Стереотип психология: Стереотип. Что такое «Стереотип»? Понятие и определение термина «Стереотип» – Глоссарий

Стереотип — Психологос

Cтереотип — («твердый» + «отпечаток»). Изначально «стереотип» — метафора относительно мышления пришедшая из типографского дела, где стереотип — монолитная печатная форма, копия с типографского набора или клише, используемая для ротационной печати многотиражных изданий. В современной социальной теории и психологии существуют различные определения понятия «Стереотип», в зависимости от методологического направления научной школы.

Западная традиция У. Липпман

Понятие «стереотип» в общественно-политический западный дискурс вошло с лёгкой руки Уолтера Липпмана, которое он применил в описании своей оригинальной концепции общественного мнения в 1922 г.

Согласно Липпману, возможно вывести следующее определение: стереотип — это принятый в исторической общности образец восприятия, фильтрации, интерпретации информации при распознавании и узнавании окружающего мира, основанный на предшествующем социальном опыте

. Система стереотипов представляет собой социальную реальность.

Определение Уолтера Липпмана обладает значительным познавательным потенциалом для социологов и социальных психологов, т.к. позволяет проводить различение между тем, что предстаёт и, что представляют. Так, в 1999 году на конгрессе Европейской ассоциации экспериментальной социальной психологии, проходившем в Оксфорде, из 33 симпозиумов 13 были сфокусированы на проблематике стереотипов, предубеждений и дискриминации. В своей книге “Общественное мнение” Липпман предвосхитил основные смыслы, которые в дальнейшем исследователи обнаружили в стереотипах, а само понятие прочно вошло в обыденный язык.

Экономия усилий

Область построения стереотипов простирается от бредовых фантазий до осознанного использования учёными округлённых результатов вычислений. Вся человеческая культура — это, главным образом (в интерпретации Липпмана, разумеется) отбор, реорганизация, отслеживание разных моделей среды. Т.е. формирование стереотипов это экономия собственных усилий, т.к. попытка увидеть все вещи заново и в подробностях, а не как типы и обобщения, утомительна, а для занятого человека практически обречена на провал. Дополнительно следует отметить случаи отказа от типизаций: в близком кругу нет способа подменить чем-либо индивидуализированное понимание или как-то сэкономить на нем. Те, кого мы любим и кем восхищаемся, в большинстве своем – это мужчины и женщины, знают скорее нас самих, а не классификацию, под которую нас можно подвести.

Разметка мира

Помимо экономии усилий, стереотипы, видимо, выполняют и ещё одну функцию: системы стереотипов могут служить ядром нашей личной традиции, способом защиты нашего положения в обществе. Они представляют собой упорядоченную, более или менее непротиворечивую картину мира. В ней удобно разместились наши привычки, вкусы, способности, удовольствия и надежды. Стереотипная картина мира может быть не полной, но это картина возможного мира, к которому мы приспособились. В этом мире люди и предметы занимают предназначенные им места и действуют ожидаемым образом. Мы чувствуем себя в этом мире как дома, мы составная часть его. Поэтому неудивительно, что любое изменение стереотипов воспринимается как атака на основы мироздания. Это атака на основания нашего мира, и когда речь идет о серьезных вещах, то нам на самом деле не так просто допустить, что существует какое-то различие между нашим личным миром и миром вообще. Система стереотипов не просто способ замены пышного разнообразия и беспорядочной реальности на упорядоченное представление о ней, только сокращенный и упрощенный путь восприятия. Стереотипы служат гарантией нашего самоуважения; проецируют во внешний мир осознание наших ценностей; защищают наше положение в обществе и наши права, а следовательно, стереотипы наполнены чувствами, предпочтениями, приязнью или неприязнью, ассоциируются со страхами, желаниями, влечениями, гордостью, надеждой. Объект, который активизирует стереотип, оценивается в связи с соответствующими эмоциями.

Стереотипы и предрассудки

В повседневной жизни именно предшествующее получению соответствующих данных суждение содержит в себе вывод, который эти данные чаще всего и подтверждают. Cправедливость, прощение, истина не входят в это суждение, ибо оно предшествует получению фактических данных. Предрассудок, конечно, может быть выявлен, учтен и доработан. Но так как срок жизни человека ограничен, тот должен за отпущенное ему время получить все сведения, необходимые для освоения обширной цивилизации, поэтому ему не обойтись без предрассудков. Качество его мышления и деятельности будет зависеть от того, являются ли эти предрассудки доброжелательными по отношению к другим людям и идеям, возбуждают ли они скорее любовь по отношению к тому, что явно воспринимается как благо, или ненависть по отношению к тому, что не входит в их представление о благе.

Динамика стереотипов

Стереотип начинает действовать еще до того, как включается разум. Это накладывает специфический отпечаток на данные, которые воспринимаются нашими органами чувств еще до того, как эти данные достигают рассудка. Ничто так не сопротивляется образованию или критике, как стереотип, так как Он накладывает свой отпечаток на фактические данные в момент их восприятия.

В определенной степени внешние стимулы, особенно сказанные или напечатанные, активизируют некоторую часть системы стереотипов, так что непосредственное впечатление и ранее сложившееся мнение появляются в сознании одновременно.

В случаях когда опыт вступает в противоречие со стереотипом, возможен двоякий исход: если индивид уже утратил определенную гибкость или ему в силу какой-то значительной заинтересованности крайне неудобно менять свои стереотипы, он может проигнорировать это противоречие и счесть его исключением, подтверждающим правило, или найти какую-то ошибку, а затем забыть об этом событии. Но если он не утратил любопытства или способности думать, то новшество интегрируется в уже существующую картину мира и изменяет ее.

Гендерные стереотипы

Гендерные стереотипы — сформировавшиеся в культуре обобщенные представления (убеждения) о том, как в действительности ведут себя мужчины и женщины. В основном, с мужчиной ассоциируются такие слова как сильный, жестокий, равнодушный, драчливый и самоуверенный. В семье мужчина — хозяин, лидер, защитник. Женщина характеризуется как скромная, вежливая, следящая за своей внешностью. В семье она — воспитательница и кухарка.

Архетипы и стереотипы

Отечественная традиция

В 20–30-е годы ХХ столетия физиологическая школа И. П. Павлова активно занималась изучением феномена, названного Павловым “динамической стереотипией”. В основу представления русской физиологической школы о стереотипе, легла способность мозга фиксировать однотипные изменения среды и соответственно реагировать на эти изменения.

Определение динамического стереотипа (по И.П. Павлову ) — слаженная уравновешенная система внутренних процессов больших полушарий, соответствующая внешней системе условных раздражителей. Отметим, что определение академика Павлова содержательно соответсвует определению системности Э. А. Асратяна. Возможно привести и другое определение, где стереотип это цепь нервных следов от прежних раздражителей, срабатывающих, в отличие от условных и безусловных рефлексов, в отсутствие внешнего стимула.

Осознание необходимости, концептуализации стереотипа пришло в ходе экспериментов по выработке условных рефлексов на чередующиеся через одинаковые паузы положительные и отрицательные, звуковые и кожные раздражители. Выявленный эффект заключался в том, что после укрепления такой деятельности новые рефлексы вырабатывались очень быстро, а в ряде случаев возникали с первого же применения новых раздражителей, при этом воспроизводился ранее сформированный ритм возбуждения и торможения, соответствующий порядку применения положительных и отрицательных сигналов.

На изменение внешнего стереотипа мозг реагирует рядом характерных перестроек, которые отражаются в отдельных звеньях системы, во всей системе или, наконец, всей высшей нервной деятельности. Внешние изменения могут привести как к улучшению, так и к ухудшению протекания высших функций вплоть до развития глубокого невроза. Павлов обратил внимание, что «процессы установки стереотипа и нарушений его и есть субъективно разнообразные положительные и отрицательные чувства».

Содержательно связь между “динамической стереотипией” Павлова и стереотипами Липпмана представляется достаточно прозрачной (для обоих важно что стереотип это слепок окружающей реальности, позволяющий адаптироваться к многообразию), хотя различие подходов к изучению понятно: Липпману акцентирует внимание на социальности стереотипов и того, какое значение они играют в функционировании общества и общностей, а Павлов на физиологии нервной деятельности.

Источники

  • Липпман У. Общественное мнение /пер. с англ. Т. В. Барчунова, под ред. К. А. Левинсон, К. В. Петренко. М.: Институт Фонда «Общественное мнение», 2004
  • Судаков К.В. Динамические стереотипы, или Информационные отпечатки действительности. М.: ПЕР СЭ, 2002
  • Ослон А. Уолтер Липпман о стереотипах: выписки из книги “Общественное мнение” // Социальная реальность, 2006, №4, C. 125 — 141.

Как стереотипы влияют на вашу психику и восприятие

Автор: Taтьянa Bлaдимиpовна Барлас, кандидат психологических наук, старший преподаватель Московского психологического университета.

 

Тема данной публикации — стереотипы в восприятии человека человеком, то есть устойчивые мнения о личностных качествах групп людей, определяющие отношение к ним и поведение при взаимодействии с представителями этих групп. Примерами стереотипов являются суждения вроде «женщины более эмоциональны, чем мужчины» или «англичане сдержанны и чопорны».

Психологическая предпосылка формирования стереотипов состоит в необходимости обобщения информации об окружающих нас людях. Следуя стереотипу, мы упрощаем картину мира, делаем ее более понятной. Поэтому использование стереотипов — целесообразная стратегия социального познания. Проблемы возникают тогда, когда стереотипы оказываются чрезмерно обобщенными или неверными.

Стереотипы могут действовать как на сознательном, так и на неосознаваемом уровне. Например, негативные суждения по отношению к национальным и расовым меньшинствам, как правило, являются социально неодобряемыми, и на сознательном уровне стереотипы превосходства рас и наций не выражены. Однако это не значит, что они исчезли вовсе.

Допустим, аргументируя выбор в пользу претендента на важную должность представителя своей национальности против человека другой национальности, сделавшие этот выбор, возможно, будут искренне протестовать против того, что расовые предпочтения сыграли решающую роль. Сути выбора это не изменит. Приведем примеры аналогичных экспериментов, продемонстрировавших роль стереотипов пола.

Испытуемым предъявлялись фотографии «группы, работающей над исследовательским проектом», и просили предположить, кто из участников внес наибольший вклад в работу. В однополых группах чаще выбирали того, кто сидел во главе стола; то же самое происходило и в смешанных группах, где во главе стола сидел мужчина. Однако в группе из трех женщин и двух мужчин, где во главе стола сидела женщина, каждого из мужчин выбирали втрое чаще, чем всех женщин вместе взятых.

Большая часть стереотипов — это стереотипы пола, возраста, расы, национальности, профессии, социальной принадлежности. Примеры широко известны и достаточно очевидны. Для межличностного взаимодействия существенны также стереотипы внешности (поджатые губы — злой человек, очкарик — умный и пр.)

Примером стереотипа внешности, действующего в основном на бессознательном уровне, служит стереотип «красивый — значит, хороший». Выражается он в том, что внешне более привлекательным людям приписываются положительные личностные качества, а менее привлекательным — пороки и недостатки. Действие этого стереотипа отмечается уже с четырехлетнего возраста.

Феномен внутригрупповой пристрастности также можно условно отнести к стереотипам. Выражается он в более высокой оценке членов группы, к которой принадлежим мы сами, и более низкой — членов других групп. Понятие «группа» в данном случае может варьироваться в очень широком диапазоне — от жильцов одного дома до жителей одной страны. Действенность данного стереотипа выражена даже тогда, когда принадлежность к той или иной группе определяется случайными факторами (школьный класс, болельщики одной команды).

Что определяет формирование того или иного стереотипа? Безусловно, в их основе лежат реально существующие различия между женщинами и мужчинами, лицами разных профессий, возрастов, национальностей. Информацию о них мы получаем из собственного опыта, от своих знакомых и близких, из средств массовой информации.

Однако, как мы сами, так и другие источники информации, которыми мы пользуемся, подвержены действию различного рода искажающих феноменов, снижающих точность социальной перцепции (социального восприятия). Некоторые из этих феноменов имеют самое непосредственное отношение к формированию стереотипов; к их рассмотрению мы и переходим.

Чрезмерная обобщенность стереотипов приводит к тому, что реально существующие небольшие различия очень сильно преувеличиваются. Оценивая людей, мы склонны преувеличивать сходство внутри группы и различия между группами. Так, по данным одного исследования, мужчины оказались незначительно более уверенными и доминантными, а женщины — нежными и склонными к состраданию. Однако в стереотипах мужчины и женщины эти характеристики различались примерно вдвое.

Влияние единичной яркой информации на формирование стереотипов гораздо больше, чем влияние информации более обширной и точной, но малоэмоциональной. Так, описание кровавого преступления, совершенного лицом национальности Х, будет способствовать формированию соответствующего стереотипа в большей степени, чем статистическая таблица, из которой ясно, что наибольший процент преступлений совершают лица национальности Y.

Примерно такое же воздействие, как единичная яркая информация, оказывает единичная информация, полученная лично, от друзей и знакомых. Таким образом, мы с легкостью обобщаем единичные факты до закономерности и с гораздо большим трудом применяем общие закономерности к конкретным людям.

Устойчивость стереотипов обеспечивается, в частности, тем, что информация, соответствующая стереотипу, способствует его упрочению, а противоречащая — игнорируется. Более того, в одной и той же информации можно найти подтверждение противоположным стереотипам.

Группа студентов смотрела видеозапись беседы с девочкой, в ходе которой та отвечала на вопросы теста способностей. Одной группе было сказано, что девочка — дочь родителей из низших слоев общества, проживающая в бедном квартале, другой — что это дочь интеллигентов из респектабельного пригорода. Первая группа оценила способности девочки ниже среднего уровня и вспомнила, что она не ответила почти на половину вопросов теста. Вторая группа оценила уровень способностей девочки как высокий, вспомнив, что на большинство вопросов она ответила правильно.

Устойчивость стереотипов выражается в том, что единичные противоречащие им примеры могут сосуществовать со стереотипом, например, «все лица национальности Х — жулики и пройдохи, но к моему соседу, хоть он и той же национальности, это отношения не имеет». Если же примеров, противоречащих стереотипу, достаточно много, они могут быть выделены в отдельную группу, для которой будет создан свой стереотип, например, стереотип феминистки, существенно отличающийся от стереотипа просто женщины.

Как стереотипы влияют на поведение и психику? Помимо очевидных социальных последствий, стереотипы оказывают воздействие и на тех, кто оказывается их объектом. Один из главных механизмов воздействия стереотипов — феномен самоисполняющегося пророчества, основанный на том, что стереотипы меняют поведение тех, кто их разделяет, в свою очередь воздействующее на поведение их партнеров по общению в сторону соответствия стереотипу.

Белые американские испытуемые разыгрывали ситуацию собеседования при приеме на работу. Их поведение существенно различалось в зависимости от расы «претендента на должность»: если им был чернокожий, интервьюеры садились на большем расстоянии от него, реже смотрели ему в глаза, заканчивали беседу быстрее и делали больше ошибок в речи.

В следующем эксперименте специально тренированные имитаторы опрашивали «претендентов» (только белых) таким образом, чтобы это походило на интервьюирование белых и чернокожих. Те, кого интервьюировали в той же манере, что и чернокожих, выглядели более нервными и менее собранными, чаще сбивались и путались, были меньше удовлетворены тем впечатлением, которое они произвели на интервьюера.

Стереотипы часто определяют атрибуцию поведения, объяснение его причин теми или иными факторами. Так, стереотип «старые люди дряхлеют и много болеют» приводит к тому, что основной причиной болезней и немощей престарелых людей как они сами, так и окружающие считают именно возраст, в то время как таковой может являться, например, изменение образа жизни в связи с выходом на пенсию или переживания в связи со смертью близкого человека.

Если индивид разделяет стереотип, соответствующий его полу, возрасту, профессии и пр., то он не может не влиять на его я-концепцию и самооценку, которые, в свою очередь, определяют поведение, интерпретацию событий и т.д.

В эксперименте был продемонстрирован феномен, названный «уязвимость стереотипом». Студентам с одинаковыми способностями давали контрольную работу. Перед ее началом им говорили одно из двух: 1) мужчины и женщины обычно показывают одинаковые результаты; 2) женщины обычно уступают мужчинам. В обоих случаях результаты подтверждали «стереотип»: в первой ситуации и женщины и мужчины набирали в среднем около 15 баллов по 100-балльной шкале, во второй женщины набирали в среднем по 5 баллов, мужчины — по 25.

В заключение необходимо отметить случаи, когда стереотипы «не работают». Такое случается прежде всего в ситуации тесного и длительного общения, когда люди взаимодействуют не с представителем своего пола или национальности, а с конкретным человеком, причем, как уже отмечалось, позитивное отношение к человеку может сосуществовать с негативным стереотипом по отношению с социальной группе, которую он представляет. Однако иногда сознательно декларируемые стереотипы «не срабатывают» и в ситуации поверхностного контакта, о чем свидетельствует результат широко известного исследования, названного «Парадокс Ла-Пьера».

В 1934 году на пике антиазиатских настроений в США психолог Ла-Пьер обратился с письменным запросом в 251 ресторан и отель: «Не согласитесь ли вы принять в качестве гостей китайцев?» Ответило 128 заведений, 92% ответов были отрицательными и лишь 1% — полностью положительным. Но до этого Ла-Пьер вместе с парой своих студентов-китайцев уже объехали все эти заведения и всюду, кроме единственного случая, встретили радушный прием.

Приведенный пример неслучайно имеет четкую «привязку» во времени и пространстве. Несмотря на то, что стереотипы подразумевают «сопротивляемость изменениям», они в целом достаточно чувствительны к социальным условиям той среды, в которой возникают. Поэтому если меняется среда, то и стереотипы меняются. Для примера достаточно вспомнить многочисленные метаморфозы, которые претерпели за последние годы стереотипы «коммуниста» и «демократа». Поэтому стереотипы одной культуры (а большинство приведенных в этом разделе данных были получены в культурах США и Западной Европы) могут не подтвердиться в условиях другой культуры (например, российской).

 

Больше знаний — меньше стереотипов. Составьте свою учебную программу и учитесь только самому интересному и нужному.

Национальный стереотип как междисциплинарная проблема Текст научной статьи по специальности «Социологические науки»

Педагогика

УДК 316.647.8 ББК Ю 95

Н. В. Сорокина

г. Чита

Национальный стереотип как междисциплинарная проблема

В статье рассматриваются наиболее значимые вехи в истории исследования (национальных) стереотипов: от первого опыта научного осмысления этого явления в социальной психологии до результатов его изучения другими гуманитарными науками, в частности филологией и педагогикой. Автор представляет стереотип как всеобъемлющий и многогранный феномен и постулирует необходимость усиления междисциплинарной координации в его дальнейшем исследовании.

Ключевые слова: стереотип, национальный (этнический) стереотип, социальная теория стереотипа, функции стереотипа, межгрупповые отношения.

N. V. Sorokina

Chita

National Stereotype as an Interdisciplinary Problem

The article considers the most important historical milestones in investigating (national) stereotypes: from the first attempt to introduce them into social psychology to the results of their research by other humanities, by philology and pedagogics in particular. The author presents the stereotype as a universal and many-sided phenomenon and postulates the necessity to intensify interdisciplinary coordination in its further research.

Key words: stereotype, national (ethnic) stereotype, social theory of stereotype, functions of stereotypes, intergroup relations.

Проблема национальных стереотипов, устойчивых образов-представлений одного народа о других и о себе самом (например, «немцы -педантичные», «русские — открытые») является чрезвычайно актуальной в наши дни. Развитие в мировом сообществе глобализационных и интеграционных процессов, увеличение мобильности во всех смыслах, в том числе и в сфере миграционных процессов, расширение информационного пространства за счет развития современных технологий — эти и другие факторы приводят к тому, что взаимопроникновение и взаимовлияние национальных культур становится все сильнее. Параллельно с этими процессами современное общество переживает также возрастание напряженности в связи с угрозой терроризма, ксенофобией, естественным стремлением сохранить свою национальную самобытность в эпоху глобализации, обострением «национального вопроса» вплоть до возникновения локальных войн, вооруженных столкновений, убийств и насилия на национальной почве. Во всех этих процессах национальные стереотипы играют существенную роль.

Неслучайно феномен национального стереотипа становился предметом исследования широкого спектра наук — социологии, психологии, истории, политологии, философии, культурологии, филологии, педагогики. На сегодняшний день разными науками накоплен большой объем данных о сущности, свойствах, видах стереоти-

пов, особенностях их формирования и функционирования в обществе. Однако, анализ этих исследований позволяет констатировать их недостаточную междисциплинарную скоординированность. Ценные данные, полученные учеными в одной научной области, мало учитываются при исследовании того же объекта в другой области. Это существенно снижает результативность научных поисков, ведь без эффективной междисциплинарной координации невозможно представить себе качественное современное гуманитарное исследование.

В данной статье предпринимается попытка частично восполнить этот пробел и рассмотреть междисциплинарный генезис понятия стереотипа и специфику приращения научного знания о стереотипе на пути его распространения в разные науки. Целью исследования является выявление наиболее значимых вех в истории изучения стереотипа и определение современных тенденций и проблем в исследовании этого феномена. В рамках краткого обзора представляется возможным назвать лишь некоторые наиболее ценные работы каждого научного направления.

Поскольку национальные стереотипы являются одним из видов социальных стереотипов, обратимся сначала к феномену стереотипа как к родовому понятию. Слово «стереотип» греческого происхождения: stereos — твердый, прочный, typos — форма, образец. Как термин это слово пер-

воначально употреблялось в сфере полиграфии для обозначения печатной формы — копии с типографского набора [19]. Довольно скоро, примерно с середины XIX в., в русском и европейских языках слово начинает употребляться и в переносном значении — как прочно сложившийся, постоянный образец чего-нибудь, стандарт. Таким образом, еще до своего введения в научный оборот слово «стереотип» имело широкое хождение на уровне обыденного сознания. Это сохраняется и сегодня и оказывает влияние на научную дискуссию.

