Сознание подсознание и бессознательное – Сознание, Подсознание, Бессознательное — Психологос

Сознание, Подсознание, Бессознательное — Психологос

Сознание: область, где человек может увидеть (если включит внимание, обратит внимание) свои имеющие логику психические процессы. То есть для меня, разумные и контролируемые мной на любом шаге процессы ориентировки во внутреннем и внешнем мире (включая формирование намерений и принятие решений).

В отличие от сознания, бессознательное в широком смысле — область психического, которая не видится сознанием (неосознаваемая область психического) и в отношении которой отсутствует субъективный контроль. При таком понимании бессознательного сюда включают и неосознанное, и подсознание.

Неосознанное — происходящее без участия сознания. Осознанность — результат включения сознания.

«Не, я не посмотрел, не обратил внимания…» «Говорил, не подумав, вот и сболтнул».

Подсознание — область, где имеющую логику психические процессы происходят, но я их обычным образом увидеть (разглядеть и проконтролировать) не могу. Обращая туда свое внимание, я разглядеть ничего ничего не могу. То есть во мне происходят и разумная ориентировка, и формирование намерений, и принятие решений, но от меня это обычно скрыто, мне это неподконтрольно и я обнаруживаю только результаты. Однако, если я в себе покопаюсь, включу анализ, я могу понять: «Наверное, подсознательно я хотел…»

В более узком понимании бессознательное — область, где происходят принципиально недоступные для восприятия самого субъекта психические процессы, внимание туда принципиально не достает. То, что может быть расшифровано только специалистом специальными методами.

Отношение сознания и бессознательного

Специалист с психотерапевтической установкой убежден, что бессознательное больше и сильнее нашего крошечного сознания. См.→

Специалист, для которого психотерапевтическая установка не характерна, рассматривает каждую ситуацию конкретно.

Сознание, подсознание и способность думать

Как правило, чем более ясное сознание, тем лучше думается. Однако продумывание — это больше, чем осознанность и осознавание. Это внимательный взгляд на ситуацию, который решает ту или иную задачу. Синоним — Продуктивное мышление. Кроме того, при некотором навыке можно запускать способность думать (решать жизненные задачи) в подсознательном режиме. Дать себе задачку на ночь, чтобы возвращаться к поиску ее решения без контроля дневного сознания. Иногда это дает неожиданные, творческие решения. См.→

Статус, авторитет, влияние

www.psychologos.ru

Бессознательное подсознание — Психология PRO

сознание и бессознательноеМы не чувствуем, откуда берутся наши мысли, не осознаем, каким образом и где накапливается опыт. Для поверхностного ума все психические явления возникают, словно из пустоты – просто на халяву появляются на фоне сознания в завершенном виде, и так же неуловимо исчезают – в «никуда». Какая-то парадоксальная фабрика скоротечных грез. Можно было бы на этом остановиться и принять, что ум – это такой волшебник, развлекающий самого себя мгновенным созданием сиюминутных мыслей и чувств. Но психологов, отважившихся поместить психику в научные рамки, такой подход не устроил. В волшебство они не поверили, и принялись за разоблачение – дескать, то – не маг, а просто фокусник, прячущий своих «кроликов» в «рукавах». Увидеть и потрогать «рукава» науке и по сей день не удалось, а потому их так и называют тем, что осознанию не поддается – то есть, бессознательным. «Ловкость рук и никакого мошенничества».

Точнее говоря, сначала эту неосознаваемую вместимость называли подсознанием, затем, с легкой руки Фрейда, термин был заменен на «бессознательное». Проще говоря, бессознательное – это неосознаваемые психические процессы. А если подробней, то разные психологи бессознательное трактуют и описывают каждый на свой лад.

В этой статье имею наглость предложить и свой, совершенно ненаучный, взгляд. Вырабатывался он долго, из субъективных наблюдений, а потому сильно всерьез принимать не советую. Просто гипотеза.

«Второе сознание»

ПодсознаниеЯ не раз говорил, что реальность для отдельного человека – это его собственная психика – набор субъективных восприятий. То, что мы воспринимаем глазами и ушами, не имеет никакой оценки. Плохим или хорошим, уродливым или прекрасным все это становится в голове. Мир обретает свои качества не где-то во вне, а исключительно в нашем субъективном уме. Хотите понять свой ум – посмотрите на жизнь, какой вы ее знаете. Ваша жизнь – это и есть вы. В этом контексте никакой объективной реальности нет, а есть лишь ее реалистичная, субъективная концепция.

Я не могу знать этого наверняка, но очень многое указывает на то, что именно бессознательное верховодит всей нашей жизнью. А воля и выбор поверхностного ума – это такая «электрическая дуга», которую создает «подстанция» бессознательного. Ум чувствует, будто делает выбор, но само это чувство выбора «фабрикуется» глубинными психическими процессами.

Можно уподобить бессознательное океану, а сознательный ум – ряби на его поверхности, возомнившей себя единственной причиной всего океана. На деле океан един, и представляет собой нечто несоизмеримо большее, чем наблюдаемые с его поверхности волны.

Еще одна аналогия – операционная система с тысячью невидимых активных и потенциальных процессов и ее рабочий стол. Наш поверхностный ум – это такой интерфейс для необъятной бездны бессознательных программ, этот интерфейс воссоздающих. На экране сознания мы видим цветные детские картинки и даже не подозреваем, какая титаническая работа проделывается для их презентации.

Здесь я делаю еще одно смелое допущение. Наше бессознательное является бессознательным не для себя, а для личности. Сознание там есть, да еще какое. Но поверхностному уму оно не принадлежит, для ума бессознательное со всем своим содержимым остается темной фрейдовской кладовой безжизненных механизмов. Где-то я кстати слышал, что Фрейд потому и отрекся от термина «подсознание», что он как бы предполагает наличие второго сознания.

Проекция и рационализация

проекция и рационализацияДля продолжения повествования мне придется снова пояснить некоторые термины. На progressman.ru есть давняя статья о неврозах, где я описывал защитные психические механизмы: проекцию и рационализацию. Здесь немного повторюсь.

Популярный пример рационализации можно найти в басне о лисице, которая потерпев неудачу в добыче винограда, рационализировала свое отступление низким качеством еще зеленой ягоды. То есть, чтобы не принимать ограниченность собственных возможностей, лиса обхитрила себя мнимым отсутствием интереса к желанному объекту. Реальный мотив, бьющий по лисьей самооценке, остался в бессознательном. На поверхности сознания его подменила лживая рационализация – удобное пояснительное оправдание своих действий. Рационализация в психоанализе – это бессознательная «самозащита» эго, ограничивающая восприятие и мышление до формы, где собственное поведение кажется хорошо контролируемым и оправданным.

Яркий пример проекции можно проследить в известном анекдоте, где Винни-Пух безосновательно воображает, что рядом идущий Пятачок думает про него разные нелицеприятные вещи, за что решается своего друга ударить. То есть, чтобы не принимать собственную беспочвенную злость, Винни-пух спроецировал ее на Пятачка. Таким образом, реальный мотив злости остался в бессознательном. А на поверхности сознания его подменила лживая проекция – выгодное списание собственных неугодных мыслей и чувств на чужой счет. Проекция в психоанализе – это «самозащита эго», которая позволяет собственные неприемлемые чувства бессознательно приписывать окружающим.

Так вот, к чему это все? Описание Зигмундом Фрейдом проекции и рационализации я лично считаю его гениальным открытием. Но сам при этом понимаю их по-своему. В моем субъективном и ненаучном взгляде эти защитные механизмы работают беспрерывно и затрагивают глубочайшие пласты личности. Можно даже сказать, что сама личность базируется на фундаменте этих защитных механизмов. Все наше мышление – это безостановочная рационализация необъяснимой, хаотичной реальности здесь и сейчас, которую мы знаем исключительно за счет личных проекций.

Продолжаем строить необоснованно смелые гипотезы.

Выше я уже говорил, что все шевеления личностной сферы управляются невидимым «кукловодом» бессознательного. Ощущение личной воли, возможно, главнейшая рационализация нашего реального безволия. Ум делает все, чтобы сохранить иллюзию контроля.

Ощущение внешней, отдельной от нас, реальности, вероятно, лишь проекция нашего внутреннего раскола, где маленькая сознательная часть отделяется от необъятной бессознательной. Нам мерещится, что мы отделены от внешнего мира. На деле – это отделение от своей же глубинной сущности. Ощущаемый внешний мир во всем своем многообразии и есть наши собственные бессознательные черты. Иных способов констатировать реальность для нас нет.

Многие члены общества полагают, что мысли и чувства формируются не изнутри, а «снаружи» – внешними событиями. Дескать, то не наша персона такая обидчивая, а там, снаружи, обижают и сердят. Все многообразие жизни – «где-то там». Вот так и формируется инфантильная безответственность за себя вкупе с хроническим чувством несправедливости жизни.

Детский подход – верить во внешнюю причину собственных мыслей и чувств. Зрелый – в личную. Следующая стадия – стирание рамок между внешним, отдельным и личным, внутренним. Есть просто жизнь, а все разделения – лишь реалистичные мысли, на которых формируется фундамент эго.

На словах все условно. Божья воля – это, условно говоря, неосознаваемая «воля» нашего бессознательного. Этот божественный кукловод не только управляет нашим умом, он же формирует ощущение внешней среды. Да, можно поспорить и сказать, что формирует он не внешнюю реальность, а лишь ее восприятие. Но никакой иной реальности, помимо возникающей в нашем восприятии, для нас и нет.

Я тоже свято верю в отдельный от меня внешний мир. Но обучился проекции «возвращать». То есть, я могу ясно ощутить, что «вот этот» живой человек рядом со мной – лишь мое восприятие, которое можно воспроизвести повторно в любое время. Пока получается только при намеренном сосредоточении. Ничего особенно сложного в этом не вижу. Уверен, при должной тренировке этот «трюк» может освоить почти каждый.

Если возникают вопросы о том, как быть, если от нашей личности, вроде как, «ничего не зависит», отсылаю к статье о выборе и спонтанности.

«Вкус» реальности

вкус реальностиО проекциях повторяться не стану. Эта тема у меня – излюбленная. Им на сайте посвящено множество текстов. Для дальнейшего описания рационализации в статье решил взять и переработать несколько абзацев из романа («Механический Бог», глава: «Рационализация хаоса»).

Рационализация – это процесс, благодаря которому наши действия кажутся оправданными, а мысли связными и реалистичными. Жизнь – это реалистичные грезы ума. Чем выше порог чувствительности, тем сильней приходится уму изворачиваться, чтобы мы покупались на его рационализацию.

