Ментальные установки это – Ментальные установки и стереотипы. Интеллект успеха

Ментальные установки и стереотипы. Интеллект успеха

Ментальные установки и стереотипы

Многие проблемы не удается решить потому, что люди подходят к ним с уже сложившимися ментальными установками – жесткими рамками и предписаниями относительно рассмотрения той или иной проблемы либо ситуации. При наличии определенных ментальных установок предпочтение часто отдается стратегии, которая оправдала себя при решении уже многих задач, но при этом она не обязательно сработает в данной конкретной ситуации.

Нередки случаи, когда менеджера или администратора, отлично зарекомендовавшего себя в одной организации, приглашают на работу в другое место на более выгодных условиях, но там он с треском все проваливает. Причиной неудачи могут быть ментальные установки. Этот менеджер, возможно, продолжал применять стратегии, которые не подводили его на прежнем месте, но в новых условиях они оказались непригодными.

Частным случаем ментальных установок являются «функциональные стереотипы» – неспособность увидеть нестандартные возможности применения уже известных вещей. Давление функциональных стереотипов мешает нетривиально применять старые средства для решения новых проблем – например, использовать крючок вешалки для отпирания закрытого автомобиля (если, конечно, нет ключа) или применить в качестве дверной отмычки кредитную карточку (ею можно «утопить» язычок обычного пружинного замка).

Формирование функциональных стереотипов зависит от культурного контекста, причем конкретные проявления этой зависимости могут поразить уроженца Запада. Часто пишут, что уровень умственных способностей в различных культурах может заметно отличаться, и это сказывается на глубине и качестве процессов познания. Французский антрополог Клод Леви-Стросс отвергает эту гипотезу, утверждая, что человеческий разум в различных культурах функционирует примерно одинаково[79]. Видимое различие систем мышления в неиндустриальных и промышленно развитых обществах связано с используемыми там стратегиями. Леви-Стросс отмечает, что представителей научной мысли и занятых решением проблем в неиндустриальном обществе отличает универсализм – они там мастера на все руки. У такого «универсала» всегда под рукой имеется набор необходимых инструментов, позволяющий решать и улаживать самые различные проблемы. Его коллеги из индустриального общества, как правило, являются специалистами узкого профиля. Одно из следствий такого различия состоит в том, что думающий человек в неиндустриальном обществе не связан по рукам функциональными стереотипами, чего нельзя сказать о представителях западной культуры с ее узкой специализацией.

В случаях возникновения определенных трудностей при решении проблем – из-за наличия функциональных стереотипов либо по каким-то другим причинам – может оказаться полезным метод, называемый инкубацией. Суть метода в том, что проблема откладывается на определенное время, после чего к ней возвращаются вновь. Во время «инкубационного периода» человек сознательно не думает над проблемой. Однако подсознание продолжает работать, часто приводя к нужному решению. Пока непонятно, как работает метод инкубации, существует лишь ряд предположений. Некоторые считают, что с течением времени могут появляться дополнительные стимулы – как внешние, так и внутренние, – позволяющие формировать новые взгляды на проблему и ослаблять сдерживающее влияние ментальных установок[80]. Согласно другой точке зрения, за то время, пока разум не ведет активной работы над проблемой, из памяти стираются несущественные детали и одновременно дозревают и окончательно формируются более важные аспекты. Поэтому, вернувшись к проблеме, мы уже смотрим на нее с других позиций, а влияние прежних ментальных установок заметно ослабевает[81]. Считается, что метод инкубации наиболее эффективен тогда, когда на предварительном этапе уделяется достаточное время изучению различных аспектов проблемы и имеется возможность отложить решение проблемы на определенный период[82].

Обладатели интеллекта успеха при решении проблем мыслят эвристически. Они не связывают себя застывшими формулами и стереотипами; они используют метод инкубации. Сталкиваясь с проблемой, такие люди тщательно ее анализируют, а затем используют творческие стратегии поиска решения.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

psy.wikireading.ru

МЕНТАЛЬНОСТЬ — это… Что такое МЕНТАЛЬНОСТЬ?