«Отцом» современного научного понятия стереотипа практически единогласно признается американский журналист У Липпманн [32], который в 1922 г. заимствовал термин «стереотип» из сферы книгопечатания и определил его с социально-психологических позиций. Он сравнил процесс возникновения стереотипов с изготовлением типографских печатных форм, матриц, которые позволяют осуществлять массовое тиражирование без необходимости всякий раз заново делать набор. В этом смысле изначально изменчивая структура становится неизменной. Этот метафорический перенос из мира техники в сферу человеческого мышления и восприятия позволил Липпманну ярко и образно представить закономерности стереотипного мышления, что оказало сильное влияние на дальнейшее исследование этого феномена.

В своих рассуждениях Липпманн разграничивает и тем самым противопоставляет внешний мир и картины (этого мира) в наших головах. Эти картины возникают не на основе нашего личного опыта, а усваиваются в процессе социализации в качестве готовых образов: «Нам рассказывают о мире, прежде чем мы его увидим. Мы представляем себе вещи, прежде чем мы переживаем их. И все эти предубеждения, если только образование не заставило нас их остро осознавать, глубоко управляют всем процессом восприятия» [32, с. 34]. Заметим, что уже сам родоначальник научного изучения стереотипов указал на образование и воспитание (в английском языке понятие «education» включает в себя и то, и другое) как на единственную сферу возможного решения проблем негативного влияния стереотипов и впервые наметил пути этого решения — способствовать осознанию стереотипных представлений.

Возникновение и функционирование стереотипов Липпманн объясняет объективной сложностью реальной действительности и склонностью человека к упрощению и шаблонности мышления. Важнейшими функциями стереотипов он считал экономию умственных усилий и защиту ценностей и традиций. Эти процессы Липпманн рассматривал в целом как естественные, а их роль как позитивную. Однако те же свойства и функ-

ции стереотипов имеют и негативную сторону, ведь подталкивание к шаблонности обедняет восприятие человеком мира. Наибольшую же опасность Липпманн видел не в самих стереотипах, а в их использовании в обществе, и потому ратовал за разумное обращение со стереотипами и недопущение с их помощью манипуляции общественным мнением. Вся его работа звучит как постановка серьезной проблемы, требующей своего решения в демократическом обществе.

К сильным сторонам теории Липпманна современные ученые относят объяснение специфики действия стереотипа не врожденными свойствами психологии мышления и восприятия, а функцией защиты социальных ценностей, функцией ориентира при определении отношения личности к объекту или явлению [21], широкий анализ влияния окружающего мира [31], наглядное описание и операциональный язык.

Есть и такие аспекты теории Липпманна, кото -рые подвергаются критике. Например, П. Н. Ши-хирев считает концепцию общественного мнения Липпманна проявлением сугубо прагматического интереса к обыденному сознанию, «для которого поиски истины заканчиваются после получения «инструментального» знания, т. е. знания, обеспечивающего эффективность поведения в повседневной жизни» [21, с. 113]. Немного забегая вперед, отметим, что подобного рода критическое замечание, возможно, является справедливым и по отношению к большинству других американских исследований стереотипа. Это обусловлено, скорее всего, противоречивой ситуацией в американском обществе, которую Г. Мирдалл позднее (1944) назовет «американской дилеммой», заключающейся в наличии острых национальных и особенно расовых проблем и стремлением к развитию демократии. От ученых общество ожидало, прежде всего, практического разрешения данного противоречия, именно «инструментального» знания, которое бы способствовало устранению антидемократических явлений расовой дискриминации и сегрегации. Эти обстоятельства являются, со всей очевидностью, одной из причин того, что феномен стереотипа впервые был научно осмыслен именно в США.

Резюмируя вклад Липпманна в изучение стереотипов, следует отметить, что по сей день представители широкого спектра научных дисциплин ссылаются на выдвинутые им положения и считают его концепцию стереотипа научно дееспособной и востребованной и в наше время. Именно Липпманн заложил основание и дал толчок многочисленным исследованиям стереотипа, продолжающимся и сегодня.

Дальнейшее изучение проблемы представляло собой попытку эмпирически доказать теорию

Липпманна и пошло по пути разработки соответствующих методов выявления и измерения стереотипов. Одним из первых исследований в этом направлении была работа С. А. Райса [35], который предлагал испытуемым соотнести фотопортреты людей с родом их занятий. В ходе эксперимента была выявлена высокая степень согласованности как правильных, так и неправильных ответов респондентов, что, по мнению Райса, подтверждало наличие коррелирующих с картинками (портретами) стереотипов.

Следует отметить, что исследование стереотипов почти с самого начала сопровождалось негативным отношением к ним. Даже сам термин приобрел негативные коннотации. Возможно, это связано с достаточно долгой практикой употребления слова на уровне обыденного сознания, характеризующегося противопоставлением стереотипного мышления творческому. Другой возможной причиной может быть концентрация внимания исследователей исключительно на негативно заряженных, агрессивных, опасных предрассудках и стереотипах, сопровождающих ситуации этнической напряженности. Кроме того, долгое время распространенной была оценка стереотипа как ложного знания. Отрицательное отношение к стереотипу сохраняется в обществе и в научных кругах и по сей день, несмотря на попытки некоторых ученых изменить это положение и обратить внимание коллег на нейтральные и позитивные стороны феномена стереотипа [34; 31; 21]. «Эпизодически проводившиеся исследования, в которых приводились и эмпирические данные, и теоретические аргументы против стереотипного мнения о стереотипе, не смогли поколебать закрепившийся за ним общепринятый смысл», — отмечает П. Н. Шихирев [21, с. 267]. Как видим, ученые, несмотря на их профессиональное стремление к непредвзятости, также подвержены влиянию стереотипов, что лишний раз указывает на всеобъемлющую природу этого феномена.

Другой традицией в исследовании стереотипов, сохранившейся до сегодняшнего дня, является преимущественное внимание к национальным (этническим), расовым стереотипам и предрассудкам. Этот факт вызывает справедливую критику, так как исследования гендерных, возрастных, профессиональных и других стереотипов, действительно, не столь многочисленны. Однако, занимаясь исследованием национальных стереотипов в контексте преподавания иностранных языков, такое положение вещей мы считаем скорее преимуществом, поскольку оно позволяет нам опираться на солидную методологическую базу.

Продолжая наш экскурс в историю исследования стереотипов, хотелось бы особо отметить работы Э. Богардуса [24], Д. Катца и К. Брейли

[29], обеспечившие большой прорыв в эмпирическом изучении стереотипов. Предложенная Богардусом шкала социальной дистанции, позволяющая измерять симпатии и антипатии представителей различных этнических групп, по сей день используется многими исследователями. Катц и Брейли разработали методику «Приписывание качеств» (adjective checklist), которая также получила широкое распространение во всем мире и «в рамках описательного направления изучения стереотипов до сих пор считается непревзойденной» [19, с. 242]. Помимо разработки методов исследования стереотипов заслугой ученых также является выдвижение концепции общей согласованности представлений членов определенной социальной группы в качестве центральной в изучении стереотипов и сближение понятий стереотипа и предрассудка.

Исследователей интересовали не только природа и механизмы функционирования стереотипов, но и механизмы их формирования. Американские ученые видели основы этих механизмов в психодинамике личности. Так, например, для объяснения формирования этнических стереотипов и предрассудков широко использовалась гипотеза фрустрации-агрессии Д. Долларда [27]. Согласно этой гипотезе, фрустрация вызывает негативные эмоции, в том числе и агрессию, которая направляется необязательно на непосредственно фрустрирующий агент, а часто переадресуется и реализуется против менее опасного объекта, например, против представителя другой национальности.

Позднее, уже после второй мировой войны (1950) появляется одна из наиболее известных работ, направленная на прояснение роли психологических факторов в формировании расовых и этнических предрассудков, способствовавших, в частности, усилению тоталитарных режимов. Это публикация Т. Адорно, западногерманского ученого, работавшего в США [2]. Следуя идеям

З. Фрейда, Адорно и его коллеги выводят тип личности (названный авторитарным), наиболее склонный к усвоению, распространению предрассудков (в частности, антисемитской направленности) и действиям, побуждаемым ими. Причины этой склонности авторы видят в особенностях социализации ребенка, выросшего в семье с жесткими, формальными отношениями. Расовая ненависть возникает, согласно Адорно, как следствие амбивалентности эмоциональных отношений -любви и ненависти к родителям. Подавление враждебных чувств создает психическое напряжение, которое выплескивается в виде агрессии на тех, кто представляется слабым и неопасным, часто на внешние группы, например, этнические меньшинства. Отсюда второе название теории ав-

торитарной личности — теория козла отпущения (scapegoating). Стереотип рассматривается как когнитивная составляющая предрассудка, а стереотипность мышления называется среди типичных черт авторитарной личности. По сути,95

Адорно подразделяет всех людей на склонных к предрассудкам и толерантных.

Психоаналитический (или психодинамический) подход к социальному по своей сути явлению обусловил спорность ряда положений Адорно и оставил нерешенными много вопросов. Следует заметить, что данный подход имеет и в истории изучения стереотипов и в настоящее время «гораздо меньше сторонников, нежели точка зрения, основанная на признании решающей роли социальной общности в процессе формирования, функционирования стереотипов и их усвоения личностью» [21, с. 119], что не означает, однако, полного отрицания роли психодинамики. Например, Г. Олпорт [23] ссылается в ходе своей аргументации на результаты экспериментов Адорно и также подчеркивает важную роль наличия или отсутствия аффилиативных отношений в семье.

В центре внимания работы Олпорта «Природа предрассудка» [23] оказываются социальные группы в их стремлении отграничиться друг от друга и всеми возможными способами сохранить это разграничение. Он объясняет это человеческой склонностью к большему удобству, меньшему напряжению, конгениальности (сходству, близости) и гордости своей собственной культурой, из чего следует общая склонность людей к предубежденности. Важную роль в трактовке Олпор-та играет понятие категории и категоризация как основа предрассудка. Стереотип рассматривается им преимущественно в негативном свете как преувеличенное убеждение, связанное с категорией. Концепция Олпорта оказывала большое влияние на исследование стереотипов в течение многих десятилетий и, кроме прочего, способствовала закреплению в научных кругах представления о негативном «заряде» стереотипов.

По мере накопления научных сведений о стереотипах убежденность ученых в их исключительной ложности стала сменяться более дифференцированным подходом к этому вопросу. Важнейшую роль в этом сыграла выдвинутая

О. Клайнбергом в 1950 г. гипотеза о «зерне истины» в стереотипе, согласно которой общий объем истинных знаний в стереотипе превышает объем ложных [30]. Большинство современных исследователей, к коим присоединяется и автор статьи, соглашаются с данной гипотезой. Как считает Т. Г. Стефаненко, «теперь уже не вызывает сомнений, что социальные стереотипы вовсе не сводятся к совокупности мифических представлений. Большинство современных исследовате-

лей определяют социальный стереотип как образ социального объекта, а не просто как мнение об этом объекте, никак не обусловленное объективными характеристиками последнего и всецело зависящее от воспринимающего (стереотипизирующего) субъекта» [19, с. 245]. В качестве аргумента Стефаненко ссылается также на высказывание

А. Н. Леонтьева: «Образ может быть более или менее адекватным, более или менее полным, иногда даже ложным, но мы всегда «вычерпываем» его из реальности» [10, с. 255].

После появления гипотезы о «зерне истины» усилия многих ученых были направлены на выявление условий, при которых доля истинности стереотипа будет выше. Одним из значимых результатов этих поисков стала «гипотеза контакта» Д. Кэмпбелла [25], согласно которой, чем дольше и глубже контактируют группы, тем выше истинность стереотипа.

Экспериментальное исследование стереотипов продолжалось в США после ужасов второй мировой войны на фоне теперь уже холодной войны в основном в русле поиска причин межгруппо-вых конфликтов. В этой связи следует упомянуть «теорию реального конфликта», выдвинутую М. Шерифом [37]. На основе серии полевых экспериментов, проведенных в 1949-1953 годах в летних лагерях для мальчиков-подростков, он установил, что межгрупповые конфликты есть результат несовместимых групповых интересов. Конкуренция ведет к враждебности по отношению к другой группе и росту сплоченности внутри самой группы, все это вместе приводит к враждебным действиям. Стереотипы рассматривались как одно из проявлений враждебности. Современные исследователи не вполне соглашаются с концепцией Шерифа, поскольку существуют такие конфликты, называемые, например, конфликтами-погромами или конфликтами-бунтами, когда реальный конфликт интересов между группами отсутствует. Однако именно с исследований Шерифа начинает развиваться «социально-психологический подход к изучению межгрупповых отношений, когда источник межгрупповой враждебности ищут не в особенностях индивидов — всех людей, обладающих агрессивностью, или отдельных (авторитарных) представителей рода человеческого, а в характеристиках самого межгруппового взаимодействия» [19, с. 265].

Значительным шагом вперед в изучении функционирования стереотипов стали исследования западноевропейских ученых, находившихся в несколько иных по сравнению с их американскими коллегами условиях. В Европе тогда не было такого сильного давления со стороны общества, как в США, требовавшего от науки скорейшего практического решения расовых и национальных

проблем. Европейская научная дискуссия протекала более свободно, что способствовало большей фундаментальности исследований.

Особенного внимания заслуживает теория социальной идентичности, разработанная в 6070-е гг. ХХ столетия группой британских социальных психологов под руководством Г. Тэд-жфела. Новизна научных результатов Тэджфе-ла обусловлена отходом от методологического индивидуализма и позитивистских установок, в целом свойственных американской социальнопсихологической научной школе, а также тщательной теоретической проработанностью, предшествующей эмпирическим исследованиям [21]. Ученые основываются на ином понимании группы, которая рассматривается ими уже «не как сумма, скопление индивидов, а как качественно своеобразное целое, определяется через сопоставление с другими группами, а ее характеристики раскрываются в системе межгрупповых отношений» [21, с. 259].

Тэджфелом были получены данные о том, что «межгрупповая дискриминация проявляется в отсутствие явного соревнования между группами или какой-либо предыстории отношений между ними, которая могла бы служить основанием для враждебности и, кроме того, не связана с возможностью индивида извлечь личную выгоду» [21, с. 265]. Минимальным достаточным основанием межгрупповой дискриминации является социальная идентичность, т. е. осознание принадлежности к группе. Социальная категоризация и самоопределение сопровождаются постоянным сравнением. «Группы стремятся фиксировать и поддерживать свое позитивное отличие от других групп. Эту функцию призваны выполнять различные психологические процессы, среди которых ведущую роль играет социальная стереотипизация» [21, с. 261].

Заслугой Тэджфела стало выявление роли каузальной атрибуции (объяснения человеком причин своего или чужого поведения) как одного из механизмов формирования стереотипов наряду с известными ранее механизмами схематизации, категоризации и другими, а также закономерностей обратного влияния стереотипов на эти процессы. Кроме того, Тэджфел выделил функции стереотипов не только на индивидуальном, но и на групповом уровне, что способствовало развитию теории социального стереотипа.

К недостаткам теории Тэджфела относят чрезмерную субъективизацию восприятия меж-групповых отношений (невнимание к вопросу объективности суждения индивида о своей и других группах), уравнивание разных социальных групп с точки зрения их роли в общественном процессе, недостаточную исследованность мотивационного, ценностного, аффективного ком-

понентов и сконцентрированность преимущественно на ситуациях этнического взаимодействия [21; 19].

В отечественной науке первым на стереотип как на явление сознания обратил внимание

В. А. Ядов [22]. Он рассматривал стереотипы как продукты социальной среды и социального восприятия и подчеркивал их высокую устойчивость. Что касается национальных стереотипов, то они стали объектом изучения относительно недавно, после того, как в России был снят идеологический запрет на этнопсихологические исследования [14]. В СССР до 80-х годов было опубликовано по этнической тематике лишь несколько работ, наиболее значимыми из которых считаются работы И. С. Кона [7]. В дальнейшем стали развиваться социально-психологические, этносоциологиче-ские, этнопсихологические исследования широкого спектра вопросов — наиболее значимые работы [1; 12; 19; 18; 17; 9; 21; 8].

Развитие исследований феномена стереотипа уже с начала 70-х гг. ХХ в. пошло по пути экспансии этого понятия за рамки социальной психологии в другие науки. Стереотипы стали объектом исследований лингвистики, литературоведения, истории, политологии, культурологии, философии и других научных дисциплин. Каждая из наук занималась определенным аспектом формирования, функционирования, распространения стереотипов, какой-то одной гранью этого сложного феномена. Историки заинтересовались содержанием стереотипов и их влиянием на международные отношения, развитие дипломатии в различные исторические периоды. Политологи исследовали механизмы формирования общественного мнения, использование стереотипов в различных политических технологиях. Культурологи и философы пытались осмыслить стереотип на наиболее абстрактном уровне как феномен культуры.

Одним из наиболее значимых направлений в исследовании стереотипов стало лингвистическое. Его вклад в понимание языкового измерения стереотипа заслуживает более подробного рассмотрения. Основу для исследования стереотипов с позиций лингвистики создает постулат о взаимообусловленности языка и культуры. Тесная взаимосвязь стереотипов и языка очевидна. Распространение стереотипов как горизонтально — в широкие массы общества, так и вертикально — в процессе их усвоения в рамках социализации личности — происходит через язык. Кроме того, язык является средством выражения стереотипов. Стереотипы «проявляются», становятся видимыми в текстах, в языковом поведении людей, поэтому усилия лингвистов направлены, в основном, на раскрытие механизмов кодирования и декодирования стереотипов в языке.

Следует отметить, что ученые-лингвисты довольно быстро отходят от социальнопсихологического понимания стереотипа и переносят это понятие на языковые явления. Например, Е. Гюлих подразделяет стереотипы на языковые (Sprachstereotype) — готовые устойчивые языковые формулы, например, «Приятного аппетита!», и мыслительные (Denk-Stereotype) -готовые устойчивые мыслительные схемы, например предрассудки по отношению к работающим женщинам [28]. Позже Л. Зыбатовым [38] была предложена классификация мыслительных стереотипов, которые ученый подразделяет на «словесные» или «лексические» (wortbezogene), функционирующие в качестве социокультурного знания для интерпретации лексических значений, и текстовые (textbezogene), функционирующие на уровне интерпретации текстов. То есть даже мыслительные стереотипы лингвистика рассматривает в языковой проекции (что и является ее задачей), подчеркивая органическую связь стереотипа со своим вербальным выражением. Как справедливо отмечает А. Шафф, «стереотип не существует без вербального выражения, и вербальное выражение не существует без стереотипа» [36, с. 74].

Несмотря на господствующую в лингвистике тенденцию рассмотрения стереотипа как постоянно повторяющегося вербального клише, есть и такие подходы, которые демонстрируют большую близость к социально-психологической трактовке этого феномена. Такие исследования выполнены чаще всего с позиций языковой прагматики. Одним из примеров может служить концепция У Квастхоф, которая определяет стереотип как «вербальное выражение убеждения о социальных группах или отдельных людях как их представителях» [34, с. 28]. Это выражение имеет, по Квастхоф, логическую форму суждения и лингвистически может быть описано как предложение. В центре внимания исследовательницы находятся говорящий и слушающий как партнеры по коммуникации и способы оперирования стереотипами в речевом поведении. Этот подход послужил основой для многих исследований языкового выражения стереотипов в социальном контексте.

Одним из наиболее значимых лингвистических исследований стереотипов является работа Т. А. ван Дейка, посвященная анализу этнических предрассудков в дискурсе [5]. Материалом его исследования стали тексты интервью с белыми жителями Амстердама об этнических меньшинствах. Подобные разговоры, по мнению ученого, стали особым жанром фольклора, основывающимся на внутригрупповой предубежденности. В ходе исследования были выделены две конфликтующие стратегии: 1) выражение своего негативного отношения и негативной оценки группы этнического

меньшинства; 2) положительное самопредстав-ление («сохранение лица»), обусловленное существующими социальными нормами, обязывающими людей производить хорошее впечатление и не казаться расистами [5, с. 175]. Противоречие стратегий можно наблюдать в семантических процессах, стилистическом выборе, риторических приемах, разговорных элементах. В работе ван Дейка выявлены многочисленные семантические и другие ходы, используемые говорящими для разрешения вышеупомянутого противоречия. На основе полученных эмпирических данных ван Дейк создал когнитивную модель этнических ситуаций.

Среди работ отечественных ученых следует особо отметить труды Ю. Е. Прохорова [13], выполненные на стыке лингвистики и методики преподавания русского языка как иностранного. Ученый исследовал национальные социокультурные стереотипы речевого общения и создал их типологию.

В целом, лингвистика внесла в научную дискуссию о стереотипах не только более глубокое понимание механизмов их формирования и функционирования, но и способствовала усовершенствованию и обогащению исследовательского инструментария. Лингвистический анализ прочно утвердился среди методов исследования стереотипов. Справедливая критика лингвистами некоторых ранее использовавшихся методов исследования выявила их недостатки и установила ограничения в их использовании [34]. На наш взгляд, разработанные на протяжении многих десятилетий эмпирические методики исследования стереотипов нуждаются в современной лингвистической экспертизе, поскольку большинство из них, если не все, организуют получение информации от испытуемых вербальным путем, где наличие или отсутствие контекста, степень свободы выражения мыслей, стилистические и другие особенности формулировок оказывают огромное влияние на результаты исследования и качество их анализа.

Относительно недавно (примерно с 90-х годов) проблема национальных стереотипов стала рассматриваться и педагогическими науками, преимущественно в области теории и методики преподавания иностранных языков. Это произошло в связи с появлением нового подхода к обучению иностранным языкам — межкультурного. Генеральной идеей этого подхода является тезис о том, что общение с носителем иностранного языка является межкультурной коммуникацией, и вся система обучения должна готовить к ее эффективному осуществлению. Методическая наука рассматривает национальные стереотипы в достаточно широком контексте формирования

и совершенствования межкультурной компетенции изучающих иностранный язык, т. е. сугубо с прикладной целью. Следует оговориться, что в педагогических исследованиях национальные стереотипы пока не становились непосредственным предметом фундаментальных исследований, однако, их проблематика так или иначе отражена в целом ряде межкультурно-ориентированных работ.

В теории и методике обучения иностранным языкам исследование стереотипов идет по двум направлениям, отличающимся друг от друга объектами исследования. В рамках первого направления речь идет о социокультурных стереотипах речевого (и неречевого) поведения, т. е. об устойчивых схематизированных моделях поведения [16; 13 и др.]. Стереотипы поведения имеют монокультурную направленность — они формируются и функционируют внутри определенной культуры, как бы безотносительно к другим культурам. Проблемы в межкультурной коммуникации возникают тогда, когда коммуникант не знает и не учитывает различия стереотипов поведения в разных культурах.

Второе направление [6; 3; 33] исследует совершенно другой объект — национальные стереотипы как социальные образы народов. Такие стереотипы изначально формируются относительно других культур, в сопоставлении с ними и во многом детерминируют процесс межкультурной коммуникации. Исследователи, разрабатывая ту или иную межкультурную методическую модель, подспудно пытаются определить место стереотипов в системе обучения иностранным языкам. Так, например, Г. В. Елизарова, включает «знание о наличии и природе явлений этноцентризма, стереотипов, предрассудков и обобщений» в меж-культурный аспект стратегической компетенции [6, с. 230].

В работе В. П. Фурмановой [20] мы встречаем и стереотипы речевого поведения, и стереотипы как «образ-представление». Это объясняется тем, что автор постулирует необходимость введения в филологическое образование новой учебной дисциплины — культуроведения — и моделирует такой глобальный феномен, как культура, куда, безусловно, входят оба феномена. Стереотипы поведения Фурманова относит к социокультурному фону функциональной модели культуры, а фоновые знания об этнокультурном стереотипе немцев, о национальном характере — к этнокультурному фону.

Как видим, включение стереотипов в структуру целевой компетенции последовательно проецируется разработчиками межкультурного подхода на содержание обучения, проявляясь в системе знаний. При этом компонент знаний не конкрети-

зируется (какие именно знания о стереотипах необходимы изучающему иностранный язык). Другие же компоненты содержания (умения, навыки, отношения), а также принципы, методы, приемы, формы работы над стереотипами остаются пока без должного внимания.

Попытка восполнить этот пробел представлена в работе В. А. Гончаровой [3]. Суть подхода автора заключается в направленности обучения на дезабсолютизацию стереотипов. Гончарова из всех свойств стереотипов особо выделяет одно -абсолютность, которую она предлагает снимать путем преобразования стереотипных представлений в обобщения. На наш взгляд, это не совсем логично, так как стереотипы сами по себе уже являются обобщениями высшего порядка. Кроме того, в предложенной методике недостаточно учтены другие свойства стереотипов, а также наличие у них положительных функций.

Поскольку научно-методическая разработка проблемы стереотипа в сфере обучения иностранным языкам находится на начальном этапе, большой пласт вопросов остается пока нерешенным. Одной из задач, требующих первоочередного внимания, является постановка корректной цели работы над стереотипами. Предлагаемые методистами цели обучения — искоренить, разрушить, преодолеть, снять стереотипы — являются, на наш взгляд, нереалистичными и неоправданными, поскольку противоречат данным социальной психологии и смежных наук о природе и динамике социальных стереотипов. Так как цели определяют все остальные элементы системы обучения, требуется некий пересмотр существующих методик работы над стереотипами, их коррекция и усовершенствование, дальнейшая разработка содержания, принципов, методов, технологии обучения языкам с учетом проблематики национальных стереотипов.

Что касается общей педагогики, то национальные (этнические) стереотипы до сих пор не находились в фокусе внимания исследователей и лишь упоминаются в некоторых работах, связанных с патриотическим и интернациональным воспитанием, формированием национального самосознания и культурой межнационального общения [4; 15; 11 и др.]. В основном это исследования первого десятилетия XXI века, осмысливающие упадок российского патриотизма и обострение национального вопроса на территориях национальных республик и округов после распада СССР, а также в условиях диаспор.

В завершении нашего обзора исследований по проблеме стереотипов мы можем сделать следующие выводы. Благодаря усилиям ученых из разных областей научное знание о стереотипе существенно обогатилось за прошедшее столетие.

дов исследования, недостаточный учет свойств и функций стереотипов и другие проблемы. Поэтому мы присоединяемся к исследователям, призывающим к объединению усилий ученых из разных областей и проведению совместных исследований междисциплинарного характера. Именно такого подхода требует столь всеобъемлющий и многогранный феномен как стереотип.

Список литературы

1. Агеев В. С. Психология межгрупповых отношений. М.: Изд-во МГУ, 1983. 144 с.

2. Адорно Т. Типы и синдромы. Методологический подход (фрагменты из «Авторитарной личности») // Социологические исследования. 1993. № 3. С. 75-85.

3. Гончарова В. А. Методика преодоления национальных социокультурных стереотипов в обучении иностранным языкам (языковой вуз, старший этап): дис. … канд. пед. наук. Улан-Удэ, 2008. 229 с.

4. Датский В. А. Патриотическое воспитание страшеклассников в учебно-воспитательном процессе общеобразовательной школы: дис. … канд. пед. наук. М., 2006. 153 с.

5. Дейк ван Т. А. Язык. Познание. Коммуникация. М.: Прогресс, 1989. 312 с.

6. Елизарова Г. В. Культура и обучение иностранным языкам. СПб.: КАРО, 2005. 352 с.

7. Кон И. С. К проблеме национального характера // История и психология / под ред. Б. Ф. Поршнева, Л. И. Анцыферовой. М.: Наука, 1971. С. 122-158.

8. Крысько В. Г. Этнопсихология и межнациональные отношения. Курс лекций. М.: Экзамен, 2002.

448 с.

9. Лебедева Н. М. Введение в этническую и кросс-культурную психологию: учеб. пособие. М.: Ключ-С, 1999. 224 с.

10. Леонтьев А. Н. Образ мира // Избранные психологические произведения: в 2 т. М.: Педагогика,

1983. Т. 2. С. 251-261.

11. Магомедова А. С. Патриотическое воспитание учащейся молодежи в условиях диаспоры: дис. . канд. пед. наук. Махачкала, 2004. 177 с.

12. Петренко В. Ф. Психосемантика сознания. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1988. 208 с.

13. Прохоров Ю. Е. Национальные социокультурные стереотипы речевого общения и их роль в обучении русскому языку иностранцев. Изд-е 5-е. М.: Изд-во ЛКИ, 2008. 224 с.

14. Резников Е. Н. Психология этнического общения. М.: Ин-т психологии РАН, 2007. 160 с.

15. Савзиханова М. А. Народно-патриотическое воспитание учащихся в условиях межкультурной коммуникации: дис. … канд. пед. наук. Махачкала, 2007. 155 с.

16. Сафонова В. В. Социокультурный подход к обучению иностранному языку как специальности: дис. . док. пед. наук. М., 1992. 672 с.

17. Сикевич З. В. Русские: «образ» народа (социологический очерк). СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та,

1996. 152 с.

18. Солдатова Г У Психология межэтнической напряженности. М.: Смысл, 1998. 389 с.

19. Стефаненко Т. Г Этнопсихология. М.: Ин-т психологии РАН, Академический проект, 1999. 320

с.

20. Фурманова В. П. Межкультурная коммуникация и культурно-языковая прагматика в теории и практике преподавания иностранных языков (языковой вуз): дис. … док. пед. наук. М., 1994. 475 с.

21. Шихирев П. Н. Современная социальная психология. М.: ИП РАН; КСП+; Екатеринбург: Деловая книга, 2000. 448 с.

22. Ядов В. А. О диспозиционной регуляции социального поведения личности // Методологические проблемы социальной психологии. 1975. С. 89-105.

23. Allport G. The nature of prejudice. New York: Doubleday, 1958. 496 p.

24. Bogardus E. W. Stereotypes versus sociotypes // Sociology and Social Research. 34. 1950. Р. 286-291.

25. Campbell D. T., Levine R. A. Ethnocentrism: theories of conflict, ethnic attitudes, and group behavior.browska J. Stereotype und ihr sprachlicher Ausdruck im Polenbild der deutschen Presse: eine textlinguistische Untersuchung. Tuebingen: Narr, 1999 (Studien der deutschen Sprache. Bd.17), 341 р.

27. Dollard J., Miller N. et. Frustration and Aggression. London: H. Milford, Oxford University Press. 1939.

209 p.

28. Gülich E. „Was sein muss, muss sein“. Überlegungen zum Gemeinplatz und seiner Verwendung. Bielefelder Papiere zur Linguistik und Literaturwissenschaft 7. Bielefeld. 1978. 41 р.

29. Katz, D., Braly, K. W. Racial stereotypes of 100 college students // Journal of Abnormal and Social Psychology. Vol. 28. 1933. P. 280-290.

Однако недостаточная междисциплинарная координация обусловила целый ряд проблем, продолжающих оставаться нерешенными. К ним относятся предвзятое негативное отношение многих исследователей к стереотипам, убежденность в их абсолютной ложности и приписывание им исключительно отрицательной роли, постановка заведомо нереалистичных целей борьбы со стереотипами, использование не совсем адекватных мето-

30. Klineberg O. Tensions Affecting International Understanding. A Survey of Research. Social Science Research Council, 1950. 227 p.

31. Konrad J. Stereotype in Dynamik. Zur kulturwissenschaftlichen Verortung eines theoretischen Konzepts. Tönning: Der Andere Verlag, 2006. 249 p.

32. Lippmann W. Public Opinion. BN Publishing. USA, 2007. 127 p.

33. Löschmann M. “Stereotype, Stereotype und kein Ende” // Löschmann, Stroinska (Hrsg.): Stereotype im Fremdsprachenunterricht. Frankfurt a. M. : Peter Lang, 1998. P. 7-34.

34. Quasthof U. Soziales Vorurteil und Kommunikation. Eine sprachwissenschaftliche Analyse des Stereotyps. Frankfurt a. M., Athenaum Fischer Taschenbuch Verlag, 1973. 312 p.

35. Rice S. A. „Stereotypes“: a source of error in judging human character // Journal of Personnel Research.

5. 1926. P. 267-276.

36. Schaff A. Stereotypen und das menschliche Handeln. Wien. 1980. 137 p.

37. Sherif M., Sherif C. Groups in harmony and tension: an integration of studies on intergroup relations. New York: Octagon Books, 1973. 316 p.

38. Zybatow L. Stereotyp und sprachliche Bedeutung (an Beispielen eines neuen politischen Diskurses der sowjetischen Presse) // Feldbusch E. (Hrsg.) Neue Fragen der Linguistik. Akten des 25. Linguistischen Kolloquiums Padeborn, 1990. Bd. 1. Tübingen, 1991. S. 151-158.

СТЕРЕОТИПЫ СОЦИАЛЬНЫЕ | Энциклопедия Кругосвет

Содержание статьи

СТЕРЕОТИПЫ СОЦИАЛЬНЫЕ упрощенные, схематизированные образы социальных объектов, разделяемые достаточно большим числом членов социальных групп.Впервые термин «социальный стереотип» использовал американский журналист и политолог У.Липпман в 1922 в книге Общественное мнение. Согласно Липпману, стереотипы это упорядоченные, детерминированные культурой «картинки мира» в голове человека, которые, во-первых,экономят его усилия при восприятии сложных социальных объектов и, во-вторых,защищают его ценности, позиции и права.

Исторически так сложилось, что подавляющее большинство исследований посвящено этническим стереотипам, т.е. упрощенным образам этнических общностей (этносов). Но разнообразие и мобильность социальных общностей, к которым принадлежит и с которыми сталкивается современный человек, ставят перед ним задачу поиска границ между «своими» и многочисленными «чужими». Поэтому термин «стереотип» был распространен на анализ восприятия людьми представителей собственной и другой политической, религиозной, культурной, сексуальной и т.п. ориентации, своей или иной профессии, своего или иного возраста, поколения, пола, экономического положения и т.д.

Стереотип и его функции.

Стереотипы – это характеристики, которые описывают членов социальных групп, приписываются им или ассоциируются с ними. До сегодняшнего дня в обыденном сознании и в средствах массовой коммуникации о стереотипах весьма распространено мнение как о негативном явлении. Во многом это связано с тем, что в мировой науке чаще всего изучались негативные стереотипы подвергавшихся дискриминации этнических меньшинств. Отсюда – отождествление стереотипов с предрассудками, а процесса стереотипизации – с «безнравственной формой познания».

Однако необходимо проводить четкое различение между стереотипами как социальным явлением и стереотипизацией как психологическим процессом. В социальной психологии последних десятилетий стереотипизация стала рассматриваться как рациональная форма познания, как частный случай более универсального процесса категоризации: создавая социальные категории, мы обращаем внимание на характеристики, благодаря которым люди, принадлежащие к одной группе, воспринимаются похожими друг на друга и отличающимися от других людей.

Объективно необходимой и полезной психологической функцией стереотипизации со времен Липпмана считалось упрощение и систематизация обильной и сложной информации, получаемой человеком из окружающей среды. Так, сторонники теории «сбережения ресурсов» главную функцию стереотипизации видят в обеспечении индивидов максимумом информации при минимальном интеллектуальном усилии. Иными словами, стереотипы в процессе социального восприятия избавляют индивидов от необходимости реагировать на сложный социальный мир, но являются низшей формой представлений о социальной реальности, которые используются только тогда, когда недостижимы высшие, более точные и индивидуализированные представления.

Однако восприятие человека как члена группы вовсе не означает искажения его «подлинной» индивидуальности, а сами стереотипы представляют собой более полезные способы восприятия, чем думали ранее. Наш мир сложен для восприятия не только из-за количественной перенасыщенности информацией, но и в результате ее качественной неопределенности. Стереотипизацию следует рассматривать как средство постижения социального значения информации. Т.е. стереотипизация существует главным образом не для того, чтобы экономить познавательные ресурсы воспринимающего индивида, а скорее для того, чтобы отразить социальную реальность.

Выдающийся британский психолог Анри Тэшфел особо подчеркивал, что стереотипы способны защитить не только ценности индивида, но и социальную идентичность. Исходя из этого, в качестве основных социально-психологических функций стереотипизации следует рассматривать: межгрупповую дифференциацию, или оценочное сравнение, чаще всего в пользу своей группы, и осуществляемое с ее помощью поддержание позитивной социальной идентичности. Иными словами, предназначение стереотипов – наладить отношения группы не с кем-то, а с собой, создав образ, позволяющий ей идентифицировать себя в водовороте истории. Вспомним классическое: «мы – не рабы, рабы – не мы». С этой точки зрения, «сверхзадача» социальных стереотипов – обеспечить пусть символическую, но целостность социальной общности.

Впрочем, встречаются и проявления предпочтения чужих групп. Низкостатусные группы, например этнические меньшинства, могут соглашаться с относительно более низким их положением в обществе. В этих случаях они склонны развивать негативные автостереотипы (стереотипы своей группы) и позитивные гетеростереотипы (стереотипы чужой группы).

Тэшфел выделил две социальные функции стереотипизации: а) объяснение существующих отношений между группами, в том числе поиск причин сложных и «обычно печальных» социальных событий; б) оправдание существующих межгрупповых отношений, например действий, совершаемых или планируемых по отношению к чужим группам. Психологический механизм стереотипизации во все времена использовался в различных реакционных политических доктринах, санкционирующих захват и угнетение народов, для сохранения господства поработителей путем насаждения негативных стереотипов о побежденных и порабощенных.

Иными словами, содержание стереотипов определяется факторами социального, а не психологического порядка. И именно враждебные, полные предрассудков стереотипы, а не механизм стереотипизации сам по себе – явление сугубо отрицательное, способствующее стабильности межгрупповых отношений, основанных на господстве и подчинении.

С другой стороны, стереотипы часто выполняют негативную роль, когда используются индивидом в процессе межличностного восприятия при недостатке информации о конкретном партнере по общению. К сложностям при налаживании взаимопонимания между людьми могут привести не только негативные, но и вполне положительные стереотипы. Если американцы будут ожидать, что русские дисциплинированы и трудолюбивы, то российские партнеры могут не оправдать их надежд. А наши соотечественники, ожидающие от американцев общительности и сердечности, бывают разочарованы, осознавая, что общение в США часто определяется деловой ценностью человека.

Основные свойства социальных стереотипов.

Среди наиболее существенных свойств этнических стереотипов выделяют их эмоционально-оценочный характер. Эмоциональные аспекты стереотипов понимаются как ряд предпочтений, оценок и настроений. Эмоционально окрашенными являются и сами воспринимаемые характеристики.

Даже описание черт уже несет в себе оценку: явно или скрыто она присутствует в стереотипах, необходимо только учитывать систему ценностей группы, в которой они распространены. Например, в русской прессе 19 в. Н.А.Ерофеевым обнаружено множество высказываний о присущих англичанам практицизме, деловой энергии, расчетливости, стремлении к прибыли. Но высказывания эти не только не содержат в себе одобрительной оценки, но даже не нейтральны. Для русского общества того времени «практицизм» означал поглощенность низменными заботами в ущерб более высоким идеальным ценностям.

Другим важным свойством этнических стереотипов считается их устойчивость. Стабильность стереотипов не раз подтверждалась в эмпирических исследованиях. Стереотипы московских старшеклассников и студентов в конце 1980-х и середине 1990-х свидетельствуют: цивилизационный слом, произошедший в этот период в нашей стране, привел не к слому образа своей группы, а лишь к некоторой его трансформации. Но устойчивость стереотипов все-таки относительна: при изменении отношений между группами или при поступлении новой информации их содержание и даже направленность могут изменяться.

Еще одно свойство социальных стереотипов – согласованность, или консенсус. Именно согласованность считал важнейшей характеристикой стереотипов А.Тэшфел. По его мнению, социальными стереотипами можно считать лишь представления, разделяемые достаточно большим числом индивидов в пределах социальных общностей.

В последние десятилетия ряд авторов, считая согласованность стереотипов химерой и игрой воображения исследователей, отказались считать консенсус обязательной и необходимой характеристикой стереотипов. Утверждается, что критерий консенсуса стереотипов является излишним: так как стереотипы размещены в голове индивидов, они должны изучаться как индивидуальные убеждения.

Впрочем, преобладает противоположная точка зрения, сторонники которой, признавая, что индивидуальные убеждения о социальных группах существуют, подчеркивают, что стереотипы и личные убеждения, хотя и могут частично совпадать, есть различные структуры, каждая из которых представляет собой часть знаний индивида о своей или чужой группах. Более того, если бы стереотипы не были согласованными, было бы очень мало смысла в их изучении. Опасность стереотипов, а значит, и основная причина их изучения, состоит в возможности сходных реакций в ответ на сходные стереотипы: если бы каждый индивид реагировал на членов унижаемой группы в соответствии со своими собственными убеждениями, негативный эффект стереотипов был бы значительно ослаблен.

Еще одним сущностным свойством стереотипа со времен Липпмана считается их неточность. В дальнейшем стереотипы получали еще менее лестные характеристики и интерпретировались как «традиционная бессмыслица», «прямая дезинформация», «совокупность мифических представлений» и т.п. Ложность настолько прочно стала ассоциироваться с понятием «стереотип», что был даже предложен новый термин «социотип» для обозначения стандартного, но истинного знания о социальной группе.

Начиная с 1950-х получила распространение гипотеза, согласно которой объем истинных знаний в стереотипах превышает объем ложных – так называемая гипотеза «зерна истины». Теперь уже не вызывает сомнений, что социальные стереотипы не сводятся к совокупности мифических представлений. Социальный стереотип есть образ социального объекта, а не просто мнение о нем. Он отражает, пусть и в искаженном или трансформированном виде, объективную реальность: свойства двух взаимодействующих групп и отношения между ними.

То, что реальные межгрупповые отношения оказывают влияние на стереотипы, не требует особых доказательств. Именно от характера отношений – сотрудничества или соперничества, доминирования или подчинения – зависят содержание и степень благоприятности стереотипов.

Социальные стереотипы отражают реальные особенности стереотипизируемой группы. При этом признаками истинности стереотипа предлагается считать, во-первых, единодушие мнений двух и более групп относительно черт, характеризующих третью. Во-вторых, – совпадение в восприятии группы самой себя и ее восприятием другой группой. Видимо, есть «зерно истины» в стереотипе, что американцы конкурентны, патриотичны, независимы и эмоциональны, если эти качества считают «типично американскими» и они сами, и русские респонденты. Однако «критерий автостереотипа» достаточно слабо проверяет точность стереотипов, так как нет никакой уверенности в том, что люди свою группу воспринимают более точно, чем чужую.

Свойства, приписываемые другим, косвенным образом отражают особенности группы, в которой распространены. Так как другие народы воспринимаются через сравнение с собственным, русские приписывают общительность и раскованность разным народам: американцам, которые далеко не всегда включают эти черты в автостереотип, и финнам, в автостереотип которых входят противоположные черты. Вполне вероятно, что русские особо выделяют эти качества у других народов из-за восприятия своих соотечественников как «зажатых» и недостаточно общительных.

Борьба с негативными стереотипами.

В 1947 в рамках проекта ЮНЕСКО Пути к взаимопониманию между народами (Tensions affecting international understanding) было проведено исследование в 9 странах с выборкой в тысячу человек в каждой стране. Исследователи полагали, что стереотипы являются причиной если не происхождения, то поддержания и обострения межгрупповых конфликтов. Поэтому предполагалось, что если люди будут лучше осведомлены о стереотипах как о часто ошибочных и не всегда полных образах своей и других наций, то эти образы будут заменены более точным знанием о народах, что в свою очередь приведет к ослаблению международной напряженности. В настоящее время социальные психологии понимают, что такое воздействие должно затрагивать не только стереотипы, но и более широкую область межгрупповых отношений, включая поведение, социальные установки (аттитюды) и пр.

Одним из ведущих направлений исследований стала разработка т.н. «гипотезы контакта», основой которой служит предположение о том, что непосредственное общение при определенных условиях способствует улучшению социальных стереотипов и разрушает предубеждения. Но даже при соблюдении большинства условий, благоприятствующих контактам (группы обладают равным статусом, имеют общие цели, требующие сотрудничества, и подчиняются единому своду правил), полученные результаты позволяют усомниться в том, что встречи и знакомства с представителями другой большой группы неизбежно ведут к приписыванию им более позитивных качеств.

Однако неспособность гипотезы контакта предсказать, распространятся ли возникающие в ходе межличностных отношений позитивные установки на всю группу в целом, и приведут ли они к изменениям в стереотипах, является ее главным недостатком. По мнению британского социального психолога М. Хьюстона, позитивному эффекту способствуют три аспекта контакта. Во-первых, в ситуации общения воспринимающие субъекты начинают признавать различия между членами чужой группы. Во-вторых, «распространению» положительных установок благоприятствует использование информации, не подтверждающей начальный стереотип. В-третьих, увеличение межличностных контактов с осознанием того, что «свои» и «чужие» имеют много схожих свойств и ценностей, приводит к изменениям в восприятии значимости социальных категорий для классификации индивидов.

В последнее десятилетие 20 в. в социальной психологии получили развитие подходы, которые нацелены на целенаправленное подавление негативных стереотипов и на замену поведения, основанного на согласованных социальных стереотипах, на действия, в основе которых лежат персональные убеждения. Их сторонники основываются на концепции исследовательницы из США П.Дивайн, согласно которой стереотипы неизбежно активизируются в ситуации восприятия представителя другой группы, несмотря на любые попытки их игнорировать. Исследования продемонстрировали автоматизацию стереотипных черт, относящихся к афроамериканцам, азиатам, пожилым людям, мужчинам и женщинам.

В моделях снижения негативных стереотипов подчеркивается, что свободные от предубеждений «ответы» на стереотипы требуют от человека, воспринимающего представителей «чужих» групп, знаний о своей предубежденности и стремления изменить свои убеждения исходя из ценностей равенства и справедливости, чувства вины, угрызений совести и т.п.

Татьяна Стефаненко

Социальный стереотип в жизнедеятельности людей

Деятельность людей в тех или иных привычных условиях их жизни нередко основана на социальных стереотипах – схематизированных, упрощенных образах того или иного явления действительности, помогающих им ориентироваться среди множества одобряемых обществом моделей мышления и поведения.

Понятие «социальный стереотип» впервые встречается у У. Липпмана. Он определил стереотипы как «упорядоченные, схематичные, детерминированные культурой “картинки” мира “в голове” человека, которые экономят его усилия при восприятии сложных социальных объектов и защищают его ценности, позиции и права»[1]. Данное определение является достаточно широким, ибо охватывает не столько функции стереотипа в сфере социального, сколько его общемировоззренческую роль. Сродни предыдущему определение И. С. Кона, который называет стереотипом «предвзятое, то есть не основанное на свежей, непосредственной оценке каждого явления, а выведенное из стандартизованных суждений и ожиданий мнение о свойствах людей и явлений»[2]. Действительно, в общении с другими людьми человек пользуется стереотипами как «представлениями и парадигмами, которые сформировались как результат обобщения ранее накопленного опыта»[3]. В этом смысле стереотипы как бы освобождают человека от принятия индивидуальных решений в типовых ситуациях. Ведь ни один человек не в состоянии самостоятельно, творчески реагировать на все встречающиеся ему в жизни ситуации. Что было бы, если бы каждый раз предмет или явление мы начинали постигать заново? Более того, люди чаще всего полагаются на стереотипы в условиях дефицита времени и чрезмерной занятости, усталости, при эмоциональном возбуждении и в незрелые годы, когда человек не научился еще хорошо разбираться в людях[4].Стереотипы, аккумулирующие стандартизованный коллективный опыт и внушенные индивиду в процессе обучения и общения с другими людьми, помогают ему ориентироваться в жизни и освобождают от принятия индивидуальных решений в типовых ситуациях. Они являются средством организации опыта людей и одновременно «клеткой», не выпускающей за рамки привычного образа их мыслей и действий[5]. А поскольку человек воспринимает действительность и осваивает новые для него сферы деятельности при помощи воспроизводства старого опыта[6], выйти из такой «клетки» представляется затруднительным или нежелательным вовсе. Человек полагается на стереотипы из экономии мышления: сначала автоматически оценивает источник воздействия и только затем раскрывает содержание информации, то есть уже заранее положительно или отрицательно относится к сообщению. По этой причине, из-за узости взгляда на сложившуюся ситуацию, возможны ошибки и промахи в наших практических действиях[7].

В исследовании социального стереотипа важно учитывать психологическую и социальную стороны. При этом оба этих аспекта исследования должны взаимодополнять друг друга. Стереотип – это сложный психологический и одновременно социальный механизм усвоения и переработки информации, а вместе с тем и регулирующее начало человеческой деятельности. Утверждать, что его образование есть сугубо психологический процесс, который будто бы не всегда отражает реалии общественного существования индивида, – ошибка, психологизирование социальной реальности. Также ошибочно рассматривать стереотипы как только ложные представления о реальных свойствах вещей и упрекать их носителей в зашоренности. Как идеальный конструкт общественной деятельности человека, стереотипы являются элементами его сознания, но они вовсе не сводятся к «совокупности мифических представлений», а имеют материальное выражение – знаковый характер (являются знаками отношений, в первую очередь социальных) – и всегда отражают некоторую объективную реальность, пусть в искаженном и трансформированном виде, моделируют и организуют ее. Стереотипы срабатывают как «маркеры» социальной дифференциации между группами и интеграции внутри них, ибо они защищают и охраняют интересы группы, регулируют поведение людей.

В структуре социального стереотипа можно выделить несколько составляющих его уровней:

1) когнитивный уровень – это получаемая человеком информация об объективных феноменах действительности. Эта информация преобразуется в стереотипное суждение, если представлена «схематизированным и генерализированным содержанием»[8]. Ведь когнитивным источником стереотипов почти всегда является наше естественное стремление сводить сложные взаимосвязи к простым. Упрощение, схематизация социальной реальности, а порой и ее искажение являются существенной чертой стереотипов. Механизм стереотипизации включается всякий раз, когда в общем потоке поступающей информации люди встречают явления или ситуации, не требующие подробного и глубокого анализа. Человеческая психика устроена таким образом, чтобы максимально облегчить наше существование;

2) ценностный уровень выражает отношение субъекта к отражаемой действительности и обычно включает в себя эмоции, чувства симпатии или антипатии к реальному или символическому объекту. Зачастую в стереотипах акцентирована именно эта составляющая. Поэтому иногда делается вывод о том, что в стереотипе якобы минуется процесс рационального осознания, что стереотип представляет собой «образование, предшествующее разуму»[9], которое не осознается индивидом и не артикулируется им. Это не совсем так. Любой стереотип, даже если он не артикулируется, имеет когнитивную основу, ибо возникает благодаря знанию (или распознаванию) объекта, с которым человек имеет дело.

Социальному стереотипу присущи определенные свойства. Из них наиболее ярко и конкретно проявляется предвзятость. Люди часто готовы оценивать поступающую информацию предвзято и не всегда сознают это. Они пребывают в уверенности, что их негативное отношение к человеку, группе или явлению вызвано их дурными свойствами или плохим поведением. Также и прошлый отрицательный опыт взаимодействия с кем-либо из группы может в дальнейшем проецироваться на всех членов этой группы. когда личный опыт противоречит стереотипу, такой факт воспринимается как исключение.

Другим свойством социального стереотипа является его ригидность. Стереотипы отличаются стабильностью и консервативностью в течение порой долгого времени. Люди со стереотипным мышлением и поведением успешно сопротивляются рациональным доводам, любой информации, направленной на их изменение. Однако абсолютизировать ригидность стереотипов нельзя, так как им свойственна и определенная гибкость. Люди вынуждены приспосабливаться к изменению общественных реалий, поэтому социальный стереотип может меняться в зависимости от объективных социальных, политических, экономических перемен, однако происходит это, как правило, не очень быстро. Пластичность стереотипов проявляется в изменении ценностей, установок мотивационной структуры их носителей. Если человек открыт для восприятия информации, не стыкующейся с его стереотипным представлением о происходящем, разрушающей его же собственную привычку судить, основываясь на стереотипах, происходит «ломка» мышления. Человек не может мгновенно поменять фокус уже сложившегося мнения и оценок, ему сложно выйти за рамки своего обыденного кругозора.

Могут ли социальные стереотипы исчезать вовсе? Скорее можно утверждать, что стереотип с течением времени видоизменяет свое содержание. Однако сам по себе он исчезнуть не может, ибо является инструментом сознания и деятельности. Важно понимать, что не бывает абсолютно одинаковых ситуаций, в которых востребуются те или иные социальные стереотипы, поэтому их содержание вариативно. Отметим, что даже в условиях активного общения и пополнения информации друг о друге между стереотипизирующей и стереотипизируемой сторонами стереотипы не исчезают. Так, например, совместное существование мужчины и женщины отнюдь не разрушает гендерные стереотипы.

Конечно, осознанно изменяя любой стереотип поведения, можно гармонизировать свою жизнь и отношения с окружающим миром. Для этого нужны желание и практическая потребность в этом изменении, должна быть соответствующая цель, поскольку нормальное (что может не значить «приемлемое» для конкретного человека) поведение – это зависимое поведение. В общении человек вынужден благоразумно не выходить за рамки, которые позволяют ему видеть в людях только то, что важно для обслуживания его зависимости. Для нормального человека всегда гораздо большее значение имеет Я идеальное, чем Я возможное. Возможное Я – это тот образ индивида, каким он мог бы стать, освободившись от стереотипных суждений.

Оценочная окрашенность – также одно из ярчайших свойств социального стереотипа, проявляется внешним образом в его выраженности, в реальных действиях и чувствах людей. Скажем, стереотип враждебности в отношении каких-либо индивидов или их групп влечет за собой напряжение между ними со всеми вытекающими отсюда последствиями – от оскорблений до физического насилия.

Таким образом, социальные стереотипы не являются «аксиологически нейтральными». Стереотипизация любого явления всегда сопряжена с его оценкой, а оценка, в свою очередь, зависит от того, кто оценивает и с какой точки зрения, так как «оценка относится к числу собственно человеческих категорий… она задает его мышление и деятельность. Она предназначена для того, чтобы упорядочивать, облегчать и регулировать эту деятельность»[10]. Из-за разницы условий деятельности людей их оценки любого социального явления подвергаются критике за их необъективный характер, ибо все понимают, что они часто зависят именно от стереотипов тех, кто оценивает. Ведь оценивающий только со своих позиций неизбежно упускает из виду многие объективные признаки оцениваемого, что нагружает его стереотипное суждение ошибочными представлениями.

Социальный стереотип подчиняется строгим логическим законам мышления. Он обладает свойством однозначности. Это свидетельствует о том, что логически не может быть вынесено одновременно двух противоречащих друг другу суждений по поводу одного и того же объекта.

Отметим еще одно свойство социального стереотипа – его репрезентативность. Стереотипизация понимается как упрощенный способ представления другого: несколько характеристик «сплющиваются» в один, весьма упрощенный образ, который призван сжато представить и выразить сущность всей группы.

Можно выделить много разновидностей социальных стереотипов: гендерные, этнические, конфессиональные, профессиональные, политические, эстетические, этические, бытовые и многие другие. Все они так или иначе проявляются в жизнедеятельности людей современного общества как стереотипы их социальной идентификации. Нередко в каждом отдельном случае имеет место комплексное сочетание нескольких видов стереотипов.

Механизм стереотипизации (то есть механизм образования стереотипа) не является прирожденным инвариантом человеческого сознания. Стереотипы редко бывают плодом нашего личного опыта. С того момента, как ребенок начинает идентифицировать себя с группой и осознавать себя ее членом, он в процессе социализации, инкультурации усваивает готовые социальные (этические, эстетические и т. д.) стереотипы поведения той группы, к которой принадлежит, в первую очередь наиболее близких к нему людей. Поэтому можно с определенной долей уверенности говорить о том, что социальные стереотипы, прививаемые обществом индивиду через социализацию, становятся и личностными. Следовательно, персональные стереотипы (автостереотипы) являются «подтипом» социальных, сфера их действия – самые разные ситуации, в которых индивид обладает свободой решать, как относиться к тому или иному явлению. Это не означает, что человек не может иметь своих собственных выработанных стереотипов. Вместе с тем даже эти якобы самостоятельно выработанные человеком стереотипы формируются им в его совместной жизнедеятельности с другими людьми, а потому они не могут не иметь общественного характера.

Сущность социального стереотипа не может быть понята без выяснения вопроса о том, какова его роль и каким образом происходит «моделирование» (конструирование) реальности с его помощью. Всякий субъект для осуществления акта самоидентификации, для того чтобы сформировать образ самого себя и самооценку, обеспечивающие его психологическую устойчивость, нуждается в Другом. Благодаря инаковости Другого даруется смысл тому, что индивид собой представляет для себя. Иначе говоря, он определяет себя в терминах подобия и отличия от другого человека. Всякое общество, коллектив или группа и даже отдельный индивид начинают сознавать свою тождественность только через выделение своих отличий посредством их закрепления в образцах поведения по отношению к другим, чужим. Такие различия служат границей, где заканчиваются «я» или «мы» и начинается чужой внешний мир – «они». В качестве другого человеку может противостоять все общество, к которому он принадлежит, «мы», отделившее себя от «они», огромное количество людей, связанных в одно целое сложной системой отношений.

Человеку свойственно, сознавая свою принадлежность к определенной группе, приписывать ей более благоприятную оценку, чем чужой. Такое предпочтение характеризуется двумя важными аспектами. Во-первых, элементы собственной культуры (норм, ролей, ценностей) воспринимаются им как естественные и правильные, а элементы других культур – негативно, как неестественные и неправильные. Происходит позитивная самоидентификация: мы – хорошие, они – плохие. Люди склонны рассматривать явления и факты чужой культуры, чужого народа, группы или семьи и т. д. сквозь призму своих культурных традиций и ценностей. Различия могут быть воображаемыми, но настоящая проблема возникает тогда, когда эти действительные или воображаемые различия возводятся в ранг главного качества и превращаются во враждебную психологическую установку по отношению к какой-то другой группе. Такая установка психологически разобщает отдельных людей или их общности, а затем теоретически обосновывает дискриминацию, которая проистекает больше из внутренних процессов своего носителя, чем из фактических свойств группы, о которой идет речь. Это имеет последствие в том, что малые по численности группы, в особенности дискриминируемые, обнаруживают очень высокую степень сплоченности. Сама дискриминация (острое ощущение своей исключительности, отличия) служит фактором, способствующим цементированию внутригрупповой солидарности. Во-вторых, с самого начала наиболее характерными особенностями популяций предков человека и человеческих групп, по замечанию П. Ван ден Берге[11], явились два альтруистических качества – «непотизм» (поведение, направленное не только на собственное выживание, но и на заботу о родственниках) и «реципрокность» (поведение, при котором особи внутри популяции тесно сотрудничают по принципу «добро за добро»). Для человека естественно сотрудничать с членами своей группы, оказывать им помощь, предпочитать свою группу, гордиться ею и даже враждовать с членами других групп. В кризисных условиях он ищет опору и поддержку и зачастую находит их именно у представителей своего окружения. Таким образом удовлетворяется потребность человека в чувстве психологического комфорта, в безопасности и защищенности. Во имя сохранения внутренней сплоченности каждая социальная группа максимизирует межгрупповые различия и одновременно минимизирует различия между членами своей группы и закрепляет их в форме автостереотипов и гетеростереотипов – шаблонов восприятия, позволяющих «быстро, просто и достаточно надежно категоризировать, упрощать, схематизировать ближайшее и более отдаленное социальное окружение»[12]. Социальный автостереотип описывает самосознание группы, ее представление о себе, а содержанием социального гетеростереотипа является сложившийся образ другого социального образования. Сам по себе этот процесс межгрупповой стереотипизации не плох и не хорош, он лишь выполняет объективно необходимую функцию, являясь инструментом восприятия социальной действительности, особым социальным языком.

Стереотипы хороши, когда они работают на человека, а не подавляют его индивидуальность. Каждый человек прежде всего является личностью со своими особенностями мышления, характера и поведения. «Человек сознает, что он существует. Что он – это он; ничто не заменит его, и сам он не может заменить других»[13]. И если мы все-таки приходим к выводу, что определенный стереотип должен быть развенчан, необходимо иметь в виду, что его развенчание всегда сопровождается довольно острыми межличностными, внутриличностными и межгрупповыми конфликтами. В обществе всегда имеет место «глубокое противоречие, кажущееся непреодолимой пропастью между индивидуальными потребностями и склонностями и потребностями существования общества»[14], где каждый индивид является изолированным в своей внутренней жизни, а во внешней – «функционером», винтиком общественной системы. Человек нуждается в определенных реакциях со стороны других людей для поддержания самоуважения и целостности Я и в стабильном общественном порядке.

Все это говорит об устойчивости и поляризованности социальных стереотипов людей. Ведь степень истинности оценок, которые выводят люди из стереотипизированных образов, пропорциональна их познанию общественных реалий, на основе которых только и может сформироваться стереотип.

[1] Lippman, W. Public Opinion. – N. Y., 1966. – P. 66.

[2] Кон, И. С. Психология предрассудка (о социально-психологических корнях этнических предубеждений) // Новый мир. – 1996. – № 9. – С. 26.

[3] Белл, Д. Грядущее постиндустриальное общество. – М., 1999. – С. 407.

[4] См.: Майерс, Д. Социальная психология. Интенсивный курс. – СПб. – М., 2002. – С. 311.

[5] Интересно, что на этом основании стереотип расценивается П. Штомпкой, например, как патологическое явление: «Стереотип – это упрощенный, односторонний, крайне утрированный образ определенной группы, трактующий всех членов этой группы недифференцированно, независимо от их индивидуальных особенностей» (Штомпка, П. Социология. – М., 2005. – С. 316).

[6] См.: Кон, И. С. Указ. соч. – С. 26.

[7] Именно поэтому стереотипы являются основной мишенью «программистов» поведения. Апелляция к укоренившимся стереотипам людей гарантированно помогает «подтолкнуть» их умы в желательном направлении.

[8] Шихирев, П. Н. Современная социальная психология в Западной Европе. – М., 1985. – С. 170.

[9] Allport, G. W. The Nature of Prejudice. – N. Y., 1958. – P. 32.

[10] Арутюнова, Н. Д. Проблемы структурной лингвистики. – М., 1984. – С. 5.

[11] Van den Berghe, P. L. Race and Ethnicity: A Sociobiological Perspective // Ethnic and Racial Studies. – 1978. – Vol. 1. – № 4. – P. 401–411; idem. The Ethnic Phenomenon. – N. Y., 1981.

[12] Агеев, B. C. Психологическое исследование социальных стереотипов // Вопросы психологии. – 1986. – № 1. – С. 95–101.

[13] de Carvalho Jr., M. J. La conscience n’existe pas sans la liberte // Jaime, J. Historia da filosofia no Brasil. – Vol. 3. – São Paulo, 2001. – P. 409.

[14] Escaprit, R. La societe des individus. – Paris, 1984. – P. 43.

«Мальчики не плачут»: как популярный стереотип разрушает мужчинам психику и жизнь

Откуда взялся стереотип, что мальчики не плачут

Мужчин принято считать менее эмоциональными, чем женщины, хотя это не так. Исследователи выяснили, что оба пола одинаково склонны к проявлению чувств. Но выражение эмоций во многом зависит от ситуации и заученных гендерных ролей.

Что касается конкретно слёз, в 1980‑х учёные подсчитали, что в среднем женщина плачет 5,3 раза в месяц, а мужчина — 1,3 раза. Более поздние исследования показывали примерно такие же результаты. У подобной статистики есть биологическое объяснение. Тестостерон может подавлять плач, а пролактин, содержание которого выше у женщин, — стимулировать.

Однако при сравнительном анализе выяснилось, что в более богатых странах люди в целом плачут чаще. Просто культура, в которой они живут, это позволяет. В бедных странах поводов для рыданий больше, но эмоциональность не одобряется, что влияет на частоту слёз.

Если копнуть глубже, становится ясно, что под запретом не слёзы как таковые. Речь идёт об эмоциях, ассоциируемых с уязвимостью: о грусти, тоске, унынии, печали.

Запрет на проявление некоторых чувств напрямую связан с гендерными предрассудками, от которых страдают оба пола. В коллективном бессознательном существует некий образ настоящего мужчины, который должен быть сильным, решительным и несгибаемым. На практике больше внимания уделяют форме, а не содержанию. Слёзы, грусть, страх табуированы, а немотивированная агрессия поощряется, хотя с силой характера всё это никак не связано.

Кристина Костикова

Психолог.

Запрет на эмоции — самая распространённая гендерная установка, с которой сталкивается мальчик в самых разных её проявлениях. Родители запрещают испытывать чувства, которые ассоциируются со слабостью. Они могут обесценивать переживания мальчика и стыдить его за это. Они ставят в пример образ сильного мужчины, который никогда не плачет, не боится и не чувствует боли.

Родители при этом могут исходить из лучших побуждений. Но результат далеко не всегда будет таким, на который рассчитывали.

К запрету на эмоции добавляется и внегендерный аспект. В России до сих пор уделяют мало внимания чувствам, даже если речь идёт о собственных детях или о себе. Поэтому, столкнувшись с грустью ребёнка, родитель зачастую не может обработать свои ощущения и отреагировать адекватно. Он не знает, как помочь, и воспринимает детские слёзы как источник раздражения. Сказать «не ной» в этой ситуации гораздо проще.

Сейчас читают 🔥

Чем опасен запрет на эмоции

У человеческой психики нет тумблера, который позволяет отключить те или иные эмоции. Это просто реакция на происходящие события. Запрещая себе или кому‑то выражать свои чувства, мы не отменяем их. Просто к эмоции печали добавляются вторичные в виде стыда и страха: вдруг кто‑то заметит? Такой подход может повлечь за собой массу проблем.

Неспособность обрабатывать эмоции

Анализ своих чувств помогает вовремя понять, что происходит, и отреагировать на это должным образом. Если вам что‑то приносит радость, появляется стимул чаще с этим иметь дело. Злость — логичный отклик на чужеродное вторжение и попытку продавить границы. Когда случается что‑то печальное, вы грустите.

Чтобы понимать свои эмоции, с ними надо столкнуться. Если человек с детства привыкает блокировать в себе какие‑то чувства, ему негде получить инструменты для работы с ними. А потому возникает множество проблем и недопониманий.

Например, мужчина может грустить, потому что сегодня годовщина смерти его собаки. Его близкий человек пытается выяснить, в чём дело. Вдруг он сможет помочь? Логично в этой ситуации объяснить, что происходит, и принять эту помощь. Ну или сорваться на близкого, потому что грустить запрещено, а орать без повода — вполне легально и это возможность открыть клапан и справиться с эмоциями. Вот только близкие в такой ситуации с лёгкостью могут стать далёкими.

Не умея обрабатывать эмоции, мужчина сталкивается с проблемами выстраивания отношений в самом широком смысле. Он не понимает, что чувствует, и не может донести это до собеседника. Нежелание обсуждать недочёты отношений зачастую связано с тем, что мужчина избегает всего, что может поставить его в дискомфортную ситуацию вынужденного контакта с эмоциями.

Кристина Костикова

Психолог.

Построить близкие и тёплые отношения человеку, подавляющему и не понимающему свои эмоции, практически невозможно. Обесценивая собственные переживания, он привыкает обесценивать и эмоции своего партнёра.

Саморазрушающее поведение

Неспособность анализировать эмоции и справляться с ними отражается не только на окружающих.

Мария Эриль

Психолог, психотерапевт, руководитель направления «Психология коммуникации» компании Business Speech.

Во взрослом возрасте эмоциональный панцирь хорошо сформирован, но тем не менее регулярно сквозь него прорывается некая слишком сильная эмоция. Это приводит к фрустрации. Мужчина растерян и чувствует агрессию в сторону ситуации, которая принесла этот дисбаланс. Обычно он нуждается в некоторых особых обстоятельствах, чтобы снять напряжение.

Речь в первую очередь идёт об адреналиновых активностях. Иногда они довольно безобидны, вроде компьютерных игр. Но нередко это алкоголь, агрессивное вождение и другая деятельность, связанная с высоким риском. Всё это может закончиться травмами или гибелью.

Проблемы со здоровьем и психикой

Желая привить мальчику силу и бесстрашие, родители не подозревают, что эффект может быть противоположным. У ребёнка возникают неуверенность в себе и страх не суметь поддерживать образ сильного мужчины.

Кристина Костикова

Психолог.

Всегда подавлять эмоции невозможно: так устроена наша психика. Всё подавленное рано или поздно находит выход. Хорошо ещё, если это проявляется в виде хронической усталости. Но гораздо чаще выходом для вытесненных переживаний становятся психосоматические заболевания, неврозы и депрессивные состояния.

Известно много случаев, когда мужчины не выдерживали трудностей с работой, распада бизнеса и других проблем в важных для них сферах и, не зная, как справиться с этим эмоциональным грузом, совершали самоубийство. Не понимая и не принимая то, как функционирует наша психика (вне зависимости от пола), крайне трудно жить полноценной и счастливой жизнью.

Что делать взрослому мужчине, чтобы снять запрет на эмоции

Самым правильным решением было бы обращение к психологу, но кое‑что можно сделать и самостоятельно.

Начните замечать свои переживания, не подавляя их, но наблюдая за ними. Сила заключается не в том, чтобы запретить свои настоящие чувства, а в том, чтобы честно на них посмотреть и выбрать уместный способ решения проблемы. Важно не обесценивать и не стыдить, а изучать себя. В этом случае высвободится колоссальное количество энергии, которое прежде уходило на подавление эмоций. Агрессия важна и нужна, но это далеко не единственный способ решения вопросов.

Кристина Костикова

Психолог.

Необходимо понять, что родители воспитывали вас как умели и как, вероятно, воспитывали их собственные родители. Однако это не означает, что вы обязаны следовать этому паттерну в своей жизни. Через осознание проблемы вы получаете выбор: идти по привычному пути или нет.

О чём стоит помнить родителям мальчиков

Разрешить ребёнку испытывать эмоции — не значит растить его нюней и плаксой, который в жизни ничего не добьётся. Напротив, понимание себя и других — мощный инструмент для достижения успеха. Развитый эмоциональный интеллект помогает в работе и личной жизни. А отсутствие искусственных ограничений в виде гендерных стереотипов позволяет выбрать занятие по душе и не тратить уйму сил на то, чтобы допрыгнуть до родительской планки «Настоящий мужчина».

Анастасия Беляева

Детский психолог, исполнитель сервиса YouDo.

Задача родителей — научиться в первую очередь распознавать свои эмоции и умело управлять ими. Например, с самого раннего возраста проявлять сочувствие к своему сыну, когда ему больно. Нельзя игнорировать его обиды и пропускать их: от этого малыш очень страдает. Ребёнок может закрыться от таких родителей.

Все дети, независимо от пола, хотят, чтобы их любили и заботились о них, чтобы во время сильной боли и обиды родители смогли разделить эмоции с ними, а не отгораживались устаревшими стереотипами «мальчики не плачут, а девочки не ведут себя как мальчики».

Правда в том, что любой мужчина настоящий, а люди вообще все разные. Задача родителей — не запереть ребёнка в ящик стереотипной роли, а помочь достичь зрелости во всех аспектах, в том числе и в эмоциональном.

Читайте также 💁‍♀️🧡🙆‍♂️

Гендерные стереотипы: социокультурная или биологическая обусловленность?

ЛИТЕРАТУРА

Амунц, В. В. (2004) К вопросу об асимметрии структурной организации мозга мужчин и женщин. В кн.: Н. Н. Боголепов, В. Ф. Фокин (ред.). Функциональная межполушарная асимметрия. М.: Научный мир, с. 323–330.

Аруин, А. С., Зациорский, В. М. (1988) Эргономическая биомеханика. М.: Машиностроение, 256 с.

Виноградова, Т. В., Семенов, В. В. (1993) Сравнительное исследование познавательных процессов у мужчин и женщин: роль биологических и социальных факторов. Вопросы психологии, № 2, с. 72–80.

Вольф, Н. В. Разумникова, О. М. (2004) Половой диморфизм функциональной организации мозга при обработке речевой информации. В кн.: Н. Н. Боголепов, В. Ф. Фокин (ред.). Функциональная межполушарная асимметрия. М.: Научный мир, с. 564–597.

Голдберг, Э. (2003) Управляющий мозг: лобные доли, лидерство и цивилизация. М.: Смысл, 333 c.

Голубев, В. Л., Данилов, А. Б., Данилов, А. Б., Вейн, А. М. (2004) Психосоциальные факторы, гендер и боль. Журнал неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова, т. 104, № 11, с. 70–73.

Жуков, Д. А. (2007) Биология поведения: гуморальные механизмы. СПб.: Речь, 442 с.

Ильин, Е. П. (2007) Дифференциальная психофизиология мужчины и женщины. СПб.: Питер, 544 с.

Кабалевская, А. И. (2012) Представления о гендерных стереотипах в современной социальной психологии. Психологические исследования, № 2 (22), статья 4. [Электронный ресурс]. URL: http://www.psystudy.ru/index.php/num/2012n2-22/657-kabalevskaya22.html (дата обращения 01.07.2021).

Каменская, Е. Н., Дыхан, Л. Б., Пижугийда, В. В. (2017) Изучение влияния гендерных стереотипов на деятельность педагога. Проблемы современного педагогического образования, № 57–2, с. 130–137.

Клецина, И. С. (1998) Гендерная социализация. СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 92 с.

Клецина, И. С., Давыдова, Э. В. (2020) Гендерные стереотипы и их проявление в деятельности школьных педагогов. В кн.: Герценовские чтения: психологические исследования в образовании. Вып. 3. СПб.: Издательство РГПУ им. А. И. Герцена, с. 349–356. https://doi.org/10.33910/herzenpsyconf-2020-3-60

Кэхилл, Л. (2005) Его мозг, ее мозг. В мире науки, № 8, с. 20–27.

Радина, Н. К. (1999) Об использовании гендерного анализа в психологических исследованиях. Вопросы психологии, № 2, с. 22–27.

Разумникова, О. М. (2004) Взаимодействие гендерных стереотипов и жизненных ценностей как факторов выбора профессии. Вопросы психологии, № 4, с. 76–83.

Реброва, Н. П. (2009) Взаимосвязь биологических и психологических характеристик личности: гендерный аспект. В кн.: И. С. Клецина (ред.). Гендерная психология. СПб.: Питер, с. 48–73.

Риппон, Дж. (2019) Гендерный мозг. Современная нейробиология развенчивает миф о женском мозге. М.: Эксмо, 400 с.

Савельев, С. В. (2016) Нищета мозга. 2-е изд., доп. М.: ВЕДИ, 192 с.

Сапин, М. Р., Сивоглазов, В. И. (2002) Анатомия и физиология человека (с возрастными особенностями детского организма). 3-е изд., стер. М.: Академия, 448 с.

Степанова, Д. П. (2020) Гендерные стереотипы как фактор, сдерживающий развитие женского спорта (на примере тяжелой атлетики). Ученые записки университета имени П. Ф. Лесгафта, № 1 (179), с. 269–273. https://doi.org/10.34835/issn.2308-1961.2020.1.p269-273

Ткачева, В. А. (2020a) Гендерные стереотипы в современной России и влияние на них массовой культуры. Социология в современном мире: наука, образование, творчество, т. 1, № 12, с. 261–264.

Ткачева, М. С. (2020b) Особенности стереотипных представлений о школьниках у студентов разных педагогических специальностей. Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия: Акмеология образования. Психология развития, т. 9, № 2 (34), с. 178–186. https://doi.org/10.18500/2304-9790-2020-9-2-178-186

Уилмор, Дж. Х., Костилл, Д. Л. (2001) Физиология спорта. Киев: Олимпийская литература, 503 с.

Фадеева, У. А., Яшкова, Е. В., Вагин, Д. Ю. (2019) Гендерные стереотипы в профессиональной деятельности как социальная стратификация общества. Актуальные вопросы современной экономики, № 3, с. 602–607.

Ходырева, Н. В. (1998) Гендер в психологии: история, подходы, проблемы. Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 6. Философия, политология, социология, психология, право, международные отношения, № 2, с. 74–82.

Чикер, В. А., Почебут, Л. Г. (2017) Гендерные стереотипы межличностного восприятия. Петербургский психологический журнал, № 18, с. 47–74.

Anders S. M. van, Steiger, J., Goldey, K. L. (2015) Gendered behavior modulates testosterone in women and men. PNAS: Proceedings of the National Academy of Sciences, vol. 112, no. 45, pp. 13805–13810. https://doi.org/10.1073/pnas.1509591112

Cosgrove, K. P., Mazure, C. M., Staley, J. K. (2007) Evolving knowledge of sex differences in brain structure, function, and chemistry. Biological Psychiatry, vol. 62, no. 8, pp. 847–855. https://doi.org/10.1016/j.biopsych.2007.03.001

Crozier, D., Zhang, Z., Park, S., Sternad, D. (2019). Gender differences in throwing revisited: Sensorimotor coordination in a virtual ball aiming task. Frontiers in Human Neurosciense, no. 13, article 231. https://doi.org/10.3389/fnhum.2019.00231

Hayes, J., Allinson, Ch. W., Armstrong, St. J. (2004) Intuition, women managers and gendered stereotypes. Personnel Review, vol. 33, no. 4, pp. 403–417. https://doi.org/10.1108/00483480410539489

Hyde, J. S. (1986) Gender differences in aggression. In: J. A. Hyde, M. C. Linn (eds.). The psychology of gender: Advances through meta-analysis. Baltimore: Johns Hopkins Press, pp. 51–66.

Hyde, J. S. (2005) The gender similarities hypothesis. American Psychologist, vol. 60, no. 6, pp. 581–592. https://doi.org/10.1037/0003-066X.60.6.581

Joel, D., Yarimi, D. (2014) Consciousness-raising in a gender conflict group. International Journal of Group Psychotherapy, vol. 64, no. 1, pp. 48–69. https://doi.org/10.1521/ijgp.2014.64.1.48

Kimura, D. (1999) Sex and cognition. Cambridge: MIT Press, 230 p.

Maccoby, E., Jacklin, C. (1974) The psychology of sex differences. Stanford: Stanford University Press, 634 p.

Miller, D. I., Halpern, D. F. (2014) The new science of cognitive sex differences. Trends in Cognitive Sciences, vol. 18, no. 1, pp. 37–45. https://doi.org/10.1016/j.tics.2013.10.011

Sax, L. (2002) Maybe men and women are different. American Psychologist, vol. 57, no. 6–7, p. 444. https://doi.org/10.1037/0003-066X.57.6-7.444a

Swaab, D. F. (2007) Sexual differentiation of the brain and behavior. Best Practice & Research Clinical Endocrinology & Metabolism, vol. 21, no. 3, pp. 431–444. https://doi.org/10.1016/j.beem.2007.04.003

Wong, J. S., Gravel, J. (2016) Do sex offenders have higher levels of testosterone? Results from a meta-analysis. Sexual Abuse, vol. 30, no. 2, pp. 147–168. https://doi.org/10.1177/1079063216637857

REFERENCES

Amunts, V. V. (2004) K voprosu ob asimmetrii strukturnoj organizatsii mozga muzhchin i zhenshchin [To the question of the asymmetry of the structural organization of the brain of men and women]. In: N. N. Bogolepov, V. F. Fokin (eds.). Funktsional’naya mezhpolusharnaya asimmetriya [Functional interhemispheric asymmetry]. Moscow: Nauchnyj mir Publ., pp. 323–330. (In Russian)

Anders S. M. van, Steiger, J., Goldey, K. L. (2015) Gendered behavior modulates testosterone in women and men. PNAS: Proceedings of the National Academy of Sciences, vol. 112, no. 45, pp. 13805–13810. https://doi.org/10.1073/pnas.1509591112 (In English)

Aruin, A. S., Zatsiorskij, V. M. (1988) Ergonomicheskaya biomekhanika [Ergonomic biomechanics]. Moscow: Mashinostroenie Publ., 256 p. (In Russian)

Cahill, L. (2005) His brain, her brain. V mire nauki, no. 8, pp. 20–27. (In Russian)

Chiker, V. A., Pochebut, L. G. (2017) Gendernye stereotipy mezhlichnostnogo vospriyatiya [Gender stereotypes of interpersonal perception]. Peterburgskij psihologičeskij žurnal, no. 18, pp. 47–74. (In Russian)

Cosgrove, K. P., Mazure, C. M., Staley, J. K. (2007) Evolving knowledge of sex differences in brain structure, function, and chemistry. Biological Psychiatry, vol. 62, no. 8, pp. 847–855. https://doi.org/10.1016/j.biopsych.2007.03.001 (In English)

Crozier, D., Zhang, Z., Park, S., Sternad, D. (2019). Gender differences in throwing revisited: Sensorimotor coordination in a virtual ball aiming task. Frontiers in Human Neuroscience, no. 13, article 231. https://doi.org/10.3389/fnhum.2019.00231 (In English)

Fadeeva, U. A., Yashkova, E. V., Vagin, D. Yu. (2019) Gendernye stereotipy v professional’noj deyatel’nosti kak sotsial’naya stratifikatsiya obshchestva [Gender stereotypes in professional activity as social stratification of society]. Aktual’nye voprosy sovremennoj ekonomiki — Actual Issues of the Modern Economics, no. 3, pp. 602–607. (In Russian)

Goldberg, E. (2003) The executive brain: Frontal lobes and the civilized mind. Moscow: Smysl Publ., 333 p. (In Russian)

Golubev, V. L., Danilov, A. B., Danilov, A. B., Vejn, A. M. (2004) Psihosocial’nye faktory, gender i bol’ [Psychosocial factors, gender and pain]. Zhurnal nevrologii i psikhiatrii im. S. S. Korsakova, vol. 104, no. 11, pp. 70–73. (In Russian)

Hayes, J., Allinson, Ch. W., Armstrong, St. J. (2004) Intuition, women managers and gendered stereotypes. Personnel Review, vol. 33, no. 4, pp. 403–417. https://doi.org/10.1108/00483480410539489 (In English)

Hodyreva, N. V. (1998) Gender v psikhologii: istoriya, podkhody, problemy [Gender in psychology: History, approaches, problems]. Vestnik Sankt-Peterburgskogo Universiteta. Seriya 6. Filosofiya, politologiya, sotsiologiya, psikhologiya, pravo, mezhdunarodnye otnosheniya, no. 2, pp. 74–82. (In Russian)

Hyde, J. S. (1986) Gender differences in aggression. In: J. A. Hyde, M. C. Linn (eds.). The psychology of gender: Advances through meta-analysis. Baltimore: Johns Hopkins Press, pp. 51–66. (In English)

Hyde, J. S. (2005) The gender similarities hypothesis. American Psychologist, vol. 60, no. 6, pp. 581–592. https://doi.org/10.1037/0003-066X.60.6.581 (In English)

Il’in, E. P. (2007) Differentsial’naya psikhofiziologiya muzhchiny i zhenshchiny [Differential psychophysiology of men and women]. Saint Petersburg: Piter Publ., 544 p. (In Russian)

Joel, D., Yarimi, D. (2014) Consciousness-raising in a gender conflict group. International Journal of Group Psychotherapy, vol. 64, no. 1, pp. 48–69. https://doi.org/10.1521/ijgp.2014.64.1.48 (In English)

Kabalevskaya, A. I. (2012) Predstavleniya o gendernykh stereotipakh v sovremennoj sotsial’noj psikhologii [Ideas about gender stereotypes in modern social psychology]. Psikhologicheskie issledovaniya, no. 2 (22), article 4. [Online]. Available at: http://www.psystudy.ru/index.php/num/2012n2-22/657-kabalevskaya22.html (accessed 01.07.2021). (In Russian)

Kamenskaya, E. N., Dykhan, L. B., Pizhugijda, V. V. (2017) Izuchenie vliyaniya gendernykh stereotipov na deyatel’nost’ pedagoga [Study of the influence of gender stereotypes on the activities of a teacher]. Problemy sovremennogo pedagogicheskogo obrazovaniya, no. 57–2, pp. 130–137. (In Russian)

Kimura D. (1999) Sex and cognition. Cambridge: MIT Press, 230 p. (In English)

Kletsina, I. S. (1998) Gendernaya sotsializatsiya [Gender socialization]. Saint Petersburg: Herzen State Pedagogical University Publ., 92 p. (In Russian)

Kletsina, I. S., Davydova, E. V. (2020) Gendernye stereotipy i ikh proyavlenie v deyatel’nosti shkol’nykh pedagogov [Gender stereotypes among school teachers]. In: Gertsenovskie chteniya: psikhologicheskie issledovaniya v obrazovanii [The Herzen University Studies: Psychology in education. Proceedings of the III International scientific and practical conference]. Saint Petersburg: Herzen State Pedagogical University of Russia, pp. 349–356. https://doi.org/10.33910/herzenpsyconf-2020-3-60 (In Russian)

Maccoby, E., Jacklin, C. (1974) The psychology of sex differences. Stanford: Stanford University Press, 634 p. (In English)

Miller, D. I., Halpern, D. F. (2014) The new science of cognitive sex differences. Trends in Cognitive Sciences, vol. 18, no. 1, pp. 37–45. https://doi.org/10.1016/j.tics.2013.10.011 (In English)

Radina, N. K. (1999) Ob ispol’zovanii gendernogo analiza v psikhologicheskikh issledovaniyakh [On the use of gender analysis in psychological research]. Voprosy psychologii, no. 2, pp. 22–27. (In Russian)

Razumnikova, O. M. (2004) Vzaimodejstvie gendernykh stereotipov i zhiznennykh tsennostej kak faktorov vybora professii [Interaction of gender stereotypes and life values as factors in choosing a profession]. Voprosy psychologii, no. 4, pp. 76–83. (In Russian)

Rebrova, N. P. (2009) Vzaimosvyaz’ biologicheskikh i psikhologicheskikh kharakteristik lichnosti: gendernyj aspekt [The relationship of biological and psychological characteristics of a person: Gender aspect]. In: I. S. Kletsina (ed.). Gendernaya psikhologiya [Gender psychology]. Saint Petersburg: Piter Publ., pp. 48–73. (In Russian)

Rippon, G. (2019) Gendered brain: The new neuroscience that shatters the myth of the female brain. Moscow: Eksmo Publ., 400 p. (In Russian)

Sapin, M. R., Sivoglazov, V. I. (2002) Anatomiya i fiziologiya cheloveka (s vozrastnymi osobennostyami detskogo organizma) [Human anatomy and physiology (with age characteristics of the child’s body)]. 3d ed., stereotype. Moscow: Academia Publ., 448 p. (In Russian)

Savel’ev, S. V. (2016) Nishcheta mozga [Poverty of the brain]. 2nd ed., rev. Moscow: VEDI Publ., 192 p. (In Russian)

Sax, L. (2002) Maybe men and women are different. American Psychologist, vol. 57, no. 6–7, p. 444. https://doi.org/10.1037/0003-066X.57.6-7.444a (In English)

Stepanova, D. P. (2020) Gendernye stereotipy kak faktor, sderzhivayushchij razvitie zhenskogo sporta (na primere tyazheloj atletiki) [Gender stereotypes as a factor holding back the development of women’s sports (on the example of weightlifting)]. Uchenye zapiski universiteta imeni P. F. Lesgafta, no. 1 (179), pp. 269–273. https://doi.org/10.34835/issn.2308-1961.2020.1.p269-273 (In Russian)

Swaab, D. F. (2007) Sexual differentiation of the brain and behavior. Best Practice & Research Clinical Endocrinology & Metabolism, vol. 21, no. 3, pp. 431–444. https://doi.org/10.1016/j.beem.2007.04.003 (In English)

Tkacheva, M. S. (2020b) Osobennosti stereotipnykh predstavlenij o shkol’nikakh u studentov raznykh pedagogicheskikh spetsial’nostej [Features of stereotype representations of schoolchildren in students of different pedagogical specialties]. Izvestiya Saratovskogo universiteta. Novaya seriya. Seriya Akmeologiya obrazovaniya. Psikhologiya razvitiya — Izvestia of Saratov University. Educational Acmeology. Developmental Psychology, vol. 9, no. 2 (34), pp. 178–186. https://doi.org/10.18500/2304-9790-2020-9-2-178-186 (In Russian)

Tkacheva, V. A. (2020a) Gendernye stereotipy v sovremennoj Rossii i vliyanie na nikh massovoj kul’tury [Gender stereotypes in modern Russia and the influence of mass culture on them]. Sotsiologiya v sovremennom mire: nauka, obrazovanie, tvorchestvo — Sociology in the Modern World: Science, Education, Creativity, vol. 1, no. 12, pp. 261–264. (In Russian)

Vinogradova, T. V., Semenov, V. V. (1993) Sravnitel’noe issledovanie poznavatel’nykh protsessov u muzhchin i zhenshchin: rol’ biologicheskikh i sotsial’nykh faktorov [Comparative study of cognitive processes in men and women: The role of biological and social factors]. Voprosy psychologii, no. 2, pp. 72–80. (In Russian)

Vol’f, N. V., Razumnikova, O. M. (2004) Polovoj dimorfizm funktsional’noj organizatsii mozga pri obrabotke rechevoj informatsii. In: N. N. Bogolepov, V. F. Fokin (eds.). Funktsional’naya mezhpolusharnaya asimmetriya [Functional interhemispheric asymmetry]. Moscow: Nauchnyj mir Publ., pp. 564–597. (In Russian)

Wilmore, J. H., Costill, D. L. (2001) Physiology of sport and exercise. Kiev: Olimpijskaya literatura Publ., 503 p. (In Russian)

Wong, J. S., Gravel, J. (2016) Do sex offenders have higher levels of testosterone? Results from a meta-analysis. Sexual Abuse, vol. 30, no. 2, pp. 147–168. https://doi.org/10.1177/1079063216637857 (In English)

Zhukov, D. A. (2007) Biologiya povedeniya: gumoral’nye mekhanizmy [Biology of behavior: Humoral mechanisms]. Saint Petersburg: Rech’ Publ., 442 p. (In Russian)

Стереотипы — Психология — Оксфордские библиографии

Работы в этом разделе содержат обзоры и введение в социальные научные концепции стереотипов. Эта концепция была впервые разработана Уолтером Липпманом в его книге об общественном мнении «Липпманн 1922», которую стоит прочитать, хотя в ней и отсутствуют научные данные, потому что в идеях Липпмана можно легко увидеть корни большей части современного мышления. Однако наиболее влиятельный общий обзор стереотипов представлен в Allport 1979 (первоначально опубликованном в 1954 г.).Хотя в названии подчеркивается предубеждение, большая часть книги посвящена стереотипам, и она представляет собой основу и отправную точку почти для всех современных исследований стереотипов, особенно с точки зрения социального познания. Эшмор и Дель Бока, 1981, Бригам, 1971, Хилтон и фон Хиппель, 1996 — превосходные сводки того, что было известно о стереотипах до их появления. Nelson 2009 — это отредактированный том, содержащий сборник статей, в которых рассматривается широкий спектр научной литературы по стереотипам.Оукс и др. 1994 — это широкий и глубокий анализ стереотипов с точки зрения теорий социальной идентичности и самокатегоризации — точек зрения, оказавших большее влияние за пределами Соединенных Штатов (где доминировала точка зрения социального познания). Schneider 2004, возможно, является лучшим отдельным источником, когда-либо написанным о стереотипах — он стремится объединить широкие, а иногда и противоречивые точки зрения и данные в последовательную точку зрения на то, что такое стереотипы, как они функционируют и как они связаны с предрассудками и дискриминацией.

  • Allport, G. W. 1979. Природа предрассудков . 2 изд. Нью-Йорк: Основные книги.

    Первоначально опубликовано в 1954 году. В рамках этой ранней классической книги Олпорт подробно обсуждает стереотипы и их связь с реальностью, предрассудками, дискриминацией, политикой, личностью и идентичностью.

  • Эшмор Р. Д. и Ф. К. Дель Бока. 1981. Концептуальные подходы к стереотипам и стереотипам. В Когнитивные процессы в стереотипизации и межгрупповом поведении .Под редакцией Д. Л. Гамильтона, 1–35. Хиллсдейл, Нью-Джерси: Эрлбаум.

    Обзоры теоретических подходов к стереотипам. Определяет стереотипы как представления о характеристиках социальных групп. Это гибкое определение нейтрально по отношению к (ир)рациональности, (не)точности, негативности и жесткости стереотипов; являются ли они широко распространенными, сознательными или жесткими; и вызывают ли они предрассудки, предубеждения и дискриминацию. Хороший источник политически и теоретически нейтральной концептуализации стереотипов.

  • Бригам, Дж. К. 1971. Этнические стереотипы. Психологический бюллетень 76.1: 15–38.

    DOI: 10.1037/h0031446

    Полезный обзор большей части ранней литературы по этническим стереотипам. Ставит вопросы об определении стереотипов, их содержании и развитии, их отношении к предрассудкам и методах их изучения. Поскольку и дилетанты, и ученые используют термин «стереотип» как обвинение в несостоятельности убеждений других людей (не своих собственных) о группах, Бригам определяет этнические стереотипы как «убеждения об этнической группе, которые наблюдатель считает необоснованными» (стр.29).

  • Хилтон, Дж. Л. и В. фон Хиппель. 1996. Стереотипы. Ежегодный обзор психологии 47: 237–271.

    DOI: 10.1146/annurev.psych.47.1.237

    Широкий обзор литературы по стереотипам, в основном 1980-х и 1990-х годов. Подчеркивает модели представления стереотипов; процессы, вызывающие формирование стереотипов, включая самоисполняющиеся пророчества, бессознательную ковариацию обнаружения, иллюзорную корреляцию и однородность вне группы; процессы, поддерживающие стереотипы, включая прайминг, ассимиляцию, атрибуцию и память; применение стереотипов; и изменение стереотипа.

  • Липпманн В. 1922. Общественное мнение . Нью-Йорк: Харкорт, Брейс.

    Хотя эта книга была написана журналистом об общественном мнении много лет назад, она содержит самые ранние и одни из самых влиятельных психологических определений стереотипов — как «картинок в голове» (стр. 16) о различных группах. Составляет основной корень точек зрения, подчеркивающих неточность, отношение к предрассудкам, стереотипы как чрезмерное упрощение (когнитивный скупой взгляд) и стереотипы как оправдание неравенства.

  • Нельсон, Т. Д., изд. 2009. Справочник по предрассудкам, стереотипам и дискриминации . Нью-Йорк: Психология Пресс.

    Этот отредактированный том включает статьи, посвященные исследованиям по широкому кругу тем, связанных со стереотипами, включая историю, власть, автоматизм и контроль, угрозу стереотипам, точность, сущность, меняющиеся стандарты и социальную нейронауку.

  • Оукс, П. Дж., С. А. Хаслам и Дж. К. Тернер. 1994. Стереотипы и социальная реальность .Оксфорд: Блэквелл.

    Представляет широкий и всесторонний обзор того, что известно о стереотипах. Это включает в себя энергичную критику доминирующей точки зрения социального познания, особенно ее упора на ошибки и предубеждения. Включает обзор и критику подхода теории социальной идентичности к стереотипам и представление (того, что было тогда) нового подхода, основанного на теории социальной идентичности: теории самокатегоризации.

  • Schneider, D. J. 2004. Психология стереотипов .Нью-Йорк: Гилфорд.

    Самый полный и сбалансированный трактат о психологических исследованиях стереотипов и связанных с ними из когда-либо написанных.

  • Стереотипы — IResearchNet

    Определение стереотипов

    Стереотипы — это обобщенные представления о характеристиках, присущих членам социальной группы. В 1922 году журналист Уолтер Липпманн впервые популяризировал термин «стереотип», который он описал как представление людей о том, на что похожа социальная группа.Ранние исследователи изучали содержание социальных стереотипов, прося людей указать, какие психологические черты они связывают с различными этническими и национальными группами (например, с немцами, неграми, евреями). Это исследование показало, что общественное представление об этих социальных группах в значительной степени единодушно, при этом в целом существует сильное согласие относительно того, какие характеристики типичны для каждой группы. Также была тенденция к тому, чтобы эти «картинки в наших головах» содержали больше отрицательных, чем положительных характеристик.

    Происхождение стереотипов

    Недавние исследования показывают, что стереотипы, как правило, группируются вокруг двух широких тем. Одна тема касается компетентности: являются ли члены группы умными и успешными? Вторая тема касается теплоты: являются ли члены группы симпатичными, дружелюбными и безопасными? Возможно, неудивительно, что члены доминирующей (большинства) социальной группы склонны рассматривать свою собственную группу как компетентную и теплую. Многие другие группы рассматриваются со смесью амбивалентных стереотипов.Некоторые группы, такие как женщины и пожилые люди, обычно считаются довольно теплыми, но лишенными компетентности, в то время как другие группы, такие как азиаты и евреи, как правило, рассматриваются большинством как вполне компетентные, но лишенные теплоты. Лишь относительно немногие группы (например, бездомные, наркоманы) считаются неудовлетворительными по обоим параметрам. Однако в целом данное исследование подтверждает, что стереотипы многих социальных групп маркированы как минимум одной негативной темой.

    Многие исследования последних десятилетий изучали когнитивные процессы, лежащие в основе формирования стереотипов.С этой точки зрения стереотипы выполняют познавательную функцию, организуя и структурируя представления человека о социальной среде. Перспектива социального познания подчеркивает, что стереотипы возникают в результате нормальной повседневной работы основных психических процессов, таких как внимание, память и умозаключение. В повседневной жизни человек потенциально по-разному подвергается воздействию информации о членах различных социальных групп. Их можно увидеть по телевизору, услышать, как о них говорят друзья, или встретиться с ними лично.Перспектива социального познания утверждает, что стереотипы, которые формирует человек, будут определяться тем, на какие аспекты этого парада информации он или она обращает внимание и запоминает. По сути, существует базовый процесс обучения, связанный с формированием стереотипов, но этот процесс не обязательно может быть объективным и беспристрастным. Действительно, важный вопрос, который еще не был полностью решен, заключается в том, в какой степени повседневные процессы обучения приводят к достаточно точным стереотипам.

    Конечно, интуитивно кажется маловероятным, что кто-то сформирует крайне неточные стереотипы, и даже если бы он это сделал, все еще неясно, как он или она могли бы поддерживать их перед лицом постоянного опровержения. Тем не менее, исследования социального познания показывают, что люди действительно могут систематически предвзято относиться к тому, что они «знают» о социальных группах. Люди часто обладают обширной ментальной базой данных, содержащей доказательства, подтверждающие очевидную точность их стереотипов, но эти, казалось бы, убедительные доказательства могут быть в значительной степени иллюзорными.Во-первых, чтобы у людей сформировалось точное представление о социальной группе, им необходимо было бы ознакомиться с репрезентативными выборками членов группы; однако репрезентативные выборки может быть трудно получить (особенно для групп, с которыми лично сталкиваются реже), если средства массовой информации, сплетни и другие формы публичного дискурса выборочно сосредотачиваются на более негативных аспектах поведения социальной группы. Даже если доступна репрезентативная выборка поведения, люди все равно должны быть одинаково чувствительны ко всем типам представленной информации, чтобы их мысленный образ группы был объективно точным.Исследования показывают, что опять-таки существует тенденция обращать больше внимания на негативную информацию, особенно когда она связана с определенной социальной группой (например, группой меньшинств). И когда люди начинают с четких ожиданий относительно того, на что похожа группа, они могут быть предвзятыми в отношении того, что они воспринимают и запоминают в полученной впоследствии информации о группе. Хотя остается открытым вопрос, насколько точны большинство социальных стереотипов, имеющиеся исследования показывают, что преувеличенные и неточные стереотипы могут формироваться и поддерживаться, по крайней мере, при некоторых обстоятельствах.

    Последствия стереотипов

    Когда человек сталкивается с членом стереотипной группы, стереотипы, связанные с этой группой, могут автоматически активироваться; то есть конкретные характеристики, которые считаются типичными для группы, могут стать более доступными для сознания человека. Этот процесс активации стереотипа может происходить даже в тех случаях, когда человек лично не поддерживает или не принимает стереотип как верный. Пока существует ассоциация между группой и стереотипной характеристикой, хранящейся в памяти (т.г., от частого воздействия общих культурных образов группы), стереотип может активироваться при встрече с членом стереотипной социальной группы. Если это произойдет, стереотип может оказать множество эффектов на то, как этот человек воспринимается и обращается с ним. Большинство из этих эффектов возникают быстро, непроизвольно и часто без какого-либо осознания того, что они происходят.

    Социальные психологи разработали несколько способов обнаружения того, что стереотипы активируются в сознании людей быстро и автоматически.Например, исследования показывают, что гендерные стереотипы влияют на многих людей таким образом. Участникам показывают серию фотографий мужчин и женщин, и после каждой фотографии они должны как можно быстрее ответить на целевое слово. Увидев изображение мужчины, люди, как правило, достоверно быстрее реагируют на стереотипно мужские понятия (например, «сильный»), но достоверно медленнее реагируют на стереотипно женские понятия (например, «мягкий»). Обратная картина происходит после воздействия изображения женщины.Таким образом, простое знакомство с изображением человека — это все, что нужно для того, чтобы связанные с полом стереотипные концепции стали более доступными в сознании воспринимающих. Автоматическая активация стереотипов распространена, но ни в коем случае не универсальна. Существуют существенные индивидуальные различия, и непосредственный контекст также важен. Например, в ситуационном контексте, в котором этническая принадлежность важнее пола, один и тот же набор целевых фотографий может вызвать автоматические расовые стереотипы, но не гендерные стереотипы.Однако в большинстве случаев у человека все же формируется какое-то быстрое впечатление о другом человеке, и часто это впечатление частично основано на применении активированных стереотипов в отношении некоторых (но, вероятно, не всех) социальных групп целевого человека.

    После активации стереотипы могут оказывать множество важных эффектов на то, как человек видит мир. Например, когда стереотип активируется, он может повлиять на то, как человек интерпретирует двусмысленное поведение. Если придерживаться стереотипа о том, что арабы опасны, то даже довольно приземленное поведение араба (или кого-то, кто отдаленно похож на араба) может приобрести в сознании зловещий подтекст.В такой ситуации неоднозначное поведение уподобляется стереотипным представлениям, активизирующимся в сознании воспринимающего. Стереотипы также могут влиять на то, как человек объясняет социальные события. Например, лидерские качества стереотипно больше ассоциируются с мужчинами, чем с женщинами. Успешному руководителю-мужчине часто приписывают деловую смекалку и лидерские качества, тогда как успешную работу руководителя-женщины можно объяснить благоприятными экономическими условиями или даже слепым везением. Поскольку причины большинства событий часто, по крайней мере, в некоторой степени неоднозначны, стереотипы могут влиять на то, какие элементы ситуации выделяются как причинно важные.Стереотипные результаты легко предполагают стереотипные личные причины (например, лидерские качества мужчины), тогда как контрстереотипные результаты предполагают ситуативные или временные причины (например, благоприятные рыночные условия). Обратите внимание, что эти искажающие эффекты стереотипов, как правило, усиливают кажущуюся точность стереотипа, добавляя в мысленную базу подтверждающих случаев (одновременно пропуская или не принимая во внимание опровергающие примеры).

    Стереотипы также могут быть самовоспроизводящимися в том смысле, что люди, придерживающиеся устойчивых стереотипов, могут действовать таким образом, что это приводит к подтверждению их убеждений.Например, если человек считает, что афроамериканцы настроены враждебно, то он или она может взаимодействовать с афроамериканцами относительно недружелюбно; такое обращение часто имеет тенденцию вызывать реакцию, которая также является недружественной, таким образом, как будто подтверждая ожидаемую враждебность. Такого рода самосбывающееся пророчество усиливает видимость точности стереотипа.

    Люди формируют стереотипы о всех видах социальных групп, но большая часть внимания социально-психологических исследований была сосредоточена на стереотипах о группах, определяемых основными демографическими характеристиками (такими как этническая принадлежность, пол или возраст).Из-за исторической несправедливости, связанной с расизмом, сексизмом и эйджизмом, исследователи стремились понять связи между стереотипами и дискриминацией в этих конкретных областях. В большинстве случаев кажется, что люди не подвергаются всеобщей дискриминации по отношению к группам меньшинств; то есть они не склонны негативно или несправедливо реагировать на членов группы в целом, независимо от контекста или обстоятельств. Вместо этого формы дискриминации часто совпадают с содержанием стереотипов.Ярким примером является дискриминация по половому признаку. Женщины сталкиваются с дискриминацией при приеме на работу прежде всего в ситуациях, когда они стремятся взять на себя традиционно мужские роли (например, руководителя бизнеса), но не в тех случаях, когда они стремятся к традиционно женским ролям (например, школьная учительница). Стереотипы создают ожидание того, что женщины, несмотря на их многочисленные положительные качества, «не обладают тем, что нужно», чтобы быть сильными и эффективными лидерами в бизнесе. Исследования расовых стереотипов также показывают, что дискриминация этнических меньшинств по расовому признаку гораздо более вероятна в стереотипных случаях.В некоторых исследованиях, например, афроамериканцы и латиноамериканцы были признаны виновными в должностных преступлениях (таких как кража или нападение) с большей вероятностью, чем белые подсудимые, но в отношении должностных преступлений (таких как растрата или растрата) картина обратная. компьютерный взлом). Таким образом, люди не дискриминируют какую-либо конкретную группу по всем направлениям; скорее, содержание социальных стереотипов определяет направленность и форму дискриминации, с которой сталкиваются члены стереотипных групп.

    Социальные психологи — не единственные, кто замечает эту связь между стереотипами и дискриминацией.В течение 20-го века широкая общественность также стала ассоциировать стереотипы об этих группах с социальной несправедливостью, что привело к общему мнению о том, что стереотипы неуместны и неприемлемы. В результате люди часто отказываются от стереотипных представлений, однако, как отмечалось ранее, это личное неприятие стереотипов не дает гарантии того, что удастся избежать их активизации и влияния. Одна из стратегий предотвращения нежелательных стереотипных реакций состоит в том, чтобы попытаться подавить стереотипы или предотвратить их появление в уме.Многочисленные исследования изучали влияние попыток не приходить в голову стереотипным мыслям. В этом исследовании подчеркивается, что, хотя процесс активизации и использования стереотипов часто является весьма эффективным и в значительной степени автоматическим, процесс попытки подавить эти стереотипы обычно требует гораздо больше усилий. Чтобы добиться успеха, требуется умственная энергия и целенаправленные усилия. Если у воспринимающих есть постоянная мотивация и достаточно свободного внимания, они могут преуспеть в подавлении стереотипных реакций, но если их мотивация ослабевает или они отвлекаются, попытка подавить стереотипы может фактически привести к эффекту отскока, при котором стереотипы становятся даже более доступными, чем они были бы таковыми, если бы никогда не предпринимались попытки подавления.К счастью, появляется все больше свидетельств того, что воспринимающие могут отучиться от нежелательных культурных стереотипов и стать достаточно эффективными в подавлении этих стереотипов. Исследования, изучающие самые быстрые реакции, возникающие в первые секунды встречи с членом стереотипной группы, подтверждают, что люди могут преуспеть в преодолении стереотипных предубеждений и что этот процесс подавления стереотипных реакций не должен оставаться трудным и утомительным (хотя он может начаться в ту сторону).

    Последствия стереотипов

    Стереотипы играют важную роль в том, как люди воспринимают и формируют впечатление о других. Как только человек классифицируется как член определенной группы, о нем или о ней можно судить с точки зрения групповых ожиданий. При отсутствии явного опровержения человека можно легко рассматривать как «типичного» члена этой группы, взаимозаменяемого с другими членами группы. В отличие от таких впечатлений, основанных на категориях, воспринимающие могут вместо этого судить о людях на основе личных качеств, некоторые из которых могут быть типичными для их группы, но многие из которых нет.Этот процесс индивидуации, хотя и позволяет избежать рисков неточных или преувеличенных стереотипов, требует гораздо больших затрат времени и энергии. Чтобы узнать личные качества человека, а не просто предположить, что он или она обладает типичными для группы качествами, требуется довольно обширный контакт и непредвзятая оценка человека, с которым он сталкивается. Учитывая эти требования, стереотипизация часто может быть процессом по умолчанию, направляющим социальное восприятие, когда потребность или желание точного впечатления не особенно насущны.

    Каталожные номера:

    1. Йост, Дж. Т., и Гамильтон, Д. Л. (2005). Стереотипы в нашей культуре. В Дж. Ф. Довидио, П. Глик и Л. А. Рудман (ред.), О природе предубеждений: пятьдесят лет после Олпорта (стр. 208–224). Молден, Массачусетс: Блэквелл.
    2. Липпманн, В. (1961). Общественное мнение. Нью-Йорк: Макмиллан.
    3. Операрио, Д., и Фиске, С.Т. (2004). Стереотипы: содержание, структуры, процессы и контекст. В MB Brewer & M. Hewstone (Eds.), Социальное познание (стр.120-141). Молден, Массачусетс: Блэквелл.
    4. Куинн, К.А., Макрэ, К.Н., и Боденхаузен, Г.В. (2003). Стереотипы и формирование впечатления: как категориальное мышление формирует восприятие человека. В MA Hogg & J. Cooper (Eds.), Справочник Sage по социальной психологии (стр. 87-109). Лондон: Сейдж.
    5. Шнайдер, DJ (2003). Психология стереотипов. Нью-Йорк: Гилфорд Пресс.

    Определение, природа и причины | Психология

    В этой статье мы обсудим стереотипы.Прочитав эту статью, вы узнаете о: 1. Определение стереотипов 2. Природа стереотипов 3. Причины и развитие 4. Функции 5. Важные исследования.

    Содержание:

    1. Определение стереотипов
    2. Природа стереотипов
    3. Причины и развитие стереотипов
    4. Функции стереотипов
    5. Важные исследования стереотипов

    1.Определение стереотипов :

    Стереотипы были определены как ложное классификационное понятие, к которому, как правило, прилагается сильный эмоциональный оттенок симпатий или антипатий, одобрения или неодобрения. Согласно Липпмаму, стереотипы — это индивидуальные установки, настолько сильно обусловленные коллективными контактами, что они становятся в высшей степени стандартизированными и единообразными внутри группы.

    Он также считал, что стереотип — это совокупность идей или установок, составляющих картину наших голов или «апперцептивную массу», что означает, что весь опыт, приобретенный в прошлом, определяет наше восприятие объекта в конкретный момент.

    Другими словами, чье-либо поведение, восприятие и суждения о других, а также о себе определяются шаблоном стереотипа, который мы усваиваем из нашей культуры. Она во многом определяет, какую группу фактов мы увидим и какой свет и какую тень отразим на них.

    Согласно Allport (1954), независимо от того, является ли стереотип благоприятным или неблагоприятным, это преувеличенное убеждение, утвержденное с помощью категории.

    Винаке определил стереотипы как «набор названий признаков, которые большой процент людей считает подходящими для описания некоторых людей». Таким образом, процесс стереотипизации проявляется как тенденция приписывать обобщенные и упрощенные характеры группам народов на вербальных уровнях.

    Так как попытка увидеть все вещи свежо и подробно, по крупицам требует времени и изматывает сверхобобщение фактов через уже существующие мысленные картины и готовые факты.

    В связи с этим Липпман говорит: «Мы не сначала видим, а затем определяем, мы сначала определяем, а затем видим. В великом цветущем и бушующем беспорядке внешнего мира мы выбираем то, что наша культура уже определила для нас.”

    Из-за чрезмерного обобщения или ложного обобщения людей классифицируют по разным типам, не тратя время на то, чтобы увидеть, кто они на самом деле. «Нам рассказывают о мире до того, как мы его видим, между этими двумя существует большая пропасть, но она разная по степени, а не по виду».

    Купусвами отмечает, что стереотипы — это социально стандартизированные представления о других группах. Они позволяют членам группы быстро и эффективно общаться друг с другом о других группах.

    Барон и Бирн (1988) считают, что стереотипы представляют собой негативные схемы для социальных групп. Они представляют собой тип когнитивной основы для интерпретации и изучения социальной информации. Это сильно влияет на поступающую информацию и обработку информации. Информация, относящаяся к определенному стереотипу, обрабатывается и принимается быстрее, чем информация, не относящаяся к этому стереотипу.

    Кроме того, информация, соответствующая или эквивалентная стереотипам, рассматривается в первую очередь и быстро.Если у кого-то есть стереотип, что индийцы ленивые люди, он сразу примет, если получит такую ​​информацию из окружения. Но обратное он не может легко принять.

    Даже сильные стереотипы могут побудить человека предпринять решительные усилия, чтобы их опровергнуть. Обычно мы запоминаем ту информацию, которая согласуется с нашими стереотипами, и забываем все остальное, потому что информация, согласующаяся с нашей когнитивной структурой, легко в нее вписывается.

    Стереотип, таким образом, в значительной степени самоподтверждается, побуждая человека приводить в уме подтверждающую информацию.О доказательствах действия таких негативных схем сообщили Довидио, Эванс и Тайлер (1986) и Гринберг и Зейнски (1985).

    Шериф и Шериф (1969) сказали, что групповой стереотип — это популярный термин, относящийся к соглашению между членами группы об их образе другой группы и ее членов. Они операционально определили его в терминах доли членов группы, соглашающихся с уровнями или полномочиями для другой группы и ее членов. Они также отмечают, что можно сказать, что существует стереотип, когда большая часть людей согласна с образом чужой группы.

    Психологически явления стереотипа или группового стереотипа принципиально не отличаются от понятия предубеждения или отношения. Шериф и Шериф считают, что их отличительные особенности проистекают из природы стимульной ситуации, к которой они относятся (межгрупповые отношения), а не из психологических принципов, управляющих формированием понятий и установок или их изменением.

    Согласно Бёрду «Стереотипные реакции — это восприятия осмысленного расположения идей, источником которых являются в первую очередь чувства и эмоции, а не некоторые характеристики стимулирующих обстоятельств.В стереотипах мысли и представления взаимно переплетены.

    Исходя из приведенных выше определений и рассуждений о стереотипах и их природе, свойства стереотипов можно резюмировать следующим образом:

    1. Стереотипы – это в основном фиксированные мысленные образы в голове.

    2. Стереотипы могут иметь некоторую стимулирующую ценность, но они являются ненаучными обобщениями.

    3. Стереотипы в большинстве своем являются ложными элементами.

    4. Стереотипы – это сверхобобщенные идеи.

    5. Стереотипы связаны с эмоциональными переживаниями.

    6. В группе распространены стереотипы.

    7. В основном они носят негативный характер.

    8. Стереотипы возникают и развиваются подобно установкам, предрассудкам и другим социальным понятиям.

    9. Стереотипы довольно жесткие и их нелегко изменить.

    10. Стереотипы возникают из-за межгрупповых отношений и личных и групповых конфликтов, в которые вложено много фантазии.

    11. Стереотипы вырастают из социального взаимодействия и прошлого опыта.

    12. Стереотипы помогают в решении текущих проблем и в короткие сроки приспосабливаются к текущей ситуации за счет уже сформированных готовых представлений.

    13. Стереотипы представляют собой тип когнитивной структуры и в значительной степени самосогласованы, побуждая человека доводить до ума вспомогательную информацию.

    14. Информация, поддерживающая тот или иной стереотип, легко воспринимается и запоминается, а отвергаемая информация не идет в русле стереотипов.

    15. Посредством стереотипов неблагоприятные черты или прилагательные приписываются чужой группе, а благоприятные – внутренней группе.

    16. Идея стереотипа основана на нескольких фактах. Он имеет только стимулирующее значение, но не научную ценность. Обычно оно основано на частичных истинах. Все Кабуливалы не Сайлоки. Лишь немногие из них могут быть скрягами, и наш опыт ограничен несколькими кабуливалами. Обобщение о Kabuliwalas можно узнать, проведя статистический анализ.

    17. Стереотип является основным механизмом сохранения предубеждений и сопротивляется изменениям.

    18. Стереотипы влияют и окрашивают многие из наших повседневных действий, восприятий и поведения в целом.

    Согласно Липпману «Мы не сначала видим, а затем определяем, мы сначала определяем, а затем видим. В великом цветущем, подвижном беспорядке внешнего мира мы выбираем то, что наша культура уже определила для нас, и мы склонны воспринимать то, что мы подобрали для нас в виде стереотипов нашей культурой.Стереотипы — это более или менее последовательная картина головы, к которой приспособились наши привычки, вкусы, способности, удобства и надежды. Они не могут быть полной картиной мира. Но они представляют собой картину возможного мира, к которому мы приспособлены. В этом мире люди и вещи занимают свои хорошо известные места и делают определенные ожидаемые вещи. Мы чувствуем себя как дома там, где мы вписываемся. Мы члены, мы знаем, как все вокруг. Там мы находим очарование знакомого, нормального, надежного, его группы и делимся там, где мы привыкли их находить.


    2. Природа стереотипов:

    Когда различные члены общества взаимодействуют с материальными объектами внешнего мира и друг с другом, у них формируются определенные представления, отношения и ментальные образы по отношению к ним. Эти идеи и отношения, называемые когнитивной структурой, разработанной на основе прошлого опыта, используются для обработки и интерпретации последующей социальной информации.

    Таким образом, эти готовые идеи, также известные как схемы, «картинки в нашей голове» или ментальные картины, помогают человеку определить его настоящее поведение и механизм реагирования.Но какой бы мысленный образ ни формировался о человеке или месте, идее или событии, он может быть неверным. Это так называемые стереотипы.

    В современном мире, проходящем через конфликты и предрассудки, межгосударственную и международную напряженность, может понадобиться знание фактора, лежащего в основе напряженности и конфликтов в социальной сфере.

    Необходимо не только простое знание стереотипа, но и знание стереотипа, основанное на результатах научных исследований и систематических исследований.С этой точки зрения изучение национальных, расовых групп и языковых стереотипов имеет огромное значение.

    Из-за наличия определенных фиксированных ментальных образов о других возникает непонимание на всех уровнях, от семейного до национального и международного. Группы людей, принятые группой по тем или иным причинам, получают благоприятную реакцию, и она становится ингруппой.

    Шериф и Ховланд отмечают, что установки, связанные с группами, отнесенными к приемлемым категориям, преимущественно благоприятны, а атрибуты, связанные с отраженными группами, в значительной степени неблагоприятны.Таким образом, принятие или неприятие группы связано с природой стереотипов.

    Как показывает опыт, каждый человеческий организм имеет в голове определенные статические идеи и фиксированные ментальные образы как о себе, так и о других.

    Рин сказала «Мама говорит не играть с черными детьми «почему»? — спросила Маргарет. «Увы! разве ты не знаешь, мама говорила, что они очень неряшливые и неряшливо одетые, — воскликнула Рине. Это простой, но матовый пример картины черных детей в голове белой девочки.К ментальным образам и фиксированным конам такого рода Липпман (1920) впервые причислил уровень «Стереотипы».

    Политическому комме Уолтеру Липпману, автору знаменитой книги «Общественное мнение» (1922), принадлежит заслуга введения понятия стереотипа в современную психологию.

    Стереотипы — это картинка в голове, которая фильтрует новостной эффект того, что человек замечает и как это видит. Это просто означает обозначение любого ложного образа других. Это поза или жест, которые не меняются.Этимологически определенный термин «стереотип» произошел от греческого слова «стерео», что означает «твердый».

    После усвоения стереотипы становятся фиксированными представлениями в человеческом уме. Если кто-то говорит, например, что американцы материалистичны, англичане формальны и дипломатичны, а индийцы суеверны, то он выражает стереотипное обобщение, навязчивое представление о категории людей, представляющих определенную нацию или страну.

    Такие обобщения верны в той мере, в какой концепция в целом не может быть ошибочной, но истина может быть ограничена только несколькими людьми, и это случай чрезмерного обобщения, которое может быть связано с эмоциональными причинами или внутригрупповыми чувствами чужой группы и т. д.


    3. Причины и развитие стереотипов :

    Стереотипы развиваются так же, как развиваются установки и предрассудки. Социальное обучение и социальное восприятие, групповые нормы и референтные группы играют огромную роль в развитии стереотипов.

    Стереотип, таким образом, является чисто приобретенным и находится исключительно под влиянием социокультурной обусловленности. Стереотипы также основаны на воспоминаниях, историях, анекдотах, а иногда и реальный опыт имеет огромную дополнительную ценность в формировании и развитии стереотипов.

    С личной точки зрения стереотипы могут иметь бессознательную самореференцию. Таким образом, Оллпорт говорит, что человек может воображать свои собственные качества в группе и ненавидеть группу, потому что он находится в конфликте из-за тех же качеств в себе. Бёрд говорит, что стереотипы возникают в большей степени из-за чувств и эмоций человека с меньшим акцентом на характеристиках стимулирующих обстоятельств.

    Однажды девочка сказала маме: «Мама, женщина хочет тебя видеть». Мама возразила: «Не говори женщина, говори леди».Маленькая девочка ответила: «Но мама, она из зарегистрированной касты, и ты всегда называешь их женщинами»? Это показывает, как стереотипы растут благодаря социальному обучению и подражанию.

    В великой цветущей, бушующей неразберихе внешнего мира мы улавливаем то, что наша культура уже определила для нас, и мы склонны воспринимать то, что мы подобрали для нас в виде стереотипов нашей культурой.

    Наше восприятие состоит из двух типов объектов:

    (а) Восприятие природного объекта

    (б) Восприятие социального объекта.Восприятие природного объекта зависит от объективности раздражителя

    (c) Но мы учимся у других тому, как воспринимать социальные объекты.

    Здесь восприятие субъективно, под влиянием предвзятых наций. В социальном восприятии у нас есть стереотипы, основанные на том, чему учат другие.

    Нам рассказывают о мире еще до того, как мы его видим. При восприятии природного объекта мы видим вещи такими, какие они есть, тогда как при восприятии социальных объектов мы видим вещи такими, какие мы есть, или нам сообщают об этих вещах задолго до того, как мы их действительно видим.Эмоциональные концепции и отношения более важны для развития стереотипов, чем знания и знакомство.

    Стереотипы вырастают из опыта. Как уже указывалось, стереотип — это неразборчивая конструкция, которая ассимилирует различные типы переживаний в один и тот же паттерн на основе незначительного сходства или ложного сходства. Стереотипы настолько убедительны и важны, что многие исследователи пытались исследовать их психологическую основу. Стереотипы часто основаны на когнитивных процессах согласно современным взглядам.

    Согласно современным представлениям, их функционирование является результатом особых мыслительных процессов. Пока стереотип находится в нашем сознании, человек никогда не вынужден исследовать лежащие в его основе причины. Такие стереотипы можно использовать как предлог для продолжения вражды.

    Проливая дополнительный свет на причины и развитие стереотипа, Липпман замечает: «Каждый из нас живет и работает на небольшой части земной поверхности, движется по малому кругу и из этих знакомых знает лишь немногих близко.Наше мнение неизбежно охватывает большее пространство, больший промежуток времени, большее количество вещей, чем мы можем полностью наблюдать. Поэтому их нужно собрать воедино из того, что сообщили другие, и из того, что мы можем себе представить».

    Согласно Рут Бенедит (1942) «Первый урок истории в этом отношении заключается в том, что когда какая-либо группа у власти желает преследовать или экспроприировать другую группу, она использует в качестве оправдания доводы, знакомые и легко приемлемые в то время». Истинность ее точки зрения может быть реализована в трагических последствиях полномасштабного расизма в нацистской Германии, стремящейся к завоеванию мира.

    Шериф и Шериф (1961) считают, что «поскольку мир был для расистского оправдания, все еще опасного в некоторых частях Африки и на юге Америки, впал в немилость в осведомленных кругах». Далее они добавляют, что «попытки классифицировать людей привели к нескольким различным классификациям, ни одна из которых не лишена несоответствий. В любом случае ни одна из этих классификаций не включает культурные черты или достижения и ни одна из них не включает умственные или психологические характеристики».

    Результаты нескольких наблюдений, опытов и исследований показывают, что несомненно существуют групповые различия в поведении и установках.Но происхождение таких различий не обязательно можно отнести к биологическим и расовым факторам.

    Хотя некоторые психологи по-прежнему считают, что различия в результатах психологических тестов у негров и белых указывают на врожденные различия в биологическом строении, нет доказательств или эмпирических данных, подтверждающих вышеизложенное мнение. Но, с другой стороны, есть много исследований, которые показывают, что такие различия не генетические или биологические, а экологические.


    4. Функции стереотипов :

    Функционирование стереотипов является результатом особых мыслительных процессов.По мнению Кеннета и Мэри (1985), стереотипы в значительной степени способствуют сохранению и поддержанию предубеждений. Стереотипы настолько ригидны, что сопротивляются любым изменениям убеждений и взглядов. Дифференциация поляризации, негативная память, предвзятость и иллюзорные корреляции говорят о том, как работают стереотипы.

    Обнаружена общая тенденция рассматривать стереотипы как своего рода негативное отношение. Миряне также думают, что всегда плохи стереотипы, которые означают своего рода дефект социальной интеграции.

    Итак, было сказано, что стереотипы безосновательны и неприятны и дают нам мишени для злоупотреблений и социально приемлемые цели для агрессии. Но это лишь отчасти говорит о природе стереотипа, потому что стереотипы бывают и хорошими, и плохими, приятными и неприятными, приятными и неприятными, и, следовательно, служат как хорошим, так и плохим целям.

    Стереотипы играют очень важную роль в развитии предрассудков и национальной и международной напряженности. Она контролирует, определяет и направляет социальное поведение.

    Пищевые привычки, отношения с родителями, членами семьи, старшими и младшими, традиции и обычаи празднования брака, сексуальное поведение и т.д. контролируются стереотипами. Кроме того, поведение различных каст, вероисповеданий и сообществ также контролируется различными стереотипами.

    Стереотипы также влияют на восприятие и суждения о социальных объектах. Олпорт (1954) считает, что стереотип действует как оправдательный механизм для категорического принятия или отклонения группы, а также как средство скрининга и отбора для сохранения простоты восприятия и мышления.

    Стереотипы могут быть основаны на небольшом количестве фактов или иметь небольшую научную ценность, а также могут искажать или направлять человеческие суждения, но не обязательно являются глупыми или основанными на фантазиях. Они удобны в использовании и экономят время. Но они не точны, поскольку основаны на чрезмерной категоризации и чрезмерном обобщении.

    Хотя стимулирующее значение стереотипа гораздо меньше, так как он основан лишь на немногих случаях, он не всегда служит негативной цели и не всегда является социальным злом. Стереотипы полезны для гладкого и кооперативного взаимодействия, для развития удовлетворительных отношений, для быстрого восприятия и обучения и быстрых решений.Многие стереотипы, по мнению Г. Олпорта (1954), содержат некоторые зерна истины.

    Часто они основаны на достаточном количестве фактов, чтобы их можно было использовать для предсказания действий других людей. Пибоди (1985) провел исследование стереотипов, когда люди из шести разных стран, таких как англичане, русские, немцы, американцы, французы, итальянцы, продемонстрировали почти единодушное согласие в оценке своего и чужого национального характера.

    Стереотипы не являются, поэтому полностью ложными или безосновательными, как и предрассудки.Они имеют некоторую социальную ценность и некоторую стимулирующую ценность.

    Однако самым обескураживающим аспектом стереотипов является то, что многие из наших стереотипов служат эмоциональным и эгоистичным интересам и, следовательно, уходят глубже, чем есть на самом деле. Система стереотипов может быть ядром личной культуры человека и защитой его положения в обществе.

    Многие стереотипы могут быть логически ложными понятиями, но поскольку люди живут не логикой, а любовью и ненавистью, страхом и гневом, тревогой и напряжением, превосходством и незащищенностью, стереотипы существовали, существуют и будут существовать в будущем.Они неизбежны в общественной и личной жизни человека.

    Он должен полагаться на стереотипы для быстрого восприятия и обучения, а также для быстрого приспособления к непосредственной окружающей среде. Итак, стереотипы необходимы. Но чтобы избежать негативных последствий стереотипов, следует быть осторожным.

    Дональд и Кэмпбелл (Donald and Campbell, 1967) говорят, что следует проявлять осторожность в отношении:

    (i) переоценки защит среди групп

    (ii) недооценки вариаций внутри группы и

    (iii) оправдания враждебности или угнетение.


    5. Важные исследования стереотипов:

    Из-за огромной важности стереотипов в социальной жизни несколько психологов были привлечены к изучению стереотипов. Здесь кратко обсуждаются некоторые из имеющихся важных исследований.

    Геринг провел исследование фотографии преступников и суждения художников и обнаружил, что на суждения художников о преступниках повлияло его представление о преступниках. Шереман обнаружил отрицательную корреляцию между высокими бровями и успеваемостью.

    Райс (1926) провел классическое исследование влияния стереотипов на человеческое суждение. Результаты показали, что стереотипы могут искажать или направлять человеческое суждение, но не обязательно ложны. Кац и Барли (1932) изучали расовые и национальные стереотипы студентов колледжей. Кац и Барели (1932) провели известное исследование стереотипов студентов колледжей.

    У них есть список из 84 черт американских студентов колледжей, которые они получили от самих студентов в предыдущем случае, и поручили каждому субъекту выбрать 5 черт, которые они считают типичными для различных национальных групп.

    Результаты исследования показали относительно высокую степень согласованности среди студентов в присвоении признаков различным национальным группам. 84% считали негров суеверными, а 75% утверждали, что они ленивы.

    Они считали, что 79% евреев наемники. С другой стороны, 48% и 47% из них считают американцев трудолюбивыми и умными соответственно. Это показывает, что они приписывали неблагоприятные качества чужим группам и благоприятные качества своей группе (американцам).Самнер (1906) намного раньше вышеуказанного исследования рассматривал этот тип стереотипа как следствие «этоцентризма».

    По его словам, этноцентризм – это «взгляд на вещи, при котором собственная группа является центром всего, а все остальные масштабируются по отношению к ней………. каждая группа питает свой собственный объект и родство, хвалится своим превосходством, превозносит свою божественность и смотрит с презрением на посторонних».

    Согласно Шерифу, Купусвами и многим другим, когда нам не нравится другая группа, мы предвзяты и обычно приписываем им неблагоприятные черты, а когда нам нравятся группы или люди, мы приписываем им благоприятные качества.Лишь очень немногие здравомыслящие и критически настроенные в своих взглядах связывают благоприятные и неблагоприятные черты.

    В этом контексте Шериф (1956) полагает, что «Стереотипы фактов можно рассматривать как показатель социальной дистанции……………………………….. благоприятные и неблагоприятные стереотипы, приписываемые различным группам, варьируются в терминах своего положения по шкале социальной дистанции».

    Когда некоторым людям не нравится определенная группа или сообщество по тем или иным причинам и опыту, они начинают выстраивать по отношению к ним социальную дистанцию.Эта социальная дистанция взаимодействует в наших представлениях об этой группе.

    Степень неблагоприятных качеств возрастает с увеличением степени социальной дистанции. Чем больше разрыв или расстояние, тем больше приписывание неблагоприятных качеств. Чем меньше разрыв, тем больше благоприятных качеств приписывается. Это исследование отразило некоторые распространенные стереотипы, используемые широкой общественностью.

    Их результаты были аналогичны результату Богардуса в эксперименте по социальной дистанции. Зиллига провел исследование на двух группах студентов, понравившихся и нелюбимых, и им дали одинаковые задания для выполнения.

    Индивидуумы в пользу понравившейся группы сообщили, что учащиеся выполнили задание правильно, хотя и допустили ошибки. В исследовании Горвица некоторым белым жителям Южной Америки были показаны красивые дома и картины. Были заданы вопросы «что делает цветная женщина?» Несмотря на то, что цветных женщин не было, ответы были такими: «Она моет тарелки или убирает в доме».

    Блейк и Деннис попросили некоторых судей проверить черты, характерные для негров и белых.Гилберт (1950) повторил эксперимент Каца и обнаружил, что стереотипы со временем ослабевают, Стангер провел исследование фашистского отношения. Роль системы отсчета была связана со значением разных слов. Некоторые исследования, подлежащие описанию.

    Проблема стереотипов широко изучалась в Индии ЮНЕСКО. Рат и Дас (1957) провели исследование стереотипов о первокурсниках колледжей в Ориссе. Цель исследования состояла в том, чтобы выяснить стереотипы первокурсников колледжа ория по отношению к другим национальностям на основе восхищенных и уничижительных черт.

    Синха и Упадхая (1960) провели исследование групповых и национальных стереотипов, Рат и Сиркар (1960) — кастового стереотипа, Купусвами и Парашива Мурти — языкового стереотипа.

    Автор настоящей статьи, Моханти (1968), провел исследование корреляции между напряжением и контактом в исследовании провинциальных стереотипов на группе из 200 студентов мужского и женского пола колледжа Ория, чтобы выяснить:

    (a) Унизительные стереотипы, враждебность и напряженность любого из выборки по отношению к жителям семи других штатов, таких как Пенджаб, Махараштра, Бихар, Бенгалия, Ассам, Орисса и по отношению к Непалу.

    (б) Благоприятные стереотипы по отношению к вышеперечисленным группам и по отношению к себе, соотношение напряженности и контакта ингруппы, т.е. субъектов ория, с другими аутгруппами.

    (c) Когда контакты между двумя группами или национальностями усиливаются, напряжение и враждебность между ними могут уменьшаться, поскольку каждая группа пытается понять другую с большей симпатией и дружелюбием, и его ментальная картина для такой группы может измениться в положительную сторону .

    Наоборот, меньший контакт может не дать правильной информации о качествах группы или национальности другой группе и, следовательно, их фиксированные представления могут не измениться.

    Следуя методу Каца и Барли по изучению стереотипов, было проведено экспериментальное исследование для подготовки окончательной анкеты, которая содержала 60 черт, из которых 30 были благоприятными, а остальные 30 уничижительными. Субъекты заполняли список, отмечая столько благоприятных и уничижительных черт, сколько они хотели для каждой национальности.

    Данные показали, что бихарцы заняли первое место по шкале напряженности и седьмое (предпоследнее) место по шкале контактов, считаясь самой враждебной группой.Ученики ория поставили себя на первое место по шкале контакта и на последнее место по шкале напряжения, т. е. они считали себя выше всех других групп.

    Другие группы, такие как ассамцы, махарастрийцы, бенгальцы, пенджабцы, непальцы и южные индийцы, получили 2,5, 2,5, 4,4 и 7,0 соответственно по шкале напряженности и 6,8, 2,3, 5,0 и 4,0 соответственно по шкале контакта. Корреляция между напряжением и контактом составляет -0,57, что указывает на отрицательную связь между напряжением и контактом.

    Это говорит о том, что чем больше контакт между двумя группами, тем меньше напряженность и наоборот. Моханти (1968) провел еще одно исследование половых различий в языковых стереотипах среди студентов университетов, которое, вероятно, является первым в своем роде в Индии.

    Дать подробное примечание о языковом стереотипе. Цель состояла в том, чтобы определить:

    (a) степень единообразия или согласия в приписывании черт различным языковым группам двумя группами студентов мужского и женского пола

    (b) степень различия между двумя полами в приписывании черты разных языковых групп.

    Мужчины и женщины составляют равную часть общества и несут ответственность за содействие межгосударственной гармонии и взаимопониманию. Поэтому важно знать, различаются ли мужчины и женщины по своим языковым стереотипам.

    Выборка исследования состояла из 2 групп студентов мужского и женского пола по 100 человек в каждой. Они были сопоставлены по образовательному статусу, социально-экономическому происхождению, возрасту и родному языку.

    Включены семь языковых групп: панджаби, мадраси, бихари, бенгали.Ассамцы, марахати и ория. Данные были собраны по той же процедуре, что и в более раннем исследовании Моханти, о котором говорилось выше.

    Результаты исследования показали, что бихарцы и ассамцы считаются наиболее неблагоприятной внешней группой как для мужчин, так и для женщин. Марахатты считались самой любимой группой, занявшей первое место по шкале благоприятных черт для обоих полов.

    Однако женская группа продемонстрировала менее враждебную тенденцию к бенгальцам, чем мужская группа, которая считала бенгальцев враждебной группой после бихарцев и ассамцев.В остальных случаях разница между группами не была достоверной.

    Результаты также показывают, что некоторые стандартные стереотипы были приписаны различным языковым группам, выраженным представителями обоих полов, такими как пенджабцы — храбрые и красивые, ория — ленивые, бихари — трусы, ассамцы — неграмотные, бенгальцы — эффектные и гордые и марахатты — храбрые. и честный.

    Также были отмечены различия мужской и женской групп в определенных стереотипах, что указывало на тип отношений, существующих между рейтингуемой и рейтинговой группой.Однако в стереотипах обеих групп по отношению к языковым группам больше единообразия, чем разнообразия.

    Оба этих исследования были проведены около 20 лет назад автором настоящего доклада, и, следовательно, данные относятся к стереотипам и ментальным картинам, существовавшим 20 лет назад.

    Сравнение данных, полученных в ходе второго исследования, проведенного в 1968 г., с исследованием, проведенным в 1954 г. на первокурсниках колледжей штата Орисса, тем не менее показывает некоторое сходство.

    Бьюкенен и Кантрил (1953) сравнили прилагательные, используемые большинством людей в репрезентативных срезах в девяти странах Европы и Америки для описания своей национальности, и нашли их в основном благоприятными

    , «когда немецкий психолог Хофштеттер (1957) сопоставил ответы в каждой стране с таковыми в каждой из других он нашел очень высокое соответствие между представлениями людей о своих собственных странах ».

    %PDF-1.5 % 36 0 объект> эндообъект внешняя ссылка 36 94 0000000016 00000 н 0000002602 00000 н 0000002739 00000 н 0000002219 00000 н 0000002801 00000 н 0000003348 00000 н 0000003413 00000 н 0000004057 00000 н 0000004081 00000 н 0000004419 00000 н 0000004444 00000 н 0000004861 00000 н 0000004885 00000 н 0000005250 00000 н 0000005274 00000 н 0000005411 00000 н 0000005552 00000 н 0000005689 00000 н 0000005828 00000 н 0000007185 00000 н 0000007713 00000 н 0000007737 00000 н 0000007877 00000 н 0000009194 00000 н 0000010472 00000 н 0000010539 00000 н 0000011146 00000 н 0000011170 00000 н 0000011468 00000 н 0000011605 00000 н 0000011629 00000 н 0000011765 00000 н 0000011905 00000 н 0000013246 00000 н 0000014389 00000 н 0000015693 00000 н 0000015840 00000 н 0000015971 00000 н 0000016103 00000 н 0000017289 00000 н 0000018503 00000 н 0000018571 00000 н 0000020207 00000 н 0000020670 00000 н 0000020876 00000 н 0000032942 00000 н 0000033010 00000 н 0000033210 00000 н 0000033454 00000 н 0000033962 00000 н 0000034160 00000 н 0000039042 00000 н 0000039110 00000 н 0000039178 00000 н 0000039327 00000 н 0000039529 00000 н 0000040114 00000 н 0000040182 00000 н 0000046289 00000 н 0000046493 00000 н 0000047039 00000 н 0000047241 00000 н 0000060860 00000 н 0000060929 00000 н 0000061256 00000 н 0000061326 00000 н 0000061643 00000 н 0000061846 00000 н 0000064684 00000 н 0000064753 00000 н 0000069181 00000 н 0000069381 00000 н 0000069845 00000 н 0000069871 00000 н 0000070245 00000 н 0000070314 00000 н 0000072294 00000 н 0000072491 00000 н 0000072690 00000 н 0000072716 00000 н 0000073030 00000 н 0000073099 00000 н 0000073464 00000 н 0000073677 00000 н 0000073834 00000 н 0000073860 00000 н 0000074159 00000 н 0000074228 00000 н 0000075073 00000 н 0000075270 00000 н 0000075434 00000 н 0000075460 00000 н 0000075758 00000 н 0000076964 00000 н трейлер ]>> startxref 0 %%EOF 39 0 объект>поток 5T2M,9$q\NVw8B55nC:5″y-|;y

    Психология персервативного и стереотипного поведения

    Многие формы психопатологии у высших животных и человека включают в себя неадекватное, повторяющееся поведение.Поведение, которое является одновременно повторяющимся и чрезмерным по количеству, может быть описано как стереотипное, тогда как поведение, которое представляет собой ограничение поведенческих возможностей без чрезмерного производства, может быть описано как персеверативное. Оба типа повторения могут быть результатом патологии нервных механизмов, которые контролируют либо производство моторной продукции, либо организацию поведения на более высоком уровне. Ряд форм повторяющегося поведения может быть вызван окружающей средой. Заключение во взрослом возрасте приводит к функциональному расстройству, которое быстро проходит, когда нормальные условия восстанавливаются, но заключение в младенчестве может оказывать постоянное влияние на способность организма гибко и творчески взаимодействовать с окружающей средой.Постоянство этих расстройств предполагает, что окружающая среда может влиять на то, как развивается нервная система. Повторяющееся поведение также является признаком психических заболеваний, включая шизофрению, аутизм, обсессивно-компульсивное расстройство, зависимость и некоторые неврологические расстройства, включая поражения лобных долей, синдром Туретта и болезнь Паркинсона. В экспериментальных исследованиях на животных стереотипное поведение, по-видимому, связано в основном с избыточной дофаминергической активностью в базальных ганглиях, в то время как персервативное поведение может быть вызвано поражением лобных долей.Предполагается, что уровень активности дофамина в базальных ганглиях влияет на исходный уровень поведенческой активации таким образом, что избыточная активация приводит к чрезмерному выполнению наиболее вероятной реакции на окружающую среду с исключением других возможностей (т.е. стереотипии), а недостаточная активация приводит к производству только нескольких ответов, которые могут превышать необходимый уровень активации (т.е. настойчивость). В любом случае поведение «связано со стимулами», оно обусловлено только наиболее заметными чертами окружающей среды.Симптомы БП возникают из-за неадекватного уровня дофамина в базальных ганглиях, в то время как стимулирующие психозы возникают из-за избыточной доступности дофамина. Лобные доли оказывают модулирующее влияние на (i) активацию двигательной активности базальными ганглиями, (ii) на генерацию самоинициируемого поведения, т. е. произвольного поведения, и (iii) на нервные механизмы, которые допускают различные способы нервной деятельности. функцию (например, восприятие, запоминание или мышление), которую необходимо определить. Сбои в этих трех функциях могут привести к чрезмерной и повторяющейся двигательной активности, стимулированному поведению, недостатку волевого и творческого поведения, перцептивным и эмпирическим симптомам психоза.

    Атрибуция, стереотипы и дискриминация — AP Psychology

    Если вы считаете, что контент, доступный с помощью Веб-сайта (как это определено в наших Условиях обслуживания), нарушает одно или более ваших авторских прав, пожалуйста, сообщите нам, предоставив письменное уведомление («Уведомление о нарушении»), содержащее в информацию, описанную ниже, назначенному агенту, указанному ниже. Если университетские наставники примут меры в ответ на ан Уведомление о нарушении, он предпримет добросовестную попытку связаться со стороной, предоставившей такой контент средства самого последнего адреса электронной почты, если таковой имеется, предоставленного такой стороной Varsity Tutors.

    Ваше Уведомление о нарушении может быть направлено стороне, предоставившей контент, или третьим лицам, таким как так как ChillingEffects.org.

    Обратите внимание, что вы будете нести ответственность за ущерб (включая расходы и гонорары адвокатов), если вы существенно искажать информацию о том, что продукт или деятельность нарушают ваши авторские права. Таким образом, если вы не уверены, что содержимое находится на Веб-сайте или на который ссылается Веб-сайт, нарушает ваши авторские права, вам следует сначала обратиться к адвокату.

    Чтобы подать уведомление, выполните следующие действия:

    Вы должны включить следующее:

    Физическая или электронная подпись владельца авторских прав или лица, уполномоченного действовать от его имени; Идентификация авторских прав, которые, как утверждается, были нарушены; Описание характера и точного местонахождения контента, который, как вы утверждаете, нарушает ваши авторские права, в \ достаточно подробно, чтобы преподаватели университета могли найти и точно идентифицировать этот контент; например, мы требуем а ссылку на конкретный вопрос (а не только название вопроса), который содержит содержание и описание к какой конкретной части вопроса — изображению, ссылке, тексту и т. д. — относится ваша жалоба; Ваше имя, адрес, номер телефона и адрес электронной почты; а также Заявление от вас: (а) что вы добросовестно полагаете, что использование контента, который, как вы утверждаете, нарушает ваши авторские права не разрешены законом или владельцем авторских прав или его агентом; б) что все информация, содержащаяся в вашем Уведомлении о нарушении, является точной, и (c) под страхом наказания за лжесвидетельство вы либо владельцем авторских прав, либо лицом, уполномоченным действовать от их имени.

    Отправьте жалобу нашему назначенному агенту по адресу:

    Чарльз Кон Varsity Tutors LLC
    101 S. Hanley Rd, Suite 300
    St. Louis, MO 63105

    Или заполните форму ниже:

     

    Что такое стереотипная угроза?

    Угроза стереотипа возникает, когда человек беспокоится о своем поведении, которое подтверждает негативные стереотипы о членах его группы.Этот дополнительный стресс может в конечном итоге повлиять на то, как они на самом деле действуют в конкретной ситуации. Например, женщина может нервничать при сдаче контрольной по математике из-за стереотипов о женщинах на математических курсах или беспокоиться о том, что плохая оценка заставит других думать, что женщины не обладают высокими математическими способностями.

    Ключевые выводы: угроза стереотипов 90–105

    • Когда люди беспокоятся, что их поведение может подтвердить стереотип о группе, к которой они принадлежат, они испытывают угрозу стереотипа .
    • Исследователи предположили, что стресс, связанный с угрозой стереотипов, потенциально может снизить баллы на стандартном тесте или оценку в сложном курсе.
    • Когда люди способны размышлять о важной ценности — процесс, называемый самоутверждением — последствия угрозы стереотипам ослабевают.

    Определение угрозы стереотипа

    Когда люди узнают о негативном стереотипе об их группе, они часто беспокоятся, что их выполнение определенного задания может в конечном итоге подтвердить мнение других людей об их группе.Психологи используют термин угроза стереотипа для обозначения этого состояния, в котором люди беспокоятся о подтверждении группового стереотипа.

    Стереотипная угроза может вызывать стресс и отвлекать людей, которые с ней сталкиваются. Например, когда кто-то сдает сложный тест, угроза стереотипа может помешать ему сосредоточиться на тесте и уделить ему все свое внимание, что может привести к тому, что он получит более низкий балл, чем если бы его не отвлекали.

    Считается, что это явление зависит от конкретной ситуации: люди испытывают его только тогда, когда они находятся в обстановке, в которой им бросается в глаза негативный стереотип об их группе.Например, женщина может столкнуться с угрозой стереотипов на уроках математики или информатики, но вряд ли столкнется с ней на гуманитарных курсах. (Хотя угроза стереотипов часто изучается в контексте академических достижений, важно отметить, что это может происходить и в других областях.)

    Ключевые исследования

    В известном исследовании последствий угрозы стереотипов исследователи Клод Стил и Джошуа Аронсон заставили некоторых участников испытать угрозу стереотипов, прежде чем пройти сложный словарный тест.Студентов, столкнувшихся с угрозой стереотипов, перед тестом просили указать свою расу в анкете, и их баллы сравнивали с результатами других студентов, которым не нужно было отвечать на вопрос о расе. Исследователи обнаружили, что чернокожие учащиеся, которых спрашивали об их расе, показали худшие результаты в словарном тесте — они набрали меньше баллов, чем белые учащиеся, и ниже, чем чернокожие учащиеся, которых не спрашивали об их расе.

    Важно отметить, что когда студентов не спрашивали об их расе, не было статистически значимой разницы между оценками чернокожих и белых студентов.Другими словами, угроза стереотипов, с которой столкнулись чернокожие студенты, привела к тому, что они хуже сдали тест. Однако, когда источник угрозы был убран, они получили такие же баллы, что и белые студенты.

    Психолог Стивен Спенсер и его коллеги исследовали, как стереотипы о женщинах в областях STEM могут повлиять на результаты женщин на тесте по математике. В одном исследовании студенты бакалавриата мужского и женского пола сдали сложный математический тест. Однако экспериментаторы варьировали то, что участникам рассказывали об испытании.Некоторым участникам сказали, что мужчины и женщины получают разные результаты теста; другим участникам сказали, что мужчины и женщины одинаково хорошо справились с тестом, который они собирались пройти (на самом деле всем участникам дали один и тот же тест).

    Когда участники ожидали гендерной разницы в результатах тестов, возникла угроза стереотипа — участники-женщины набрали меньше баллов, чем участники-мужчины. Однако, когда участникам сказали, что тест не имеет гендерной предвзятости, участники женского пола справились так же хорошо, как и участники мужского пола.Другими словами, результаты наших тестов отражают не только наши академические способности, но и наши ожидания и социальный контекст вокруг нас.

    Когда участницы-женщины были помещены в условия угрозы стереотипа, их баллы были ниже, но эта гендерная разница не была обнаружена, когда участники не находились под угрозой.

    Исследование воздействия стереотипных угроз

    Исследование стереотипов дополняет исследования микроагрессии и предубеждений в высшем образовании и помогает нам лучше понять опыт маргинализированных групп.Например, Спенсер и его коллеги предполагают, что повторный опыт с угрозой стереотипов может со временем привести к тому, что женщины перестанут отождествлять себя с математикой — другими словами, женщины могут выбирать занятия по другим специальностям, чтобы избежать угрозы стереотипов, с которой они сталкиваются. на уроках математики.

    В результате угроза стереотипов потенциально может объяснить, почему некоторые женщины предпочитают не делать карьеру в STEM. Исследование угрозы стереотипов также оказало значительное влияние на общество — оно привело к образовательным мероприятиям, направленным на снижение угрозы стереотипов, а в делах Верховного суда даже упоминалась угроза стереотипов.

    Однако тема угрозы стереотипам не лишена критики. В интервью 2017 года для Radiolab социальный психолог Майкл Инзлихт отмечает, что исследователям не всегда удавалось воспроизвести результаты классических исследований угрозы стереотипов. Несмотря на то, что угроза стереотипов была предметом многочисленных исследований, психологи все еще проводят дополнительные исследования, чтобы точно определить, как угроза стереотипов влияет на нас.

    Самоутверждение: смягчение последствий угрозы стереотипов

    Хотя угроза стереотипов может иметь негативные последствия для людей, исследователи обнаружили, что психологическое вмешательство может смягчить некоторые последствия угрозы стереотипов.В частности, вмешательство, известное как самоутверждение , является одним из способов уменьшить эти эффекты.

    Самоутверждение основано на идее, что мы все хотим видеть себя хорошими, способными и этичными людьми, и мы чувствуем необходимость каким-то образом отреагировать, когда чувствуем, что наше представление о себе находится под угрозой. Однако важный урок теории самоутверждения заключается в том, что людям не нужно прямо реагировать на угрозу — вместо этого, напоминание себе о чем-то еще, что мы делаем хорошо, может сделать нас менее опасными.

    Например, если вас беспокоит плохая оценка за контрольную, вы можете напомнить себе о других вещах, которые важны для вас, например, о ваших любимых хобби, ваших близких друзьях или о вашей любви к определенным книгам и музыке. Напомнив себе об этих других вещах, которые также важны для вас, плохая оценка за тест больше не вызывает такого стресса.

    В исследованиях психологи часто заставляют участников заниматься самоутверждением, заставляя их думать о личной ценности, которая важна и значима для них.В серии из двух исследований учащимся средней школы было предложено выполнить упражнение в начале учебного года, в котором они писали о ценностях. Решающей переменной было то, что студенты в группе самоутверждения написали об одной или нескольких ценностях, которые они ранее определили как значимые и важные для них. Участники группы сравнения написали об одной или нескольких ценностях, которые они определили как относительно неважные (участники написали о том, почему эти ценности могут интересовать кого-то другого).

    Исследователи обнаружили, что чернокожие учащиеся, выполнившие задания на самоутверждение, в конечном итоге получили более высокие оценки, чем чернокожие учащиеся, выполнившие контрольные задания. Более того, вмешательство по самоутверждению смогло уменьшить разрыв между оценками черных и белых учеников.

    В исследовании 2010 года исследователи также обнаружили, что самоутверждение способно сократить разрыв в успеваемости между мужчинами и женщинами на курсе физики в колледже. В исследовании женщины, которые писали о ценности, которая была для них важна, как правило, получали более высокие оценки по сравнению с женщинами, которые писали о ценности, которая была для них относительно неважной.Другими словами, самоутверждение может уменьшить влияние угрозы стереотипов на результаты теста.

    Источники

    • Адлер, Саймон и Аманда Арончик, продюсеры. «Stereothreat», Radiolab , WNYC Studios, Нью-Йорк, 23 ноября 2017 г. https://www.wnycstudios.org/story/stereothreat
    • .
    • Коэн, Джеффри Л. и др. «Сокращение разрыва в расовых достижениях: социально-психологическое вмешательство». Наука , 313.5791, 2006, стр.1307-1310. http://science.sciencemag.org/content/313/5791/1307
    • Мияке, Акира и др. «Сокращение гендерного разрыва в успеваемости в колледже: исследование утверждения ценностей в классе». Science , 330.6008, 2010 г., стр. 1234-1237. http://science.sciencemag.org/content/330/6008/1234
    • Спенсер, Стивен Дж., Клод М. Стил и Дайан М. Куинн. «Стереотипная угроза и женская математическая успеваемость». Journal of Experimental Social Psychology , 35.1, 1999, стр. 4-28. https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0022103198913737
    • Стил, Клод М. «Психология самоутверждения: поддержание целостности личности». Достижения в области экспериментальной социальной психологии , том. 21, Academic Press, 1988, стр. 261–302. https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0065260108602294
    • Стил, Клод М. и Джошуа Аронсон. «Стереотипная угроза и результаты интеллектуальных тестов афроамериканцев.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.