В сновидениях восприятие настолько мутное и притупленное, что с легкостью ведется на самые дешевые разводки ночным бредом, принимая их за реальность. Поэтому для ума во время сновидений нет необходимости тратить на рационализацию так же много энергии, как днем. Во сне порог критичности невысокий, поэтому ум «ленится» и создает низкосортные, бессвязные проекции, которых ему с таким притупленным восприятием хватает, чтобы принимать их за действительность.

Чем выше уровень личной осознанности, тем качественней рационализации ума, чтобы осознанность не разоблачила его лживое «кино». Чем качественней рационализация ума, тем умней становится ум. Рационализация осознанного человека является наиболее реалистичной и продвинутой, чтобы этот осознанный человек на свою же продвинутую рационализацию покупался так же, как слабоумный покупается на свой бред.

Может показаться, что умные люди ближе к «истинной» реальности. На деле же они попросту дурачат себя наиболее продуктивными, изощренными методами. Их понимание жизни, пусть и качественное, но все такое же «кино» для души.

Всю свою жизнь мы гонимся за высокосортными иллюзиями, чтобы словить от них «вкус» реальности. Погоня эта изначально бесплодна, потому что даже самая продвинутая рационализация остается сном наяву, и чистой реальности не отражает.

В повседневной жизни есть неодушевленные объекты, люди и другие явления, на которые мы проецируем проекции. Во время сна для нас остаются темнота закрытых век и телесные ощущения. Поверхностные сны – рационализация именно этих остаточных данностей. Все самое интересное начинается в глубоких снах, где телесные ощущения притуплены или вовсе отсутствуют. Там происходит рационализация нашей бессознательной психики в чистом виде.

В этом месте повествования для пущего драматизма можете представить громогласный устрашающий хохот.

Ум получает информацию не от физического мира напрямую, а от бессознательной психики, которая для ума этот мир адаптирует в удобоваримый вид. Наше дневное мышление – все те же сны, спроецированные на «экран» сознания. Наши мысли как бы цепляются за устойчивость физического мира, обтекают его по наезженным, привычным траекториям, создавая таким образом особое, всем привычное чувство реализма происходящего.

Во сне, где привычный плотный мир отсутствует, продолжается рационализация бессознательной психики. Слой бессознательного, который озвучивают сновидения, можно представить в образе фабрики по переработке психических переживаний. Мы что-то чувствуем во сне. Ум эти переживания рационализирует в форме сновидений. Фрейд не зря назвал сны «царской дорогой в бессознательное».

Во сне нам может привидеться привычная дневная жизнь, потому что именно ее образы для нас – наиболее понятные. Сновидения – это аллегории, которыми психика выражает бессознательное.

Ложка существует

Или не существуетЕсть одна популярная философская загадка про звук падающего дерева в лесу, который некому услышать. Слышен ли он? Сам по себе, вроде как, да, но не для нас. Выворачивать смыслы здесь можно, как угодно. Противоположные точки зрения могут оказаться адекватными и доказуемыми. А если эту загадку немного переиначить и спросить: «А существует ли мир за нашей спиной?» Чувствуете, чем пахнет?

Мы попросту безусловно верим в существование объектов вне поля нашего зрения. А между тем, и эта вера – лишь реалистичное убеждение рационального ума. Можно убежденно «знать» все, что угодно. Но сама эта убежденность имеет мысленную структуру. По-настоящему мы ничего не знаем, потому что наша уверенность в чем бы то ни было – это только крепкая безусловная вера.

К чему я тут философствую? Если принять точку зрения, что ложка существует, когда мы от нее отворачиваемся, примерно так же продолжают свое существование и психические явления, вышедшие из поля осознания. Бессознательные психические процессы – это «грохот» тех самых «падающих деревьев», который некому услышать.

В этом ракурсе ум не плодит свои мысли из «ничего». Он как бы скользит лучом нашего ограниченного внимания по «телу» памяти. Сейчас он направлен на смыслы, которые разворачиваются при помощи этого текста. Бессознательное – все то, что мы здесь и сейчас не ощущаем. А ощущаем мы ничтожно мало.

Чтобы жить и действовать, мы пользуемся умом. Наша психика для нас – это персональная окончательная реальность. Работа поверхностного ума – очень небольшой процент от всей психической активности, про которую ум ничего не знает. Окончательная реальность – это те самые сто процентов личной психики, которая играет с умом в подобие ролевой игры. Ум – крохотный младенец в сравнении с древним левиафаном сущности. А можно сказать, что нет никакой реальности. Есть только психические процессы.

© Игорь Саторин

Другие статьи по этой теме:

progressman.ru

Сознательное, подсознательное и бессознательное в структуре психики человека

Психическая деятельность человека, его психика функционирует одновременно в трех взаимосвязанных уровнях — бессознательном, подсознательном и сознательном.

Бессознательный уровень психической деятельности — врожденная инстинктивно-рефлекторная деятельность. Поведенческие акты на бессознательном уровне регулируются неосознаваемыми биологическими механизмами. Они направлены на удовлетворение биологических потребностей — самосохранение организма и вида (продолжение рода).

Однако биологически обусловленная программа поведения человека не автономна — она находится под контролем более высоких и более поздно сформированных мозговых структур. И лишь в отдельных критических для индивида ситуациях (например, в состоянии аффекта) сфера бессознательного может перейти в режим автономной саморегуляции. Структурно она локализована в нижних отделах мозга.

Подсознательный уровень психической деятельности — обобщенные, автоматизированные в опыте данного индивида стереотипы его поведения — умения, навыки, привычки, интуиция. Это — поведенческое ядро индивида, сложившееся на ранних стадиях его развития; непроизвольная сфера личности, «вторая натура человека», «центр» индивидуальных поведенческих штампов, неосознаваемых манер поведения данного человека. Сюда же относится импульсивно-эмоциональная сфера индивида, структурно локализованная в лимбической (подкорковой) системе головного мозга. Здесь формируются неосознаваемые устремления индивида, его влечения, страсти, установки.

Само подсознание, очевидно, имеет многоуровневую структуру — автоматизмы и их комплексы на нижнем уровне и интуицию — на высшем.

Автоматизмы подсознательного уровня — комплексы стереотипно совершающихся действий в типовых ситуациях, динамические стереотипы — цепные последовательности реакций в привычной обстановке (привычное управление техникой, выполнение привычных обязанностей, манера обращения с привычными предметами, речевые и мимические особенности). Все это образует набор готовых поведенческих блоков, которыми пользуется индивид при регуляции своей деятельности. Поведенческие автоматизмы разгружают сознание для более квалифицированной деятельности. Сознание освобождается от постоянных повторных решений стандартизированных задач.

В подсознание вытесняются и различные комплексы — нереализованные желания, подавленные стремления, различные опасения и беспокойства, амбиции и завышенные претензии (комплексы нарциссизма, неполноценности, застенчивости и др.). Эти комплексы имеют тенденцию к гиперкомпенсации. Черпая большой энергетический потенциал в сфере подсознания, они формируют устойчивую подсознательную направленность поведения личности.

Высшая сфера подсознания — интуиция (называемая иногда даже сверхсознанием) — процесс мгновенных озарений, всестороннего охвата проблемной ситуации, всплывания неожиданных решений, неосознанное предвидение развития событий на основе спонтанного обобщения предшествующего опыта. Однако интуитивные решения не возникают только в сфере подсознания. Интуиция — удовлетворение запроса сознания на определенный комплексный блок ранее полученной информации.

Связь сознания и подсознания проявляется в интегративном психическом качестве — в интеллекте человека, комплексе его умственных способностей, когнитивном стиле поведения, в непроизвольном запоминании.

Внесознательная сфера психики человека — глубинная сфера его психики, конгломерат архетипов, сформированный, по Юнгу, в значительной мере в процессе эволюции человека. Сновидения, интуиция, аффект, паника, гипноз — таков далеко не полный перечень бессознательных и подсознательных явлений.

В сфере внесознательного таятся и корни такого человеческого феномена, как вера. Сюда же, очевидно, примыкают надежда и любовь, различные парапсихические явления (ясновидение, телепатия, экстрасенсорные феномены). Фобии, страхи, истерические фантазии, спонтанная тревожность и радостное предчувствие — все это также сфера подсознания. Готовность индивида действовать в различных ситуациях определенным образом, без предварительного обдумывания, импульсивно — это также проявления внесознательной сферы психики.

Доминанты подсознания модифицируют сознательную деятельность индивида, создают малопонятные для него психологические барьеры и труднопреодолимые влечения. Сфера подсознательного очень устойчива, неподвижна. Его механизмы в значительной степени типизируют поведение личности, которое поддается некоторой корректировке лишь методами психотерапии и гипноза.

Психоанализ — теория подсознания, созданная 3. Фрейдом, — оказался столь живучим, несмотря на ожесточенную его критику, не в силу безупречности построений венского психиатра и психолога, а в силу базовой сущности сферы человеческого подсознания.

Критерием в несознательного является его безотчетность, непроизвольность, невербализованность (словесная неоформленность).

Процессы, начинающиеся в неосознаваемой сфере, могут иметь продолжение в сознании. И наоборот, сознательное может вытесняться в подсознательную сферу. Взаимодействие сознательного и внесознательного может осуществляться согласованно — синэргично или антагонистично, противоречиво, проявляясь в разнообразных несовместимых поступках человека, внутриличностной конфликтности.

Внесознательная сфера психики не является объектом рефлексии, самоотражения, произвольного самоконтроля. Сферу бессознательного 3. Фрейд считал источником мотивационной энергии, находящейся в конфликте с сознанием. Запреты социальной сферы создают, по Фрейду, «цензуру” сознания, подавляют энергию подсознательных влечений, которые проявляются в невротических срывах. Стремясь избавиться от конфликтных состояний, индивид прибегает к защитным механизмам — вытеснению, сублимации, замещению, рационализации и регрессии. 3. Фрейд преувеличивал роль подсознательного в поведении личности, а в сфере подсознательного — роль сексуальных влечений, темных сил природы. Однако его понимание подсознания как мощной сферы влияния на сознание не лишено оснований[1]. .

В отличие от 3. Фрейда другой психоаналитик — К.Г. Юнг не только не противопоставлял сознание и подсознание, но считал, что сознание основано на глубинных пластах коллективного бессознательного, на архетипах — представлениях, сформированных в далеком прошлом. Индивид, по Юнгу, стремится к самореализации (индивидуализации) на основе подсознательных устремлений, обусловленных коллективным подсознанием. Не мысль, не сознание, а чувство, подсознание говорят нам, что для нас хорошо, а что плохо. Под влиянием глубинных структур, врожденных программ, универсальных образцов находятся все наши непроизвольные реакции. Перед человеком возникает проблема приспособления не только к внешнему, но и к своему внутреннему миру[2].