    МЕНТАЛЬНОСТЬ (менталитет) (от лат. mens—ум, мышление, образ мыслей, душевный склад) — глубинный уровень коллективного и индивидуального сознания, включающий и бессознательное; относительно устойчивая совокупность установок и предрасположенностей индивида или социальной группы воспринимать мир определенным образом. Ментальность формируется в зависимости от традиций культуры, социальных структур и всей среды жизнедеятельности человека, и сама в свою очередь их формирует, выступая как порождающее начало, как трудноопределимый исток культурно-исторической динамики. “Зазор” между практически независимым от истории “коллективным бессознательным” с его “архетипами” (К. Юнг) и исторически изменчивыми “формами общественного сознания” (марксизм) локализует тот уровень, на котором располагаются структуры ментальности. Гуманитарная наука 20 в. скорректировала идущее от Просвещения и типичное для классического рационализма 19 в. отождествление сознания с знанием и сферой разума, подкрепленное ценностным предпочтением когнитивно-письменной формы культуры перед всеми остальными, выдвинув и развив лишенное однозначности представление о ментальности. Духовная атмосфера, в которой развивались представления о ментальности, характеризуется отказом от европоцентризма и монолинейного прогрессистского видения истории. Фиксируя устойчивую настроенность внутреннего мира человека, сплачивающую его в социальные группы и исторические общности, ментальность служит средством анализа и объяснения в гуманитарном знании, особенно в той мере, в какой его предмету присуще динамическое историческое измерение. Поэтому представление о ментальности разрабатывалось гл. о. в исторических науках, особенно в исторической антропологии и в “новой исторической науке”, основы которой были заложены в 1930-х гг. французскими учеными, группировавшимися вокруг журнала “Анналы”. Конкретные социолого-исторические исследования были посвящены анализу детской, национальной, тоталитарной, европейской, африканской, бюрократической, средневековой и др. видов ментальности. Интерсубъективный по своей сущности мир ментальности, осознаваясь и рационализируясь только выборочно, “пятнами”, связывает высокорационализированные формы сознания (науку, философию, политическую идеологию, религию и др.) с миром бессознательных структур, с неосознанными культурными кодами, определяя тем самым образ целостной жизни человека. Природное и культурное, рациональное и эмоциональное, индивидуальное и общественное — все эти оппозиции “перекрываются” на уровне ментальности, растворяясь в ее структурах. Термин “ментальность” встречается уже у Р. Эмерсона (1856), однако свое продуктивное и многоплановое развитие понятие ментальности получило гл. о. во франкоязычной гуманитарной науке. М. Пруст, отмечая новизну термина “ментальность”, с симпатией к новшеству вводит его как достойный внимания неологизм в свой словарь, заодно проникая в дотоле неизвестные пространства душевно-духовной жизни человека. В 1922 Л. Леви-Брюль в исследовании “Первобытное мышление” (“La mentalité primitive”) различает два типа ментальности — дологический и логический, подчеркивая несоизмеримость мышления австралийских и африканских племен с характерным для него “законом партиципации” и основанного на логическом законе противоречия и представленного в европейской традиции рационального мышления. Важной вехой в истории концепций ментальности стали работы французского историка Ж. Лефевра, введшего в качестве объяснительного средства представление о “коллективной ментальности”. Исследуя феномен массовой паники, охватившей летом 1789 множество французских деревень и спровоцированной убеждением в грозящей крестьянам опасности со стороны банд разбойников, грабящих и разоряющих все на своем пути, историк пришел к необходимости углубленного подхода к анализу психологии масс, поведение которых, особенно в кризисную эпоху, нельзя объяснить без учета структуры коллективной ментальности. Историк обнаружил, что коллективная эмоция (в данном случае “великий страх”) легко направляется на новый объект, если первоначальный объект страха разоблачается в качестве иллюзорного. Исследуя поведение “революционных толп”, Лефевр показал, что за привычной идеолого-политической “событийной” историей скрывается ее глубинный источник, в котором переплетаются психологические и социальные моменты — подчиненная особым закономерностям динамика коллективной ментальности. Коллективная и индивидуальная ментальность представляют для Лефевра своего рода биологически обусловленные константы. У другого историка, основателя (наряду с ментальностью Блока) школы “Анналов”, Л. Февра понятие ментальности, напротив, лишено биологицистского истолкования. Отталкиваясь от работ А. Баллона и Ш. Блонделя, Февр разрабатывает контуры исторической или социоисторической психологии, развитой впоследствии И. Мейерсоном, 3. Барбу и др. В манифесте школы “Новых Анналов” (1946) Февр подчеркивает, что мыслительные привычки и установки, навыки восприятия и эмоциональной жизни наследуются людьми от прошлых поколений без ясного осознания их, хотя он и называет “сознанием” весь этот блок, генерирующий импульсы, формирующие историю и самого человека. Ментальность мыслится Февром не как биологически укорененная константа поведения, а как исторически складывающаяся структура, определяющая мысли, чувства, поведение людей, их ценности и “жесты”. В исторических реконструкциях ментальности обнаруживается прежде всего как причина “отставания” или “сопротивления” переменам в социополитической и идеологической сферах (инерционность ментальности). Т. о., ментальные структуры служат одновременно и продуцирующим основанием и препятствием для исторического движения, благодаря чему оно и приобретает свой неповторимый уникальный характер, на воссоздание которого и должна прежде всего ориентироваться история. Образцами раскрытия и воссоздания ментальности различных эпох и социальных слоев служат работы историков нового поколения школы “Анналов” (Ж. Ле Гоффа, Р. Мандру, Ж. Дюби и др.), а также исследования историков культуры, науки, искусства (И. Хейзинга, Ж.-П. Вернан, П. Франкастель, Э. Панофскиидр.). Концепция коллективной ментальности, сложившаяся в истории и социоисторической психологии, имеет свои аналоги в таких конструкциях, как, напр., понятие “социальный характер”, предложенное Э. Фроммом в работе “Бегство от свободы” (1941). Как и в исторических исследованиях коллективной ментальности, в работе Фромма разрабатывается модель взаимодействия социальных, экономических и психологических факторов, предполагающая наличие действующих между ними системы двойственных связей. Согласно такой модели, все социально-экономические и политико-идеологические мотивы активности людей имеют шанс на успех в истории лишь при условии их “резонанса” с социопсихологической аурой, в которой они действуют. Рациональное начало как жизнеспособное образование структурировано на матрице социально значимой эмоциональной структуры, причем их локальное взаимопереплетение может расширяться по своего рода автокаталитическому механизму Создавая такую и подобную ей модели, концепции ментальности способствовали формированию новой методологической атмосферы в гуманитарном знании, противостоя редукционизму в его самых разных вариантах — как со стороны, напр., “экономизма” марксистской окраски, так и со стороны позивитизма, намечая тем самым продуктивные междисциплинарные синтезы психологии, лингвистики, этнологии, исторических дисциплин и других наук о человеке, включая и философию. Структурализм, отвергая концепцию Леви-Брюля “дологической” первобытной ментальности, способствовал дальнейшему развитию и углублению этих концепций и исследований, вводя семиотический подход и распространяя на всю культуру лингвистические модели. Однако в той мере, в какой структурализм переходит в постструктурализм, отношение к понятию ментальности меняется. Это ясно прослеживается, напр., у М. Фуко, выдвинувшего понятие “эпистема”, которое можно истолковать как интеллектуальную проекцию структуры ментальности соответствующей эпохи и ее культуры. Но уже в его “Археологии знания” (1969) еще встречающееся здесь и позитивно употребляемое понятие ментальность сменяется негативным к нему отношением. Высоко ценя Ф. Броделя и школу “Анналов” (эта оценка была взаимной), Фуко, однако, перенес акцент с “психологии” на “дискурс” как практику, истолковав последнюю в предельно десубъективизированной тональности. “Суверенность коллективного сознания”, как объясняющий принцип, содержащийся в некоторых концепциях ментальности, отвергается Фуко на том основании, что он, как считает философ, априорно и догматически унифицирует само по себе дисперсное “поле” истории. Фуко призывает историка вынести за скобки все подобные синтезаторы, такие, как, напр., представления о “влиянии”, “развитии”, “предшественнике” и т. п. представления, вносящие презумцию автономного “антропологического субъекта” и “исторического сознания”, на которые историком послушно нанизываются исторические “факты”. Однако нельзя и преувеличивать подобный разрыв Фуко с традицией “новой истории”, потому что и Февр, и Бродель, призывая к всеобъемлющему синтезу наук о человеке в рамках преображенной истории, развивая глобальный историзм, стремились как раз внести аналитически обнаруживаемое разнообразие и дискретность (столь дорогие Фуко) в тотализирующие и континуализирующие историю концепты “духа”, “индивида”, “сознания” и т. п.

    В. П. Визгин

dic.academic.ru

МЕНТАЛЬНЫЕ УСТАНОВКИ ЭТО — Понятие ментальности. Уровни ментальности

Отсутствием этого условия и объясняется большая часть теперешних трудностей и неудач. Правильный выбор времени, глубокое знание Закона Кармы и значительная степень интуитивного восприятия занимают важное место в высоком искусстве духовного целительства. Сюда также следует добавить понимание того, что природа формы и физическое тело совсем не главные объекты внимания и не имеют столь большого значения, как можно подумать.

Ментальными проблемами в общем случае называются любые проблемы, имеющие ментальное содержание (проблемы в ментальности и с ментальностью, в ментальных основаниях). 4) несоответствие конкретного содержания мышления тем средствам и способам мышления, которыми производится это содержание. Так, в менталитете европейского средневековья основой многих словесных штампов служила правовая терминология. Содержание менталитета складывается из ментальных комплексов – мысленных образов, предопределяющих восприятие явлений действительности.

Эта логика ментальных оснований, формирующая глубокую осознанность всего происходящего всяким разумных субъектом. Ментальность как стиль мышления и способ мировосприятия. Ментальность политическая, религиозная и национальная (менталитет). Проблема (само) идентичности. Конкретные социолого-исторические исследования были посвящены анализу детской, национальной, тоталитарной, европейской, африканской, бюрократической, средневековой и др. видов ментальности.

Начнем, прежде всего, с основной предпосылки о том, что болезнь и физическая склонность к болезни не являются результатом неправильного мышления. В такой неспособности жить по Закону Периодичности и подчинить свои аппетиты циклическому контролю и заключена одна из главных причин болезни. Поскольку эти законы обретают форму на ментальном плане, можно не без основания утверждать, что их нарушение вызвано ментальной причиной. Ментальное поле является исторически обусловленным феноменом.

Также под понятием «ментальность» подразумевается не только интеллектуальные и эмоциональные особенности человека, но и его отношение к прошлому и настоящему. Назовём это основание ментальной установкой. Я не имею в виду болезни нервной системы и мозга, которые являются результатом избыточной стимуляции и воздействия энергии (зачастую и ума, и души) на инструмент, который не готов к ее восприятию. Именно неспособность 95] мыслить, регистрировать и выражать высшие состояния сознания приводит к неправильным ритмам.

Ментальный подход и ментальные технологии – это новаторский и глубокий подход изучения, понимания и влияния ментальности в самых разных сферах человеческой реальности. Это подход, обращенный к самым фундаментальным основаниям всего, что хотят, думают, чувствуют и делают люди, к основанию всего, что с ними происходит, всех решений и событий. Самым низшим проявлением непротивления является непреодолимая готовность умереть, которая так часто характерна для последней стадии, непосредственно предшествующей смерти. Болезнь, главным образом, представляет собой аспект смерти.

Понимание собственной установки объясняет многие черты характера и модели поведения. Важнее всего то, что установки можно менять. Тем более, по сути, я не даю подсказок, позволяя вам копать самостоятельно.

Духовная атмосфера, в которой развивались представления о ментальности, характеризуется отказом от европоцентризма и монолинейного прогрессистского видения истории. Природное и культурное, рациональное и эмоциональное, индивидуальное и общественное — все эти оппозиции “перекрываются” на уровне ментальности, растворяясь в ее структурах. Важной вехой в истории концепций ментальности стали работы французского историка Ж. Лефевра, введшего в качестве объяснительного средства представление о “коллективной ментальности”. Историк обнаружил, что коллективная эмоция (в данном случае “великий страх”) легко направляется на новый объект, если первоначальный объект страха разоблачается в качестве иллюзорного. Коллективная и индивидуальная ментальность представляют для Лефевра своего рода биологически обусловленные константы. У другого историка, основателя (наряду с ментальностью Блока) школы “Анналов”, Л. Февра понятие ментальности, напротив, лишено биологицистского истолкования.

Еще интересное:

callbollonez.ru

МЕНТАЛЬНОСТЬ — Новая философская энциклопедия

МЕНТАЛЬНОСТЬ (менталитет) (от лат. mens – ум, мышление, образ мыслей, душевный склад) – глубинный уровень коллективного и индивидуального сознания, включающий и бессознательное; относительно устойчивая совокупность установок и предрасположенностей индивида или социальной группы воспринимать мир определенным образом. Ментальность формируется в зависимости от традиций культуры, социальных структур и всей среды жизнедеятельности человека, и сама в свою очередь их формирует, выступая как порождающее начало, как трудноопределимый исток культурно-исторической динамики. «Зазор» между практически независимым от истории «коллективным бессознательным» с его «архетипами» (К.Юнг) и исторически изменчивыми «формами общественного сознания» (марксизм) локализует тот уровень, на котором располагаются структуры ментальности. Гуманитарная наука 20 в. скорректировала идущее от Просвещения и типичное для классического рационализма 19 в. отождествление сознания с знанием и сферой разума, подкрепленное ценностным предпочтением когнитивно-письменной формы культуры перед всеми остальными, выдвинув и развив лишенное однозначности представление о ментальности. Духовная атмосфера, в которой развивались представления о ментальности, характеризуется отказом от европоцентризма и монолинейного прогрессистского видения истории. Фиксируя устойчивую настроенность внутреннего мира человека, сплачивающую его в социальные группы и исторические общности, ментальность служит средством анализа и объяснения в гуманитарном знании, особенно в той мере, в какой его предмету присуще динамическое историческое измерение. Поэтому представление о ментальности разрабатывалось гл.о. в исторических науках, особенно в исторической антропологии и в «новой исторической науке», основы которой были заложены в 1930-х гг. французскими учеными, группировавшимися вокруг журнала «Анналы». Конкретные социолого-исторические исследования были посвящены анализу детской, национальной, тоталитарной, европейской, африканской, бюрократической, средневековой и др. видов ментальности. Интерсубъективный по своей сущности мир ментальности, осознаваясь и рационализируясь только выборочно, «пятнами», связывает высокорационализированные формы сознания (науку, философию, политическую идеологию, религию и др.) с миром бессознательных структур, с неосознанными культурными кодами, определяя тем самым образ целостной жизни человека. Природное и культурное, рациональное и эмоциональное, индивидуальное и общественное – все эти оппозиции «перекрываются» на уровне ментальности, растворяясь в ее структурах. Термин «ментальность» встречается уже у Р.Эмерсона (1856), однако свое продуктивное и многоплановое развитие понятие ментальности получило гл. о. во франкоязычной гуманитарной науке. М.Пруст, отмечая новизну термина «ментальность», с симпатией к новшеству вводит его как достойный внимания неологизм в свой словарь, заодно проникая в дотоле неизвестные пространства душевно-духовной жизни человека. В 1922 Л.Леви-Брюль в исследовании «Первобытное мышление» («La mentalite primitive») различает два типа ментальности – дологический и логический, подчеркивая несоизмеримость мышления австралийских и африканских племен с характерным для него «законом партиципации» и основанного на логическом законе противоречия и представленного в европейской традиции рационального мышления. Важной вехой в истории концепций ментальности стали работы французского историка Ж.Лефевра, введшего в качестве объяснительного средства представление о «коллективной ментальности». Исследуя феномен массовой паники, охватившей летом 1789 множество французских деревень и спровоцированной убеждением в грозящей крестьянам опасности со стороны банд разбойников, грабящих и разоряющих все на своем пути, историк пришел к необходимости углубленного подхода к анализу психологии масс, поведение которых, особенно в кризисную эпоху, нельзя объяснить без учета структуры коллективной ментальности. Историк обнаружил, что коллективная эмоция (в данном случае «великий страх») легко направляется на новый объект, если первоначальный объект страха разоблачается в качестве иллюзорного. Исследуя поведение «революционных толп», Лефевр показал, что за привычной идеолого-политической «событийной» историей скрывается ее глубинный источник, в котором переплетаются психологические и социальные моменты – подчиненная особым закономерностям динамика коллективной ментальности. Коллективная и индивидуальная ментальность представляют для Лефевра своего рода биологически обусловленные константы. У другого историка, основателя (наряду с ментальностью Блока) школы «Анналов», Л.Февра понятие ментальности, напротив, лишено биологицистского истолкования. Отталкиваясь от работ А.Валлона и Ш.Блонделя, Февр разрабатывает контуры исторической или социоисторической психологии, развитой впоследствии И.Мейерсоном, З.Барбу и др. В манифесте школы «Новых Анналов» (1946) Февр подчеркивает, что мыслительные привычки и установки, навыки восприятия и эмоциональной жизни наследуются людьми от прошлых поколений без ясного осознания их, хотя он и называет «сознанием» весь этот блок, генерирующий импульсы, формирующие историю и самого человека. Ментальность мыслится Февром не как биологически укорененная константа поведения, а как исторически складывающаяся структура, определяющая мысли, чувства, поведение людей, их ценности и «жесты». В исторических реконструкциях ментальности обнаруживается прежде всего как причина «отставания» или «сопротивления» переменам в социополитической и идеологической сферах (инерционность ментальности). Т.о., ментальные структуры служат одновременно и продуцирующим основанием и препятствием для исторического движения, благодаря чему оно и приобретает свой неповторимый уникальный характер, на воссоздание которого и должна прежде всего ориентироваться история. Образцами раскрытия и воссоздания ментальности различных эпох и социальных слоев служат работы историков нового поколения школы «Анналов» (Ж. Ле Гоффа, Р.Мандру, Ж.Дюби и др.), атакже исследования историков культуры, науки, искусства (Й.Хейзинга, Ж.-П.Вернан, П.Франкастель, Э.Панофски и др.). Концепция коллективной ментальности, сложившаяся в истории и социоисторической психологии, имеет свои аналоги в таких конструкциях, как, напр., понятие «социальный характер», предложенное Э.Фроммом в работе «Бегство от свободы» (1941). Как и в исторических исследованиях коллективной ментальности, в работе Фромма разрабатывается модель взаимодействия социальных, экономических и психологических факторов, предполагающая наличие действующих между ними системы двойственных связей. Согласно такой модели, все социально-экономические и политико-идеологические мотивы активности людей имеют шанс на успех в истории лишь при условии их «резонанса» с социопсихологической аурой, в которой они действуют. Рациональное начало как жизнеспособное образование структурировано на матрице социально значимой эмоциональной структуры, причем их локальное взаимопереплетение может расширяться по своего рода автокаталитическому механизму. Создавая такую и подобную ей модели, концепции ментальности способствовали формированию новой методологической атмосферы в гуманитарном знании, противостоя редукционизму в его самых разных вариантах – как со стороны, напр., «экономизма» марксистской окраски, так и со стороны позивитизма, намечая тем самым продуктивные междисциплинарные синтезы психологии, лингвистики, этнологии, исторических дисциплин и других наук о человеке, включая и философию. Структурализм, отвергая концепцию Леви-Брюля «дологической» первобытной ментальности, способствовал дальнейшему развитию и углублению этих концепций и исследований, вводя семиотический подход и распространяя на всю культуру лингвистические модели. Однако в той мере, в какой структурализм переходит в постструктурализм, отношение к понятию ментальности меняется. Это ясно прослеживается, напр., у М.Фуко, выдвинувшего понятие «эпистема», которое можно истолковать как интеллектуальную проекцию структуры ментальности соответствующей эпохи и ее культуры. Но уже в его «Археологии знания» (1969) еще встречающееся здесь и позитивно употребляемое понятие ментальность сменяется негативным к нему отношением. Высоко ценя Ф.Броделя и школу «Анналов» (эта оценка была взаимной), Фуко, однако, перенес акцент с «психологии» на «дискурс» как практику, истолковав последнюю в предельно десубъективизированной тональности. «Суверенность коллективного сознания», как объясняющий принцип, содержащийся в некоторых концепциях ментальности, отвергается Фуко на том основании, что он, как считает философ, априорно и догматически унифицирует само по себе дисперсное «поле» истории. Фуко призывает историка вынести за скобки все подобные синтезаторы, такие, как, напр., представления о «влиянии», «развитии», «предшественнике» и т.п. представления, вносящие презумцию автономного «антропологического субъекта» и «исторического сознания», на которые историком послушно нанизываются исторические «факты». Однако нельзя и преувеличивать подобный разрыв Фуко с традицией «новой истории», потому что и Февр, и Бродель, призывая к всеобъемлющему синтезу наук о человеке в рамках преображенной истории, развивая глобальный историзм, стремились как раз внести аналитически обнаруживаемое разнообразие и дискретность (столь дорогие Фуко) в тотализирующие и континуализирующие историю концепты «духа», «индивида», «сознания» и т.п. В философии культуры М.Б.Туровского понятие «ментального пространства» выступает ресурсом и гарантом «очеловечивания» человека в ходе исторического самосозидания. Это понятие было введено Туровским потому, что он не увидел возможности вывести человечность человека, исходя из принципа предметной деятельности, сформулированного в рамках марксистской.традиции. Человек формирует себя в качестве субъекта истории, опираясь на надиндивидуальное содержание, наполняющее ментальное пространство. В ментальном пространстве, по Туровскому, фиксируется «интегральность надиндивидуальньгх директив человечества, диктующих нормы человеческого отношения к миру» (Методологический семинар «Философские обоснования истории культурологии. 1992–1993 гг.». М., 1993, с. 133). Подобное применение понятия ментальности показывает, что оно может использоваться и для описания феномена свободы человека, в то время как в обычных «историях ментальностей» понятие ментальности предстает скорее как компонент описания зоны необходимости, поскольку человек как личность находит в коллективной ментальности то, что ограничивает и детерминирует его свободу и творчество.

Литература:

1. Леви-Брюль Л. Первобытное мышление. M., 193C;

2. Он же. Сверхъестественное в первобытном мышлении. М., 1937;

3. Февр Л. Бои за историю. М., 1991;

4. Гуревич А.Я . Исторический синтез и школа «Анналов». М., 1993;

5. Арьес Ф. Человек перед лицом смерти. М., 1992;

6. История ментальностей. Историческая антропология. Зарубежные исследования в обзорах и рефератах. М., 1996;

7. Lefevre G. La Grande peur de 1789. Suive de «Les foules révolutionnaires». P., 1988;

8. Europäische Mentalitätsgeschichte. Hauptthemen in Einzeldarstellungen, hrsg. von P.Dinzelbacher. Stuttg., 1933;

9. Mentalitäten im Mittelalter: methodische und inhaltliche Probleme, hrsg von F.Graus. Sigmaringen, 1987;

10. Duby G. Histoire des mentalités. – В кн.: Histoire et ses méthodes. Sous la dir. De Ch. Samaran. P., 1961;

11. Aries Ph. L’histoire des mentalités. – В кн.: La Nouvelle histoire. Sous la dir. De J.Le Goff, R.Chartier, J.Revel. P., 1978.

В.П.Визгин


Источник:
Новая философская энциклопедия
на Gufo.me


Значения в других словарях

  1. ментальность —
    МЕНТАЛЬНОСТЬ -и; ж. Совокупность общественных навыков и культурных особенностей народа, социальной группы или отдельного человека, проявляющихся в поведении, мировосприятии, умонастроении. Культурная м. Азиатская м.
    Толковый словарь Кузнецова
  2. ментальность —
    орф. ментальность, -и
    Орфографический словарь Лопатина
  3. ментальность —
    ментальность ж. Отвлеч. сущ. по прил. ментальный
    Толковый словарь Ефремовой
  4. ментальность —
    сущ., кол-во синонимов: 7 душевный мир 4 менталитет 9 настроенность 26 образ мыслей 18 склад ума 3 ум 39 умственность 11
    Словарь синонимов русского языка
  5. ментальность —
    МЕНТАЛЬНОСТЬ и, ж. книжн. Менталитет. Ментальность имела поразительный успех. Термин «ментальность» распространился из французского языка во все языки, вошел в обиходный язык и наводнил учебники ..
    Словарь галлицизмов русского языка
  6. Ментальность —
    (менталитет) от лат. mens – ум, мышление, образ мыслей, душевный склад. мироощущение, мировосприятие, формирующееся на глубоком психическом уровне индивидуального или коллективного сознания; совокупность психологических…
    Словарь по культурологии
  7. ментальность —
    МЕНТАЛЬНОСТЬ (менталитет) (от лат. mens — ум, мышление, образ мыслей, душевный склад) — глубинный уровень коллективного и индивидуального сознания, включающий и бессознательное…
    Энциклопедия эпистемологии и философии науки
  8. Ментальность —
    Универсальная форма организации знаний человека, определяющая возможности познания и управления поведением. Знания, представленные ментальным опытом, являются средством, которое мобилизуется в ответ на новую информацию с целью овладения…
    Педагогический терминологический словарь

gufo.me

Война — это ментальная установка. Новая земля. Пробуждение к своей жизненной цели

Война — это ментальная установка

В известных случаях тебе может понадобиться принять меры по защите себя или кого?нибудь другого от опасности, исходящей от третьего лица, однако остерегайся, чтобы не превратить эту защиту в свою миссию по «искоренению зла», так как в этом случае ты, вероятнее всего, сам превратишься в то, против чего борешься. Борьба с неосознанностью ввергнет тебя в еще большую неосознанность. Атака на неосознанность, нападение на эготипическое расстройство поведения никогда не приносят победы. Даже если ты нанесешь своему оппоненту поражение, эта неосознанность просто перейдет в тебя, или же оппонент появится снова, но под новой личиной. То, с чем борешься, становится больше. То, чему сопротивляешься, усиливается.

Сегодня часто можно услышать выражение «борьба с» тем или этим, и всякий раз, слыша это, я знаю, что она обречена на провал. Ведется борьба с наркотиками, борьба с преступностью, борьба с терроризмом, борьба с раком, борьба с бедностью, и т. д. Например, несмотря на борьбу с наркотиками и преступностью, за последние двадцать пять лет число связанных с наркотиками преступлений существенно увеличилось. Количество заключенных в тюрьмах США выросло почти с 300 тысяч в 1980 г. до 2,1 миллиона в 2004 г. Борьба с болезнями, помимо прочего, дала нам антибиотики. Поначалу они были сказочно эффективными, порождая иллюзию победы в борьбе с инфекционными болезнями. Теперь многие эксперты сходятся в том, что широкое распространение и неразборчивое применение антибиотиков заложило бомбу замедленного действия, и что устойчивые к антибиотикам штаммы бактерий, так называемые супер–вирусы, с большой долей вероятности вызовут повторное появление этих же болезней и, возможно, эпидемий. Журнал американской медицинской ассоциации (Journal of the American Medical Association), приводя данные о смертности в США, сообщает, что среди причин смертности на третье место после сердечно–сосудистых и онкологических заболеваний вышло само лечение. Гомеопатия и китайская медицина — это только два из возможных альтернативных подходов к лечению, не ведущие борьбу с болезнью как с врагом, а значит, не создающие новых болезней.

Война — это ментальная установка, и все исходящие из нее действия либо усиливают врага и мнимое зло, либо, если война выиграна, создают нового врага и новое зло, равное, а чаще превосходящее собой то, которое было побеждено. Между состоянием сознания и внешней реальностью существует глубокая внутренняя связь. Если ты зажат в тисках такой установки, как «война», твое восприятие становится в высшей степени избирательным и в той же мере искаженным. Иными словами, ты видишь только то, что хочешь видеть, а потом неверно истолковываешь увиденное. Предстать себе, какие действия вытекают из такой системы заблуждений. Или хотя бы посмотри вечерние новости по телевизору.

Считай эго тем, чем оно является, — коллективным функциональным расстройством, душевной болезнью человеческого разума. Если ты воспринимаешь эго таким, как оно есть, то больше не принимаешь его за чью?то личность. Стоит хотя бы раз увидеть эго как эго — и тогда оставаться в состоянии нереагирования на него становится намного проще. Ты перестаешь воспринимать его личностно. Перестаешь жаловаться, упрекать, осуждать, делать других неправыми. Нет никого, кто был бы неправ. Это всего лишь чье?то эго, вот и все. Сочувствие возникает тогда, когда понимаешь, что все страдают от одной и той же болезни ума. Просто одни страдают острее других. Ты больше не подливаешь масла в огонь драмы, являющейся частью всех эготипических взаимоотношений. Что же это за масло? Реактивность. Именно на ней эго бурно разгорается.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

self.wikireading.ru

Менталитет — Энциклопедия системно-векторной психологии

Материал из Энциклопедия системно-векторной психологии

Менталитет – устойчивая совокупность психических, интеллектуальных, эмоциональных и культурных особенностей, присущая определенной этнической группе, нации, народности.

Менталитет играет одну из ключевых ролей в формировании мироощущения, миропонимания человека.

Менталитет глубоко в бессознательном человека укореняет определенные ориентиры в виде систем ценностей, представлений и жизненных установок, характерных для культуры данной этнической группы и комплексно отражающих образы социального целого.

Сформированный менталитет и ментальные ценности всегда векторально обусловлены и формируются на базе основной природной задачи — коллективного выживания в определенной климато-географической среде. Например, на территории России сформировался уникальный уретрально-мышечный менталитет.

Менталитет — неосознанно и автоматически принятые установки, коллективные представления, содержащиеся в сознании ценности, мотивы и модели поведения, стереотипы реакций, общие в целом для эпохи и социальной группы и лежащие в основании рационально построенных и отрефлексированных форм общественного сознания.

Менталитет входит в структуру индивидуальной психики человека в процессе его приобщения к данной культуре и социальной среде. Процесс начинается в раннем детстве с овладения национальным языком, адаптации бытовых и социальных условий жизни.

Менталитет отражает своеобразный образ мыслей сложившийся у людей на протяжении истории как часть общественного феномена социокультурной реальности.

Ментальные установки обычно воспринимаются человеком как нечто не вызывающее сомнений и естественное, и он не отдает себе отчет, почему мыслит и действует так, а не иначе.

Другой, гораздо более фундаментальной константой, определяющей мышление, характер и мировосприятие человека, является его врожденный векторальный набор, не зависящий от принадлежности к той или иной этнокультурной среде.

Формирование менталитета

Менталитет формируется на протяжении поколений, и целесообразно рассматривать его устройство как состоящее из устойчивой структуры – «ядра» и более изменчивой «периферии».

Ядро формируется под воздействием геосреды, ландшафта и климата.

К более изменчивым структурам периферии следует отнести язык, традиции, религии, воспитание, быт.

На формирование ментальных предпосылок народа большое влияние могут оказывать также геополитические факторы.

В стремлении выжить и прийти в сбалансированное состояние с окружающей средой естественным образом происходит отбор определенных векторальных свойств и способностей, наиболее востребованных для выживания и адаптации людей в данных условиях окружающей среды.

Все особенности, способности и таланты человека закладываются и в мере развития проявляются в соответствии с его векторальным набором. Соответственно, и менталитеты складываются из ценностей тех векторов, которые в главной степени определяют выживания этой социальной группы на ландшафте.

Типы менталитетов

Всего существует четыре типа менталитетов, сформированных в определенных природных условиях. Их примерами могут служить кожный менталитет в странах западной Европы и США, анальный менталитет в арабских странах, мышечный менталитет в странах юго-восточной Азии и уникальный двойной уретрально-мышечный менталитет в России и странах, располагающихся на территории бывшего СССР.
Особенности месторазвития и территориальное распределение менталитетов тесно связаны с природными факторами. Кожный менталитет формируется на территориях с благоприятными для выживания климато-географическими условиями. Анальный — в горах, мышечный — в лесах, уретральный — в степях.

Формирование менталитета следует рассматривать в исторической перспективе.

Ареол обитания этноса в настоящее время зачастую сильно отличается от территорий, на которых происходило формирование этого этноса и свойственных ему ментальных особенностей. Области обитания этноса исторически изменяются. Так, для русского этноса, населявшего территории западной и южной частей Восточно-Европейской равнины, характерно почти непрерывное расширение.

Кожный менталитет

Ярким примером кожного менталитета являются страны западной Европы. Климат этих территорий мягок и благоприятен для земледелия, что способствует высокой урожайности. Европейский ландшафт богат разнообразием форм поверхности, территории ограничены извилистыми береговыми линиями. Людям, населяющим эти территории, ландшафт настойчиво навязывает ощущение границы, предела, точной определенности, отчетливости и ежеминутного, повсеместного присутствия человека с внушительными признаками его упорного и продолжительного труда.

Благоприятный климат и высокая урожайность стимулируют изобретения новых технологий для сбора урожая. Излишки урожая формируют в человеке инстинкт частного собственника, а также нуждаются в защите от разграбления. Кожный менталитет тяготеет к урегулированию отношений с помощью общих законов, в основе которых лежит постулат «мое – это мое, твое – это твое». Равный для всех закон выступает в роли защитника и гаранта сохранности частной собственности, а его исполнение контролируют соответствующие органы по охране общественного порядка. В качестве оплаты за защиту взимается налог с прибыли.

Сегодня национальный характер европейца тяготеет к жизни по правилам и законам, обеспечивающим четкие правовые и личностные свободы. Ценность — жить в изобилии, достатке и комфорте. Кожный менталитет устремлен к построению общества потребления. Неоспоримая значимость уникальной человеческой жизни и высшая ценность интересов отдельного человека включены в структуру кожного менталитета.

Анальный менталитет

Горная среда специфична тем, что живущие в ней люди были фактически лишены возможности менять окружающий их ландшафт. В результате этого народы, населяющие данные территории, естественным образом находились на более низкой ступени технологического развития и были в большей зависимости от природного окружения. Часто горы являются серьезным препятствием для проникновения через них других народов и вместе с ними инноваций. Поэтому носителям горного менталитета присущ консерватизм в отношении любого рода социокультурных нововведений.

Местное население – это, как правило, немногочисленные, разрозненные группы народов. В горах крайне мало пригодных для жизни территорий, что вынуждало горделивых горцев быть в постоянной готовности дать отпор захватчикам. По этой же причине горцам свойственно чувство сильной привязанности к своей земле и «своим» людям. Условия обособленности и замкнутости, в которых формировались горные народы, являлись причиной их враждебности ко всему чужому и нетерпимости, как к нежелательным соседям, так и к их культуре.

Процесс самоидентификации у горцев происходит «по крови»: горцы придают исключительно большое значение родственным связям, с большим почтением относятся к родителям и старшим.

Консерватизм, приверженность традициям, ценность семьи, ощущение кровного родства – это ценности исключительно анального вектора.

Мышечный менталитет

Мышечный менталитет складывается преимущественно в лесах. Он включает в себя ценности мышечного вектора: физическую силу, выносливость, трудолюбие и способность переносить трудности, определяющие выживание в суровых условиях дикой природы леса.

Например, на Руси основой для выживания была освобожденная от леса земля. Подсечно-огневое земледелие лесных территорий требовало тяжелого труда и большого количества работников и было не под силу одной крестьянской семье. Излишков урожая практически не было, поэтому рыночные отношения складывались крайне медленно (торговать было нечем). Примитивное земледелие в лесах и суровые климатические условия сильно затрудняли ведение индивидуального хозяйства, вынуждая крестьян стягиваться в общины, и способствовали формированию коллективистских принципов.

Общинный принцип выживания – базовое объединение группы людей на основе основных потребностей тела – есть, пить, дышать, спать. Так, люди живут в нищете, впроголодь, однако в крайней сплоченности, необходимой для выживания.

Мышечный человек получает удовлетворение от длительного тяжелого физического труда и по природе не имеет амбиций и особых притязаний помимо обеспечения базовых желаний (есть, пить, дышать, спать).
В мышечном векторе нет ощущения себя отдельной от всех единицей, т.е. нет ощущения отдельности своего «Я» в той мере, в которой оно есть в других векторах. Вместо «я» есть ощущение себя частью коллективного «мы».

Уретральный менталитет

Уретральный менталитет формируется у степных, кочевых народов. Особенно актуальна в данном контексте именно географическая зона Великой Евразийской степи, находящейся в климатическом поясе умеренных широт. Это единственная в мире сплошная полоса травянистых пустынь и степей, удобных для кочевников-скотоводов.

Примером народов с уретральной ментальной надстройкой могут служить татары, монголы, гунны, скифы, половцы.

Степь – особый ландшафт, бескрайние, широкие, раздольные земли. Степь для человека символизирует волю и не ограниченную никакими запретами свободу. Однако это также опасное пространство, полное кочевниками-головорезами и ворами. Про степь говорят: чтобы ощутить просторы степи, надо проехаться по ней верхом на резвом скакуне.

Ментальные уретральные ценности также нашли свое отражение в комплементарном им образе идеального всадника-воина, бесстрашного, легкого и быстрого, отважного, отчаянно-храброго в битве. У кочевых народов был распространен культ всадника, который в свою очередь был связан с культами коня, солнца, огня и неба. Военная история конно-кочевых народов примечательна величайшими политико-милитарными результатами. Это люди величайшей военной доблести, завоеватели.

В Новом Свете кочевая культура в точном смысле слова не могла создаться по причине отсутствия там лошадей до появления европейцев. В Америку лошадей завезли в XVI веке, в Австралию – в XVIII веке.

Уретральный вождь — это сгусток энергии, обладатель горячей крови и четырехмерного либидо. Уретральник — проявление животного альтруизма в природе. Он — тактик, обеспечивающий расширение жизненного пространства за счет освоения новых земель и горизонтов. Он — страсть и огонь.

svp-wiki.ru

Менталитет. Виды менталитета — Дом Солнца

Происхождение слова менталитет принято вести от латинских: mentis – душа или ум и alis – другие.

Термин ввёл французский этнолог и антрополог Леви-Брюль, он применил его к мышлению первобытных племён, жизненный уклад которых изучал. Противопоставляя дологическое мышление первобытных людей и логическое мышление людей современных, ход мыслей представителей племён он назвал менталитетом.

Что такое менталитет?

Термин прижился сначала в исторической науке, им обозначали совокупность особенностей, ценностей и установок какого-либо народа. Далее распространился в психологии для характеристики индивидуальных особенностей личности, в социологии – как характеристика мировосприятия разных социальных групп.

Определение

Менталитет – ход мыслей, восприятие окружающего мира и себя в нём, духовный настрой и система ценностей, свойственные одной человеческой личности или группе людей. Их проявление постоянно и проходит незаметно. Увидеть яркий контраст между собственным и чужим менталитетом можно в иной культурной среде или среди представителей других народов.

Одним словом понятие менталитет выражается – умонастроение.

Менталитет личности

Данное понятие применяют для того, чтобы подчеркнуть особые черты сознания определённого человека, его отличие от общественной среды или других индивидов.

Строение менталитета личности многогранно, логично предположить, что человек не становится его обладателем в краткий промежуток времени.

Когда и как формируется менталитет

Формирование менталитета занимает примерно 12 лет. Оно начинается в трёхлетнем возрасте и завершается к 14-16 годам.

Внешние факторы влияют на развитие сторон менталитета, основные из них:

менталитет родителей;
книги и фильмы, прочитанные и просмотренные на этапе взросления;

физическая сила и психическая стабильность;
восприятие воздействия более сильных личностей: педагогов, кумиров, людей старшего возраста;

СМИ;
политика государства;
школа.

В сформированный менталитет входит система ценностей, проистекающие из неё цели и средства их достижения.

Особенности ментального развития имеют яркие проявления при конфликтах целей и ценностей. Например, материального благополучия и жизни человека: можно ли убить другого ради своего обогащения?

Менталитет общества

Для определения менталитета какого-либо общества можно воспользоваться универсальной формулой:

Менталитет общества = общественное сознание – общечеловеческие ценности.

Так, любовь к родственникам и своим детям, горечь их потери, ненависть к тем, кто причинил им боль, свойственны всем людям. Но нравственная приемлемость кровной мести – черта национального менталитета восточных народов, одобряемая религией и народной традицией.

Общественный менталитет – принятые в обществе формы поведения, стереотипы жизненных решений и мнения, отличающие это сообщество от других.

Менталитет общества, безусловно, очень влияет на менталитет личности. Степень его влияния зависит от активности или пассивности конкретного индивидуума в общественной жизни.

Менталитет и сознание человека

Относительно норм и правил, которыми человек овладел сознательно, менталитет — это неосознанные представления, впечатления и образы, на основании которых происходит восприятие и истолкование окружающей среды конкретным человеком.

Менталитет не может быть отождествлён с сознанием полностью, не может совпадать с каждым действием, словом и мыслью человека. Но менталитет всегда служит их фоном, он определяет границы нравственно дозволенного и недопустимого для человека поведения.

Типология менталитета

Социологический и психологический анализ биографий и писем выдающихся личностей, истории и мемуарной литературы позволил выделить четыре типа менталитета:

Варварский – самый древний из известных типажей. Его отличают высокая выживаемость, выносливость, активность сексуального поведения. Свежесть чувств и восприятия, поиск новых переживаний, отсутствие страха перед риском и смертью.

В социальной жизни «варвар» соотносит себя с семьёй, друзьями, коллегами. Угрозу своей микрогруппе он воспринимает как направленную лично против него. Ради безопасности ближних готов уничтожить источник опасности от кого бы она ни исходила.

Убеждения религиозного или философского толка «варвар» меняет легко, но не из-за непостоянства, а по причине несерьёзного восприятия абстрактных идей в принципе.

Аристократический зародился с развитием феодального строя в Европе. Его характеризует независимость, граничащая с гордостью, утончённость в манерах и сексуальных предпочтениях. Желание производить впечатление внешним блеском, навык сознательно противостоять страху, прямота и искренность как производные отвращения ко лжи.

Наиболее полно в социуме «аристократ» соединяет себя с семьёй, точнее – с детьми.

Верность убеждениям и принципам – отличительная черта аристократического типа, проистекающая не только из высокой нравственности, но и из страха выглядеть слабым.

Интельский – менталитет начала эпохи Возрождения, сформировавшийся при более высоком уровне жизни и безопасности, чем два предыдущие, как следствие, жизнестойкость личности значительно снизилась.

Интельскому менталитету свойственна недемонстративное пренебрежение к удобствам и комфорту, высокая работоспособность, приоритетность общественных отношений перед личными, неразвитость эстетики сексуальных отношений, сильная боязнь смерти и боли.

«Интель» стремится войти в крупную социальную группу: церковь, общество учёных, масонскую ложу. Он не предан их отдельным представителям, но верность ценностям он сохраняет до конца.

Буржуазный менталитет самый молодой, он оформился в 16-17 веке. Его отличительные черты – бережливость и экономичность, трудоголизм, душевная скупость и неискренность, акцент на функциональности и накопительстве. Экономические отношения имеют явное превосходство над личными.

«Буржуа» сливается со своим социальным слоем и экономической системой государства. Верность семье и друзьям – не его отличительные черты. Может защищать на словах религию и мораль, но это не означает, что он следует им на деле.

Итак, формирование менталитета человеческих общностей происходит на протяжении всей истории: он менялся, дополнялся новыми чертами, лишался своих нежизнеспособных сторон.

Типология индивидуального менталитета складывалась в ходе развития общественных отношений и сейчас выражается четырьмя типажами, которые крайне редко встречаются в чистом виде. Но образуют интересные сочетания черт в характерах людей и окрашивают ментальное сознание целых наций.

www.sunhome.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *