых беременностей не было, а мыши умирали от старости. Аналогичные результаты были схожими во всех группах переселенцев. В результате все подопытные мыши погибли в идеальных условиях.

Джон Кэлхун создал теорию двух смертей по результатам эксперимента. «Первая смерть» — это смерть духа. Когда в социальной иерархии «мышиного рая» не было места новорожденным, не хватало социальных ролей в идеальных условиях с неограниченными ресурсами, возникало открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, повышался уровень немотивированной агрессии. Рост населения, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, все это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных лишь к простейшему поведению.В идеальном мире, в безопасности, с обилием пищи и воды и отсутствием хищников, большинство особей только ели, пили, спали и ухаживали за собой. Мышь — животное простое, для него самыми сложными моделями поведения являются процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах. Психически сломленные мыши отказывались от всего вышеперечисленного. Кэлхун называет этот отказ от сложных моделей поведения «первой смертью» или «смертью духа».После первой смерти физическая смерть («вторая смерть» в терминологии Кэлхуна) неизбежна и является делом непродолжительного времени. В результате «первой смерти» значительной части населения обречена вся колония на вымирание даже в условиях «рая».

Кэлхуна однажды спросили о причинах появления группы «красивых» грызунов. Кэлхун провел прямую аналогию с человеком, пояснив, что ключевой особенностью человека, его естественным предназначением является жизнь в условиях давления, напряжения и стресса.Мыши, отказавшиеся от борьбы, выбрали невыносимую легкость бытия, превратились в аутичных «красавиц», способных лишь к самым примитивным функциям, кушать и спать. «Красавцы» отказались от всего сложного и требующего стресса и в принципе стали неспособны к такому сильному и сложному поведению. Кэлхун проводит параллели со многими современными мужчинами, способными лишь на самые рутинные, повседневные действия для поддержания физиологической жизни, но с уже мертвым духом. Это выражается в потере творчества, способности преодолевать и, главное, находиться под давлением.Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегство от стресса, от жизни полной борьбы и преодоления — это и есть «первая смерть» в терминологии Джона Кэлхуна или смерть духа, после которой неизбежно наступает вторая смерть, это время тело.

Возможно, у вас остался вопрос, почему эксперимент Д. Калхуна назвали «Вселенная-25»? Это была двадцать пятая попытка ученого создать рай для мышей, а все предыдущие закончились гибелью всех подопытных грызунов…

Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточное пространство для размножения. Однако в результате вымерла вся колония мышей. Почему это случилось? И какие уроки должно извлечь из этого человечество?

Американский этолог Джон Кэлхун провел серию удивительных экспериментов в 60-х и 70-х годах ХХ века.В качестве подопытных Д. Калхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин «поведенческий сток», обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселенности и скученности. Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел некоторую известность в 60-е годы, так как многие люди в западных странах, переживающих послевоенный бэби-бум, начали задумываться о том, как перенаселение повлияет на социальные институты и каждого человека в частности.

Свой самый известный эксперимент, заставивший целое поколение задуматься о будущем, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH). Целью эксперимента «Вселенная-25» был анализ влияния плотности популяции на модели поведения грызунов. Калхун построил настоящий рай для мышей в лабораторных условиях. Был создан резервуар размером два на два метра и высотой полтора метра, из которого испытуемые не могли выбраться.Внутри резервуара поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20°С), в изобилии корм и вода, а также были созданы многочисленные гнезда для самок.


Еженедельно производилась уборка и поддержание постоянной чистоты в аквариуме, принимались все необходимые меры безопасности: исключалось появление хищников в аквариуме или возникновение массовых заражений. За подопытными мышами постоянно наблюдали ветеринары, постоянно следили за их здоровьем.Система обеспечения пищей и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли есть одновременно, не испытывая никакого дискомфорта, а 6144 мыши могли потреблять воду, не испытывая никаких проблем. Места для мышей было хоть отбавляй, первые проблемы с отсутствием убежища могли возникнуть лишь тогда, когда популяция достигала свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей в аквариуме никогда не было; максимальная численность популяции зафиксирована на уровне 2200 мышей.


Эксперимент начался с того момента, как внутрь аквариума поместили четыре пары здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы привыкнуть, понять, в какой мышиной сказке они оказались, и начать размножаться в ускоренном темпе.Калхун назвал период развития фазой А, но с момента рождения первых телят начался второй этап. Это стадия экспоненциального роста популяции в аквариуме в идеальных условиях, количество мышей удваивалось каждые 55 дней. Начиная с 315-го дня эксперимента скорость роста популяции значительно замедлилась, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало вступление в третью фазу С. На тот момент в аквариуме жило около 600 мышей, определенная иерархия и сложилась определенная общественная жизнь.Сейчас физически меньше места, чем было раньше.


Появилась категория «изгоев» которых загнали в центр танка, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «изгоев» можно было по обкусанным хвостам, вырванным волосам и следам крови на теле. Изгоями были, прежде всего, молодые особи, не нашедшие для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных аквариумных условиях мыши жили долго, стареющие мыши не уступали места молодым грызунам.Поэтому агрессия часто была направлена ​​на новые поколения особей, родившихся в аквариуме. После изгнания самцы сломались психологически, проявляли меньше агрессии, не желали защищать своих беременных самок и играть какие-либо социальные роли. Хотя время от времени они нападали то на других особей из общества «изгоев», то на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к родам, становились все более нервными. , так как в результате повышения пассивности у самцов они стали менее защищены от случайных атак.В результате самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако, как это ни парадоксально, агрессия была направлена ​​не только на окружающих; не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали своих детенышей и переселялись в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались размножаться. В результате рождаемость значительно снизилась, а смертность молодняка достигла значительных показателей.

Вскоре начался последний этап существования мышиного рая — фаза D или фаза смерти, как назвал ее Джон Кэлхун.Символом этого этапа стало появление новой категории мышей под названием «красивые» … В них вошли самцы, демонстрирующие нехарактерное для вида поведение, отказывающиеся драться и борющиеся за самок и территорию, не проявляющие желания спариваться, склонны к пассивному образу жизни. «Красавицы» только ели, пили, спали и чистили кожу, избегая конфликтов и выполняя какие-либо социальные функции. Такое название они получили потому, что, в отличие от большинства других обитателей танка, на их телах не было следов ожесточенных боев, шрамов и вырванных волос, их самолюбование и самолюбование вошли в легенды.Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в аквариуме, «красивых» и одиночных самок, отказывающихся от размножения и убегающих в верхние гнезда аквариума. , стало большинством.

Средний возраст мыши на последнем этапе существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составила 100%, количество беременностей было незначительным, а вскоре и 0. Исчезающие мыши практиковали гомосексуальность, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненных ресурсов. Каннибализм процветал при изобилии пищи, при этом самки отказывались выращивать своих детенышей и убивали их. Мыши быстро вымирали . На 1780-й день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Предвидя подобную катастрофу, Д. Кэлхун с помощью своего коллеги доктора С.Х. Марден провел серию экспериментов на третьей стадии смерти. Несколько небольших групп мышей удаляли из аквариума и переселяли в столь же идеальные условия, но также в условия минимальной популяции и неограниченного свободного пространства. Отсутствие скученности и внутривидовой агрессии. По сути, у «красивых» и одиноких самок были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в аквариуме размножались в геометрической прогрессии и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, «красивые» и одинокие самки не изменили своего поведения, отказались от спаривания, размножения и выполнения социальных функций, связанных с размножением.В результате новых беременностей не было, а мыши умирали от старости. Аналогичные результаты были схожими во всех группах переселенцев. В результате все подопытные мыши погибли в идеальных условиях.

Джон Кэлхун создал теорию двух смертей по результатам эксперимента. «Первая смерть» — это смерть духа. Когда в социальной иерархии «мышиного рая» не было места новорожденным, не хватало социальных ролей в идеальных условиях с неограниченными ресурсами, возникало открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, повышался уровень немотивированной агрессии.Рост населения, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, все это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных лишь к простейшему поведению. В идеальном мире, в безопасности, с обилием пищи и воды и отсутствием хищников, большинство особей только ели, пили, спали и ухаживали за собой. Мышь — животное простое, для него самыми сложными моделями поведения являются процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах.Психически сломленные мыши отказывались от всего вышеперечисленного. Кэлхун называет этот отказ от сложных моделей поведения «первой смертью» или «смертью духа». После первой смерти физическая смерть («вторая смерть» в терминологии Кэлхуна) неизбежна и является делом короткого времени. В результате «первой смерти» значительной части популяции вся колония обречена на вымирание даже в условиях «рая».

Кэлхуна однажды спросили о причинах появления группы «красивых» грызунов.Кэлхун провел прямую аналогию с человеком, пояснив, что ключевой особенностью человека, его естественным предназначением является жизнь в условиях давления, напряжения и стресса. Мыши, отказавшиеся от борьбы, выбрали невыносимую легкость бытия, превратились в аутичных «красавиц», способных лишь к самым примитивным функциям, кушать и спать. «Красавчики» отказались от всего сложного и требующего напряжения и в принципе стали неспособны к такому сильному и сложному поведению. Кэлхун проводит параллели со многими современными мужчинами, способными лишь на самые рутинные, повседневные действия для поддержания физиологической жизни, но с уже мертвым духом.Это выражается в потере творчества, способности преодолевать и, главное, находиться под давлением. Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегство от стресса, от жизни полной борьбы и преодоления — это и есть «первая смерть» в терминологии Джона Кэлхуна или смерть духа, после которой неизбежно наступает вторая смерть, это время тело.

Возможно, у вас остался вопрос, почему эксперимент Д. Калхуна назвали «Вселенная-25»? Это была двадцать пятая попытка ученого создать рай для мышей, а все предыдущие закончились гибелью всех подопытных грызунов…

В последнее время некоторые специалисты в области социологии высказывают мнение, что якобы благополучие и изобилие всего для человечества не только не нужны, но даже вредны, и что если дать человечеству все, что можно пожелать, оно непременно вырождаться и вымирать, потому как, мол, не будет стимула к развитию, а впоследствии и к жизни, когда все будет готово, люди обленятся и ничего не будут делать, и вымирание и деградация будут якобы неизбежны.

И в качестве доказательства этого часто приводят результаты нашумевшего эксперимента «Вселенная-25».

Считается, что для популяции мышей в рамках социального эксперимента были созданы райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточное пространство для размножения. Однако в результате вымерла вся колония мышей.

Американский этолог Джон Кэлхун провел серию удивительных экспериментов в 60-х и 70-х годах ХХ века.В качестве подопытных Д. Калхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин «поведенческий сток», обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселенности и скученности.

Свой самый известный эксперимент, заставивший целое поколение задуматься о будущем, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH).Рассмотрим его описание и интерпретацию результатов самим автором, а затем приведем наши собственные. Целью эксперимента «Вселенная-25» был анализ влияния плотности популяции на модели поведения грызунов. Кэлхун построил в лаборатории то, что кажется настоящим раем для мышей. Был создан резервуар размерами два на два метра и высотой полтора метра, из которого испытуемые не могли выбраться (запомним это на будущее).Внутри резервуара поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20°С), в изобилии корм и вода, а также были созданы многочисленные гнезда для самок. Каждую неделю аквариум очищали и содержали в постоянной чистоте, принимали все необходимые меры безопасности: исключали появление хищников в аквариуме или возникновение массовых инфекций. За подопытными мышами постоянно наблюдали ветеринары, постоянно следили за их здоровьем. Система обеспечения пищей и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли есть одновременно, не испытывая никакого дискомфорта, а 6144 мыши могли потреблять воду, не испытывая никаких проблем.Места для мышей было хоть отбавляй, первые проблемы с отсутствием убежища могли возникнуть лишь тогда, когда популяция достигала свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей в аквариуме никогда не было; максимальная численность популяции зафиксирована на уровне 2200 мышей.

Эксперимент начался с того момента, как внутрь аквариума поместили четыре пары здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы привыкнуть, осознать, в какой (якобы) мышиной сказке они оказались, и начать размножаться в ускоренном темпе. показатель.Калхун назвал период развития фазой А, но с момента рождения первых телят начался второй этап. Это стадия экспоненциального роста популяции в аквариуме при идеальных (по мнению ученых) условиях, численность мышей удваивалась каждые 55 дней. Начиная с 315-го дня эксперимента скорость роста популяции значительно замедлилась, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало вступление в третью фазу С. На тот момент в аквариуме жило около 600 мышей, определенная иерархия и сложилась определенная общественная жизнь.Сейчас физически меньше места, чем было раньше.

Появилась категория «изгоев», которых выгоняли в центр танка, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «изгоев» можно было по обкусанным хвостам, вырванным волосам и следам крови на теле. Изгоями были, прежде всего, молодые особи, не нашедшие для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных (по мнению ученых) условиях аквариума мыши жили долго, стареющие мыши не уступали место молодым грызунам.Поэтому агрессия часто была направлена ​​на новые поколения особей, родившихся в аквариуме. После изгнания самцы сломались психологически, проявляли меньше агрессии, не желали защищать своих беременных самок и играть какие-либо социальные роли. Хотя время от времени они нападали то на других особей из общества «изгоев», то на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к родам, становились все более нервными, так как в результате повышения пассивности у самцов они стали менее защищены от случайных нападений.В результате самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако, как это ни парадоксально, агрессия была направлена ​​не только на окружающих; не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали своих детенышей и переселялись в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались размножаться. В результате рождаемость значительно снизилась, а смертность молодняка достигла значительных показателей.

Вскоре начался последний этап существования мышиного рая — фаза D или фаза смерти, как назвал ее Джон Кэлхун.Символом этого этапа стало появление новой категории мышей под названием «красивые». Среди них были самцы, демонстрирующие нехарактерное для вида поведение, отказывающиеся драться и борющиеся за самок и территорию, не проявляющие желания к спариванию, склонные к пассивному образу жизни. «Красавицы» только ели, пили, спали и чистили кожу, избегая конфликтов и выполняя какие-либо социальные функции. Такое название они получили потому, что, в отличие от большинства других обитателей танка, на их телах не было следов ожесточенных боев, шрамов и вырванных волос, их самолюбование и самолюбование вошли в легенды.Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в аквариуме, «красивых» и одиночных самок, отказывающихся от размножения и убегающих в верхние гнезда аквариума. , стало большинством.

Средний возраст мыши на последнем этапе существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составляла 100 %, количество беременностей было незначительным, а вскоре и 0.Вымирающие мыши практиковали гомосексуальность, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненных ресурсов. Каннибализм процветал при изобилии пищи, при этом самки отказывались выращивать своих детенышей и убивали их. Мыши быстро деградировали и вымерли, на 1780-й день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Предвидя подобную катастрофу, Д. Кэлхун с помощью своего коллеги доктора С.Х. Марден провел серию экспериментов на третьей стадии смерти. Несколько небольших групп мышей были извлечены из аквариума и переселены в столь же идеальные (по мнению ученых) условия, но также в условиях минимальной популяции и неограниченного свободного пространства. Отсутствие скученности и внутривидовой агрессии. По сути, у «красивых» и одиноких самок были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в аквариуме размножались в геометрической прогрессии и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, «красивые» и одинокие самки не изменили своего поведения, отказались от спаривания, размножения и выполнения социальных функций, связанных с размножением.В результате новых беременностей не было, а мыши умирали от старости. Аналогичные результаты были схожими во всех группах переселенцев. В результате все подопытные мыши погибли в идеальных (по мнению ученых) условиях.

Джон Кэлхун создал теорию двух смертей по результатам эксперимента. «Первая смерть» — это смерть духа. Когда в социальной иерархии «мышиного рая» не было места новорожденным, не хватало социальных ролей в идеальных (по мнению ученых) условиях с неограниченными ресурсами, возникало открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, а уровень усилилась немотивированная агрессия.Рост населения, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, все это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных лишь к простейшему поведению. В идеальном (по мнению ученых) мире, в безопасности, с обилием пищи и воды и отсутствием хищников, большинство особей только ели, пили, спали и ухаживали за собой. Мышь — животное простое, для него самыми сложными моделями поведения являются процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах.Психически сломленные мыши отказывались от всего вышеперечисленного. Кэлхун называет этот отказ от сложных моделей поведения «первой смертью» или «смертью духа». После первой смерти физическая смерть («вторая смерть» в терминологии Кэлхуна) неизбежна и является делом короткого времени. В результате «первой гибели» значительной части популяции вся колония обречена на вымирание даже в условиях «рая».

Попробуем проанализировать результат эксперимента, руководствуясь здравым смыслом и трезвой логикой.Хорошо известно, чем закончился аналогичный эксперимент в больших масштабах с разведением кроликов в естественных условиях в Австралии — попав в условия с неограниченным количеством ресурсов и отсутствием естественных врагов, они (гибридные кролики — результат скрещивания кролики местные и привезенные из Европы) размножились так, что я ничего от них не смог спасти — весь континент буквально кишел кроликами, а массовый отстрел и повсеместное использование капканов и капканов почти не сказалось на популяции размер.Только распространение болезней и вирусов помогло остановить рост популяции кроликов и снизить ее до приемлемого уровня.

На главный вопрос — почему кролики распространились в таких невероятных количествах, а мыши — нет, хотя у них, казалось бы, неограниченные ресурсы — есть очевидный ответ. Кролики в Австралии разводились в открытой природной экосистеме, без ограничений, без вредных искусственных полей, без металлических экранов, а мыши Калхауна — хоть и имели неограниченное количество еды и воды и комфортные условия, но содержались в искусственно замкнутом пространстве в изоляции от естественной среды обитания, фактически изолированно, в железном баке! А ведь давно известно, что именно такие условия — искусственные ограничения и изоляция — во многом способствуют как раз деградации и вырождению, которое проявлялось у мышей все сильнее в каждом следующем поколении, по сути, меняло их психику, и как результат изменился так, что они просто перестали размножаться — и ресурсы тут ни при чем.Но еще в 1785 году ботаник Гардини выявил негативное влияние на рост живых существ экранирования естественных электрических полей. Искусственно ограниченная изолированная среда способствует изменению сознания, можно также сказать, что она провоцирует вредные мутации. Нет сомнения, что если бы мышей содержали не в изолированном железном резервуаре, а на необитаемом острове с обилием ресурсов и отсутствием естественных врагов, то наблюдался бы очень похожий эффект, как у кроликов в Австралии — они бы размножились до невероятного числа.Все отклонения от нормы — в частности, появление агрессивных и самовлюбленных личностей — являются результатом деградации и вырождения, всегда сопровождающих проживание в искусственно изолированных (и уже существенно неблагоприятных) условиях. Мыши, конечно, не люди, но нет сомнений, что это общий закон для всего живого — это справедливо и для людей, что пусть и при неограниченных ресурсах, но в отрыве от природной среды вырождение природной среды и деградация неизбежно будет усиливаться от поколения к поколению, что в целом и наблюдается сегодня в крупных городах.

Кажется, кому-то было очень выгодно проводить подобные опыты (хотя, зная вышеизложенные причины, исход здесь можно было предсказать с самого начала), чтобы поддержать и научно обосновать миф о том, что на самом деле всеобщее изобилие и процветание не только не нужно, но даже вредно — очередная попытка манипуляции массовым сознанием с помощью технологий НЛП. Если нормальные люди получат обилие ресурсов, то они тут же займутся (в свободное время) творчеством, созиданием и созиданием, улучшая этим и себя и качество своего потомства, тем самым подавая пример другим.Но — обязательно в условиях свободы! Давно известно, что многие животные, попавшие на волю, в неволе вообще не живут — просто отказываются от еды и воды и умирают. А Кэлхун на самом деле создал вовсе не рай для мышей, а лагерную тюрьму с хорошей едой. К сожалению, существующая цивилизация сейчас идет именно по этому пути, с реализацией именно такой концепции жизни (искусственная чрезмерная скученность на очень небольшой территории за заборами и ограждениями в условиях изобилия ресурсов), и можно отметить, что именно в человеческом обществе развиваются те же пороки и точно такие же формы деградации и вырождения, которые наблюдались у мышей.И отсюда следует очень простой вывод — если люди не перестанут вести подобный образ жизни и реализовывать подобную концепцию, то результат будет точно таким же, как у мышей Калхауна — тотальная деградация и вырождение, нулевая рождаемость и полное вымирание от старости. . Для cn равки — у мышей, согласно последним исследованиям, около 98% известных генов совпадают с генами человека.

Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточное пространство для размножения.Однако в результате вымерла вся колония мышей. Почему это случилось? И какие уроки должно извлечь из этого человечество?

Американский этолог Джон Кэлхун провел серию удивительных экспериментов в 60-х и 70-х годах ХХ века. В качестве подопытных Д. Калхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин «поведенческий сток», обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселенности и скученности.Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел некоторую известность в 60-е годы, так как многие люди в западных странах, переживающих послевоенный бэби-бум, начали задумываться о том, как перенаселение повлияет на социальные институты и каждого человека в частности.

Свой самый известный эксперимент, заставивший целое поколение задуматься о будущем, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH). Целью эксперимента «Вселенная-25» был анализ влияния плотности популяции на модели поведения грызунов.Калхун построил настоящий рай для мышей в лабораторных условиях. Был создан резервуар размером два на два метра и высотой полтора метра, из которого испытуемые не могли выбраться. Внутри резервуара поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20°С), в изобилии корм и вода, а также были созданы многочисленные гнезда для самок. Каждую неделю аквариум очищали и содержали в постоянной чистоте, принимали все необходимые меры безопасности: исключали появление хищников в аквариуме или возникновение массовых инфекций.За подопытными мышами постоянно наблюдали ветеринары, постоянно следили за их здоровьем. Система обеспечения пищей и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли есть одновременно, не испытывая никакого дискомфорта, а 6144 мыши могли потреблять воду, не испытывая никаких проблем. Места для мышей было хоть отбавляй, первые проблемы с отсутствием убежища могли возникнуть лишь тогда, когда популяция достигала свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей в аквариуме никогда не было; максимальная численность популяции зафиксирована на уровне 2200 мышей.

Эксперимент начался с того момента, как внутрь аквариума поместили четыре пары здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы привыкнуть, понять, в какой мышиной сказке они оказались, и начать размножаться в ускоренном темпе. Калхун назвал период развития фазой А, но с момента рождения первых телят начался второй этап. Это стадия экспоненциального роста популяции в аквариуме в идеальных условиях, количество мышей удваивалось каждые 55 дней.Начиная с 315-го дня эксперимента скорость роста популяции значительно замедлилась, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало вступление в третью фазу С. На тот момент в аквариуме жило около 600 мышей, определенная иерархия и сложилась определенная общественная жизнь. Сейчас физически меньше места, чем было раньше.

Появилась категория «изгоев», которых выгоняли в центр танка, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «изгоев» можно было по обкусанным хвостам, вырванным волосам и следам крови на теле.Изгоями были, прежде всего, молодые особи, не нашедшие для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных аквариумных условиях мыши жили долго, стареющие мыши не уступали места молодым грызунам. Поэтому агрессия часто была направлена ​​на новые поколения особей, родившихся в аквариуме. После изгнания самцы сломались психологически, проявляли меньше агрессии, не желали защищать своих беременных самок и играть какие-либо социальные роли.Хотя время от времени они нападали то на других особей из общества «изгоев», то на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к родам, становились все более нервными, так как в результате повышения пассивности у самцов они стали менее защищены от случайных нападений. В результате самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако, как это ни парадоксально, агрессия была направлена ​​не только на окружающих; не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям.Часто самки убивали своих детенышей и переселялись в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались размножаться. В результате рождаемость значительно снизилась, а смертность молодняка достигла значительных показателей.

Вскоре начался последний этап существования мышиного рая — фаза D или фаза смерти, как назвал ее Джон Кэлхун. Символом этого этапа стало появление новой категории мышей под названием «красивые». Среди них были самцы, демонстрирующие нехарактерное для вида поведение, отказывающиеся драться и борющиеся за самок и территорию, не проявляющие желания к спариванию, склонные к пассивному образу жизни.«Красавицы» только ели, пили, спали и чистили кожу, избегая конфликтов и выполняя какие-либо социальные функции. Такое название они получили потому, что, в отличие от большинства других обитателей танка, на их телах не было следов ожесточенных боев, шрамов и вырванных волос, их самолюбование и самолюбование вошли в легенды. Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в аквариуме, «красивых» и одиночных самок, отказывающихся от размножения и убегающих в верхние гнезда аквариума. , стало большинством.

Средний возраст мыши на последнем этапе существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составляла 100%, количество беременностей было незначительным, а вскоре и 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуальность, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненных ресурсов. Каннибализм процветал при изобилии пищи, при этом самки отказывались выращивать своих детенышей и убивали их.Мыши быстро вымерли, на 1780-й день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Предвидя подобную катастрофу, Д. Кэлхун с помощью своего коллеги доктора Х. Мардена провел серию экспериментов на третьей стадии смерти. Несколько небольших групп мышей удаляли из аквариума и переселяли в столь же идеальные условия, но также в условия минимальной популяции и неограниченного свободного пространства. Отсутствие скученности и внутривидовой агрессии.По сути, у «красивых» и одиноких самок были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в аквариуме размножались в геометрической прогрессии и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, «красивые» и одинокие самки не изменили своего поведения, отказались от спаривания, размножения и выполнения социальных функций, связанных с размножением. В результате новых беременностей не было, а мыши умирали от старости. Аналогичные результаты были схожими во всех группах переселенцев. В результате все подопытные мыши погибли в идеальных условиях.

Джон Кэлхун создал теорию двух смертей по результатам эксперимента. «Первая смерть» — это смерть духа. Когда в социальной иерархии «мышиного рая» не было места новорожденным, не хватало социальных ролей в идеальных условиях с неограниченными ресурсами, возникало открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, повышался уровень немотивированной агрессии. Рост населения, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, все это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных лишь к простейшему поведению.В идеальном мире, в безопасности, с обилием пищи и воды и отсутствием хищников, большинство особей только ели, пили, спали и ухаживали за собой. Мышь — животное простое, для него самыми сложными моделями поведения являются процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах. Психически сломленные мыши отказывались от всего вышеперечисленного. Кэлхун называет этот отказ от сложных моделей поведения «первой смертью» или «смертью духа».После первой смерти физическая смерть («вторая смерть» в терминологии Кэлхуна) неизбежна и является делом непродолжительного времени. В результате «первой смерти» значительной части населения обречена вся колония на вымирание даже в условиях «рая».

Кэлхуна однажды спросили о причинах появления группы «красивых» грызунов. Кэлхун провел прямую аналогию с человеком, пояснив, что ключевой особенностью человека, его естественным предназначением является жизнь в условиях давления, напряжения и стресса.Мыши, отказавшиеся от борьбы, выбрали невыносимую легкость бытия, превратились в аутичных «красавиц», способных лишь к самым примитивным функциям, кушать и спать. «Красавцы» отказались от всего сложного и требующего стресса и в принципе стали неспособны к такому сильному и сложному поведению. Кэлхун проводит параллели со многими современными мужчинами, способными лишь на самые рутинные, повседневные действия для поддержания физиологической жизни, но с уже мертвым духом. Это выражается в потере творчества, способности преодолевать и, главное, находиться под давлением.Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегство от стресса, от жизни полной борьбы и преодоления — это и есть «первая смерть» в терминологии Джона Кэлхуна или смерть духа, после которой неизбежно наступает вторая смерть, это время тело.

Возможно, у вас остался вопрос, почему эксперимент Д. Калхуна назвали «Вселенная-25»? Это была двадцать пятая попытка ученого создать рай для мышей, а все предыдущие закончились гибелью всех подопытных грызунов…

В этом году исполняется ровно 50 лет знаменитому и страшному эксперименту американского этолога Джона Калхуна «Вселенная-25». Эксперимент на мышах показал, насколько хрупким может быть общество, поставленное в условия перенаселения и перекорма. Кэлхун смог поставить вопрос о будущем нашего мира, но не смог на него ответить. Корреспондент «МИР 24» разобрался в сути эксперимента и узнал, что о нем думают современные ученые. Оказалось, что эксперимент продолжается.Только не на мышей, а на нас.

Переполненность сама по себе нехороша. А его последствия еще хуже. В конце 1960-х болезненный холод перенаселенности вдруг потряс все страны послевоенного бэби-бума.

«Это была эпоха кризиса, — комментирует специфику того исторического момента корреспонденту «МИР 24» профессор Университета Джорджа Мейсона (Вашингтон) биолог Анча Баранова, — Все мысли социологов и антропологов были направлена ​​на ключевую тему: не слишком ли быстро мы размножаемся как вид? Тогда было другое время.Ученые не были отгорожены от развития общественной мысли. Теперь ученый — это просто рабочий, который ставит эксперимент по плану. А потом все обо всем подумали. Затем в обществе был замечен ряд процессов, не замечавшихся ранее. Например, процесс урбанизации был переосмыслен. В 70-х стало понятно, что бедняки живут в городе, а богатые живут за городом. Тогда это было довольно удивительно. Все эти процессы требовали осмысления.Был проведен ряд форсайтов, на которых участники рассказали о том, что будет через 50 лет.

Именно тогда были запущены дорогостоящие государственные программы по изучению перспектив перенаселенного мира. В США один из руководителей такой программы по изучению фактора перенаселения и так сказать «перекормленности» общества был известный этолог, профессор Джон Б. Кэлхун, который в 1968 году поставил свой знаменитый эксперимент, вошедший в историю под названием «Вселенная-25».

МЫШИНЫЙ РАЙ ДЛЯ ВСЕХ

Кэлхун попытался проанализировать, как высокая плотность населения влияет на поведение человека. Правда, обитателями его модели перенаселенного города были не люди, а мыши. На базе Национального института психического здоровья для грызунов создали поистине райскую среду. В кубе площадью 12 квадратных метров разместили 4 пары мышей. Куб содержался при оптимальной температуре и чистоте. Мыши имели неограниченный доступ к еде, воде и материалам для строительства гнезд.

В то время это был чрезвычайно дорогой и очень масштабный эксперимент. Однако, по мнению современного ученого, опыт Кэлхуна страдал огромными недостатками: «В то время было сложно проводить такие исследования на мышах, — говорит Анча Баранова. «Большинства современных научных методов просто не существовало. На сегодняшний день все эти исследования проводились на колене. Это очень примитивный уровень. Но тогда можно было бы поставить такую ​​задачу, и все это можно было бы сделать в очень больших масштабах.»

Сам Кэлхун и не подозревал, что с точки зрения коллег через 50 лет он будет выглядеть наивным баловнем судьбы. Он был уверен, что делает историю. Так было, по сути, так и было. Потому что эксперимент Калхуна остался единственным в истории науки. Но вернемся к мышам.

Жизнь грызунов была организована настолько комфортно, что, по подсчетам Кэлхуна, в резервуаре могли одновременно жить 9,5 миллионов особей.Разве это не рай? Первые поселенцы с энтузиазмом принялись совокупляться — а что еще делать в раю? Этот период времени ученый назвал этапом А. Следующий этап — этап Б — начался с момента появления на свет первых детенышей. Мыши размножались с ужасной скоростью. Численность грызунов удваивалась каждые 55 дней. Однако на 315-й день эксперимента скорость размножения внезапно замедлилась почти в три раза. Теперь потребовалось не менее 145 дней, чтобы удвоить население. Это свидетельствовало о наступлении следующей фазы — С.

К этому моменту все еще мирное сообщество мышиного рая значительно изменилось. Внутри мышиного общества сформировалась кастовая иерархия, возглавляемая старшими особями. Почтенные старцы вдруг стали проявлять откровенно садистские наклонности: кусали молодых мышей за хвосты, вступали в дармовые драки. Жестокость аксакалов привела к тому, что покусанные молодые люди образовали касту изгоев, которым не нашлось места в стае. «Вожди» то и дело провоцировали молодежь на драки, загоняя молодых самцов в центр танка.Молодые мыши дрались, как львы, неизвестно за что и с кем неизвестно, а потом, как и положено, потеряли силы и впали в депрессию.

Однако, несмотря ни на что, мыши продолжали размножаться. Население продолжало расти. А вместе с этим росла неконтролируемая агрессия его членов. Но на этом история мышиного рая не закончилась. Впереди мышей ждал еще больший ужас.

КАННИБАЛИЗМ, ГОМОСЕКСУАЛИЗМ, КРАСОТА, СМЕРТЬ


Постепенно затравленные детеныши стали терять желание защищать самок и спариваться.Поведение самок также изменилось. Лишившись защиты измученных самцов, они сами стали агрессивными. Теперь защита потомства стала для них непосильным бременем. Дошло до каннибализма. Самки пожирали собственных детенышей и уходили в мышиный монастырь — переселялись в верхние гнезда и отказывались размножаться.

На этом фоне процветал гомосексуальность. Укушенные самцы спаривались с такими же несчастными самцами, а самки с самками. И все же в мышином раю все же нашлись особи, которые отчаянно сопротивлялись всеобщему безумию и продолжали бороться за выживание вида.


Фото: Yoichi R Okamoto

Самый страшный период в истории рая начался с того момента, когда в сообществе грызунов появились мыши, которые вообще отказались от любых социальных контактов и стали заниматься только собой — ели, спали , содрали с них шкуру. Кэлхун назвал этих самовлюбленных мышей «красивыми». Они действительно не были похожи на ободранных изгоев, которые еще пытались постоять за жизнь колонии.

Именно тогда наступила Фаза Д — фаза смерти.Истощенные побоями, подростки полностью отказались от сопротивления и всех социальных контактов. Пожилые особи жили дольше молодых и не собирались покидать свои дома. Мышиный рай погрузился в депрессию. Процесс размножения окончательно остановился. Популяция мышей начала быстро вымирать.

Кэлхун предположил, что если измученных драками мышей вернуть в прежнее состояние, социальные отношения восстановятся. Он взял четыре пары мышей из общего аквариума и поместил их в отдельный аквариум, пытаясь начать рай заново.Однако это ничего не изменило. Грызуны продолжали вести себя неадекватно. Способность к полноценному развитию и репродуктивному поведению была безвозвратно утеряна.

Когда популяция сократилась до 122 особей, умерла последняя самка репродуктивного возраста. Выжившие по-прежнему никак не хотели взаимодействовать друг с другом.

Эксперимент закончился в день гибели последнего обитателя мышиной утопии — на 1780-й день эксперимента, в июле 1968 года.Кэлхун повторил тот же эксперимент с 25 резервуарами. Результаты всех 25 экспериментов в точности повторяли друг друга. Все они закончились полным вымиранием популяции.

ПОЧЕМУ НЕВОЗМОЖЕН РАЙ?

Кэлхун назвал появление деструктивного поведения в условиях перенаселенности «поведенческой воронкой». Впервые этот термин появился 1 февраля 1962 года в его статье «Плотность населения и социальная патология», опубликованной в еженедельнике «Scientific American».Поведенческие модели мышей можно интерпретировать точно так же, как и человеческие, а значит, человеческий рай невозможен, как мышиный рай, говорится в статье. В условиях чрезмерной перенаселенности привычные модели поведения живых существ неизбежно дают сбой и ведут к двум смертям — духа и плоти. Согласно теории Кэлхуна, первой смертью считается отказ от сложных моделей поведения.

Статья Калхуна никогда не переводилась на русский язык.Корреспондент «МИР 24» сделал перевод выдержек из него специально для нашего издания: «Их (мышиный) «дух» (так называемая «первичная смерть») умирает в момент сильного нервного потрясения. Далее, мыши уже не могут преодолевать трудности такого масштаба, которые были бы сравнимы с задачей выживания или поиска способов выживания для целой колонии. Такие виды обречены на массовую гибель, так как за духовной смертью сразу следует смерть телесная», — пишет Кэлхун.

Человек с разумом намного сложнее мыши.Наш «дух», объясняет Кэлхун, привык подталкивать нас к соперничеству с другими представителями населения, чтобы отстоять свое право играть определенные роли и занимать определенные социальные ниши. Если человек не преуспевает в этом, его дух умирает. Для мышей из «Вселенной-25» это стало причиной быстрой телесной смерти. Но человеческий разум делает эту причинную связь гораздо более опосредованной.

«»Телесная» или вторая смерть в человеке, то есть смерть его тела, — пишет Кэлхун, — не имеет ничего общего с его «духовной смертью», которая наступает в тот момент, когда человек соревнуется с другим членам его населения занимать известную социальную роль и не преуспевает в этой деятельности».

Это значит, что, умерев духовно, мы можем продолжать жить, питаться и размножаться вполне успешно, оставаясь чем-то вроде биологических роботов.

ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ?

В середине 70-х Джон Кэлхун созвал крупную международную конференцию, посвященную проблемам перенаселенного общества. По итогам конференции очень небольшим тиражом издан сборник докладов ее участников.

Все лекции были прочитаны в стиле апокалиптического пророчества.Ученые отчаянно предупреждали, что нашему обществу грозит скорая и страшная смерть! Однако ни конференция, ни выводы ученых не получили особого общественного резонанса. Потом разразился энергетический кризис и мир интересовала нефть гораздо больше, чем дохлые мыши. Постепенно все программы изучения будущего были свернуты, и история пошла своим путем. Ответ на вопрос о перенаселенности и перекормленности общества висит в воздухе.

«Разные эксперименты проводятся на разном социокультурном фоне, — говорит Анча Баранова.«Дело не в выводах Кэлхуна, а в среде, в которой проводился этот эксперимент. Именно она способствовала тому выводу, что были сделаны именно такие, а не другие.

Хорошо бы сейчас повторить этот эксперимент, чтобы все измерить современными методами и понять, что происходит с этими мышами. Почему они умерли? Кэлхун вводит термины «смерть души» и «социальная воронка». Но там все могло быть совсем иначе. На все это нужны большие деньги, которых сейчас никто не даст, потому что это сейчас никому не интересно.Почему? Опять же, все зависит от окружающей среды.

Кэлхун в своей книге собрал все научные работы в этом направлении. Например, были исследования, показывающие, что езда в метро вызывает у людей дикую депрессию. Тогда метро было новым явлением, и все эти депрессии казались очень важными. Теперь это уже никого не волнует. Мы перестали ездить на метро? Нет. Просто изменился социокультурный фон, и из одних и тех же посылок делаются совсем другие выводы.Метро продолжает вызывать депрессию. Но в одном случае мы делаем вывод, что нужно бороться с депрессией, а в другом — что нужно привыкнуть к метро.

Проблема с теми мышами осталась. А нарушения поведения в обществе остались. Но сейчас мы не имеем никакого контроля над этими процессами. Раньше мы помещали мышей в куб и управляли ими, а теперь мы все живем во Вселенной-25. И где мы возьмем контроль? »

С тех пор прошло 50 лет.Кажется, за это время мы сами стали и исследователями, и исследователями.

Фейсбук

Твиттер

В контакте с

Гугл+

Аксессуары

5 научно-фантастических антиутопий, которые мы на самом деле создали (для животных)

Продолжить чтение ниже

Но на самом деле это было неизбежно. Подсказка заключалась в названии: как вы думаете, что случилось со вселенными с 1 по 24? Крошечные мышиные апокалипсисы были для Кэлхуна настолько старой шляпой, что он даже разработал для них алгоритм.Вот он:

Смертность, телесная смерть = вторая смерть

Резкое снижение смертности

= смерть второй смерти

= смерть в квадрате

= (смерть)2

(Смерть)2 ведет к роспуску социальной организации

= смерть предприятия

Смерть учреждения ведет к духовной смерти

= потеря способности участвовать в поведении, необходимом для выживания вида

= первая смерть

Следовательно:

(Смерть)2 = первая смерть

Господи, чувак.Когда вы строите алгоритм идеального общества и начинаете учитывать «резкое снижение нравственности» и несете «смерть истеблишмента», может быть, пришло время проверить свою спину на наличие какой-нибудь фиолетовой накидки: возможно, вы, наконец, пересек тонкую грань между математиком и суперзлодеем. Но что в итоге доказал этот болезненный алгоритм? Что мыши не умеют строить общества? Тебе не нужна математика, чтобы доказать это дерьмо, Кэлхун; просто откройте клетки в зоомагазине и посмотрите, сколько времени им понадобится, чтобы запустить реестр.Что это такое? Они не делают все это? Они просто какают? Где угодно? Верно, потому что они чертовых мышей , чувак.

Продолжить чтение ниже

Но Кэлхун не просто играл в Мстительного мышиного бога ради забавы; его цель заключалась в том, чтобы продемонстрировать долгосрочные последствия серьезной перенаселенности даже в обществе, где нет абсолютной нехватки ресурсов.

Знаете, вроде как у нас…

Послушайте, верите вы в достоверность его результатов или нет, факт таков: Кэлхун всю свою жизнь строил крошечные вселенные, просто чтобы посмотреть, куда движется наша.И когда он достаточно долго смотрел в этот хрустальный шар, он отвел глаза, потер переносицу и аккуратно записал в свой блокнот слова «смерть в квадрате».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.