Сознание вооружено понятиями, подсознание — эмоциями и чувствами. На уровне подсознания происходит и то, что Гельмгольц назвал «умозаключение глазом» — мгновенная оценка воспринимаемого объекта или явления, их соответствия нормам, зафиксированным в подсознании.

Наряду с подсознанием 3. Фрейд различает и сверхсознание («супер-эго«) — фундаментальные сущностные механизмы человеческой психики, такие, как способность человека к социальному содействию, нравственному самоконтролю. Вся духовная сфера человека — сфера его сверхсознания, идейной возвышенности, нравственного совершенства, сфера, противостоящая эгоистической ограниченности индивида.

Сфера сознания — сфера знаний, культурной социализации личности. Она в значительной мере контролирует и тормозит инстинктивные влечения и привычки личности. Однако этот контроль ограничен. Произвольная деятельность человека, сознательные программы его поведения взаимодействуют с другими сферами психики — с генетически унаследованными и сформированными на ранних стадиях его онтогенетического (прижизненного) формирования. Отбор информации для сознательной саморегуляции проходит через субъективно-эмоциональные фильтры.

Известный грузинский психолог Д.Н. Узнадзе (1886 — 1950 гг.) и его последователи (А.С. Прангишвили, И.Т. Бажалава, В.Г. Наракидзе, Ш.А. Надирошвили) выделили в качестве объяснительного принципа психологии принцип установки как целостной модификации субъекта, его готовность воспринимать действительность определенным образом. В установке, по Узнадзе, объединяются сознательная и внесознательная сфера психики. Каждая поведенческая ситуация вызывает функционирование ранее сформированных поведенческих комплексов.

wiki.1vc0.ru

Сознание, бессознательное, подсознательное | Тренинг-Центр Синтон

Автор: Виталий Пичугин

Что такое сознание, бессознательное, подсознательное. О чём речь?

Эти термины употребляются часто и, вроде бы, все понимают, о чём идёт речь. Например, «упал — потерял сознание, очнулся — гипс», как говорил Семён Семёнович Горбунков из фильма «Бриллиантовая рука». То есть потерял возможность воспринимать окружающую действительность, оценивать её, руководить своими действиями. А что говорит научное определение?

Например, из Википедии.

Сознание человека (психология) — это сформированная в процессе общественной жизни высшая форма психического отражения действительности в виде обобщенной и субъективной модели окружающего мира в форме словесных понятий и чувственных образов.

Философское определение.

Созна́ние — состояние психической жизни человека, выражающееся в субъективной переживаемости событий внешнего мира и жизни самого индивида, а также в отчёте об этих событиях.

Мне эти формулировки нравятся не очень. Ведь любое определение должно описывать некоторое явление так, чтобы можно было точно сказать — оно отражает суть происходящего. Необходимо сформулировать — понятие.

Понятие — это отражение объективно существенного в вещах и явлениях, закрепленное словом; это понимание сущности вещи или явления. Давайте подумаем вместе.

В первом определении, сознание — это форма психического отражения, во втором — состояние психической жизни. Понятно, что форма должна что-то содержать, а именно это самое психическое отражение действительности, но правда ли что это застывшая форма, а не постоянный процесс изменения форм? Верно ли, что сознание — это состояние психической жизни, те есть пребывание в каком-либо положении, но относительно чего? Каких координат? Как видим, определение понятия «сознание» не совершенно, как, впрочем, и любое другое определение.

Попробую дать своё определение понятия «сознание». Не претендую, что оно будет лучшим, но для понимания, думаю, может быть полезным. Итак.

Сознание человека — процесс психического отражения объективной реальности, выраженный, в изменяющихся в процессе развития, субъективных моделях восприятия окружающей действительности.

Подробнее.

Сознание человека не статично, оно меняется, поэтому можно говорить о процессе психического отражения.

Данный процесс приводит к созданию моделей восприятия окружающей действительности, которые также не статичны, изменяются по мере развития человека, переосмысления прошлого опыта, его обобщения.

Модели восприятия окружающей действительности весьма субъективны и уникальны для каждого человека, выражены в форме образов, ощущений, звуков, и через речь, могут быть воспроизведены вербально, однако с большими искажениями, обусловленными ограниченностью возможности языка точно отображать внутренний мир человека. Ф. И. Тютчев догадывался об этом, и точно сформулировал в стихотворении — «Silentium!».

Как сердцу высказать себя?
Другому как понять тебя?
Поймет ли он, чем ты живешь?
Мысль изреченная есть ложь.

О сознании написаны тома научной литературы, некоторые учёные считают изучение сознания главной задачей психологии. Л. С. Выготский писал: «Психология рассматривает даже самые сложные формы нашего сознания как особо тонкие и незаметные формы некоторых движений». И это правильно, но у меня всегда, когда читаю любую литературу, где рассматривается сознание, не важно научную или популярную, складывается впечатление, что в написанном больше вопросов, чем ответов. Например, о каких «незаметных формах некоторых движений» пишет Л. С. Выготский? Наверное, они есть, только, как бы измерить, описать, назвать, дать определение, и как это всё связано с сознанием? Поэтому кто хочет дополнить моё определение или растолковать Л. С. Выготского, у вас будет большая, серьёзная и увлекательная задача.

Бессознательное.

Если с понятием «сознание» хоть как-то можно определиться, оставляя много вопросов и задач для новых исследований, то с понятием «бессознательное» совсем непросто. Я насчитал 12 определений, которые сообщают о принципиально разных явлениях. Думаю, если к ним прибавить ещё 8, взятых из эзотерической литературы, то станет ясно — единого понятия «бессознательное» не существует, что наводит на мысли,— а существует ли бессознательное? Попробуем разобраться.

Для начала некоторые определения.

Бессознательное — теоретический конструкт, обозначающий психические процессы, в отношении которых отсутствует субъективный контроль. Бессознательным оказывается все то, что не становится предметом особых действий по осознанию. (Психологический словарь)
Бессознательное или неосознаваемое — совокупность психических процессов, в отношении которых отсутствует субъективный контроль. Бессознательным считается всё, что не становится для индивида объектом осознания. (Википедия)
Бессознательное, в психологии — вся совокупность содержания психической жизни, которая недоступна непосредственному осознанию. Это понятие не следует смешивать с отсутствием осознания вследствие нежелания индивида разобраться в себе (т. е. заниматься интроспекцией). Кроме того, бессознательное (подсознание) отличается от предсознания (включающего, например, воспоминания), содержание которого может быть легко осознано. Бессознательные процессы невозможно выявить простым усилием воли; их раскрытие требует использования особых приемов, таких, как свободные ассоциации, интерпретация сновидений, различные методики целостного изучения личности (в том числе проективные тесты) и гипноз. (Энциклопедия «Кругосвет»)
Что общего в этих определениях? То, что они говорят о психических процессах, которые недоступны субъективному контролю. Правда третье определение ещё отождествляет термины «бессознательное» и «подсознание», считая это одним и тем же, а также утверждает, что для выявления бессознательных процессов нужно нечто особенное, например, гипноз. Однако первые два определения и начало третьего говорят, что, во-первых, есть некие психические процессы, во-вторых, на какой то момент времени над этими процессами отсутствует субъективный контроль. Но значит, этот контроль может быть или он должен всегда отсутствовать? И тогда бессознательное становится осознаваемым. Возьмём, например, ощущение — построение образов отдельных свойств предметов окружающего мира в процессе непосредственного взаимодействия с ними. Большинство моих ощущений находятся в бессознательном, то есть вне поля сознания, не доступны субъективному контролю. Я постоянно субъективно не контролирую все рецепторы, которые, так или иначе, посылают в мозг информацию, о прикосновении к чему-либо. Ноги стоят на полу, и я воспринимаю данный факт, ощущая холодный пол ступнями, но пока я не задумался об этом процессе психического отражения действительности через ощущения, то исходя их определения, этот психический процесс находился в бессознательном. Для того, чтобы вывести его на уровень сознания не нужно прибегать к гипнозу. Тогда, о каких психических процессах отражения говориться в определении? Если какие-то легко можно вывести на уровень сознания, как в приведённом примере, то какие психические процессы всегда остаются в бессознательном? Какие легко можно осознать? А, может быть, большинство психических процессов просто не осознаются в данный момент времени, но всегда могут быть осознаны просто волевым усилием, тогда они просто вне сознания, их нужно называть — внесознательные.

Можно возразить, бессознательное — область, где происходят процессы, принципиально не доступные сознанию, без специальных способов доступа, например, гипноза. Тогда возникает встречный вопрос, а как стало понятно, что это область, где вообще что-то есть? Ну, в состоянии гипноза (изменённое состояние сознания) человек выдаёт иногда, с точки зрения другого человека,— бред, иногда, каким-то образом связанную информацию. Как понять, что это не игры сознания — просто в изменённом, заторможенном состоянии? Никто не нашёл в сером веществе такую область, которую можно как-то назвать, и сказать,— там хранится всё, что мы называем — бессознательное. И как точно различить подсознательное и бессознательное?

Подсознательное — характеристика активных психических процессов, которые, не являясь в определённый момент центром смысловой деятельности сознания, оказывают влияние на течение сознательных процессов.

Так, то, о чём человек в данный момент непосредственно не думает, но что в принципе известно ему и ассоциативно связано с предметом его мысли, может в качестве смыслового подтекста оказывать влияние на течение мысли, сопровождать её и т. п.

Точно так же и воспринимаемое (хотя прямо и не осознаваемое) влияние обстановки, ситуации, автоматических действий (движений) присутствует как подсознательное восприятие во всех сознательных актах. Определенную смысловую роль играет и языковый контекст речи, невысказанная, но как бы подразумеваемая самим построением фразы мысль. (Википедия).

Подсознательное — психологический термин, обозначающий то, что слабо осознается, ибо лежит за порогом актуального сознания или вообще ему недоступно. В своих ранних сочинениях Фрейд употреблял этот термин как синоним бессознательного, но вскоре отказался от него во избежание двусмысленностей.

Многие до сих пор употребляют термины «бессознательное» и «подсознательное» как синонимы. Действительно, исходя из определений, у них много общего. Это психические процессы, которые субъективно не осознаются в данный момент. Просто, чтобы добраться до бессознательно нужны специальные методы, а до подсознания можно, если хорошо постараться и сосредоточится. Часто приводят пример, молодой человек, глядя на форму гитары, подсознательно понимает, на что она похожа. То есть в сознании отражается форма, а в подсознании, путём несложных ассоциаций появляется женская фигура. Если молодой человек задумается, то скажет: «Да, вот чего мне в жизни не хватает, что у меня в подсознании на самом деле». Если же парень не признается, какие ассоциации вызывает силуэт инструмента, значит, он всё глубоко спрятал в бессознательное, и «расколется» только под гипнозом. А бывает ещё, что гитара — это просто инструмент и никаких подсознательных ассоциаций не вызывает, но чем больше воздержание, тем лучше молодой человек понимает, подсознание есть, и что собственно там есть.

Таким образом, если кратко подвести итог, то можно сказать как З. Фрейд. Сознание — это верхняя часть айсберга, то, что видно на поверхности. Бессознательное (подсознательное),— всё, что под водой. Чтобы добраться до нижней части айсберга нужно нырнуть, а чтобы посмотреть его дно, необходимо залезть очень глубоко, и, если повезёт, то побывать под толщей ледяной глыбы, рассматривая айсберг снизу.

Автор: Пичугин В.
Размещено на сайте syntone.ru. При публикации статьи ссылка на сайт обязательна.

syntone.ru

Подсознание: сознание и бессознательное | Психологические тренинги и курсы он-лайн. Системно-векторная психология

Что скрывает бессознательное? Тайны прошлых жизней или память о каждой секунде прожитого в этой? Что-то, что мы сами не хотим или боимся о себе знать? Или подсознание хранит тонны бесценной информации о нашем психическом состоянии так же, как геном владеет шифром физиологии нашего тела?

11
61189
28 Ноября 2011 в 01:55

Автор публикации:
Анастасия МАТОЧИНСКАЯ, лингвист-переводчик.

 

Что скрывает бессознательное? Тайны прошлых жизней или память о каждой секунде прожитого в этой? Что-то, что мы сами не хотим или боимся знать о себе и своем бессознательном? Или подсознание хранит тонны бесценной информации о нашем психическом состоянии  так же, как геном владеет шифром физиологии нашего тела? Постигнуть бессознательное человечество стремится еще с далеких времен Платона. На протяжении многих веков ученые, философы, психологи пытаются разграничить сознание и бессознательное или, по крайней мере, определить, что это такое? Однако определений не находится. Почему бессознательное продолжает скрываться в подсознании? Где этот переход от сознания к скрытому от нас бессознательному и возможен ли он?

И по-прежнему подсознание представляется чем-то поистине непостижимым, загадочным и, возможно, всемогущим, дающим ответ на любой сознательный вопрос — не зря оно названо бессознательным! Но самым главным остается другой вопрос — как приоткрыть эту тайну, как сделать бессознательное осознанным, как людям использовать все то, что скрыто в них самих? Как соотносится коллективное подсознание с нашим личным бессознательным? Что такое наше «Я» и как оно взаимосвязано с миллиардами остальных, еще более непостижимых для нас «Я» других людей, точно так же затерянных где-то в бессознательном? Системно-векторная психология объединяет воедино сознание и бессознательное, делая явным скрытое от нас и позволяя брать под контроль все, что движет человеком из глубин психики.

Сознание и подсознание. Раскроем тайны

Человек живет по одному естественному принципу — принципу наслаждения. Вне зависимости от любых различий между людьми все хотят одного (и для этого нет нужды заглядывать в бессознательное) — получать для себя хорошее и не получать плохое. В этом простом желании заложена вся природа человека. Людей объединяют общие для всех, базовые желания и потребности — пить, есть, спать, дышать… И главное — выжить. Выжить во что бы то ни стало. Сознательное и бессознательное заставляют нас выживать и продолжать себя во времени, то есть давать потомство, новую жизнь. Мы сознательно бежим от смерти и цепляемся за жизнь. Но зачем людям эта жизнь дана? Мы проживаем эту жизнь, хотим получать от нее удовольствие, но какое? Эти ответы и скрывает бессознательное.

В этом уже мы не равны друг с другом: желания к получению удовольствия у всех разные, каждый видит удовольствия по-своему — так, как его задает бессознательное. И так же по-разному мы воспринимаем мир. Например, яркие впечатления, разноцветные картинки и запоминающиеся образы влияют на подсознание далеко не каждого человека — один впечатляется и мечтает, а другой остается равнодушен, — загадка бессознательного. И так во всем — потому что в бессознательном каждого заложены различные желания, которые на протяжении всей жизни мы стремимся наполнить, и, соответственно, нам заданы разные свойства, обеспечивающие наполнение этих желаний.

Если бессознательное ставит перед человеческим обществом общую коллективную задачу — выжить, то перед каждым отдельно взятым человеком стоит задача частная, также идущая из бессознательного, — сделать свой вклад в выполнение этой общей задачи, сыграть свою роль в движении единого целого. Каким образом это обеспечивается, что такое наше сознание и бессознательное в этом процессе, как задумала природа слаженное и безошибочное действие множества отдельно взятых «Я» — знает только бессознательное.

Системно-векторная психология — это психология о бессознательном. Она определяет человека через его бессознательные желания. Желания — это и есть та основа, которая составляет личность, они, по сути, и есть наше подсознание и тонкая ниточка к бессознательному. Каждое «Я» — это набор желаний в подсознании, реализация которых приносит удовольствие. Этот набор желаний составляет природную видовую роль, которая заложена в бессознательном человека для выполнения своей функции, обеспечения реализации коллективной задачи выжить.

Все это — идеальная, четко отлаженная система взаимодействия людей с внешним миром, хитросплетения сознательного и бессознательного, когда мы не просто идем на поводу желаний из подсознания, ведущих нас в никуда: мы получаем удовольствие от реализации нашего желания, идущего из бессознательного, а реализуя его, выполняем необходимую функцию, которая важна для выживания всего социума. Именно так руководит нами бессознательное.

Где гарантия того, что наши бессознательные желания смогут воплотиться в реальность и мы сможем выполнить возложенную на нас природой задачу? Каким образом бессознательное контролирует этот процесс? Физическое и психическое неразрывно связаны, любое наше бессознательное желание подкреплено необходимыми свойствами, одно без другого не существует. Так устроено бессознательное. К примеру, на самой заре человечества первобытная стая нуждалась в человеке, бессознательное которого заставляло его отслеживать окружающую обстановку и, заметив опасность, вовремя о ней предупредить. Естественно, таким человеком оказывался обладатель самого лучшего зрения — то есть зрительного вектора, зрительной эрогенной зоны (в терминах системно-векторной психологии). Роль предупреждения об опасности, заданная бессознательным, выполнялась им не потому, что была ему кем-то специально назначена, а потому, что он получал удовольствие, инициируя зрительную эрогенную зону наблюдением за окружающим миром: его подсознание, его желание само собой толкало его на выполнение этой важной задачи. Сознательное и бессознательное действовало и действует безотказно, надо лишь понять механизм его действия.

Подобным образом человечество существует и сегодня, бессознательное продолжает руководить нами с той только разницей, что за все время существования мы невероятно развили и усложнили окружающий нас мир, а он, в свою очередь, усложнил нас, наше взаимодействие друг с другом, пути реализации желаний и наше бессознательное. Если в первобытные времена обладатель кожного вектора экономил пищевые запасы, потому что так руководило им бессознательное, то сегодня кожные инженеры экономят время и пространство, создавая все блага цивилизации — телефоны, самолеты и компьютеры.

Если же все так просто, то почему наше бессознательное само собой не приводит всех и каждого к счастью от реализации и исполнения своих бессознательных желаний? Психология бессознательного отвечает и на этот вопрос.

Сознание и подсознание живут в человеке по принципу «задано, но не обеспечено». Заложенное в бессознательном не обязательно будет задействовано. Да, наши желания подкреплены всеми необходимыми свойствами, физическими и психическими, для того, чтобы их реализовать. Но эти свойства требуют развития, большой работы, немалого психического усилия ради достижения желаемого. И бессознательное нам в этом не помогает, поскольку скрыто от нас.

Степень наполнения желания, как сознательного, так и бессознательного, колоссально колеблется от большего к меньшему: чем более мы развиты, чем больший вклад мы можем привнести в развитие общего, тем большее удовольствие от жизни наше бессознательное будет нам за это даровать. В этом заключается еще одна гениальная задумка природы, которую можно раскрыть, только познав бессознательное. Мы получаем больше удовольствия от наибольшей отдачи от нас наружу, в то время как при недостаточном развитии наших свойств мы хоть и сможем получать долю удовольствия для себя, тем не менее этого никогда не будет достаточно для ощущения полного чувства радости и удовлетворения от жизни. Психология бессознательного поможет вам понять это и действовать, получая максимальное удовольствие от жизни.

Наша природа, наше сознательное и бессознательное всегда подталкивают нас ко все большему и большему развитию, мы всегда в погоне за большим удовольствием. Результаты этой погони мы можем видеть во всех достижениях человечества: от изобретения колеса до создания космических кораблей, от самых первых философских рассуждений о природе вещей до теории относительности. Стремления, идущие из бессознательного, помогают нам развиваться.

Так в чем же проблема? Почему, если человеку все дано, изначально все заложено в подсознании и остается только взять, — почему так сложно это сделать, получить нужную информацию из бессознательного? Проблема в том, что сознание и подсознание не переплетаются, невозможно в первом различить настоящие мотивы поступков и желаний, на которые толкает нас второе.

Мы понимаем наши сознательные желания — чтобы понять остальное, необходимо изучить психологию бессознательного. Что может ответить человек на вопрос — чего ты хочешь? Каждый может назвать разное — кто жаждет денег, кто уважения, кто любви, кто славы, кто духовного продвижения, — бессознательное определяет путь любого… Несмотря на частные различия, все многообразие желаний, коллективное бессознательное соединено по одному общему направлению — это желание быть счастливым. Что такое счастье? Как можно это желание объяснить сознательно? Какими нашими свойствами обеспечена реализация этого простого, идущего из подсознания желания — быть счастливым?

Ответы по-прежнему в бессознательном. Каждый понимает счастье по-разному, в зависимости от заданного природой набора бессознательных желаний, отчаянно требующих реализации. «Денег и любви» хочет и кожник, и зрительник, но реализовывать эти желания они будут разными свойствами, которые раскрывает психология бессознательного. А необдуманные советы одного не помогут другому, если способностей к их воплощению нет в его бессознательном.

Системно-векторная психология дифференцирует восемь условных типов характера, восемь векторов, восемь желаний и открывает скрытые в подсознании сокровища бессознательного: восемь путей к тому, чтобы быть счастливым, раскрывая свое бессознательное, и дает возможность осознать, какой из путей подходит именно вам.

Корректор Наталья Коновалова

Автор публикации:
Анастасия МАТОЧИНСКАЯ, лингвист-переводчик.

Статья написана по материалам тренинга «Системно-векторная психология»

www.yburlan.ru

Подсознание и бессознательное — объясняем человеческим языком

Пути наших мыслей неисповедимы, наши же действия-мысли-чувства для нас самих необъяснимы зачастую, и якобы спонтанны, и будто бы посланы нам в голову кем-то другим. Из ниоткуда в никуда, с любовью. И можно б было принять как данность, что человеческий мозг — это чудесный ларец, полный колдовства и магии, что твой Хогвартс — но всё не так просто. У всего всё-таки есть причины и следствия. И психология, как-никак, — реальная наука. Как для гуманитария компьютер — это непонятная машина, которая из нулей и единиц делает видеоигры, так и мозг лишь для человека несведущего — что-то неосязаемое и непознаваемое.

Мозг — хитрец, читер и трикстер, многие свои трюки и уловки он прячет настолько искусно, что сам его носитель никогда бы про них и не узнал. Именно такие теневые активности нашего серого вещества и называются — бессознательное.

Ранее, правда, использовался иной термин — “подсознание”, но теперь, спасибо дедушке Фройду, мы используем слово “бессознательное” в данном контексте. Итак, получается, если совсем уж кратко, что бессознательное — это те процессы психической активности, которые сам индивид не осознаёт. Впрочем, у каждого психолога — собственный взгляд на суть этого вопроса.

Прочитаете за 10 минут.

Мы живем внутри своих голов

Твоя психика — и есть твоя реальность. Объективные суждения, полученные органами чувств, — зрение, слух, обоняние — второстепенны, ведь только внутри нашей черепной коробки рождается мнение, что зелёная трава — хорошо, а чёрная — как-то не очень. Хорошо-плохо, добро-зло, красиво-некрасиво — всё это субъективные мышления, с объективным состоянием мира никак не связанные.

То есть, получается, ты сам — мерило всех вещей. Только через призму сознания (и подсознания) ты даёшь оценку всему вокруг себя. Так что, получается, нет ничего объективного в этом мире, а точнее — каждый живёт в собственном мире, и в собственной вселенной, и, причём, сам не знает правил своего же бытия, и сам же не умеет управлять собственным бытием.

Как наше бессознательное формирует наши миры

И как мы сами не очень понимаем, какие процессы происходят в нашем организме, когда мы, например, встаём из-за стола и идём за печенькой, так и все наши мыслительные процессы подвластны подсознанию и бессознательному. Воля, выбор — всё это, получается, фикции, придуманные мозгом для отвлечения нашего внимания, формальность, за которой ничего не стоит. Ты только думаешь, что принял решение обдумано, и взвесив все логические домыслы. На самом деле решение было принято сразу и само собой, а всё остальное — лишь домыслы ума, можно сказать, чтобы тебя развлечь-отвлечь на время, пока чёртик внутри твой табакерки планирует уже что-то далее.

Вообще, ум и разум — понятия излишне поверхностные по сравнению с глубинными истоками нашего поведения. Это всё равно, что считать максимумом описания человека — это что он млекопитающее, и даже не подозревать, что он при этом состоит из атомов, причём, из тех же самых, что и лежащий рядом кирпич. Как-никак, люди знающие говорят, что мы скорее освоим космос, чем изучим дно океана. Это метафора, если что. То есть, всё, что мы видим перед глазами — это как презентация в PowerPoint, в то время как в диспетчере задач в фоновом режиме происходят десятки процессов.

А ещё надо осознать вот что — бессознательное бессознательно только для нас, для себя же оно как будто бы сознание имеет, по крайней мере, чётко действует по определённым законам, которые и пытаются изучить психологи. Именно поэтому дедушка Фройд и отказался от термина “подсознание” — потому что допускал наличие второго сознания внутри человека.

Самозащита бессознательного — проекция и рационализация

А теперь поговорим о таких “вкусняшках”, как проекция и рационализация.

Рационализация — это бессознательная самозащита человеческой психики, которая ограничивает мышление и восприятие до рамок, внутри которых собственные поступки, выводы и поведение кажутся удобоваримыми и оправданными, даже если на деле это не так.

Проекция — это бессознательная самозащита человеческой психики, которая переводит подсознательные, в основном, негативные эмоции на окружающих.

То есть, если где-то в глубинах бессознательного в тебе накопилась уйма злости, то твоё подсознание, чтобы злость эту выплеснуть наружу, может нашептать тебе, например, что прошедший мимо тебя человек как-то нехорошо на тебя посмотрел. И вот результат — у тебя сжимаются кулаки, ты окрикиваешь прохожего, ругаешься, лезешь в драку, думая, что всё происходящее имеет рациональное объяснение, хотя на самом деле — нет.

Так, это всё хорошо, но при чём тут это? А к тому, что рационализация и проекция — это важные психические процессы самозащиты, постоянно действующие в фоновом режиме, и ответственные за множество качеств нашей личности. В каком-то смысле это можно назвать кирпичиками в фундаменте нашего мышления. То есть, так или иначе, на протяжении всей нашей жизни мы постоянно рационализируем наши поступки и проецируем наши эмоции на других.

Всё это означает, что само чувство личной воли есть не что иное, как рационализация, самообман. То есть, наш мозг словно бы против нас самих — с одной стороны, он не даёт права выбора, с другой стороны, он это мастерски камуфлирует, чтобы мы даже не догадывались, как мало мы творим по воле собственной, а не по правилам подсознательного, почти что как животные.

«Внутренняя Матрица» VS социум

Параноидальное ощущение, будто бы ты внутри виртуальной матрицы — не есть признак психического расстройства. Мысль, что есть реальность на порядок выше нашей, берётся мозгом как раз оттого, что в каком-то смысле так оно и есть. Есть реальность глубинных процессов нашей психики, а есть реальность поверхностных выводов, на основе которых мы и воспринимаем умозрительно бытие.

К счастью или для кого-то к сожалению, индивид не сможет существовать в социуме, если будет подчиняться лишь своим глубинным и истинным желаниям. Единственная возможность сосуществовать — определить общие желания, общую мораль и общую тактику поведения. В конце концов, только в диалоге с собеседником можно обозначить сам факт реальности, в сравнении своих суждений с чужими. Одиночка, живущий в пещере, вполне себе может оказаться слепым шизофреником, что всю жизнь говорил с собою лишь одним.

Многие умники и умницы полагают, что наши мысли и чувства формируются под воздействием окружения. Мол, я-то и не злая персона вовсе…! Просто меня все вокруг злят! Кость у меня злая. И я к этому не имею никакого отношения. Мол, все причины, только извне, и вся ответственность лежит на окружении и окружающих. Такой подход называется инфантильная безответственность. К тому же это несёт за собой ещё и хроническое чувство несправедливости.

Полная уверенность, что ваши чувства и мысли рождаются от внешних причин — подход инфантильный, детский. Человек зрелый должен понимать, что всё наоборот — что всё внутри. Следующий шаг на пути к пониманию себя и окружающего мира — стереть рамки между внутренним и внешним. Ложки нет, так сказать. Всё — одно, всё едино.

«Внутренняя Матрица» VS интеллект

Итак, мы уже выяснили, что рационализация — это процесс психической самозащиты, за счёт которого мы оправдываем наши поступки, рационализируя при этом наш разум. Далее — помним, что жизнь по сути свой есть реалистичный сон разума. И чем более чувствителен индивид, тем сильней извивается разум, чтобы мы оставались в границах нашей рационализации.

Во время сна восприятие бытия находится в столь вяло рабочем состоянии, что готово поверить в самые примитивные фокусы нашего разума. Потому наш мозг и не тратит особо ресурсы, чтобы создавать реалистичную матрицу внешней реальности. Потому, когда отдыхают и наше тело и наш разум, уровень проработки проекций минимален и примитивен, и потому мы и видим зачастую во сне дичайший бред, в который, впрочем, во время сна зачастую верим и принимаем за действительность.

Чем более личность осознанна, тем выше уровень её рационализации, тем более сложные проекции создаёт её разум, чтобы не быть разоблачённым. С этим же, кстати, связан высокий уровень интеллекта. Иначе говоря, человеку с развитием неандертальца не так уж много нужно, чтобы поверить в окружающие. Он может не заметить никакого подвоха даже если лишится рассудка или нанюхается галлюциногенных испарений. В то время как человек разумный и не глупый знает миллион доказательств, что мир его окружающий реальный, хотя на самом деле это не так. Браво, разум!

Из всего этого можно было сделать вывод, что человек с высокий интеллектом как бы ближе к истинному пониманию бытия, но всё равно наоборот. Такой человек просто стократ больше дурачит сам себя, в то время как скорее люди блаженные на деле скорее ближе к истине.

Есть ли реальность, не пропущенная через наше бессознательное?

Образно говоря, реальность — это лишь наркотическая галлюцинация, и мы в ней — наркоманы, которые хотят испытать в этой якобы жизни как можно больше всего, как торчки хотят снова и снова словить кайф. Но как наркоманы всё время стремятся всё к большему приходу и не могут добиться такого же кайфа как в самый первый, так и все наши стремления также бесплодны, так как исход один — реальности нет, всё это — фейк.

В жизни повседневной нас окружает множество живых и неживых объектов, которые проецирует нам наш мозг. Когда мы спим, всё что окружает нас — это веки перед глазами да одеяло вокруг тела. Так вот когда наше подсознание рационализирует этот минималистичный набор явлений, мы видим поверхностные сны. Но когда мы входим в фазу глубокого сна, мы перестаём окончательно проецировать что-либо нас окружающее, и тогда мозг приступает к рационализации нашего бессознательного.

Даже во время бодрствования мозг получает информацию об окружающем мире скорее из бессознательного, пропуская её через фильтр психики, которая рационализирует всё это в удобоваримый для сознания вид. То есть даже когда мы не спим, мы всё равно видим сны (проекции). Бессознательное каждого индивида вбирает в себя условности физического мира и сохраняет в памяти как трафареты, трафареты у всех на свете по большей частью совпадают, отсюда и ощущение реальности бытия. Это как бы сговор множества подсознаний, чтобы держать в неведении своих носителей.

А теперь вспомним ещё один известный образ из философии — слышен ли звук падающего дерева в лесу, если рядом никого нет? Звук-то, понятно есть… Или нет? Есть ли объект без субъекта, его наблюдающего? Кто нас снит? Про это даже в “Смешариках” была серия.

Так и получается, что в то, что за нашей спиной что-то есть вообще, если мы этого не видим и не слышим, остаётся только верить. Ну, плюс — понятие веры это тоже лишь условность, придуманная нами. Можно верить, можно знать, можно чувствовать, можно догадываться — всё это одинаково зыбко, всё это лишь игры разума.

Итак, если кратко и образно. Дерево точно существует. Пока мы его видим. Когда мы его не видим, нашему сознанию остаётся только верить, что дерево существует. А наше бессознательное — это тот самый звук падающего дерева, которое, возможно, и не существует вовсе.

Появились вопросы?

Спросите опытного тренера прямо сейчас!

www.mcpir.spb.ru

7. СОЗНАНИЕ, ПОДСОЗНАНИЕ И БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ.. Диалектическая психология

7. СОЗНАНИЕ, ПОДСОЗНАНИЕ И БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ.

Эту главу стоит начать с сознания, как определяющего деятельность человека. К концу прошлого века и философия, и психология накопили массу определений сознания. Но они, зачастую противореча одно другому, не раскрывали сути сознания. Только марксистская философия и психология смогла выработать такое понимание сознание, которое действительно отвечало интересам познания. В силу того, что мы занимаемся марксистской психологией, стоит придерживаться именно марксистского определения сознания, тем более, что оно является на сегодня наиболее полным и научным, и позволяет в дальнейшем перейти к подсознанию и бессознательному, рассмотрев эти явления со строго научной позиций. Однако наше движение будет носить поэтапный характер, и сперва мы затронем немарксистское понимание сознания.

«Сознание, — писал В. Вундт, — заключается лишь в том, что мы вообще находим в себе какие бы то ни было психические состояния». Сознание психологически представляет собой, с этой точки зрения, как бы внутреннее свечение, которое бывает ярким или помраченным, или даже угасает совсем, как, например, при глубоком обмороке (Ледд). Поэтому оно может иметь только чисто формальные свойства; их и выражают так называемые психологические законы сознания: единства, непрерывности, узости и т.д.

По мнению У. Джеймса, сознание есть «хозяин психических функций», то есть фактически сознание отождествляется с субъектом.

Сознание — это особое психическое пространство, «сцена» (К. Ясперс). Сознание может быть условием психологии, но не ее предметом (Наторп). Хотя его существование представляет собой основной и вполне достоверный психологический факт, оно не поддается определению и выводимо только из самого себя. Сознание бескачественно, потому что оно само есть качество — качество психических явлений и процессов; это качество выражается в их презентированности (представленности) субъекту (Стаут). Качество это не раскрываемо, оно может только быть или не быть.

Общая черта всех выше приведенных взглядов — это акцент на психологической бескачественности сознания.

Несколько иная точка зрения у представителей французской социологической школы (Дюркгейм, Хальбвакс и др.). Психологическая бескачественность сознания здесь сохраняется, но сознание понимается как плоскость, на которую проецируются понятия, концепты, составляющие содержание общественного сознания. Этим сознание отождествляется со знанием: сознание — это «со-знание», продукт общения знаний.

Заслуживает внимания система взглядов Л. С. Выготского на сознание. Он полагает, что сознание — это рефлексия субъектом действительности, своей деятельности, самого себя. «Сознательно то, что передается в качестве раздражителя на другие системы рефлексов и вызывает в них отклик». «Сознание есть как бы контакт с самим со-бой». Сознание есть со-знание, но лишь в том смысле, что индивиду-альное сознание может существовать только при наличии общественного сознания и языка, являющегося его реальным субстратом. Сознание не дано изначально и не порождается природой, сознание порождается обществом, оно производится. Поэтому сознание не постулат и не условие психологии, а ее проблема — предмет конкретно-научного психологического исследования. При этом процесс интериоризации (то есть вращивания внешней деятельности во внутреннюю) состоит не в том, что внешняя деятельность перемещается в предсуществующий внутренний «план сознания»; это процесс, в котором этот внутренний план формируется. Элементами сознания, его «клеточками», по Выготскому, являются словесные значения.

Взгляды на проблему сознания А. Н. Леонтьева во многом продолжают линию Выготского. Леонтьев считает, что сознание в своей непосредственности есть открывающаяся субъекту картина мира, в которую включен и он сам, и его действия и состояния. Первоначально сознание существует лишь в форме психического образа, открывающего субъекту окружающий его мир; на более позднем этапе предметам сознания становится также и деятельность, осознаются действия других людей, а через них и собственные действия субъекта. Порождаются внутренние действия и операции, протекающие в уме, в «плане сознания». Сознание-образ становится также сознанием-реальностью, то есть преобразуется в модель, в которой можно мысленно действовать.

По мнению Б. Г. Ананьева, «как сознание психическая деятельность есть динамическое соотношение чувственных и логических знаний, их система, работающая как единое целое и определяющая каждое отдельное знание. Эта работающая система есть состояние бодрствования человека, или, другими словами, специфически человеческая характеристика бодрствования и есть сознание». По Ананьеву, со-знание выступает как составная часть эффекта действия. Первоначальные факты сознания — это восприятие и переживание ребенком результатов своего собственного действия. Постепенно начинают осознаваться не только эффекты действий, но и процессы деятельности ребенка. Индивидуальное развитие сознания осуществляется путем перехода от сознания отдельных моментов действия к целенаправленной планомерной деятельности. При этом все состояние бодрствования становится сплошным «потоком сознания», переключаемого с одного вида деятельности на другой. «Сознание как активное отражение объективной действительности есть регулирование практической деятельности человека в окружающем его мире».

По мнению Л. М. Веккера, сознание в широком смысле охватывает высшие уровни интеграции когнитивных, эмоциональных и регуляционно-волевых процессов. В более узком смысле сознание представляет собой итог интеграции когнитивных и эмоциональных процессов» [Первушина О. Н. Общая психология, Новосибирск, 1996. — 90 с.].

Совершенно иной взгляд на сознание характерен для представителей восточных учений. Вот выдержка из работы основоположника интегральной йоги Шри Ауробиндо: «Ментальное сознание — диапазон чисто человеческий, он отнюдь не охватывает всех возможных диапазонов сознания, точно так же как человеческое зрение не может охватить все цветовые оттенки, а человеческих слух — все уровни звука, ибо есть множество звуков и цветов, которые находятся выше или ниже доступного человеку диапазона, которые человек не может видеть или слышать. Точно так же есть планы сознания выше и ниже человеческого плана; обыкновенный человек не имеет с ними контакта, и они кажутся ему лишенными сознания — супраментальный или глобально-ментальный и субментальный планы…То, что мы называем «несознанием» — это просто иное сознание…На самом деле, когда мы спим или когда нас оглушили, или когда мы находимся под влиянием наркотиков, или когда мы «мертвы», или находимся в любом другом состоянии — в это время мы не более бессознательны, чем при глубокой внутренней сосредоточенности на какой-то мысли, когда мы не замечаем ни нашего физического «Я», ни того, что нас окружает… По мере того как мы продвигаемся вперед и пробуждаемся к осознанию души в себе и в предметах, нам становится ясно, что сознание присутствует и в растениях, и в металле, и в атоме, и в электричестве — в любом предмете физической природы; мы обнаружим даже, что оно ни в каком отношении не является низшей или более ограниченной формой по сравнению с ментальной; наоборот, во многих «неживых» формах оно является более интенсивным, быстрым, живым, хотя и менее развитым в направлении к поверхности» [Сатпрем. Шри Ауробиндо, или путешествие сознания. — Спб., 1992. С. 50.]. Так что же такое сознание? Это «сцена» или «диапазон»? Возможно это что-то другое? Существует ли подлинно научное, достаточно полное материалистическое определение сознания? Кто из ученых, какая научная школа смогла разобраться в том, что же такое сознание?

«К.Маркс заложил основы конкретно-психологической теории сознания, которая открыла для психологической науки совершенно новые перспективы.

Хотя прежняя субъективно-эмпирическая психология охотно называла себя наукой о сознании, в действительности она никогда не была ею. Явления сознания либо изучались в плане чисто описательном, с эпифеноменологических и паралеллистических позиций, либо вовсе исключались из предмета научно-психологического знания, как того требовали наиболее радикальные представители так называемой «объективной психологии». Однако связанная система психологической науки не может быть построена вне конкретно-научной теории сознания. Именно об этом свидетельствуют теоретические кризисы, постоянно возникавшие в психологии по мере накопления конкретно-психологических знаний, объем которых начиная со второй половины прошлого столетия быстро увеличивался.

Центральную тайну человеческой психики, перед которой останавливалось научно-психологическое исследование, составляло уже само существование внутренних психических явлений, самый факт представленности субъекту картины мира. Эта психологическая тайна и не могла быть раскрыта в домарксистской психологии; она остается нераскрытой и в современной психологии, развивающейся вне марксизма.

Сознание неизменно выступало в психологии как нечто внеположеное, лишь как условие протекания психических процессов. Такова была, в частности, позиция Вундта. Сознание, писал он заключается в том, что какие бы то ни было психические состояния мы находим в себе, и поэтому мы не можем познать сущности сознания. «Все попытки определить сознание… приводят или к тавтологии или к определениям происходящих в сознании деятельностей, которые уже потому не суть сознание, что предполагают его». Ту же мысль в еще более резком выражении мы находим у Наторпа: сознание лишено собственной структуры, оно лишь условие психологии, но не ее предмет. Хотя его существование представляет собой основной и вполне достоверный психологический факт, но оно не поддается определению и выводимо только из самого себя.

Сознание бескачественно, потому что оно само есть качество — качество психических явлений и процессов; это качество выражается в их «презентированности» (представленности) субъекту (Стаут). Качество это не раскрываемо: оно может только быть или не быть.

Идея внеположности сознания заключалась и в известном сравнении сознания со сценой, на которой разыгрываются события душевной жизни. Чтобы события эти могли происходить, нужна сцена, но сама сцена не участвует в них.

Итак, сознание есть нечто внепсихологическое, психологически бескачественное. Хотя эта мысль не всегда высказывается прямо, она постоянно подразумевается. С ней не вступает в противоречие ни одна прежняя попытка психологически охарактеризовать сознание. Я имею в виду, прежде всего ту количественную концепцию сознания, которая с наибольшей прямотой была высказана еще Леддом: сознание есть то, что уменьшается или увеличивается, что отчасти утрачивается во сне и вполне утрачивается при обмороке.

Это — своеобразное «свечение», перемещающийся световой зайчик или, лучше сказать, прожектор, луч которого освещает внешнее или внутреннее поле. Его перемещение по этому полю выражается в явлениях внимания, в которых сознание единственно и получает свою психологическую характеристику, но опять-таки лишь количественную и пространственную. «Поле сознания» (или, что то же самое, «поле внимания») может быть более узким, более концентрированным, или более широким, рассеянным; оно может быть более устойчивым или менее устойчивым, флюктуирующим. Но при всем том описание самого «поля сознания» остается бескачественным, бесструктурным. Соответственно и выдвигавшиеся «законы сознания» имели чисто формальный характер; таковы законы относительной ясности сознания, непрерывности сознания, потока сознания.

К законам сознания иногда относят также такие, как закон ассоциации или выдвинутые гештальт-психологией законы целостности, прегнатности и т.п., но законы эти относятся к явлениям в сознании, а не к сознанию как особой форме психики, и поэтому одинаково действительны как по отношению к его «полю», так и по отношению к явлениям, возникающим вне этого «поля», — как на уровне человека, так и на уровне животных.

Несколько особое положение занимает теория сознания, восходящая к французской социологической школе (Дюркгейм, Де Роберти, Хальбвакс и другие). Как известно, главная идея этой школы, относящаяся к психологической проблеме сознания, состоит в том, что индивидуальное сознание возникает в результате воздействия на человека сознания общества, под влиянием которого его психика социализируется и интеллектуализируется; это социализированная и интеллектуализированная психика человека и есть его сознание. Но и в этой концепции полностью сохраняется психологическая бескачественность сознания; только теперь сознание представляется некоей плоскостью, на которой проецируются понятия, концепты, составляющие содержание общественного сознания. Этим сознание отождествляется с знанием: сознание — это «со-знание», продукт общения сознаний.

Другое направление попыток психологически характеризовать сознание состояло в том, чтобы представить его как условие объединения внутренней психической жизни.

Объединение психических функций, способностей и свойств — это и есть сознание; оно поэтому, писал Липпс, одновременно есть и самосознание. Проще всего эту идею выразил Джемс в письме к К.Штумпфу: сознание — это «общий хозяин психических функций». Но как раз на примере Джемса особенно ясно видно, что такое понимание сознания полностью остается в пределах учения о его бескачественности и неопределимости. Ведь именно Джемс говорил о себе: «Вот уже двадцать лет, как я усомнился в существовании сущего, именуемого сознанием… Мне кажется, что настало время всем открыто отречься от него».

Ни экспериментальная интроспекция вюрцбуржцев, ни феноменология Гуссерля и экзистенционалистов не были в состоянии проникнуть в строение сознания. Напротив, понимая под сознанием его феноменальный состав с его внутренними, идеальными отношениями, они настаивают на «депсихологизации», если можно так выразиться, этих внутренних отношений. Психология сознания полностью растворяется в феноменологии. Любопытно отметить, что авторы, ставившие своей целью проникнуть «за» сознание и развивавшие учение о бессознательной сфере психики, сохраняли это же понимание сознания — как «связанной организации психических процессов» (Фрейд). Как и другие представители глубинной психологии, Фрейд выводит проблему сознания за сферу собственно психологии. Ведь главная инстанция, представляющая сознание, — «сверх-я», — по существу является метапсихическим.

Метафизические позиции в подходе к сознанию, собственно, и не могли привести психологию ни к какому иному его пониманию. Хотя идея развития и проникла в домарксистскую психологическую мысль, особенно в послеспенсеровский период, она не была распространена на решение проблемы о природе человеческой психики, так что последняя продолжала рассматриваться как нечто предсуществующее и лишь «наполняющееся» новыми содержаниями. Эти-то метафизические позиции и были разрушены диалектико-материалистическим воззрением, открывшим перед психологией сознания совершенно новые перспективы.

Исходное положение марксизма о сознании состоит в том, что оно представляет собой качественно особую форму психики. Хотя сознание и имеет свою длительную предысторию в эволюции животного мира, впервые оно возникает у человека в процессе становления труда и общественных отношений. Сознание с самого начала есть общественный продукт.

Марксистское положение о необходимости и о реальной функции сознания полностью исключает возможность рассматривать в психологии явления сознания лишь как эпифеномены, сопровождающие мозговые процессы и ту деятельность, которую они реализуют. Вместе с тем психология, конечно, не может просто постулировать активность сознания. Задача психологической науки заключается в том, чтобы научно объяснить действенную роль сознания, а это возможно лишь при условии коренного изменения самого подхода к проблеме и прежде всего при условии отказа от того ограниченного антропологического взгляда на познание, который заставляет искать его объяснение в процессах, разыгрывающихся в голове индивида под влиянием воздействующих на него раздражителей, — взгляда, неизбежно возвращающего психологию на паралелистические позиции.

Действительное объяснение сознания лежит не в этих процессах, а в общественных условиях и способах той деятельности, которая создает его необходимость, — в деятельности трудовой. Эта деятельность характеризуется тем, что происходит ее овеществление, ее «угасание», по выражению Маркса, в продукте.

«То, — пишет Маркс в «Капитале», — что на стороне рабочего проявлялось в форме деятельности [Unruhe], теперь на стороне продукта выступает в форме покоящегося свойства [ruhende Eigenschaft], в форме бытия». «Во время процесса труда, — читаем мы ниже, — труд постоянно переходит из формы деятельности в форму бытия, из формы движения в форму предметности».

В этом процессе происходит опредмечивание также и тех представлений, которые побуждают, направляют и регулируют деятельность субъекта. В ее продукте они обретают новую форму существования в виде внешних, чувственно воспринимаемых объектов. Теперь в своей внешней, экстериоризованной или экзотерической форме они сами становятся объектами отражения. Соотнесение с исходными представлениями и есть процесс их осознания субъектом — процесс, в результате которого они получают в его голове свое удвоение, свое идеальное бытие.

Такое описание процесса осознания является, однако, неполным. Для того, чтобы этот процесс мог осуществиться, объект должен выступить перед человеком именно как запечатлевший психическое содержание деятельности, т.е. своей идеальной стороной. Выделение этой последней, однако, не может быть понято в отвлечении от общественных связей, в которые необходимо вступают участники труда, от их общения. Вступая в общение между собой, люди производят также язык, служащий для означения предмета, средств и самого процесса труда. Акты означения и суть не что иное, как акты выделения идеальной стороны объектов, а присвоение индивидами языка — присвоение означаемого им в форме его осознания. «…Язык, — замечает Маркс и Энгельс, — есть практическое, существующее и для других людей и лишь тем самым существующее также и для меня самого, действительное сознание…»

Это положение, однако, отнюдь не может быть истолковано в том смысле, что сознание порождается языком. Язык является не его демиургом, а формой его существования. При этом слова, языковые знаки — это не просто заместители вещей, их условные субституты. За словесными значениями скрывается общественная практика, преобразованная и кристаллизованная в них деятельность, в процессе которой только и раскрывается человеку объективная реальность.

Конечно, развитие сознания у каждого отдельного человека не повторяет общественно-исторического процесса производства сознания. Но сознательное отражение мира не возникает у него и в результате прямой проекции на его мозг представлений и понятий, выработанных предшествующими поколениями. Его сознание тоже является продуктом его деятельности в предметном мире. В этой деятельности, опосредованной общением с другими людьми, и осуществляется процесс присвоения (Aneignung) им духовных богатств, накопленных человеческим родом (Menschengattung) и воплощенных в предметной чувственной форме. При этом само предметное бытие человеческой деятельности (Маркс говорит — промышленности, поясняя, что вся человеческая деятельность была до сих пор трудом, т.е. промышленностью) выступает в качестве «чувственно представшей перед нами человеческой психологией».

Итак, радикальное для психологической теории открытие Маркса состоит в том, что сознание есть не проявление некоей мистической способности человеческого мозга излучать «свет сознания» под влиянием воздействующих на него вещей — раздражителей, а продукт тех особых, т.е. общественных, отношений, в которые вступают люди и которые лишь реализуются посредством их мозга, их органов чувств и органов действия. В порождаемых этими отношениями процессах и происходит полагание объектов в форме их субъективных образов в голове человека, в форме сознания.

Вместе с теорией сознания Марксом были разработаны и основы научной истории сознания людей. Важность этого для психологической науки едва ли можно переоценить.

Несмотря на то, что психология располагает большим материалом по историческому развитию мышления, памяти и других психических процессов, собранным главным образом историками культуры и этнографами, центральная проблема — проблема исторических этапов формирования сознания — оставалась в ней нерешенной.

Маркс и Энгельс не только создали общий метод исторического исследования сознания; они раскрыли также и те фундаментальные изменения, которые претерпевает сознание человека в ходе развития общества. Речь идет прежде всего об этапе первоначального становления сознания и языка и об этапе превращения сознания во всеобщую форму специфически человеческой психики, когда отражение в форме сознания распространяется на весь круг явлений окружающего человека мира, на собственную его деятельность и на него самого. Особенно же большое значение имеет учение Маркса о тех изменениях сознания, которые оно претерпевает в условиях развития общественного разделения труда, отделения основной массы производителей от средств производства и обособления теоретической деятельности от практической. Порождаемое развитием частной собственности экономическое отчуждение приводит к отчуждению, к дезинтеграции также и сознания людей. Последняя выражается в том, что возникает неадекватность того смысла, который приобретает для человека его деятельность и ее продукт, их объективному значению. Эта дезинтегрированность сознания уничтожается лишь вместе с уничтожением породивших ее отношений частной собственности, с переходом от классового общества к коммунистическому. «…Коммунизм, — писал Маркс, — уже мыслит себя как реинтеграцию или возвращение человека к самому себе, как уничтожение человеческого самоотчуждения…».

Эти теоретические положения Маркса приобретают особенно актуальный смысл в наше время. Они дают ориентировку научной психологии в подходе к сложнейшим проблемам изменения сознания человека в социалистическом, коммунистическом обществе, в решении тех конкретных психологических задач, которые выступают сейчас не только в сфере воспитания подрастающего поколения, но и в области организации труда, общения людей и в других сферах проявления человеческой личности

…Общее учение о сознании как высшей, специфически человеческой форме психики, возникающей в процессе общественного труда и предполагающей функционирование языка, составляет важнейшую предпосылку психологии человека. Задача же психологического исследования заключается в том, чтобы, не ограничиваясь изучением явлений и процессов на поверхности сознания, проникнуть в его внутреннее строение. Но для этого сознание нужно рассматривать не как созерцаемое субъектом поле, на котором проецируются его образы и понятия, а как особое внутреннее движение, порождаемое движением человеческой деятельности.

Трудность состоит здесь уже в том, чтобы выделить категорию сознания как психологическую, а это значит понять те реальные переходы, которые связывают между собой психику конкретных индивидов и общественное сознание, его формы. Этого, однако, нельзя сделать без предварительного анализа тех «образующих» индивидуального сознания, движение которых характеризует его внутреннюю структуру. Изложение опыта такого анализа, в основании которого лежит анализ движения деятельности, и посвящена специальная глава книги. Не мне, разумеется, судить о том, является ли этот опыт удачным. Я хочу только обратить внимание читателя на то, что психологическая «тайна сознания» остается закрытой для любого метода, за исключением метода, открытого Марксом, позволяющего демистифицировать природу сверхчувственных свойств общественных объектов, к которым принадлежит также и человек как субъект сознания» [Леонтьев А.Н., Деятельность. Сознание. Личность.].

Сложный путь развития категории сознания, в конце концов, привел к появлению марксистской теории сознания основанной на социально-биологической природе человека. Итак, согласно марксизму
сознание

это высшая, свойственная лишь человеку форма отражения объективной действительности, способ его отношения к миру и самому себе, опосредованный всеобщими формами общественно — исторической деятельности людей.
Сознание представляет собой единство психических процессов, активно участвующих в осмыслении человеком объективного мира и своего собственного бытия. Оно возникает в процессе труда, общественно-производственной деятельности людей и неразрывно связано с языком. Все это верно и известно давно, как известно и то, что понятие «психика» и «сознание» не одно и тоже и их нельзя отождествлять. Не все психические процессы у человека в каждый данный момент включаются в сознание, ряд психических процессов может проходить как бы «за рамками» сознания. Такие психические переживания получили название подсознательных. Теперь, как мне кажется, самое время перейти к подсознательному, попутно рассмотрев и понятие бессознательного.

«В зоне ясного сознания находят свое отражение лишь очень немногие сигналы из внутренней и внешней среды. Осознаются в данный момент времени те объекты, которые создают препятствия для нормального продолжения регулирования поведения или в силу других причин являются значимыми для человека. Возникшие затруднения или значимые раздражители привлекают внимание и, таким образом, осознаются. После нахождения нового способа регулирования или решения затруднительной ситуации управление снова передается подсознанию.

Таким образом, к сфере подсознания относятся так называемые вторичные автоматизмы (ходьба, бег, профессиональные навыки и т.д.). В сферу подсознания входят также психические явления, имеющие субъективный компонент, еще не ставший сознанием (психика младенцев, просоночное состояние взрослого, послеобморочное состояние и т.д.). Наиболее интересна та часть сферы подсознания, которая разработана в учении З. Фрейда. Фрейд считает, что бессознательное — это не столько те процессы, на которые не направляется внимание, сколько переживания, подавляемые сознанием, такие, против которых сознание воздвигает мощные барьеры» [Первушина О. Н. Общая психология, Новосибирск, 1996. — 90 с.].

Приступая к рассмотрению бессознательного, отмечу некоторую особенность понимания бессознательного.
Бессознательное
не редко справедливо понимается как
действие, совершаемое автоматически, рефлекторно, когда причина не успела дойти до сознания, например реакция защиты, а также при естественном или искусственном отключении сознания
(во сне, при гипнозе, в состоянии сильного опьянения, при лунатизме и т.д.). Но
бессознательное это еще и активные психические процессы, непосредственно не участвующие в сознательном отношении субъекта к действительности, а потому и сами в данный момент не осознаваемые.
В немарксистской философской и психологической литературе термин бессознательного часто употребляется как обозначение особой области психики, сосредоточившей в себе вечные влечения, мотивы, стремления, смысл которых определяется инстинктами и недоступен сознанию. Наибольшее развитие, данное представление получило во фрейдизме. Согласно этому представлению психика образуется из трех «слоев»: бессознательного, подсознание и сознание. Бессознательное — глубинный фундамент психики, определяющий всю сознательную жизнь человека и даже судьбы личности и целых народов. Бессознательные влечения к наслаждению и смерти. Этот постулат выдвинутый Фрейдом, не является безусловно верным, поскольку никакого стремления к смерти, как бессознательного, у человека не существует. Подсознательное (или предсознательное) — это особая граничная область между сознанием и бессознательным. В эту область прорываются бессознательные влечения, и здесь же особая психическая «инстанция», порожденная общественной жизнью, его «сверх-я» (или совесть), подвергает их строгой цензуре. Сознание — это поверхностное проявление психики на стыке с внешним миром, и зависит оно, прежде всего от бессознательных сил. Данное понимание является идеалистически извращенным, поскольку общественная сущность человека отвергается. А само его понимание приобретает форму человек — вещь в себе. Что является в корне неверным.


Подсознательное — характеристика активных психических процессов, которые, не являются в определенный момент центром смысловой деятельности сознания, оказывают влияние на течение сознательных процессов.
То, о чем человек в данный момент непосредственно не думает, но что в принципе известно ему и ассоциативно связано с предметом его мысли, может в качестве смыслового подтекста оказывать влияние на течение мысли, сопровождать ее и тому подобное. Точно так же воспринимаемое, хотя прямо и не осознаваемое, влияние обстановки, ситуации, автоматических действий (движений) присутствует как подсознательное восприятие во всех сознательных актах. Определенную смысловую роль играет и языковой контекст речи, невысказанная, но как бы подразумеваемая самим построением связи мысль. В подсознании нет ничего мистического или непознаваемого. Это явление продукт сознательной деятельности, и оно включает в себя психические процессы, не принимающие прямого участия в осмыслении тех объектов, на которых сосредоточено внимание человека в данный момент. Таким образом,
подсознание является областью действия подсознательных процессов в психики человека
.

Теперь, когда нами достаточно рассмотрены сознание, подсознание и бессознательное настало время объединить их во всем многообразии их связей и противоречий.
Сознание и подсознание представляют собой сферы человеческой психики, в которой первое отвечает за отражение объективной реальности, способ отношения человека к миру и самому себе, а второе выступает как бы чуланом психики.
В нем может накапливаться вытесненная из сознания информация, причем далеко не всегда целиком, а зачастую в виде каких либо элементов, частиц, эта информация, прямо не участвуя в сознательной деятельности человека, тем не менее, оказывает на нее влияние. Так она влияет на поведение человека, отношение к вещам и окружающим его людям. Причиной негативного или положительного отношения человека к кому-либо, или чему-либо может выступать неосознаваемая, подсознательная ассоциация, основанная на когда-то полученном, но давно позабытом опыте. Этот опыт выступает немаловажным фактором человеческих отношений благодаря тому, что в подсознании сохранилась информация о нем. В тоже время, несмотря на свою роль, подсознание не является независимым, либо «защищенным» от сознания. Точно так же как подсознательная часть психики оказывает влияние на сознательную ее часть, и сознательная часть влияет на подсознательную. Самостоятельно, либо с помощью психоаналитика, человек может выводить из подсознания скрытые от него причины его собственного поведения, по мере осознания их, то есть, переходя из подсознательной в сознательную сферу психики противоречие, порождающее проблему, может быть успешно разрешено, а человек избавлен от страдания. Так хранящаяся в подсознании информация в зависимости от ее характера и относительно существующих общественных отношений способна своим участием в деятельности человека приносить ему вред или, на что редко кто обращает внимание, пользу. Будучи достаточно скрытой, от самого человека частью психики подсознание, тем не менее, не является сферой недоступной для сознания. Оно способно посредством некоторых усилий по расшифровывания символов собственных ощущений и поступков определить спрятанные в подсознании их причины. Неразрешенные сознанием противоречия, будучи подавленными, перемещаются в подсознание, откуда прорываясь, оказывают влияние на деятельность человека.

Особый интерес для нас представляет соотношение доли сознания и подсознания в деятельности человека. Этот баланс носит не только субъективно-личностный, зависящий от тех или иных особенностей человека, но и конкретно исторический характер, зависящий от социально-исторической стадии развития общества и классов. Примечательно, что по мере продвижения человечества вперед, по пути прогресса доля сознательного в психике непрерывно возрастала, а подсознательного снижалась. Это соотношение выражается способностью или неспособностью сознания разрешать те или иные противоречия, а не подавлять их, сталкивая в подсознание. Отсюда вытекает высокая, либо низкая ролью подсознания в деятельности человека, у людей с сильными психическими заболеваниями роль сознания (если она сохраняется) намного ниже в сравнении с ролью подсознания. Аналогично обстояло дело и у первобытных людей, хотя соотношение сознательного и бессознательного имело совершенно иной смысл. Впрочем, общим место и в случае с душевно больными, и в примере с первобытным человеком является заметно более высокая роль бессознательного в сравнении с современным человеком. Это происходит потому, что слабое сознание не может выступать сильным сдерживающие фактором инстинктов, что фактически высвобождает их.

Место бессознательного в психической системе человека заметно отличается от роли в ней сознательных и подсознательных процессов. Бессознательное основано в отличии от них, не на общественной деятельности человека, не на отношениях с другими людьми, то есть не на общественной природе человека, а на его животной, биологической сути. Таким образом, оно существует независимо от сознательной и бессознательной сфер психики. Роль бессознательного в деятельности человека, это роль инстинктов, которые в своих проявлениях могут не осознаваться. Сознание постоянно контролирует бессознательное, препятствую многим его проявлениям, однако хотя бессознательное находясь в таком состоянии, и носит подчиненный характер, тем не менее, сознание может лишь ограниченно подавлять бессознательное, но не властно его устранить. Довольно сложным является отношение бессознательного и подсознания, некоторые бессознательные процессы, подавляясь сознанием, смещаются в подсознание, откуда периодически прорываются в виде символических ощущений, либо поступков, которые носят уже подсознательный характер. Особенно хорошо описаны эти явления Фрейдом на примере человеческой сексуальности. Поскольку инстинкт продления рода и самосохранения являются наиболее сильными из человеческих инстинктов, то и их роль, как бессознательных явлений в человеческой деятельности наиболее велика.

В этой главе, сделана попытка, не просто дать определения сознания, подсознания и бессознательного, но и показать всю сложность и многообразие их связи. Эти элементы человеческой психики играют в жизни людей и всего общества огромную роль, и от того, насколько мы научимся понимать их будет зависеть многое в нашем бедующем.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

psy.wikireading.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *